Паракосм

К наступлению пасхальных каникул многое поменялось в стенах Хогвартса. Чарли с другими драконоборцам успешно забрали только вылупившегося Норберта, и гриффиндорцы с облегчением вздохнули после отбытия нежданного питомца. Кокоми зубами и когтями выхватывала баллы для факультета в свободное время, и продолжала подготавливать подземный зал. Даже познакомилась с Плаксой Миртлл, мягко обернув хрупкое мертвое эго милыми речами и привив ей привычку наблюдать за другими туалетами, чтобы разобраться в новых косметических чарах, а также для сбора новостей. А пока неупокоенная отлучалась, разгоряченная наплетенными Сангономией интригами, блондинка быстро пролезала вниз. Гриффиндор и Слизерин в этом году заметно обходили другие факультеты в общем зачете. В начале апреля, Гриффиндор в пух и прах размазал Когтевран на квидичном поле, но обойти Слизерин по баллам им так просто не удалось. Однако балбесы Пьюси и Маркус в усмерть упились за трибунами, попались Спраут и Минерве, отчего почти все победные баллы улетели мантикоре под хвост. Издалека Люк наблюдал, как Снейп, несколько старост, а также его тейватская подруга устраивают темную этим идиотам. Зрелище было не для посторонних, но Виндр отличался хорошим зрением. К сожалению, Кокоми едва ли шла на контакт. Все также улыбчива на зельеварение, также доброжелательна и заботлива с помощью по истории, и всегда ожидающая подле выходов с упорядоченными конспектами по ее исследованиями. Но больше не было завтраков, посиделок в пустых классах и библиотеке. Железный занавес в обороне, и точка. Разговоры стали такими пресными, что иназумка перестала оберегать их дезиллюминационными чарами. Однако кое-где, несмотря на временную антифазу, они все же сошлись. В купе «Хогвартс Экспресса» тейватцы обоюдно благословляли маленькую передышку от школы волшебства и магии. — Никакого Дамблдора, — прикрыв глаза, засмеялась Кокоми. — Ты помешана на нем. — Вовсе нет. — Кого ты обманываешь. Я видел, как на истории ты второй рукой его биографию писала, — усмехнулся Люк. — Маленькая фанатка старого интригана. — Ужасно бестактно, мастер Рагнвиндр. А вот вы мне скажите, в следующий раз, когда Гарри поймает снитч, вы с Вудом от радости сольетесь в триумфальном поцелуе? Брови Дилюка поднялись домиком. — Я за такое и на дуэль вызвать могу. — За «маленькую фанатку» тебе ответка, — фыркнула Кокоми. — А если серьезно, вы с Вудом обречены на безответную любовь с квиддичем. Кстати, смотри, что я выяснила… Слизеринка начала искать что-то среди толстых связок пергамента и кожаных тетрадей. Достав иссиня-черную книгу, она не глядя распахнула ее и протянула Дилюку. — Гляди. Я нашла по нескольким источникам несостыковки в перемещениях нашего директора в начале сороковых годов. Он не единожды отлучался из Англии, и думаю, все эти поездки были нелегальными. По поводу нелегальных портключей расскажу позже, но они определенно замешаны. Также я разыскала изготовителей строго экспериментальных палочек для магглов. Люк одарил подругу испытывающим взглядом. Синие глаза полыхали энтузиазмом и азартом. В свете мелькающих полей эта картина ненасытности и желания начать бойню расцветала на лице военной преступницы, заточенной в теле двенадцатилетнего ребенка. — На самом деле устройство нехитрое, так как по факту ей все равно управляет волшебник, просто, не маг способен полностью отслеживать все заклинания, которые сотворены этим изделием. По факту, это просто хороший транслятор магии для всех людей. Некий Брайн Д. числился заказчиком для одной такой палочки, — Кокоми ткнула в строгие таблицы. — Время заказа тут. В сорок пятом году, с такой палочкой было совершено покушение на убийство, — перевернув страницу, Кокоми показала репродукцию выцветшей газеты. Дилюк притянул тетрадь. — Нет, ну хватит, серьезно. Главнокомандущая, вы ведете себя как томная воздыхательница. Покушения на него? Ты считаешь, что Дамблдор подсылал магглов к нему? Дилюк ткнул в заголовок, и его густые брови от переизбытка эмоций рачертились к переносице. Надо было в срочном порядке осадить Сангономию. — Все совпадает по срокам. А этого маггла использовали для шантажа, — кивнула на полном серьезе. — Почему же такая сомнительная вещь умалчивалась полвека? Почему только ты догадалась об этом? Давай! — подначивал ту Люк. Кокоми примолкла, и с хитринкой отвела взгляд в окно, вмиг заинтересовавшись мелькающими там пейзажам. — Откуда ты узнала о палочках? — расплылся в самодовольной улыбке Рагнвиндр. — Душа святая? Как ты умудрилась связаться с такой темной стороной, сидя на гребанных парах первокурсников, когда за тобой по пятам ходят дежурные учителя? Святые семеро, ты нарвешься. Я прекрасно помню законодательство, и продажа магии магглам это что-то покруче половины преступлений. — Пх, — прыснула Кокоми, и ее губы растянулись в самодовольной улыбке. — Неприлично рассказывать секреты леди. К тому же мне еще надо будет наведаться в эту контору. Как раз таки из-за моего маленького открытия определенные миазмы расползлись вокруг этой стародавней раны. Во славу Моракса, это будет хорошая операция. — С кем я дружу? — взвыл Люк, и сполз по сиденью вниз. — Кого бы ты там не шантажировала, будь осмотрительна. — Вообще это кошмарно, сколько дел у меня на этих каникулах. Я зашьюсь, слово честное, — пожаловалась Кокоми. — Зато потом вновь перерыв до лета. Но я надеюсь разобраться с Энкономией к концу мая. — А где ты собственно расположила это все? По твоим расчетам это должен быть зал грандиозных размеров. — Я если честно, ни хиличурла не поняла, что за катакомбы под школой такие, но туда можно заплыть с востока, два грота влево, проползти вниз, там есть расщелина, через нее проплыть около пятидесяти метров, и там через коридор до развороченной решетки. Можно через школу, но там еще опаснее проходить, и с твоим неотлипающим от тебя детсадом я даже говорить не буду о втором ходе. К тому же с того люка все три затворки отпираются исключительно на змеином, а через озеро можно кому угодно пройти. Я тебе отдавала карту. — Что? — Дилюк мог поклясться, что иногда он переставал поспевать за растекающейся мыслью Кокоми. — Как я по твоему должен под водой находится столько. — Кстати да, ты же у нас мужчина огненный, — задумалась Кокоми. — Воздушный пузырь? Вроде я припоминаю что такие чары есть… Уточнить нужно. Остальные карты я тебе передала в прошлый понедельник. Ты их читал? — на секунду поймав растерянный взгляд Дилюка, Кокоми обреченно вздохнула. — Когда у тебя день рождение? — Стоп-стоп, к чему этот вопрос? — Я тебе «Нимбус» куплю, если сделка состоится, несчастный ты мой. Не на чистомете же тебе парить, пташка ты моя ветренная… — Аа… Дилюк залился румянцем, потом покраснел, потом побледнел. — Ты предложила такой подарок, и сразу оскорбила меня, а также в открытую дала понять откуда будут деньги на это. Я очень смущен, испуган и зол. Архонты… — Ну а кто тебе еще купит это? Кстати, надо составить завещание, чтобы мои деньги после отправки отошли тебе. Спасибо, что надоумил… Не пропадать же галлеонам в маленьких гоблиновских ручонках. Пейзажи пролетали за стеклом экспресса, и друзья неумолимо быстро неслись к городу, который был их убежищем почти пять лет. Кокоми задорно подбила ботинком обувь Дилюк. — Как я могу тебя оставить тут просто так? Даже если ты не возвращаешься назад, я не перестаю быть твоей подругой. К тому же, время проведенное с тобой было превосходным. Правда. К тому же никакие приюты и школы не дадут тебе той поддержки, которая нужна для счастливой жизни. Я лишь надеюсь упростить этот путь через бездны к звездам. Недослушивая, Люк притянул девушку и обнял. — Мерзавка. Ты слишком хороша, чтобы быть настоящей. Кокоми глухо засмеялась, и уткнувшись пареньку в плечо лицом, обняла того в ответ. — Сможешь зайти на чай на неделе? Или мне куда-нибудь добраться? — Я во вторник на обед забегу. Мне по дороге. Белсайз Парк примерно, да? — Верно. Постараюсь пробится к кухне в этот день. Дилюк недвусмысленно ущипнул Кокоми за бок. — Кто-то заработался и совсем перестал есть. *** Встретившись с нужными людьми, Кокоми выбежала на Косой переулок. Мадам Малкин уже три месяца ждала новые наработки на руны для сапог, нужно было поздороваться с Олливандером. Еще в «Флориш и Блоттс» сегодня обещала собраться вся элита редактуры. Есть шанс, что миссис Морриссей пропустит ее по старой памяти, помочь с расстановкой в зале. А также с великолепным контрактом. Волшебная улица обволакивала своими едва уловимыми потоками энергии. Обилию запахов подле кофеен противостояли стойкому душку от Дырявого котла. Уже переодевшись в не школьную мантию, Кокоми скользнула в магазин мадам Малкин. — Милая! Иди сюда! Полгода тебя не видела! — взмахнула руками портная. — Рада вас видеть, — тепло поприветствовала хозяйку первокурсница. — Ну как учеба? — начала расспрашивать женщина. — Отвратительно. Даже «хорошо» не получаю, одни «превосходно». — Скромность ваше второе имя, мисс Сангономия, — пожурила бахвальство Малкин, от чего девочка прыснула в кулак. — Ваши наработки, — смело протянула Кокоми, выуживая из портфеля нужное. — Давай-давай… — Как продажи? Кто заказывал самые экстравагантные костюмы за последнее время? Или все форма болельщиков «Пушек Педдл»? — первокурсница лениво перевалилась к рабочему столу портной и начала перелистывать журналы с эскизами и выкройками спецзаказов. — Пошла мода на разные вещи. Приходится и в маггловские коллекции заглядывать, и у Нью-Йоркских коллег смотреть показы. Интересного много, безвкусицы больше. — Что ж, я спешу, поэтому настало время тихо пропасть на неопределенное время. Но я обязательно еще забегу на неделе, — неловко сообщила девушка. — Это сиденье в четырех стенах так утомляет. — Милая, вас утомляет Хогвартс? Вы просто не выспались после дороги. Первые курсы самые волшебные! — У нас все волшебное, — заметила Кокоми. — Даже заклепки. Бесцеремонно попрощавшись, блондинка дошла до Олливандера, и, не застав того на месте, сразу направилась в «Флориш и Блоттс». Перед входом в книжный, Кокоми быстро нырнула в переулок, дабы проверить задний вход, с клумбой тюльпанов. Был шанс выцепить там владелицу за перекуром. Это был чертовски счастливый день, потому что выйдя к покрашенной красной деревянной дверце, Кокоми наткнулась на женщину чуть за сорок. Она торопливо потягивала сигарету, параллельно что-то отмечая в блокноте. Девора Моррисей была владелицей самого крупного книжного магазина Лондона, а также совладельцем Лондонского Магического Издательства, крупнейшего в Англии. А также ужасно загруженной женщиной, которая была не прочь разделить труд, да только вечно была недовольна результатом помощников. Сангономия еще не пересекла черту «убирайтесь, сквибы лучше справятся», и ее единственный грех был в том, что она была малолеткой и неофициальным работником. Ее отъезд в Хогвартс перевел ее из разряда «нужно заранее предупредить» в «по определению не доступна». — Доброе утро, сегодня чудная весенняя погода, — поправляя челку, поприветствовала женщину слизеринка. — Какие люди ходят по улицам, — радушно воскликнула она. — Миссис Морриссей, пригодится ли сегодня моя помощь? Оформление зала? У меня как раз изготовлен новый декор, и все с собой! К тому же мне бы прикупить пару пособий по чарам. — Если я попрошу тебя подготовить твой фирменный пунш, за определенную плату, справишься к вечеру? Сегодня собрание издателей, и сюда слетятся ребята с континента, а также моя мордредова семейка. Если бы Эвелина думала чуть дальше распития рома по вечерам непонятно с кем, то я бы узнала об этом раньше сегодняшнего завтрака и сделала все сама… — Превосходно, подготовить цветочные композиции для столов? — Сколько с меня? А то тут еще намечается встреча с очень трудным автором. Настолько же трудным, насколько именитым. Я все не поспею за день. — Могу помочь. Все для обычного банкета? Стеллажи переставить, как два года назад на Рождественском музыкальном приеме? — Там, где сидели скрипачи — бежевый стеллаж поставить, остальное также. Магазин закрывается на перерыв через тридцать минут, Лола и Метью освободяться и помогут. Пошли, представлю тебя, они только зимой устроились. Докурив сигарету, Деввора Морриссей кивнула девочке, и они вошли в магазин. прямо около витрины крутилась пышногрудая блондинка, левитируя книги по местам. На кассе сидел парень и сверял чары цен на двух одинаковых томиках «Встреч с вампирами», напевал себе под нос какую-то мелодию. — Господа, пока посетители не зашли, на минутку, — позвала двух молодых волшебников хозяйка магазина. — Перед вами человек с безупречными руками и вкусом. Если бы я могла поменять двух своих оболтусов и мужа на такого ребенка, я бы в дорогу еще бы дьяволу докинула свою сестрицу. Обращаться к ней мисс Сангономия, спорить запрещаю. Сегодня очень, поняли, — откуда-то в руке появилась еще одна сигарета. — Очень важный банкет. А мне придется отлучиться. Кокоми, не спрашивая, выудила из кармана красивую зажигалку, подожгла ее и протянула Девворе. Та не глядя подожгла сигарету и затянулась. — Всем до вечера. И никаких свеч, Лола, это книжный, а не ванна с лепестками роз. Молодые сотрудниками задумчиво проводили босса взглядом, когда он скрылась на втором этаже. — Почему идея быть под управлением дошкольника мне нравится больше, чем руководство миссис Морриссей? — ужаснулся сам себе Метью. — Потому что никто больше половины сезона не продержался с мадам, — схлопотала Лола. — К сожалению, одна я не управлюсь, поэтому прошу прощения, если буду обращаться к вам за помощью в перестановке тяжелых стеллажей, — любезно обратилась к консультантам слизеринка. В камине магазина вспыхнуло зеленое пламя, и оттуда вывалился мужчина с гладко зализанной шевелюрой. Не успели консультанты собраться, как Кокоми уже развернулась на пятках и наклонилась в книксене. — Рада вас вновь встретить, мистер Морриссей! — Ко-ко-ни! — растянулся в белозубой улыбки мужчина. — Твои заметки по поводу сленга в литовском языке мне не на шутку пригодились в работе с одним автором. Благодарю за оперативную помощь. Прошу прощения, сегодня я должен встретить одного достопочтенного автора… — Приветствовать по высшему разряду, — отметив взволнованный вид младшего брата в семье Морриссей, уточнила Кокоми. — Книксен не помешает, — накладывая на свои брюки выглаживающие заклинания, сообщил Рендалл Морриссей. Только мужчина успел отряхнуться от золы, как в зеленом пламени камина появилась женщина преклонного возраста. Тут же Рендалл и Коко отвесили безупречные поклоны. — Добрый день, мадам Бэгшот, — поприветствовал ее Рендалл. — О, привет Рендалл! Хорошо, что ты не опаздываешь! Надеюсь, твоя сестра объяснит мне, почему министерство требует урезать треть моей рукописи перед выходом в печать! Кокоми застыла в благоговейном недоумении. Батильда Бэгшот? Та самая Батильда Бэгшот. Великолепный ученый, который подарил этому миру столько бесценных книг по истории. — Это твоя дочурка? Или у Деворы еще один ребенок? Какие славные манеры… Она точно ваша? — присмотрелась к первокурснице Бэгшот. — Только не говори, что ты тоже пойдешь в издательское дело. — Нет, она не моя дочь, и не дочь Деворы. Это Сангономия Кокоми, она иногда раб… смотрит, как работает магазин. — Сангномия Кокоми, Хогвартс, первый курс. — Первый раз слышу фамилию… а для маглорожденных ты носишь слишком интересные вещи, — старуха указала на проклятые пуговицы на верхней мантии. — Жуткие вещички. Кокоми лишь глупо улыбнулась, будучи расплавленной от внимания такого авторитетного человека к ее стараниям. Попытайся кто стянуть этот слой одежды, пуговицы оставили бы настоящие ожоги на руках недоброжелателя. — Работа семнадцатого века, Франция. Попросила подругу прислать из Парижа, она недавно поступила в Шармбатон. — Так кто твои родители? И почему они разрешают ребенку носить такие нестабильные артефакты, которые могут напасть и на владельца? — Полагаю, в неосмотрительности можно порицать только меня. Никакие другие люди за меня ответственность не несут. Так вышло, что родителей и опекунов сейчас нет. — Мерлин! Это просто ужасно. Куда смотрят в министерстве? — В целом новый кафетерий у них популярное место, — улыбнулась Кокоми. Батильда Бэгшот удивленно посмотрела на девочку, после саркастичного комментария. Негромко усмехнувшись, она обратилась к Кокоми. Та стояла и смотрела на историка щенячьим взглядом, полным восхищения и чистого счастья. — Времена идут, а молодежь не перестает быть острой на язык. Я бы с радостью расспрашивал тебя о нынешних порядках, и о Хогвартсе конечно. Давно не общалась с юным поколением. Подождешь меня полчасика? — Конечно, мисс Бэгшот. Для меня это настоящий подарок, пообщаться с Вами. Слизеринка снова смиренно преклонила голову и заулыбалась. Рендалл слегка посмеивался над детским восторгом, а после пригласил Батильду пройти в кабинет его сестры. — Так-так, где-то час значит. Господа, у нас очень напряженный рабочий график. Сначала займемся перестановкой стеллажей. Метью, не могли бы вы… Не успели консультанты опомниться, как Сангономия уже загрузила их распоряжениями и работой, успевая сама выравнивать тон в трансформированных украшениях. Подготовив помещение к банкету, трое принялись за работу с напитками. В этот момент в магазин ураганом влетела женщина под пятьдесят, с огромным геометрическим колье на шее. То была старшая из семьи Моррисей, Эвелина. — Добрый день, мисс Моррисей, — дежурно отсалютовав Кокоми. — Ваша сестра и брат беседуют с клиентом в кабинете. — Благодарю, совсем зачиталась новой рукописью Скитер, а эта чертовка только и подливает масла в огонь своими чудными фотографиями! Она кстати тоже сегодня будет. Налей моей девочке кальвадоса, если он еще остался в запасах Девворы! Стуча высоченными подошвами, Эвелина убежала к остальной семье и Батильде. Тут же направившись к складскому помещению, проверять запасы. Ничего не было готово. — Кальвадос… господа, я отлучусь за цветами и кальвадосом, да тут еще и все остальное не помешало бы. Вы пока приберитесь и протрите верхние полки. Пыль может сделать коварное, представив вас с невыгодной стороны, — подхватив свой портфель, махнула Кокоми. — Сотрудничать с семьей Моррисей — сплошное приключение. Как они собирались собирать гостей? Кормить трансфигурированным воздухом? Пересекая Косой и проходя сквозь Котел, девушка вышла на параллельную улицу, быстро ныряя в мир магглов. Бессловесной «алохоморой» она отперла какую-то машину, и сделав вид, что наклонилась к бардачку, зачаровала салон на состояние стазиса, выудила из ботинок пузырек оборотного, торопливо добавив недавно подобранный волос Лолы. Почувствовав трансформацию, Кокоми залезла в машину и закрыла дверь. Поспешно стянув с себя одежду, она потянулась за бездонным портфелем. Шепча себе формулу образа, подсмотренного в журнале мадам Малкин, девушка выудила запасную одежду. Юбка по колено, синие каблуки, пиджак с широкими плечами, рубашка, которую на Лолиной груди пришлось зачаровать на увеличение — Кокоми, с другим лицом и телом уже открыла зеркальце в автомобиле и отсекала на глазах стрелки. Как только тело стабилизировалось в координации, она завела машину и тронулась в соседний квартал. Заехав в знакомый магазин цветов, она распорядилась выдать ей цветы лимонов, гамамелиса и гладиолусов. Продавец слегка повел бровью от такого экзотического заказа, но выдал все. Уложив все в багажнике угнанной машины, волшебница направилась в продуктовый, и через десять минут уже вышла с пакетами продуктов и алкоголя. Открыв багажник, она развернула свой серый портфель и начала складывать пакеты в него. Немного подумав, иназумка аккуратно поместила туда и цветы, закрыла волшебный чемодан и двинулась к водительскому сиденью. Вернувшись, она торопливо сняла с внутренней части машины стазис, вытащила портфель, и торопливо зашагала в магический мир. Проталкиваясь сквозь сквозь посетителей «Котла», у груди разлилась гидроэнергия, промывая ее желудок от остатков оборотного. Было жуть как неприятно, но зажав нейтральное выражение лица, Сангономия зашла в уборную, параллельно стягивая с себя взрослую одежду. После двадцати восьми минут отсутствия Кокоми вновь ступила на порог «Флориш и Блоттс». Метью и Лола как раз управились с уборкой и расстановкой. — Ну привет снова, — Метью окинул замученным взглядом Кокоми. Она впрочем не уделила двум молодым людям ни секунды времени, оперативно открыв портфель и вытащив оттуда цветы. Те заплясали в воздухе, складываясь в разные цветочные композиции. Глаза Кокоми начали бегать от одной связки, к другой. Палочка с ядрами призраков ворковала над каждой связкой, периодически вытаскивая к ним разные ленты и корзинки из бездонного портфеля. — Пока сойдет, остальное поправим по ходу, — довольствовалась результатом Кокоми, левитирую взмахом палочке весь декор по полкам и столам. — Метью, Лола, где у вас служебное помещение? Нужно подготовить еду. *** Придя к какому-никакому компромиссу, Батильда Бэгшот и брат и сестры Моррисей вышли из кабинета. Пространство магазина преобразилось: новинки книжного мира стояли у входа, по периметру расположились почти накрытые столы с закусками. У центрального стеллажа с предстоящими новинками корпели консультанты и девочка. — Метью, спокойнее, тут нужно закрепить их под углом в тридцать градусов. Шахматную доску сюда… Тарталетки на этот поднос! Лола, придержи, сейчас связующих добавлю… На огромном столе, вперемешку с книгами, располагался целый натюрморт, состоящий из магии и каких-то невероятных вещей. — Я не могу удержать шесть заклинаний сразу, — протестовала Лола. — А я могу! Даже первый курс не закончив! От чего вы всегда считаете, что магия будет работать без головы на плечах, сконцентрируйся на балансе! Все само собой сложится, — ругалась Сангономия. — Мерлин, какая красота, — неторопливо осматривалась Батильда, начисто игнорируя тихие перепалки консультантов. — Ты наняла хороших ребят в этом сезоне. Прямо все, что нужно этому издательству. Немного смелости, благорозумия и глобального переворота. Молодые люди, что колдуете. — Семь чувств, мадемуазель, — сообщила Кокоми лекторским голосом. Вкус — выпечка, устроенная между парящих пластин, визуально перетекающих в плоскости друг друга, как эшеровские пролеты. Обоняние — молодой цветок белой розы, чьи шипы будто разрослись в воспаривших ангелов. Зрение — танцующие шахматные фигуры, где короли весело отплясывали мазурку. Осязание — золотые монеты, извечно тонущие в воздухе, вновь и вновь собирающиеся по крупицами над своей очерченной траекторией. Слух — струны, протянутые сквозь весь натюрморт. Книги — как проявления самого сознания. Чувства, настолько всеобъемлющего, что едва ли описуемого. Впрочем, искусство и наука делают семимильные шаги к этому. — И последнее. Моя боль личная, уж простите. Чувство времени, — Кокоми отошла и показала величественные часы, которые она сняла с другого конца магазина и, предварительно трансфигурировать, поставила в центр композиции. — К тому же функционально для гостей! Я попала в вашу идею, госпожа Девора. — Безупречно, — вздохнула миссис Моррисей. — Я в осадке уже, Коко, — кивнул мистер Моррисей. — Какой курс? — по-деловому поинтересовалась Батильда, плохо разбирая все возможные чары, которые были наложены на композицию. — Потому что ты точно с Когтеврана. — Слизерин, первый. — Еще раз, напомни, кто твои родители? — Как грубо с вашей стороны такое спрашивать, — тонкая улыбка растянулась шире. — И не стоит перекладывать ответственность за мои успехи на других, мисс Бэгшот, — неожиданно строго ответила Сангономия, явно вытерев розовые очки. — И нынче на первом курсе все дети такие пошли, — махнула дряблой рукой Батильда. — Наглости не отбавлять, мадам, — сообщила Кокоми, от чего ее манера разговора становилась довольно витиеватой. — Рыцари круглого стола, наглых детей я видела сто лет назад, и надеюсь увижу в следующем веке, — заворчала Батильда. — Я про то, что такие заклинания и такую трансфигурацию первокурсник за час собрал воедино. — Пока что я первая по успеваемости на курсе, мисс Бэгшот. Трансфигурация, зелья и история мои сильные стороны. Но кто знает, как разыгрываются карты через год. — Уж про историю знать не хочу, но что тогда слабые? — ухмыльнулась подоспевшая Эвелина Моррисей, поправляя полукруги над ключицами. — Определенно я отвратительна предсказаниях, да и астрономия с гаданием по звездам внушает мне тревожность. Маггловская стезя этой науки мне ближе, — задумалась Кокоми. — Почему шахматы олицетворяет зрение? — уточнил между делом Рендалл. — А почему вы смотрите? — белоснежные зубы сверкнули из-за детских губ. *** Размышляя о волшебниках, Тейвате и своей жизни, Дилюк сидел и писал сочинения по английской литературе. Все варианты развития карьеры в волшебном мире то ли на самом деле были довольно скудны, то ли Дилюку сразу больше импонировала жизнь с минимальным присутствием магии. Оттого он собрался учиться в Хогвартсе до СОВ, а потом перейти на магловское обучение. В конце концов, магия никогда не затмевала своим существованием его разум, а вот удивительный мир развивающихся технологий и такого обширного мирового сообщества… Хотя быть маргиналом для волшебников тоже не хотелось, поэтому базовое образование можно получить и там. «Может быть Гарвард или Оксфорд»,— улыбался Дилюк, размышляя о перспективах. Вдруг в окно постучались. Повернувшись, Люк обнаружил Буклю. Не прошло и дня, а гриффиндорские ребята уже настрочили ему письмо. Открыв конверт, он нашел там терпеливо выписанные наставления Гермионы, а также безнадежный энтузиазм в отношении обучения их общих друзей. Размашистым почерком, Рон черкнул несколько строк про Норберта и еду, а Гарри в подробностях делился историями с поля. Хогвартс и на каникулах не позволял наладить спокойный порядок дня маленьким гриффиндорцам, поэтому в конце все дружно дописали невероятную историю со слежкой за Снейпом с помощью мантии-невидимки. — Уля-ля, — ворвался в комнату Люка Демиан. — И снова письма. Ты обещал мне фотографии симпатичных ведьмочек! Смерив неугомонного парнишку строгим взглядом, Дилюк резюмировал: — Кокоми скоро должна заглянуть, тогда и познакомишься. И не буду я тебе фотографировать никаких волшебниц! — Прискорбное известие… Ваши старшекурсницы должны быть горячими… Это правда, что ведьмы ходят без одежды? Дилюк усмехнулся смелому предположению. — Где ты это вычитал? В любом случае нет. Хотя, если вспомнить Тейват… там то ли одежда была раскрепощеннее, то ли женщины в разы смелее и увереннее. А может быть погода лучше… В любом случае, голым не ходил никто. — Когда ты говоришь скоро, это ты когда имеешь ввиду? — Завтра в обед. Говорит, что у нее аврал на работе. — Твои девчонки определенно скучнее. — Не мешай учиться. — Сам по полгода сидишь у черта на куличиках, — заныл Демиан. — А виноват я в том, что на пасхальных учишься ты. — Такое законодательство, что мне нужно хоть какой-нибудь дипломчик получить, чтобы палочку при себе держать. В коридоре послышался стук каблуков. Немного приутихнув перед дверью, к Дилюку в комнату постучались. — Прошу, входите, — откликнулся парень. — Как учебный процесс? Мадам Чейзар стояла в полном обмундировании. Зелено-желтые клетчатые бриджи и пиджак, безупречная укладка, серьги-гвоздики из белого золота. Брошь в виде белого цветка красовалась на лацкане, а тонкие губы накрашены светлой помадой. — Здравствуйте, Эден, — кивнул Люк. — Полагаю, сегодня я управлюсь с половиной от общего количества. Можно будет завтра заняться готовкой. — Под моим присмотром. Твои кулинарные эксперименты в прошлый раз привели сюда крайне неприятных людей. И я надеюсь, в следующий раз я не буду узнавать от тебя, откуда ты берешь мясо. Тяжело вздохнув, Люк понял, что со снежанскими методами шулерства на рынке неподалеку нужно завязывать. Хотя отхватить мраморной говядины за пару раундов в покере — неплохой куш. — Хорошо, — обреченно согласился Дилюк. — А теперь ты, Макклеллан. Иди учись, и Люка не доставай. Если у тебя возникает чувство, что вы тут приобщается к таинственному братству: не беспокойся, я прекрасно теперь понимаю, что тебе около Виндра так медом намазано — спешу разочаровать. Никаких обсуждений ведьм и мародерств, пока не будут идеального порядка в комнате. Пошел! Демиан подпрыгнул, пролепетал что-то из серии «откуда про ведьм узнали?», унесся к себе. В приюте Святого Эвра в первую очередь следили за чистотой: облика, репутации и комнат. — Что ж, не буду отвлекать. Занимайся. Иначе завтра придется разочаровать твою одноклассницу и отменить ланч. — Не беспокойтесь, в моих силах все, чтобы не допустить этого, — усмехнулся Люк и дальше уселся за уроки. — Почтальона покормить? — усмехнулась Чейзар. — Что? — притормозил Люк. За плечом послышалось довольной «уху». Букля расфуфырилась и подлетела к Чейзар. Женщина ловко подставила птице предплечье, на которая та примостилась, и отправилась за «дозаправкой» для гонца. Люк поразмыслил, что возможно, некоторые магглы уже давно готовы принять неизведанную часть мира. Как минимум, его директор и друг. *** «И почему же мы должны продавать тебе эти компоненты?» — глухо гудело в висках Кокоми. Господа-подпольные-ученые скептически отнеслись к сотрудничеству с Кокоми, но им позарез нужно было отвести нарастающее внимание самой читаемой журналистки Британии. Еще после попытки ограбления Гринготтса летом прошлого года, Рита принялась усиленно выискивать возможных воров, которым бы понадобился камень. Темные ребята отказались подробно объяснять Кокоми, как та начала копать под их бизнес. Однако, что конкретно нашла на них Рита Скитер, Кокоми успешно вычитала из черновиков роковой блондинки. Всего лишь надо было уполовинить цену за услуги переводчика для Рендалла взамен на все статьи с именами «Персиваль», «Вулфрик», «Брайн» и датами событий с десятых до знаменитой дуэли. Пока мистер Морриссей беспечно встречался то ли с Жизель, то ли с Авророй, а может и вовсе уделял время своей таинственной жене Немезиде, его мозг явно перестал фильтровать разумность его поступков. Поэтому у Кокоми в руках оказались редкие документы, черновые статьи и те, что в последние тридцать лет быстро снимались с печати из-за секретности данных или цензуры. Сюда же попало и расследование Скитер, которая видимо сама не осознала, что нашла. Или грамотно отложила сенсацию до времен, когда та сможет порвать тиражи продаж и разумы читателей. В итоге Кокоми нашла путь связаться с таинственными разработчиками и своевременно предложить свои услуги по сбору компромата на дорогую Скитер. Взамен на запрещенные заряженные гранитные монолиты и несколько специфических кристаллов, выращенных на людях. Поломавшись и поняв, что это не совсем предложение, а ультиматум, подпольники решили, что безопаснее играть по правилам таинственной Камбалы. К тому же, статьи Риты Скитер и вправду сулили им встречу с дементорами. А теперь она собрала флеш рояль этого вечера: она общается со своим кумиром, Батильдой Бэгшот, держит на прицеле Риту Скитер, снующую между столиками, и все также остается в фаворе у славной семейки Моррисей, которые не умеют разграничивать личное с публичным. И как удачно, что у Риты сегодня резкие стрелки, прелестные лазурные каблучки, и модный пиджак с широкими плечиками, поверх красивой атласной рубашки. — Конечно самыми интересными мне представляются именно исследования родословной именно этой семьи, — заключила Сангономия, изредка потягивая пунш. Конечно, для ее тела это было немного неправильно, но стоит ей поиграться с гидроэнергией чуть позже, и проблем от алкоголя не будет. — Их подход к изучению зельеварения всегда был прорывным, и я удивляюсь, мог ли у них быть какие-то секреты в обучении. — У Принцев всегда был отменный нюх, — припомнила Бэгшот. — В этом и заключался весь успех. Умеешь определять состав зелья, лишь потянув его душок — и ты бог этой науки. — Вау, я как-то не задумывалась над этим. Но это так просто и гениально. Признаюсь, не то чтобы я не была лишена обоняния, но… я пользуюсь некоторыми другими чувствами при зельеварении. Когда ты чувствуешь воду как абсолютно другую субстанцию реальности, то происходящее становиться маленьким котлом согрешивших ингредиентов, чьи страдания ты должен распределить в правильном порядке. — Твоя погруженность в науки феноменальна, — усмехнулась Бэгшот. — Девочка, я надеюсь, что твои мысли будут направлены хорошими учителями. Иногда максимализм юношества выходит из-под контроля. Не берись перекраивать мир. — Иначе мир перекроит меня, — нервно усмехнулась Кокоми, с несколько подразвязанным языком. — Vanitas vanitatum et omnia vanitas… Прояви исключительность, и ты будешь опасен. Какие же пресные правила. Ничего захватывающего в боях бюрократизма и зависти. Батильда приподняв брови начала анализировать застывший взгляд девочки. То, что она сейчас услышала вызывало чувство дежавю, хоть это и был другой век, вечер и человек. На миллисекунду, взгляд синих глаз разморозился и устремился в зал, цепляя облики гостей. — Стара я уже для всех этих мероприятий. Все только и подходят пожать руку за заслуги. Хорошо, что Скитер сегодня озабочена алкоголем больше, чем копанием в чужом белье, — перевела тему разговора Батильда. Пару лет назад она пыталась проползти в мой дом, чуть газетой не пристукнула. — Газетой? — не совсем поняла Кокоми, но решила не докапываться до правды в моменте. — Представляю такую картину: скандальная Рита прибита своими же словами, хи. Великолепная… хи-хи, — Кокоми не сказала «смерть», ибо это слово было излишне. — Так этой чертовке и нужно! А главное, как Эвелине мозги пудрит… Та тоже хороша. Встречалась я за свой век и с издателями похуже, но эта семейка со своими причудами. — Зато их не смущает рабочая сила в виде меня! — со всей теплотой отметила слизеринка. — Для меня это качество людей, к сожалению, важно. — Как вообще так вышло, что ты так бродишь? — недоумевала Батильда. — Потенциально опасно для детской психики. Я знала молодого человека, который приобретя самостоятельность в возрасте шестнадцати не смог противостоять соблазнам. А ты, не обижайся, совсем мала для всего этого мракобесия. У тебя хотя бы есть, где летом остановиться. Может кто из школы сможет принять тебя в гостях? Для семей, чьи дети поступают на Слизерин, абсолютно обычная практика приглашать одноклассников на летние учения в свои поместья. — Рыба должна плавать. Не хочу быть стесненной клеткой. А вышло все так, что у меня, — Кокоми легонько постучала пальцем по виску. — Что-то с памятью и разумом приключилось. Помню лишь, что в семь от роду я оказалось в зале суда Визенгамота, да зовут меня Сагономия Кокоми. А дальше бум! Блондинка покружилась на месте, даже не задумываясь, без палочки подвесив бокал в воздухе. Батильда удивилась контролю девчушки, но вновь промолчала. — И наступил мир магии. Какие-то бумажные проволочки, вечно проблемы с удочерением, опекунством. А потом я выплыла из этого аквариума. Знаете, уж лучше сгорать от мозолей на руках, чем от нехватки воздуха в легких. Так и началась моя маленькая погоня за людьми, которые так запутались на своем пути, что девчонка, чья нить, не взяв начала от рук Клото уже была оставлена Лахесис позади полотна. А Батильде вдруг подумалось, что перед цунами волны отходят от берега. Что-то необузданное таилось за этими сладкими речами. И Мерлин ее подери, во второй раз она это не упустит это из виду. — Не хочешь стать моей подопечной, — прокашлялась Батильда. — Прости, у меня не осталось родственников в миру, а годы уже не вернуть. Полагаться на себя уже не способна, а научных трудов еще море с лужицей. Может опекунство предлагать — поспешно, но как насчет летней стажировки? Мне бы в Годриковой впадине разобрать весь завал в архивах. — Да, — просто ответила Кокоми. — Если ничего не помешает мне, нет не единой причины отказаться от такого, такого предложения! Немного постояв, поправив воротник мантии, Кокоми вздохнула. — Я вправду так пьяна, или мне предложила лучшая писательница и историк из всех живых стажироваться летом? Батильда Бэгшот рассмеялась. — Не создавай себе кумира, да и работенка будет пыльная. Скажем так, какую комнату первую разгребешь, в той сможешь пожить до второго курса. И вновь это щенячье выражение лица. Такое восхищение превращало Сангономию обратно в ребенка. Того, который только и мечтает, что уткнуться в книги и никогда не выходить в свет. — Ладно, ребенок. Темными артефактами не балуйся, жду тебя в Годриковой впадине после экзаменов. — Есть, сержант, — театрально отсалютовала Кокоми. — Дурище, — засмеялась развеселившись старушка. — Мне пора, а то я прямо тут усну. Ты тоже спать отправляйся, маленькая еще. Кокоми кивнула, и попрощалась со скрывающейся в зеленом пламени ученой. — Спасибо, что отвлекла каргу от меня, — присоседился Рендалл. — Как там твоя жена? — невинным тоном поинтересовалась Кокоми. — К счастью, все еще не оправдывает своего имени. Прекрасная, как восход на горизонте, — мечтательно пропел Рендалл. — От Девворы. С двойной надбавкой за оперативность. Мистер Морриссей протянул конверт и поплелся за алжирской писательницей, которая явно преуспевала не только в тексте, но и верстке книг. Выловив в толпе Моррисей старшую, которая подливала кальвадос Рите Скитер, Кокоми довольно улыбнулась. Бутылку она подбирала с усердием. Вечер подходил к концу, и иназумка наблюдала, как Рита решила продолжить маленький праздник прогулкой по Лондону. Она ловко выскользнула из клешней увлеченной Эвелины и покинула мероприятие через парадную дверь. Цокая по брусчатке каблуками, в сумерках Скитер направилась на выход из косого переулка. Не пренебрегая мудрым советом, что ей пора уходить, Кокоми тихо выскользнула вслед за Скитер. То, что напиток подействовал на журналистку превосходно, Кокоми проверила еще на вечеринке. Какая подлость, подмешивать довольно чудное избретение Снейпа, которое напрочь закупоривало все каналы в сознании, направленные на детей. Микстуру он капал себе где-то после пар, когда садился за собственные исследования. Великолепное изобретение для учителей, который пытаются абстрагироваться от шума учеников во благо науки. Поэтому, когда самая пронырливая журналистка проигнорировала стоящих поодаль Батильду Бэгшот и беспризорного ребенка, можно было уже выдохнуть и поднять бокал за славный старт. Выйдя из «Котла» Рита пошла по маггловскому Лондону. Под темной вуалью и плотным капюшоном по крышам за ней следовала худая тень. — Мисс, остановитесь! — поймала Риту Скитер на одном из переулков полицейская маггловская машина. — Нам нужно задать вам несколько вопросов! Рита нагло проигнорировала восклик хранителей правопорядка. Кокоми внимательно смотрела на короткое копошение внутри машины, после которого полицейский с рыжеватыми висками вышел на улицу. Тут то и началось все самое интересное. *** Сковорода шкворчала, а аппетитные кусочки говядины с овощами перемешивались деревянной лопаткой. Дилюк быстро подмешивал специи, пока в соседней сковороде спагетти вертикально вставшей стопкой медленно опускались. На кухню периодически заглядывали разные дети, с нетерпением вдыхая яркие запахи будущего обеда. Светлое помещение было уставлено разными полками, на которых покоились книги с рецептами, специи и несколько икебан. Крепкий стол из дерева был уже накрыт в ожидании едоков. По центру стояли винтажные подставки под блюда, перешедшие к Эден Чейзар еще от ее отца. У высоких окон был придвинут стул, на котором небрежно покоилось кухонное полотенце. — Вау, какой аромат! — зашли в помещение старшие девочки, Джули Гиббонс и Шафика Переа. По совместительству, две из трех девочек приюта. — Обожаю, когда тебя пускают к плите. Самые лучшие обеды от Виндра! — рассмеялась Джули. Шафика сняла с руки резинку для волос, и направилась к сковородам и кастрюлям. — С чем-нибудь помочь? — собрала копну густых волос на затылке Переа. — Благодарю, нужно разобраться с соусом, — указал на маленькую кастрюлю Люк. За их спинами, приземлилась за стол Джули. — Рассказывай, кто-то важный придет сегодня? Потому что ты вызываешься помогать Чейзар исключительно, когда у нас проходят показательные обеды. — Кстати да, если что, ты лучше заранее рассказывай, — кивнула Шафика, мелко нарезая сельдерей. — Моя знакомая из пансионата зайдет на обед, а я обещал достойно ее встретить, — со всей серьезностью сообщил Люк. — Девочка! — ехидно заулыбались Шафика и Джули. — Какая она? — Брюнетка! — предположила Гиббонс. — Шатенка с вьющимися волосами и вечно нахмуренными бровями, — дурачилась Переа, играя мимикой. — Добавь соль, — строго напомнил Шафике Дилюк. — И поперчи. Сангономия блондинка с длинными волосами, и вычурными платьями и прическами. И если вас волнует ее облик, то я могу сказать, что она придет в идеально отглаженном виде, с двумя-тремя кулонами на тонких цепочках, и возможно в перчатках. Она не надевает их исключительно на лабораторные и в библиотеку, ибо очевидно она обожает листать книжки своими руками. И на ней будут или поношенные белые кроссовки с голубыми шнурками, или жуткие разношенные коричневые туфли, потому что у нее постоянно опухают ступни и она носит только ужасно разношенные ботинки. Джули неловко откашлялась. — Шафика, наша красноволосая малышка знающая кучу языков и готовящая самую вкусную еду кажись… Ну ты знаешь. Может уже и не сработает идея выйти за него замуж и есть лучшие блюда. Ты влюбился, Люки… — Какое разочарование, — протяжно застонала Шафика, прикрывая глаза откинутой ладонью. — А ты что-нибудь готовил ей? — Нет, у нас в школе нет доступа к кухне, — сверяясь с часами ответил Дилюк. Он невольно задумался. Мог ли он влюбится в Сангономию? Не исключено, будь она в теле взрослого человека. Однако наблюдая перед собой миленькое детское личико, с припухшими щеками и огромными глазищами, он никак не мог испытывать хоть что-то. Взглянув на рядом стоящую Шафику, Дилюк заметил, что даже пятнадцатилетние девушки хоть и были ближе по облику к взрослым, но все еще их мимика, разговоры, да и взгляд не давали ему всерьез воспринимать их. А вот кто-то ближе хотя бы к двадцати годам не смог бы воспринять его детскую оболочку. В конце концов, жизнь заново имела свои оговорки, но Люк события не торопил. Но увидеть вживую повзрослевшую Кокоми он, скорее всего не сможет. Их пути обещали вот-вот разойтись. — Как вы познакомились? — мечтательно спросила Джули. Люк знал, что девочка будет смаковать историю еще неделю, периодически задавая кучу риторических вопросов Шафике, пока они будут сидеть в гостинной и играть в шашки, или поливать цветы в темно-бирюзовых керамических горшках. Джули не была сплетницей в полном смысле этого слова. Узнав историю, она сначала обыгрывала ее с разных сторон, а потом выводила о ней краткую сводку, превращая ее даже не вслух, а в легенду, абсолютно непримиримую на реальных людей. «Та ситуация с обсахаренными документами», «Тройное рендеву в такси», «Мимолетные вечера школьных обедов» — она всегда начинала повествования с этих художественных вымыслов, приложив палец к губам и отводя взгляд в правый нижний угол. Ее верная подруга, Шафика, в тот же момент умело загущает взгляд, становясь полусонным слушателем за плечом актера. Как Шафика попала в приют Эвра он не знал, но Джули была тут около трех лет, и ее биологическая мать дважды приходила с громкими заявлениями и абсолютно нетрезвой походкой. Впрочем, ее присутствие в тот же момент устранилось стражами правопорядка. — Утром на перроне, еще до поездки в пансион. Выглядела она самым нелепым образом: притаилась в колоннах и пыталась наблюдать за станцией, постоянно зевая в воротник. — Что-что у вас тут? — вылез из дверного проема дражайший друг Люка. — Не перебивай, — дежурно одернули Демиана Шафика и Дилюк. — Так вот, — выключая одну конфорку, продолжил Дилюк. — Стоило мне отвлечься от этого странного персонажа на перроне, как она стремительно направилась в мою сторону, и когда я уже хотел спросить у нее, в чем дело, она остановилась и сделала шаг назад. Чистой воды городской сумасшедший под метом. Шафика прекратила помешивать соус и наступила Дилюку на ногу, дабы ребенок перестал говорить о веществах. Джули раздраженно закатила глаза на нелепую опеку морального облика их беседы. — Нелестно ты отзываешься о своей подружке! — Джули поправила лиловый кулон у себя на шее. — Продолжай. — Ну так небось половина самых верных друзей в истории познакомились при крайне нелепых обстоятельствах, — хмыкнул Люк. — От чего я уверен. Так вот, признаться честно, легкая взбалмошность Сангономии за эти полгода только открыла свои новые грани. Но это не делает ее менее замечательным другом. Выключай и накрывай крышкой, Шафика. — Как скажете, шеф, — махнула рукой девочка и исполнила просьбу. — Думаю, к десерту можно сделать кростаты. Демиан, возьми из кладовой абрикосовый джем. — А тесто? — поинтересовалась Джули. — Вчера вечером заготовил. Просто не мог определиться, что с ним сделать, — сдержанно пояснил Дилюк, повернувшись к холодильнику. — И готов он будет у нашего гениального повара ровно к моменту подачи, не так ли? — Надеюсь. Обычно Кокоми не опаздывает, и прийти она должна через четверть часа. — Так скоро, — улыбнулась Джули. Надо бы позвать парней и мелочь. — Ларри и Маркус на чемпионате по баскетболу до трех, — поспешно напомнил Дэмиан, перебрасывая Дилюку банку джема. — Ларри и Маркус обожрут Ника из кирпичного дома с зелеными окнами, — усмехнулась Шафика. — Ты в них даже не сомневайся. Они друзей заводят только чтобы пожрать за их счет. — В точку, — выпорхнула из кухни Джули. В быстрых сборах пролетело время. Нехотя, из своего кабинета вышла даже директор приюта, строго осмотрев все поверхности на кухне, и молча отодвинув стул от форточки обратно к столу. Как только Люк позвал всех обедать, в дверь позвонили. Он поспешно поправил рукава кофты и рванул открывать дверь. — К звездам и безднам! — белозубо растянулась улыбка на губах долгожданной гостьи. — К звездам и безднам, — радостно улыбнулся Люк. — Пойдем, познакомлю тебя со всеми. Он подал руку и придерживая подругу и зашел с ней в дом. Кокоми шутливо сверкнула глазами на этот жест. — Добрый день, — как из ниоткуда вышла директор приюта. — Полагаю вы одноклассница Люка? — Добрый день, да, мы на одном году обучения, — солнечно улыбнулась Кокоми. — Эден Чейзар, я полагаю? — Все верно, надеюсь, как бы комично это не звучало, — улыбнувшись одним уголком губ, протянула руку мадам Чейзар. — Вы замечательно проведете время у нас. — Ах, вы умеете подлавливать на формулировках, — в открытую хихикнула Кокоми. — Не беспокойтесь, лишний голодный рот у вас не укоренится сегодня. — Приятного аппетита. Люк, собери всех, сегодня нужно разобраться с документами, обедайте без меня, — отдала команду директор и удалилась в свой кабинет. — Суровая женщина, — закивала Кокоми вдогонку. — Что правда, то правда. С другой стороны, как еще в одном доме следить за одиннадцатью детьми? — повел девочку Рагнвиндр. — Трудных ребят тут конечно нет, но не без приключений. — Что ж, презентуй мне гильдию. На кухне уже собрались ребята. Старшие парни почти не обратили внимания на гостью, а вот один паренек с каштановыми колючими волосами явно не мог поднять челюсть с пола. В мгновенье ока он оказался подле магов. — Рад познакомиться, Демиан Макклеллан, — он резво подхватил ладонь Сангономии и нерасторопно поцеловал тыльную сторону. Дилюк моментально выпал в осадок. К такому он готов не был. Легкий румянец на его щеках вспыхнул, а и без того красные волосы будто заискрились. — Сангономия Кокоми, — намерено поставив фамилию вперед, представилась ведьма. — Вы присаживайтесь, — нагло нарушив первоначальную рассадку, утянул за собой девочку приютский парень, отодвинув стул слева от себя. — Благодарю… Оттянув друга к плите, Люк вопросительно посмотрел на Демиана. — Ты бы хоть показал, какая она, эта твоя подружка! — поджал губы то ли от детской обиды, то ли от слишком запутанных мозговых операций Демиан. — Я то думал, они чудачки и с острыми ушами, а у вас такие милые создания! — Может быть тебя приворожили, — задумался Люк, поглядывая на Кокоми, которая уже выслушивала вопросы от подоспевшей Джули. — Давай, помогай с едой, горе Дон Жуан. — Так я могу? — торопливо поднял брови Макклеллан, спрашивая без слов разрешение у друга. — Вы ведь вроде не вместе. Дилюк с трудом сдержал смех. Вспомнились другие девушки из Тейвата, такие же обладательницы Глаз. Такая порода, у которой даже подростки с ручными птицами и нелепыми хвостиками могут перебить лагерь хиличурлов за четверть часа, когда обычным людям потребуется полдня на это. Без гарантии, что после этого им не придется ползти до собора, в котором их по обыкновению ожидает еще один маг-целитель, которой даже алкоголь еще продавать не положено. — Коли ты совладаешь с человеком, который может потопить тебя, даже не добираясь до ванной, вперед! Пришел, увидел, победил! Но я выражусь так, — Люк аккуратно прихватил друга за плечи и прошептал. — Я предпочитаю не строить планы на людей, которые могут за три минуты уложить четверых натренированных солдат. — Если ты так хочешь меня отговорить, звучит жалко, — усмехнулся Демиан. — Помогай с едой, — завершил бесполезный разговор Рагнвиндр. — Я никогда не желал встречаться с ведьмами, ибо вся придурь человеческая умножается силой многократно. По себе знаю. Подав всем еду, дети пожелали друг другу приятного аппетита. Стоило всем положить первый кусочек в рот, как в комнате воцарилась тишина. Заметив довольно однозначную реакцию, Люк тепло усмехнулся: — Очень лестно, правда. — Мои комплименты шеф-повару, — спустя несколько минут тихо добавила Кокоми на мондштатском. *** — Я не воровала ни эти продукты, ни эту машину! Где мой адвокат? — сродни рептилии шипела Скитер в отделении полиции. — Крупная сумма, девушка, алкоголь входит в список унесенных продуктов, — мужчина заглянул в документы. — У вас хороший вкус на кальвадос… Извините, кхм-кхм. А также! На камерах вы прибыли на место в машине, которая в тот день была угнана! Владелец выплачивал бы сегодня штраф, если бы не ваше дело. Какая несуразная ситуация: провинциальный парень только купил автомобиль, а его угоняют! Стоит ему только сообщить о преступлении, как машина невероятным образом снова на парковочном лоте, а он попал впросак с ложным вызовом. Следователь поправил слева воротник, смахивая с него крошки. — Не тратьте нервы, мисс Скитер. На камерах видно вашу фигуру и одежду, а у вас специфический гардероб. А вы даже не переоделись в пижамку, — кровоподтек чуть блеснул на растянувшихся в едком изгибе губах. — Между прочем это одна из новейших коллекций, купила недавно, — кисло отметила Рита. — Я жду адвоката. — Он вам мало чем поможет, ибо алиби у вас нет, но как минимум, вы спасете от штрафа того парнишку. Довольно неплохое достижение для гламурной воровской души, — карий глаз следователя сливался с фиолетовым синяком вокруг. Рита устало выдохнула. Если бы она меньше выпивала бы пресловутый кальвадос, возможно, в ее осветленную голову не пришла бы идея побить хранителей правопорядка. *** — «Выехать на полосу магловского журнализма. Невероятный дебют неповторимого репортера Магической Британии в маггловских СМИ. Как проходит процедура задержания маггловских преступников со слов именитой светской львицы и гениальной журналистки», — зачитывался газетой на небольшом дворе у приюта Люк. Кокоми испытывающе смотрела на свою обувь. — Не знала, что ты читаешь «Пророк» на каникулах, — задумалась Кокоми. — Да вот, подписку совами оформил недавно, — буркнул Люк. — Какие все-таки у магов чудные новости, — призадумался Демиан. — Почему эта женщина решила грабить нашу еду и угонять наши автомобили. — Требует внимания к своей персоне, верно такова первопричина, — буркнула Кокоми. — Покажи еще раз, как ты создаешь морских гадов, — переключился Макклеллан. — Мне особенно нравятся медузы. Элегантно отведя в сторону ладонь, Кокоми сконцентрировала гидроэнергию в рыбок, осьминогов и медуз. Они медленно рассредоточились вокруг троицы. — В таких фокусах нужно чувствовать предмет того, что ты создаешь. Я с детства любила уплывать подальше от берегов, воды были для меня моим секретным местом, — глаза искрились от далеких воспоминаниях об океане. — Так, хватит раздавать советы магглам, нам надо поговорить, — встрепенулся Люк. — А именно без твоих нежных поклонников. Демиан, пошел в бездну. — Ах, ты, паскуда, — не сдержался Макклеллан. — Ты! — Нежный поклонник? — изогнула бровь Сангономия. — Но между прочем, мастер Виндр прав, нам бы составить завещание. — Чего? — на мгновение вся злость и праведный гнев в глазах Демиана замялся. — Я собираюсь участвовать в испытании новых заклинаний, и если все будет очень плохо, я бы хотела оставить кое-что моему дражайшему другу, — как прогноз погоды объявила Кокоми, хлопнув в ладоши. Скептически оценив всю серьезность полученной информации, Демиан молча встал и ушел. — Я могу почистить ему память об этом приходе. У меня вроде как уже неплохо получается использовать магию разума, — предложила Кокоми. — Не стоит, сам разберусь, — выдохнул Люк. — Вот кстати несколько документов, которые ты можешь предоставить в Гринготтсе, — выудила из ниоткуда несколько листов Кокоми. — Определенная сумма будет передана банку, что-то я определяю на местный народ, остальное на тебя. — Польщен, — кивнул Люк. — В свою очередь я могу просить тебя все-таки кое-что передать? Дилюк вытянул ей сжатую руку. Кокоми поспешно подставила ладони, после чего у нее оказался увесистая связка ключей. — От винокурни и особняка. Ну и нескольких убежищ, но в них наведываться не нужно. Сможешь приехать в Мондштат? В общем и целом, вопрос был излишен. Рагнвиндр давно понял, что преданность своим людям было ключевой чертой главнокомандующей. Она бы ни за что не смогла бы не сделать так, как он ее попросит. Ее веки на миг будто потяжелели, но взгляд быстро устремился прямо ему под ноги. — Что-то еще передать? И кому, конечно? Граненая нейтральность этих слов почти выворачивали душу наизнанку. Будь здесь воля Люка, он бы промолчал, но все-таки оставить этот вопрос открытым он не мог. — Джин принеси из моей библиотеки стихи рыцаря Эллиота, они стоят в отцовском кабинете. Алые обложки с синей росписью, не перепутаешь. Передай, что я довольно расслабленно наверстываю возможность набедокурить, и чтобы она не волновалась. В Ордо Фавониус передавай привет Лизе Минчи, библиотекарю, и Кли, рыцарь в красном, маленькая девочка, с двумя хвостиками. Кейе скажи что я приношу извинения за весь фарс после моего возвращения. Я раскаиваюсь, что тратил это время так… На несколько секунд Дилюк замолчал, поднялся, и отойдя на несколько шагов, продолжил. — Отдай ему ключи. Если он откажется принимать их, переспроси его, уверен ли он. Если снова откажет, вернись к нему через пару дней и спроси его еще раз. Если вновь воспротивится, неси ключи на винокурню и передай Аделинде. Объясни, что они ее, но если господин Альберих соизволит явиться назад, то «Рассвет» должен в любое время встретить его с… Кокоми подошла сзади и заключила трясущегося парня в объятия. — С открытыми дверьми. — Это все, — выдохнул Дилюк. — Я буду гонцом лучшим, чем Гермес. Не беспокойся, — отступая, улыбнулась Кокоми. — Не сомневаюсь, — кивнул Люк. Тишина повисла над детьми, словно суровый циклон из Снежной. *** — Как и договаривались, все международные материалы у Риты переведены неправильно, сама она в большом конфликте. Материалы вперед, — зубаскалилась челюсть из-под черной вуали. — Камбала, вы завышаете цену. Я такое не прощаю, — ухмыльнулся мужчина. — Нет смысла торговаться. Эти материалы могли бы по ошибке быть опубликованы уже сегодня, а аврорат и автоматические чары цензурирования в министерстве это быстро бы проверили. И поставили на заметку. А вашему бизнесу это не нужно. Маги переглянулись. — Нас больше смущает даже не аврорат. — Репутация у клиентов, — понимаю. Закрепленные над вуалью фиолетовые рога заблестели в отблеске зеркала, к которому подошла темная фигура. Черное одеяние обнажало только рот, обажая челюсти с белоснежной улыбкой, извечным приветственным оскалом. Загадачное явление шипело и расщепляло голос, будто заглушая что либо человеческое в своем образе. Грузные платформы на сапогах трещащим звуком отбивали каждый шаг. — Хорошо. Вот товар, — мужчина кивнул подле стоящим подчиненным, и те синхронно взмахнули палочками. В глазах у магов потемнело, а когда каждый из них вновь пришел в себя, Камбала уже перепроверила ящики, поспешно начертав на них невербальной магией серебряные символы. Стоило им укоренится на фанере, как груз тут же исчезал, испаряясь в голубой пыли. — Превосходно. Зубы сверкали. — Так вот. Нас беспокоит не аврорат. — Так что же. Губы стянулись в тонкую линию. — Как вы и сказали. Клиент. — Который заказывает редкие и сомнительные породы камня, ни платя за них ни цента? — Который остался свидетелем нашей работы, не дав ни одной клятвы или обета. Алые вспышки моментально озарили полумрак. Зубы обнажились вновь.