Не тревожьте Черные Воды

      Чертоги Сумеречных Вод как и всегда нагнетающе возвышались на одном из черных островов. Особняк проглядывал сквозь кроны мертвых деревьев, голые ветви которых жадно впивались в мрачное пасмурное небо. Острые как пики прутья сражались друг с другом за пространство над мертвой, исполненной страданиями, землей. От того, проходя по острову, шаги всегда издавали звуки трескающихся палок, которые вечно покрывали поверхность, не в силах больше бороться.       Проходя мимо мерцающего озера, Хэ Сюань заметил движения в нем. Вода, освещенная из-под глубин лучистыми белыми и бледно-голубыми кристаллами, тихонько колыхалась, оставляя на поверхности едва заметные кольца ряби. Он остановился, вглядываясь в прозрачную воду, которую обычно никто не беспокоил, как вдруг движения снова возобновились. Было похоже, что что-то сыпалось сверху, покрывая небольшое пространство водоема.       — Гниловик! Опять тревожишь воду! — крикнул Черновод на дерево и оттуда что-то маленькое, испугавшись, пискнуло, сломало ветку и с плеском повалилось в воду.       — Мгм… Бестолочь! — Хэ Сюань накрыл ладонью глаза, не в силах смотреть на своего никчемного слугу.       Пока он собирался с мыслями на берегу озера, маленькое существо, а по факту карликовый водный гуль, уже медленно подплывало к своему хозяину. Он, перебирая тоненькими маленькими ножками, вышел из воды, выжимая из своих обмоток лишнюю влагу, и не решался поднять взгляд на Князя Демонов. Тот же смотрел на него сверху вниз.       Спустя некоторое время прервал тишину Хэ Сюань:       — Ну и что ты там забыл?       Водный гуль, размером с одну треть от роста Черновода, немного помялся на месте, прошелся пятерней по лысой голове, и все же поднял выпученные бледно-голубые глаза, неловко улыбаясь:       — Та лыба там, бульк, поколмит лешил, бульк, щаплался пофыше шоб не цапнулы… фот… бульк.       — Там нет никакой рыбы, ничтожество! — Хэ Сюань пнул своего слугу, но тот успел отскочить, однако сделал вид, что в него попали, хлюпая носом от мнимой боли и потирая место, куда целились, — Сколько раз повторять, костяные драконы в Черных Водах, а не в озере! Мхах…       — Ты самый бесполезный слуга, которого можно только найти! Сейчас же занялся делом и сшил мне лохмотья попрошайки. Вперед!       Маленькое существо тут же в испуге замельтешило в замок, иногда переходя на четвереньки, чтобы быстрее передвигаться. Хэ Сюань последовал за ним с невозмутимым видом. Гниловик на самом деле был самым дельным слугой из всех, кого он видел за все посмертие. В большинстве своем именно он выуживал секретную информацию с Небес, так как он маленький, незаметный и способен пролезть в любую дырку. Самым частым гостем дворца Линвэнь определённо можно было назвать его. Единственная проблема водного гуля была в слабоумии: читать не умел, поэтому приносил по большей части красивые, как он думал, свитки, чаще всего любовного характера, а нужные, которые как раз писались на ничем не примечательных кусках пергамента, оставлял; ну или как сейчас, кормил рыб в озере, в котором их и в помине не было, а оставил голодными костяных драконов в море. Как ни крути, а вода затекла ему не только в легкие, но и в голову, однако все же остались кое-какие навыки, которыми не сможет похвастаться даже Посланник Убывающей Луны, главный слуга Хуа Чэна.       Черновод распахнул двери в особняк, где открылась огромная черная зала, освещаемая лишь тусклыми свечами и окнами, пропускающими сумерки. По центру холла стоял трон, на котором некогда восседал скелет настоящего Повелителя Земли.

…Примерно 200 лет назад…

      Раны, которые получил Повелитель Земли Мин И не были сопоставимы с жизнью. Смертный бы уже давно закончил свой жизненный путь, однако тело Небожителя все еще пыталось регенерировать. Яд стремительно растекался по венам, они уже набухли и посинели так, что на бледном лице Небожителя отчетливо были видны узоры.       — А ты не так прост, Юн Хэй… не так прост… — голос Мин И потихоньку угасал, — Жаль, я не придал этому значения раньше.       Хэ Сюань, под личиной чиновника Средних Небес Дворца Повелителя Земли Юн Хэя, опустил меч, разрубивший демона ранга свирепый напополам, и наконец подошел к своему шисюну.       — Вас еще можно исцелить, Повелитель, — сказал Юн Хэй, зажимая рану на животе Мин И, — Подождите немного, я нарисую поле и мы моментально переместимся в…       Рана была сквозная. Если бы не яд той твари, то она смогла бы затянуться за несколько часов.       — Так куда переместимся? — Небожитель прокашлялся кровью.       — Туда, где вам помогут, — закончил Хэ Сюань. Киноварь была в их инвентаре, однако сейчас требовался более действенный материал для начертания символов перемещения, который как раз непрестанно лился из ранения Повелителя Земли. Он уже давно догадывался о сущности своего слуги, а с этим боем, его догадки только подтвердились. Тот поступил на службу в храм Земли достаточно давно, надеясь, что Повелители Стихий тесно друг с другом общаются, однако Мин И вечно вел затворнический образ жизни. Его даже в лицо видели лишь пара чиновников со Средних Небес, что уж тут говорить о Верхних. Подружиться с ним не составило особого труда, ведь Черновод сам имел подобную репутацию в мире Демонов и понимал на своем опыте, что нужно таким личностям и как им понравиться.       Закончив с полем, он аккуратно поднял Повелителя Земли и повел через портал. Оказались они в просторном темном зале, в котором стояло лишь одно скромное кресло по центру. Мин И посадили на него, и он устало осмотрелся, вздыхая:       — Так вот где ты обитаешь на самом деле… Хах… — сил у Небожителя совсем не оставалось.       — Прошу вас, не двигайтесь. Сейчас я пошлю за антидотом, — Хэ Сюань щелкнул пальцами, и в тот же миг Гниловик появился из-за колонны и побежал в левое крыло.       — Вот так зверюшка, Юн Хэй… Юн Хэй? Или как мне тебя следует звать теперь? Будешь ли ты со мной откровенен хотя бы в мои последние минуты? — Мин И обратил внимание на водного гуля и медленно переместил свой затуманенный взгляд на своего слугу.       Черновод неосознанно сжал руки в кулаки. Неизвестно, что именно вызвало в нем эту реакцию. То, что его личность раскроется и его многолетние старания превратятся в пыль, или же то, что Гниловик слишком долго где-то шляется. А может быть все вместе. Спустя минуту он тихо ответил, смотря в пол:       — Хэ Сюань.       Мин И, конечно же, ничего не сказало это имя:       — Ах… Ну хорошо… — ответил он, — А ловко ты это придумал… Не хочу даже знать, для чего все это было устроено… кто ты есть на самом деле… однако, поздравляю, твой план сработал… хах…       Гниловик уже спешил в коридоре с бутылью противоядия, а Повелитель Земли уже обмякал на троне и заваливался в сторону. Черновод кинулся к нему и схватил за плечи, не позволяя упасть.       — Гниловик, быстро сюда!       Карликовый гуль был уже близко, на ходу он старался откупорить бутылку. Мин И слабо улыбнулся:       — Это бесполезно. Лучше бы сделал уже, что нужно, да прекратил мои страдания… Перестань играть в благодетеля!       Хэ Сюань вырвал противоядие из рук гуля и торопливо поднес его к расслабленным губам Мин И. Жидкость лилась от подбородка к шее, а дальше на окровавленные одежды. Хотя бы капли антидота должны были попасть в организм Повелителя Земли, однако тот уже никак не реагировал. Его полуоткрытые глаза не фокусировались и смотрели в сторону.       — Нет! Все совсем не так! — Хэ Сюань вцепился в челюсть Небожителя, открывая пошире рот и обильно вливая противоядие, — Не так!       — Я не виноват!

…Настоящее время…

      «Я не виноват…»       Хозяин Черных Вод Погибель Кораблей, смотрел на пустующий трон. Повелитель Земли так и не узнал истину, последним вздохом передав отвращение к своему подчиненному. Он не убивал его, как все думают, он лишь не успел спасти. Тогда чиновник Средних Небес Юн Хэй получил молитву очистить поля от пожирающей урожай и фермеров нечисти. Сообщив прошение своему господину, они вместе направились на место, не придавая значения тому, что их там может ждать засада. Та тварь имела сильный ранг, даже Бог Войны с трудом смог бы справиться с ней, что уж говорить Повелителе Стихии. Поймав путников в ловушку, дрянь парой ловких движений проткнула Мин И, впрыскивая в него сильнодействующий яд.       Повелителя Земли так и оставили отдыхать на этом троне, покуда плоть не иссохла, кожа не стерлась в пыль и не остался один скелет в темных одеждах. Хэ Сюань не в силах был даже прикоснуться к нему и упокоить как следует. Бесславная, никому кроме него неизвестная смерть. А потом Небожители совершили облаву на его логово в поисках Повелителя Вод, забрав останки Мин И с собой. Его скелет наконец был погребен со всеми почестями, присущими Богам.       Черновод, будучи лишенным своего покровителя, заметил, что как-то быстро он привязался к своему шисюну. В какой-то мере даже слишком сильно. Не то, чтобы ему не хватало общения, он в нем не нуждался, так он себя убеждал, но те, с кем все уже удавалось разговаривать, навсегда отпечатывались в памяти Хэ Сюаня. Он было решил, что Мин И можно было бы считать… Нет. Одна отрезвляющая мысль не дала в тот момент закончить мысль. Небесный пантеон и все, кто в него входит, лишь кучка лицемеров и самодуров. Поэтому, взяв волю в кулак, откинув все предрассудки, Черновод решил, что раз некогда один человек позволил себе бессовестно похитить его судьбу, то чем он лучше? Сможет ли он переступить или нет? Тварь ли он дрожащая или право имеет?       Так и поступил. Взяв имя Мин И, он стал величаться Повелителем Земли. Сшив дорогие одежды, добавив украшения, он почти не изменил черты своего лица, лишь добавил небольшой румянец, чтобы уж совсем мертвецом не казаться, да сменил цвет глаз на болотно-зеленый. Это стало его основной оболочкой на Небесах. Хэ Сюань старался соблюдать данный ему стечением обстоятельств образ, однако он все же вышел чересчур общительным, хотя бы потому что изначальная цель требовала этого. К несчастью для Ши Цинсюаня и к счастью для Хэ Сюаня (или все же наоборот?), им суждено было встретиться вновь.       Черновод впервые на равных встретился с объектами своей мести, когда появился на заседании Повелителей Стихий, проводящийся хотя бы раз в десятилетие. На нем на самом деле ничего особого не обсуждалось, это была лишь формальность, которая соблюдалась лишь братьями Ши, Повелителями Вод и Ветров, в полном порядке. Повелительница Дождя, Юйши Хуан, не жила на Небесах и добираться до них было проблематично, а Повелитель Грома, Чжань Лэй, чаще встречался с Богами Войны, нежели с Повелителями Стихий. Ну и Повелитель Земли, Мин И, о существовании которого многие Небожители сомневались, появился лишь спустя сотню лет, после своего вознесения. Тогда-то Мин И и прослыл в Небесах, как чиновник, любящий поесть, ведь Ши Уду не стеснялся всем показывать свое богатство, а потому подготовил шикарный стол для встречи. Из-за этого план Хэ Сюаня по близкому знакомству с виновниками стольких смертей провалился, так как рот его был занят далеко не общением. Но провалился лишь частично.

…200 лет назад…

      — Ку-ку! — к Повелителю Земли, который смиренно сидел на лавочке и доедал паровые булочки на одной из улиц Небесной столицы, подбежала сзади молодая девушка. Прикрыв глаза, она лучезарно ему улыбнулась и села рядом. Хэ Сюань перестал на какое-то время жевать, пристально наблюдая за незнакомкой и ожидая от нее действий, но она так и продолжала улыбаться ему. Он уже отвернулся, чтобы взглянуть на площадь в другой стороне, как вдруг она снова сказала:       — Эй, господин, я вообще-то с вами разговариваю! — она помахала перед его лицом сложенным веером — Надо же, какой невоспитанный, я вот сейчас встану перед вашим лицом, уж тут точно не отвертитесь.       Она действительно встала. Придерживая платье, девушка прыгала из стороны в сторону следуя за взглядом Мин И, который он пытался отвести. В конце концов, ему это надоело, и он поднялся со скамьи, направляясь в свой… точнее во Дворец Земли.       — Ах! Ну подождите же! — незнакомка быстро поспешила за ним, — Мы же с вами толком не пообщались, Повелитель Земли!       — Чего тебе нужно? — не в силах терпеть преследования от назойливой Небожительницы, он замедлил шаг, пока не встал ровно и повернулся. Та, не ожидая резкой остановки, не заметила, как врезалась лицом в его грудь, и уже было чуть не упала, но Хэ Сюань успел поддержать ее за плечи.       — Ой! Спасибо… Так о чем это я? О, кстати, мы уже на «ты»? Замечательно! Как здорово, что вы сами взяли на себя инициативу. Это непременно поспособствует нашей зарождающейся дружбе! Хэ-хэ…       Инициативу? Дружбе? Совсем умом тронулась, не иначе. Девушка поправила платье и прическу, а потом легким движением руки распахнула свой веер, на котором красовался иероглиф «Ветер». Хэ Сюань обратил на него внимание и вспомнил, что точно таким же веером несколько минут назад обмахивался Повелитель Ветров Ши Цинсюань, а его брат аналогичным с иероглифом «Вода».       — Это что, шутка какая-то? — Черновод уже терял терпение.       — Что? Да нет же, это я, Ши Цинсюань. Его Превосходительство Повелитель Ветров. Мы же с тобой только что виделись на заседании Стихий, — из ниоткуда в руке «девушки» появилось золотое зеркальце, в которое она начала кокетливо поглядывать, надувать алые губы и подмигивать, — Правда же хороша?       — Кто? — «Мин И» оторопел от заданного вопроса и не понимал, как сейчас следует вести себя.       — Ну я! Гляди! — «она» закружилась в танце с веером и лежащие рядом опавшие листья закружились вместе с ней. Легкий ветерок поднимал полы одежд Повелителя Земли, пока тот все еще стоял как вкопанный. Девушку постепенно начал обволакивать искрящийся свет, а, когда она остановилась, обернулась молодым юношей, которого как раз видел Хэ Сюань на собрании. Он прикрыл половину лица веером, пристально вглядываясь в «Мин И» светлыми и яркими глазами.       — Ну что, красавица же? — игриво улыбнулся Ши Цинсюань и, заправляя веер в пояс, скрестил руки на груди, ожидая положительной реакции.       — Лучше, чем то, что я вижу сейчас, — отрезал Повелитель Земли, скрещивая руки на груди.       Повелитель Ветров так и раскрыл рот от удивления:       — Ах! Что?.. Да быть такого не может! Я и женщиной, и мужчиной прекрасен!.. Ааа… Я понял, это у тебя такое чувство юмора? Ха-ха-ха! Ладно, я буду знать. — Он продолжал все говорить и говорить, у Хэ Сюаня уже голова разболелась.       — Нет, я не шучу. Это убожество. — Черновод остался доволен своим ответом. На самом деле он планировал именно сблизиться с Повелителями Стихий, но тут он не смог колко не ответить навязчивому Небожителю. Так и хотелось оскорбить, унизить, растоптать и в конце концов…       — Ха-ха! Ясно же, что шутишь. Ну что ж, будем знакомы. Я, Его Превосходительство Повелитель Ветров Ши Цинсюань! — он протянул руку новому знакомому.       Хэ Сюань явно ожидал не такого результата.

Настоящее время

      Проходя по коридору из обсидиана, Черновод думал о данном ему поручении. Необходимо выудить у Ши Цинсюаня информацию о расположении Нити Памяти, да и еще как-то сокровища переместить в Чертоги. Вспоминая, что тот не умел держать язык за зубами, даже удивительно, как он смог выдержать так долго. Ладно, если уж он Небожителям он не рассказал ничего, но вряд ли они не расспросили его знакомых и друзей. Или же только с ним Цинсюань был всегда откровенен?       Хэ Сюань шлепал ботинками по мокрому кафельному полу, звук отталкивался от голых стен коридора, разрывая глубокую тишину особняка. Изредка появлялись двери, ведущие в пустые комнаты, которые были больше похожи на камеры заключения. Заполненными можно было назвать только хозяйскую спальню, да кухню со столовой. Так сказать, все, что нужно для жизни, ну или посмертия, было в этом доме.       Заворачивая за угол, демон спустился на этаж, где располагались самая настоящая темница и крипта. Здесь уже было не так просторно, а из-за всепоглощающей тьмы, через которую изредка проглядывались маленькие бледно-голубые огоньки, не было видно ничего на расстоянии вытянутой руки. Но хозяин этих катакомб прекрасно знал куда следует идти, где поджидает голодный гуль, а где плиты, на которые нельзя ступать, поэтому витлять по подземному лабиринту долго не пришлось, быстрый и уверенный шаг привел Хэ Сюаня в зал, где по центру располагался каменный алтарь с четырьмя урнами и прозрачным сосудом по центру.       Погребальные урны, — отец, мать, сестра, невеста, — смиренно покоились здесь уже столетия, однако ни одна пылинка не могла даже пролететь рядом. Они стояли ровно, каждую разделяли одинаково отмеренное расстояние. Отец — первый слева, глава семейства. Его мудрость и наставления навсегда остались спутниками Хэ Сюаня. Чтобы не произошло, но голос отца всегда отзывался в его голове советами. Правда тот далеко не всегда следовал им. Мать — правее от него, хранительница семейства. Ее доброта и благоразумие спасали семью от расколов и мирили ссорившихся. Советы матушки требовали от Хэ Сюаня смирения и всепрощения. Потому Черновод не мог долго задерживаться напротив ее праха, стыдясь признать, что не может исполнить ее просьб. Сестра — первая справа, счастье семейства. Ее лучезарная улыбка и чистые глаза могли потушить в Хэ Сюане самое громкое бушующее пламя гнева. Будь она рядом, только она, возможно он бы не сделал множество жестоких ошибок в своем посмертии. Невеста — слева от нее. В жизни она была воплощением красоты и жизнелюбия. Хоть их брак должен был быть заключен на расчетной основе, однако это точно не значило, что он не любил ее, а она его. Будучи любознательной, она очень хотела узнать больше о мире и Хэ Сюань, молодой студент, с удовольствием помогал ей в этом. Идеальная пара, подходящая друг другу. То, что любил он, девушка тоже приветствовала, у них было множество точек соприкосновения.       Ну а по центру между урнами стояла большая банка с зеленоватым раствором, в который была погружена голова виновника всех этих смертей, а рядом валялся разломанный окровавленный веер с символом «Вода». Пришлось срезать ей основную длину волос, чтобы они не закрывали ту отвратительную гримасу ужаса, которая застыла на лице во время экзекуции. Ши Уду был готов к своему исходу, более того требовал именно его, всячески манипулируя Хэ Сюанем. Да, последний не сдержался и прикончил того раньше времени. От того приоткрытые глаза головы не выражали страха, а легкая улыбка говорила об удовлетворении. Именно это и делало гримасу ужасной, а трупное онемение делало эти кривляния более карикатурными, как будто демонстративными. Выглядело все равно противно, но можно было ощутить уверенность и решительность в этом лице.       Я сделал себя сам!, — так и кричала голова. Стоило признать, что Повелитель Вод был выдающимся Небожителем. Его методы получения власти были бесчеловечными, однако действенными, ведь он стал вторым по величию Божеством в Пантеоне после Цзюнь У. Даже из своей собственной смерти он получил выгоду — феноменальный профессионализм. Оставалось только надеяться, что его недалекий младший брат не собирается идти по стопам старшего, используя махинации судеб и времени.       — Сынок, остановись, прошу! — молила матушка, — Довольно всех смертей. Никто не достоин нашей участи, прошу, остановись… — Ее голос почти срывался на плач.       — Сын мой, убери его с алтаря. Мы не примем жертву, это отвратительно! — просил отец, — Оставь их в покое, тогда и мы упокоимся с миром.       — Братец, я не хочу… не хочу, чтобы ты страдал! — настаивала сестра, — Пойдем с нами. Я так соскучилась по нашим играм.       — Любимый, Ши Цинсюань достаточно настрадался, — успокаивала невеста, — Не причиняй ему большей боли.       Голоса неупокоенных душ эхом раздавались по всему залу. Они повторяли: «Не надо… Прошу… остановись…», — Хэ Сюань закрыл глаза, стараясь сосредоточиться и не сойти с ума от множества слов. Они просили то, чего сами не понимали. Как они, запертые в тесных сосудах, могли вопрошать о бездействии? Гул не прекращался, а возразить не получалось. Одурманенный тысячей голосов, доносящихся до справа, то слева, то сверху, то сзади Хэ Сюань не выдержал:       — Я не могу! — крикнул он в пространство, — Не-мо-гу!       — Простите меня, — Черновод упал на колени перед алтарем, отбивая поклоны каждому члену семьи, — Я подвел вас. Мой разум твердит о мести и пережитом зле, однако сердце… что не бьется… Вы не можете с меня требовать этого!       Он резко встал, испуганно глядя на урны, которые только что без умолку голосили. Они как стояли ровно, так и стоят, нет ни одного признака жизни. Даже плавающая в растворе голова не шевельнулась за это время. Все то была иллюзия, минутное помутнение рассудка. Его близкие никогда так в открытую с ним не разговаривали… имеется в виду после своей смерти. Скорее это он как умалишенный разговаривал горстками пыли в банках, для Черновода это своего рода терапия, а потому не стоит ее прерывать. Хэ Сюань глубоко вздохнул, прежде чем зажечь благовония:       — Я знаю, что это прозвучит глупо, но я всегда был рядом с ним. Я всегда оберегал его от махинаций его брата, не давал на него пагубно влиять. То, что он тогда выбрал его… — Князь Демонов быстро кивнул в сторону сосуда в центре и продолжит медленно зажигать благовония напротив каждой урны, — То был абсурд. Но он сделал выбор сам. Я был… огорчен. В ярости. Не понимал, почему он так поступил…       Черновод подошел к четвертой урне, к своей невесте, и немного помедлил. Ее нет рядом, а он продолжает существовать. К сожалению общение с прахом не может заменить настоящего человека, которого можно услышать, которого можно ощутить.       — Прости… мы оба прекрасно понимаем, что время лечит и дает толчок для продолжения. Не хочу даже думать, что это так. Нет! — он тяжело опустил руки на алтарь, — Я не могу вернуться к вам, пока не разобрался в том беспорядке, что учинил.       Хэ Сюань обернулся, убрал выбившиеся из прически волосы с лица, поправил черные одежды и тихо направился прочь из родового склепа.