Начало весны. Личунь.

Предупреждение. В главе описываются сцены насилия над детьми. Белая лошадь неслась галопом, постепенно снижая свой темп. Лица всадника было не разглядеть, его полностью скрывала ткань. Приблизившись и натянув поводья, ходя кругом, словно торговец, выбирающий товар, Хэ Ши с минуту порассматривал двоих, после чего спешился. Похлопав лошадь по холке и привязав к дереву, подошёл, кидая каждому по свёртку. — Я поспрашивал. Сейчас действительно пятый год правления Императора Фэна. — сев и протянув бледные руки к костру. — Разве такое возможно?  Завёрнутый в слои одежд не меньше, чем наёмник, Фэн Хуэй принялся жевать мясную лепёшку, попутно запивая водой из фляги, в то время как угрюмый У Лэй ковырял угли почерневшей палкой. — Неужели это всё из-за того ворона? Пожав плечами, Хэ Ши опустил повязку к подбородку.  Троица оказалась несколько дней назад за стенами столицы империи Хао Цяньшао. Хэ Ши разведывал обстановку и вернулся из города вот уже в третий раз. — Лэй-эр, что с тобой? — Появись я на день позже, что бы тогда произошло? Ты и Сяо Хуэй, вас бы выкинуло в прошлое? А как же я? — хмыкнув. — Какой смысл думать о том, что могло быть? Тебя только это интересует? — Меня ещё интересует, где ты взял лошадь. — пробурчал, не отрываясь от костра. — Заработал. По-твоему, откуда у меня золото на вещи, которые я приносил всё это время? — Ты кого-то убил? — спросил Фэн Хуэй, почти расправившись с лепёшкой. Хэ Ши посмотрел на мужчину странным взглядом и подумал, что его репутация действительно оставляет желать лучшего. — С чего вы взяли? — А как зарабатывают на жизнь наёмники? У Лэй наконец перестал копаться в себе: — Он хорошо танцует. — разворачивая свёрток. — Какой же у тебя грязный рот. — Отвратительная. Мой Ши-гэ готовит вкуснее. Фэн Хуэй уже привык, что этот человек отвечает лишь на те вопросы, на которые считает нужным, и даже не повёл бровью, когда его проигнорировали. — Я схожу ещё в город, потом отправимся в Запретные Земли. — Думаешь, оказавшись там, нас выкинет обратно? — Предполагаю. — Завтра мы пойдём с тобой. — с набитым ртом. — Лэй-эр, ты действительно думаешь, что можно просто так вмешиваться в прошлое? — с нотками гнева.   — Но ты же вмешиваешься. — заступился за бывшего телохранителя Фэн Хуэй. Хэ Ши подавился воздухом. “Разве младшие не должны уважать старших?” — Если сейчас пятый год правления, то сколько же Ши-гэ? Семь? Может, перед тем, как отправиться, посмотрим одним глазком? — прошептал У Лэй, глядя на Фэн Хуэя. — Я не отсюда. — тон прозвучал слишком резко. — Ши-гэ, так ты старше меня на четыре года? — Тебе двадцать два? — задал встречный вопрос У Лэй, обнажив привычный оскал. — Лэй-гэ даже этого не знал? Какой же из тебя дрянной телохранитель. — весело прощебетал кидаясь снегом. — Зачем мне эти цифры? Так ты первый принц? Тогда почему в очереди на престол второй? Я думал ты младше. Улыбка Фэн Хуэя померкла. У Лэй подкидывал поленья, не замечая изменений в собеседнике: — Если тебе сейчас три года, то почему Император устраивает торжество по первенцу? Когда молчание затянулось, У Лэй посмотрел на Фэн Хуэя. Оскал сошёл с его лица. В сумерках шафрановые глаза ярко мерцали. Блики огня отражались в чужих зрачках, гипнотизируя. Пугающе спокойный взгляд заявлял о том, что он готов залезть в чужую голову и порыться в воспоминаниях, чтобы выдернуть тайны, как сорняки, узнавая всю подноготную. Агрессивные черты У Лэя никогда не пугали Фэн Хуэя. Этот человек распространял свою хищную ауру и подавлял каждого, кто посмотрит на него дольше необходимого. В большинстве случаев, Фэн Хуэй ощущал азарт и дух соперничества, когда цапался с ним, но сейчас он почувствовал едва уловимый страх. Если этот человек и задаёт вопросы, то они непременно будут ощущаться, как вбивание ржавых гвоздей в кровоточащее сердце. “Как Ши-гэ с ним справляется?” Будто прочитав мысли, У Лэй приподнял бровь и скосил взгляд на витающего в облаках, буравящего костёр Хэ Ши. Обнажив зубы, он двинулся в сторону и приблизившись, уткнулся подбородком в плечо. Руки полностью обхватили мужчину за пояс и крепко сцепились друг с другом. Не отрывая взгляда от Фэн Хуэя, выдохнул в ухо: — Хэ Ши-гэ, ты замёрз? Твой братец согреет тебя. Все действия этой гадюки заняли мгновение. Наблюдая за странной картиной, в его затылке закололо, а в горле пересохло. Фэн Хуэй перевёл взор, потирая ладонью ухо, стирая призрачный зуд. Хэ Ши сначала вздрогнул, а потом прикрыл веки, и, затаив дыхание, запрокинул голову на грудь, оголяя бледную шею. Посидев так немного, провёл по горячим кистям кончиками пальцев, схватил и проник глубже, соединяя свою ладонь с шершавой. Фэн Хуэй посмотрел на У Лэя, но увидел не то, чего ожидал. Оскал пропал, и не понимая, что произошло, он отшатнулся, выдав поток брани.                                  *** В голове у Хэ Ши творилась полная неразбериха. Не слыша, о чём разговаривают его спутники, усиленно размышлял, какую роль сыграл в том, что они оказались в прошлом. “И оказались ли?” “Может я действительно сошёл с ума?” “Принц жив и нас забросило в прошлое, да ещё и по счастливой случайности появился У Лэй. Такое ведь невозможно? Как это называют заклинатели, искажение ци? Возможно ли у меня такое?”                               *** — Ши-гэ, ты зверь, что ли?! — заорал. — Я предупреждал не раз. — спокойно ответил. — Я всего лишь хотел согреть тебя! Ты ведь плохо переносишь холод! — обиженно прошипел, потирая свою ладонь. — Разве я просил меня греть? — Почему Ляо Сяо может обнимать тебя, а я нет? — Вы отличаетесь. — Твою мать, мы одинаковые! “Что за отношения их связывают? Кто такой Ляо Сяо? Неужели тот молодой господин?” У Лэй продолжал ещё какое-то время ругаться с Хэ Ши, когда Фэн Хуэй увидел вдалеке целую процессию. Он похлопал по коленке наёмника, который, на каждый довод о том, что они должны отправиться завтра вместе, забрасывал своего оппонента десятью, что они должны послушно сидеть и дожидаться его здесь, как и раньше. — Что такое? — повернувшись, мягко спросил. Фэн Хуэй кивнул. Хэ Ши проследил за направлением и расслабленность, до этого отражающаяся на его лице, сменилась замешательством. Шикнув в сторону У Лэя, он сдвинул брови. — Захлопните этой твари рот! Мы приближаемся к воротам! — хриплым голосом. — Господин... — послышался заискивающий тон другого мужчины. — Но этот паршивец взбесился. Проснувшись, он верещит, словно выпавший из гнезда птенец, не реагируя ни на что. — Высечь.  По всей видимости, мужчина с заискивающим голосом являлся слугой. Он поклонился и прихрамывая, отправился к самой дальней повозке. Приблизившись и постучав, сказал что-то находящемуся внутри, после чего развернулся и бежал так, что несколько раз чуть не упал. "Работорговцы?" — подумал Фэн Хуэй, но не успел задать вопрос, как его тут же схватила ледяная рука и поволокла за собой. Он уставился на У Лэя, которого тащили следом. — Эй, там костёр! Старина, ты посмотри, кто-то оставил лошадь! — Давай, запрягай к нам! — Но как же хозяин? — спросил слуга.  — А нечего оставлять добро без присмотра! Фэн Хуэй повернул голову и как мог наблюдал за происходящим. Из повозки что-то выволокли и бросили на снег. У Лэй остановился, тем самым дёрнув Хэ Ши обратно.  — Почему мы убегаем? — прошипев. Фэн Хуэй услышал детский голос, но не мог разобрать, что он говорит. Пытаясь выбраться из захвата и громко крича, ребёнок пинал и кусал того, кто прижал его к земле ногой. Раздался свист кнута и хлёсткие удары. Зрачки Хэ Ши сузились. — Мы уходим, это прошлое, его не изменить. У Лэй вырвался и побежал к повозкам. Фэн Хуэй смотрел за мужчиной, что с завидным хладнокровием и даже каким-то удовольствием ударял раз за разом, пока маленькое тело содрогалось. Внезапно фигурка перестала двигаться и замолкла. — Вы, ублюдки, разве вам неизвестно, что работорговля карается смертью? — зарычал У Лэй. Хэ Ши хотел кинуться следом, но Фэн Хуэй ловко его поймал. Обернувшись и пытаясь отцепить от себя, глухо процедил: — Фэн Хуэй, как ты смеешь нарушать ход времени? Глядя на ужас и тревогу в обсидиановых глазах, только сильнее привлёк, и, не обращая внимания на трепыхания, уставился вдаль. Понимая, что что-то не так, сдвинул брови, не отцепляясь, идя вперед. У Лэй обернулся, непонимающе смотря. “Они что, нас не видят?” У Лэй подошёл вплотную к высокому мужчине, который до этого избивал ребенка. В попытке дотронуться, он наткнулся на пустоту, рука прошла сквозь тело. Работорговцы переговаривались между собой, не взирая на устроенный У Лэем переполох. — Твою мать. — с потрясением в голосе. У Лэй понёсся к мелко подрагивающему и сжавшемуся в комок. Попытавшись перевернуть, снова наткнулся на пустоту. Фэн Хуэй отпустил наёмника и шагнул к У Лэю, но теперь уже поймали его. — У Лэй, уходим. Ты ведь убедился, что мы не вправе что-то изменить? Зачем попусту наблюдать за страданиями тех, кому не в силах помочь? Руки У Лэя дрожали. В темноте было не разглядеть, но он точно увидел на макушке маленькие косички с вплетёнными в них алыми нитями. Страх, медленно проникающий в каждую клеточку тела, выдал образы.                                      *** Сидя в летнем саду и наслаждаясь терпким грушёвым вином, У Лэй писал портрет. Увидев что-то выходящее за рамки привычной жизни, он старался перенести это на холст. На полотне, штрих за штрихом, вырисовывалась высокая и элегантная фигура статного человека. Ловко играя мазками туши, подправлял некоторые места чистой кистью, чтобы добиться оттенка кожи, как в жизни. Особое внимание он уделил нитям, прочертив уверенными штрихами самые незначительные линии. Отпрянув, на сосредоточенном лице расцвела открытая улыбка. Шафрановые глаза зажглись страстным огнём, грозясь спалить творение искусства дотла. — Молодой господин, молодой господин! — издалека раздался жужжащий голос Чжун Яо. Юноша бежал и споткнувшись, чуть не сшиб подставку. Резко дёрнувшись, У Лэй бережно схватил картину и бросив гневный взгляд, яростно прошипел: — Смотри, куда падаешь, гадёныш! — Ха-хах, молодой господин снова весь измазался. — прыснув. Он так и смеялся, если бы ему не отвесили звонкую затрещину. — Пошёл вон! Потерев ушибленную голову, Чжун Яо обиженно проговорил: — Но молодой господин, я видел в городе господина Хэ. Гневный взгляд ещё с минуту прожигал мальчишку. Не успел Чжун Яо понять, что произошло, как его почти что сшибла зелёная тень.                                    *** Господин Хэ вот уже месяц не появлялся в городе и услышав, что он вернулся, У Лэй сразу же бросился к нему, совершенно не задумываясь о том, что человеку следовало бы отдохнуть. Испытывая необычайное волнение от предстоящей встречи и сменив испачкавшиеся изумрудные одежды на такие же чистые, затянул багряные волосы в тугой пучок и вылетел из дома. Оказавшись возле усадьбы, перемахнул через ворота. Он провёл по невидимым складкам ладонями, приводя себя в надлежащий вид. Не успел постучать, как двери распахнулись, и У Лэя встретили два обсидиановых омута, желая полностью растворить в себе. — Молодой господин У? — журчащий, словно ручеёк, голос хозяина говорил путнику о том, что позволяет утолить чужую жажду своими водами. Обладатель шафрановых замерцавших страстным огнём глаз почувствовал струнами души, что его ждали. Уголки губ растянулись в проникновенную улыбку, вызвав у человека напротив головокружение. — Господин Хэ? — сдержанно прошептал.                                   *** В усадьбе, помимо Ляо Сяо, также находился молчаливый и угрюмый Дун Фэн, который своим ростом превосходил даже господина Хэ. У Лэй занял место у окна и медленно потягивал грушёвое вино, смотря за плавными движениями рук только одного человека. Сидя рядом с Ляо Сяо, Хэ Ши хвастался тем, что он с самого детства заплетает себе косички и настолько преуспел в этом мастерстве, что может с закрытыми глазами заплести не менее ста прядей. — Моя матушка рассказывала мне, когда я научился говорить, посреди ночи я разбудил её и сказал, что мне приснился красивый дядя. Тонкие пряди его волос были вплетены друг в друга, а алые нити, словно путы, связали их в одну. В то время мои волосы были примерно такого размера. — посмотрев на У Лэя, помахал рукой около плеча и поймав цепкий взгляд, поспешно отвернулся, продолжая. — Моя матушка сказала, что это был вто.... — запнувшись на мгновение. — ...мой отец. Чужой голос потихоньку начал затухать, вырывая У Лэя из воспоминаний. — Я послушно плету косы с самого детства и не изменяю своим традициям.                               *** Внезапно ребенок поднялся, пронзительно заверещав. Хватая окровавленными руками снег, кидал его в высокого мужчину с кнутом.  На бледном вытянутом лице выделялись два яростно горящих бездонных омута. Ноги У Лэя подкосились, он медленно осел. Комья снега пролетали сквозь, не принося дискомфорта. Не дыша, он широко распахнутыми глазами с неверием смотрел на маленького человека, который кричал и выл, царапался и кусался, норовя убежать обратно, не желая подчиняться. — Цзы Мао. Отрежь этой твари язык. — прозвучало грубым и слишком спокойным голосом из самой первой повозки. — Или я отрежу тебе голову. Цзы Мао снял кинжал с пояса и подошёл к мальчишке. Схватив за волосы и натянув вверх, сделал попытку расцепить сжатые челюсти. Ребенок завертелся и вгрызся в чужую руку. На кончиках пальцев У Лэя заструилась жёлтая ци, но так и не найдя цели, она не смогла покинуть хозяина.  Цзы Мао оглушил его о колесо повозки, от чего мальчишка всхлипнул, и наконец, замолк. Кое-как поднявшись, У Лэй захотел вырвать потерявшего сознание, но постоянно падал на заледеневший снег. Фэн Хуэя больше не удерживали. Хэ Ши оказался около У Лэя и схватив обеими руками, попробовал оттащить. Фэн Хуэй приблизился и смог рассмотреть то, что заставило У Лэя потерять над собой контроль. Цзы Мао вновь схватил мальчишку. Разжав челюсти и засунув кинжал в рот, со всей силы рубанул. Бездонные глаза широко распахнулись.  Жуткое страдание и потрясение во взгляде заволакивало кровавой пеленой. Окоченев, Фэн Хуэй перестал что-либо слышать. Но полный боли и отчаяния крик разорвал ядовитыми когтями перепонку, проникая не только в уши, но и как будто бы деранув сердце. Вздрогнув, он повернулся на звук. Кричащим оказался У Лэй. Фэн Хуэй рефлекторно сделал несколько шагов вперед. Мальчишка потухшим взглядом смотрел сквозь. Кровь ручейком стекала из зажатого рта, образовав лужицу. Он мелко подрагивал и закашливался. Мужчина обратил внимание на знакомые косички и шрам, неверяще переведя взгляд на Хэ Ши и обратно. Ледяная волна осознания потопила с головой. Вырвавшись из захвата, У Лэй припал к безжизненно прожигающему пустоту. Он скулил и трясущимися руками пытался поделиться светлой ци, но у него ничего не получалось. — Хэ Ши-и-и... Хэ Ши-и-и... Пожалуйста. Хэ Ши-и-и... Я умоляю. — завывая. — Что вы стоите? Помогите мне... Так не должно быть... Это неправильно... Хэ Ши-и-и... Хэ Ши-и-и. Помогите мне. Пожалуйста... помогите... помогите ему кто-нибудь... я прошу... Хэ Ши... Хэ. Ши. — сломанным голосом. — Ну Хэ Ши-и-и… Слуга подбежал к мальчишке и взяв на руки, занёс в повозку, скрыв окровавленное тело с глаз. — Как вы можете быть такими жестокими? Это ребёнок. — дрожаще. Цзы Мао сплюнул, пророкотав: — С каких пор у тебя сомнения? Разве человеческий ребёнок сможет выжить в Проклятом лесу? Наверняка эта тварь прорвалась через барьер и съела мальчишку. Ты разве не слышал, как он верещал? Ты посмотри, какие длинные и тощие у него конечности, он выглядит так, будто на голый скелет натянул чужую кожу! А та тварь, что была с ним? Тебе не жаль Лао Вана, которому выцарапали глаза и оторвали руки? А Цушу Ди? — он сплюнул ещё раз и вытеревшись, забрался в повозку. Фэн Хуэй не смог рассмотреть лучше, но ему действительно показалось, что ребёнок был слишком уж худым. Он так и стоял, смотря на кровавое пятно на снегу. Совсем близко раздавался едва различимый, полный отчаянной боли скулеж У Лэя.                                     *** Уголки глаз Хэ Ши покраснели. Сердце гулко стучало и ныло. Он хотел сбежать. Не хотел вспоминать. Он помнил ту боль. Никогда не забывал. Клинок проник почти в глотку и, словно срезав непослушную прядь, отсёк плоть. Было больно, но не сравнимо с болью, когда отрастает новая: чувство, словно тысячи игл, друг за другом и каждую секунду, вонзаются в воспалённую кожу. Захлёбываясь в крови и задыхаясь, желал тогда, чтобы всё поскорее закончилось. Осев рядом, Хэ Ши коснулся трясущейся рукой горячей влажной щеки.  Глаза горели болью. Схватив ладонями лицо и притянув, аккуратно стёр льющиеся дорожки безмолвных теперь слёз пальцами. Смотря в наполненные мукой шафрановые глаза, обессиленно улыбнулся, шепча: — Сяо Лэй, всё хорошо. Я рядом. Ты видишь меня? — сглотнув. — Ну же. Посмотри на меня, Сяо Лэй. Я здесь. А-Лэй... Не получая никакой реакции, решил попробовать по другому. — Сяо Лэй, мне холодно… Ты... согреешь меня? — прошептав на ухо. — С-согрей меня, п-пожалуйста…  Фэн Хуэй будто стоял вечность. — А-Лэй, мне больно, когда твои глаза не видят меня. Процессия скрылась, и о том, что здесь недавно произошло, напоминал только кровавый след на снегу и розовый обрубок. Поднявшаяся в мгновение метель пыталась замести следы преступления, усыпая всё снегом. — Сяо Хуэй, прости. Ты не должен был этого видеть. Никто не должен. “Для чего небеса послали нас сюда? Мы не вправе менять прошлое. Мы не можем менять прошлое. Почему мы просто не ушли? Почему?” Фэн Хуэй привычно почувствовал к себе отвращение. Потому что картина, которую он увидел, не вызвала в нём такую же бурю эмоций, как у У Лэя. Он испытал нереальность происходящего, страх и несправедливость. Но это ведь не то, что чувствует У Лэй? “Ши-гэ ведь ничего не угрожает?” “Это было в прошлом. Этого ведь больше не случится? Никто не позволит себе подойти к этому человеку слишком близко и не будет избивать его, как безвольную куклу. Никто не схватит за вплетённые в друг друга пряди волос и не будет разжимать челюсти для того, чтобы просунуть туда клинок?” Подойдя и сев рядом, смотрел в упор. Лицо Хэ Ши было настолько бледным, что сливалось со снегом. Привлеча к себе и прижав к груди, он аккуратно проводил по багряным волосам подушечками пальцев, заводя особо растрепавшиеся прядки за ухо. Заметив на себе внимание, Хэ Ши посмотрел в ответ. Два глубоких колодца до краёв наполнились сожалением и болью, расплескав несколько капель. Слыша шум в ушах, Фэн Хуэй провёл тыльной стороной ладони по нитям, стирая успевшую остыть дорожку слёз. Хэ Ши пару мгновений поддерживал зрительный контакт, после прервал, покрепче прижав человека, который, прикрыв глаза, размеренно задышал. — Сяо Хуэй, прости меня. — хриплым голосом. Фэн Хуэй молчал. — Прости, что втянул тебя. Ты и Сяо Лэй, вы попали сюда из-за меня. Если бы я знал, что такое произойдёт, я не посмел бы приблизиться ни к одному из вас. “Ши-гэ, наверное, я пропустил момент, когда ты приблизился ко мне.” Опустив глаза на краснеющие угли, напоминающие о когда-то горящем огне, понял, что продрог до костей. Он решил оставить двоих наедине. Сухие поленья, что до этого высушил У Лэй, отсырели. Огонь всё не хотел разгораться. Провозившись некоторое время, Фэн Хуэй начал медленно приходить в себя. “Тварь выцарапала глаза и оторвала руку? Они жили в Проклятом лесу? Но ведь люди не могут находиться там слишком долго? Его тело способно отращивать себе новую плоть? Какой ценой?” Ворох странных мыслей проносился в голове, ответы на которые, были безумнее самих вопросов. Когда пламя разгорелось и алые искры взметнулись ввысь, обернулся. Глядя, как двое слились друг с другом, чёрным пятном выделяясь на снегу, подумал, что не мешало бы переместить их к костру. Мужчина даже не успел сообразить, как рядом заклубился мглистый туман. Фэн Хуэй с вопросом во взгляде уставился на “прибывших”. Хэ Ши отпрянул от У Лэя и поудобнее устроившись, всё ещё прижимал чужую голову к своей груди. На его лице больше не было никаких эмоций. — Эта способность. Я не знаю, как она работает. — Что ты хочешь этим сказать?  — Я мог воспользоваться туманом, чтобы оказаться подальше от этого места, но тогда бы мне пришлось бросить одного из вас. Фэн Хуэю и раньше казалось странным, что Хэ Ши отвечает на вопросы, которые ему не задают. Когда все улики о перемещении в прошлое указывали на него, он с невинным видом заявлял, будто не воспользовался своим приёмом из-за того, что не мог оставить кого-то из них. Не улавливая логики, перевел взор на У Лэя. Растрепавшиеся багряные волосы теперь были собраны в тугой пучок. По бокам появились две змейки, которые стремились друг к другу, но не могли прорваться через копну волос. Чёрные ресницы немного подрагивали. Ничто больше не напоминало о том, что он недавно потерял над собой контроль. Фэн Хуэй возвёл глаза к усыпанному местами звёздами небу и неволей перенёсся в прошлое.  В такую же ледяную ночь, сжавшись на холодном снегу, он так же смотрел на далёкие звезды. Острые кристаллики льда при порывах ветра больно царапали кожу. Холод проникал под неё, заставляя дрожать сильнее. Смотря на усыпанное небо, он улыбался. Фэн Хуэй любил зиму. В это время множество людей ощущали холод и желание согреться, составляя компанию всеми забытому ему, который чувствовал холод и одиночество столько, сколько себя помнил. Охрипший голос разрушил иллюзию. — Моя матушка, она ещё не научила меня, как правильно им воспользоваться. “Ещё?” — Я попал в плен, когда мне было семь лет. В том возрасте, нужно было как раз изучать наследие. В те годы я был слаб здоровьем, и моя матушка жалела меня, говоря, что ничего страшного, если я научусь этому позже. Она говорила, что перед тем, как родиться, я болел и это повлияло на моё здоровье. Я не мог питаться тем, что обычно едят люди и был слишком тощим. Фэн Хуэй представил мальчишку и его нездоровую худобу.  — Мы отправились ближе к барьеру, чтобы собрать целебных трав для меня, но нас... меня тогда схватили. С тех пор, я больше не видел свою матушку. — говоря, поглаживал по голове, устремив взгляд к огню. Фэн Хуэй ощутил, что ледяной ветер, желающий проникнуть глубоко в кости, исчез. В воздухе замерцали следы жёлтой ци, образуя барьер, отделяя их от непогоды. Подгрызающее чувство испытываемое им, когда он смотрел на двоих, медленно отступило. Огненная ци создала небольшой островок, прогоняя прочь ядовитые когти одиночества и зависти. Хэ Ши знал, что У Лэй пришёл в себя, как только он использовал свой приём, и сейчас, когда тот намекнул, что в здравом уме, мужчина не отстранился, а лишь крепче прижал. — Я пробыл в плену недолго. Около двух месяцев. После этого жил у третьего дядюшки Чжао на Севере. Спустя десять лет, когда он умер, его давний друг забрал меня к себе. Он был наёмником. Тогда я вновь попал в империю Хао. Не зная, куда себя деть, и что сказать, взор тёмно-карих глаз как и прежде устремился к У Лэю. Не заметив, когда, но змея уже сцепила свои руки на чужом поясе, с пугающим спокойствием смотря на стены города. Почувствовав, что его поймали с поличным, шумно вздохнул и, отстранившись, перевел шафрановые, с красными прожилками глаза, на Фэн Хуэя. Таким же горящим взглядом он смотрел на него, когда упоминал, что в его родословной несостыковки. — Лэй-эр, прошлого не изменить. Не смей менять ход времени. — глухим голосом. Сжавшись и уткнувшись головой в колени, Хэ Ши замолчал. Фэн Хуэй испытал дискомфорт, потому что бывший телохранитель не сводил с него своей плотоядности. Блики от костра играли на пшеничной коже, делая её ещё теплее. Агрессивные черты придавали этому человеку хищной ауры. Чёрные, изогнутые брови добавляли внешности властности, а безумно-пронизывающий взгляд шафрановых, раскосых глаз заявлял о своей доминантности и авторитарности. Он, словно ядовитая змея, гипнотизировал добычу, чтобы потом одним броском схватить жертву и проглотить целиком.  Фэн Хуэй не стал отворачиваться, не желая признавать поражение. Постепенно неуверенный взгляд стал жёстче. В нём появились предостерегающие нотки. Дёрнув немного головой в сторону, У Лэй подался к нему, и, привычно растянув уголки губ в оскал, прошипел: — Сяо Хуэй, тебе есть чего бояться? Не так ли? Поднявшись, покинул барьер, тихо прошипев: — Костёр скоро потухнет. Не понимая, что этот человек имел в виду, бросился следом, желая расспросить, но бледная рука схватила за полы одежд. — Сяо Хуэй, не ходи, там холодно. Опустив взор на человека, что вцепился в него не поднимая головы, он вздохнул. Сердце слегка ускорило ритм. Изредка наблюдая за этим мужчиной издалека, он никогда не думал, что тот может выглядеть настолько уязвимым. Фэн Хуэй вспомнил потухший взгляд мелко подрагивающего мальчишки захлебывающегося в собственной крови. Два образа наложились друг на друга. — Х-холодно? — не своим голосом прошептал, слыша в ушах едва различимый треск. — Не слушайте его. Лэй-эр любит говорить глупости. Его рот такой грязный. Он не проживёт и дня, если не позлит кого-нибудь. — обиженно пробубнил. Не отцепляя руки, поднял усеянную алыми змейками макушку вверх. Два колодца околдовывали и заманивали окунуться в таящие неизвестное чёрные воды. Фэн Хуэй ощутил покалывание во всём теле. Рассеянно глядя в тёмно-карие глаза, Хэ Ши еле слышно сказал: — Фэн Хуэй, можно попросить вас об одолжении? Мужчина словно разучился говорить и так и стоял, совершенно забыв, что от него ждут ответа. Снег захрустел.  — Извращенец. — ядовитым шёпотом, задевая плечом.  Фэн Хуэй подавился воздухом. Он пошатнулся и крепко удерживающая его рука медленно сползла вниз.                                    *** Фэн Хуэй проснулся из-за ругани. Приоткрыв веки, чтобы привыкнуть к слепящему солнцу, смотрел на голубое небо и слушал, как двое соревновались в ораторском искусстве, словно те чувства, которые они обнажили прошедшей ночью перед друг другом, были мимолетным сном. — Я же просил тебя не совать свой нос куда не следует! Почему ты такой безрассудный?! Фэн Хуэй и не подозревал, что этот человек может разговаривать так громко. — Если бы я слушал всё, что ты говорил, я бы давно свихнулся! Почему ты такой узколобый?! — У Лэй уже охрип, но он не сдавался, а пытался перекричать. — У Лэй, не боишься, что тебя заденет ответным огнём?! У него заболели уши из-за этих людей, собравшихся съесть друг друга живьём. — Что может задеть меня сильнее увиденного, а, Хэ Ши? Чего ты боишься? Зачем, по-твоему, мы сюда попали? Чтобы насладиться видами девятнадцатилетней давности?! — Как ты посмел пустить по их следу стражу? — ругаясь уже не так громко. — Я волен делать всё, что захочу. И ты мне не указ. — процедил сквозь зубы и, пихнув плечом, направился к городу. Собирая по крупице информацию, Фэн Хуэй понял, что, пока наёмник отдыхал, У Лэй выскользнул и отправился к страже. По всей видимости ему всё-таки удалось намекнуть, что процессия, которую они пропустили, была не совсем безобидной. Пробыв в прошлом три дня, Хэ Ши удавалось взаимодействовать с людьми. Должно быть, законы позволяли беспрепятственно передвигаться здесь, если они не собираются влиять на значимые события. — Куда ты собрался? — Тебе какое дело? Куда хочу, туда и хожу. — Ты не можешь ходить здесь, где вздумается! — снова взбесившись, бросился вперед. — А ты свяжи меня, Хэ Ши-гэ, может тогда я стану послушным. — Как твой рот может быть таким грязным?! Обернувшись и приблизившись, У Лэй опустил взгляд на бледные губы: — Это не мой рот грязный, а чьи то мысли. О чем ты подумал, а? — … — Считаешь меня грязным, Хэ Ши-гэ? Так ты не чище. — выдохнув в лицо и развернувшись.  — Ты никуда не пойдешь. — непреклонно.  — Я не собираюсь сидеть и ждать, пока эти ублюдки издеваются над тобой. — Надо мной издеваешься только ты. — Взаимно, Ши-гэ. Фэн Хуэй прочистил горло. Двое одновременно повернулись на звук. Хэ Ши прищурил глаза. — С добрым утром! Хорошо ли спалось Его Высочеству? — “радостно” поприветствовал У Лэй. Фэн Хуэю захотелось отвесить ему пинка. Догадавшись, что криками ничего не добиться, Хэ Ши потянул У Лэя за рукав. — Лэй-эр, почему ты не слушаешься? Они не издевались надо мной. — обессиленно. У Лэй приподнял чёрные брови вверх, словно смотря на нашкодившего ребенка.  — Накормили, умыли и спать уложили. — покивав.  Поняв, что его разоблачили с самого начала, Хэ Ши вмиг стал выше. Расправив плечи, навис коршуном и процедил с нескрываемой ненавистью: — Кого ты собрался спасать? Ты не видишь, что я стою прямо перед тобой? Или считаешь, что по щелчку пальцев я забуду всё то, что пережил? У Лэй опустил голову вниз. — Я просто хочу выпить, Хэ Ши-гэ. — спокойно произнёс. — Я куплю выпивку и вернусь, можешь отправить Сяо Хуэя со мной. — протянув руку ладонью вверх. — А меня кто-нибудь хочет спросить, хочу ли я идти с тобой? Его снова проигнорировали. Сдавшись, Хэ Ши достал обмотанный алой тканью свёрток, не глядя бросив. Он пнул стоящий рядом, ни в чем неповинный камень, и, прикрыв глаза, прошёл мимо Фэн Хуэя.                                      *** — Как тебе удалось? — отойдя на приличное расстояние от привала. — А разве есть то, что мне не под силу? — не поворачивая головы.  — Ты слишком самоуверен. — А тебе этой уверенности не хватает. Отвесив ядовитой змее мысленную оплеуху, решил промолчать. — Я прикинулся своим братом. Он сейчас примерно в таком возрасте, что и я. — Вы настолько похожи? — незаинтересованно. — Только самые последние придурки смогут нас спутать.  Преградив путь, У Лэй прищурился.  Не сбавляя шага, Фэн Хуэй пихнул мужчину плечом, пройдя мимо. Когда У Лэй поравнялся с ним, продолжил: — Лэй-гэ действительно думает, что то, что мы оказались здесь, было предопределено, и у нас есть цель? — А что думает Его Высочество Наследный Принц империи Хао Цяньшао? — на опасном расстоянии ядовито прошипев. Тёмно-карие глаза мигом почернели слившись со зрачком. Проведя ногой по скользкому снегу вправо, сделал подсечку, но противник ожидая, заблокировал удар коленом. Сконцентрировав потоки ци на ребре ладони, пытаясь нанести рубящие удары, Фэн Хуэй только смог отразить атаку. Метнувшись, У Лэй схватил руку Фэн Хуэя и вывернув настолько, что послышался хруст костей, прижал к себе. — Слабовато, Ваше Высочество. Не поворачиваясь, Фэн Хуэй нанес тяжёлый удар в коленную чашечку. Вывернутой рукой цапнув за локоть, дёрнул чужую кисть в сторону. У Лэй болезненно вдохнул. Не давая времени, чтобы прийти в себя, опрокинул и вцепившись в шею, вдавил острые ногти в кадык. Всегда ледяной и равнодушный к происходящему, под давлением обстоятельств обнажил бурлящие воды своего мнимого спокойствия. Хлынув обжигающими потоками с глубин, они намеревались уничтожить источник опасности. Фэн Хуэй натянул уголки губ в жестокую улыбку, показавшую небольшой зазор промеж зубов. Склонившись и бегая по лицу кровожадным взглядом, выцедил: — Лучше бы тебе со мной не связываться, молодой господин У. К горлу приставили холодную сталь. Заиграв желваками и прищурив веки, втянул воздуха. Не думая отступать, вдавил ногти ещё сильнее. Видимо их “представление” собрало зрителей. Со стороны часовой башни послышалось: — Молодой господин У Шэ Ван? Вам требуется помощь? Давление рук ослабло. Скривившись, У Лэй охрипше бросил: — Нет! Обычная проверка умений! Фэн Хуэй ещё пару мгновений всматривался в У Лэя. Мышцы лица расслабились. Он спокойно прошептал: — Убери кинжал. Когда ему больше не грозились перерезать глотку, полностью отступил. Посмотрев на кровоточащие отметины, провёл подушечками пальцев, будто хотел стереть следы преступления. — Ну ты и ублюдок. — на одном дыхании выдохнул У Лэй, скинув с себя.  Отряхиваясь от снега и поправляя одежду, У Лэй попутно скрыл половину лица за струящейся тканью. Фэн Хуэй проделал тоже самое, ещё и накинув капюшон.  Добравшись до ворот, к ним вышел стражник: — Молодой господин У Шэ Ван, я отправил два отряда. Удалось найти пустую повозку и лошадь на окраине города с западной стороны. Те люди словно испарились. Кивнув, У Лэй незаметно передал стражнику золотые монеты, что не скрылось от зоркого глаза Фэн Хуэя. — Вы ведь понимаете, что главе клана не нужно знать о происходящем? Мужчина едва уловимо улыбнулся. Не поднимая головы, почтительно проговорил: — Этот стражник понимает. — Вот и славно. — похлопав по плечу.  Фэн Хуэй неспешной походкой прошествовал мимо, но вспомнив, обернулся: — На обратном пути лошадь мы заберём. Стражник проводил двоих странным взглядом.