KLEEBLATT

      На северном континенте Ротфронта раскинулся горный массив Шварцреген.       Во все стороны, куда ни глянь, простираются горы, склоны и холмы, кое-где по низам, словно зелёно-коричневым гигантским лишаём, облепленные скудной растительностью, но к вершинам неизменно затянутые в белое покрывало вечных снегов и морозов.       И только лишь две вещи нарушают это величественную, но немного тоскливую картину.       Первая. Огромный столб дыма, что медленно поднимается откуда-то из района одного высокогорного плато. Оно даже не имеет своего имени, а на всех картах (гражданскому населению недоступных да и не нужных) оно обозначено сухо и скупо, цифрами — 78-166512. Столб чёрного дыма, естественно, никак не обозначен да и вовсе ни по каким правилам и циркулярам здесь быть не должен... Однако, время правил ушло.       И вторая. Небольшая чёрная точка, висящая где-то высоко в серо-стальном полуденном небе и словно потихоньку приближающаяся.       Точка, неловко виляя и подрагивая, постепенно приобретает довольно странные стремительно-угловатые очертания. И вот уже в небе, всё так же неуклюже рыская из стороны в сторону, вырисовывается странного вида корабль, целенаправленно спускающийся по пологой траектории прямо в сторону плато, что пачкает небо дымным выхлопом.       Любой, кто хоть что-то понимает в космических кораблях, упал бы в обморок от самого факта, что такое судно сейчас находится... не то, чтобы здесь, а вовсе на Ротфронте. Ведь на боку корабля чёрным выведено обозначение и индекс: PENROSE-3799       А ниже, на фоне аккуратной жёлтой полосы уже более мелко — landungprototyp       На дне судна отсутствуют обычные для этой модели массивные антенны радио-телескопа, да и других видов навесного оборудования, предназначенного для путешествий по дальне-глубокому космосу, тоже нигде не видно. Но при этом есть три совсем нехарактерных и не предусмотренных обычной конструкцией огромных люка — они как раз открываются, и из заполненных машинерией недр на свет вылезают массивные приземистые "лапы".       Во всю мощь заработали посадочно-тормозные двигатели — тоже будто бы прилепленные ко дну судна впопыхах — корабль завилял по сторонам, приближаясь к заснеженной равнине. Затем, скрипнув промёрзшим железом, грузно опустился на плато, разметав и подплавив под собой многолетний толщенный наст.       Утихли двигатели, через несколько минут внизу на корме откинулась аппарель, и из шлюза показалась фигура.       Довольно массивная, облачённая в тяжёлый скафандр противо-радиационной и противо-... всё-что-можно-защиты. Фигура вполне человеческих очертаний, хотя там внутри, под несколькими слоями защитного материала человека было только [СЕКРЕТНО] процентов, да и те продукт биоинженерии.       Тем временем почти что космонавт сошёл на снег и направился в сторону дымящих развалин, что чёрно-серым пятном выделялись на белоснежном плато.       Но, пройдя буквально десяток шагов, реплика остановилась — стоящий у неё за ухом радиомодуль ожил. Однако ожил не совсем обычным образом — модуль был довольно странным способом модифицирован. Контакты прямой подачи сигналов в мозг обрезаны, выпаяны, залиты компаундом — в общем, максимально уничтожены. Вместо них снаружи модуля стоял небольшой соленоид с лапкой, касающейся уха реплики. И теперь эта лапка начала отстукивать по уху быстрый ритм. •−•• ••• − •−• −•− •− −•− ••• •−•• −−−− −• •−−• •−• −− (ЛСТР КАК СЛШН ПРМ)              Реплика недовольно поморщилась и даже захотела почесать ухо, но увы, через толстый шлем скафандра это сделать крайне затруднительно. Вместо этого она протянула правую руку к запястью левой и, нащупав кнопку, начала отстукивать ответ. (•−−• •−• •• • −− •••• −−− •−• −−−− •• −•• ••− −•− •−• ••− •• −• •− −−) ПРИЁМ ХОРШ ИДУ К РУИНАМ              Не совсем удобный способ связи, но в нынешних условиях — только так и можно. Если она или тот человек, что отстукивает ей сообщения из корабля, вознамерятся послушать эфир непосредственно — с ними случится нечто... неприятное. С каждой по-разному, но всё же. И оно очень неприятное — увы, они уже это видели собственными глазами. Но по счастливой случайности сами смогли избежать такой судьбы. Пока что. •−•• ••• − •−• •−•− − • −••• •−− •• •••− ••− •••• •• •••• •• (ЛСТР Я ТЕБ ВИЖУ ХИ ХИ)       Уже отошедшая от корабля на приличное расстояние реплика, удивлённо подняв бровь, оглянулась и разглядела в окне кабины едва заметный силуэт, машущий рукой. Затем помахала в ответ и отстучала: −−− − •−•• −−−• −• •−−• •−• −−− −•• −−− •−•• •••− •−−• −−− •• ••• −•− (ОТЛЧН ПРОДОЛЖ ПОИСК)       Но через минуту её снова потревожили. •−•• ••• − •−• −•− •− −•− − •− −− •−−• −−− −−• −−− −•• −•− ••−−•• (ЛСТР КАК ТАМ ПОГОДК ?)       Шагавшая дальше реплика вновь остановилась, недовольно нахмурилась под широким визором шлема и застучала ответ. −−• •−• − •−−• •−• −•− •−• •− − •• −−•• •− ••• −−− •−• ••−•• ••−• •• •−• −−••−− (ГРТ ПРКРАТИ ЗАСОР ЭФИР !)       Тут же по уху затюкало. −••• • −••• • −••• • −−••−− (БЕ БЕ БЕ !)       Реплика мечтательно улыбнулась, покачала головой, выслушивая ещё два восклицательных знака, и продолжила путь. Корабль приземлился на благоразумном расстоянии от самого интересного, потому до руин было топать ещё добрых полста метров.

***

      Руины выглядели самым обычным образом — нагромождение разнокалиберных обломков и осколков бетона, металла, причудливо загнутые трубы, торчащие в небо, запачканный гарью и кое-где подплавленный снег.       Эльстер осторожно обходила непролазные бетонно-металлические буреломы в поисках какого-нибудь удобного места, чтобы пролезть в самую глубину завалов. Лапка за ухом ожила. •−•• ••• − •−• •−−• •−• −••• −−− •−• −•−− ••−−•• (ЛСТР ПРБОРЫ ?)       Эльстер остановилась. Захотелось ответить что нибудь неясное типа ТРИСТА и ждать возмущённого требования пояснить. Но дело всё же серьёзное, не до шуток. − • −− •−−• ••••− •••−− −•• •− •−− •−•• −• −−− •−• −− •••••• •−− −•−− ••• −−− −•− •−• •− −•• −−•• •− −−• •−• −−− •−−• •− ••• −• (ТЕМП 43 ДАВЛ НОРМ. ВЫСОК РАД ЗАГР ОПАСН)       Подумала и добавила. − • −••• • •−− −•−− •••• −• • •−•• −−•• (ТЕБЕ ВЫХ НЕЛЗ) •−−• −−− −−−• ••−−•• •−•− −−−• ••− − −••− −−−• ••− − −••− −−••−− (ПОЧ ? Я ЧУТЬ ЧУТЬ !)       Эльстер нахмурилась. −• • •−•• −••− −−•• •−•− −−••−− (НЕЛЬЗЯ !) •−•− −•− •− •−−• •• − •− −• −−••−− (Я КАПИТАН !) • ••• •−•• •−− −•−− •−−− −•• −• •− •−• ••− •••− •−•−•− •−•− −−•• •− •−−• •−• − • −••• •−− − •−• ••−− −− •• •• −−•• −• ••• •−•• (ЕСЛ ВЫЙД НАРУЖ, Я ЗАПР ТЕБ В ТРЮМ)       Эльстер, тихо пробормотав "Зараза такая...", добавила: •••− ••• − −•− −−− (ОПЯТЬ)       И продолжила путь. Но через какое-то время тревожно оглянулась на корабль и присмотрелась к аппарели, не сбегает ли по ней силуэт её несносного гештальта. К облегчению реплики ни на аппарели, ни на пути к развалинам никого не было.       Но всё же Эльстер было неспокойно. •−•− ••• •−• −−•• −• −• • •−− −•−− •••• −•• •• −−••−− (Я СРЗН НЕ ВЫХДИ!) −• • −••• −−− •• ••• •−•− −−−− ••− −−−• ••− •••••• −• • •−−• −−− •• −•• ••− (НЕ БОИС Я ШУЧУ. НЕ ПОИДУ) −−− − •−•• •••••• •−−• •−• •• −−• −−− − −•• • −−•• •− −•− − −•− •− −− −•• •−− −−− •• −• −− −−•− −• (ОТЛ. ПРИГОТ ДЕЗАКТ КАМ ДВОИН МЩН) ••− •••− • ••• −•• •−•• •− •−•• •− (УЖЕ СДЛАЛА) ••• • −•− ••• •• (УМНИЦА)       Достучала с улыбкой Эльстер, тихонько выдохнула и вернулась к поискам.       Наконец ей удалось найти проход вглубь развалин и её взгляду открылась огромная воронка — судя по всему, тут был мощный взрыв. Впрочем, Эльстер это ни капли не удивило — это уже третий военный объект, на котором они приземлялись и третий же с огромной воронкой от взрыва. Видимо, абсолютно под каждым таким объектом, аэродромом или частью позакладывали внушительные аварийные заряды взрывчатки. И после того как... всё началось... каждый кто-то смог подорвать. Патриоты Нации, преданные солдаты, не щадящие себя... Эльстер усмехнулась.       Бессмысленные смерти, оборванные жизни, не более. ••−•• •−•• ••• − •−• −−−• ••− −− −• • ••• − −••− ••−−•• (ЭЛСТР ЧУМН ЕСТЬ ?)       Да, и эти тоже. Чумные, как они с гештальтом их называли. К счастью, вокруг была тишина, никто нигде не шевелился и не бродил. Эльстер искренне надеялась, что так будет и дальше, и висящий на правом бедре Тип-75 с оставшимися двумя патронами не пригодится. −• • − •••••• −• −•− −−− −−• −−− −• • •−− •• •••− •••••• − •• •••• −−− (НЕТ. НКОГО НЕ ВИЖ. ТИХО)

***

      Огромная воронка дымилась, каменистая земля в глубине исходила паром. Земля, которая до этого момента лет эдак безумно много не видела белого света, вечно скрываясь под толстым снежно-ледяным покровом. Здесь радиационный фон был сильнее всего.       Эльстер отвернулась и пошла прочь от воронки. Вернее, не совсем пошла — начала пробираться по завалам назад. Искать тут нечего, у эпицентра взрыва как правило всё в труху.       Если здесь эпицентр, значит тут же и все рабочие помещения. Неизвестно было, что это за комплекс и чем он занимался. Разработка оружия? Био-генетические исследования? Разведка? Спец-подготовка? А может, просто склады особо секретных образцов? В любом случае, всё это было здесь, над бомбой. А чуть поодаль... Да, вот оно. Немного в стороне от основного здания (вернее от того, что от него осталось) находился судя по всему жилой сектор. Он тоже был разрушен, но не так сильно, скорее, сложился карточным домиком. Ну и подгорел немного. И радиацией испачкался. А потом подмёрз. Но это не страшно, главное, что там жилые помещения и, скорей всего, столовая — как раз то, что нужно.

***

      Почти через час поисков Эльстер, неся в руках немалых размеров коробку, заполненную до верху самыми разными "сокровищами" отправилась назад. Тяжело шагая, реплика взошла вверх по аппарели и скрылась в недрах корабля.       Аппарель поднялась.       Тем временем Эльстер уже стояла в тесной дезактивационной камере, кое-как пристроив коробку на пол. Зашипел сжатый воздух, ожили распылители раствора, зажужжали излучатели. Через какое-то время процедура закончилась, над внутренней шлюзовой дверью загорелся зелёный индикатор.       Сняв скафандр и повесив его в спец-отсек, Эльстер нажала кнопку у двери и подхватила коробку.       Дверь открылась. Прямо за ней стояла буквально сияющая от восторга и чуть ли не приплясывающая на месте низкорослая девушка в форме, в круглых очках и с копной непослушных волнистых тёмно-каштановых волос, спадающих на плечи.       — Ну что там у тебя!       Эльстер улыбнулась.       — Не спеши, идём в кают-кампанию.       Девушка едва не запрыгала от нетерпения.       — А-а-а, пошли-пошли!       И они пошли. Степенно-флегматичная Эльстер несла коробку, а вокруг неё восторженно нарезал круги капитан судна и гештальт-офицер Грета Рёдер. Ведущий себя совершенно не по-гештальтски и уж точно не по-офицерски.

***

      В кают-кампании парочка расселась согласно уже устоявшемуся ритуалу. На стуле перед рабочим столом восседала фрау Рёдер во всей своей миниатюрной красе и нетерпеливо ёрзала. В центре помещения стояла коробка. Рядом с ней, скрестив ноги, уселась на пол Эльстер и принялась, словно какое-то забытое зимнее божество из старых времён, доставать из коробки "подарки".       — Во-первых, я нашла кое-какие бумаги. Приём-сдача смен, всякие рапорты, отчёты, заявки... Даже парочку доносов — как обычно. А ещё, судя по всему, чей-то дневник, хоть и подпаленный немного.       — Рапорты — это скучно, потом почитаю. Доносы вообще читать не буду, выкинь их сразу, они мерзкие. Давай дневник глянем!       Эльстер взяла из коробки стопку бумаг, большую часть отложила в сторону и передала несколько листков Грете. Та жадно впилась в желтоватую бумагу взглядом.       — Тааак, что тут у нас... цикл такой-то... о, да тут листы проштемпелёваны все! G-78 — видимо, как-то так это заведение называлось. Дальше... ага, прибыл он поездом... криптолингвисты... Гаусс-78, вот название... о, радио-разведка! Мои коллеги были...       Грета погрустнела. В воздухе повисло невысказанное "на их месте могла быть я". Эльстер молча погладила её по коленке. Грета вздохнула и продолжила.       — Ладно, что тут дальше... заступил на службу... сломалось то, сломалось это... горю желанием... великая нация... в общем, восторженно-патриотичный бред сплошной, даже читать не буду. И так всё ясно, заступил, борюсь, рвусь, по утрам гимн пою, служу как дурачок чтобы получить значок, кто если не мы, нас вынудили, мы защищаемся и всё прочее...       Грета начала перебирать оставшиеся страницы.       — О, на вот этом листке клевер нарисован. Ишь ты, художник. Хм. Ну ладно, теперь хотя бы знаем, что это было за место.       — Предлагаю сделать ещё одну вылазку. Раз тут радио-разведка была, наверняка можно будет найти кое-какие запасные детали для электроники. Лишними не будут.       — Ну да, можно. Но давай завтра. И всё, потом полетим дальше — мне тут неспокойно как-то.       — Почему? Ты что-то видела или слышала?       — Нет... сама не знаю. Не нравится мне тут. А ещё снег этот везде, холодина. Вот на том лесном аэродроме было так уютно, но ты ведь не захотела там подольше оставаться!       — Нет, и ты прекрасно понимаешь, почему.       — Понимаю... Ладно, давай дальше!       — Итак, дальше у нас продовольствие.       Грета наморщила усыпанный веснушками нос. Да, она понимала, что это тоже важно — а точнее, самое важное — но всё равно она ожидала кое-чего другого.       — Две упаковки по двадцать четыре рациона для гештальтов. Одна начатая упаковка... думаю, штук 20 рационов для реплик. И ещё нашла один вот такой. Раньше таких не видела никогда.       — Дай-ка посмотреть... Интересно. Полоска красная. Жаль, закопчёный, не прочитать ничего, но это точно рацион для реплик, судя по номеру на краешке. Потом попробуешь. Вдруг это какой-нибудь рацион, улучшающий настроение и убирающий угрюмость, тебе как раз будет!       — Грета!       Та в ответ хихикнула и высунула язык.       — Да шучу я!       Но Эльстер задумалась посмотрев куда-то в сторону.       — Я что... правда всегда угрюмая?       — Ну ты чего! Я же просто тебя подколоть хотела. Не угрюмая ты и не унылая, не грусти. Ну... бываешь иногда, конечно... чересчур... но это редко! И по делу. Честно говорю, клянусь капустой!       Грета протянула руку и погладила Эльстер по макушке. Та вздохнула, не в силах сдержать улыбку от этой извечной и ребяческой овощной клятвы.       — Слушай, а ты нашла, ну... это самое...       Эльстер выдержала паузу и ответила.       — Нашла.       Грета радостно завизжала и захлопала в ладоши.       — Доставаааай!       Эльстер потянулась в коробку и начала доставать главные "подарки".       — Итак, гвоздь программы — восемь грампластинок на 10 дюймов, из них одна довольно любопытная, на обложке надпись "И. Свенссон. Голоса вечерних улиц". Согласно моим данным это очень популярный имперский музыкант и певец, его творчество в целом и эта пластинка в частности законами Нации строжайше запрещены. Даже не представляю, кто и как смог заиметь такую вещь на режимном объекте.       Из восторженно открытого рта Греты чуть слюна не закапала.       — Дальше. Три грампластинки форматом поменьше, две из них гибкие, судя по записям, там какие-то детские песенки, считалки, а на твёрдой 8-дюймовой... аудиоспектакль "Храбрый мышонок". Грета, не строй притворно-безразличное выражение лица, я прекрасно знаю, как ты обожаешь такие вещи и иногда тайком слушаешь. Кстати, это ещё не всё...       Грета уже тянулась руками к вожделенной стопочке пластинок, но Эльстер неумолимо убрала их в сторонку со словами "Не переживай, всё послушаешь потом".       — Ещё нашла вот такой портативный проигрыватель, 89-й модификации скорей всего. Схожа с той, что у нас. Он вроде подкоптился немного и возможно неисправен, но запчасти лишними не будут. И ещё...       Эльстер вновь полезла в ящик. Урожай в этот раз был поистине шикарным.       — Монокассетный проигрыватель. К нему около дюжины кассет, есть разные, с классикой, с балетом, звуками природы, я даже захватила парочку альбомов из серии "Песни о Родине", помня о том, как тебе нравится, кхм-кхм, цитирую — "чарующий баритон Миямото" — конец цитаты.       Эльстер, загадочно улыбнувшись сверлящей её взглядом Грете, отложила кассеты и взяла в руки сам монокассетник.       — Судя по виду, его неоднократно разбирали, возможно дорабатывали — самая очевидная доработка вот она. Огромная, чуть ли не в размер самого устройства, аккумуляторная батарея, примотанная сбоку полимерной лентой. Грета взяла в руки потерявший всё своё изначальное угловатое изящество аппарат и начала разглядывать со всех сторон.       — Как думаешь, её надолго хватает?       — Точную ёмкость не знаю, но потребляют эти монокассетники не так много, так что очень надолго. Не понимаю, зачем кому-то понадобилась такая доработка. И напоследок — вот.       Эльстер задумчиво выудила из ящика довольно необычные предметы — коробочку с небольшими тюбиками с краской, набором кистей и увесистый альбом для рисования.       — Альбом? А зачем? Я же рисовала последний раз ещё в школе.       — Сама не знаю, зачем это взяла. Возможно, подумала, что ты захочешь как-нибудь попробовать.       — Хм... вообще в школе у меня неплохо выходило. Ладно, оставь, может, и правда попробую потом. Это всё?       — Да. Тут ещё остались кое-какие детали, расходники и очень приличный набор инструментов — видимо, я набрела на общежитие модулей ARAR. А ещё я нашла хороший, прочный вещмешок. Пригодится.       — Класс! По-моему, такого богатого улова у нас ещё не было!       — Это всего лишь третий раз. И к тому же я не нашла ни одной киноплёнки.       — Ну да, но всё равно!       — Я больше рада тому, что у нас прибавилось провизии. Теперь с учётом того, что техники отсюда забыли убрать перед тестовыми полётами, у нас рационов на... 68 дней тебе и 64 дня мне.       Грета надулась.       — Если ты будешь голодать, то и я буду!       — Не говорите глупостей, фрау капитан. Давайте лучше уберёмся тут и разложим наши богатства по местам.

***

      На плато опустилась ночь, далеко не такая тусклая, как день. На небе зажглись сотни маленьких искорок, а заснеженные горы засияли отражённым звёздным светом. Каждая снежинка старалась отразить хоть чуточку небесного сияния.       Поблёскивал и снег вокруг всё так же стоящего на плато "Пенроуза". Все системы корабля были выключены, окна кабины отражали поблёскивающую черноту неба, только лишь в глубине судна реактор, работающий на "холостых оборотах", тихонько шумел насосами, прогоняя по отопительным контурам горячий тосол.       В небольшой капитанской каюте было относительно тепло, в целом уютно и почти темно. Над узкой кроватью на стене был прилеплен слегка смятый и чуть подпаленный листок с кривовато нарисованным четырёхлистным клевером. А на самой кровати лежали двое. Лежали и тем самым злостно нарушали все инструкции по обращению с репликами (и ещё много чего). Лежали и пытались уснуть, но сон, как обычно, не шёл.       — Эльстер, как думаешь, сколько мы ещё так протянем?       — Даже не знаю. Корабль протянет долго. Сама ведь помнишь те бумаги — с реактором у нас всё нормально в отличие от серийных разведботов. Всё упирается в продовольствие. А вот с ним у нас не всё нормально.       — Значит, надо прилететь куда-нибудь, где не случился большой БУБУМ.       — Возможно. Но опасно. Там, где не было, как ты выражаешься, БУБУМов, там ходят толпы чумных.       — Может, всё же попробуем на Хаймат...       — Нельзя. Слишком рискованно. Здесь мы хотя бы можем спокойно летать над континентом, судя по тишине в эфире — не переживай, я не слушала, я по волновой диаграмме смотрела — кроме нас в воздухе никого. Да и вообще... нигде никого. А вдруг там все выжили? Вдруг там сейчас блокада? И нас ещё на подлёте собьют, как неизвестное судно. Думаешь, кто-то станет слушать наши рассказы?       — Наверное, ты права... И что, вот так побираться по глуши и обшаривать горелые сараи?       — Да. Но когда-нибудь надо будет всё же попробовать наведаться в населённый пункт. Больше шансов найти нормальные объёмы рационов.       — И нормальные объёмы чумных.       — Риск оправдан.       Сверкнув глазами, Грета повернулась к реплике.       — Нет! Не оправдан! Я не хочу тебя потерять! Не хочу, чтобы ты там осталась, среди них...       — Я буду очень осторожна.       Грета отвернулась и насупилась.       — Осторожная она будет, ага, как же...       На какое-то время наступила тишина.       — Эльстер, как по-твоему, о чём думал тот, кто подорвал этот самый Гаусс или как там его? Что сказал сам себе или другим напоследок? О ком вспоминал?       — Наверняка что-то патриотическое, о самопожертвовании во имя Нации или вроде того. Какой-нибудь офицер из высшего командования. Вспоминал о сослуживцах. О семье.       — Грустно это...       Они вновь затихли.       — Грета, пообещай мне кое-что.       — Что?       — Если я стану чумной, ты меня убьёшь.       — В смысле!       Грета шокированно приподнялась и посмотрела реплике в глаза.       — Даже обещать не хочу! И выкинь это из головы!       — Не могу. Я постоянно держу в голове все возможные варианты. Пообещай пожалуйста.       Грета легла назад и отвернулась к стенке. Помолчала, потом пробормотала.       — Не буду. Если ты станешь, как эти... я тоже подорву Пенроуз.       — И как же?       Судя по голосу, Эльстер улыбалась.       — Не знаю. Пойду и в реактор отвёртку воткну!       — От этого ты только получишь струю кипящего охладителя в лицо. Ещё варианты?       Эльстер, похоже, это забавляло.       — Ну да, да, не знаю я! Я же не техник-машинист, а всего-то радистка. И то чуть с академии не выгнали, за неподобающее...       — Вот и хорошо. Оставь подрывы мне. И не бойся, у меня много планов на будущее, но становиться чумной в них не входит.       Грета повернулась к Эльстер.       — Планы у неё, ну ничего себе. Это какие же у тебя планы?       — На данный момент основной план — мы ложимся спать.       — Не могу я уснуть...       — Ну, на этот случай у меня есть верное средство.       Эльстер, хитро улыбнувшись, нырнула под одно на двоих одеяло.       — Эй, ты куда это? Эльстер, ты чего та-а-а... м-м-м!...       Злостное нарушение инструкций по обращению с репликами в эту тихую звёздную ночь вышло на новый уровень злостности. В очередной раз.

***

      Наступило утро. У шлюза стоял экипаж корабля в полном составе. Половина экипажа готовилась к выходу, другая половина переживала.       — Только забери, что хотела, и сразу назад! Нечего там по радиационной грязи шляться!       — Конечно. Так и задумано. Я там приметила одну более-менее сохранившуюся комнату, кладовую похоже — там ещё оставалось кое-что интересное, но в первый заход взять не получилось. Долго "шляться" не буду.       — Хорошо. Вот, держи свой мешочек.       Грета нервно хихикнула, подавая Эльстер найденный ей же ранее вещмешок, но тут заметила на боку вышитую эмблемку.       — Погоди-ка... "высшее военно-инженерное..." — так это ж моя учебка! Тут кто-то из моих однокашников был. Нет, это определённо слишком тесный мир. И мне он не нравится. Сегодня же улетаем отсюда.       — Да-да, ты уже говорила. Обязательно улетим. Всё, я пошла.       Эльстер зашла в шлюз, а Грета осталась стоять у двери, беспокойно закусив губу и сцепив руки на груди.       — Обязательно улетим...       Тихонько повторила она.       Дверь шлюза закрылась.

***

      Плато встретило вышедшую в неизменном скафандре Эльстер неприветливо. Дул ветер, поднимая снежные клубы — кажется, надвигался если не шторм, то погода не очень хорошая. Но долго задерживаться здесь она не планировала.       А вот и та самая полуразрушенная комната, которую реплика приметила ещё вчера. Судя по всему, какая-то каптёрка службы охраны. Всё захламлено кусками верхних этажей, но кое-что всё же взять можно. Например вот эту коробочку...       Эльстер сосредоточенно разгребала завалы и вытаскивала на свет различные полезные штуковины, когда внезапно лапка на ухе ожила лихорадочным бессвязным стуком. Но это не в первый раз.       Слушать эфир нельзя — по радио-пространству бродит нечто. Словно какая-то зараза. И иногда этот бестелесный всепроникающий демон, пожравший уже бессчётное число гештальтов и реплик, начинает в полную силу выть на волнах, отдаваясь в причудливом приёмнике Эльстер вот таким бессвязным стуком. Как правило стук очень быстро заканчивается, буквально секунд пять. Но в этот раз почему-то держится дольше... Эльстер наконец оторвалась от увлекательнейшего железного ящичка с замком и прислушалась к стуку лапки. •−•• ••• − •−• ••• −−•• −•• •• ••• −−•• •− ••• −−•• •− −−− −••• •−• •−•• −••− ••• − −−− • •−• −• −−•• −•• •• −−•• •• −−•• ••• −•• •• −−− −••• •−• −−− −••• •−• −−− −••• •−• • • −• ••• −••− −−•• •− •−•• −••− − ••• − •−• −−•• ••• −•• −−− •−• −• ••• −••− (ЛСТР СЗДИ СЗА СЗА ОБР ЛЬСТ ОЕРН ЗДИ ЗИ ЗСДИ ОБР ОБР ОБРЕЕН СЬ ЗА ЛЬТСТРЗСДОБРНЬС)       Разум мгновенно отключился, вежливо уступив место особым полуживотным инстинктам, что покоятся глубоко в сознании. Такие инстинкты, как правило, приобретаются с долгим и кровавым опытом, который потом очень хочется забыть.       Эльстер, отбросив злополучный ящичек, моментально дёрнулась в сторону — в самый нужный момент, чтобы разминуться с просвистевшим на том месте, где только что было её плечо, мясницким тесаком, который сопровождал душераздирающий вой.       Похоже, кое-кто всё же "выжил".       Эльстер успела лишь полуобернуться — неслышно подкравшаяся сзади чумная стояла почти вплотную к ней и уже занесла своё оружие для нового, не менее молниеносного удара.       Пригнувшись и поднырнув под пролетающую руку с тесаком, Эльстер пнула почерневшее чудище в колено. Та, завизжав, припала на одну ногу. Эльстер тем временем отскочила на пару шагов и сдёрнула с бедра пистолет.       Раздались два быстрых выстрела, укатившиеся протяжным эхом в заснеженные вершины. Чумная свалилась на снег и задёргалась. Эльстер быстро оглянулась вокруг — больше никого нет, но кто знает, сколько их лежит под завалами и сколько, как эта, готовы в любой момент вылезти познакомиться. Собралась уже было бежать, но всё же решила быстро прошмыгнуть мимо бьющейся в агонии чумной и схватить обронённый вещмешок. Нужно уходить. Эта, вопящая, скоро опять встанет. Они всегда встают.

***

      В камере дезактивации умолкло шипение и гул, загорелся зелёный огонёк. Эльстер, прихватив мешок и пистолет, вышла из шлюза. На неё тут же бросилась Грета и, уткнувшись реплике в грудь, крепко обхватила Эльстер руками. Будь у неё рёбра не титановые, они бы затрещали.       — Не делай так больше! Никогда! Не смей!       Эльстер одной рукой обняла рыдающую Грету, другой принялась гладить её по голове.       — Прости. Это я виновата. Отвлеклась, не услышала из-за шума ветра. Проявила халатность. Больше такого не будет.       — Да! Потому что я тебя туда больше не пущу! Никогда в жизни!       — Ты же знаешь, что так не получится. Мне нужно будет выходить иногда. Жаль только последние два патрона истратила...       — Чёрт с ними! Главное, себя не истратила!       Грета, всё ещё мелко дрожа, подняла на Эльстер покрасневшие глаза.       — Не бросай меня, Эльстер! Не оставляй одну! Кроме тебя у меня никого больше нет! Я без тебя не выживу! Не хочу выживать!       — Хорошо. Не оставлю.       Какое-то время они стояли у шлюза, не отпуская друг друга. Затем Грета тихонько произнесла.       — Ты хотя бы нашла что-то полезное?       — Да. Но принести смогла, увы, не всё. Моток припоя, две ударных отвёртки и горстку рационов для реплик.       Грета пробухтела обиженно.       — Тебе лишь бы еды набрать... вечно голодная...       Эльстер улыбнулась.       — Ничего не могу с собой поделать. Моя функция — обеспечивать жизнедеятельность нашей "миссии". Однако, теперь по моим подсчётам у нас продовольствия на 68 дней тебе и 70 дней мне.       — Молодец. Выиграла.       — Именно. Но если ты будешь голодать — то и я буду.       Грета наконец отцепилась от Эльстер, отошла на шаг, натянула на заплаканную физиономию сердитое выражение и упёрла руки в бока.       — Модуль LSTR! Что вы за бред несёте!       Эльстер подошла к ней и взяла за руки.       — Грета, я тебе предложила кое-что мне пообещать, но ты не захотела. У меня есть другое предложение.       — Так, опять ты за своё?       — Почти. Выслушай.       Грета умолкла.       — Давай пообещаем друг другу — не оставлять никого в одиночестве. Если одной из нас суждено будет уйти, то уйдут обе. Хорошо?       — Ничего хорошего...       — Пообещай пожалуйста.       Грета помедлила. Потом произнесла тихо.       — Обещаю.       — Поклянись капустой.       — Клянусь капу... Так, это что вообще такое!       Грета вновь вырвалась из цепкой хватки довольно ухмыляющейся Эльстер и, стукнув ту кулачком по плечу, отошла ещё на шаг.       — Всё, отставить сантименты! Модуль LSTR! Слушай мою команду! Раскочегарить реактор! Взлёт по готовности! Курс — подальше от этих поганых сугробов! На юг!       Эльстер склонила голову, улыбнулась и произнесла спокойно.       — Слушаюсь, капитан.       Шторм так и не разыгрался. Ветер и вьюга угомонились столь же неожиданно, как и начались. Погода словно молчаливо провожала массивный угловатый корабль, что уже потихоньку разогревал двигатели.       Вскоре махина неохотно оторвалась от земли и начала неспешно подниматься, убирая в себя посадочные лапы. И вот совершенно невозможное и должное существовать только лишь в секретных (ещё более секретных, чем обычно) документах и буквально в двух-трёх тестовых экземплярах судно PENROSE-3799, набирая высоту, устремилось куда-то вдаль.       И, несмотря на все невзгоды экипажа и конструкторские выверты, цель у судёнышка оставалась неизменной.       Найти новое начало.