Начало весны. Личунь.

Ши Сянь добрался до дома только после того, как солнце полностью зашло за горизонт. Всё дело в том, что лошадь, которую он оставлял недалеко от барьера, почему-то убежала. Снова. Пройдя расстояние в несколько десятков ли и устав настолько, что его не держали уже ноги, он проклинал сегодняшний день. Бормоча ругательства под нос, закрыл ворота. Бросив свирепый взгляд в сторону предательницы, тяжёлым шагом прошествовал к окну. "Предательница", почувствовав на себе этот сжигающий взгляд, находясь даже в закрытом загоне, злобно фыркнула.  Рассмотрев знакомые очертания через мутное стекло, его напряжённые плечи расслабились, он поспешил в дом. Перескакивая через ступеньки, чуть не оступился, но, вовремя схватившись за перила, уберёг себя от участи вновь разбить себе нос или подбородок.  С порога учуяв специфический аромат от свежевыделанных шкур, коим был пропитан каждый уголок усадьбы, слегка поморщился.  Сидя в широком кресле, мужчина привычно растягивал очередную шкуру.   В жаровнях тлели угли. На столе у окна стояли уже опустошенные кувшины с настойкой. Дым из курильницы уходил в потолок, распространяя резкий запах, пытаясь тщетно перебить имеющийся. В обсидиановых глазах замерцали огни. Не снимая верхней одежды, тихо подкрался. Расплывшись в улыбке и, крепко обвив чужую спину, юнец прижался щекой к распущенным графитовым волосам, раскачиваясь из стороны в сторону и напевая о том, как он рад, что вернулся любимый дядя, восхваляя всех богов за то, что те не задержали его в дороге ещё на некоторое время.  Прикрыв глаза, любимый дядя тихо цыкнул.  "Маленький негодник." — Где ты был? — безэмоционально, пока его качали в разные стороны.  — Гулял. — вдыхая запах волос, так же пропел, прижимая ещё крепче. — В этот раз дядя задержался надолго?  — Бессердечный. Что это за племянник, который даже не встречает? Так я тебя воспитывал? Почему, вернувшись, твой дядя обнаружил совершенно пустой дом? Почему заставляешь меня переживать снова и снова? Не жаль моего больного сердца? Что я, по-твоему, должен был думать? — отложив предметы для выделки.  Чувствуя чужое подавленное настроение, Ши Сянь расслабил хватку лишь для того, чтобы пролезть к этому человеку под руки, обвив уже за пояс.  — У дяди здоровое сердце. А что вы должны думать? Куда я убегу от вас? — До сих пор ведёшь себя как ребёнок, мужчина не показывает так открыто свои чувства! Ты уже с меня ростом, вот же, куда ты лезешь?  — Țòršhý ŕewa détre!  — Разговаривай на человеческом!  — Я скучал по дяде! Поэтому и лезу! Вы же сами этого хотите, я чувствую ваше настроение! — эмоционально высказывался, снимая длинношёрстную накидку. Всё из-за того, что та была слишком массивной и не давала как следует протиснуться в чужие объятия. От безысходности замерев, дождался, пока это несносное создание устроится удобнее. Хоть он и пресекал подобное на словах, но за столько лет уже привык, ругая только для виду, зная, что чужую упёртость в этом деле не изменить.  — Чего это я хочу?! Что ты снова мне рассказываешь?! Айщ! Ты ведёшь себя как зверушка, которая ластится к хозяину! — он отшвырнул накидку. — Жарко! Куда ты её тащишь?! — Это вам жарко, а мне холодно! Вскинув алую макушку и злобно посмотрев, предостерегающе сощурился.  Уставший и обеспокоенный взгляд миндалевидных чёрных глаз абсолютно не растрогал сердце юноши.  Играя в гляделки около пяти минут, Чжао Фухуа сдался. Уголки его губ изогнулись. Потрепав по голове, притянул к себе, усаживая рядом. Свернувшись в клубок, зверушка почти полностью залезла на хозяина, наплевав на мнимые рамки приличия, которым изо дня в день его учили. Сетуя на свою участь и ругая себя, как не очень хорошего учителя, не стал препятствовать. Поглаживая по спине, обдумывал поведение. Спустя несколько минут недовольно заключил: — Маленький негодник. — он обречённо вздохнул, откидываясь на спинку кресла. — Ты даже не поел. Иди и поешь. Я приготовил суп из свиных рёбрышек. Привычно игнорируя все слова, в которых встречалось упоминание о еде, Ши Сянь расплылся в улыбке и, зная, что сегодня этот человек не собирается издеваться над ним, лишь посильнее обнял, прикрывая глаза.  — Ши Сянь будет спать так! Я даже не сдвинусь с места, țòršhý, вот посмотрите! — бесстыдно заявил.   — Ты почему разговариваешь так? Снова отлынивал от занятий?! Забыл о своих обязанностях? Стоит только отлучиться, как ты путаешь слова, сколько раз я тебе говорил не разговаривать на этом языке!  Мужчина совершенно не хотел ругаться, делая это уже по привычке, и, собирая всё подряд, лишь бы продолжать болтать.  — Плохой ученик… и плохой племянник. Не хочешь учиться и помогать. Бегаешь постоянно везде и нормально не ешь. Только выдумываешь всякую чушь. Заведи себе друзей наконец! Что ты со всеми как колючка? Госпожа Цуй опять жаловалась на тебя. Почему грубишь? Она заботится о тебе в моё отсутствие, ты, как мой племянник, должен уважать старших. Ведёшь себя… — потянувшись к кувшину.  Слушая успокаивающее бурчание и наслаждаясь поглаживаниями теперь уже по голове, Ши Сянь даже смог на мгновение представить, что въевшийся в кости холод не такой беспощадный. Прижимаясь к тёплому телу, абсолютно не пытался вникнуть в суть монолога, пропуская всё мимо ушей и не желая прислушиваться к чужим чувствам.  — Иди и спи на свою кровать! Я не собираюсь сидеть тут с тобой всю ночь, а утром страдать от болей в спине! — Ши Сянь плохо себя чувствовал всё это время. Ему было очень тоскливо, а дяди рядом не оказалось. — ответил на границе сна, укладывая голову на плечо.  Сделав глоток и уставившись в бледное лицо, заметил припухшие и покрасневшие уголки глаз. С укором ущипнув правую щеку, он, поддев шкуру ногой, ловко подкинул в воздух, тут же поймав.    Накрыв несносное дитя, и поцеловав в макушку, так же крепко обнял в ответ.  — Ты ведь сбежишь от меня? Выпорхнешь из гнезда, оставляя старое позади. Так делают все дети. Третий дядя знает, ты определенно не выпорхнешь, а сбежишь! Я чувствую это! Смотри, чему ты научил меня, а?! Маленький негодник, ты смотри, чего я от тебя нахватался!  Получив недовольство в виде сведённых чёрных бровей, цыкнул, замолкая.  Он переместил взгляд, остановившись на холсте. Размашистые чернеющие штрихи привычно раскрыли кровоточащие раны на сердце. Набежавшие на лицо эмоции полностью оттенили благосклонные черты. Чжао Фухуа поспешил отвернуться из-за режущей боли в глазах.  Ши Сянь пробормотал что-то несвязное во сне, возвращая блуждающего в памяти в настоящее. Чжао Фухуа хмыкнул самому себе, слабо улыбнувшись. "Кто же знал, что два месяца растянутся на восемь лет? Видимо, ещё не время, да?"                                       *** — Ши-гэ, как твой нос? — обеспокоенно задал вопрос, понуро плетясь.  — Кровь больше не идёт. — обернулся показывая. — Ши-гэ, я правда не специально.  Кивнув, Хэ Ши остановился. — Что такое?  — Ты не чувствуешь?  — Ты лучше вообще молчи! — Да подумаешь, оступился, Сяо Хуэй.  — Ты меня толкнул! — Кто тебя толкал? Ты сам упал. — Ты меня толкнул. — процедил сквозь зубы, глядя в шафрановые глаза. — Как бы я тебя толкнул, если я шёл на несколько чжанов позади вас?!  — А почему это Лэй-гэ шёл так далеко, если Ши-гэ сказал держаться рядом?  — С каких это пор Сяо Хуэй стал таким послушным?!  — Почему вы снова ругаетесь? — не выдержал Хэ Ши.  — Это он меня толкнул! — Я тебя не толкал! — А почему тогда ты смеялся?  — А почему люди смеются? Наверное, потому что их что-то развеселило?  — То есть, Лэй-гэ веселит, что Ши-гэ разбил себе нос? — Меня веселит, как ты падаешь раз за разом, при этом умудряясь утащить с собой ещё кого-нибудь. — ядовито прошипел, скалясь в улыбке. Фэн Хуэй крепко сжал зубы и хищно прищурился, обдумывая своё поведение и смотря на этого ублюдка, который вдруг стал раздражать его сильнее.   Хэ Ши примиряюще заключил:  — Я сам упал.  — Видишь, он сам упал! Зачем мне толкать тебя?! Я отвлёкся на шум позади, а когда повернулся, вы двое уже лежали!  — Я почувствовал, как меня толкнули! Я хотел!.. — он замолчал.  Не говорить же, что, устав подниматься наверх, ему сдуру захотелось схватиться за Ши-гэ, желая облегчить свою участь, но как только его руки оказались на чужом поясе, эта гадюка с силой толкнула его в спину! Поэтому он упал на Ши-гэ, а тот повалился на землю, ударяясь носом!  — Зачем Сяо Хуэй вообще полез к нему?! — А тебе какая разница, ты мне указывать будешь, к кому мне лезть, а к кому нет?! Хэ Ши беспомощно смотрел на У Лэя.  — Что, думаешь, я стал бы его толкать?! — Я думаю, почему мы продолжаем стоять здесь, если до обители ещё десятки ли.  Фэн Хуэй тихо выругался в сторону гадюки, но получилось недостаточно тихо, поэтому услышали все.  — Что ты сказал?  — Тебе повторить? Или уже не терпится, чтобы я показал, каково это на деле? — с вызовом бросил, ухмыляясь. Хэ Ши потёр переносицу, качая головой. — Выражения подбирай, Ваше Высочество. Ты, блять, я смотрю, совсем охренел?  Ухмылка слетела с лица Фэн Хуэя, он шагнул вперёд. — Ты так и напрашиваешься, да?  — Ах ты мелкий гадёныш…  Хэ Ши пришлось вмешаться. Он не придумал ничего лучше, как загородить собой невинно обвинённого и с максимально примиряющей улыбкой мягко опустить руки на чужие плечи.  — Что ты делаешь, Ши-гэ?  Глядя на приподнятые уголки губ, смог на мгновение забыть о раздражающем бывшем телохранителе. — Не ругайтесь. Почему вы продолжаете ругаться?  Фэн Хуэй бесстыдно рассматривал мужчину.  — Он толкнул меня. А ты разбил себе нос, посмотри, у тебя до сих пор кровит.  — Он не толкал вас.  — ... Нагнувшись, Хэ Ши тихо прошептал:  — Фэн Хуэй, вы действительно думаете, что в этом огромном пространстве были только мы втроём?  — Кто там мог быть? — так же шёпотом спросил, насторожившись. Отстранившись и открыто улыбаясь, заключил:  — Шучу. Я сам упал. Кто там мог быть, когда рядом я? — Чего? Ши-гэ, я, по-твоему, идиот? — он совсем опешил.  Вскинув слегка брови, Хэ Ши начал своё представление:  — Ваше Высочество так внезапно меня схватили. Я растерялся. И отвлёкся, поэтому поскользнулся и упал. С моим носом всё в порядке, это моя вина, Фэн Хуэй. В следующий раз я постараюсь не пугаться так сильно.  Расплавленные горные породы в тёмно-карих глазах почти застыли, чтобы после выходки этого человека разогреться с новой силой. “Ты со мной шутить вздумал?” Убедившись, что весь огонь теперь направлен только на него, Хэ Ши убрал руки. С всё той же примиряющей улыбкой похлопав У Лэя по плечу, кивнул.  Фыркнув на испепеляющий взгляд, он больше не собирался идти позади и, последовав изначальному наставлению, поспешил вперёд.  Обиженно поджав нижнюю губу, Фэн Хуэй пошёл следом. Пока бурлящие лавовые потоки застывали, тихо сказал: — Меня правда кто-то толкнул. Почему ты выгораживаешь его? Он уже не был уверен, была ли это гадюка, поэтому не стал отставать.  Хэ Ши привычно сделал вид, что вопрос был задан не ему.  — Это что, так выглядит барьер с этой стороны? Не слишком ли влекуще?  — Твари видят по-другому. То, что вы сейчас лицезреете, можно назвать снисхождением для людей. Любой ступивший в эти земли сможет всегда найти выход. Заклинателям помогает ци. Человек без неё вряд ли смог бы сюда вообще попасть. Барьер не пропускает тех, кто не способен хоть как-то противостоять давлению. Здесь сложно встретить здешних обитателей, потому что, как я и говорил, работает защита. Они чуют страх. Потоки энергии в этом месте могут нанести им вред. И, ощущая на подсознательном уровне врага, те боятся. Проклятая энергия для тварей – источник жизни, но если её слишком много, она может стать и наказанием. Вы знали, что у них так же есть ядро и ци? — он ухмыльнулся. — И такое же разделение, как и у людей. Тёмное и светлое. Они рождаются, как и люди, уже с ядром.  У Лэй кивнул, убеждаясь в своих размышлениях.  Фэн Хуэй обернулся, в последний раз окинув мрачные одинокие деревья.  — Ши-гэ, теперь я понял, что не так было с моим состоянием. Это всё проклятая энергия? Если не акцентировать внимание на местонахождении, то и не чувствуешь никаких неудобств. — он поднял оборванную ветку, незаметно кинув в гадюку. — Но вот ты рассказал подробности, и осознание потихоньку вернуло из забытья. Мы же действительно находимся не на прогулке. Теперь я хорошо ощущаю дискомфорт. Затруднённое дыхание, в ушах постоянный треск и вой. Лэй-гэ, ты чувствуешь? Вся эта усталость, это ведь всё из-за этого места? Она действует на эмоциональный фон? Почему я вообще рассказываю вам такое? — поморщившись. — Лэй-гэ удивлен, как Сяо Хуэй смог ранее отстраниться от этих ощущений. У меня нет таких привилегий, я всё это время, что мы находимся здесь, чувствую тревожность. С самого начала, и никакие барьеры мне особо не помогают. — он прикусил внезапно развязавшийся язык. Двое многозначительно переглянулись.  — Всё дело в энергии. Она ослабляет бдительность, стоит только забыть, как сразу попадаешь в ловушку. Чистая энергия губительна, поэтому никто не может находиться здесь слишком долго. Поспешим к выходу. На каждого та действует по-разному, в этом нет ничего удивительного, не зацикливайтесь.  Хэ Ши остановился и, прикрыв веки, протянул руку. Волна энергии заструилась на кончиках пальцев, смешавшись с алой ци. Кроваво-чёрные нити усеяли "стену", втекая в невидимые ранее углубления. Ощущая по всему телу импульсы, открыл глаза. Вязкие тёмные воды тут же скрыли замаячившие на горизонте алые всполохи. Фэн Хуэй наблюдал за рессеивающейся чернотой. На расстоянии нескольких цуней хорошо проглядывалась белеющая природа, пропитанная сетью алой ци.  — Проходите. Выйти может каждый, без моей помощи. Мы не задерживаем гостей, не имеющих дурных намерений.  — А? — непонимающе. — Ши-гэ, ты… — не успел договорить, как У Лэй с ехидным оскалом толкнул его, ступая следом.  Силуэты двоих растворились.  Хэ Ши смотрел на испещрённую алыми прожилками мерцающую мглу. С опаской скосив взор вбок, хотел уже шагнуть, как его рывком отбросили в сторону.  Он попытался удержать себя при помощи ци, но его со всей силы швырнули ещё дальше. Пролетев пару чжанов и сильно ударяясь спиной о ствол дерева, смог заметить на долю секунды чёрные когти на своей ноге.  Без возможности нормально двигаться, Хэ Ши пришлось стянуть сковывающую накидку, пока его уже рывком подбросили в воздух, словно тот ничего не весил.  Хохотнув, совсем рядом произнесли: — Хм-хм-мхм, поймал самого вкусного. Я помогу тебе раздеться. — и тот действительно начал помогать снимать накидку, пока мужчина падал вниз.  Освободившись из оков, Хэ Ши выбросил волну ци, сжигая тем самым скрывающий барьер.  Двое от импульса энергии оказались отброшены друг от друга на приличное расстояние. Поднимая клубы пыли, они прокатились по земле, одновременно болезненно застонав из-за того, что собрали выгнутые пни. Переводя дыхание и ощущая жжение, и то, как из раны на спине сочится тёплая жидкость, Хэ Ши кое-как поднялся. Не став особо раздумывать, бросился к барьеру, но враг оказался быстрее: успевая запрыгнуть на спину и, обхватив беглеца руками и ногами, повалил.  Мысленно взвыв, Хэ Ши схватился за тёплую шею, швырнув совершенно нелёгкое тело через себя, ударяясь коленом о землю. Заскулив и перекувыркнувшись, нападавший с обидой уставился на мужчину. Он хрипло дышал, пока изо рта вытекала чёрная слизь. Разглядывая того, кто чуть не переломал ему шею, юноша наклонял голову то вправо, то влево, пока полностью заплывшие зрачки сужались, принимая человеческие размеры. Он смотрел, пытаясь выровнять дыхание, а когда кровь перестала литься, серьёзно спросил хриплым голосом:  — Ты кто такой? Хэ Ши выпрямился и, пошатнувшись, поднял пришедшую в негодность накидку.   С интересом наблюдая, юноша взирал снизу вверх, сгорбившись. — Почему твоя кровь такая?  Отряхнув халат, пригладил растрепавшиеся пряди волос, с прискорбием понимая, что скрыть факт сражения не получится, просто смирился. Хэ Ши подошёл и, опустившись, поддел чужой подбородок холодными пальцами.   — Тц-тц-тц, больше не шали. — зачарованно протянул.  Уголки его глаз изогнулись. Рассматривая юношеское лицо, он слегка приподнял брови в удивлении, пока верхняя губа в улыбке натянулась на два острых клыка.  — Ты очень разумен, раз решил поиграть именно со мной. Больше не шали. — ласково, поднимаясь.  Юноша сглотнул вязкую жидкость.  — Эй. Хэ Ши почти вышел за барьер, но обернулся.  — Что?  — У тебя здесь… — он ткнул пальцем себе рядом с губой. — Кровь.  Хмыкнув, облизнулся, вытирая там, где указали, тыльной стороной ладони. — Что-то ещё?  — Твоя одежда разорвана из-за меня.  Готовый в любой момент ответить на внезапную атаку юноша, с опаской прищурился. — Добыча оказалась маленькому trâthè не по зубам? — бросил напоследок, исчезая в черноте.  На его лицо набежала тень.  — Истинное благородство. — хмыкнув, сплюнул очередной сгусток крови. — Мне известно, где заканчивается твоё благородство, как и тебе известно, где начинается моя разумность. — припадая на левую ногу, выпуская светлую ци.  Постепенно тело приобрело хищные черты, полностью потеряв человеческий силуэт. Длинные когти царапали по земле, добавляя окружающему его вою своё звучание.  — Так и будешь смотреть или выйдешь? Не решил ли ты, что способен противостоять мне?  Ветка хрустнула, где-то совсем рядом раздался противный смешок.                                 *** Прикрывшись рукой от яркого света, Хэ Ши даже не шелохнулся, когда на него налетел порыв ледяного ветра. С достоинством выстояв перед буйством природы, он с позором дёрнулся, когда к нему приблизились двое, хватая и оттаскивая подальше. — Ши-гэ, какого хера? Когда ты только успеваешь? — с беспокойством прощупывая запястье и окутывая мужчину барьером.  — Со мной всё в порядке.  Фэн Хуэй отпустил чужую руку, смотря на разорванные одеяния, колышущиеся на ветру. — Ши-гэ, у тебя кровь идёт. — сказал, разглядывая раскрывшиеся, подобно бутонам, тёмно-алые капли на снегу.   Хэ Ши высвободился, успокаивающе похлопав горячую ладонь своей. — Просто небольшое сражение. Всё в порядке. Раны скоро затянутся. — он накинул изодранную шкуру, напоминая теперь побитого зверя.  — Ши-гэ…  Фэн Хуэй проглотил слова о том, что хотел бы попробовать помочь с лечением.  — Я всё равно не умею как следует. — произнеся мысли вслух.  — Что ты не умеешь? — гадюка в какой-то момент оказалась рядом и запоздало принялась отряхивать дрянного принца от снега.  Фэн Хуэй уставился на него с вопросом во взгляде.  — В который раз убеждаюсь, что ты паршивый телохранитель. — с полностью отсутствующим выражением на лице, он с усилием несколько раз провёл по спине. — Ши-гэ, представляешь, Лэй-гэ подло напал на меня сзади. — заметив чужой интерес, бесстыдно соврал.  У Лэй даже не стал заморачиваться и отрицать очевидную ложь, отряхивая теперь свой халат. — Кто будет первым на этот раз?  — Ты имеешь в виду, что нам не придётся идти пешком? — просиял, приблизившись.  Хэ Ши кивнул.  — Давай я. — он, коварно прищурившись, повернул голову вбок и, глядя на У Лэя, взялся за холодную кисть, притягивая к себе. У Лэй и бровью не повёл, взирая на эту картину с каменным лицом. На что Фэн Хуэй прижался к Хэ Ши и, положив голову ему на грудь, расплылся в лукавой улыбке.  У Лэй хмыкнул, поднимая взгляд. Увидев растерянность в обсидиановом море, он слегка улыбнулся.  Уголок бледных губ криво изогнулся. Хэ Ши беспомощно последовал приказу, который этот маленький лис ему шептал и, бережно обняв, прикрыл глаза, думая о месте, где хотел бы оказаться, обрисовывая по памяти малейшие детали. Прошли секунды и, не почувствовав, как по меридианам растекается вязкая жидкость, моргнул, ошарашенно оглядываясь.  — Что такое? — буркнул, когда его вжали в мех.  — Попробуем ещё раз. — беспокойно зажмурившись, представил огненную ци и человека, с которым хотел бы оказаться, держа перед глазами У Лэя.  Не испытав нужных ощущений, сцепил начавшие дрожать от холода зубы. — Не работает.  Фэн Хуэй разочарованно отстранился.  — Тогда идём пешком. — и не думая объясняться, пошёл по давно знакомой тропе, пока в его голове запутывался клубок из странных мыслей.  Фэн Хуэй с укором посмотрел на У Лэя.  — Это всё из-за тебя.                                   *** Не испытывая неудобств от холода благодаря чужому барьеру, Фэн Хуэй рассматривал бледный серп луны и усеянное яркими звёздами небо. Сидя перед усадьбой, он привалился к горячему плечу, напевая себе под нос.  У Лэй его спихивал, но бесстыдному лису всё было ни по чем. Он просто вновь приваливался, лучезарно растягивая каждый раз на колючий взгляд уголки губ.   — Я устал, почему ты меня толкаешь?  — Я что, похож на подушку?  — Почему ты никогда не задаёшь Ши-гэ вопросы?  — Что Сяо Хуэй имеет в виду?  — Ты всё принимаешь как должное. Неинтересно, кто на него напал? Неинтересно, почему он вдруг не смог использовать свой способ? Ни за что не поверю, что Лэй-гэ всё равно. И ведь ты вполне можешь попробовать допытываться, но всегда остаёшься в стороне. Я давно это заметил. Что бы не происходило, ты принимаешь это как должное и плывёшь по течению. Почему так? — он отстранился.  — Раз уж на то пошло, Сяо Хуэй, расскажи мне, что произошло в тот раз, когда Ши-гэ… смог вернуться.  Фэн Хуэй в удивлении приподнял брови. Как так получилось, что отвечать на неудобные вопросы пришлось ему? Опёршись локтем о колено, он упёрся ладонью в щёку и проникновенным голосом начал свой рассказ, не отрывая взгляда от лица напротив и пытаясь распознать мелькавшие на нём эмоции. — Хэ Ши-гэ ударился о несчастный угол стола. И проделал себе дыру в черепе, я отчётливо ощутил на своих пальцах выступающую острую кость и вытекшую склизкую жидкость. Она была тёплой, со сгустками. — он прищурился. —  Ещё его рвало кровью, но это, думаю, было связано с тем, что Ши-гэ решил уничтожить своё ядро, решаясь избавиться от иллюзии. Ши-гэ выглядел так, словно потерял сознание, а на утро я обнаружил, что Ши-гэ… мёртв? Он не дышал. Кожа выглядела жутко бледной, губы покрылись коркой, глаза и щёки впали, стали отчётливо видны застарелые синяки под веками, но Лэй-гэ, даже так, он не потерял своего очарования. — слегка наклонился, понизив голос. — Этот человек выглядел как труп, тело окоченело, он был мёртв, Лэй-гэ. Сердце, оно не билось. Что я должен был думать? — замолчал, пытаясь вспомнить свои чувства. — Мне было странно осознавать, что этот человек умер так просто. Мне было странно осознавать чужую смерть. Трогая ледяные руки, бледные пальцы которых больше не могли сжаться, я не знаю, что я испытывал. Это очень необычное, отдалённое для меня чувство. Я не хотел верить, что это произошло. Я не понимал, что происходит. Зачем этот человек пришёл? Он пришёл, чтобы просто умереть? Почему он вообще появился? Как он мог умереть, если и я, по сути, мертвец, продолжающий жить? Хоть мы и незнакомцы, но смерть конкретно этого человека вызвала во мне отторжение. Наверное, потому что в конце Хэ Ши-гэ смог очистить своё имя передо мной, поэтому скоротечность его жизни коснулась чего-то далёкого в моём грубом сердце. Мне захотелось с достоинством проводить его в последний путь. Что я, собственно говоря, и пытался сделать.  “С достоинством, на которое был способен на тот момент.” Разглядывая, как колыхаются ядовитые языки пламени в шафране, спросил: — Что это за взгляд, Лэй-гэ? Ты наверное думаешь, что всё произошло во время схватки со мной? Здесь не было моей вины. Мы довольно быстро нашли общий язык.  У Лэй безмолвствовал, прикрыв глаза ладонью.  — Что ты чувствуешь, Лэй-гэ? Расскажи мне, что ты почувствовал? — процедил сквозь зубы шёпотом на ухо, изучая чужой профиль.  Спустя минуту У Лэй бестелесно ответил:  — Не понимаю, что ты хочешь услышать от меня.  — Боль? Безразличие? Страх? Что ты испытываешь?  — Вина. Я чувствую вину.  — Вина?  — Я не нашёл его раньше. Я чувствую вину. А теперь, Сяо Хуэй, просто помолчи.  У Лэй поднялся и прогулочным шагом принялся ходить из стороны в сторону.  Не меняя позы, Фэн Хуэй наблюдал за чужими метаниями.  “Разве тебе не холодно? Никогда не используешь на себе барьер, ходишь в одном халате, умудряясь распахивать его при любом удобном случае. Это особенность людей с огненной ци?” Широкие ворота скрипнули, Хэ Ши протиснулся улыбаясь.  — Заждались? Мне пришлось проверить всё, как следует, поэтому задержался.  Фэн Хуэй заметил, что мужчина успел сменить одежды.  Дождавшись, пока его спутники зайдут, Хэ Ши так же тихо прикрыл массивные ворота, которые теперь не казались ему такими огромными, какими он их помнил. Чувствуя странное настроение между двумя, взял под руку У Лэя, приметив не присущую тому холодность и безынициативность.  — Фэн Хуэй, вам нравится суп из свиных рёбрышек с ростками бамбука?  Расслабленно прогуливаясь и осматривая внутренний двор, без всякого интереса бросил:  — Нравится.  Просияв, Хэ Ши сдержанно улыбнулся.  — Правда?  Он кивнул, отвечая на очаровательную улыбку не менее привлекательной.  — Лэй-эру тоже нравится. — немного сжав пальцами горячую руку. — Лэй-эр, тебе ведь нравится?  У Лэй отстранённо повёл плечом.  Обсидиановый взгляд слегка потускнел, но, быстро справившись с эмоциями, Хэ Ши продолжил: — Мы займём самую дальнюю постройку. Это крыло почти не посещаемо, за исключением летних месяцев. Утром я вам расскажу и покажу, как здесь всё устроено. Думаю, нам следует быть более осторожными. Не стоит шуметь и проказничать, когда рядом есть те, кто не могут нас видеть. Сейчас мы находимся в так называемых пустотах и недосягаемы для чужих глаз, но если громить дом, вряд ли это останется незамеченным. Так что, постараемся вести себя как можно тише. Лампы не зажигаем, жаровней не пользуемся. Не шумим. Хорошо?  — Как скажешь, Ши-гэ. — ласково промурчал.  Оставшийся путь троица шла в тишине, думая каждый о своём. Хэ Ши, не отстраняясь от У Лэя, открыл тяжелую дверь.  — Придётся нам посидеть в темноте. Фэн Хуэй, позвольте провести вас. Там слишком темно и всё заставлено, вы можете упасть.  Особо не придавая значения, Фэн Хуэй подал руку. Когда прохладные пальцы обвили его ладонь, натянутая струна на сердце оборвалась. Напряжённые черты разгладились. Он в удивлении приподнял брови. Перед тем как усадить двоих у низкого столика, Хэ Ши всё-таки зажёг свечу, до этого накрыв одно единственное окно тканью. Фэн Хуэй сразу почувствовал специфический запах, похожий на тот, который исходил от звериной накидки.  Окидывая помещение и снимая верхнюю одежду, вспомнил подвал под хижиной. Там тоже была примерно такая же картина, хотя, если брать в расчёт тот факт, что на входе он дважды споткнулся о наваленные мешки, пришёл к выводу, что это место куда более запущено.  Мягкий свет озарил уголок от комнаты, и Фэн Хуэй только убедился в своём заключении.   Хэ Ши поспешил успокоить: — Зато за стенкой есть хорошая кровать. Имеется купальня, нужно только пересечь внутренний двор. После ужина можно смыть с себя пыль дорог. — он кивнул. — И здесь много чистой одежды. Разных размеров. Довольно уютно. Всегда можно хорошо поесть.  — Очень хорошо, Ши-гэ. Меня всё устраивает. Взяв ложку, Фэн Хуэй притянул к себе глубокую чашу с супом. Зачерпнув бульон, принюхался.  Разлив горячий чай в три пиалы, Хэ Ши принялся ждать.  — Ши-гэ, тебя не было так долго, потому что ты накрывал на стол? — он попробовал насыщенный солёно-кислый бульон, присущий росткам бамбука.  — Я здесь прибрался. Вот почему.  — То есть было ещё хуже?  — Было хуже. Лэй-эр, почему не ешь? Попробуй. Это вкусно.  Фэн Хуэй посмотрел на гадюку и, поднеся наполненную ложку к сомкнутым губам, произнёс:  — Попробуй, Лэй-гэ. Это вкусно.  — У меня нет аппетита.  — Как хочешь. Я тогда съем всё сам. — и, не став заморачиваться, сконцентрировался на приёме пищи.  — Лэй-эр, вот чай. — пододвинув пиалу. — Это северные ягоды. Чай из них терпкий, и может даже показаться, что ты принимаешь лекарство, но спустя несколько минут после первого глотка хочется выпить ещё. Появляется желание распробовать. Вкус своеобразный и кажется достаточно глубоким, чем-то напоминая вино. — взяв пиалу двумя руками, глотнул, не отводя своего взора от шафранового.  — Я устал, Ши-гэ. Я не хочу есть, я не хочу пить.  Хэ Ши тяжело вздохнул. Сев рядом с У Лэем, спрятал руки в широкие рукава плотного бордового халата, желая хоть как-то согреться. Почему-то барьер перестал на него действовать, а сказать об этом он не решался.  — Я последовал за вами сразу же, но на меня внезапно кое-кто напал. Это оказалась светлая тварь. Мы обменялись ударами. Понимая, что ему меня не одолеть, он отступил. Вот и всё. Ты можешь проверить рану. Уже всё затянулось. Нет ничего опасного.  Находясь под сжигающим взглядом, поправил вплетённые друг в друга пряди.  — Придётся заплетать заново. Всё растрепалось. — тихо сказал, робко смотря в упор. Фэн Хуэй хмыкнул. Медленно пережёвывая мясо, украдкой наблюдал за каждым движением мужчины, подмечая его скованность и слегка сбившийся голос.  У Лэй выпил в несколько глотков всё содержимое пиалы.  — Доволен? Пойду найду купальню. Не ходи за мной.  Он поднялся. Ловко обходя преграды в виде мешков и сундуков, вышел.  — Вкусно? — расстроенным голосом спросил.  — Вполне. Ши-гэ, ты можешь ощутить вкус вина?  — Не могу. Мне рассказывали. — обиженно.  — Ши-гэ, я поделился с ним случаем в хижине.  — попробовав чай, действительно ощутил вяжущую терпкость.  Хэ Ши издал протяжное "о".  Нахмурив брови, Фэн Хуэй дополнил:  — Лэй-гэ сам спросил.  Кивнув, он встал и со словами "скоро вернусь" оставил мужчину наедине со своими мыслями.  Покусывая губы, Фэн Хуэй вытянул ногу, потемневше провожая удаляющуюся фигуру.  — О? Что значит это твое "о"?                                   *** Посильнее запахнув халат, Хэ Ши быстрым шагом направился в купальню. Пересекая внутренний двор, прислушался к собственным ощущениям, отчётливо понимая, что энергия, до этого размеренно струящаяся по меридианам, стала слишком неравномерной.  Он тихо выругался из-за порыва ледяного ветра и, ускорившись, почти бегом забежал в просторное помещение, забыв придержать дверь.  Раздавшийся грохот заставил его выругаться немного громче. Он замер, слушая звуки с улицы. Глаза мгновенно привыкли к темноте. Обогнув препятствие в виде скамьи, подошёл к двери и, не заходя, тихо сказал:  — Лэй-эр, это я.  Услышав всплеск воды, прислонился к стене и с нескрываемым беспокойством спросил:  — Лэй-эр, суп очень вкусный, почему отказываешься?  Ожидаемо, ему не ответили.  — Молодой господин У, хотите я приготовлю вам завтра кролика? — уголки губ растянулись в загадочную улыбку.  Прождав несколько минут, он расстроенно скривился.  — Лэй-эр, я не специально. Это была случайность. Я не добивался такого исхода. Лэй-эр, мне не нравится, когда ты не разговариваешь со мной. — обиженно проговорил, постукивая пальцами по дереву.   Тихо цыкнув, пошёл на крайние меры.  — Лэй-эр, мне холодно.  Дожидаясь ответа, Хэ Ши принялся ходить из стороны в сторону. Прошло пять минут, и он устал ждать, поэтому просто открыл дверь, заходя внутрь.  Тяжёлым шагом направляясь к широкой бочке, в которой могли бы уместиться несколько "Лэй-эров", холодным взглядом прожигал багряную макушку.  Думая о том, что этому человеку не мешало бы отвесить подзатыльник, наклонился, обхватив края бочки пальцами. Не замечая пара от воды и чувствуя промозглую сырость, на мгновение перестал дышать. Его зрачки расширились.  У Лэй раздраженно выдохнул, повернув голову вбок. Заглянув в обсидиановые глаза, злобно прошипел:  — А ты не думал, что я могу заниматься здесь самоудовлетворением?  — Что это такое?  — Самоудовлетворение?  Хэ Ши закатил глаза.  — Вода. Она же ледяная. Что это такое? — едва сдерживаясь, чтобы не повысить голос, тихо процедил.  — Ши-гэ показалось, выйди. Что за манеры?  Вглядываясь в бескровное лицо и ощущая нарастающую тревожность и страх, упавше протянул:  — Лэй-эр...  — Я сказал тебе выйти.  Помрачнев, мужчина схватил прохладное запястье, пытаясь проверить меридианы.  Выдернув руку, У Лэй поднялся.  — Ши-гэ, ты что, не понимаешь человеческую речь?  — Что с тобой?  — Это нормальная практика для людей, в чьих меридианах течёт огненная ци. Поэтому, Ши-гэ, выйди. Я планирую заняться самоудовлетворением. — развязывая пояс.  — Ты издеваешься? Смотря на мокрые нижние одежды, облепившие тело, Хэ Ши передёрнул плечами, подрагивая. — Нет. Это нормальная практика для людей, иногда делать такие вещи.  — Лэй-эр, пожалуйста.  — Что пожалуйста?! — повысив голос. — Ши-гэ, пожалуйста, не причиняй себе вреда. Ши-гэ, пожалуйста, веди себя разумно. Ши-гэ, пожалуйста, если этого можно избежать, цепляйся за возможность до последнего! Ши-гэ, пожалуйста, помни, это причиняет мне боль. А что ты? Почему я должен исполнять твоё "пожалуйста", когда на моё ты плевать хотел?! — Мне не плевать.  — Расскажешь это кому-нибудь другому. Ши-гэ, почему ты до сих пор стоишь? Хочешь помочь?  — Ещё хоть слово и я утоплю тебя здесь.  — Помоги мне, Ши-гэ, я так давно этого не делал, что боюсь, одному мне не справиться. — ехидно оскалившись.  — Я тебе как следует помогу! Хэ Ши схватился за подлеца, намереваясь вытащить. У Лэй растерялся и, испугавшись, что этот несносный человек может случайно упасть, начал выбираться сам, но Хэ Ши решил, что его слушать не собираются, поэтому, обхватив ещё крепче и скривившись от холода, потянул на себя, но, не рассчитав силу, повалился назад.  Двое поняли, что падают, но не успели среагировать, через мгновение оказываясь на мокром холодном полу.   Придавленный Хэ Ши слишком уж громко взвыл, пока на его одежду стекала ледяная жидкость.  Гневно смотря в шафрановые глаза, он принялся бить по груди руками с болезненным выражением на лице:  — Что ты лежишь на мне?! Слезай! — заорал не своим голосом.  — Хэ Ши-гэ, прости, я не специально. — У Лэй встал, поднимая продолжавшего ругаться мужчину.   Пока Хэ Ши снимал с себя промокший халат, У Лэй, не зная, куда себя деть, выжимал воду с кончиков волос.  — Тебе помочь?! А?! Тебе помочь, я спрашиваю?!  Хэ Ши отвесил тому пинка.  — Может так?! — Ши-гэ, полегче! — Или вот так?! Как тебе больше нравится?! — отвесил ещё один вдогонку, заметив, как растянулись уголки чужих губ.  Отойдя подальше и потирая ушиб, У Лэй мысленно возмущался.  — Что ты стоишь?! Высуши одежду! Приблизившись и, уже схватив рукава чёрной рубашки, У Лэй вздрогнул от окрика: — ДА НЕ МОЮ, А СВОЮ!! Последовав приказу, под пристальным надзором просушив свои нижние одежды потоками ци, думал о том, что этот человек ловко обернул всё в свою пользу. Закончив, он посмотрел на Хэ Ши, как ученик на учителя, ожидая дальнейших указаний.  Изучающе смерив наглеца, уже более спокойно сказал:  — Теперь мою.  Приподняв брови и тепло улыбаясь, подошёл вплотную. Направляя огненную ци, наслаждался обращённым на него победным обсидиановым взглядом, обволакивая взъярившегося коршуна ещё и барьером.  — А теперь иди и ешь суп.  — Благодетельный господин Хэ приготовит молодому господину У завтра кролика?  — Пошёл ты к чёрту!  — Ши-гэ, ты говорил, тебе холодно, я могу тебя согреть?  — Нахер иди, я тебе сказал! — выталкивая змею из купальни, процедил, скрежетая зубами.  — Ши-гэ, это нечестно!                                   *** Разлепив веки от дикой жажды, Чжао Фухуа прорычал.  — Дядя, вот вода.  Юноша поднёс кувшин, кротко улыбаясь.  — Айщ, моя спина! Ты бесстыдный юнец! Почему заставляешь стариков страдать?! — Если вы старик, тогда вы мой дедушка?  — Какой я тебе старик?! Я молод! Мне нет и сорока! — он поднялся, разминая затёкшие кости.  — Дядя я приготовил вам кашу. Как вы любите. — поморщившись. — С мясом. А суп я съел. Вкусный!  Проснувшись утром, он хотел по-тихому отдать половину собакам, которые каждое утро приходили к усадьбе, но обнаружил лишь пустой чан.  Совершенно не поверив, мужчина, выпив целый кувшин ледяной воды, отправился приводить себя в порядок.  Ши Сянь последовал за ним, но его безжалостно выпихнули за дверь:  — Липучка, даже не приближайся ко мне!  Он уже хотел возмутиться, но услышал:  — В ближайший час! —————— Маленький театр: — Я слышал, тебе требуется помощь.   У Лэй: ? Фэн Хуэй, пытаясь снять чужие штаны:  — Пришёл бы сразу ко мне, у меня огромный опыт в этом деле. Тебе понравится. — скрежетая зубами.  — Сяо Хуэй, пошёл нахер!