Потерять себя

Яркий свет пробивавшийся сквозь густые кроны и свежий воздух, что наполнял легкие пытаясь полностью вытеснить недавнее чувство удушья. Он все еще был дезориентирован, но брызги воды прямо в лицо немного отрезвили его. До ушей донёсся задорный смех, кажется это Кири и Ло’ак, шум водопада оглушающий, но успокаивающий. Только сейчас он понял, что тоже по пояс в прохладной воде: - Брат, ты чего застрял? – смеясь спросил Ло’ак прежде чем с громким визгом уйти под воду, а Кири, довольная своей выходкой ухахатываясь держалась одной рукой за живот, добавляла: “Совсем, как девчонка!”. Нетейам улыбнулся, убирая за ухо выбившуюся косичку, уже готовый прийти на выручку сестре, которую в этот же момент с всплеском утянули знакомые руки под воду.

Всего лишь надо…

- Что? – Нетйеам был уверен, что ему не послышалось, он точно прямо над ухом слышал это. По спине пробежал табун мурашек. В мгновение ока яркая листва окружавшая все вокруг, уже не такая зеленая, а какая то сухая, а воздух стал тяжелее раз в пять. Стало совсем тихо, не шума падающей воды, не всплесков, не смеха. Горло сдавило стоило почувствовать знакомый металлический запах. Некогда прозрачная вода стала совсем ледяной, что то красное грязным пятном растекалось за спиной все больше и больше вызывая отвращение и ужас. Крик застыл где-то в груди, когда, что то теплое, неприятно коснулось его бока – рука. Он медленно обернулся. Его брат и сестра, опять мертвые, в ужасном состоянии. Из места где должна быть рука фонтаном била кровь смешиваясь с ошметками плоти, но при этом на лице сестры не было ни эмоции, кроме чистой ненависти. Половина бока Ло’ака просто отсутствовала, словно какое-то животное вырвало кусок мяса. Кровь рекой стекала по ним из-за чего вода была непросто красная, а скорее черная.

- Это твоя вина!

Нетейам подорвался с кровати жадно хватая воздух. В ушах звенело, его тошнило. В панике осмотревшись он начал немного успокаиваться. Вдох-выдох. Ло’ак мирно сопел на своей кровати в другом углу комнаты, рядом наполовину собранный чемодан. Вдох-выдох. Нетейам устало потер виски и глаза в попытке выкинуть крики брата и сестры окончательно просыпаясь. Было слишком рано, не позже четырех судя по совсем тусклому свету еле пробивавшем шторы. 3.28 сообщил экран телефона больно ударив ярким светом по глазам. Черт. Он лег обратно на подушку стараясь дышать, эти приступы скоро сведут его с ума. Потолок ровный, белый и такой родной, что становилось больно, на сбор вещей и подготовку им дали полторы недели и если Ло’ак хотя бы начал продумывать что возьмет и мало по малому собирать чемодан, то Нетейам с содроганием обходил свои сумки стараясь лишний раз даже не смотреть на них. Образы мелькали в голове смешиваясь со старыми кошмарами и мозг, будто специально издеваясь над ним подкидывал очередную порцию воспоминаний из-за чего мысли надоедливым роем жужжали и жужжали, сводя его с ума, не позволяя даже вдохнуть. Вдох-выдох, вдох-выдох… Взгляд скользил дальше, вниз, по стене, но не найдя ловец снов, что уже несколько дней висел у изголовья, он резко подорвался, чем только навредил себе стоило глазам потерять фокус и всему вокруг потемнеть. Ловец снов валялся на полу рядом с кроватью одна из бусин треснула, другая вовсе оторвалась вместе с несколькими перьями, до чего хрупкая вещь! Воздух не хватало, он буквально задыхался, пробивал противный пот. Дыхательные техники не помогали, было до одури душно. Нетейам встал игнорируя тошноту и пульсирующую головную боль, быстро натягивая одежду. “На улицу, срочно, к бабушке…”

***

Дверь в небольшую хижинку громко скрипнула. Парень рукой раздвинул шторку из множества цветастых камней и бусин прежде чем войти в совершенно другой мир. В нос тут же ударила знакомая смесь огромного количества запахов: пряные травы, чеснок, цитрусы... Под потолком полотном свисали сушёные пучки трав, нанизанные на нитку ломтики апельсинов, гранатов и лимонов, все это почти касалось его головы, и он не сомневался, что ещё долго будет выбирать из волос напоминания о встрече. Стеллажи заставлены чем только можно, тут тебе и банки с такими же травами, все распределены по цветам, бутыли разных масел, в некоторых плескалось что-то коричневое и мутное, он даже думать не хотел, что там могло быть. Черепки маленьких животных, свечи, книги, тут и там пожелтевшие записки, выведенные размашистым почерком бабушки. От одного стеллажа к другому ползёт зелёный плющ переплетаясь с другими растениями и распространяя запах сырой земли. От такой наляпестости начинало рябить в глазах и кружится голова. Не привыкший человек не может находится здесь долго, то как Кири проводит тут значительную часть своего времени Нетейам мог только догадываться. Обходя стоявшие на полу корзины он прошёл в соседнюю комнату опять раздвигая самодельную шторку, которую сам когда то помогал делать. Глаза заслезились, когда в нос ударил удушливый едкий запах. По середине комнаты стояла бабушка и как нельзя хорошо вписывалась в окружение, красная накидка, обшитая бусинами и золотыми нитями оттеняла её от тёмных засохших веток под потолком. Она палила небольшой пучок каких-то фиолетовый цветов, дым от него плотным полотном вяло оседал на пол. - Сегодня снились совы.. - Мо'ат не повернулась к нему, но ей было не обязательно видеть, чтобы знать кто пришёл. Нетейам подошёл ближе к бабушке, та встретила его мягкой улыбкой. - Совы? - Да... К вещим снам.. - она кружила по комнате медленно и грациозно сливаясь в танце с опускающимся дымом. Липкий пот побежал по спине. К вещим снам? Он тут же вспомнил сон двух недельной давности, кажется он уже никогда его не забудет. Мо'ат что-то шептала не прекращая кружится, ноги было уже плохо видно, они скрылись в плотной серо-молочной дымке. - Мы уезжаем… - Я знаю... - Нетейам вопросительно посмотрел на неё. - Из-за сов? - Нет skxawng, вчера приходила твоя мать и все рассказала. - Нетейам покраснел тут же прикусывая язык. Мо'ат подошла к нему впритык заставляя смотреть в глаза, чего парень не любил совершенно. Её лицо помрачнело, она медленно отошла не отрывая взгляда. Перед глазами появился образ дедушки из сна, сейчас Мо'ат более чем напоминала его: тот же строгий взгляд с плохо скрываемым беспокойством. Она быстро ушла в соседнюю комнату оставляя пучок дотлевать на деревянной искусно вырезанной подставке, дым мягким водопадом спускался на пол. Нетейам тяжело вздохнул, от всего этого и постоянного недосыпа начинала с мигрень, он сел на, что удивительно, свободный стул потирая виски. Все бесит. Парень и не заметил, как бабушка вернулась протягивая глиняную чашку с медленно поднимающимся паром: - Я ждала тебя... Ты чем-то сильно обеспокоен, как твои сны? - прямое попадание, на столько метко, что Нетейам вздрогнул, хотя бабушке стоит отдать должное именно за этим он и пришёл, ему было до жути стыдно, он не выполнил единственную просьбу. Не спеша он отпивает горькую жидкость, еле сдерживаюсь что бы не скривится, но тут же его накрывает волна спокойствия вместе с разливавшимся внутри теплом. - Я не сплю по ночам, мучают кошмары… Злые духи не дают мне покоя. Тсахик внимательно выслушал проблему внука. Нетейам наконец мог снять маску полностью показывая всю накопившуюся усталость, честно говоря от пышущего жизнью молодого война ни осталось и следа. Вечно напряжённые плечи и прямая спина потеряли свой благородный вид, а глаза будто потухли почти стекляннея. И вот, посреди заваленной комнаты сидит не храбрый старший сын Торук Макто, а маленький потерянный ребёнок. Какой странный чай. Лёгкий шелест над ухом заставил вынырнуть из тёмной пучины собственных накопившиеся мыслей и эмоций – очередной пучок сушенных трав. - Я чувствую ловец, покажи его,- требовательный тон не вызывал тех эмоций что несколько минут назад, но страх-таки колыхнулся. – Кажется я предупреждала не ронять его. – она смотрела на него исподлобья тяжело вздыхая. Женщина умело перебирала бусины и нити, мягко ощупывала перья, как мать гладит едва проснувшегося младенца. Она слушала, что поведает ей амулет, о чем предостережёт. С каждой секундой лицо мрачнело, взгляд становился тверже. - Много смерти… Если бы не повреждение ловца, я бы сказала чей, толи родных, толи твоей…- хмуро произнесла она не отвлекаясь от переплетенных между собой прозрачных камней, примерно в середине треугольного амулета и… Замерла. - Ты сильно болен, я вижу это... Не знаю зачем, но у Эйвы для тебя много испытаний… Нетейама словно ударили чем-то тяжёлым. Болен? Кто-то из его близких умрет? Почему Великая Мать так не благосклонная к нему? Он не мог пошевелится. Приходя в хижину Тсахик он надеялся избавится от мучавших вопросов, но уходил он в еще более растерянном состоянии чем было. Единственное чем она смогла помочь, так это дать успокаивающие травы.

***

Не только Ло’ак был в тихой обиде на отца, в обиде были все дети, но у каждого это проявлялось по-своему. Так Кири больше не желала ни спокойной ночи, ни доброго утра и по максимуму игнорировала родителей, даже не кидала язвительных комментариев или шуток. Тук дулась первые пять дней, рекордный срок учитывая, что девочка была вовсе не обидчивой, хотя она так же последовала примеру старшей сестры и больше не прибегала вечером в поиске объятий (неважно, что родители сами приходили). Нетейам прекрасно понимал сиблингов и горел желанием сделать такой же ребяческий ход, но тут же пресекал эти мысли, особенно когда в одну из ночей поздно зашел на кухню после очередного кошмара где застал все еще работающего отца. Выглядел тот... Отвратительно. Глубокие морщины на лбу, сосредоточенный уставший взгляд, покрасневшие глаза и почти черные мешки под глазами. Мужчина сгорбился над ноутбуком параллельно помечая что то на одной из бумаг покрывавших всю поверхность стола белым полотном из диаграмм, статистик и мелкого текста. Нетейам молча поставил перед отцом заваренный успокаивающий отвар, который изначально делал для себя, отец нечего не сказал, только благодарно похлопал сына по плечу. Именно с той ночи Нетейам засиживался допоздна на кухне помогая ему разбираться с простыми документами и другой муторной работой, видеть отца таким замученным было невыносимо. Тот лишь ворчал и сначала пытался гнать сына, мол не детское это дело разбираться с бюрократией и т.д, и т.п., он в итоге плюнул на это осознавая, что в упертости его старший ребенок может переплюнуть даже свою мать. Нетейам же был рад возможности помочь отцу, к тому же он наконец узнал куда именно они переезжают – Австралия. Конечно он не мог не поделится своим открытием с Кири и Ло’аком, тот диалог на долго засел в голове всегда вызывая улыбку. “- Почему Австралия? Это дорого и далеко… - рассуждала Кири развалившись на кровати Нетейама, пока тот искоса смотрел на нее сидя на полу и поджав ноги к груди. Ло’ак в гневе носился по комнате, разъяренно кидая нужные вещи в чемодан. Реакция младшего брата немного позабавила, но в итоге, после пяти минут этих яростных глухих ударов падающих вещей, он решил остановить этот порядком надоевший и раздражающий концерт. - Mawey tsmukan, - мягко произнес Нетейам вставая с насиженного места. Еще немного и у него начнется мигрень. Ло’ак раздраженно плюхнулся на кровать пыхтя что-то под нос и тянувшись к стаявшей рядом гирмаре, как обычно, когда эмоции бьют через край. - Какого черта Австралия?! Я вам говорю, не удивлюсь если по дороге в школу на нас нападет тираннозавр! Это ведь Австралия! – говорил он вскинув руку к потолку в излишней эмоциональности. - Ты идиот или да? – Кири закатила глаза, а Нетейам просто не мог не расхохотаться, пожалуй, он согласен с сестрой, их skxawng в этот раз, хотя в принципе, как обычно, блеснул” Из любопытного так же было то, что оказывается у его родителей есть не маленькая подушка безопасности, размером в несколько сотен тысяч долларов, от таких цифр кружилась голова, но на вопросы почему, зачем и откуда его тут же гнали в шею. А так же тайный старый друг отца, который на месте, на континенте, помогал с переездом. Из преимуществ? Он смог первым выбрать комнату в их будущем доме и пусть в первую очередь он думал о комфорте младших не без удовольствия нашел идеальный компромисс и золотую середину. В тот же вечер они опять троем сидели в комнате братьев склонившись над каталогом мебели каждый помечал то что хочет, и выписывал на план комнат, помечая то как хочет, чтобы все располагалось. Много ругани, криков и даже рукоприкладства (у Ло’ака еще долго сходил синяк, нанесенный Кири) и они пришли все-таки к выводу, который Нетейам еще задолго сделал. Все выбрали именно те комнаты как он и думал. До отъезда оставалось четыре дня и даже успокаивающие отвары бабушки не помогали больше уснуть. По всему дому стояли коробки которые скоро должны будут забрать для авиаперевозки, а парень еще даже не прикоснулся к сбору своих вещей и это нервировало. Пол ночи он размышлял что взять, что ему точно понадобится, а что может подождать и все это что бы на утро опять придумать отмазку, только бы не прикасаться к сумкам. Кири уже кричала на него смеясь над его глупым страхом: “Шарахаешься от них, как от чумных, они не кусаются!”, что бы потом только спросить не нужна ли ему помощь. Но Нетейам в жизни бы не признался, что да, нужна, потому он и дальше помогал Тук, Кири, Ло’аку или родителям доводя себя до изнеможения только для того, чтобы провалится в сон без сновидений и то, если повезет. И вот когда оттягивать было уже нельзя он с трясущимися руками принялся собирать вещи все глубже опускаясь в воспоминания. Каждый браслет и украшение – их праздники, когда он вместе с Тук и Кири плели их, даже то самое ожерелье из красивых полупрозрачных фиолетовых камней из пещеры. Глядя на него он на секунду перенесся обратно на пять лет назад, в джунгли и больницу, когда они с Ло’аком потерялись. На дно коробки были положены самые важные для него вещи: лук со стрелами, традиционный и спортивный, и спортивная экипировка для занятий стрельбы, кинжал, небольшой расшитый мешочек который подарила ему Слантир, он хранит там украшения для волос и чего ни будь еще, флейта. Нетейам усмехнулся, когда обнаружил целых три: его старую оркестровую, обычную поперечную свирель и пан-флейту – он повертел деревянный инструмент в руках улыбаясь тому, что вспомнил. Недавно Ло’ак до хрипоты в голосе ругался с отцом по поводу того, что тот запрещал брать с собой барабан. Хотя, чего говорить, отец еле согласился на гирмару. Набрав побольше воздуха он прислонился к свирели зажимая несколько отверстий. Еще не забыл. Мягкая мелодия разлилась по комнате лаская слух – одна из песенных молитв, самая первая которой он обучился на флейте. В эту же коробку отправились старые пожелтевшие от времени ноты, его традиционный костюм с полным обмундированием, даже набедренная повязка и пара недоплетенных украшений. Всего получилось около четырех коробок и чемодан с ручной кладью, не слишком много, но и не мало. Теперь комната выглядела действительно пустой, в душе было так же пусто.

***

      По мере того как они подъезжали к аэропорту узел в животе скручивался все сильнее и сильнее. Ночью не спали все из-за нервозности перед предстоящим перелетом. Утро прошло будто мимо, странное чувство пробивающее грудь на сквозь. Мама готовила завтрак, отец грузил чемоданы в багажник, Ло’ак бегал в панике пытаясь вспомнить не забыл ли он чего, Тук громко плакала из-за невозможности посмотреть свой любимый мультик про, кажется, каких то фей, Кири – клевала носом подперев рукой голову. Слишком громко, слишком, настолько, что начинала кружится голова, а некогда знакомые вещи начинали казаться непривычными, плыли и кружились, да и он кажется терялся где то в себе . Его схватили за плечо слегка встряхивая и приводя в себя, перед ним стоял обеспокоенный, слегка напуганный Ло’ак. - Братан все хорошо? Ты какой то бледный... - черт. Нетейам попытался посмеяться, пусть и вышло это совсем не убедительно. - А сам то, - махнул он рукой, стараясь не обращать внимание на обеспокоенный взгляд брата. - Паспорт хоть на месте? Ло'ак в момент ударил себя по голове тут же побежав в сторону их комнаты. Он облегченно выдохнул, рука волей не волей сама залезла во внутренний корман байки проверяя не пропал ли его паспорт с билетом пока он сам где то потерялся. Сейчас же на подъездной дорожке Нетейам осознал, что съеденная через силу яичница точно была лишней. Воздух тоже был совсем другой, какой то тяжёлый. Если бы его попросили объяснить он бы не смог, пробормотал бы что то типо "механический". Здесь все пахло по другому. Из-за суматохи вокруг появлялось какое то воодушевление, может и не все плохо? Как никак, это он все полторы недели убеждал своих младших, что все хорошо и этот переезд может стать удивительным открытием в их жизни, и кажется, что его сиблинги верили, но вот проблема - он не верил. Проходить контроль оказалось ещё более нервным, чем он мог подумать, но когда его попросили снять получекер-полуожерелье он действительно растерялся. Его руки тряслись настолько сильно, пока он передавал свою вещь в инспектору по досмотру, его несколько раз спросили хорошо ли он себя чувствует. Без украшения он чувствовал себя незащищённым, так, словно у него забрали кусок чего то родного. Единственная вещь с помощью которой он мог оказаться на мгновение на Родине. Впереди только мучительное двухчасовое ожидание посадки.

***

       - Ты вообще в курсе, что для человека почти всю жизнь прожившего в джунглях ты очень плохо ориентируешься! Как ты только туда пропал? Они шли вдоль панорамных окон, Нетейам почти с детским любопытством наблюдал за обслуживанием самолётов, никогда ничего подобного не видел. Ло'ак тихо фыркал.        - Я думал это туалет! - Нетейам рассмеялся.        - Читать надо skxawng! Как ты умудрился почти выйти на посадочную полосу? Спасибо Эйве, что я смог уговорить персонал не заявлять об этом никому! Ло'ак передразнил его тут же врезаясь в огромных размеров вазон с какой то пальмой, чем вызвал очередной приступ смеха со стороны старшего брата. Что ж у него действительно был талант теряться и попадать в неприятности. Плюясь и ругаясь он потирал ушибленный нос делая шаг в сторону, что бы вновь ударится, в этот раз лоб о стекло, когда раздраженный голос отца окликнул их.       - Ло’ак, следи за языком! – пригрозил он пальцем на вырвавшуюся нецензурную брань, но тут же замечая два больших красных пятна на лбу и носу сына, подлетел хватая того за лицо, что бы лучше рассмотреть. – Что черт возьми случилось?       - Братец решил пригласить на свидание пальму, - Нетейам не прекращал смеяться вытирая слезы с глаз.       - Fnu! – почти зарычал Ло’ак на брата. Джейк устало потер переносицу тяжело вздыхая. Через пять минут они уже были в длинной очереди на посадку. Невыносимые сорок минут толкучки прижатым с двух сторон потными и раздраженными людьми и Нетейам наконец встречается с милой женщиной и небольшой группой проверяющих, осталось пройти вторичный просмотр, и он зайдет в серый туннель из которого пахло керосином, что бы наконец попасть в огромную железную птицу, которая не вызывала у него ничего, кроме дискомфорта. Остальные члены его семьи были настроены более оптимистично, так, например, Тук держась за шею отца смотрела на все с восторгом и широкой улыбкой, даже вечно недовольная Кири не могла сдержать улыбки глядя на сестру. Учащенное сердцебиение не давало успокоится, почему полет вызывал такой стресс он не знал, но стоило попасть внутрь этой махины, как тут же захотелось обратно, не столько из-за возможной клаустрофобии, сколько из-за запаха. Искусственный, в котором было слишком много страха, много волнения – он сдавливал, не позволял вздохнуть. Кири взяла его за руку, когда тот застыл в проходе, уже вызвав недовольство людей за ними, и от такого маленького жеста отлегло, будто густой и колючий ком рассосался сам по себе позволяя наконец вздохнуть и ощутить, что все действительно не так плохо. Рука легла на ожерелье и понемногу звон в ушах ушел, а когда они сели на свое место, то самолет открылся ему, с иной стороны. Свежесть, азон и совсем не страшно, стоило посмотреть в медовые глаза сестры и ощутить тяжесть мягкого прикосновения на плече. Кири всегда знала, когда что-то не так и никогда не спрашивала. Еще двадцать минут, и они наконец взлетели.

***

Да уж, почти пять часов смотреть какой-то документальный сериал про ведьм и читать фанфики без возможности отказаться – задача не из простых. Когда нибудь он точно научится отказывать Кири, но выбирая между документалками про ведьм и динозавров, волей не волей выбираешь ведьм, только для того, что бы через минуту понять, что это была очередная психологическая ловушка его сестры. Манипуляторша. Хотя кому не позавидуешь, так это Ло’аку, его бедный брат все это время подвергался пыткам самой младшей из Салли. - Братан, у меня уже бошка кипит от этих Блумов, Стелл и Флор… - простонал он на выходе из самолета и Нетейам не мог не усмехнуться прекрасно его понимая, в голове все еще растекались строчки “Салемские ведьмы невинно убиенные…” - брр... Аэропорт был намного больше чем на его родине, а от доносившегося гула иностранцев вокруг начинало мутить, ничерта не понятно. За панорамными окнами взлетали самолеты ночных рейсов, но в здании этого не было слышно, толи из-за густой массы голосов, толи из-за качества стен, кто знает. И вот опять получив свои чемоданы они куда то спешат, пусть Нетейам не видел этому повода, но общий настрой все равно передался. Уж лучше волнение и суматоха, чем непонятно чем вызванная меланхолия. Отец что то говорил, кажется про арендованную машину, но его уже никто не слушал, Нетейам в том числе, у него была задача по сложнее - удержать засыпавшую Тук на руках и при этом тащить чемодан, сам ведь вызвался. Благо мама взяла вещи сестры полностью занимая руки. Все очень устали, а учитывая что они еще даже не добрались до их нового дома, где прежде чем лечь спать, нужно будет хотя бы немного подготовить спальное место, появлялось самое настоящее раздражение. В особенности после новости отца, что как только они более или менее разберутся с вещами, то тут же отправятся в школу, то есть примерно через три дня. Нетйеам крепче прижал сопевшую сестру пытаясь избавится от дискомфорта в груди из-за резкого прилива злобы от услышанного. Три мать его дня, блеск. И опять без возможности возразить. - Цель визита? – уже более раздраженно повторил в третий раз мужчина по ту сторону стола, слава Богу в этот раз произнося медленнее и внятнее. Австралийский английский, значительно отличался от помеси американского и родного языка их племени, который использовал отец - Проживание… - не без горечи ответил парень. Проверив некоторые бумажки и задав стандартные вопросы мужчина с силой поставил штамп наконец протягивая паспорт владельцу. - Добро пожаловать в Австралию!