Секреты любви

      Коттедж Минов строили в начале столетия. Дом насчитывал много просторных комнат. Найти хорошую прислугу не составляло проблем. Держали даже несколько садовников, которые присматривали за поместьем. Теперь, когда отсутствовали даже супруги Дон, двери были наглухо закрыты. Исключение составили кухня, кабинет, спальни и ванные комнаты, которыми пользовались Юнги и Эмилия.       — Снег скрывает в саду следы запущенности, — грустно заметил Юн, когда они с Чимином, наконец, сели за обеденный стол.       Джет свернулась калачиком перед камином и мирно посапывала. Эмилии пришлось пообещать ее любимые бургеры, бобы, мороженое и разные сладости, чтобы уговорить ее оставить щенка внизу и лечь со старым медвежонком.       — Полуфабрикаты явно не пользуются симпатией миссис Дон, — пошутил Пак.       — Абсолютно. Для Эмилии она готова на что угодно, но свежая пища домашнего приготовления — неизменный ритуал нашего дома. Исключение составляет только мороженое, да и то не всегда... — Юнги нахмурил брови, видимо что-то припомнив. — Санни не особенно заботило, чем питается ее дочь, поэтому девочка в еде непритязательна.       — Но я не нахожу, что Эми сильно пострадала, — заметил Пак, стараясь быть объективным, — ее розовые щечки — просто загляденье.       — Обычно она не такая румяная. Видимо, набегалась по холоду, а в доме натоплено.       Парень блаженно потянулся.       — Действительно, приятно погреться после слякоти. Конечно, можно обойтись без камина, но я очень люблю смотреть на огонь.       — Тем обиднее расставаться с таким удовольствием и выходить на холод, — суховато заметил Юн. — Почему бы тебе не остаться здесь на пару дней?       — Нет никаких причин, ты прекрасно понимаешь. Опасность миновала. — Чим кривил душой и, чтобы скрыть свое настроение, поспешил подняться. — Джет нужно выгулять. Мы не спеша пройдемся до коттеджа, как раз достаточно.       — Эмилия уже уснула, поэтому я даже не смогу проводить тебя, — огорчился Юнги, подавая парню жакет.       Он усмехнулся:       — Полагаю, ничего не случится. Не забывай, со мной сторожевой пес.       Юнги посмотрел на спящего щенка.       — Не могу сказать, что одобряю такое решение. Обещай, что сразу позвонишь, если вдруг передумаешь. Или если я тебе понадоблюсь, — вдруг заявил он и взглянул в глаза Чимина.       Застигнутый врасплох, Пак не успел отвести взгляд. Юнги понял, как сильно Чим хочет его.       Юн протянул руки, и Чимин, истомившаяся по ласке, отдался его крепким объятиям. Он поднял голову и подставил раскрытые губы для поцелуя. Юн так крепко прижал его к себе, что у парня перехватило дыхание. Юнги сбросил с него пальто и с осторожной нежностью стал ласкать его грудь поверх шерстяного свитера. Его поцелуи были такими жаркими, как будто он изголодался по их близости. У Чимина голова пошла кругом. Но тут проснулся щенок, решив разделить общую радость. Пак с трудом отстранилась.       — Я безумно хочу тебя, — сказала парень, едва переводя дыхание, — но пойми, до встречи с тобой подобных чувств я не испытывал, поэтому немного нервничаю.       Темные глаза Мина горели страстью из-под опущенных век.       — Но я полагал, что ты и Хосок — любовники.       — Я тоже считал, но теперь понимаю, что нас нельзя так называть в буквальном смысле.       — Что ты хочешь сказать?       — Думаю, ты и сам догадываешься. — Чимин запустил пальцы во взъерошенную шевелюру Мина. — Мы с Хосоком были вместе в постели несколько раз. Конечно, близость с ним достаточно приятна, ведь он не какой-нибудь неловкий юнец. Однако инициатива всегда исходила исключительно от него.       — Тогда, черт возьми, зачем ты пошел на это?       — Я думал, что люблю его. Собирался за него замуж и выполнял все, что от меня требовалось. Даже себе саму я никогда бы не признался, что ощущал некоторое разочарование. Я надеялся, что со временем интимные отношения улучшатся — опыт приходит с практикой.       — Но надежды не оправдались?       — Верно.       — А сколько времени понадобилось нам, чтобы обменяться первым поцелуем? — Наивное мужское торжество тронуло сердце Чимина. — Если есть искра, обязательно возникнет пламя. Если нет, то и гореть нечему.       Он судорожно вздохнул и наклонился, чтобы пристегнуть поводок к ошейнику Джет.       — Я не сразу осознал, что происходит между нами. — Он выпрямился и ласково улыбнулся Юну. — В любом случае мне разумнее отправляться домой. Иначе почувствую себя виноватым в том, что ты начнешь бродить по дому во сне.       Юнги повеселел.       — Соблазнительная мысль. Я буду спать, и видеть сны про нас.       — Крепкий сон предпочтительнее. Он не повредит нам обоим, — мягко заметил парень и направился с Джет к двери. — Завтра я приду к восьми и приготовлю завтрак.       — Зачем вставать так рано? Я справлюсь сам. Доставь себе удовольствие, поваляйся подольше в постели.       Чимин с улыбкой посмотрел на щенка, уже выказывающего признаки нетерпения.       — Благие надежды! У меня же есть будильник, который поднимет меня чуть свет.       Хозяин отправился наверх посмотреть на спящую Эмилию и потом проводил Чима, приказав обязательно позвонить.       — Я же не за тридевять земель, — разумно заметил он, — а твой друг капитан находится под присмотром своей сестры, так что все в порядке. Надеюсь, анонимные звонки меня не потревожат.       Но Чимин ошибся. Стоило ему переступить порог, как зазвонил телефон. Пройдя поспешно через коридор, он вошел на кухню и снял трубку.       — Где ты, черт возьми, пропадал? — услышал Пак раздраженный голос Хо, который вывел бы его из терпения и при более благополучных отношениях.       — Я уезжал, — холодно ответил он. — А что случилось? Тебе что-то нужно, Хосок? Мне кажется, я дал ясно понять, что ни мои приезды, ни отъезды тебя больше не касаются. Я вернул тебе кольцо и увольняюсь с фирмы. Сожалею, но мы никогда не подходили друг другу.       — Только потому, что я не нахожу удовольствия в компании твоих инфантильных друзей? — проговорил Чон с некоторым раздражением.       — Это одна из причин.       — Могу я узнать, в чем я еще провинился?       — Хо, не начинай сначала... О нет! — вдруг ахнул парень.       — Ну, что еще?       — Я заканчиваю разговор, мой щенок сделал на полу лужу.       — Щенок? Насколько я помню, ты любил кошек.       — Наоборот, ты их обожаешь, а я питаю пристрастие к собакам. В ближайшее время я вернусь в офис и заберу свои вещи.       На другом конце провода возникла пауза.       — По крайней мере, ты прослужишь еще месяц со дня подачи заявления? — Гонор Чона заметно поубавился.       — При сложившихся обстоятельствах мы поставим в неловкое положение и себя, и тех, кто работает с нами. Заранее отказываюсь от денег.       — Неужели ты так плохо думаешь обо мне? — с горечью сказал Хосок. — Если я правильно понял, ты подыскал другое место?       — Да, или, точнее сказать, вакансия нашла меня. Послушай, я, в самом деле, не могу продолжать беседу. Щенок снова набезобразничал. Пока.       Чимин поспешно убрал за Джет и налил ей немного молока. Телефон снова зазвонил. На сей раз его подруга Берта интересовалась, чем он занимается и когда намерен возвращаться. Чим вкратце рассказал о планах, заверив Бет, что она может по-прежнему оставаться в его квартире со своим поклонником.       — Детальные подробности по приезде, — добавил парень.       Еще один звонок прозвенел, когда Пак, надев ночную рубашку, пыталась убедить Джет спать на кухне.       — У тебя все в порядке? — спросил Юнги.       — Абсолютно. Правда, Джет не хочет оставаться одна на кухне, но я уверен, что понемногу приучу ее.       — Я звонил тебе раньше, но было занято.       — Я разговаривал с подругой. — Чимин сам удивился, почему считает необходимым докладывать Юну. — Хосок тоже интересовался моей жизнью, — добавил он неохотно.       — Требовал, чтобы ты вернулся?       — Вроде бы. Но, кажется, до него дошло, что все кончено.       — Бедняга, — отозвался Юн, но в его голосе звучало очевидное торжество, и Чимин хихикнул:       — Надеюсь, ты не сильно переживаешь?       — Естественно. Я же сказал тебе, что, если с ним возникнут проблемы, отошли его ко мне. Не забывай, как старый друг семьи я обязан защищать тебя от случайных знакомых.       — Ты не исключение, — вырвалось у парня.       — Со мной сложнее. Я постоянно напоминаю себе, что Пак Чимин был в детстве маленьким чертенком, который давал прикурить моим младшим братьям. Однажды мне очень хотелось хорошенько тебя отшлепать, когда я обнаружил, что ты застрял на вершине самого высокого дерева в округе. Чонгук повредил щиколотку, пытаясь помочь тебе. Тогда настал мой черед доставить тебя на грешную землю в целости и сохранности.       — Ты везде проявлял ловкость, — подчеркнула Пак с чувством, — а после того как ты меня отчитал, я очень плакал.       — Неужели? — спросил он тихо.       — Я не преувеличиваю.       — Если бы сейчас ты находился рядом, я получил бы шанс искупить вину.       Чимин откашлялся.       — Кажется, я ошибался — мне следует опасаться тебя, а не Сидни Круза.       — Я просто хочу, чтобы мы стали друзьями.       — В самом деле?       Помолчав, Юн ответил:       — Да, — сказал он серьезно, — очень близкими друзьями.

***

      После откровенного намека Чимин не мог уснуть. Правда, как бы он ни мечтал отдохнуть нынешней ночью, Джет обязательно внесла бы свои коррективы. Оставшись одна, собачка так жалобно заскулила, что парень бросился вниз и включил свет, надеясь, что щенок успокоится.       Увы, свет не помогал. Едва дверь закрылась, как Джет выразила протест столь пронзительным визгом, что Пак сдался. Он мысленно попросил прощения у матери, которая строго придерживалась правила, что собака должна знать свое место, и, прихватив Джет, отправился в спальню.       Собачка улеглась в корзинке и не спускала взгляда с хозяина до тех пор, пока тот не забрался в постель. Как только свет погас, она вскарабкалась по одеялу и ясно дала понять, что либо будет спать рядом с парнем, либо не заснет вообще. Пак пыталась сопротивляться, но, в конце концов, уступил, проведя серьезную беседу о лужах. Джет, видимо, поняла, потому что, проснувшись в шесть утра, визгливо потребовала, чтобы ее вывели на улицу.       Полусонный хозяин, спотыкаясь, сошел вниз, неся Джет под мышкой. Выйдя в сумеречный заснеженный сад, он выпустил щенка и тут же проклял себя за глупость, потому что Джет мгновенно исчез. Поспешно натянув боты матери и дождевик поверх пижамы, Пак прихватил фонарь и кинулся на поиски.       Стуча зубами от холода и не переставая звать Джет, Чимин побежал вниз по подъездному пути и заметил, как крохотный темный комочек скрылся в поместье Минов. Парень ринулся следом и нарушил сигнализацию — тут же зажглись прожекторы.       Распахнулась дверь, и. появился Юнги в ночной пижаме.       — Чимин? Что стряслось?       Он обнял парня, но тот отстранился, выдохнув на ходу:       — Джет! Она... убежала!       Юн чертыхнулся, схватил фонарь и рассмеялся — Джет уже подскочила к ним, виляя хвостом, явно восторгаясь своей проделкой. Он подхватил щенка и, крепко взяв Чима за руку, потащил его в дом.       — Ты окоченел! — воскликнул он и повел парня на кухню, хорошо протопленную, что было особенно приятно после морозной погоды. Хозяин включил обогреватель и весело посмотрел на Чимина, который выглядел весьма забавно. Он обхватил себя руками и покраснел до ушей.       — Я не могу остаться, — сказал он, пожалуй, слишком поспешно. — Я так быстро кинулся вслед за нашей миледи, что не запер заднюю дверь. Конечно, нужно выводить ее на поводке. Извини за переполох. Надеюсь, я не разбудил Эмилию.       — Я только взгляну на нее и провожу тебя до дома. Если бы ты остался вчера, нам бы не пришлось сейчас бегать в темноте в пижамах.       — Поверь, тебе не доставили бы удовольствия громкие протесты Джет, выявившие ее незаурядные вокальные данные. Я терпел представление всю ночь, — поделился Пак опытом общения с щенком. — Джет положительно не желала спать одна и забралась ко мне в постель.       Юн недвусмысленно ухмыльнулся:       — Я ее понимаю.       Парень недовольно хмыкнул и облокотился на быстро нагревшийся радиатор, держа на руках уже заснувшего щенка. На что я себя обрек, подумал он со вздохом. Это касалось Джет. Эми тоже нуждалась в ласке.       — Ну и вид у тебя! — прервал его размышления Юнги, неся шерстяное одеяло. — О чем задумался?       — Да у меня с головой не все в порядке, если я ношусь по двору холодным зимним утром в пижаме.       — Остается надеяться, что ты не свалишься от простуды. — Юн обернул вокруг него одеяло и повел через заднюю дверь. — Можешь поверить, Эмилия спит без задних ног. Так что я провожу тебя до дома и потом отдохну еще часок. Очень советую последовать моему примеру. Оставь Джет в корзине на кухне, запрись в комнате и закрой уши.       Чимин сделал, как советовал Мин. Ему удалось уложить крепко спящего щенка. Затем на цыпочках он прошел в свою комнату, закрыл дверь, нырнул в постель и тут же провалился в сон.       Часа через два Пак спустился вниз. Джет приветствовала его веселым лаем, радостно подпрыгивая, словно мячик.       — Да, да, я тоже тебя люблю. Ты умная замечательная собачка, но ты уже взрослая и спишь одна, — приговаривал парень, пристегивая поводок к ошейнику. — И больше никаких побегов, непоседа ты эдакая!       Позже Чим приготовил завтрак на троих. Эми сразу же спустилась вниз, когда отец сказал, что они вместе отправятся по магазинам, а потом заберут Мэг из питомника.       — Мне очень хочется, чтобы ей понравилась Джет, — волновалась девочка.       — Возможно, Мэг научит ее хорошим манерам, — заметил Юн, отбирая у Джет половую тряпку, которую та успела притащить из кладовой. — Нужно купить ей резиновую косточку, пусть играет. Но сначала поможем Чимину убраться, а потом выведем Джет на прогулку, чтобы она хорошо себя вела в наше отсутствие.       Чим, уже набравшийся опыта по подтиранию луж, благородно предложил остаться с собакой, пока отец с дочкой съездят за покупками.       — Нет уж, Чим, — сразу запротестовала Эмилия, — мы хотим, чтобы ты поехал с нами, правда, папа?       — Без сомнения, — поддержал ее Юнги, улыбаясь Паку, — предложение принято.       Лицо парня засветилось. Ему льстило семейное приглашение. В розовом свитере и джинсах Чимин чувствовал себя куда уютнее, чем в ночной рубашке и ботах.       — Раз вы просите, отправляюсь с вами. Только боюсь, что Джет плохо перенесет поездку.       — Я возьму ее на ручки, — предложила Эми. — А сейчас с ней погуляю.       — Только на лужайке для крокета, — строго напомнил Юн. — Держись подальше от тропы, что ведет к утесу.       — Хорошо.       Девочка позволила Чимину застегнуть пуговицы на пальтишке из шерстяной байки.       — А его обязательно надевать?       — На улице очень холодно, дорогая. Но ты сможешь снять его в машине, если будет жарко.       — Ладно.       Эмилия вышла с щенком, крепко держа поводок. Отец следил за ней из окна.       — Ты нравишься ей, Чимин.       — Надеюсь. — Он набросил меховую куртку. — Этого нельзя добиться, несмотря ни на какие старания. Дети либо любят, либо нет.       — А как ты относишься к Эми?       Юн задал вопрос как-то слишком спокойно.       Парень удивился.       — Как она может не нравиться, если она копия... — И вдруг замолчал.       — Что ты хотел сказать?       У Пака чуть не вырвалось, что Эмилия очень похожа на отца, поэтому не полюбить ее невозможно. Но произнес другое:       — Временами она выглядит слишком беззащитной, у нее такой жалобный взгляд, что хочется прижать ее к себе и долго-долго не отпускать.       — Я понимаю, о чем ты говоришь, — нахмурился Мин. — К счастью, с тех пор как она приехала сюда, такое случается реже и реже. Думаю, она чувствует, что находится под защитой. Ведь Санни вела себя с дочерью непредсказуемо.       — Но Эми, видимо, скучает по матери.       — Да, но меньше, чем я ожидал. После звонков Санни она немного подавлена, но я не понимаю почему. Или Санни говорит что-то не так, или вообще не умеет выказывать материнских чувств. Так что обнимай Эмилию почаще.       Чимин встретил девочку улыбкой, когда та вернулась, раскрасневшаяся, с прогулки.       — Ну как, наша девочка хорошо себя вела?       Эми заверила, что так и было, и попросила воды.       — Я очень хочу пить, — сказала она, осушив залпом большую чашку. — Смотрите, и Джет тоже. — Щенок с такой жадностью лакал воду, что Чим подумал, не прогулять ли с Джет еще разок.       Поездка по магазинам длилась недолго, купили самое необходимое. Потом все отправились в питомник и забрали Мэг. Поначалу в машине царила сущая кутерьма, но постепенно Мэг пришла к соглашению с маленькой ласковой подружкой.       — Джет скучает по матери, — мудро заметила Эмилия, — видите, она так и льнет к Мэг.       Вернувшись домой, отец с дочерью вывели собак в сад и дали им вдоволь набегаться. Чимин убрал продукты и занялся приготовлением ланча. Меню заказывала Эми: бургеры, бобы и, конечно, мороженое. Но девочка, не съев и половины порции, отодвинула тарелку.       Чим смотрел на нее в отчаянии. Приготовление блюд не требовало особого умения, но Эми явно не понравилась его стряпня, и самолюбие Чимина было задето.       — Я не хочу есть, — сказала расстроенная Эми. — Я очень люблю бургеры и бобы, но мне как-то не по себе.       Чимин тут же вскочил и положил ладонь на лоб девочки.       — Дорогая, у тебя небольшая температура. Потерпи минутку, я приготовлю тебе теплую ванну, а потом ты отдохнешь в кабинете.       Эми апатично согласилась.       — А кто же займется Джет?       — Не переживай, дочка. — Юнги обменялся тревожным взглядом с Чимином. — Я с ней погуляю. В любом случае Мэг теперь с нами, так что Джет не соскучится.       И в самом деле, Джет прыгала за ирландским волкодавом. Однако воспитанная Мэг добродушно мирилась с выходками маленькой непоседы. Вскоре Эми успокоилась и согласилась отправиться в ванную, оставив Джет на кухне.       — Не волнуйся, все в порядке, — заверил девочку Чимин.       Та молча кивнула и надрывно закашляла.       — Они полюбили друг друга, правда?       — Конечно, дорогая.       Парень помог Эми раздеться, с тревогой глядя на лихорадочный румянец и отяжелевшие веки. Ее знобило.       — Знаешь, пожалуй, лучше обойтись без ванны. — Чим торопливо надел пижаму на горячее от температуры тельце и сверху накинул шерстяную ночную рубашку. — Вот теперь хорошо. Пошли в кабинет к камину.       По щекам девочки потекли слезы.       — Чим, я вся горю, мне больно.       — Дорогая, тебе плохо? — Парень прижал девочку к себе. — Хочешь немного полежать?       К его полному отчаянию, девочка, заплакав, согласилась.       — Только я не хочу оставаться одна. Пойдем со мной, Чим, пожалуйста!       — Конечно, я не брошу тебя!       Он торопливо повел упавшую духом Эмилию в ее комнату. Там девочка послушно улеглась в постель, и Чимин заботливо укрыл ее теплым одеялом и убрал разметавшиеся волосы с разрумянившегося лица.       — Я на минуточку спущусь вниз за бутылкой с горячей водой и скажу папе, что мы здесь. Договорились?       — Да.       Юнги, обеспокоенный, поднялся навстречу Чимину, когда тот вошел на кухню.       — Что случилось?       Он вкратце сообщил ему о состоянии девочки. Не дослушав, Юнги кинулся наверх, перескакивая через две ступеньки. Когда Чим вернулся в спальню, он уже сидел на краю кровати и пытаясь рассмешить дочь, рассказывал о том, как Джет чуть не свалилась в миску, поглощая ланч. В ответ Эми вымученно улыбнулась. Юн ласково погладил дочку по голове и тревожно переглянулся с Чимином, когда тот укладывал ей в ноги бутылку с горячей водой.       — Лучше принеси поднос с какими-нибудь напитками, — посоветовал Чим, сохраняя внешнее спокойствие, — минеральную воду, апельсиновый сок...       — И лимонад, — сонно пролепетала Эми.       — Обязательно, — пообещал Юн, подвигая кресло ближе к кровати. — Садись, Чим. Эмилия сообщила, что ты немного побудешь с ней.       — Обязательно. — Парень ободряюще улыбнулся. — Я только вымою руки.       Юнги вышел следом и, когда они удалились на достаточное расстояние, сказал:       — Чим, у нее температура.       — Знаю. Не вовремя уехали мои родители. В любом случае нужно вызвать доктора.       — Я как раз собирался звонить.       Юн взял парня за руки и крепко сжал.       Он ободряюще улыбнулся.       — Не изводи себя, Юн. Высокая температура у детей — обычное дело.       Юнги благодарно чмокнул его в кончик носа.       — Ладно, я займусь врачом, а потом принесу напитки. Спасибо тебе.       — За что?       — Просто за то, что ты здесь.       Эмилия уже спала, когда Чимин вернулся в комнату. Щеки девочки неестественно пылали, под нежными веками пролегли темные тени. Устроившись в большом старом кресле, Чимин старался не нарушить тишину. В душе он очень надеялся, что у ребенка не наступит какой-нибудь рецидив после перенесенной ветрянки.       Интересно, как судьба играет человеком, устало размышлял Пак, ощущая, как начинает сказываться напряжение нескольких бессонных ночей. Ведь с тех пор как он вышел из того возраста, когда дети находят кумиров. Мин Юнги не занимал его мысли. Иногда он слышал о нем от матери, но не придавал особого значения. Но сейчас его судьба так тесно переплелась с жизнью Юна, что пути назад не существовало. Если работать с ним, то им придется встречаться каждый день, и с Эмилией тоже, думал Чимин, чувствуя себя не очень уверенно.       Он очнулся, когда Юнги вернулся с подносом. Эми шевельнулась во сне.       — Пить, — хрипло пробормотала она.       — Готово, мисс, — весело сказал отец, наливая шипучий лимонад. Пак приподнял голову девочки и подложил под нее подушку, чтобы Юну было сподручнее держать стакан.       Утолив жажду, Эмилия в изнеможении откинулась.       — А для Чима ты тоже принес, папа?       — А как же, — заверил ее Юнги притворно обиженным тоном, — целый чайник свежезаваренного душистого напитка предназначается только ему.       Пак благодарно улыбнулся.       — Ты обо всем позаботился. Спасибо.       — Есть еще книги. Может, сиделку что-либо заинтересует. — Лицо Мина вновь приняло озабоченное выражение, как только дочка заснула. — Я теперь понимаю, что дети много спят, если им нездоровится, — сказал он шепотом. — Я усвоил эту истину, когда Эми болела ветрянкой. Думаю, Чимин, тебе приятно услышать, что я готов свернуть шею негодяю Сиду. Если бы не он, Эми спокойно поправлялась бы дома, вместо того чтобы против воли отправиться с Донами.       Чимин кивнул.       — Ты вызвал врача?       — Да. Он заглянет к нам вечером перед операцией. — Юнги горестно посмотрел на спящую дочь. — Она выглядит ужасно хрупкой!       — Если Эми — дочь своего отца, то она — крепкий орешек. Не волнуйся, я побуду с ней и позвоню, если она проснется и позовет тебя. Мне неловко напоминать тебе, но Джет пора прогуляться.       Юн грустно улыбнулся и нехотя поднялся.       — Ты прав. Я выведу собак, и пусть Мэг покажет новенькой, где и как следует метить место, и желательно подальше от дома!       Он провел рукой по светлым волосам Чимина и вышел. Парень налил чай, выбрал книгу и, взглянув на Эмилию, углубилась в чтение.