Мой маленький котёнок

Я сидела на полу с ужасной болью в голове и не осмеливалась поднять глаза. — Иди сюда, — приказал мужчина. Нет. Пожалуйста. Боже, только не это. Путаница из мыслей вертелась в моей голове. Мистер Рамирез не стал дожидаться моих действий. Он встал со стула, держа в одной руке свой ремень, и направился ко мне. Схватив меня за волосы, мужчина одним рывком поднял меня на ноги. Я свирепо зашипела от адской боли, которую он мне приносил и попыталась вырваться. В комнате находился небольшой стол. Он яростно швырнул меня вперёд, мы оказались возле предмета мебели, и мужчина прижал меня лицом к нему. — Что память отказывает? Сейчас освежим, — сразу после того, как мужчина гневно проговорил эти слова, он несколько раз ударил мою голову об деревянную поверхность. — Не смей ослушиваться. Ты меня поняла, сучка? — Д-да. В висках бешено стало стучать. Мистер Рамирез скрестил мои руки за спиной и, обкручивая своим ремнем мои кисти, связал мои руки вместе. Он потянул ремень, чтобы проверить его на прочность, и я дернулась как рыба на суше от стреляющей боли в плечах. — Пошли, — приказал мужчина и потащил меня за собой. Он сел на кресло и потянул меня к себе. Я упала на колени с ужасной болью и оказалась между его ног. Мистер Рамирез впился руками в мою голову и поднял моё лицо к своему. — Ты моя шлюха. И даже если ты думала, что избавилась от меня… О чём ты вообще думала? Ты всё равно осталась мерзкой, грязной и малолетней шлюхой, — он проговорил последнее предложение медленно и акцентировал на каждом слове, чтобы добить меня. После его слов я не могла больше сдерживаться и стала рыдать. Ненавижу показывать свою слабость. Ненавижу, что этот монстр видит мою боль и наслаждается зрелищем. Я попыталась спрятать лицо и сделать это незаметно. Но видя, как он ухмыляется, возможно, мне этого не удалось. На его ядовитый взгляд я отвечаю гневным. — Ты же знаешь, что делать. Приступай. Моё тело оставалось неподвижным. Так же, как и хмурое выражение лица. И хотя моё сердце было готово выпрыгнуть из меня, я всё равно не двигалась. Мой разум требовал, чтобы я слушалась его приказа, пока не стало хуже. Моё зрение внезапно затуманилось, и жгучая боль охватила правую сторону лица, проникаясь во всё лицо. Удар отрезвил меня. Мистер Рамирез грубо схватил меня за подбородок. — Ты оглохла? Я держу челюсть плотно сжатой. Мне не хотелось и открывать рта. Он раздражённо вздыхает перед тем, как засунуть свой большой палец мне в рот, разжимая мою челюсть. — Неужели годы обучения тебя смирности забылись за месяцы? Так ты ещё и тупая, и забывчивая. Его рука, все ещё запутавшаяся в моих золотых локонах, притягивает меня к нему, в то время как его толстая, мозолистая рука легко высвобождает его член из уже раскрытых брюк. И секунды не прошло, как мой язык оказался грубо прижат к тонкой коже головки его члена. Он настойчиво пихает его мне в рот, ударяя по задней части моего рта, отчего меня мгновенно тошнит. Но от этого он получает больше удовольствия. Мужчина протяжно стонет и проникает только глубже. Меня тошнит сильнее, и я вдыхаю воздух, чтобы справиться с рефлексом. Меня однажды стошнило на него, повторения не хочется. Мужчина сжимает мои волосы в руках, и откидывает голову слегка назад. Я уже знала, как сделать так, чтобы он получил удовольствие и быстро кончил, поэтому не в состоянии терпеть это мучение, я стала активно двигать головой. Ногти мужчины больно впивались в кожу моей головы, и его пах был тесно прижат к моему носу, но это было хорошим знаком, который означал, что всё это скоро закончиться. Скорость толчков увеличивалась, и, когда он кончил прямо в моё горло, я устало выдохнула. — Ты думаешь это всё? Хоть ты и шлюха, но достаточно вымученной не выглядишь, — он придвинулся ко мне. — Но сейчас я это исправлю. Его член был уже мягким и явно не в состоянии снова вставать. Тем не менее мистер Рамирез взял его в руки и засунул его в мой рот. Ему было всё равно на меня, он просто мастурбировал мною, чтобы опять принизить. Слёзы обильно лились по моим щекам, пока мужчина наслаждался. Моё сознание оторвалось от тела, выключая все ощущения. Он мог делать, что хочет, ведь теперь ко мне это не относилось. На всё это время я забыла, где нахожусь, пока он не кончил на моё лицо, заставляя меня задыхаться и кашлять. — Вот теперь ты выглядишь как дешёвая проститутка, — сказал мистер Рамирез, отдышавшись. Затем он встал и открыл дверь. Проверив коридор на наличие людей, он просто ушёл. Некоторое время я просидела молча, не желая что-либо делать. Я умылась и пришла в себя. Это стоило мне не малых усилий, ведь смыть унижение и боль невозможно. Поэтому я сделала всё, чтобы выглядеть менее подавленной — подправила волосы, макияж, улыбку — и вот даже не скажешь, что это человек, который готов засадить нож себе в сердце. Даже лучше, чем я надеялась. Я зашла в зал, и мои глаза сразу нашли отца. Его сложно не заметить. Он освещает каждое пространство, в которое заходит, и доказывает своё превосходство без всяких усилий. Всё в нём просто идеально — утонченный и невластный времени стиль; ухоженная борода; сильные и четкие черты лица; обворожительная улыбка и даже каждая еле заметная морщина, которая указывает на его мудрость и пройденный путь — абсолютно всё. И я так сильно люблю его, что никогда не смогу делить его ни с кем. Эта эгоистичная мысль живёт в моей голове всю мою жизнь и мучает меня, поскольку я знаю, что я сама недостаточна для него. Ему нужен кто-то достойнее меня. Он заметил меня и позвал рукой к себе. Я смахнула слезу и стала уверено направляться к нему. — А вот и Габриэль, — он выглядел таким гордым мной, мне просто хотелось закопать себя заживо, зная, как сильно я его не заслуживала. Все взгляды устремились ко мне, но меня это больше не волнует. Его рука легла на мою талию и притянула к себе, давая всем знать мою позицию. С ним я знаю, что всегда под защитой, чтобы не случилось. — Мы рады тебя видеть! — Каспер раскрыл руки и обнял меня в знак приветствия. - Габриэль, боже! Цветёшь и пахнешь! Мейсон, следи за ней хорошо! Не дай бог уведут у тебя из-под носа! — подхватила его жена и в отличии от своего мужа, она сильно сжала меня в своих объятиях и подмигнула моему отцу. — Я её никому не отдам, — ответил папа строго и посмотрел на меня собственническим взглядом. Я почувствовала трепет в животе от его слов. — Учись у него, Каспер! Вот это отец. А ты ещё нашего сына непонятно куда отправляешь. Скажи ему, Мейсон! — женщина недовольно устремила глаза на мужчину. — Действительно, Каспер, не поступай с ним так. Он сейчас молод, пусть учится на своих ошибках сам. Если ты его отправишь, он там без контроля останется, что может привести к ещё большим ошибкам. К тому же парню всего шестнадцать, через несколько лет сам уедет, и вы будите скучать. — Поэтому, ты Габриэль здесь оставил? — слова Каспера были огрызением, но папа ответил на его вопрос серьёзно. — Да. Ведь нет прекрасней чувства, чем быть с ней. Она моё дитя, и каждый день, проведённый с ней, делает меня счастливей. В этот момент мне просто хотелось наброситься на него и прижаться к нему так, чтобы чувствовать близость и тепло его тела. Но мне пришлось отвлекать себя разговором, пока мы не дойдём до дома.

*Элтон Рамирез — год назад*

— Почему этим не могу заняться я? — спросил я недовольно у отца. — Неужели ты думаешь, что я дам тебе разрушить годы моей работы, сопляк? Я раздражённо закатил глаза. Похоже, что он никогда не доверится мне. — Мне двадцать-семь лет. Как долго я буду у тебя ассистентом? Даже Алисон, начавший как консультант, сдал экзамен и стал юристом. За одиннадцать лет работы здесь у меня прогресса ровно ноль. Отец оторвался от своих документов и посмотрел на меня. — Иди и не мешай мне. Это было моей последней каплей. Я был так зол, что попытался выйти из здания, несмотря куда иду и ударился об кого-то. — Смотри куда прё- Я хотел было накричать на этого человека, как узнал перед собой стоящую девушку. Эта была Габриэль Хейз. Девушка растерянно хлопала ресницами. — Прости, ты не ушиблась? — спросил я, неловко улыбаясь. — Всё в порядке, у тебя что-то случилось? — спросила Габриэль своим ласковым голосом. Чёрт, как же сильно меня заводила её невинность. — Чтобы не случилось, ты сделала мой день своим появлением, детка. Блондинка засмущалась. — Была рада увидеться, — она попыталась уйти, но я преградил ей дорогу. — Куда ты так спешишь? Пойдём выпьем кофе, — мы стояли вблизи, и я удостоился смотреть, как меняются эмоции на её лице после каждого моего слова. Она опустила взгляд, чтобы не встречаться им со мной. — Прости, но меня ждёт мой папа, — она прошла мимо меня и убежала. Я ей точно нравлюсь, поэтому она себя так ведёт. На сто процентов уверен, что стеснение и робость — это лишь пыль в глаза. Я готов пойти на всё, чтобы она открылась мне. Она будет моей. И у меня даже появился план.