Стану твоей аскорбинкой

В последние пару дней своей болезни я максимально осознала, насколько ненавижу себя. Хотя, нет, ненавижу окружающих. Безусловно, моя вина тоже есть, и немаленькая, но никто не был в праве меня осуждать. Это глупо, а уж тем более глупо вести себя так, словно я всегда являлась для всех врагом номер один. Нелепо.

*** Наутро я проснулась одна. Да, снова. Однако, это лишь по причине того, что Честеру нужно было уехать на работу. Он даже заботливо сделал для меня завтрак, который ожидал меня на кухне, а затем, ближе к вечеру, снова приехал ко мне домой. Мы долго разговаривали, выясняя, что вообще происходило в последний месяц. Как оказалось, мой преподаватель—очень ревнивая личность. Как он сам сказал, ему было невыносимо от мысли, что я стала встречаться с Фэнгом, а Честер, с его слов, полнейший придурок, поступил со мной неправильно и сделал больно что мне, что себе. А с Джанет он стал контактировать чтобы насолить. Я стала спокойна хотя бы от этих слов. Но был один нюанс. Он предложил стать парой... Да, после этого капанья на мозг, продолжительностью в месяц, это самое ревнующее чудо сказало мне самые желанные и заветные мною слова. Я была в ступоре, и даже выронила из рук свою любимую кружку, разбив её на крупные осколки и разлив по полу чай. Однако, я отказалась. Как сказать? Теоретически, да, я отказала в этом предложении, однако единственным препятствием были мои отношения. Я не хотела изменять и играть в двойную игру, потому что нормы чести, морали и здравого смысла не позволяли мне этого сделать, да и не очень-то хотелось. Честер прекрасно это понял и сказал, что будет ждать. Только вот передо мной предстала задача с расставанием. С одной стороны, я бы хотела, чтобы меня бросили, потому что делать это самой было... Сложно. Вообще не представляла, что нужно делать, что говорить и как вообще действовать в дальнейшем. Оставалось рассчитывать на то, что мы с Фэнгом останемся друзьями. Отношения у нас были не самыми крепкими и близкими, можно сказать, что для нас обоих они были как для галочки. Во всяком случае для меня, ведь я не смогла в полной мере полюбить его также пылко, как нашего классрука, поэтому отставила эти отчаянные попытки влюбиться и продолжала этот бессмысленный парад безумия. Только вот, я не учла того, что рано или поздно мне предстоит встретиться со всеми друзьями по окончании моего больничного, в том числе и с Фэнгом, поэтому было решено не медлить и встретиться с ним на следующий день. И он настал... Сейчас, я с тряской в коленках ожидала, когда лифт поднимется на этаж. Сейчас мне нужно было как-то деликатно намекнуть на расставание и продолжить в том же темпе, чтобы прекратить мучить себя и встать на путь своего счастья. Двери кабины резко распахнулись, приехав на нужный этаж, а затем из лифта вышел Фэнг. Теперь затряслись не только коленки, но и руки, и, кажется, дыхание напрочь спёрло. На пару секунд меня посетила мысль, что я совершаю ошибку и что стоит остановиться, однако эта затея быстро улетучилась, ведь я была настроена серьёзно. -Привет, солнце,—мило улыбнулся парень, заходя в квартиру, а после обнял меня за талию и поцеловал в макушку, пока мне хотелось выпрыгнуть в окно от осознания, что сейчас может произойти что угодно. Либо мы просто мирно разойдёмся, что было маловероятно, либо то, что я разобью ему сердце и настанет конец нашим тёплым дружеским отношениям. -Привет,—я, натянуто улыбнувшись, закрыла за Фэнгом дверь, после чего неловко обняла себя за плечи, отводя взгляд в сторону,—нам нужно поговорить. -Я весь во внимании,—косо посмотрел на меня парень, сняв с себя ветровку и повесив её в прихожей, а после прошёл в мою комнату. Я проследовала за ним, в своей голове прокручивая сотни, нет, тысячи вариантов того, что можно сказать и как сделать это более менее щадяще и безболезненно в моральном плане для нас обоих. -Ты счастлив со мной?—задаюсь вопросом, садясь на кровать и обнимая плеюшевую игрушку, дабы успокоиться и немного прийти в себя. Объятия всегда успокаивают, даже если это игрушка, всё равно мне как-то становится легче. Может это моё сознание создаёт ощущение защищённости, внушая некое спокойствие, но на миг мне показалось, что я способна сказать что угодно, пускай даже это расставание. -Ты, на самом деле, пугаешь меня такими вопросами. Конечно счастлив, Мэнди, о чём речь?—усмехается Фэнг, и вся моя уверенность рассыпается в пух и прах, оставшись где-то внизу на самом дне. Ясно, что это будет тяжело. -Дело в том, что я нет,—мне удаётся начать издалека, и, по всей видимости, это предел моих возможностей, которые до этого казались безграничными,—Я не ощущаю радости, правда. Ты замечательный парень, и я искренне рада, что знаю тебя очень много лет, но, умоляю, прости, я не чувствую к тебе той любви, которую следует чувствовать. Он внимательно слушал меня, изредка проводя рукой по своим забранным в хвостик волосам, а после, тяжело вздохнув, по окончании моей тирады, Фэнг погладил меня по плечу, как бы успокаивая, потому что я начала безмерное количество раз извиняться перед ним. -Мне жаль, что у нас ничего не получилось. Ты правда мне нравишься. Может, конечно, я это надумал, но всё таки что-то да чувствуется,—он с печалью посмотрел в мои глаза, а после, не менее удручённо, улыбнулся, наверное в попытках сгладить ситуацию, но, кажется, сейчас я могла прочувствовать его боль так, словно бросают именно меня. Я всегда считала, что при процессе разрыва больно лишь одному человеку—тому, кого бросают, но сейчас я поняла, что все мои убеждения были чушью ввиду неопытности: больно обоим, просто кому-то больше, кому-то меньше и не нужно навешивать на каждого ярлык козла отпущения. Фэнг правда просто не мой человек. Да, мне с ним весело, да, в первое время я думала, что влюбилась в него, но это были не настоящие эмоции и фальшивые, можно сказать стерильные, чувства. Мой поступок ужасен и я не думаю, что быстро отпущу эту ситуацию. Сейчас, я искренне надеялась на облегчение. Что мы спокойно расстанемся, а также то, что мы, при всём при этом, сможем сохранить нашу дружбу. И всё равно, что она впредь будет не такой чистой и искренней, безразлично, я просто не хотела терять Фэнга. -Давай просто останемся друзьями,—с надеждой во взгляде тихо произношу я, а после обнимаю парня, рассчитывая на то, что ему так будет проще. -Если так нужно, то хорошо, Мэнди,—он поглаживает меня по спине, отвечая на объятья, а после посмеивается,—пусть Эдгар теперь боится, я точно охамутаю его,—теперь он уже более воодушевлённо хохочет, слабо, быть может, по-дружески, как раньше, ударив меня по плечу,—да и вообще не расстраивайся, я сам начал как-то уставать от отношений. Видимо, мы исключительно "бро". Вот оно, то облегчение, которого я ждала. Кажется, что в моей жизни всё налаживается. Сейчас, я была искренне счастлива, ведь мы не стали ругаться как кошка с собакой, не оскорбляли друг друга, а просто пришли к компромиссу и сошлись во мнениях. Это означает, что наконец-то мы будем вдвоём с Честером, и при этом наша с Фэнгом дружба капитально не пострадает. Всё складывалось как нельзя лучше, и, на самом деле, я даже перестала ненавидеть себя за свои прошлые поступки. Скорее испытывать к себе лёгкую неприязнь и осуждение за то, что я делала, но сейчас это не так важно. Фэнг ещё где-то около часа просидел у меня, рассказывая то, что произошло за два дня моего отсутствия в школе. В целом, я стала скучать по школьным будням от такого повествования: Колетт всё также пытается добиться от Эдгара взаимности, Бастер разбил горшок Спайка, от чего отхватил знатных матов от белобрысой, Эмз чуть не подралась с Фрэнком, потому что они не поделили карандаш, а также какой-то мальчик из четвёртого класса получил от нашей подружки под зад, потому что он назвал её "сиреноголовой". Да, с моим отсутствием фиолетоволосая стала какой-то буйной, и ведь именно тогда, когда я не могу лицезреть всё самое интересное... Мы с другом разошлись на хорошей ноте: он сказал, что зайдёт ко мне как-нибудь на днях, пожелал мне скорейшего выздоровления и обнял настолько тепло, насколько мне не хватало этого в последнее время. Как только я закрыла дверь, попрощавшись с одноклассником, я сразу побежала в комнату и схватилась за телефон, отправив, быть может, около десяти сообщений Честеру. Я рассказала ему обо всём, что только что произошло, а он пообещал, что приедет где-то через час, потому что он хотел увидеть меня. И, чёрт возьми, от такого в моём животе запорхали счастливые и очень активные бабочки. Это было ещё большее волнение, чем от предстоящего расставания, ведь сейчас я ждала уже не объект своей безответной влюблённости, а будущего парня, ведь условием моего согласия был разрыв предыдущих отношений, что свершилось. Я ждала этого дня...

*** -Ты издеваешься надо мной?—озлобленно смотрит Колетт, разведя руками, а после яростно сжимает свои ладони, опять же, подавляя агрессию. -Я просто люблю его, в этом нет ничего криминального,—я стараюсь отмахиваться и оправдывать себя, но, кажется, злобы моей лучшей подруги не избежать никакими возможными способами. Честно, уже жалею о том, что рассказала обо всём Колетт. Жалею, что рассталась с Фэнгом, точнее, что начала эти отношения. Сейчас я просто была вынуждена выслушивать осуждения от белобрысой. Даже миловидное лицо в миг сменилось на ужасающую разъярённую гримасу, от чего, прямо говоря, стало не по себе. Казалось, что вот-вот Колетт прихлопнет меня как надоедливую букашку на столе. -Мэнди, ты идиотка. То есть я тебя, можно сказать, откачиваю, в мамочку с тобой играю, а ты снова лезешь в этот омут дерьма?—фырчит подруга, а после убирает руки в карманы пальто. Сейчас мы стоим друг напротив друга посреди того самого парка, в котором тогда встретили Честера с Греем. Да, я узнала, что это был за молодой человек. Это лучший друг Честера, который, как оказалось, довольно известный актёр театра нашего города, однако он хочет попасть в киноиндустрию. Ох, если бы я чаще появлялась на различных культурных мероприятиях, то узнала бы его и не чувствовала неистового стыда за собственную неосведомлённость. Именно у Грея мой нынешний молодой человек спрашивал совета по поводу всей вакханалии, которая творилась целый месяц. Мы, к сожалению, пока что не общались лично, но я надеюсь, что скоро это исправится. Сейчас же проблема крылась в другом: гнев Колетт после радостной весточки о моих новоиспечённых отношениях с преподавателем физкультуры. Возможно, в чём-то она права, ведь это глупый поступок на почве чувств и слепой влюблённости, однако я не собираюсь испытывать стыд. -Колетт, чёрт возьми, успокойся!—я складываю руки на груди, возмущённо поглядывая на подругу, а после фырчу в ответ, потому что мне неприятно. В место того, чтобы порадоваться за меня, лучшая, дьявол, подруга читает мне нотации и отчитывает как маленькую девочку, ещё и превозносит себя чуть ли не на олимп славы, будто она мне не с отношениями помогала, а спасала из горящего здания. Нет, безусловно я благодарна ей за поддержку, но уподоблять её божеству любовных дел не входит в мои планы, вдобавок я не потерплю осуждения. -Это мне успокоиться? Слышу от неопределившейся идиотки, которая крутит чувствами людей как ей угодно, лишь бы присесть на болт придурка физрука. Ты в своём уме? Расстаться с Фэнгом ради вот этого?—раз уж мы перестали скрываться за мнимой вежливостью и дружескими узами, то пусть так, потому что сейчас Колетт вывела меня этой фразой окончательно. -Тебе напомнить, что это ты тогда попросила Честера забрать меня из бара? И не ты ли, блять, говорила мне о том, что мы будем хорошей парой?—в теории, да, она сама вынуждала меня делать первые неуверенные шажки на пути к этому, а сейчас закидывает меня нелестными словами и оскорблениями. -А я знала, что ты поведёшь себя хуже грёбаной Джанет? Знаешь ли, подобные поступки свойственны только этой стерве. И вообще чем твоя ебанутая голова думала, когда ты вообще предложила Фэнгу встречаться? Да, точно, прости, я забыла, что её Высочество "Я мразь" думает только об этом ебучем преподавателе,—Колетт показывает жестом кавычки, пожимая пальцами, а я пребываю в полнейшем шоке. Мало того, что ей несвойственна брань, так она сейчас, вдобавок к матам, перешла на оскорбления, так ещё и сравнила меня с одноклассницей, которую я не переношу с начала учебного года. Хоть мы с Честером и выяснили, что их взаимодействие было лишь из желания заставить меня приревновать, но всё равно на душе остался неприятный осадок. Джанет действительно была не из приятных особ. Высокомерная, с завышенным чувством собственной важности, так ещё и ценила, быть может, только свою семью. Наверное единственными людьми в её окружении, к которым она относилась лучше, чем к остальным, являлись её младшая сестра и девочка из параллельного класса, которую звали Виллоу. Бонни, в отличие от своей старшей сестры, была ангелом во плоти: милая, приветливая девочка, учащаяся в третьем классе нашей же школы. Мы пару раз встречались в коридоре, а если быть точнее, то в момент, когда она врезалась в меня, бегая с одноклассниками на переменке. Тогда Бонни вежливо извинилась передо мной, теребя милые косички с бантиками, а после, поправив свою школьную юбку, убежала двльше играть и радостно смеяться до окончания перемены. Оглядываясь на Джанет, они с ней полные противоположности. Интересно, когда эта девочка станет постарше, она станет такой же, как сестра? Однако, неизменен тот факт, что они постоянно были вместе: вдвоём приходили в школу, сидели за одним столом во время обеда, да и вообще Джанет часто навещала сестрёнку между уроками. С Виллоу же всё иначе. Если с Бонни наша одноклассница выступает в роли заботливой старшей сестры, то с ровесницей она проявляет самый настоящий негатив в чистейшем его проявлении. Часто они сплетничали, когда оказывались вместе, унижали тех, кто не может дать отпор и прочие не самые приятные вещи. Не удивлена, почему они нашли общий язык, ведь, как по мне, эта девочка из параллели не только была такой же гадкой, под стать моей однокласснице, но и вообще напоминает самую настоящую ведьму, за счёт её хитрого взгляда, чёрных волос и страсти к зелёному цвету, который ассоциируется с зельями и отравой для яблок. Так вот, я не собираюсь закрывать глаза на сравнение меня с данной неприятной особой. -Если я настолько плохая, то пожалуйста, не общайся со мной. Знаешь, так будет даже лучше, в конце концов я не стану слушать твои бессмысленные предъявки в свою сторону,—я раздражённо закатываю глаза, а после недовольно смотрю на Колетт. Мне действительно было неприятно от её слов, хотя, вводить сейчас давление на жалость и манипуляции подобной угрозой было некорректно. Впрочем, я сделала это неосознанно. Просто была на эмоциях. -Да пожалуйста. Только знай, если ты расстанешься с этим козлом, а так и будет, поверь, я не буду тебя спасать и в благородство играть не стану. Раз ты, лицемерка, вообще не осознаёшь того, что все с тобой как с маленькой возились и поддерживали во всём, то просто надеюсь, что всё то дерьмо, которое ты натворила, вершётся к тебе в двойном масштабе. После этого Колетт развернулась и ушла, перед этим неодобрительно, даже озлобленно, посмотрев на меня, а я осталась наедине с собой посреди аллеи. Единственный, кто сопровождал меня, так это холодный ветер, неприятно бьющий в лицо и раздувающий волосы. Я тоже ушла из этого парка, сопроводив уходящую вдаль фигуру белобрысой. Вернувшись домой, я, конечно, осознала, сколько же неприятных гадостей мы наговорили друг другу, и, чёрт, мне стало стыдно. Мы могли бы все спокойно обсудить, прояснить ситуацию и не допустить того, что в глазах обоих мы сейчас были что лицемерами, что козлами отпущения. Я хотела извиниться, потому что мне стало искренне жаль за произошедшее. Только вот сделать этого не получилось. Я была заблокирована везде: звонки не доходили, сообщение невозможно было отправить, да даже связаться с Колетт смс-кой было невозможно. Везде, чёрт возьми, я числилась в чёрном списке. И от этого злоба словно всецело поглотила меня. Раз уж ей так нужна злодейка, то как я могу отказать? Пусть не сомневается, она её получит. В общем чате, к слову, творился ад: более сотни непрочитанных сообщений, по всей видимости, не самых приятных, численность которых возрастала с каждым мигом и даже не думала прекращаться. Но мне было без разницы. Раз Колетт посчитала меня лицемеркой, не определившейся идиоткой и последней сволочью, то пусть так. Она просто ещё не знает, какой я могу быть. Посмотрим, какого ей будет без лучшей подруги, особенно, если она возжелает лёгкой мести за сказанное. Я, хотя бы, не бегаю за челкастым придурком и не сплю с ним "по-дружбе", как псинка дожидаясь взаимности. У меня, в отличие от неё, хватило ума добиться желаемого и сейчас я встречаюсь с парнем своей мечты. А Колетт ещё ответит за свои поступки и всё то, что она мне высказала сегодня. У меня грандиозные планы на этот счёт.