Начало весны. Личунь.

Знали бы заклинатели, каким способом Хэ Ши решил бороться с тварью, что смогла воссоздать такой идеальный, по его мнению, мир, они бы забили его до смерти. Кому придёт в голову нанести сокрушающий удар по врагу, лишив себя благодатной ци? Что за нерадивый учитель мог воспитать такого ученика? Повреждённое ядро должно повредить и ядро твари. Испугавшись, неразумное создание обязательно отступит и вернёт контроль над сознанием жертве. На что Хэ Ши и надеялся, но человек предполагает, а бог располагает. Очнувшись от невыносимой боли во всём теле концентрирующейся в затылке и солнечном сплетении, непонимающе взирал на усеянное звёздами небо. А увидев принца, который был похож на призрак висельника, не мог промолвить и слова. Разочарование сместила надежда. Прозвучавший вопрос заставил ошарашенно уставившегося на измазанное в земле лицо задержать дыхание. — Т-ты, т-ты чего это? Живой? Хэ Ши спокойно принял сидячее положение. Посмотрел на руки, как бы невзначай бросил взгляд на разорванные нижние одежды и, словно нашкодивший ребенок, аккуратно дотронулся до затылка. Проводя по выбившимся местами из причёски прядям, попутно доставал ветки и листья, продолжая бросать мимолетные и невинные взгляды на Фэн Хуэя. Кашлянув и скривившись, стрельнул глазами в сторону. Поняв, что на него всё так же неотрывно смотрят – нервно хохотнул. Поджав губы и растянув их до подобия улыбки, не отводя мирного взора – неспешно поднялся, а потом, резко развернувшись, он просто бросился наутёк. Не зная, откуда у него взялись только силы, но вскочив, Фэн Хуэй погнался следом. Слыша погоню и не сбавляя темпа, оглянулся, но так не вовремя, впереди возникло дерево, что, видимо, было заодно с принцем. Глухо ударившись, он вынужденно остановился. Нагнав беглеца и вцепившись в рукава, тяжело дышал. Сминая одежды, прощупывая мягкую кожу через ткань, собрался заговорить, но, мужчина, внезапно рухнувший перед ним на колени заставил его на мгновение потерять дар речи. — Ваше Высочество, этот ничтожный виноват и готов понести наказание. — склонив голову вниз, словно сдавшийся зверь, проскулил. — Ты был мёртв, сердце не билось, а тело окоченело. Руки... Твоё тело было... Ты действительно выглядел, как мертвец. — Ши-гэ, ты...ты... как такое возможно? — осев рядом и шумно выдохнув, продолжил. — О. Я не прошу рассказывать мне свои секреты, забудь. Подними голову. — Ваше Высочество, этот ничтожный виноват и готов понести наказание. Разозлившись, Фэн Хуэй толкнул его в плечо, процедив: — За что ты просишь наказание? Забудь! Ничего не было! — Ваше Высочество, этот.... — Смеешь испытывать моё терпение? Подними голову. Мне не за что тебя винить. Забудь и поднимайся, я жутко устал. Со смешанными чувствами сверля растрепавшуюся макушку, произнес: — Ну-ка, дай мне на тебя посмотреть. Я видел собственными глазами дыру в твоём затылке. — схватив и резко притянув, начал перебирать пряди, пробираясь глубже. Хэ Ши отполз назад, тронув ладонью место, где ещё совсем недавно касалась тёплая рука. — Ваше Высочество, со мной всё в порядке. Пустяки. Уголки изогнутых губ поползли вверх, тёмно-карие глаза заблестели. Он показал широкую улыбку, обнажившую маленькую щёлку промеж зубов. Ткнув пальцем в грудь, устало пробормотал: — Я ни черта не понимаю, и я ужасно устал, но я рад, что ты жив! Мне не придётся составлять компанию мертвецу! От увиденного каждую клеточку тела Хэ Ши накрыло волнами теплоты. Сладостное чувство растеклось в сердце, и сам того не замечая, он нежно и открыто улыбнулся в ответ. За его улыбкой блеснула пара белоснежных клычков. Сжав губы и, чуть склонив голову вниз, он закашлялся. — Хэ Ши, вернёмся. Когда я отдохну, то непременно задам тебе парочку вопросов. — поднявшись, протянул руку. Застыв ненадолго, Хэ Ши неловко протянул кисть в ответ. Особо не задумываясь, Фэн Хуэй дёрнул вверх. — Судя по тому, как ты шустро бегал, помощь тебе не требуется. — он развернулся и направился в противоположную сторону от так называемого привала.

***

В безмолвной тишине и думая каждый о своём, в скором времени они дошли до хижины. Рухнув на циновку и устало потянувшись, Фэн Хуэй, полежав, уснул. Хэ Ши заскользил глазами по бамбуковой постройке, ужасаясь. В углу лежали испачканные одежды. Подушке, на которой до этого отдыхал принц, не удалось избежать кровавой участи, а также: столу, сломанному тренировочному мечу и ещё с десятку вещей. Картина сложилась окончательно. Решив разобраться с беспорядком позже, выцепил взглядом звериную шкуру. Накрыв спящего, покинул хижину. Добравшись до места, поджал губы и вздохнув, поднял изумрудный халат, чудом не испачкавшийся в земле, вешая на ветку рядом стоящего дерева. Подойдя ближе к выкопанной яме – заглянул внутрь. Эмоции, что до сих пор были заключены в невидимую клетку – хлынули наружу. Схватив валявшуюся неподалёку железную чашу и рухнув на колени, он с остервенением начал копать. Комья грязи летели в разные стороны. Вязнув во влажной земле и в своих чувствах, Хэ Ши, тяжело дыша, рыл всё глубже и глубже. Ненависть к себе, ощущение неправильности происходящего сковали его сердце. Железная чаша не выдержав ужасного напора треснула и, показав острые края, подалась вперед, разрезая нежную кожу. *** Фэн Хуэй проснулся посреди ночи. Снаружи доносились мерные постукивания, снова убаюкивая. Когда веки потяжелели, а ясность сознания затуманилась, постукивания прекратились. Распахнув дверь, вошёл Хэ Ши. Фэн Хуэй повернулся и уставился на сгорбленную спину. Наблюдая за последовательными действиями соседа, в памяти всплыли последние дни. — Ши-гэ, почему не спишь? Хэ Ши повернул голову. — Я вас разбудил? Привыкнув к темноте, разглядел, что человек напротив скрыл своё лицо тканью. Отчего-то он раздражился и вспылил: — Ши-гэ, когда я задаю вопросы, ты должен на них отвечать. Почему ты не спишь? Хэ Ши медлил. Подумав уже, что ответа ему не дождаться, услышал: — Ваше Высочество, почему вы рыли землю чашей? — Что? — Я ведь предельно ясно говорил, под хижиной есть подвал. Поняв, что человек напротив явно не в себе, решил промолчать. Но надолго его не хватило, почувствовав надвигающуюся головную боль, медленно проговорил: — Ши-гэ, во дворце есть сотни скрытых комнат, попасть в которые без знания конструкции попросту невозможно. Но главная причина, почему я до сих пор не побывал в этом "тайном месте" кроется в том, что я не знаю, где находится этот чёртов подвал. Когда молчание затянулось, вновь спросил: — Хэ Ши, почему не спишь? — Мне не спалось, и я решил приготовить для Вашего Высочества целебный отвар. Травы, из которых он состоит, улучшают циркуляцию ци и хорошо расслабляют мышцы. — Этот титул в прошлом. Он мёртв, как и человек, что носил его. Называй меня по имени. — Не говорите так. Ваша кожа тёплая, сердце бьётся, а по венам течёт кровь. Ядро распространяет живительную ци по меридианам. Вы не мертвы. Хмыкнув, Фэн Хуэй перевернулся, нашарив то, что, по всей видимости, стало его одеялом. Ничуть не страшась, натянул на себя и не сказав больше ни слова, уснул. Хэ Ши хотел подойти ближе. Подойти ближе, и в подтверждение сказанному, дотронуться до ладоней. Переплести пальцы и чувствовать тёплую, мягкую кожу. Прижав голову к груди, услышать сердцебиение. Убедиться, что этот человек не злая шутка его подсознания. Неуёмная жажда бурлящим потоком клокотала где-то на задворках сознания. Сжав кулаки, он отвернулся и молча продолжил своё занятие.

***

Фэн Хуэй проспал ещё три часа. В нос ударил запах еды. Сладость засахаренной груши и чего-то горького. Поднявшись, хотел сразу же начать трапезу, но застыл, потому что увидел, что находится в одних нижних одеждах. Отвесив себе мысленную оплеуху, опрометью бросился из хижины. Пробежав около десятка чжанов, до него долетел глухой голос: — Верхние одеяния рядом с вашим спальным местом. Фэн Хуэй обернулся. Приняв расслабленную позу, мужчина лежал на скамейке придерживая голову ладонью. Струящаяся ткань скрыла уставшее лицо, но не смогла скрыть покрасневших без сна глаз. Ни капли не стесняясь в выражениях, выпалил: — А раньше не мог сказать? — сочась недовольством, тяжелым шагом прошёл мимо. Прикрыв веки и полежав так ещё немного, Хэ Ши прислушался к шелестящим звукам и бурчанию, после чего последовал внутрь. Фэн Хуэй стоял спиной к двери, заканчивая приводить себя в порядок. — Проснувшись здесь, я решил, что это сон. Но время шло, а сон не заканчивался. Глядя на то, как искусен Ваше Высочество, я решил, что моим сознанием завладела тварь, и пока я находился в мире грёз, она лакомилась моей ци. Хэ Ши указал на стол в приглашающем жесте. Глаза Фэн Хуэя загорелись, в желудке уже давно ныло от голода. Судя по тоненькой белёсой дымке, что струилась вверх, рисовая каша была приготовлена недавно. В ней аккуратно нарезанными дольками плавали кусочки засахаренной груши. Рядом лежала рисовая лепёшка и чаша с мутным отваром. Только взглянув на неё, он почувствовал горечь на кончике языка. — Мои навыки не сравнятся с изысками дворца, но они не так уж плохи. Этот отвар следует пить натощак. Сначала выпейте, только потом вы можете приступить к остальному. — Почему здесь одна порция? — он кивнул, послушно сев. — Вам сейчас необходимо приучать желудок к пище. Переедать нельзя. Фэн Хуэй поперхнулся воздухом. “Я, по-твоему, что, жаловался на недостаточное разнообразие?” — Ты не собираешься есть? — Я практикую инедию. Покивав и состроив кислую мину, мужчина зажал нос, и, чтобы облегчить свою участь решил выпить всё разом. Когда вязкая и горькая жидкость оказалась во рту, он познал все страдания мира. Влив в себя всё и насилу проглотив несколько глотков, его щеки надулись от жидкости. Борясь с позывами выплюнуть оставшееся или проглотить, склонился ко второму, но планы испортил устроившийся напротив наёмник. Подперев кулаком подбородок, Хэ Ши молча наблюдал за чужими метаниями. Ужасная полынная горечь вязала, и не выдержав, Фэн Хуэй прыснул, разбрызгивая жидкость. — ... Чёрные ресницы покрылись капельками влаги. Фэн Хуэй заторможено смотрел, как намочилась ткань на лице. Проморгавшись, не меняя позы, Хэ Ши другой рукой снял повязку, отложив, немного неловко смотря в тёмно-карие глаза. — Я не специально, это ты виноват, что приготовил такой горький отвар. Смирившись с участью, мягко направил: — Попробуйте кашу, она должна быть сладкой. Получив разрешение, Фэн Хуэй вновь кивнул. Аккуратно выловив дольку засахаренной коричневой груши и поднеся к влажным от отвара губам, высунул кончик языка. Чувствуя на нём сладость, в наслаждении прикрыл глаза. — Как же сладко. — проскулив, закинул в рот и быстро прожевав, принялся пить кашу, палочками отодвигая сладкие дольки в сторону. Пробившийся лучик света в чужом сознании заставил сгущающуюся тьму слегка отступить, прогоняя мрачные мысли. — Ты знал, что неприлично наблюдать за человеком в трёх случаях: когда он ест, спит и когда ему нужно освежиться? — Вы знали, что неприлично выплёскивать в лицо то, что уже побывало у вас во рту? Поняв, что ему нечего сказать и прикусив язык, в два счёта расправился со своим завтраком. Отложив всё в сторону и оперевшись локтями на стол, подпёр ладонью подбородок, с любопытством изучая. Он рассматривал угловатые черты и ярко выделяющиеся скулы. Тонкий нос с едва заметной горбинкой, острый подбородок и сухие губы. Не испытывая ни капли смущения, приподнял брови и пожевав щеку изнутри, бросил: — Почему в твоём кошмаре появился я? — Потому что ваша смерть – моя вина. Выдержав взгляд и приблизившись, прошептал: — Не неси чепухи. Ты то здесь причём? — Самый надёжный способ выбраться из мира грёз, нанести твари непоправимый урон. Тогда я смог бы освободить своё сознание. — Что-то я не слышал в заклинательских практиках о таком приёме, расскажешь? — Я не планировал убивать себя. Это лишь глупое стечение обстоятельств. Моё ядро... оно особенное, именно так мне и удалось выбраться с того света. Покивав, будто верит во всю чушь, что ему рассказывают, Фэн Хуэй потёр шею ладонью. — Ши-гэ, поправь меня, если я в чем-то не прав. Ты попал сюда и подумал, что это сон. Наёмник качнул головой. — В твоём сне оказался я. Решив выбраться из оков иллюзии, ты не придумал ничего умнее, кроме как создать видимость разрушения своего ядра. Поколебавшись, Хэ Ши вновь качнул. — Но случилось непредвиденное. Должно быть, братец переусердствовал с созданием "видимости" и потерял сознание, раскалывая себе череп. Около двух дней был мёртв, но вдруг ожил, как говоришь, тоже из-за своего ядра? Хэ Ши, откидывая прядь волос в сторону, ещё раз кивнул. — Почему ты упорно отказываешься верить, что попал в это место из-за того, что умер? Перед тобой доказательство, что я попал сюда после смерти. В твоём рассказе явные пробелы. Ты не думал, что это место позволило тебе исцелиться, а не твоё особенное ядро? Может, если я умру здесь, то так же оживу, как и ты? — Я не позволю. Фэн Хуэй приподнял бровь. — По-твоему, мне требуется дозволение? Я ведь говорил, ты можешь хранить свои секреты при себе, зачем лукавить? Взгляд Хэ Ши помрачнел. — Этот лес, эта хижина. Ваше Высочество, они вам не знакомы, верно? А мне знакомы. По крайней мере, хижина. Это хижина, в которой я жил последние несколько месяцев. Это место подчиняется мне. В тот раз, чтобы полностью в этом убедиться, я захотел, чтобы пошёл дождь. И он действительно пошёл. Что же это ещё, если не иллюзия? Разве в реальном мире такое возможно? — По-твоему, иллюзия может прожить без того, кому она предназначается? Хочешь сказать, я плод твоего воображения? Своими речами ты сеешь во мне сомнения. Хэ Ши отодвинулся, скользя по плавным чертам лица с немного заострённым подбородком. Задержавшись ненадолго на изогнутых нежно-лилового цвета губах с явным изломом по краям, посмотрел в лисьи глаза с белоснежными и очень редкими ресницами, по уголкам которых виднелись мимические морщинки, указывающие на то, что их обладатель часто прищуривается. — Я... Вы... Дело в том, что Ваше Высочество слишком реальны. Но я уверен, что не мог умереть. Скажем так, мой недуг не позволит мне умереть. Это всё, что я могу сказать. — Как интересно. — вяло улыбнувшись и без всяких эмоций. — Ты что-то говорил про нижние комнаты, покажешь?

***

Если хотите спрятать что-то хорошо, спрячьте это на самом видном месте. Вход в подвал находился под носом, нужно было всего лишь переставить лавочку и отодвинуть лозы вьющегося растения. — Ши-гэ, где должна находиться эта хижина? — В нескольких тысячах ли от столицы. — Как оказалось, неприглядная с виду хижина может удивить своей глубиной. — заключил Фэн Хуэй. Захватив с собой лампу, Хэ Ши двинулся вниз по ступеням. Спускаясь всё ниже и ниже, Фэн Хуэй ощутил смешанные чувства, проводя кончиками пальцев по стене. Он вздрогнул, когда совсем рядом раздался глухой голос: — Лучше ничего здесь не трогайте. — А? Хорошо. — потерев ладонью ухо, прогоняя зуд. — Как в тот раз ты вернулся так быстро? — Я пробежался. Прыснув, Фэн Хуэй пихнул наёмника в бок. — В твоём-то состоянии? — А что было не так с моим состоянием? — Ещё смеешь спрашивать? За разговором они упёрлись в стену. Хэ Ши мягко повернул за чужие плечи, направляя. От увиденной картины зрачки Фэн Хуэя расширились.