Lonely is a man without love

      Хьюи старался постукивать кончиком ботинка по полу как можно тише. Он, вероятно, лишь раз в жизни нервничал так же сильно. Патриот, сидящий по другую сторону стола для совещаний, зло смотрел на него.       — … Ладно, я вижу, что ты все еще злишься и могу понять, почему, хотя, вообще-то, не совсем? — спросил Хьюи, медленно жуя картошку фри.       — Не совсем? — Патриот фыркнул, подставляя под щеку кулак. — Ты абсолютно смешон. Я должен был бы вырвать тебе за это глотку и отдать ее гребаной Старлайт.       Хьюи закатил глаза и придвинул картошку к Джону.       — Я не хочу в Италию. Прости, но не думаю, что справлюсь с еще одним полетом, учитывая, что первый был совсем недавно. Может, в другой день?             Надув щеки, Джон откинулся в кресле, и Хьюи почти ощутил себя виноватым за то, что отказывает.       — Идиот. Предпочитаешь долбаную картошку фри из Макдональдса долбаной Италии?! — Джон вскинул руки.       — Ты ее вообще пробовал? — Хьюи хмыкнул.       — И не собираюсь, — Джон отвернул голову будто ребенок.       — Почему нет?       — Перечислить тебе причины в алфавитном порядке? — злобный взгляд Джона исключал возможность любого ответа. Хьюи тихо сдался со своей картошкой фри и опустил плечи.       — Окей, извини, что спросил, — Хьюи слегка отвернул свое кресло от супера и, кинув взгляд на здания за окном, пробормотал себе под нос:       — Вид отсюда и правда хорош. Не понимаю, почему ты поставил свое кресло именно там, где тебе приходится поворачивать его, чтобы увидеть, что за окном.       Джон крутанул кресло, чтобы мельком глянуть на окна, а затем повернулся обратно к Хьюи.       — Я, блядь, не выбирал ни пейзаж ни то, где будет стоять кресло, ни что бы там ни было еще, и вид…       Ложь. Это то, в чем он хорош, и что у него всегда получается… Большую часть времени. Но какой смысл в том, чтобы из всех людей врать именно Хьюи? Особенно о чем-то настолько простом, как вид Нью-Йорка. Ему нет нужды лгать Хьюи.       — Мне нет дела до вида. Я наблюдал его многие годы, и он лишь напоминает мне, как малы в сравнении люди, — Джон ждал, затаив дыхание, подкатывая кресло ближе к креслу Хьюи пока они не стукнулись друг о друга, заставив последнего подпрыгнуть. Сейчас их двоих разделяло всего ничего.       — Ух, э-это отстой. Н-но я тебя понял, ну, вроде? А в сравнении с чем? С тобой или с «Воут?»       — Мной. Тупица.       — Вау. Это… То, как ты на все смотришь — довольно тревожно и… Интересно?       Ритм сердца Хьюи бешеный словно ночной шторм, пульс грохотал от чистой нервозной энергии.       — Почему это? — Джон попробовал снова, иначе.       — Н-ну, это просто… это странно — считать людей маленькими по сравнению с собой, когда есть те, кто выше тебя, — пояснил Хьюи, деликатно сложив руки на коленях.       Патриот моргнул. Затем моргнул еще раз. Приоткрыл на секунду рот и захлопнул его, щелкнув челюстью. Повертел головой.       — Это не имеет смы… Ты только что назвал меня низким?       То, как среагировало тело Хьюи, и в как в глазах немедленно возникла паника, почти забавно. Он дергнулся назад, чуть не уронив свою тупую картошку фри.       — Н-нет! Эм, ну, я не имел ввиду… Да, я имел ввиду это. Но я не хотел грубить или… Откинув голову на спинку кресла Джон рассмеялся.       Хьюи прекратил нести вздор и уставился во все глаза на супера. Кадык того подпрыгивал от смеха, а плечи слабо дрожали.       — К концу этого месяца, думаю, я буду желать тебя уволить и выкинуть в окно позади, — произнес Джон сквозь смех.       Тишина в ответ на шутку немного застала его врасплох. Хьюи смотрел на него широко распахнутыми глазами.       — Серьезно?       — Нет. Я шучу, придурок, — Джон потянулся к нему рукой и, похлопав по плечу, оставил ладонь лежать там, где она упала.       Узел из нервов по имени Хьюи придвинулся к нему, рвано выдыхая.       — Это невероятно и одновременно с этим супер странно. По твоему лицу никак не определить, что ты шутишь, и я не думаю, что это нормально?       — Я и не нормален, — рука Джона сползла на предплечье.       — Очевидно. И я вроде как поддел тебя из-за твоего роста, прости за это.       Кратко, напрямую, просто. Извинение. Настоящее извинение от Хьюи Кэмпбелла. Когда в последний раз он слышал в своей адрес чистейшее, искреннее извинение? Не из страха за свою жизнь, не дерьмовую шифровку, а просто извинение. Фогельбаум пытался перед ним извиниться — получилось у него дерьмово. Мэделин пыталась. Штормфронт пыталась, даже плакала немного, но больше ее не было рядом, чтобы плакаться или слушать его.       — Все в порядке, просто не превращай это в привычку, — Положив руку на руку Хьюи, Джон с легкими нажимом провел большим пальцем по вене.       Хотелось большего. Больше извинений, больше тепла, больше гладкой кожи Хьюи. Если бы только он… Их пальцы переплелись. Джон подтолкнул колено Хьюи своим. Его ассистент молчал, не отрывая взгляда от их рук. Джон смотрел на лицо перед собой, на шоколадного оттенка кудри надо лбом. Кэмпбелл бы хорошо выглядел с бородой, более взросло.       — Смотри на меня, Хьюи, — Джон сам не понял, когда его руки начали подкатывать кресло ближе. Не помнил, когда голос так упал.       Секунду посомневавшись, его ассистент обратил к нему взгляд.       — М-мне же не нужно идти позади тебя на ковровых дорожках, верно? Если я буду идти с Энни и с тобой, это смутит некоторых людей.       — Может, в прессе появится о тебе больше слухов. Они могли бы назвать тебя геройской подстилкой или третьим лишним вместо «бывшего Старлайт».       Джон вырвет язык любому, кто назовет его ассистента иначе, чем по его дурацкому имени. А Хьюи будет наблюдать за этим и поможет ему после снять окровавленные перчатки. Патриот его заставит.       — М-мы довольно близко, ты не беспокоишься, что кто-нибудь может войти? — Хьюи кивнул на закрытые двери конференц-зала Семерки.       Идея проползла на кончик языка Патриота. Он закрыл двери, когда они пришли, и даже если кто-нибудь, способный их открыть, решит пойти сюда, Патриот услышит незваного гостя за милю.       Он мог бы сейчас сделать что угодно. Например, обняться. Хороший вариант.       Джон откинулся в кресле, упираясь ногами в пол, чтобы не дать креслу сдвинуться.       — Нет, не беспокоюсь. Не мог бы ты оказать мне услугу?       Хьюи хмурился.       Нет, не услугу, он бы действительно назвал это услугой, это уж, блядь, точно. Что-то, больше похожее на просьбу? Он точно помнил количество раз, когда о чем-то просил, оно составляло однозначное число.       — К-какую услугу?       — Можешь присесть здесь на секунду? — Джон похлопал по своему колену.       Почти тотчас же Хьюи попытался вытряхнуть ладонь из его хватки.       — Ни за что! — он издал дребезжащий крик.       Джон удержал его, сжав пальцы чуть сильнее.       — Никакого сексуального подтекста или чего-то вроде, ты можешь просто это сделать? Представь, что садишься на коленки к Санте.       — Я не собираюсь… — Хьюи все старался отстраниться.       Плечи Джона опустились.       — Я мог бы больше тебе платить. Хочешь, дам отпуск? Я возьму тебя куда угодно, куда бы ты не захотел, ну же. Это же простая просьба, — ожидая ответа, он улыбнулся так широко, что клыки впились в губу.       Хьюи лишь стал вырываться сильнее и даже использовал вторую руку, чтобы помочь себе выбраться из хватки, но все бестолку.       — Я не буду садиться на твои гребаные колени! Это не то, что я…       Джон притянул Хьюи ближе.       — Я клянусь, я не собираюсь к тебе приставать. Всего лишь быстрая штука, которую я хочу попробовать.       Когда Хьюи нервничал и не знал, что сказать, то всегда становился несдержанным на слова.       — Попробовать?! Как, блядь, тебе поможет то, что я сяду тебе на колени?! Хватит меня домога… — Хьюи ударил его в грудь другой рукой в попытке заставить прекратить притягивать себя ближе. Затем наклонился вперед.       Теперь он странно возвышается над Патриотом. Навалившись на спинку стула, Джон запрокинул голову, чтобы рассмотреть панику и гнев в голубых с зеленым отливом глазах. Хьюи с силой вжал руку в его смягченную костюмом грудь.       — Я не хочу сидеть у тебя на коленях. Я не… Я сказал нет. Это все, если начнешь меня принуждать, я уйду. То, что я был с тобой в одной кровати, уже достаточно плохо, — челюсть Хьюи щелкала от напряжения.       Джон выпрямил спину. Ему пришлось отдирать собственные пальцы от пальцев Хьюи, и едва ему это удалось, как руки затряслись и сжались от желания ощутить снова чужую ладонь.       — Садись, — Джон постарался говорить негромко.       Хьюи шагнул назад и ударился бедром о столешницу. Схватившист за кресло, он медленно опустился в него.       — Эм… Я-я уволен или…       — Нет, — прервал его Джон.       — Ох, о-окей… С-спасибо за, ух, то, что не принудил меня и послушал? Это-это было цивилизованно? — Хьюи не поднимал глаз от стола, щеки у него раскраснелись, сердце колотилось.       — Если не хочешь сидеть у меня на коленях, ладно, — Джон встал, откинув в сторону плащ.       Хьюи глядел на него расширенными глазами, сжимаясь в кресле.       — Я быстро, тридцать секунд максимум. В обмен дам тебе все, что захочешь, если так будет легче. Информацию, прибавку к зарплате, только назови цену, — Джон сложил руки за спиной и сделал шаг вперед, оказываясь у Хьюи между ног. — Я буду аккуратен. Просто не мешай мне.       Он заключал сделку, вел себя разумно — вот что для них всех нормально. Дай людям немного, заставь почувствовать, будто у них на руках все карты, пока на самом деле он держал в руках всю колоду.       — Я-я не знаю, что происходит. Что… — схватившись за ручки кресла, Хьюи отклонялся до тех пор, пока не ударился шеей о спинку.       И, задержав дыхание, Джон сел, приземляясь прямо Хьюи на бедро. Пришлось немного качнуться, чтобы удержать равновесие. Лицо его ассистента было целиком красным, а тело становилось все горячее с каждой секундой.       — Д-джон?       — Тише.       Хьюи поерзал, и Джон бы рухнул с его коленей, если бы руки на бедрах не удержали его. Джон застыл. Настороженно, он скользнул взглядом по руках, держащим его. От слабого касания затрепетали ресницы. Если бы только он был сейчас без костюма, тогда бы он смог почувствовать тепло этих рук на коже.       — Прости, я не знал, что мы делаем, и запаниковал, - забормотал себе под нос его ассистент, пытаясь убрать ладони с бедер своего босса.       Сдвинувшись ниже, Джон перекинул вторую ногу через другое бедро Хьюи, оседлывая его, затем наклонил голову, и их лбы мягко соприкоснулись. Джон придвинулся еще ближе.       — Ч-то…       — Заткнись, — он уткнулся Хьюи в шею, вдыхая слабые и нежные запахи парфюма, что тот нанес сегодня утром, и мыла, которым тот мылся.       Его плащ обернулся вокруг них обоих, край касался пола, было слышно, как скользит по нему ткань.       Закрыв глаза, он положил руки Хьюи на шею.       — Иногда, я чувствую твой запах на Старлайт. Мне не нравится мыло, которым ты пользуешься.       Прошла секунда.       На лице Хьюи сменились и смешались три разные эмоции.       — Л-ладно? Я ее парень, так что это нормально, — Хьюи попытался убрать руки с бедер Джона, но тот лишь прижался к нему сильнее. — У меня хорошее мыло! Оно мне нравится.       Джон мягко коснулся губами его кожи, и Хьюи дернулся с такой силой, что спиной ударился о кресло.       — Это странно… Э-это было охуеть как странно, какого хера?       — Я уже сказал тебе нахрен заткнуться, — пробормотал Джон в воротник Хьюи. — Ты никогда по-настоящему не слушаешь, над этим тоже нужно будет поработать. Не хотелось бы вырывать твой грязный язык.       — Я не могу… — подпрыгнув, хрипло выдавил его ассистент.       Джон прислонился головой к плечу Хьюи, слегка касаясь носом его кожи, и совершил попытку заглянуть в его красивые глаза. Тут слух уловил стук каблуков, и Джон раздраженно выдохнул.       — Долбанная Эшли будет здесь через несколько минут.       Сжав его бедра, Хьюи толкнул Джона вперед, отчего обтянутая мягким костюмом задница того оказалась на краю колена.       — Ты должен слезть! — Хьюи легонько пихнул его, но тот не двинулся с места.       — Ничего я не должен. У меня еще есть несколько минут. Или мы можем вернуться в мою комнату и забыть об обучении на сегодня, — он усмехнулся, сверкнув клыками. — Звучит, как хороший план, ну же. Вставай и возвращаемся в постель, — он хлопнул его по плечу.       — Что? — Хьюи смущенно покосился на него.       — Нам не нужно прямо сейчас беспокоиться о твоем обучении, — Патриот протянул ему руку, — или даже вообще сегодня, а Эшли может…       — Джон, — прошептал Хьюи.       Патриот махнул рукой, игнорируя то, что его прервали, но глаз его дернулся.       — Если что, ты остался на ночь, пересматривая что-то из того, о чем говорил тот идиот. Отказы от претензий и прочие бумаги могут подождать. Ассистент не так много…       — Джон! — выкрикнул Хьюи.       Джон захлопнул рот и посмотрел на Хьюи широко раскрытыми глазами.       — Я закончу сегодня все, что смогу, по моей программе обучения. Мы уже были в твоих апартаментах сегодня. Может быть, позже, как я все полностью закончу, я поднимусь с тобой туда, чтобы помочь прибраться, но… — Хьюи начал сталкивать его бедра со своих колен.       Но Джон не сдвинулся ни на дюйм.       — Кажется, ты превращаешь повышение на меня голоса в привычку. Мне это не нравится, я твой босс.       — Ты пытаешься помешать моему обучению. Не сваливай вину на меня, я не брошу тренировку ради того, чтобы подняться к тебе, — Хьюи спорил с ним, он в самом деле открывал свой чертов рот и возражал ему.       Снова.       Глаза наполнились теплом, и Патриот закрыл их, делая глубокий вдох.       — Хьюи. Позволь мне выразиться иначе. Как я скажу, так и будет. И ты слушаешь меня и не важно, что я говорю. Ты-ты, блядь, не споришь со мной, — он хлопнул Хьюи по плечу и так оставил ладонь на нем лежать, а затем, все так же не отпуская, плавно встал с коленей.       Ритм сердца Хьюи взлетел к небесам, подпрыгивая и падая все быстрее с каждой проходящей секундой. Снова то, что он чувствовал прежде. Что-то, что свернулось в груди и горело огнем.       — Я-я на самом деле хочу быть твоим ассистентом. Пожалуйста, Джон. Мы-мы можем пойти к тебе после, окей? Я хочу уметь выполнять мою работу и не быть бесполезным и теряться из-за незнания, что делать. И я здесь не только ради того, чтобы работать на тебя, помнишь? Эта должность мне нужна, чтобы помочь людям.       Тепло превратилось в холодную скуку. Открыв глаза, Джон посмотрел на Хьюи внимательно.       — …Ты бы лучше отсидел еще одну TED Talk лекцию или гребанный урок от Эшли? Вместо того, чтобы вместе полежать в нашей… — Джон затих, становясь неестественно неподвижным. Нахмурился, слегка наклоняя голову набок.       — Что за глупость. Я даю тебе возможность не работать, черт подери, а ты… — из горла вырвался рык, Джон отвернулся. — Идиот. Мы могли бы пойти ко мне, и все, но ты…       Повернувшись на каблуках обратно, Джон тыкнул в Хьюи пальцем и тяжело зашагал к нему.       — Ты живешь в блядской стране тупости, где ты и твоя тупая Старлайт…       Хьюи сделал шаг вперед, приближаясь к Патриоту вплотную. Внутри у него все кипело, плечи были напряжены, желудок от нервов будто охватил огонь. Вскинув правую руку, он схватил супера за светлые волосы. Пальцы поползли между прядями, ногти впились в кожу головы, и Хьюи дернул. Джон так стремительно откинул голову, следуя за движением руки Хьюи, что щелкнула шея. Горло обнажилось. Вокруг голубой радужки накалилось красное кольцо, но Хьюи лишь свирепо посмотрел в его глаза.       — Прекрати, — тихо произнес он.       Красный угас, уступив место голубому. Наклонившись к Хьюи, Джон прижался грудью к его. Руки неуверенно подрагивали от того, как сильно хотелось потянуться ими к Хьюи.       — Я сказал тебе прекратить.       Руки Джона безвольно обвисли по бокам, но пальцы все еще дергались от желания прикоснуться.       — Я закончу любое хреново обучение, которое мне сегодня предложат, и подпишу все необходимые бумаги. Позже, после работы, мы можем подняться к тебе. Ладно?       Джон кивнул, медленно моргая. Чуть подается вперед, отчего натяжения в волосах усилилось.       — Ладно. Хорошо, отлично! С-спасибо, — Хьюи разжал пальцы.       Джон обхватил его за плечи, притягивая к себе, заставляя уткнуться головой в свою шею. Хьюи уперся носом в воротник его костюма, спина тут же заболела от того, как пришлось согнуться. Игнорируя то, как Джон дрожал, он обнял его в ответ. Спустя пару минут дрожь утихла. Хьюи уже приготовился извиниться за то, что схватил за волосы, как вдруг Джон потянул его к креслу и толкнул в него.       Голова Джона была опущена, волосы в беспорядке, пара прядей свисала на глаза. Он подошел к окну, а дверь открылась. Хьюи стремительно повернулся ко входу и увидел, как в комнату заходит Эшли, неся в руках сумку с логотипом «Воут».       — Окей! Вернемся к работе! Как перерыв? Хорошо? Чудесно! Итак, здесь кое-какие отказы от претензий, о которых я говорила, и это определенно не так, страшно, как оно звучит, — Эшли бросила взгляд на спину Патриота, на секунду замедляя свой стремительный шаг. — О-они на случай, если с тобой что-нибудь случится, н-но, разумеется, п-поскольку ты работаешь на Патриота, то волноваться не о чем!       — Д-да, конечно, — кивнул Хьюи.       Схватил со стола свою теперь уже остывшую картошку фри, он заметил, что из пачки пропало больше, чем он съел. Он кинул взгляд на Джона. Тот держал за спиной лишь одну руку.