Начало весны. Личунь.

Неспешной походкой прогуливаясь по городу, Фэн Хуэй тенью следовал за У Лэем. Радушие, которое они проявляли в присутствии наёмника, разрушилось, как только те оказались наедине. Уличные торговцы, завидев потенциальных покупателей, перекрикивали друг друга, каждый нахваливая свой товар. Сориентировавшись, дуэт, расправив плечи, слонялся с важным видом, дегустируя и оценивая. Когда они прошли около десяти палаток и ничего не купили, торговцы заподозрили неладное и быстро прогнали их, браня. Людей становилось всё больше, поэтому двое зашли в попавшуюся на глаза лапшичную. Фэн Хуэй окинул помещение взглядом. Стену украшала одна внушительная картина. Правда картиной её назвать сложно. Всё выглядело так, будто на огромный холст капнули тушью, а потом размазали в направлении сторон света. Кухню от зала для гостей отделяла бамбуковая перегородка, которая, если и захотела, не смогла бы ничего скрыть. Столики были расположены почти впритык. У стены стояла длинная, широкая лавочка, обтянутая шкурой. На ней вальяжно развалился элегантного вида мужчина в распахнутом бордовом халате, с нижними чёрными одеждами напоказ. Фэн Хуэй прищурился, припоминая, что уже видел такое странное сочетание. Графитовые волосы незнакомца были стянуты в высокий пучок и заколоты в корону. Аккуратно срезав дольку яблока ножом, он наткнул её на остриё и засунул в рот, медленно жуя и рассматривая путников раскосыми миндалевидными глазами. Прочистив горло, У Лэй устроился у окна. Натянув капюшон почти до носа, скрывая багряные волосы, наблюдал за прохожими. Сев напротив, Фэн Хуэй бросил взгляд на вывеску. "Самая лучшая лапша Нинцзина." — Нинцзин? Это разве не на Севере? — скорее задал вопрос самому себе, но всё же взглянул на У Лэя. Так и не дождавшись ответа, цыкнул языком, повернувшись к лавочке. Посмотрев на глазеющего на него, мужчина благосклонно приподнял уголки губ, продолжая срезать дольку. Фэн Хуэй отвернулся. Прошло пять минут, а к ним ещё никто не подошёл. Он вновь начал оглядываться в поисках хозяина. Забрасывая в рот последнюю дольку, тот поднялся, направившись за перегородку. “Так это хозяин лапшичной?” Ловко орудуя скалкой, мужчина раскатал тесто в тончайшее полотно. Свернув в трубочку, нарезал широкими полосками, и, разобрав, бросил в бурлящий чан с водой. Все действия заняли у него не более одной минуты. Чувствуя на себе пронзительный тёмно-карий взор, он снова посмотрел на Фэн Хуэя. Прыснув в чан рисового масла и соевого соуса, хозяин принялся нарезать тофу. Обжарив до золотистого цвета, и сдобрив всё огромным количеством специй, вынул, засыпая теперь овощи для обжарки. Пока Фэн Хуэй блуждал в мыслях, перед ним поставили тарелку бульона с плавающими в нём нарезанными кусочками свинины. Тарелку жареного тофу, овощи, и, если судить по названию лапшичной, самую лучшую лапшу Нинцзина. Хозяин скрылся за перегородкой, приятным голосом напевая себе что-то под нос. Фэн Хуэй решил разрядить обстановку: — Что ты собираешься делать? Скривившись, У Лэй притянул тарелку. Хватая палочками и втягивая в себя лапшу, безразлично бросил: — Наблюдать. Они не могли остаться незамеченными. Стражники их покрывают. — И ты раскрыл себя тем, кто нечист не только на руку? — потянувшись к овощам. — Они не посмеют пойти против моего брата. “Они не посмеют пойти против девятнадцать лет спустя.” — О. Я никогда не встречал твоего брата. — А вот он тебя встречал. — О. — искоса смотря. Закончив есть и бросив палочки на стол, У Лэй придвинулся. — Неужели тебе всё равно? — хмуря брови. — Лэй-гэ, это пройденный путь. Все события свершились. Я не понимаю, чего ты хочешь добиться. — не поднимая головы. Взяв тофу и промыв от специй в бульоне, он откусил. Забросив остальную часть и перехватив лапшу, поспешно втянул в рот. Наблюдая за действиями принца, бывший телохранитель смотрел на него, как на извращенца. — Лапша действительно хороша. А вот тофу слишком острый, я не очень люблю острую пищу. Ему показалось, что мужчина за перегородкой фыркнул. — Лэй-гэ думает, такой, как я, способен привязаться к кому-то? — сложив палочки, вкрадчиво прошептал. — Мы незнакомцы. Почему я должен переживать о мальчишке? — продолжая заваливать бездушием. — В конце концов... — тоже придвинувшись и опустив глаза на шею, покрытую ссадинами от острых ногтей, он поднял взгляд из под светлых ресниц. — Кошмарный двуглавый вепрь был первой тварью, которую встретил Лэй-гэ или же всё-таки?.. — шёпотом промурлыкал, растянув уголки губ в самую мягкую улыбку, на которую способен. Шафрановые глаза вмиг потемнели. — Какой же ты ублюдок. Ты самый настоящий ублюдок. Как Ши-гэ может быть таким слепым, не замечая в тебе всю гниль? — сжав кулаки, ядовито процедил. Бросив несколько золотых монет и чуть не опрокинув стол, У Лэй покинул заведение. Уничижительно улыбнувшись самому себе, Фэн Хуэй задумчиво проводил человека, который сдержался от того, чтобы не вцепиться ему в глотку.                                         *** Фэн Хуэй шёл следом, рассматривая лотки со сладостями. Увидев красную бобовую булочку, он почему-то вспомнил усеянную алыми змейками макушку. Улыбнувшись уголками глаз и собравшись позвать У Лэя, понял, что потерял его из виду. Поджав губы, поспешил нагнать мелькнувшую в толпе, чёрную знакомую тень, скрывшуюся за углом. Бродя по переулкам около пяти минут, наконец нашёл того, кого искал. — Лэй-гэ… — не успел закончить, как У Лэй кинулся прямо на него. Уходя от столкновения, заметил, как мужчина выхватил откуда-то невысокую фигуру и прижал к стене, срывая повязку.                                             *** У Лэй заметил слежку ещё с самого начала, когда те блуждали по улицам, проходя ранее узнанный маршрут брошенной повозки. Незнакомец не пошёл за ними в лапшичную, но как только У Лэй покинул её в одиночку, стал напористее и уже не скрываясь всё чаще мелькал в толпе. Поковыляв по переулкам, подгадал момент. Только прижав тень к стене, он уже тогда заподозрил неладное. Фигура была слишком хрупкой. Когда  сорвал повязку, в шафрановых глазах отразилось крайнее удивление. Зрачки расширились, а сам он почти что превратился в каменную статую. Потому что увидел знакомое лицо, хоть оно и отличалось юностью и лёгкой незрелостью, но это определенно была она. Округлая форма лица, вздёрнутый нос, аккуратные прямые брови и приподнятые пухлые алые губы. “Циньшэнь Синьцзэ?” — Гэгэ! Я тебя поймала! — растянув уголки и лукаво сощурившись, прильнула к чужим губам, почти ударяясь о зубы. У Лэй сжал губы от натиска, пытаясь отстраниться. Девушка лишь продолжила нападение, стараясь углубить поцелуй, но одеревеневшие руки схватили её за плечи и оттолкнули.  Загадочно хмыкнув, Циньшэнь Синьцзэ бросилась бежать. Ошарашенно смотря вслед, У Лэй дотронулся до губ, мысленно проклиная каждого.  — Сестрица, а плата? Заплати за украденный поцелуй! Остановившись и покопавшись в рукавах, она кинула мешочек, и подмигнув У Лэю, скрылась за поворотом. Взвесив свёрток, Фэн Хуэй покивал и развернулся, чтобы уйти, но глядя на находившегося в прострации бывшего телохранителя, издевательски спросил: — Подумать только, репутация распутника не хочет отпускать тебя даже в прошлом. Чего застыл? Или хочешь сказать, что барышня действительно украла у тебя первый поцелуй? — Да... то есть... просто... это же Циньшэнь Синьцзэ... моя невестка... Дагэ... что, если он узнает... — не своим голосом. Насупившись, Фэн Хуэй покопался в памяти, но не припомнил, чтобы знал кого-то с таким именем. — Я ухожу. — оставляя жертву покушения наедине со своими мыслями. Вернувшись на улицу, где продавали сладости, Фэн Хуэй купил наиболее красивые и подходящие. Со сверкающей улыбкой засунув в сумку, оглянулся, но У Лэя так и не увидел. Поправив струящуюся ткань, не дожидаясь, поспешил за стены города.                                     *** Пристально проводив двоих, Хэ Ши тяжело вздохнул. Он разозлился, потому что У Лэй действовал безрассудно и глупо. Хэ Ши испугался, что, если они вмешаются в прошлое, то вернувшись, может случиться так, что все близкие ему люди окажутся незнакомцами и путь, который был пройден, будет кардинально отличаться от изначального. В его груди ужасно ныло. Он был уверен, что человека, который нарушит ход времени, ждёт неминуемая расплата. Эта истина будто была высечена на его костях. Бросив мимолётный взор вслед уже размывшимся силуэтам, сел на снег и от холода обхватив себя руками, посмотрел на успевший потухнуть костёр. Хэ Ши покопошился в своей походной сумке, которую успел приобрести в городе и, выудив две плотные накидки, укутался так, что остался виден только угловатый бледный подбородок. Вспомнив шафрановый взгляд и грязные слова, что этот человек произносит раз за разом, перестав соблюдать хоть какое-то уважение и приличие с того момента, как, разрушив барьер, оказался рядом, вновь разозлился и грубо обозвал.  Пытаясь привести себя в покой и равновесие, несколько раз топнул прямым каблуком сапога. Снова посмотрев на потухший костёр, поднялся, отправляясь вглубь подлеска. Бродя по заледеневшим тропам, краем глаза уловил маленькую белую тень. Почувствовав пристальное внимание к своей персоне, тень, казалось, познала приближение смерти. Замерев на месте сливаясь со снегом, пушистое создание, дёрнув ушами, собралось сделать спасительный рывок, когда заклубился чёрный туман. Протягивая костлявую бледную руку из черноты, бог смерти одним движением переломил жертве шею. — Извини, я сделал всё очень быстро. Боль была мимолётной. — приложив губы к тёплой, пушистой макушке кролика. Собирая хворост, он ещё долго бездумно слонялся вокруг, блуждая и в своих мыслях.                                       *** Фэн Хуэю ранее не приходилось ездить верхом, но он умело изобразил опытного наездника перед стражниками действуя по памяти. Перекинув поводья, подтянул немного подпругу и опустил вниз стремёна, сам не понимая, для чего это делает. Взяв оба повода в левую руку, поднял ту же ногу и вставил её в стремя, попутно оттолкнувшись правой от земли, ухватился за противоположную сторону седла, перебрасывая правую ногу. Покачнувшись, ухватился за загривок и с размаху плюхнулся в седло. Шикнув от боли, просунул сапог. Разобрав поводья, слегка натянул их на себя. Лучезарно улыбнувшись уголками лисьих глаз, с прямой спиной подал знак выдвигаться. Стражники пристально проводили незнакомца и  переглянулись между собой, думая о том, зачем они вообще так тщательно следили за каждым движением этого человека.                                 *** Чувствуя боль в копчике и от нарастающего темпа лошади в том числе, с него сошло семь потов. Когда на горизонте показался уходящий ввысь дым от костра, испытал облегчение, но лошадь начала вести себя странно. То ли ей не угодил всадник, то ли сама по себе она была строптива, но та внезапно припустила, почти скидывая вцепившегося в её шею мужчину. Зрачки Фэн Хуэя расширились, он попытался выпрямиться и натянуть поводья, но нога, которую недостаточно плотно удерживали стремёна, соскользнула и больно ударила в бок лошади. Взбесившись, та ускорилась. Из-за увеличивающегося азарта от скачек, тёмно-карие глаза зажглись возбуждением. После того, как они пронеслись мимо, чуть не сшибая ничего не понимающего наёмника, который с опаской ожидал приближения, до Фэн Хуэя наконец дошло, что лошадь потащила. На расстоянии десяти чжанов от скачущей лошади заклубился туман, Хэ Ши придал голосу громкости при помощи ци: — Откинь корпус назад, не прижимайся к ней! Ей так намного легче бежать! Упрись в стрёмена и натяни повод! Кое-как следуя инструкциям, новоиспеченный ученик всё же смог разогнуться и засунуть выпавшую ногу. Лошадь не сбавляла темпа и неслась прямо к оврагу. — Заверни её на круг! Но прежде дёрни одновременно два повода в разные стороны! — жёстким голосом. Натянув поводья на себя сильнее, послушно последовал приказу. Его грудная клетка и низ спины ужасно болели. Тяжело дыша от хлестающего по лицу ветра, дёрнул поводья и, натянув вправо, начал постепенно заворачивать на круг. Чёрный туман оказался почти перед носом у лошади, но та пронеслась сквозь. Фэн Хуэй снова услышал вкрадчивый, теперь уже более спокойный голос: — Постепенно сужай круг, возьми контроль в свои руки. Дай ей почувствовать, что это ты владеешь ситуацией, а не она. Действуй жёстко и решительно, не показывай слабость и страх. Власть над ней в твоих руках. Фэн Хуэя накрыло жаром.  Постепенно лошадь сбавила темп. Туман показался не менее пяти раз.  Выдохшись, строптивая, к счастью, перестроилась на неспешный шаг. Испытав облегчение и тяжело дыша, Фэн Хуэй обхватил массивную шею.  Его схватили крепкие руки и потянули на себя, но что-то пошло не так и двое стремительно упали. Приоткрыв веки, увидел под собой бледное лицо и такие же бледные губы. По всей видимости, Хэ Ши больно ударился головой.  Не открывая глаз, он болезненно зашипел. — Что это за игры вы устроили?! — сорвавшись воскликнул.  Блуждая возбуждённым взглядом, Фэн Хуэй на выдохе бросил: — Какие ещё игры? Открыв пылающие негодованием обсидиановые омуты, хрипло спросил: — Вы вели себя так, словно в первый раз ездили верхом. Что всё это значит? — Ши-гэ, ты что, ругаешь меня? — удивлённо.  Придвинувшись, тягуче промурчал: — Но это действительно мой первый раз. Мне следовало бы поблагодарить Ши-гэ за наставления. Он был так искусен и заботлив. Пылающий негодованием взгляд прожигал его ещё мгновение, сменившись непонимающим. Фэн Хуэй умилился с этой картины и растянув уголки губ в лучезарной улыбке, обнажил небольшой зазор, и, прикрыв веки уткнулся в изгиб шеи. — Ши-гэ-э-э-э... я так уста-а-а-а-л... и больно ударился… — наигранно хныча в надежде, что его пожалеют.   Полежав так немного и восстановив сбившееся дыхание, медленно поднялся. Взяв за ладонь человека, что старательно отводил глаза, помог подняться и ему. — Ши-гэ, прости. Как твоя голова? Сильно ударился? — обеспокоенно, потянувшись к чужой накидке, желая убедиться, что всё в порядке. Хэ Ши поспешно отстранился. — Пустяки. Где же Лэй-эр? — ловко уходя от решившего не сдаваться мужчины. — О. Мы разминулись. — неотступно преследуя свою жертву и ухватившись за капюшон, сорвал. Не успев разглядеть макушку как следует, встретился с ошарашенным взглядом. Фэн Хуэй поднял руки вверх и, обезоруженно  улыбнувшись, проговорил: — Я должен убедиться лично в несерьёзности вашей раны. — сам не понял, когда обратился официально. — У меня не бывает серьёзных ран. — жёстко. — Сядьте и грейтесь у костра, вы можете заболеть. Фэн Хуэй подумал, что его окружают слишком самоуверенные люди. Он отступил. Выпив воды и сев, уперевшись в дерево, принялся привычно наблюдать. Хэ Ши поразговаривал с лошадью, утешая и поглаживая по холке, попутно кидая встревоженные взгляды на стены города. — С ним всё в порядке. Мы правда разминулись. — успокаивающе. Хэ Ши кивнул, накинув капюшон. На самом деле у Фэн Хуэя на языке вертелось множество вопросов. Но понимая, что, если спросить у этого человека о горе, то он непременно и непоколебимо начнёт рассказывать о реке, решил бросить эту затею и затолкав свой интерес поглубже, пришёл к выводу послушно дожидаться подходящего момента. Заметив тушку освежёванного кролика и найдя подходящую тему для разговора, спросил: — Сегодня на ужин кролик? Перестав возиться с лошадью, он приблизился. Очистив руки и сев напротив, задумчиво поглядел в упор, мягко ответив: — Да. Фэн Хуэй смотрел, как мужчина сосредоточенно отделяет кусочки мяса от костей. — Разве Ши-гэ ничего у меня не спросит? — А вы ответите? — Всё зависит от Ши-гэ. — немного наклонившись навстречу. — Что он задумал? — пробурчал не поднимая головы. — Ты и сам знаешь. Хэ Ши промычал. Достав из сумки листья бамбука, начал заворачивать кусочки розового мяса. Наблюдая за плавными движениями рук, Фэн Хуэй, сам того не осознавая, проговорил свои мысли вслух: — Ши-гэ, ты ведь предпочитаешь мужчин? Когда склонившаяся фигура замерла и подозрительно нахмурилась, понял, что только что сказал. Отстранившись и изменившись в лице, поспешил исправиться: — Я хотел сказать, что мы могли бы уединиться в гостинице. Разогнувшись, Хэ Ши закинул завёрнутое мясо в угли, а потом очистил руки от крови снегом. Фэн Хуэю захотелось провалиться сквозь землю, он собирался сказать совсем не это! Закончив, мужчина поднял глаза, в которых читалось странное спокойствие. — Я имел в виду, что погода портится. Безопаснее перебраться в гостиницу. — О. — на выдохе протянул. Вскинув голову на успевшее затянуться чёрными тучами небо, опустил веки и, неловко блуждая по своим рукам, наконец, кивнул. Фэн Хуэй понял, что чуть сам не вырыл себе могилу и прикусил язык, который решил его подставить. Двое сидели в тишине, слушая завывание ледяного ветра и треск жарящегося мяса. — А вы... — но не успел договорить, как его перебили. — Смотри, а вот и Лэй-гэ! Фэн Хуэй чуть ли не бегом побежал навстречу, дважды почти что упав. Хэ Ши повернулся. Натянутая струна расслабилась. Тихо выдохнув и, расправив складки на одеждах, поднялся с примирительной улыбкой. Обсидиановые глаза замерцали теплотой. Фэн Хуэй схватился за появившегося бывшего телохранителя, как за спасительную соломинку. Пока наёмник несколько раз порывался что-то сказать, он молил всех несуществующих богов о том, чтобы тот продолжал молчать. У Лэй неспешно шёл, сняв струящуюся ткань и потягивая вино. Тугой пучок немного растрепался и съехал, верхние одежды были распахнуты, открывая отметины на шее. Оскалившись, встретил лиса чарующим шафрановым взглядом.  Широко улыбаясь, Фэн Хуэй приблизился и, приобняв за плечи, ядовито напутствовал: — Прикройся. У Лэй не отстранился, а сильнее прильнув, прошипел на ухо: — Надеюсь, ты держал свой извращённый язык за зубами, а, Ваше Высочество? Сдержанно блеснув глазами, Фэн Хуэй пихнул его в бок. — Лэй‐эр! Ты вернулся! Услышав радостный голос, У Лэй отпрянул, не менее ядовито выплюнув: — Неужели господин Хэ скучал по мне? Пошатываясь, он грубо отпихнул Фэн Хуэя от себя. Фэн Хуэй совсем не обиделся и потерев ушибленное место, направился хвостиком. Глядя на развязное поведение, предчувствовал, что его снова ожидает представление. Спокойное и даже счастливое выражение лица Хэ Ши претерпело заметные изменения. Обжигающий теплом взгляд в одно мгновение превратился в бушующее яростное пламя.  Хэ Ши настороженно посмотрел на усеянную цепочку успевших затянуться отметин на шее, после чего на губы, а потом на растрепавшийся тугой пучок и мотылявшиеся две змейки. Улыбнувшись холодной, но всё же обнажившей две обаятельные ямочки улыбкой, укоризненно спросил: — Где ты был? Попытавшись схватить чужие плечи, чтобы опустить макушку чуть ниже, У Лэй наткнулся на пустоту. Хэ Ши отстранился, ожидая ответа. Фэн Хуэю показалось, что он с трудом сдерживает гнев. У Лэй рассмеялся и странным тоном проговорил: — Я был там, где и должен быть. — вновь пытаясь ухватиться за плечи. — Господин Хэ, перестаньте убегать от меня, я же чувствую, что вы решили задобрить этого молодого господина и приготовили его любимое блюдо. Когда рука У Лэя дотронулась до бледной кисти, раздался звонкий шлепок. Обиженно поджав губы и приподняв брови вверх, У Лэй потёр тыльную сторону ладони, слишком уж мягко сказав: — Хэ Ши-гэ, мне больно. Почему ты снова злишься на меня? Презрительно смерив с ног до головы, Хэ Ши бросился к костру, голыми руками доставая из под горящих углей завёрнутые в бамбук, успевшие приготовиться кусочки мяса. Фэн Хуэй непроизвольно дёрнулся, но У Лэй его опередил. Схватив покрасневшую ладонь, на его щеку тут же обрушилась звонкая пощёчина. Фэн Хуэй вздрогнул от этого хлёсткого звука. — Не смей трогать меня своими грязными руками. — кровожадно процедил. Отодвинувшись ещё дальше, Хэ Ши вытирал уголком ткани дрожащие от злости руки, пытаясь стереть невидимую грязь. — Ты уже хорошо поел. — злобно выплюнув. — Кролика я приготовил для себя и Сяо Хуэя. Фэн Хуэй присвистнул в мыслях. У Лэй притих и отсутствующе смотрел на то, как старательно стирают его прикосновение, а потом взглянул на Фэн Хуэя с вопросом: “какого хрена только что произошло?” Фэн Хуэй пожал плечами. У Лэй нашёл место подальше от взъярившегося коршуна и обиженно наблюдал издалека. Запахнув халат, он устало упёрся в ствол дерева, иногда вливая неспешными глотками горячительную жидкость. — Сяо Хуэй, подойди. — голосом, не терпящим отказа. Фэн Хуэй приблизился. — Возьми сколько тебе нужно. Сдерживая улыбку, мужчина забрал пять листьев.  Хэ Ши очистил себя от прикосновений и, засунув в рот целый кусок не разворачивая, стал яростно прожёвывать. Закончив, собрал оставшиеся десять в руки, садясь рядом с У Лэем. У Лэй ошарашенно посмотрел на него, не ожидая ничего хорошего. Ехидно улыбнувшись, Хэ Ши обнажил два небольших острых клыка, не отводя взгляда от шафрановых глаз, принялся засовывать, пытаясь прожевать. Фэн Хуэй подумал, что, если бы он не вытащил кости, прежде чем готовить, то с такой же улыбкой усердно перемолол бы и их. У Лэй лишь покачал головой. Фэн Хуэй попробовал нежное мясо. Аккуратно пережёвывая, вернулся к наблюдению. — Верни мне золото. — проглотив очередной кусок, с вызовом. — У меня больше нет. — Я не собираюсь оплачивать твои развлечения. — едко. — Верни мне всё, что ты забрал у меня сегодня. Возвращай! — крикнул сорвавшись. — Хэ Ши-гэ, ты случаем не ударился головой? Я нигде не развлекался и ничего не забирал, ты сам мне дал. — настороженно ответил, отодвигаясь подальше. Закинув последний кусок и уже не так яростно жуя, насупился. Он поднялся и собрав свои вещи, затушил угли снегом. Подойдя к лошади, начал теперь возиться с ней. Фэн Хуэй, медленно пережёвывая, обдумывал ситуацию. Неизвестно почему, но по какой-то причине, У Лэй разозлил дракона и попал в немилость. — Лэй-гэ, а есть ещё? — указав на кувшин. Порывшись за пазухой, У Лэй выудил кувшин, который выглядел куда лучше того, из которого он пил, кинув в сторону и прикрыл глаза. Поймав и откупорив, осторожно глотнул. Горло обожгло теплом, а по рту растеклись терпкие, сладкие нотки грушёвого вина.  Фэн Хуэю даже стало немного жаль его. Он решил прояснить ситуацию, не зная, чем это может помочь. — Ши-гэ. — осторожно позвал. Хэ Ши спрятал лицо за тканью. Облокотившись о ствол и, скрестив руки на груди, рассматривал носки своих сапог. — Утром с Лэй-гэ мы немного повздорили. Не замечая никаких изменений в ледяном взгляде, продолжил: — Те следы на шее... Это моя работа. — неловко закончил. — Зачем вы говорите то, что мне уже известно?  Фэн Хуэй насторожился и прищурив тёмно-карие глаза, покопался в воспоминаниях. Опасение сменилось смущением. Он вспомнил их первую встречу в хвойном лесу, совершенно забыв о том происшествии. — Вы закончили? — не дожидаясь ответа, вскочил на лошадь, устремившись вперёд. Выпив половину, Фэн Хуэй приступил к сборам. У Лэй так и не сдвинулся с места.  — Лэй-гэ, мы уходим. Погода портится, не видишь? Поднимайся. Благодаря Лэй-гэ мы сможем жить припеваючи, как минимум, месяц. Мужчина скривился. Спустя полчаса дойдя до ворот, они увидели лошадь и толпящихся стражников. Дождавшийся Хэ Ши повёл их за собой. Начало смеркаться. Во многих домах горели лампы. Из труб ввысь уходил серый дым. На улицах почти никого не было. Торговцы, испугавшись надвигающейся бури, поспешно собрали товар, попрятавшись в обогретых домах. Фэн Хуэй поёжился от ледяных порывов ветра. Отвлёкшись, он упёрся в чужую спину. Поспешно отпрянув от наёмника, всё же смог ощутить сильную дрожь. Троица остановилась перед дверьми гостиницы лишь миновав пересечения продолжительных извилистых улиц. Стряхнув с себя снег, Хэ Ши зашёл первым. Их встретила миловидная девушка, приветствуя и улыбкой. — Господа, добро пожаловать! — неотрывно смотря на Хэ Ши. — Три одноместные комнаты. — не оценив радушия. Кинув монеты, он направился к лестнице. “Так у тебя было ещё золото?” Смутившись грубости, она забегала глазами и, выцепив наиболее приветливого, обратилась к Фэн Хуэю: — Может, господа желают чего-то ещё? Ужин, завтрак, освежиться? Фэн Хуэй подумал и мягко обратился: — Последнее. В каждую комнату. — кивнув на лестницу. Служащая, вновь смутившись, подняла настороженный взгляд на стоящего на втором этаже. Хэ Ши опёрся на перила, недовольно прожигая троицу. — Мой дагэ не в настроении, не пугайтесь. На самом деле он очень хороший человек. Постояв так недолго, девушка преодолела свой страх.  Дойдя до конца коридора, остановилась и, замявшись, всё же вручила каждому ключи. Не поднимая головы, указала на три последние комнаты. Собравшись уйти, бросила последний взгляд и тогда Хэ Ши поманил её пальцем. На негнущихся ногах служащая неспешно приблизилась. Мужчина склонился. Алая змейка от движения выпала, касаясь руки. Вздрогнув, девушка отшатнулась. Хэ Ши вновь приблизился, прошептав что-то на ухо. От услышанного напряжённое выражение немного расслабилось, и, кивнув, продолжила послушно стоять. Хэ Ши выпрямился и посмотрел на наблюдающий дуэт. — Разве вам не отдали ключи? Двое переглянулись и с неохотой разошлись по комнатам. Оказавшись внутри, Фэн Хуэй снял плотную накидку, опустив к шее ткань с лица. Плюхнувшись на кровать, устало выдохнул. В жаровне успокаивающе потрескивало, убаюкивая. В теплоте и на мягкой подушке его всегда клонило в сон. Погрузившись в сладкую дрёму, ему удалось поспать совсем недолго. В дверь постучали. Натянув повязку, немного приоткрыл.  На пороге стоял такой же миловидный юноша, как и барышня, что встретила их. Видимо, они были родственниками. — Господин, горячая вода. Фэн Хуэй молча отстранился. Юноша быстро справился со своими делами и не став отвлекать гостя, ушёл. Закрывая дверь, услышал, как стучали в соседнюю комнату. Фэн Хуэй тяжело вздохнул. Его жизнь кардинально изменилась. Он путешествует в прошлом с наёмником и с господином из змеиного клана, который по совместительству является его бывшим телохранителем. Сняв одежды, оголил крепкую спину. Упругие мышцы выделялись на светлой коже, очерчивая рельефы тела. Оставшись в нижних штанах, он забрался в бочку и стянул с волос ленту. Каштановые пряди заструились по груди, скрывая наготу. Фэн Хуэй полностью погрузился в горячую воду. Вынырнув, он прислушался. Взяв мыльный корень, заметил спрятавшуюся алую змейку. — Это ещё что такое? — задумчиво расплетая. Откинувшись на борт, устремил взор в потолок. Светлые ресницы склеились от воды, делая взгляд лисьих глаз притягательнее. Каштановые волосы намокли и открыли заострённые черты, полностью затмевая собой его привычную мягкость. Он прикрыл веки. — Когда всё так изменилось? — меланхолично. — И когда всё закончится, что придётся сделать мне? Завершив процедуры, не надевая нижней рубашки, накинул халат, и, слабо его затянув, посмотрел на сумку, вспомнив о сладостях. “Как удачно братец Ши закончил свою диету.” Скрыв лицо, приоткрыл дверь, встречаясь с шафрановыми глазами. Буквально. Потому что кроме глаз, больше не было видно ничего. Выпрямившись, вызывающе смотрел, ожидая объяснений. Фэн Хуэя наградили изумлением. “Что не так?” — Прикрой меня. — Каким образом? — Если Ши-гэ заметит м… Не давая договорить, поднял руку и, остановил её на подбородке У Лэя. — Тш-ш. — проведя от губ к щеке, на которую пришлась пощёчина, поддел струящуюся ткань и, просунув пальцы, аккуратно коснулся кожи, поглаживая. — Ты действительно думаешь, что после произошедшего Ши-гэ есть до тебя дело? Округлив глаза от нахальства, У Лэй отпихнул руку. — Ты серьёзно извращенец. Я передумал. Даже не приближайся к комнате Ши-гэ. — и осуждающе поцокав, тихо прокрался к лестнице.  Прыснув, Фэн Хуэй прикрыл за собой дверь и последовал тем же путём, только с гордо поднятой головой. Спустившись вниз, направился к стойке. Служащая гостиницы с обеспокоенным видом разговаривала с юношей, который до этого приносил горячую воду. Не успел он открыть рот, как услышал: — Господин, что с вашим братом? — С каким братом? — непонимающе. — С высоким мужчиной… — А, с этим. — вспомнив. — А что с ним? — поинтересовался вскинув брови. — С его желудком что-то не то? — А что с его желудком? — прищурившись, вновь ответил вопросом на вопрос. Не удержавшись, девушка закатила глаза. — Господин, до этого ваш дагэ попросил у меня отвар из семян Камелануса, он известен своим благоприятным воздействием на желудок. Мой помощник стучал в комнату, но он не открывает. Фэн Хуэй продолжил невозмутимо смотреть. — Что вы стоите? Идите и позаботьтесь о своём дагэ. — всучив небольшой чайник. — Здесь отвар. — помахав рукой, указала наверх. — Давайте-давайте…  — А почему вы не попросили этого... ну того... моего второго брата... который только что уполз... кхм... ушёл? — Этот господин отмахнулся от меня. Я даже не успела ничего ему сказать. Около двери Фэн Хуэй прислушался, но ничего не услышал. Собравшись уже постучать, уловил болезненный стон и последующий за ним грохот. Испугавшись, что этот человек снова разбил себе голову, потянул ручку. Войдя внутрь, Фэн Хуэй ужаснулся, увидев, что удалось осветить разгорающимся уголькам, а именно: нижнюю часть лица окрашенную кровью. Он прикрыл дверь.  Хэ Ши сидел в той же одежде, что и пришёл, забившись в угол буквально рядом с жаровней.  — Если тебе дорога жизнь, выйди. — глухо прорычал. Не обращая внимания на угрозы, и, потихоньку привыкнув к темноте, выцепил очертания стола, поставив чайник. Налив в небольшую чашу жидкость, принюхался и попробовав, скривился. “Горькая дрянь.” У стены раздался стон и булькающий звук. — Хэ Ши-гэ, это Фэн Хуэй, и мне совершенно не дорога моя жизнь. Я не собираюсь выходить и подхожу к тебе. — произнёс, приблизившись. Хэ Ши согнулся в болезненном спазме. — В-в-в-ый… — льющаяся изо рта кровь не дала договорить до конца. Опустившись на пол, попытался рассмотреть получше. Хэ Ши склонился ещё ниже. Мужчина подумал, что, если этот человек продолжит в том же духе, то просто сломает себя надвое. — Что с тобой, Ши-гэ? — обеспокоенно. Кровь перестала литься и наёмник разогнулся. Фэн Хуэй поймал вымученный взгляд. Совершенно без всякой нежности ухватив испачканный подбородок, поднёс к губам чашу, деспотично заявив: — Открой свой рот, Хэ Ши-гэ. Хэ Ши будто и не слышал вовсе. Оттолкнув от себя, он привалился к углу, сжавшись и беспокойно дрожа. Фэн Хуэй разозлился. Ему не нравилось, что его не слушали. Он повторил свою грубость от начала и до конца. Не почувствовав никакой ответной реакции, переместил ладонь вверх, пытаясь проникнуть двумя пальцами в рот и разжать челюсти. У него ничего не получалось. — Быстро разожми зубы. — процедил. Разозлившись в конец, протолкнул пальцы, пропуская тот момент, когда Хэ Ши всё же повиновался, проникая слишком глубоко. Игнорируя, что его пальцы сильно зажали, влил половину отвара в глотку. Хэ Ши закашлялся, так же отпихивая мужчину в сторону. — Да как ты смеешь?! — резко привлёк и, разжав челюсти тем же способом, что и ранее, влил оставшееся. Вновь закашлявшись, Хэ Ши больно пихнул его ногой несколько раз. Фэн Хуэй совсем опешил. Схватив за плечи, хотел уже встряхнуть, но разгоревшиеся угольки осветили покрасневшие уголки прикрытых глаз. — Ты делаешь мне больно. — тихим голосом, судорожно всхлипнув. — Я забочусь о тебе. — неловко. Фэн Хуэй услышал смешок. — Что смешного? Хэ Ши согнулся, задержав дыхание. — Почему, когда мы остаёмся наедине, из твоего рта непременно должна литься кровь? Тебе холодно? Поэтому ты сидишь рядом с огнём? Разве не опасно?  Фэн Хуэй поднялся и, взяв пуховое одеяло с кровати, укутал мужчину, который больше не дрался. Сев рядом, вытянув одну ногу вперёд, а другую притянув к себе, привалился тоже к стене, устало прикрыв глаза. Не зная, сколько прошло времени, но размеренно задышавший, стенающе промычал, выплюнув очередную порцию крови. Чувствуя нарастающую головную боль от этих звуков, Фэн Хуэй подтащил его в свои объятия. — Ну что с тобой? Почему не становится легче? Ты ведь почти уснул. Как мне помочь тебе? — растерянно. Хэ Ши снова вырвало. Теперь уже на халат Фэн Хуэя.  Переместив лицо чуть выше от мокрого места, спокойно произнёс: — Неужели ты так страдаешь из-за того, что съел мясо? Хэ Ши хохотнул. — Ты безумен, Хэ Ши. Почему ты смеёшься? — Мне холодно. — обессиленным голосом, закашлявшись. — И это – причина для смеха? — Мне очень холодно. Очень-очень холодно.  — О. Я тебя понимаю. Мне тоже холодно, Ши-гэ. Почему бы нам не согреть друг друга? М? Фэн Хуэй почему-то тоже рассмеялся. — Ты уже... согрелся, Лэй-эр, тебе понравилось? “Какой еще Лэй-эр?” — Ты совсем… не боишься… меня, да? А… ведь прямо сейчас я... могу… сломать тебе шею, как и… тому кролику. Видимо его приняли за эту гадюку. Он промолчал. — Как ты... посмел? — ласково касаясь шеи. — Я правда... хочу... тебя.... — он засмеялся и, схватив, закончил. — ...убить. Цыкнув, Фэн Хуэй несильно ударил по руке. — Перестань, у тебя сейчас нет сил даже на то, чтобы сжать пальцы. Как же ты убьёшь меня? — апатично. — Ты не Лэй-эр. Фэн Хуэй уже тысячу раз пожалел, что послушался и вообще зашёл в эту злосчастную комнату. — О. — Этот ублюдок… вновь ушёл?  — Нет. Этот ублюдок спит в соседней комнате. — безэмоционально. Хэ Ши тихо рассмеялся. — Зачем ты... прикрываешь его? Вы решили сгов...ориться и обмануть меня? — Я прикрываю тебя, Хэ Ши-гэ. Одеялом. Укутывая посильнее заодно и себя, Фэн Хуэй опустил голову на макушку. Прижавшись щекой, чувствовал, что проваливается в сон. — Как этот раз... вратник мог... тебе понравиться? — Когда это? Мне никто никогда не нравился. — ответил на границе сна и бодрствования. Хэ Ши прыснул и Фэн Хуэй уставился на жаровню. — Спи. — приказал, потеревшись о макушку. — Я не могу уснуть, когда этот... ублюдок шляется... там... один. — трижды прерываясь. — Но у тебя совершенно нет сил пойти к этому ублюдку и отвесить ему пинка. Спи. Хэ Ши, ты сам наступил себе на хвост. Не надо было есть этого несчастного кролика. Ожидаемо, он вновь рассмеялся. Закрыв глаза, Фэн Хуэй какое-то время пребывал в сознании, а потом клюнул носом. Его выдернул из забытья преследующий звук.  — Да сколько же в тебе крови? — сбившись со счёта намокших участков на одежде. Отстранившись, стянул халат вниз. Он поджал губы. Решив, что человеку напротив сейчас всё равно на такие детали, устроил между ног, притянув верхнюю часть в объятия, укутывая в одеяло. — Не заляпай меня. — Ты твёрдый. — Естественно я твёрдый, разве мужчина не должен быть твёрдым? Твоя грудь тоже твёрдая. Опередив чужую реакцию, приказал: — Не смей смеяться. Но Хэ Ши его всё равно не послушал. Фэн Хуэй очень долго прислушивался к прерывистому дыханию. Через полчаса тот всё-таки стал размеренным. Видимо, Хэ Ши всё же удалось уснуть. Веки с облегчением прикрылись и за глухим голосом последовал смешок.  — Лэй-эр вернулся.