Когда падает снег

      Саске шагал вдоль реки, чувствуя нарастающий холод. Чем ближе он подходил к деревне, тем сильнее падала температура. У входа в деревню река была покрыта льдом. В двух шагах от него лежал снег. Саске остановился с широко открытыми глазами. Он стоял на зелёной траве, а впереди была настоящая зима.       Он не чувствовал присутствие владельца техники. Шиноби был уже далеко отсюда, но деревня всё ещё могла быть опасной, поэтому Учиха отправил два клона вперёд. Они без препятствий продвинулись в глубь деревни. Саске пошёл следом. Дома, деревья и даже люди были покрыты слоем льда. Кто-то застыл, убегая, другие были на земле. Саске видел ужас в каждом лице и пытался понять, что видели их глаза в последний миг.       На пороге одного из домов в крике застыл ребенок, державшись руками за голову. В груди внезапно защемило. В такие моменты Саске снова проживал тот день. Ему вдруг отчаянно захотелось помочь мальчишке. Он протянул руку и коснулся кончиками пальцев ледяной поверхности. В этот момент Саске осознал две вещи. Первое: люди, покрытые льдом, были живы. Сердце мальчика продолжало биться. Второе: он уже сталкивался с этим холодом.       В воспоминаниях всплыл мост, окутанный туманом, парень в маске, отражавшийся в зеркалах, и боль от десятка игл, вонзившихся в тело Учихи.       С этими мыслями Саске продолжал исследовать деревню. Его тянуло к подножью горы в конце деревни, где начиналась река. Идя по реке, Саске чувствовал, как подо льдом продолжала бежать вода. У подножья горы был огромный камень с печатью. Похоже, что она была разрушена. Саске без труда смог передвинуть камень, поменяв его местами с небольшим камешком при помощи Риннегана.       Внутри было сыро и темно, на стенах висело несколько потухших факелов. Саске снял один из них со стены и поджег заново. В середине пещеры стояла колона, немного выше самого Саске. На ней были надписи, но иероглифы были странными. Возможно, это была ещё одна печать, но никакой угрозы он не чувствовал. Видимо, эта печать тоже была разрушена.       Потоптавшись на месте, Саске понял, что под землей что-то есть, а колона прикрывала вход, поэтому её он тоже сдвинул. Ступеньки вели глубоко под землю. Саске спускался, вслушиваясь в шум воды. Последние несколько ступенек находились в воде. Глубина была немного выше колена, но вода была ледяной. Саске осмотрелся по сторонам. Впереди него виднелся большой кристалл насыщенного голубого цвета. Иероглифы, которые он видел на колоне, продолжались на стенах, переходили на кристалл и замыкались вокруг пустоты внутри него. Пустота имела форму небольшого свитка.       Шиноби, владеющий льдом, забрал его. Сомнений у Саске не было. Всё вокруг было пропитано его присутствием.       Саске почти не чувствовал ног в воде. Он увидел достаточно, чтобы вернуться наверх. Его волновала деревня. Люди были живы, шиноби ушёл, но что-то поддерживало его технику. Возможно, он сделал это, чтобы избежать погони и выиграть достаточно времени, чтобы скрыться. Покинув пещеру, Саске остановился, чтобы сконцентрироваться на своих ощущениях. Странное давление с неба не давало ему покоя, и он посмотрел наверх.       — Это же…       Ледяное зеркало парило высоко над деревней. Саске поднялся на гору, снова вспоминая мост и Хаку. С высоты стало видно, что деревня обледенела в форме идеального прямоугольника, отражавшего зеркало. Из-за спины Саске появилась рука его Сусаноо, которой он раздавил зеркало. Лед начал таять моментально. Саске накинул капюшон и спустился в деревню, чтобы послушать жителей. Все, как один кричали слово «дракон», пока не осознали, что всё закончилось.       Несколько шиноби побежало в сторону горы. Саске не стал их останавливать, пусть увидят всё сами, а ему пора идти. Он шагал вдоль реки к выходу. Шум воды и возгласы людей вернули это место к жизни.       Пройдя мимо последнего дома, Саске замер. Над рекой склонилась сакура. Её лепестки падали в воду, а некоторые уносил ветер. Он поймал один и зажал между большим и указательным пальцами. Его переполняли смешанные чувства, которые не давали ему спокойствия с тех пор, как он получил её первое письмо из Конохи. Запутанный клубок мыслей наполнял его голову каждый раз, когда он писал ей ответ. Он писал обо всём, но никогда не писал о главном. Напишет ли? Сложно.       Саске снова выбрал лёгкий путь: прогнать мысли и сесть на траву, чтобы написать отчёт для Какаши. Передавать такую важную информацию как-нибудь нельзя, поэтому он призвал небольшую змею, которая проглотила его письмо и исчезла. Завтра она будет в Конохе.       Закинув остатки пергамента и чернила в сумку, Саске продолжил свой путь. Розовый лепесток он положил в карман.

***

      Сакура провела две операции, прочитала лекцию своим ученикам и изготовила несколько новых противоядий. Из госпиталя она вышла в десять вечера. Жутко уставшей, с трясущимися от перенапряжения руками.       Улицы Конохи были пусты. Это немного облегчало жизнь, потому что у Сакуры не было сил и желания на дружеские разговоры с кем-либо. Хотелось просто дойти до дома, не споткнувшись об камень на дороге. Или об собственные мысли. В висках пульсировало с того самого момента, как Наруто хлопнул дверью и вышел из её кабинета. Этот звук весь день больно отдавался эхом в голове. Во время операций, лекций и любой другой работы единственным, что волновало её по-настоящему, было искажённое обидой лицо Наруто. И как только у него получалось так сильно тревожить её душу каждый раз?       Ещё большей проблемой было письмо в кармане её кардигана. Впервые она не могла осмелиться сесть и написать ответ. Неизвестная сила выбивала ручку из рук и отгоняла любую адекватную мысль. Сакура ужаснулась собственным эмоциям, когда осознала, что не может сложить два слова из-за чувства вины. Сакуре казалось, что она раскалывается пополам. Одна половина намертво вцепилась в куски пергамента, изредка прилетавшие издалека, а вторая нашёптывала ей НарутоНарутоНаруто как мантру.       Сакура мечтала уснуть и всё забыть. Проснуться беззаботной маленькой девочкой с невероятно наивной мечтой о взаимной любви крутого мальчишки. Но чуда не произошло. Бессонница накрыла её с головой. Сакура была до смерти уставшей, но её беспокойный мозг не давал ей разрешения закрыть глаза.       Думай. Анализируй. Пойми, какая ты отвратительная.       К трём часам ночи Сакура свято верила, что почти все беды Наруто свалились на него из-за её глупости и слабости. И даже сейчас, когда его обещание выполнено, а Сакуру больше не нужно защищать, она продолжает портить его жизнь своим существованием. Своей запутанностью и трусостью. Неужели ей никогда не хватит духу разобраться в самой себе?       Самобичевания привели её на кухню. Интересно, о чём бы подумали люди, увидев, как лучший медик Конохи заваривает трясущимися руками мятный чай в четыре утра с тёмными кругами под глазами? Не поверили бы, наверное.       На кухонном столе стояла ваза с цветами и письмо. Сакура гипнотизировала его взглядом, но не осмеливалась снова взять в руки. Из ступора её вывел чай. Она обожгла язык и неожиданно вспомнила свой лучший метод успокоения. Саске ведь запечатал что-то в письме.       Возможно, единственное, что Сакура умела делать хорошо — это учиться. Её знания приносили пользу, а сам процесс помогал выкинуть из головы всё, что мешало жить. Простыми словами, она сбегала от себя.       Последовав инструкции, она поставила кровавый отпечаток на пергаменте. С громким хлопком на столе появилось три толстых свитка под названиями «Тело», «Разум», «Душа». Сакура развернула свиток «Тело» и с первых строк поняла, что никогда не читала эти работы. Она бросила короткий взгляд на часы. До встречи с Кибой у главных врат оставалось два с половиной часа.       Первая половина текста была обычным описанием человеческого тела и чакры. Сакура даже хотела бросить, но потом началась интересная часть, в которой автор выделял в теле семь разных центров чакры и описывал их. Этого не было в стандартной программе обучения, поэтому Сакура снова заинтересовалась.       Она дошла до четвёртого центра, когда до встречи оставалось полчаса, поэтому пришлось бросить и начать собираться. Сакура сходила в душ, высушила волосы, переоделась и собрала вещи. Она не была уверена, что у неё будет свободное время в Песке, но всё же закинула свиток в рюкзак.       Все её старания успокоиться и ни о чём не думать с треском разбились, когда она открыла дверь.       Господи.       Перед ней стоял Наруто. Она моргнула несколько раз в надежде на галлюцинации из-за недосыпа, но он по-прежнему смотрел на неё. Его волосы были взлохмачены, а взгляд был уставшим и сонным. Он тоже не спал этой ночью.       — Привет, — тихо начал он, прибавив к этому смешок с нотками паники. Кажется, в эту секунду Наруто пытался вспомнить, с какой целью он, словно маньяк, бродил под её окнами в шесть утра.       Потребовать объяснения? Смешно. Пожелать хорошего пути? Глупо. Молча пялиться на неё, как на икону, словно вот-вот сожрёт глазами? В его стиле, но стрёмно. Объяснить его появление могли только извинения за любопытный нос, который он наглым образом сунул в личную переписку. Более того, он был зол и обижен на неё, хотя это она должна была злиться и врезать ему, как прописано в сценарии. Но не врезала. И явно не злилась. Поэтому он и припёрся сюда в такую рань.       — Сакура-чан, ты ничего плохого не подумай, я тебя не преследую, просто… — что? Боже, какой дурак. Наруто закрыл глаза и застонал от того, как сложно было подбирать слова.       — Просто что? — Сакура начинала беситься. Она должна была идти, но вместо этого стояла и ждала, когда же Наруто договорится с самим собой. — Наруто, меня ждут, я должна…       — Да знаю я! — резко выпалил он, размахивая руками. Сакура вздрогнула, а он захлопнул рот со стыдом. — Чёрт, прости, я не хотел сказать это так грубо.       — Письмо ты тоже не хотел читать? — осмелев, Сакура сделала несколько шагов вперед и уставилась на него в упор, сведя брови к переносице. — Зачем ты пришёл? Ты думаешь, что можешь приходить, когда вздумается, отвлекать меня от работы, лазить в моих вещах и хлопать дверями моего кабинета в бешенстве? А потом приходить снова в такую рань и торчать у меня под окнами, чтобы что? Чтобы помолчать? Или ты пришёл попросить ещё пару писем? Скажи, пожалуйста, почему я должна задержаться здесь ещё хоть на одну минуту.       Между ними почти не было расстояния, и это увеличивало напряжение в разы. Её подбородок был вздернут так, что Наруто чувствовал её дыхание на своих губах. И как, скажите пожалуйста, он мог ухватиться хоть за одну трезвую мысль в своей голове. Этот злобный взгляд, морщинка между сведенными бровями и нижняя губа, которую она периодически покусывала, словно пыталась сдерживать себя, чтобы не сказать лишнего, тревожили каждую клеточку его тела.       — Что ты смотришь на меня? Сказать нечего?       Если бы она знала, как много он хотел ей сказать. Он знал причину каждого своего действия, мог ответить на все её вопросы. Описать в красках все те чувства, которые копились в нём годами и так отчаянно вырывались наружу в последнее время. Словно в нём больше не оставалось места и сил держать всё в себе.       Он мог бы завести этот серьёзный взрослый разговор, но из его рта вылетело лишь глупое замечание:       — Даже сейчас ты меня не ударила.       — Что?       Сакура замерла, пытаясь как-то переварить то, что сейчас услышала. В этом был весь Наруто. Из всех серьёзных вопросов его волновало лишь то, что его не избили в очередной раз как мальчишку.       — Какой же ты идиот, Наруто! — она вспыхнула, как спичка, и замахнулась. Ладонь, сжатая в кулак, дрожала. Она смотрела на него с отчаянием, не моргая, пока глаза не начало щипать, в то время как Наруто излучал абсолютное спокойствие. — Да чтоб тебя! — её рука опустилась, и Сакура резко отшагнула назад. Она не хотела смотреть на него, потому что знала: Наруто ликовал. Его слова подтвердились. Сакура почему-то больше не могла или не хотела его бить.       Наруто наблюдал за тем, как она сжимала и разжимала кулаки. Она все ещё не смотрела на него. В какой-то момент Сакура склонила голову, и волосы скрыли её лицо, а кулаки больше не разжимались. Он понимал, что она пытается держать себя в руках. Сакура всем сердцем ненавидела плакать. Особенно, когда это видели другие. А больше всего, когда это видел Наруто.       — Сакура-чан…       — Наруто, я правда опаздываю.       — Сакура-чан, я… — он протянул руку с желанием коснуться её плеча. Но Сакура не позволила. Она оттолкнула его ладонь и отступила на безопасное для себя расстояние, чтобы он не мог дотянуться.       — Хватит, Наруто. Мне нужно идти. Пожалуйста.       Ответа она не ждала, потому что знала, что Наруто попробует её утешить и остановить. Поэтому Сакура развернулась и зашагала прочь. Она слышала, как он снова назвал её по имени, но остановиться не могла.       Сакура-чан, я… Ей было страшно. Слова, застрявшие на кончике языка Наруто, вводили её в ужас. Она не могла выслушать его сейчас. Как только Наруто скажет это, земля расколется пополам и уйдёт из-под ног.       До главных ворот Сакура дошла в панике, но она прекрасно помнила, что шиноби должен скрывать свои чувства. Ей повезло, что Киба не был очень внимательным к окружающим. Он приветливо поздоровался, а затем снова переключил внимание на Акамару. Сакура использовала это мгновенье, чтобы сделать глубокий вдох и вспомнить о своей миссии.       — Эй, ты спала вообще?       — Да, просто тяжёлая смена в госпитале, — уголки её губ фальшиво приподнялись вверх. — Ладно, идём.       — Ага.       Любое облегчение временно. Как только они начали идти, эмоции снова накрыли Сакуру с головой. Ей было сложно контролировать своё дыхание.       Сакура-чан, я…       — Киба, — Сакура остановилась и обернулась, чтобы убедиться, что они достаточно далеко отошли от Конохи. — Пожалуйста, никому не говори и ничего не спрашивай.       — А? — Киба остановился в недоумении, наблюдая за тем, как Сакура направляется к огромному дереву, явно выделяющемуся среди остальных.       Сакура остановилась перед деревом и опустила взгляд на свою ладонь.       Даже сейчас ты меня не ударила.       — Идиот, — она до боли сжала кулак. В нём были собраны все её эмоции: гнев, обида и страх. Острая необходимость избавить от этого давления двигала её рукой, которой она решительно замахнулась. Маленький кулак соприкоснулся с большим многолетним деревом. Ствол не выдержал и разломился пополам с громким треском, а затем дерево медленно рухнуло, подняв облако пыли. Птицы стаями покинули соседние деревья.       — Какого хрена ты делаешь?! — возмущенно воскликнул Инузука.       Сакура вернулась на дорогу с ясной головой. Её дыхание было в порядке. Наруто Узумаки снова потерялся среди множества других мыслей, позволяя Сакуре продолжить свою миссию.       — Извини, — она мило улыбнулась и продолжила идти вперёд.       — Женщины… — обреченно выдохнул Киба, глядя на Акамару, и последовал за Сакурой.       Они никогда не были близки, но по дороге завязалась приятная беседа. Киба много времени проводил с друзьями, а ещё больше — с девушками. Поэтому он был ходячим сборником жарких сплетен. Большую часть Сакура пропустила мимо ушей, так как попросту не знала некоторых людей, о которых рассказывал Киба. Но всё же он нашёл интересную для неё тему. Всем ведь интересно послушать, что о тебе говорят люди.       Как оказалось, многие были удивлены, когда Сакура открыла в госпитале новое отделение для детей, которые получили психологические травмы в период войны. Сакура не создавала впечатление человека с высоким уровнем эмпатии. В госпитале от неё всегда веяло строгостью. Поэтому сложно было поверить своим глазам, наблюдая за тем, как Сакура мило играет с детьми, заботится о них и посвящает им все своё свободное время.       — Я подозревала, что вы так думаете обо мне, — Сакура усмехнулась.       — Ну, не в обиду, но, думаю, ты понимаешь, почему так.       — В Академии я постоянно ждала помощи от Наруто и Саске, но потом я поняла, что это путь в никуда. Поэтому, исходя из моих личных желаний, Цунаде-сама обучала меня без каких-либо поблажек. Она ломала мои кости во время тренировок, а потом я должна была их самостоятельно залечить, — после этих слов Сакура испытала ностальгическую боль во всем теле.       — О, — Киба раскрыл рот в изумлении. — Это жестоко.       — Но эффективно, — Сакура ткнула пальцем в метку Бьякуго на своём лбу. — Предлагаю зайти куда-нибудь, пока мы не достигли границы и пустыни, потому что можем попасть в бурю и застрять на сутки. Помнится мне, на выходе из леса есть крошечная деревушка с парочкой заведений, рассчитанных на таких, как мы как раз.       Киба одобрительно кивнул. Туда они пришли через несколько часов. Здесь можно было встретить шиноби из разных деревень. После войны пересечение границ другого государства стало обыденным делом. Все были приветливы и спокойны. Шиноби, объединённые общей целью два года назад, стали лучше доверять друг другу. Каждый был увлечен своим разговором и своей едой.       Сакура была голодна, но сильно наедаться не хотела, потому что не знала, что их ждёт в пути. Вести бой с набитым желудком такое себе удовольствие. Она заказала себе рыбу и рис с овощами, но кошелёк достать не успела. Киба остановил её руку за запястье, попросив не позорить его среди всех этих мужиков, которые, кстати, пялились на них (на неё), да и вообще. Сопротивляться она не стала, даже решила добавить в список данго, раз такое дело.       Пока Киба ожидал заказ, Сакура присела за понравившийся ей столик под небольшим деревом. Крона не была густой, давая возможность лучам солнца просачиваться и приятно греть кожу. Захотелось закрыть глаза и сконцентрироваться на шуме ветра.       — Сакура-сан? — воображаемую идиллию прервал неуверенный мужской голос.       Сакура открыла глаза и увидела перед собой высокого парня. Возможно, её ровесника. У него были светлые волосы и серые глаза. Его форма и протектор на лбу указывали на то, что шиноби прибыл из Деревни Скрытого Облака. Он был смущён собственным любопытством.       — Да?       — Значит, не перепутал, — он выдохнул с облегчением. — Вы, наверное, не помните меня, но я обязан вам жизнью. Наверное, вы часто слышите эту фразу, да? — он почесал затылок и неловко засмеялся. — Я почти умер на войне, ниндзя-медик из моего отряда не мог справиться с моими ранениями, а потом появились вы и спасли меня, а я даже поблагодарить вас не успел. Спасибо вам, — он сложил руки по швам и поклонился.       — Не стоит кланяться, я лишь выполняла свою работу.       Сакура никогда не знала, как реагировать в такие моменты. Его слова были правдой, она действительно спасла его жизнь, но Сакуре было свойственно обесценивать свои заслуги. Поэтому ей всегда было сложно принимать такие настойчивые благодарности.       — Сакура-сан, я действительно часто вспоминал о вас и хотел бы… — парень глубоко вдохнул. Его уши начинали краснеть.       — Смелее, тормоз! — выкрикнул его напарник из-за соседнего стола, после чего несколько парней вокруг рассмеялись.       — Да заткнись ты, идиот! — он обернулся и пригрозил ему, выдвинув кулак вперёд. От злости он ещё больше покраснел. — Боже… какой позор, — он хлопнул себя ладонью по лбу и обречённо склонил голову.       — Ничего, всё в порядке, — Сакура пыталась утешить его, хотя тоже сдерживала смех.       Его упорству можно было позавидовать. Большинство уже сгорело б от стыда и удалилось, но он решил закончить начатое.       — Сакура-сан, я бы хотел угостить вас чем-нибудь и, возможно, поужинать с вами, если вы, конечно, не против.       — Она против, — это был Киба, который как раз вернулся с подносом.       Шиноби обернулся и окинул его злобным взглядом. Акамару начал рычать.       — Как видишь, ей есть с кем поужинать, так что можешь быть свободен, — Инузука подошёл к столу и умостился напротив Сакуры.       — Киба, — взмолилась она, чувствуя себя ужасно неловко. Это был намёк, что ему следовало быть мягче, но он стоят на своём.       — Слушай, паренёк, ты, конечно, крутой и решительный, но я тебе от всей души советую вернуться к своей команде, иначе Акамару сегодня поужинает твоими яйцами.       — Что ты сказал?! — парень наклонился над столом и схватил Кибу за шиворот.       Акамару уже готовился наброситься на него, а Киба резко встал, демонстрируя злобный оскал. Шиноби за их спинами превратились в болельщиков, которые подталкивали их к драке. И они действительно могли бы начать громкие разборки на кулаках и с оскорблениями, если бы не Сакура. Она стиснула запястье парня, от чего тот моментально переключил внимание и ослабил хватку.       — Киба, сядь, пожалуйста.       — Ладно. Тебе повезло, что она здесь, — Инузука показательно фыркнул, но всё же послушался. Он отвернулся и начал злобно уплетать свою еду.       — Послушайте, — она обратилась к парню, отпуская его руку. — Мне приятны ваши слова, но принять ваше предложение я не могу. У меня уже есть человек, который мне дорог. Мне жаль, что мой напарник был груб с вами, простите, — Сакура выдавила из себя намёк на улыбку.       — Груб? По сравнению с её женишками, я ангел, — саркастично проговорил Киба с набитым ртом.       — Киба-а, — взмолилась Сакура, которая мечтала поскорее закончить этот цирк, веселивший всех вокруг.       — Что? Бывший международный преступник и чувак с Лисом-питомцем, разве это не стрёмно?       — А? — парень побледнел от недоумения и неловкости.       — Не обращайте внимание. Давайте забудем об этом недоразумении и продолжим заниматься своими делами, ладно? — она любезно протянула руку в знак примирения.       Естественно, выбор у него был не велик. Он сжал её ладонь в ответ. Дольше, чем стоило, но Сакура не показывала своё раздражение. Склонив голову в последний раз, парень удалился к своим друзьям, которые приготовили свои худшие утешения для облажавшегося героя-любовника. Но это её совсем не тревожило. Сакура вздохнула с облегчением и опустилась на лавку. В отличие от Кибы, который уже доедал, тарелка Сакуры была полна и даже немного остыла.       — Блин, из-за вас всё холодное стало.       — Вас? И это вся твоя благодарность за спасение? — Киба драматично закатил глаза.       — Ты всех спасаешь через драку и оскорбления? — её брови приподнялись вверх.       — Ну, извини, у меня нет двух разноцветных глазищ, из которых вылетает огонь, приходится пользоваться человеческими методами.       Сакура не очень любила, когда люди пытались говорить с ней о Саске, но эта шутка её насмешила.       На этом тема была закрыта, и они продолжили есть. Когда им принесли данго, Киба вдруг заявил, что ребята говорили ему о привычке Сакуры питаться на миссиях одними лишь пилюлями вместо нормальной еды. Сакура усмехнулась и сказала, что сейчас старается так не делать, но раньше действительно предпочитала безвкусные таблетки.       Спустя час они уже были на границе, впереди их ждал горячий песок и дюны. Киба мрачно поморщился, предвкушая всю прелесть пустыни. Радовало лишь то, что уже вечер, и солнце не припекало сверху, но песок был накалённым. Идти по нему, конечно, было утомительнее, чем передвигаться по лесным тропинкам и деревьям, но на отдых Сакура не соглашалась, мотивируя это тем, что так они доберутся до наступления жары. И оказалась права.       Скрытый Песок предстал перед ними на рассвете. Здания виднелись издалека, вызывая желание ускориться. Сакуру жутко раздражала пыль, прилипшая к одежде и коже. Хотелось поскорее попасть в душ и перевести дыхание.       Дежурные у входа шиноби узнали её, но свиток от Хокаге всё же попросили. Простая формальность, после которой они вошли в деревню. Контраст с Конохой был колоссальный. Всё здесь было песчаного цвета. Ни одного дерева вокруг. Воздух был горячим и тяжёлым. Единственной схожестью были оживлённые улицы: шиноби, маленькие дети и очереди возле магазинов.       Резиденция Казекаге была видна с каждого угла. Похоже, дежурные шиноби уже сообщили Гааре о прибытии гостей, потому что он уже шел им навстречу с Канкуро и ещё одним шиноби.       — Добро пожаловать в Деревню Скрытого Песка, — произнёс он своим спокойным низким голосом, остановившись напротив Сакуры.       — Мне кажется, песок даже в моих трусах, — заявил Киба, пожимая руку Гаары.       — Тебе не кажется, — усмехнулся Канкуро.       — Я очень благодарен, что ты смогла выделить время для обучения наших медиков, — Гаара обратился к Сакуре. — Мы подготовили всё, о чём ты написала в письме. Но об этом мы лучше поговорим завтра, вам нужно отдохнуть.       — Не откажусь от пары часов сна, — честно призналась она.       Гаара приказал шиноби провести Сакуру и Кибу в их комнаты в небольшом доме позади резиденции. В доме было две ванных комнаты, что было очень удобно. Сакура мечтала о горячем душе, и ожидания полностью себя оправдали. Избавиться от пыли и песка было приятно. А залезть под одеяло в чистую постель ещё приятнее. Только расслабившись, Сакура почувствовала, как сильно она устала. Сон пришёл быстро и был крепким.       Сакура спала до вечера, пока не проснулась от стука в окно. Поначалу ей казалось, что это часть сна, но потом она открыла глаза и увидела птицу на балконе.       Птица?       Осознание пришло не сразу, как вдруг её глаза расширились, и она подскочила с кровати. Пол комнаты был холодным, а плитка на балконе ещё холоднее, от чего она окончательно проснулась. Сакура не ожидала письмо так скоро. Интервалы между письмами всегда составляли минимум месяц. Возможно, что-то случилось? Ей вдруг стало страшно, и она нетерпеливо развернула пергамент.       Опасайся снега в ясный день. Беги, если увидишь ледяные зеркала. Больше сказать не могу.       — Снега…? — она нахмурилась в непонимании. Какой снег? Какие зеркала? До зимы ведь ещё далеко, и даже зимой в Конохе не всегда бывает снежно. Странно. Сакура вернулась в комнату и села на край кровати, перечитывая письмо снова и снова. Она пыталась найти ответ между строк, но бесполезно. Единственное, что она поняла: это было опасно. Саске не писал бы таких загадочных писем по пустякам. Она бы хотела задать ему несколько вопросов, но он явно дал понять, что это запрещено. Посидев ещё немного с запиской в руках, Сакура решила немного прогуляться по деревне и что-то перекусить, а потом снова лечь спать.       Подъём был ранним. Ей предстояло обучать несколько групп ниндзя-медиков в три смены с семи утра до семи вечера. Кибе на этой миссии повезло намного больше. Сегодня он планировал выпить с Канкуро и клеить официанток.       Сакура хорошо помнила, как работала с медиками Песка первый раз. После войны их уровень был значительно выше, как и в любой другой деревне, ведь на поле боя всем приходилось придумывать быстрые методы излечения раненых.       Первая группа медиков-новичков нуждалась в изучении тонкостей дозировки чакры в медицинских техниках. Большинство из них плохо контролировало свою чакру при воздействии на различные органы, но к двум часам дня был заметен значительный прогресс. Они, как и Сакура когда-то, бесконечно лечили рыб и птиц, пока те не начинали дергаться.       Вторая группа состояла из медиков-хирургов. Сакуре предстояло провести операцию по излечению многооскольчатого перелома. Многие медики не могли проводить столь тонкую манипуляцию, это часто заканчивалось обездвиженностью конечности либо ампутацией. Это требовало большого запаса чакры и безупречного контроля над ней. Никаких резких движений, спокойствие и внимание. После этого занятия Сакура чувствовала себя выжатым лимоном, поэтому взяла небольшой перерыв, чтобы передохнуть.       Найти Кибу было несложно. Акамару был единственным огромным псом в деревне. Его хозяин сидел с двумя пустыми бутылками соджу и двумя шиноби Песка.       — …и вот если бы меня там не было, они бы все померли, — Киба ударил себя кулаком в грудь. — А потом… О-о! Сенсей! — он заметил Сакуру. — Ребята, знакомьтесь, это мой босс на период этой миссии. Для вас это Сакура-сан, кстати. Как дела, сенсей? — он снова засмеялся. Киба был пьян на девять из десяти.       — Явно не так радостно, как у тебя.       — Мы можем это исправить. Официант! — завопил Киба, намереваясь заказать ещё одну бутылку.       — Не стоит, я ещё планирую работать сегодня.       — Фу, скукота, — его лицо исказилось в наигранном отвращении. — Ну, надумаешь расслабиться, я всегда готов помочь, — его брови слишком многозначительно приподнялись, но Сакура решила этого не замечать. Все знали, что выпивка превращала Кибу в охотника за женскими сердцами.       — Ладно, до вечера.       Пьяный лепет продолжался, но Сакура пропустила всё мимо ушей. Она заказала себе травяной чай и направилась обратно в госпиталь, где её уже ждала новая партия учеников.       Третьей группе предстояло перенять опыт Сакуры в излечении детских психических расстройств. Её детское отделение было единственным среди всех стран и показало отличные результаты. Другие Каге тоже отправляли к ней несколько детей из своих деревень. После их возвращения Гаара решил, что в Песке тоже нужно создать такое отделение.       Методика была авторской, собранной путём множества исследований. Сакура подумывала написать книгу, но пока что её знания были коротко систематизированы в двух свитках, которые она позволила изучить медикам из Песка. Занятие было полностью теоретическим. Сакура предоставила им составленные ею классификации и списки симптомов, а также рецепты новых лекарств.       Когда Сакура ответила на все вопросы и закончила свою лекцию, за окном было темно. Она чувствовала себя выжатым лимоном и мечтала вернуться в свою комнату. Улицы деревни были полупустыми и тихими. Она медленно шагала, как вдруг остановилась возле небольшой вывески.       «Рамен».       Сакура-чан, давай поедим рамен вместе?       В груди всё сжалось. Мысли, которые она подавляла и игнорировала третьи сутки, вылезли наружу из-за одного слова.       Сакура сама не поняла, как оказалась внутри с полной тарелкой рамена. Она сидела неподвижно с палочками в руке, смотря сквозь лапшу и столешницу. Ей казалось, что она в «Ичираку». С Наруто. Узумаки громко смеялся с набитым ртом и требовал добавки. Смех такой звонкий, даже раздражает немного. А тревожит ещё больше. Кажется, она тогда покраснела, засмотревшись на него.       И краснела сейчас, думая о нём. В какой-то момент воспоминание и смех стали настолько реалистичным, что она обернулась. Перед ней был лишь пустой стул.       — С вами всё хорошо? — взволновано спросила официантка за стойкой. — Почему вы плачете?       — Что?       Сакура коснулась пальцами своей щеки. Она была влажной от слёз, которые всё это время стекали и капали на столешницу и в тарелку.       — Простите, я лучше пойду. Спасибо, — она быстро расплатилась и вышла из заведения, хаотично вытирая влажные дорожки на лице. Что это на неё нашло?       В свою комнату Сакура вернулась на трясущихся ногах, прижимая ладонь к груди. Она закрыла дверь и, прижавшись к ней спиной, сползла на пол. Её до ужаса пугал тот факт, что ей больше не удавалось думать о Наруто спокойно. Каждая мысль заканчивалась апокалипсисом. Этот запутанный клубок непонятных чувств преследовал её ещё с тех пор, как Саске впервые покинул деревню. Тогда Наруто стал самым близким для неё человеком. Они вместе росли, старались стать сильнее, дурачились, спорили, проходили миссии и просто были рядом друг для друга. Его детская мечта неожиданно стала для неё невероятно важной. Возможно, важнее его обещания.       Сакура знала, что что-то происходило, но у неё никогда не было времени подумать об этом. Были тренировки, погони за Саске, а потом война. Клубок увеличивался, завязывался в узлы, а после войны и вовсе затянулся на шее, словно петля. Она не знала, кто выбьет табуретку из-под её ног быстрее: Саске и его редкие письма или же Наруто, который перестал быть тем самым Наруто, которого она знала долгое время. В нём появилось так много новых качеств, которые очаровывали.       Но имела ли она право очаровываться им спустя столько лет? Она игнорировала его чувства, врала ему в Стране Железа и продолжала твердить о любви к другому. Так имела ли она право плакать из-за запаха рамена и далёких воспоминаний? Ей не хватало духу ответить на этот вопрос.       Спустя какое-то время Сакура поднялась на ноги, сходила в душ и выпила две снотворных пилюли. Хотелось отключиться и всё забыть.       Забыть не получалось до самого окончания миссии, поэтому в Коноху она прибыла морально раздавленной, отмахиваясь от всех вопросов Кибы. И, словно почувствовав эту беду, почти у входа её встретила Ино. Она излучала жизнерадостность и спокойствие.       Ино поздоровалась с Кибой и крепко обняла Сакуру. Та выдавила блеклую улыбку в ответ.       — До чего кислая у тебя рожа, — Ино противно поморщилась. — Ты её обижал? — грозный взгляд прошёлся по Инузуке с ног до головы.       — Пф, делать мне больше нечего, — он закатил глаза. — Короче, моя миссия закончилась, поэтому я пойду домой. Приятно было сотрудничать.       — Да, — Сакура кивнула.       — Приходи вечером в гости, я уже всем сказала, только вас двоих ждала, — радостно известила Ино, на что Инузука одобрительно покачал головой и направился домой с Акамару.       — Итак, — любопытно протянула блондинка, внимательно разглядывая лицо подруги. — Что тревожит твою голову в этот раз? Или кто?       — Ино, я неделю отсидела в Скрытом Песке и дважды пересекла пустыню, давай отложим серьёзный разговор до вечера, ладно? Мне нужно домой, к Хокаге и в госпиталь.       — Ой-ой, какие мы важные, — Ино закатила глаза. — Ладно, иди. Но! — она ткнула Сакуру пальцем в лоб. — Я жду тебя вечером со всеми подробностями, в хорошем настроении и без твоих вонючих бумажек с болячками, поняла?       — Ага, — вяло согласилась Сакура, обреченно вздыхая.       Ей очень хотелось сходить в душ, заползти в кровать, укрыться с головой, предварительно наевшись снотворных пилюль, и проспаться, пока не попустит. В реале же она выполнила лишь первый пункт из списка и поспешила к Какаши. Сакуру ещё никогда так не пугали улицы родной деревни. Сердце замирало каждый раз, когда вдалеке ей мерещилась светлая макушка. Благо, все они были лишь плодом больного воображения, и до кабинета Хогаке она дошла без той самой встречи, которая, как казалось, принесёт конец света. Какаши как раз разбирал отчёты, когда она вошла.       Он расслабленно сидел в кресле без своего плаща. Его взгляд был уставшим, но приятным. На его лице появилась улыбка, из-за которой в уголках глаз выступили морщинки.       — С возвращением. Как всё прошло?       — Надеюсь, с толком. Время покажет, — Сакура подошла к столу и передала свой отчёт. — Новые распоряжения?       — Пока что нет, отдыхай.       Вежливо поклонившись, она покинула кабинет Хокаге и направилась в госпиталь. Персонал был рад её видеть. Особенно мужского пола. Они выскакивали один вперёд другого со своими комплиментами и навязчивыми предложениями, которые Сакура успешно проигнорировала. Сейчас её интересовало только детское отделение и несколько пациентов в хирургии.       Детская радость была самой искренней. Здесь она отдыхала по-настоящему. Её сердце согревали детские улыбки и их звонкий смех, заливавший палаты. Было немного грустно выписывать их, но с многими она снова встретится в Академии. Кстати, как там её ученики в Академии? Нужно назначить лекцию в ближайшее время.       Обход занял у неё три часа. Небо за окном окрасилось в ярко-оранжевый цвет. Она обещала прийти к Ино, хотя вовсе не хотела этого. Но всё же вернулась домой, переоделась и направилась к дому подруги. Под окнами Ино росло много цветов, а вокруг дома был аккуратно постриженный газон. Сакура остановилась на пороге с намерением вежливо постучать, но, услышав громкую музыку и шумную болтовню, поняла, что это бесполезно. Поэтому она просто открыла дверь и вошла.       Кажется, здесь собрались все, кроме неё. Первым в глаза бросился Ли, который, как обычно, устроил в гостиной полигон для соревнований. Он старательно отжимался на двух пальцах, пока Чоуджи и Тен-Тен считали вслух. Шикамару лениво наблюдал за этим с дивана и зевал так, словно не спал всю жизнь, а потом и вовсе закурил. Естественно, Ино дала ему за это подзатыльник.       — О, Сакура! Я уже думала тебя не будет.       — Я…       — Задержалась в госпитале, да-да, мы знаем, — Яманака взяла её за локоть и потянула за собой в глубь дома. Там были Шино, Хината, Сай и Киба, выполняющий функцию бармена за кухонной стойкой. Кажется, он снова переборщил.       — Ино, — Сакуру волновал один вопрос. — А где Наруто?       — Я здесь.       Сакура вздрогнула и резко обернулась, когда Наруто мягко коснулся её плеча. Она застыла с раскрытым ртом и чувствовала себя самым тупым созданием на свете. Он, чёрт возьми, услышал её вопрос.       — Прости, не хотел напугать, — Наруто был спокоен. Даже хладнокровен. — Как прошла твоя миссия?       — Тш-ш-ш-ш, — протянула Ино, — сегодня она не обсуждает с нами свою работу. И мы её не провоцируем это делать, ясно тебе? — она щёлкнула пальцами перед носом Наруто. — Иди сюда, — она подтянула Сакуру ближе к кухонной стойке и усадила на соседний стул рядом с Саем. — Киба, ей нужно расслабиться.       — На раз-два, — уверенно заявил Инузука, вскрывая бутылку соджу.       Сакура всё это время мечтала испариться или умереть. Она не могла отвести взгляд от Наруто. Кажется, она молила его о помощи, но Ино уволокла его в другой конец комнаты, заявив, что он мешает Сакуре расслабиться. К сожалению, это было правдой. Пришлось согласиться, но интерес был сильнее. Наруто умудрился умоститься с Шикамару и Чоуджи на ближайшем к кухне диване, чтобы Сакура оставалась в поле его зрения. Он играл в шоги с Шикамару и делал это совершенно бездарно, почти не глядя на доску.       Его взгляд был намертво приклеен к кухне. Он следил за каждым её движением. И ещё внимательнее — за движениями Кибы. Сакура больше не поворачивала голову, но чувствовала его взгляд на своей коже. Она сидела так прямо, словно натянутая струна, и упускала все шутки Кибы.       — Когда ты собираешься поговорить с ней? — вдруг произнёс Шикамару.       — Что? — Наруто вспылил и резко хлопнул фигурой по доске. Этот вопрос отвлёк его от наблюдений и застал врасплох.       — Не надоело жить в неизвестности? — Шикамару продолжал спокойно развивать свою стратегию.       — Это не так просто, я…       — Боишься?       — Нет! — и снова нервный хлопок. — Боже, — он тяжело вздохнул и снова посмотрел на Сакуру. — Она ведёт себя странно. Знаешь, она раньше избивала меня и злилась по пустякам, а сейчас даже посмотреть на меня боится лишний раз.       — Я бы тоже боялся, если бы ты на меня так глазел всё время, — с умным видом констатировал Чоуджи, жуя свои чипсы.       — Да вы вообще на чьей стороне?! — Наруто подскочил с дивана, привлекая внимание окружающих. — Блять, — он сел обратно и продолжил свои бессмысленные ходы.       — Вот же болван, — было непонятно, говорил Шикамару о его игре или отношениях с Сакурой.       Какое-то время они играли молча, Наруто даже попытался сосредоточиться, но потом уловил боковым зрением странные движения со стороны Кибы. Он обернулся и замер с деревянной фигуркой в руке. Его челюсти стискивались всё сильнее с каждой секундой, потому что Инузука наклонился к Сакуре через стойку, навязчиво двигая к ней стакан. Сакура отрицательно качала головой, выставив одну руку вперёд, опираясь, но вместо мозгов у Кибы было соджу.       Давай, врежь ему.       Раз. Киба протягивает к ней свою блядскую руку. Два. Сакура отклоняется максимально назад и до сих пор блять не врезала ему. Три. Пальцы Кибы смыкаются на её запястье и тянут обратно к стойке. С наглой улыбкой. Тошнотворно-ехидной улыбочкой.       Наруто не помнил, как подскочил на ноги. Как Чоуджи пытался его остановить и как Шикамару сказал тому: «Отпусти, это важно для него». И Чоуджи отпустил. Между диваном и стойкой семь широких шагов.       Напуганное лицо Сакуры не могло остановить Наруто, сжимающего воротник Кибы, который, кажется, протрезвел за секунду, но среагировать не успел. Кулак, прилетевший в его лицо, сломал ему нос. Боль была адской, а хруст слышали все, кто был рядом. Из глаз посыпались звёздочки, и он приземлился задницей на холодный пол, прижав руки к лицу. Между пальцами просачивалась горячая кровь.       Все в доме сбежались на крик Сакуры и последовавший за ним шум. Картина маслом: Наруто, шумно дышащий от злости, Сакура, с застывшим ужасом на лице, Сай, пытающийся помочь, и Киба, утопающий в кровище из разбитого носа.       — Наруто! — завопила Ино. — Что ты делаешь? Блин, Киба, ты жив? Какой ужас!       — Киба-кун, — послышался обеспокоенный голос Хинаты.       Наруто не видел никого из них. Он смотрел на Сакуру в упор и ждал неизвестно чего.       — Нравится, когда пристают? — злобно выплюнул он.       — Что? — её глаза расширились до предела. Она не верила своим ушам. Наруто не мог такого сказать.       — Ясно, — он сжал кулаки и кинул ещё один взгляд в сторону Кибы. Захотелось врезать ещё раз, но он себя сдержал. Наруто резко развернулся и зашагал к выходу. Дверь громко хлопнула. Неловкое молчание прервал Сай.       — Ты же знаешь, как он относится к Сакуре, на хрена ты к ней полез?       — Да откуда я знал? — невнятно пробубнил Киба.       — Не строй дурака, все знают.       Все знают.       Сакура почувствовала, как все взгляды в комнате приковались к ней. Она прикусила губу и посмотрела на захлопнувшуюся дверь, но долг медика не дал ей уйти так просто. Она подбежала к Кибе и присела рядом, коснувшись ладонью его лица.       — Я остановила кровотечение и убрала боль, но перелом исправлю завтра. Приходи в девять. Извини, что так получилось, — Сакура подскочила на ноги. — Пожалуйста, извините нас! — проговорила она, выбегая из дома.       Сакура бежала с удивительной уверенностью. Она словно преследовала ауру напряжения, которая тянулась шлейфом за ним, и ей действительно удалось догнать его. Он шагал быстро и нервно, запихнув руки в карманы штанов. От него веяло злостью.       — Стой!       И он остановился. Сакура продолжала подходить ближе. Из неё вырывался неконтролируемый поток слов.       — Ты вообще думал своей головой? Нельзя просто так брать и ломать людям носы! Наруто! Я с кем разговариваю? Обернись и посмотри на меня. Скажи мне ещё раз в лицо то, что сказал на кухне. Что такое? Стыдно в глаза смотреть? Ты!.. — Ты.       Когда он обернулся, её монолог закончился. Два шага — и Наруто был рядом. Его взгляд был свирепым. Стало страшно, и Сакура закрыла глаза. Неожиданно его ладонь коснулась затылка. Губы обожгло горячим дыханием, и прежде, чем Сакура успела осознать происходящее, Наруто поцеловал её. Отчаянно и настойчиво. Так, как давно хотел.       Господи, Сакура.       Он не сдерживался, вынуждая её приоткрыть рот и вздернуть подбородок ему навстречу. Кончик языка прошёлся по нижней губе и проскользнул между зубов, соприкасаясь с её языком. К лицу прилил жар. Рука с затылка сползла к шее, а затем коснулась щеки. Наруто отстранился всего на пару сантиметров и соприкоснулся с ней лбом.       — Я люблю тебя, — прошептал он.       Три слова больно ударили по ушам, словно тяжелый молот. В глазах помутнело.       — И я блять так сильно устал любить тебя безответно, — засевшая в глубине души боль и обида пропитали каждое сказанное им слово. Он отстранился окончательно и посмотрел на неё. Его взгляд был холодным и решительным. — Поэтому давай оставим друг друга в покое, ладно? Я больше не буду навязывать себя, а ты не пытайся быть со мной милой. Не из жалости уж точно.       Земля постепенно уходила из-под ног. Она отказывалась воспринимать эти слова хоть как-то.       — Наруто, я не… Какая жалость? Наруто, я… — Сакура не могла перестать всхлипывать. Из-за слёз она даже не видела его перед собой.       — Сакура-чан, мы оба знаем правду. Я бы очень хотел, чтобы ты смотрела на меня так, как на него, но это не так. Поэтому, пожалуйста, давай сделаем, как я прошу. Сегодня я разбил нос Кибе, и я не знаю, что сделаю завтра, если мы продолжим жить в этой неопределённости. Прости, но я так больше не могу.       Ответа он не ждал. Было мучительно стоять и смотреть на её слёзы. Наруто развернулся и зашагал прочь. Каждый шаг давался сложнее предыдущего. Хотелось вернуться и обнять её, но он знал, что так будет лучше. Это всё не имело смысла с самого начала. Он чувствовал себя полным идиотом и ненавидел тот день, когда решил прийти к ней с цветами.       С каждым шагом ком в горле увеличивался. Всю дорогу в ушах звенели её всхлипы, а привкус на губах никак не пропадал.       И пропадёт ли?