Пепел и пламя или череда переосмыслений

      Следующее утро было безмятежным, притворно-умиротворённым затишьем перед бурей, поскольку вечер обещал быть утомительным. Закрыв рабочие дела, Арина стала готовиться к мероприятию, весьма бесполезному для её работы, но невероятно важному для Юли Пчёлкиной. Которая, к слову, ждала подругу, ещё с самого утра интригуя «занимательной находкой».    Долго ждать она не заставила, входная дверь распахнулась, и Арина, сбросив туфли, прошла вслед за хозяйкой квартиры, быстро исчезнувшей в небольшой гостиной.        — Вау, Риша, а тебе очень идёт.       Юля вернулась к зеркалу, окинула взглядом отражение подруги и, подхватив оставленную кисть и спешно завов ей по веку, принялась докрашивать глаза.       Арина в очередной раз опустила взгляд на своё подобранное ещё вчера платье. Оно висело в шкафу, прижатое к дальней стенке повседневной одеждой, и, вероятно, и предположить не могло, что когда-то увидит свет. Девушке ещё с момента покупки казалось, что у него ну уж слишком открытый верх, а отсутствие рукавов будет постоянно смущать и сковывать движения, что не мешало ей выходить в нём в особые случаи. Неудивительно. Альтернативы ему она так и не приобрела.       — Спасибо, — отозвалась Арина и, разгладив атласные тёмно-синие складки подола, опустилась на диван.       Лицо её разгладилось, брови приняли своё естественное, немного хмурое расслабленное положение. В уединённом от тревог уголке напряжение спало, и девушка блаженно утопла спиной в мягких подушках. Здесь начиналась её зона комфорта, здесь можно молчать, в ответ на вопросы просто кивать, можно слушать, а можно вздорить и не стесняться в выражениях, можно быть собой.       — Это а, эм-м… — Рина немного оторопела, наблюдая за тем, как Юля заправляет волосы под сеточку и крутит в руках блестящий красными стразами парик. — А мы точно должны НЕ привлекать внимание? — она скептически окинула взглядом засиявшую на свету прическу Пчёлкиной.        — Именно, — Юля закончила с волосами, повозилась в шкатулке и, выудив какую-то небольшую вещицу, блестящую ещё ослепительнее своей прически, присела рядом с Риной. — Там, куда мы идём, все будут выглядеть именно так, если не хлеще. Так что с твоими волосами тоже надо что-нибудь сделать.       Не успела Арина опомниться, как на её открытое декольте опустилась холодная сверкающая цепочка с переливающимися маленькими камушками.       — Так, нет. Я не хочу себе диско шар вместо волос, — девушка грозно выставила руку, не подпуская Юлю ближе. — Мне не до этого сейчас. Ты собираешься убить меня своими интригами? Расскажи наконец, что ты нашла!       Юля расплылась в довольной улыбке. Её смешила и проносила искреннее удовольствие та одержимость делом Чумного доктора, которая потихоньку овладевала подругой. Не желая больше томить, она достала телефон, открыла галерею и показала свой добытый прошлым вечером трофей. Снимки набросков, эти рисунки было довольно сложно назвать фотороботом, на которых была изображена маска, напоминающая те, что были на докторах во время эпидемии Чумы.       — Один из полицейских, Майор Гром, видел что-то такое в ту ночь у дома Гречкина.       — Майор Гром? — удивлённо переспросила Арина и чуть погодя задумчиво добавила. — Он же не сотрудничает с журналистами, как ты смогла сфотографировать материалы дела?       — Не столь важно. — Кокетливо увильнула Пчёлкина.       — Юля!

***

      Девушки прибыли в назначенное место в самый разгар празднества. Украшенные в особой стилистике залы кишели гостями, которых оказалось так много, что Арина и Юля с трудом прошли внутрь. Пчёлкина знала куда шла, приглашённые были при полном параде и сверкали драгоценностями со всех сторон, да так, что даже самое нарядное платье Арины сейчас казалось ей мрачным. Украшения помещений переливались разными цветами, золото сверкало со сцены, игровые столы, обшитые красным сукном, с разложенными на них глянцевыми игральными картами привлекали своей яркостью. Всё выглядело как полагается подобному заведению.        Непринуждённо оглядываясь по сторонам, Арина вмиг вошла в образ, приосанилась, приняла бокал шампанского от подошедшего официанта, ненавязчиво склонилась к подруге и зашептала.       — Я буду искать одного, ты останешься здесь?       — Буду на первом этаже. Встретимся, как начнётся речь, и, Ришь, дай ка сумочку, — не спуская глаз с кого-то в толпе, девушка протянула руку. Арина вложила в неё свою небольшую сумку. — Спасибо.       Юля растворилась в толпе. Арина решила тоже времени зря не терять и направилась к лестнице на второй этаж, откуда, как она предполагала, сможет высмотреть того, за кем пришла сюда. Разумовского.       Он обязан быть здесь. Пропустить такую масштабную встречу богачей он попросту не посмеет.       Или же у него есть особая причина находиться здесь?       Как бы странно ни было подозревать его, Арина решила не исключать и такой сумасшедший вариант. В конце концов пока только он по необъяснимой причине казался ей подозрительной фигурой в этом деле.       И тут взгляд наконец зацепился на нужном объекте. Да, это точно он. Рыжий мужчина в официальном костюме стоял на противоположной менее загруженной людьми стороне балкона второго этажа и как-то странно оглядывался, будто тоже кого-то искал. Даже с такого приличного расстояния нельзя было не отметить это волнения.       Аккуратно протискиваясь между людьми, Резницына бесшумно и быстро подобралась чуть ближе, стала выглядывать его, но на прежнем месте его не оказалось. Рыжая макушка исчезла из виду. Даже поблизости нигде не было рыжеволосых людей, чтобы перепутать. Что за чёрт? Девушка непонятливо закрутила головой, взгляд бешено метался от джентельменов в таких же чёрных костюмах до дам в роскошных платьях, проходился по перилам всех этажей. Нигде. Разумовский словно испарился. Может ушёл в подсобные помещения?       Вдруг шум на первом этаже стал стихать, новоиспеченный владелец казино уже начал свою речь и большинство посетителей скопилось на первом этаже. Арина же, вспомнив уговор с Пчёлкиной, на время отложила свою погоню за тенью Разумовского и, попивая шампанское, спустилась на первый этаж.       — Куда так спешишь? Расслабься. — Юля, возникшая словно из неоткуда, мягко перехватила руку подруги, замедляя её шаг, и отвела поодаль от основной массы посетителей. Резницына и не заметила, что невольно разволновавшись, стала нервно комкать пальчиками платье и ускорять шаг.       — Он всё время где-то рядом, но я не могу его найти, — измучено выдохнула Рина и отпила шампанского, снова перебирая глазами толпу вокруг.       — Ришь, сейчас нет смысла его искать в такой толпе. Пойдём, лучше со мной. Вдвоём будет легче увидеть неладное, если вдруг что. — Заговорщицки шепнула Пчёлкина и потянула Рину за руку, уводя за собой. Недовольно цокнув, та поддалась.        Когда девушки прошли до другого конца зала, их глазам предстал серьёзного вида мужчина тоже заинтересованно разглядывающий толпу, и совсем их не замечающий.        — Знакомься. Это Игорь Гром.       Арина мимолётом осмотрела его с ног до головы, машинально запоминая примечательные детали. Тяжёлый взгляд выдавал в мужчине матёрого полицейского как и порезы на лице, а вот новый, идеально выглаженный костюм явно не принадлежал ему, хоть и сидел идеально по размеру. Такой как он не стал бы заморачиваться над внешним видом. Значит и у его визита сюда есть определенная цель. Интересно, служебный пёс вынюхивает информацию о ком-то присутствующем здесь или же уже имеет конкретные подозрения?       — Мы уже знакомы, — Рина приветливо улыбнулась и протянула ему руку. Игорь же Арину не узнавал, что было видно по его лицу. — Я брала у вас интервью пол года назад. — Пояснила она, на что майор покачал головой, припоминая, и крепко пожал её руку.       Девушки в нарядных платьях пели на сцене. Звонкие голоса разлетались по помещению. Рина смешалась с толпой, смогла немного расслабиться, предвкушая провал сегодняшней миссии, ведь Разумовского найти уже отчаялась, и умилялась, как бы невзначай посматривая на Юлю и Игоря, не отходивших друг от друга ни на шаг.       — Так, пойдём, тебе домой пора.       — Тщ-тщ-тщ, — заулыбалась Пчёлкина, ловко улизнув из рук Грома. — Если будешь вести себя, как идиот, то нас с тобой отсюда обоих выгонят, ты понял?        — Ну вы развлекайтесь, а я пойду носик припудрю… — перед тем как оставить голубков ворковать наедине Арина подмигнула Юле, на что та закатила глаза.  

***

      Душащая тревожность постепенно возвращалась, острыми иголочками колола душу всё сильнее, заставляя чуть-ли не выкручивать пальцы от гнусного ощущения собственной беспомощности. Прошёл не один час, а новой информации так и не было добыто. Силы потрачены зря. Вся надежда оставалась на Пчёлкину.       Из груди вырвался тяжелый вздох. Арина, в сотый раз проходя по одним и тем же местам, из последних сил надеялась заметить Разумовского, но увы, всё тщетно. Он не появлялся в поле её зрения уже не первый час, скорее всего она больше не увидит его. Ловить здесь больше нечего. Арина приняла решение покинуть вечеринку, но прежде выдохнуть и хорошенько всё обдумать.       Ночное небо успокаивало разгоряченную голову и дарило недостающую свежесть. Держа тлеющую сигарету между пальцев, девушка обхватила один её край губами и недоверчиво затянула едкий дым, полностью наполняя лёгкие. Прикрыв глаза, она опёрлась спиной на стену открытого балкона. Никотин горько-сладким привкусом тут же осел на язык, а через пару секунд отдал в голову. Недовольно поморщившись, Рина поспешила выдохнуть, закашлялась.       — Бе, дрянь какая… — покрутив сигарету в руках, осмотрев со всех сторон, девушка разочарованно потушила её об металлические перила. — Успокаивает, успокаивает… ничерта не успокаивает, я ещё больше разозлилась.       Эйфория от дыма продлилась не так долго, как хотелось бы, и вскоре Рина снова стала нервно мерить балкон шагами.       Сергей Разумовский. Точно ли он к этому причастен? Неужели и в этот раз я ошибаюсь? Неужели и в этот раз…       Но тут шестерёнки в её голове натужно заскрипели и медленно, но сдвинулись с мёртвой точки.       Хм, а что такой человек, как Сергей, делает в казино? Он филантроп, а не эгоист. Решил Альберта Адамовича поддержать? Партейку сыграть? Уж не представлю такого. Не такой он человек. Тогда что он делает на подобном мероприятии?              Как кстати в голове всплыли смутные воспоминания, услышанные карем уха новости о недобросовестности фирмы Альберта Адамовича, негодования общественности, а в особенности… Разумовского.       Гул из приоткрытого окна усилился. Из общего гомона выбивались два особенно ярких мужских голоса. Один молодой и довольно приятный, а второй низкий и охрипший.       — Это здание пережило революцию, — на кресле вальяжно развалился Разумовский, раскинув руки в стороны. Белая рубашка слегка примялась и складками обволакивала стройное тело мужчины. Чуть прикрыв глаза, он разговаривал с владельцем казино. Вот сейчас он выглядел уверенным, как обычно выглядят богатые люди. Хотя, возможно, тому поспособствовал алкоголь, коего было в избытке.        Резницына с трудом сдержала восторженные ругательства. Вот он, почти что сам пришёл к ней, так ещё и двигает какие-то речи про «карман к гробу не пришьёшь». Как Арина проклинала себя в тот момент, что отдала Юле сумку со всем оборудованием. Этот весьма и весьма подозрительный разговор останется между ними тремя. Ариной, Разумовским и Альбертом Адамовичем.       Внезапный грохот оборвал их диалог. Следом, не дожидаясь пока гости опомнятся, стало оглушительно биться стекло. Казино наполнил перепуганный визг, посетители ринулись к выходам, сшибая всё на своём пути. Арина в ужасе отпрянула от окна, прячась в тень своего неосвещённого убежища. Времени на размышления у неё не было, ведь внутри, где-то в обезумевшей топе осталась Юля. Надеясь, что Гром, наверняка находящийся рядом, сможет защитить её, Рина, движемся страхом стать уязвимой в одиночестве, сорвалась с места в сторону единственного выхода — двери обратно в залы.       Сердце билось птицей в клетке. Я должна убедиться, что Юля в безопасности, как же не хочется сейчас кого-нибудь терять, совсем не подходящее время.       Большие тёмные фигуры людей в масках громили всё, что попадалось им на пути, запугивая рвущуюся к выходам толпу, а сейчас угрожают расправой, беспомощно лежащему, Разумовскому.       Люди в ужасе пытались спрятаться, но вместо этого, как прессом, сжимали друг друга. Рине не посчастливилось оказаться буквально в центре толкучки. Без шанса сбежать, она едва могла пошевелить плечами, чтобы сделать глоток воздуха, даже когда толпа чуть утихомирилась и перестала рваться прочь. В широко распахнутых от страха ледяных глазах мутнело и плыло, сквозь пелену девушка видела маски террористов, точь в точь как на набросках, показанных Юлей этим утром, видела их кожаные куртки, разрисованные эмблемами с мерзкой вороньей маской.       Это те кто убили Гречкина? Почему их так много? Что…       Раскатистый бас одного из банды дошёл до кульминации, мужчина со всей силы замахивается монтировкой на беспомощно лежащего на полу Разумовского. Арина вздрогнула и испуганно выпучила глаза, когда в тот же миг стеклянный стакан, вылетевший из толпы, со звоном разбился вдребезги об напыщенную физиономию террориста.       Толпа снова рванула прочь, и девушка, улучив возможность, вырвалась из душного плена и, не теряя ни минуты, бросилась к лестнице, где мелькнула знакомая сверкающая алая причёска.

***

      Юля, как истинная журналистка, сразу же включила камеру. Такого репортажа точно ни у кого не будет. Арина быстро, насколько позволяли каблуки, пролетела на второй этаж, уворачиваясь от развернувшейся вокруг драки. Через перила противоположной лестницы упали вниз, забрав с собой пару несчастных, несколько избитых бандитов. Гром, не успев проводить их взглядом, моментально увернулся от удара со спины и едва не отправился следом. Арина, поднимая подол платья, пролетела вдоль перил, пригнулась, пропустив летящего прямо на неё амбала, что чудом не огрел её ботинком, перелетая за ограждение. Она разогнулась, тяжело дыша, ринулась было дальше, но не уследила за ситуацией, отвернулась, выискивая взглядом Юлю. А когда повернулась обратно, тут же оказалась сбита и впечатана спиной в перила. Опора ушла из под ног. Сердце ушло в пятки, ощущение свободного падения охватило Рину, она взвизгнула, с перепугу зажмурилась и замахала руками, в последней надежде ухватиться за что-нибудь. И вот рука ударилась обо что-то твёрдое, пальцы машинально сжались, и девушка отчаянно потянула незримую опору на себя.       — Ты цела?       Резницына не услышала. Как только она почувствовала ногами твёрдый пол, то в полной мере ощутила то, насколько далека она была от пола первого этажа и близка к серьёзной травме. Холодок окутал её голые плечи, она затряслась, но лицо сохранило жесткую бесстрастность. Вот уже реальность потихоньку возвращалась к ней. Она снова слышала гул и крики, а не собственное сердцебиение, видела не потолок, а встревоженные синие глаза напротив, и чувствовала тяжесть чужих рук на талии. Арина с недоверием оглядела Разумовского. Тот, заметив её взгляд, стушевался, отступил, неловко потирая руки.       — Арина? Всё хорошо?       — Да… да. Спасибо. — Пролепетала Арина, подобралась и зашагала прочь.

***

      Вскоре подоспела полиция. Красно-синие маячки освещали полутьму ночи. Юля в ценности и сохранности стояла на порожках казино, откуда полиция выводила задержанных, и снимала последние кадры с места происшествия.       — Вот мне интересно, она хоть когда-нибудь расстаётся с камерой, а? — вытирая рукавом кровь с лица, поинтересовался изрядно потрёпанный Игорь.       — Нет. — Коротко и ясно ответила Резницына и поправила накинутый на плечи пиджак, который любезно одолжил Гром. Дорогая чёрная ткань пропахла потом и пропиталась кровью, но главное грела.       Сейчас, стоя рядом с Игорем, опытным полицейским, она вспомнила о расследовании. Он наверняка знает много деталей, во всяком случае больше, чем доступно ей, и, если верны догадки, то может подозревать Разумовского. Стоит ли поговорить с ним об этом? Если Арина не права, то этот разговор оборвёт неверный след, наведёт на новый. Но расскажет ли он ей, журналистке?       Девушка, делая вид, что поправляет развалившуюся укладку, исподтишка оглядела суровое лицо майора.       Пусть она и осмелилась заговорить с ним об этом, то не успела бы. Долг обязал Грома без промедлений во всех подробностях объясниться перед подоспевшим начальством.

***

      Поистине странное событие. Разумовскому угрожали. Чуть ли не пришибли монтировкой. Но кто это были? Те, кто убили Гречкина ради мести? Но если мотив месть, то за что угрожать Разумовскому с чистейшей репутацией?       Если придерживаться теории о самом Разумовском, то всё ещё более запутанно. Если Гречкина убил он, сегодня был в не свойственном себе месте, высматривал Альберта Адамовича, насолившего ему, вёл с ним странные, угрожающие разговоры, то почему не расправился, как с Кириллом? Не успел? Или…       Арина тяжело выдохнула, яростно утёрла зудящие от усталости глаза и, перестав мерить комнату шагами, упала на диван. Пальчики затеребили волосы, лениво собирая их в две, язык не поворачивается назвать их косичками, дабы волосы опять не спутались, если она случайно уснёт. В полутьме комнаты, освещаемой одной настольной лампой, то и дело загорался экран оставленного тут же на диване телефона. Мимолётом глянув, кому же она понадобилась в два часа ночи, Арина удивлённо вскинула брови.        — Отец с матушкой решили вспомнить обо мне? — девушка перекатилась на живот, поудобнее перехватив телефон, пролистала переписку и пробежалась глазами по нескольким строкам.        Как ты, дочь? До нас доходят тревожные новости из Санкт-Петербурга. Мы надеемся, что с тобой всё в порядке.       Удивительно, как буквы могут передавать интонацию сказанного да так точно, что на душе стало тошно. Швырнув телефон на ковёр, Рина попыталась выбросить из головы всё произошедшее сегодня, пообещав себе разобраться со всем завтра утром. На свежую голову и думается лучше. Скинув с себя платье, Рина прикрылась пледом и скрутилась калачиком.       Новые догадки, зацепки — всё, что вызывало подозрения уже этим утром окажется здесь, на рабочем столе в новой, пока пустующей папке для документов.