И ад следовал за ним

Голосовое от Ники пришло в восемь утра. Его восторженный заполошный речитатив пришлось ставить на паузу, чтобы вникнуть и правильно отреагировать. Пока Ники болтал, Нил упаковывал вещи и снимал оборудование. "Джеймс Бонд, твою мать!" - вертелось на уме. - "Не сложно, но нервно." Он огляделся, проверяя, все ли камеры снял. Ники сказал: их шесть. Одна, две... Нил внимательно считал крохотных помощников. Все. - Простите, - улыбаясь, как всегда, очаровательно, Нил обратился к администратору отеля, - так вышло, что мне срочно нужно в Штаты. Мой номер оплачен еще за двое суток. Но дело в том, что вчера ко мне заехал друг. Он простужен, выпил лекарство и уснул... - Вы хотите, чтобы номер остался пока за ним? - улыбнулась ему в ответ красивая девушка за стойкой. - Да, если можно. Он живет в Берлине. Вот - копия его паспорта. - Нил показал телефон. - О, как вы предусмотрительны! Конечно, иногда мы идем навстречу. Не беспокойтесь. Спасибо, что выбрали наш отель. - Благодарю, - Нил подхватил чемодан и сумку Ники. Сверкнул улыбкой и исчез. Сегодня Ники сам открыл ему двери и сообщил: - Эрика вызвали на какой-то нефтеперерабатывающий завод в Нойштадте, а Бекки в это время уезжает на фермерский рынок за продуктами. - Отлично. Билеты? - Нил стремительно взбежал за ним на второй этаж. - А, да, конечно. Я забронировал на 10-30. Раньше не было, но и твой поклонник еще дрыхнет, да? - Надеюсь... - Нил выдохнул, - что, получилось? - Да, все просто заебись! - Ники показал аж два больших пальца. - Я совсем немного подчистил шумы, чтобы ваши голоса звучали яснее, а в остальном - ну, просто Голливуд! Нил, ты - талант. Мата Хари отдыхает. - Убедительно? - еще раз уточнил Нил и кивнул на компьютер, - я гляну? - Режиссер и артист должен увидеть все первым . Он включил изображение. Охренеть. Нил несколько раз даже оглянулся на Ники, стоявшего рядом в полном молчании. - Доволен? - Ты гений! Ники, проси, чего хочешь! - О, как это опрометчиво! - Ники нежно взял его за талию и, дурачась, подтолкнул к столу, одновременно раздвигая ему ноги, - Ни-и-ил, - шепнул он ему на ухо. - Пиздец, - обреченно вздохнул Нил, - ты с ним что-то одно куришь? Ники рассмеялся и убрал руки: - Я тебя первым увидел. - Я помню, - закатил глаза Нил. - Так, если без шуток: тебе пора валить. Этот озабоченный Шон проснется не в духе, ты, конечно, и сам это понимаешь. А ведь он - не просто так чувак с улицы. Спецслужбы и безопасность, сечешь? - Да. - Видео я тебе перекинул. Проверь. И пошли к машине: я отвезу в аэропорт. Когда объявили регистрацию, Нил сам крепко обнял Ники: - Я не знаю, что бы делал без твоей помощи, - твердо произнес он, - спасибо! - Держи меня в курсе, Ники взял его за щеки ладонями и нежно коснулся губами кончика носа. - Найди Эндрю, убеди его. Я хочу, чтобы у вас все наладилось. - Помолишься? - чуть смущенно спросил Нил. - Конечно. Бог есть любовь, даже если полмира осуждает наши браки, - Ники опустил руки, - счастливой дороги, Нил. Самолет нес его в Нью-Йорк. Предстоял долгий перелет, и Нил подсознательно побаивался, выдержит ли его, имея полную голову мыслей и ни одной, где искать Эндрю. Он прикрыл глаза, вспоминая свой сон. Жара, пустыня, кактусы, испанский язык, гонки... Машины не как на "Формуле", а обычные тачки для уличных покатушек. Они с Эндрю здорово повеселились когда-то... Нил стиснул зубы, вспоминая горячие руки, прижимающие его к стене в темном квартале, где они скрывались от дорожной полиции, наделав шуму на весь район. Глядя ему прямо в глаза, Эндрю гладил его плечи, грудь, живот, стискивая так, что все мысли исчезали. Нил искал его губы, постанывая от нетерпения, а руки все ласкали его тело, умудряясь, даже через одежду, взрывать искрами и сводить с ума. "Он один знал меня", - прикусив до боли губу, и откинувшись в кресле, думал Нил. "Соображай. Не отвлекайся. Где говорят на испанском? В Бразилии? Нет. Там - португальский. В Испании. Ха, очень смешно. Но Эндрю почему-то не проникся этой страной. В Мексике? Да. И там творится черт знает что: и гонки, и море выпивки, и курорты Мексиканского залива, и Карибское море... Эндрю бы там понравилось. Ладно, попробуем." Он задремал под ровный гул. Авиалайнер пересекал Атлантический океан. Даже во сне Нилу мерещилась сильная тонкая рука, ищущая его руку: Эндрю летал годами, а все равно нуждался в его поддержке. Больше снов-подсказок он не видел. Сон был крепким и спокойным, а вот пробуждение напомнило резкий бросок на холодную поверхность. Отголоском пронеслось: "Опаздываешь, Нил". Он заозирался, сонно хлопая глазами. Посмотрел на часы: рейс шел минута в минуту. Нью-Йорк принимал все самолеты; погода стояла великолепная. - Значит, опаздываю, - сказал себе Нил и обеспокоенно посмотрел на покрывшиеся мурашками руки. - Надо сразу брать билет до Мехико, дальше разберусь. Может, и к лучшему, что рейсов до Огасты не было. Из Нью-Йорка добраться легче, хоть и дольше. "Мексика, Мексика", - вертелось на уме. - "Куда именно он подался? Если он вообще там. Допустим." - Нил крепко стиснул руки. "Отставить сомнения. Летим. Ищем. Куда? Куда он там мог забраться? Мексиканский залив? Тьма курортов, масса развлечений. Карибское море. Канкун, белые пляжи, солнце... Все одинаковое"... Нил вздохнул. - "Если он ищет уединения... Нет!" - оборвал он сам себя. "Ему не нужно уединение. Эндрю ищет смерти. Он умеет вызывать ненависть к себе, а подраться на фешенебельном курорте будет проблематично: выставят с негодованием, не более. Он мог запереться в какой-нибудь наркоманский квартал. И нажить себе там полсотни врагов. Что ему там делать? То, что Эндрю Миньярд делал всю свою неудавшуюся молодость: пить, употреблять дурь и ввязываться в неприятности. Окей. Он хорош собой, наглый, отличается от коренного населения, да и на туриста, тоже не похож. Следует порасспрашивать на основных курортах, а потом взять напрокат тачку и рулить по всяким злачным местам. Моя задача не сдохнуть там самому... Тачку...тачку... Нил подпрыгнул на месте, озаренный идеей. Конечно! Он же участвовал в каких-то гонках! Вот я дебил!" Его сосед - темноволосый толстячок - неодобрительно фыркнул, но Нил даже не обратил на него внимания. Он сосредоточенно вспоминал Недавно прошло гран-при "Формулы-1", но это ведь серьезная тусовка, а во сне - Нил покачал головой, осознавая, каким бредом все выглядит - Эндрю разбился на обычной уличной тачке. - Где же в Мексике могут быть гонки? - произнес он вслух, забыв, что не один. - Под Канкуном, разумеется, - раздался чей-то возмущенный, но благовоспитанный голос, и когда Нил, вздрогнув, повернул голову, на него в упор смотрели темные глазки добропорядочного толстячка-соседа, исполненные лютого любопытства. - О, - Нил кивнул и тихо, вежливо уточнил, - а где именно, не подскажете? - Они собираются раз в три месяца неподалеку от "Пуэрто-Альба, а вот где точно? Туда же нельзя соваться, вы что?! Там такой район! Вы первый раз полетите в Мексику? - Да, - Нил вздохнул. - Я ищу друга. Он может быть там. - Сочувствую. - Даже так? - Да. У меня небольшой бизнес, и мои работники держатся подальше от этого сборища. Конечно, больше слухов, но говорят, там и наркотики, и подпольные игры...словом, представляете себе? Нил кивнул: - Представляю. Но у меня нет выбора. - Значит, вам следует взять билет до Канкуна. - Я так и сделаю, - задумываясь, шепнул он. - Хороший, видно, друг? - заметил толстячок. - Единственный, - улыбнулся Нил. - Вот как, - он помолчал, - в "Пуэрто-Альба" возьмите машину. Таксисты - народ ушлый, глядишь, и наткнетесь на кого надо. - Спасибо. После приземления Нила пошатывало. Он так устал от долгого перелета, что на миг удивился сам себе: столько летает, а штормит впервые. Забрав багаж, он медленным шагом двинулся на воздух. Мимо прокатился его неожиданный помощник. Его толстенькое тело двигалось так ладно и проворно, что Нил невольно улыбнулся. А если бы он не взял билет рядом с этим человеком? Откуда бы узнал о Канкуне? Мексика - не маленькая страна, разноплановая, по-своему, уникальная. Кто знает, на правильном ли он пути... Нил заметил толстячка у автомата с кофе и, не задумываясь, подошел: - Я хотел еще раз поблагодарить вас, - негромко сказал он, - только сейчас дошло, что розыск человека - гиблое дело, если не служишь в полиции. Взяв свой кофе, толстячок расплылся в улыбке: - Я уж думал, в нашей стране люди перестали говорить приятные слова! Говорить-то, говорят, вот только, неискренне... А вы так отличаетесь! Я очень рад, что сумел вам помочь. Нил пожал ему руку и пошел к кассам. - Эй! - окликнул его попутчик. - Да? - Нил оглянулся. - Возможно, судьба? В Мексике верят...там древняя история Майя, знаете ли? Нил суеверно улыбнулся одними губами и серьезно кивнул: - Знаю. Думаю, вы не ошибаетесь. До вылета оставалось несколько часов, и Нил решил съездить в будущую школу Алана. Он уже смирился, что через месяц сын уедет жить в Нью-Йорк, взяв высокий старт, благодаря их поддержке и своему упрямству. - Вот, сэр. Это она, - таксист указал Нилу на старинное кирпичное здание в глубине парка. - Нам можно постоять здесь, а вон на те подъездные дорожки пускают только в дни посещения родителей. - Дождитесь меня. Я на минутку, - попросил Нил и вышел на зеленую ровную лужайку. Ребятишек здесь пока не было: каникулы, но несколько машин, принадлежащих, скорее всего, педагогам, уже вышедшим на работу после отпусков, стояли у входа. "Как в кино", - вздохнул Нил, вспоминая свой нервный сон в разрушенных домах, машинах, пустых квартирах, и прерывистое дыхание матери, крепко сжимающей его в объятиях, закрывая собой от ужасов, выпавшей им реальности. "Он будет жить счастливо и достойно!"- словно давая клятву, тихо, но твердо, произнес он вслух. "Найти бы еще его сумасшедшего папашу." Нил вернулся, наполнившись теплом этого туманного дня, ароматами листвы и цветов. Сердце ныло в разлуке с Эндрю, но он уже не замечал этого вечного источника своей боли и нежности. Иногда Нил чувствовал, как в нем зарождается досада и злость на Эндрю, поверившего в его измену, отвернувшегося от пятнадцати лет крепкой и верной любви. - В аэропорт, сэр? - спросил таксист, заводя двигатель. - Да, пожалуйста, - рассеянно кивнул Нил. Это чувство опять вернулось уже перед самой посадкой: опаздывает. Он опаздывает. Панические атаки, конечно, были знакомы Нилу не понаслышке. Отвратительное ощущение утраты контроля. Нечто похожее он испытал в далекой юности, увидев надпись на стене. А затем кошмар вернулся после матча, чтоб сгореть этому проклятому Балтимору... Люди отца, потерявшие человеческий облик, и невозможность сказать Эндрю, как он нужен ему в эту минуту! Как хочется поблагодарить за кусочек нормальной жизни, за поцелуи, близость, крышу под холодно мигающими звездами... Из аэропорта он поехал прямо в отель с уютным названием "Эль Камино". Руки и ноги тряслись, сердце периодически сжималось, и не было видимой причины для такого состояния, кроме непроходящей усталости. Действительно, он провел в дороге почти сутки. Многовато для человека, которому нужны силы. - Далеко отсюда до "Пуэрто-Альба"? - спросил он у таксиста. - По прямой - где-то час. Прекрасное место: огромный парк развлечений, мощеные дорожки, тренажерный зал...всего не перечислишь. Кухня и мексиканская, и европейская. Здесь вам тоже понравится, если цените уединение, а то там бесконечные вечеринки. - Спасибо, я останусь здесь, - Нил пошатнулся и вцепился в ручку чемодана, закатывая его на дорожку. Служащие тут же бросились ему навстречу. "Если лягу, то просплю еще сутки и потеряю время окончательно. Но без отдыха нельзя. Уже глюки скоро начнутся." В красивом номере, выдержанном в простом европейском стиле, Нил принял душ и грохнулся на постель. Сон свалил его в одну секунду, давая передышку измученному телу и обалдевшему от количества информации и новых впечатлений мозгу. Нил понимал, что время слез и нытья прошло. Он вплотную приблизился к цели, и отвлекаться на лирику не стоит: можно потерять все, что представляет истинную ценность. На кону сама жизнь. Пробуждение далось нелегко, но он заставил себя подняться, проглотил две чашки отличного кофе, сжевал нечто великолепное, напоминающее так любимые Эндрю круассаны, не успев удивиться разнообразию меню. До "Пуэрто-Альба" он добрался быстрее, чем за обещанный час. Курорт утопал в зелени, и Нилу показалось, что ожила рекламная картинка. Он огляделся в полном восторге, и тут же одернул себя: не отвлекаться! Огромная парковка была заполнена автобусами. Как диковинные животные, они толпились рядом, сияя солнцем, отражающимся в натертых до блеска стеклах. Чуть поодаль галдели водители такси. Их одинаковые желтые машинки выстроились в шеренгу, почти на полквартала. Солнце только поднималось, а жара уже становилась невыносимой. Нил осознал, что, еще немного, и таксисты, впрочем, как и все нормальные люди, попрячутся от зноя. Надо торопиться. Он приблизился к шумной толпе, что-то живо обсуждающей, и обратился к одному молодому мужчине в белой рубашке и удлиненных шортах. - Простите, я ищу друга. Знаю, что он очень любит тачки, а здесь где-то проходят заезды. Можете помочь? Парень уставился на Нила, изучая его лицо: - Полиция? - недоверчиво спросил он. - Я похож на полицейского? - фыркнул Нил от неожиданности, - с ума сошли?! - Не похожи, но... - он поймал взгляд одного из коллег и уверенно заявил, - нет. Но я ничего не знаю ни о каких гонках. - Ясно, - усмехнулся Нил и сел на бордюр, пожалев, что по привычке надел джинсы и не обзавелся головным убором. Макушку пекло нещадно. Он разглядывал таксистов, прекрасно понимая, что все им известно, и что их нелюбовь и недоверие к властям стоят между ним и Эндрю. Вдруг рядом уселся парень помоложе. Помолчал, будто раздумывая, достал пачку сигарет, повертел в руках: - Любишь тачки? - небрежно спросил он, оглядывая Нила темными глазами, прячущимися в морщинках. - Да, но мой друг любит их еще больше, - ответил Нил, не отводя взгляда. - Мне кажется, он мог заинтересоваться, если где-то гоняют. - Описать его можешь? Нил удивленно поднял брови, но ответил: - Блондин, чуть выше меня, симпатичный, наглый.. - А-а, - парень расслабился так явно, что Нил снова удивленно посмотрел на него. - Этот красавчик всех тут построил. Но он здесь уже давно...Ты чего так долго ехал? - Так получилось, - вздохнул Нил. - Как он? - Говорю же, построил. Он с Джошем подружился. Тот тоже по тачкам. - Джош? - Да. Парень выкупил здесь все дома в поселке, отремонтировал, наладил поставку питьевой воды, теперь сдает комнаты беднякам. Местный магнат, - парень хмыкнул, - хороший чувак. У него в Америке, вроде, случилось что-то, он сюда перебрался, к брату. Начинал-то с нуля, долгов было выше крыши, а потом поднялся. Он торгует машинами, организует гонки, следит за порядком... - Получается? - скептически поднял бровь Нил, помня о том, что рассказывал ему о поселке наркоманов и картежников попутчик. - Получается, - спокойно кивнул парень. - Сам в шоке. Имя скажи? - попросил он вдруг. - Мое? - Нет, твоего друга. - Эндрю. - Поехали. Еще на гонки успеем! - он резво поднялся на ноги и повел Нила к своей машине. - Садись. Хоть покурю по дороге, ты не против? - Еще чего? Кури, пожалуйста. Сердце задолбило в азарте, когда машина разогналась до ста километров, заложило уши, и что-то похожее на восторг охватило все существо. Вдали показалось скопление машин. Нил услышал музыку, заметил две "скорые" и "пожарную". Дом на колесах занимал центральное место среди низкопосаженных тачек, возвышаясь над ними белой громадой. Нил взволнованно огляделся. Сердце разгонялось под ритмы, рвущиеся из открытого багажника одной из машин. Другая музыка. Не та. Он с облегчением отметил этот факт, чувствуя себя параноиком, опирающемся на призрачные знаки из сновидений. - Я тоже тут побуду, - сообщил ему таксист, - меня Диего зовут. - Спасибо, Диего, - Нил расплатился, пожал ему руку и побежал к дому на колесах, надеясь, что уж там-то ему скажут, где искать Эндрю, если он, вообще, сейчас здесь. За пультом, вставив наушник в одно ухо, сидел парень с длинными, по плечи, волосами. Бейсболка, каким-то чудом, держалась на самой макушке, повернутая козырьком назад. На вторжение Нила в святая святых он отреагировал совершенно спокойно. Кивнул и вопросительно поднял подбородок. - Привет. Меня зовут Нил. Я ищу Эндрю, - выпалил Нил на одном дыхании и вгляделся в монитор, - это с дронов изображение? - Привет, - парень протянул руку, - я Джош. Эндрю, вон - на оранжевом "Ниссане", - он потыкал пальцем, - и я уже знаю, кто выиграет этот заезд. Чувак - полный шиз! - в голосе прозвучал восторг. - Он уже там?! - в панике переспросил Нил. - Джош! Верни его! Он разобьется! - Ты че?! С какой стати? - Верни! - Нил схватил микрофон, - Джош, он подключен? - Да, - Джош вытаращился на него, - как ты сказал, тебя зовут? - Нил, - он повернул бледное лицо. Глаза горели ужасом. - Нил? Нил!!! Твою мать! - и Джош стал лихорадочно подключать штекеры, - вызывай-вызывай! - Эндрю! Это Нил. Сбрось скорость. Чертов Миньярд отреагировал в своем репертуаре. Услышав его голос, даже искаженный шумами и расстоянием, Нил похолодел; руки его затряслись. Ему, как никогда, нужно было время, чтобы осмыслить этот голос, прийти в себя, но такой роскоши он позволить себе не мог. - Эндрю! Сбрось скорость... - Чем докажешь, что это - ты? - Я люблю тебя, - в последний момент, сообразив, что он в открытом эфире, Нил перешел на немецкий. Когда до него начало доходить, что пытается сказать ему Эндрю, Джош уже вылетел на улицу и начал искать машину. Дав Эндрю пару советов, без которых он бы прекрасно обошелся, Нил выбежал вслед за Джошем с криком: - Тачку дайте кто-нибудь! Взгляд Джоша перебегал с одной машины на другую: - Нил, вон тот "Ниссан-Скайлайн" - мой, возьми его. У него усилен бампер, если что... - Я понял,- Нил побежал к указанной машине. - Трасса здесь одна? - крикнул он. Парни, встревоженно расступившиеся и наблюдавшие за событиями, кивнули. Кто-то из них предложил ехать прямо через равнину, только учитывать каменистые провалы. Джош прыгнул в свой старый "Скайлайн" и втопил газ: - Скорую туда и пожарку! - приказал он. - Че случилось-то? - Тормоза. - Твою мать! Нил опередил всех на десятки секунд. Он гнал, забыв обо всех предостережениях, о незнакомой трассе. Он разгонялся, как на поле, обходя противника, зная только одно - цель должна быть достигнута. Через сотню лет - так ему показалось - он вышел на похожий извилистый участок. Оранжевый "Ниссан" крутило по дороге, снося в кювет. Нил подключил NO-3, вцепившись в руль. Только догнать и вовремя сбросить скорость. Камни летели из-под колес. Пот стекал по вискам и щекам на шею и противно лип, даже не охлаждая. "Воды бы!" - мелькнула мысль. - Эндрю, - стиснув зубы, прошептал он, - остановись же! Оранжевый корпус возник вдруг из ниоткуда. Нажав на тормоз, Нил выбирал место удара. Шли секунды, сердце отсчитывало годы. - Сейчас, - произнес Нил. - Дальше обрывы, расхлещемся оба... Он вывернул руль и прицельно повел машину на таран. Пять метров, три... Грохот оглушил его. Машина Эндрю приняла удар на переднее крыло. Фара замигала и погасла. Развернувшись и чуть приподняв колеса правого борта, тачка, наконец, замерла, а потом, как в замедленной съемке, начала переворачиваться. Нил выскочил из машины и помчался к Эндрю. Бак не задет, но черт его знает... Он дождался, пока сальто остановится, и распахнул водительскую дверь. Ремень Эндрю отстегнул сам, но от удара он треснулся головой о стойку, и сам выбраться не мог. Все время держа в уме возможность пожара, Нил обхватил его поперек живота и вытащил наружу. Эндрю открыл глаза. - Жив? - выдохнул Нил. - Да... - Надо еще отодвинуться. Вдруг рванет... - Убери от меня руки! - прошипел Миньярд. - Откуда ты вообще здесь взялся?! - Ты охренел, что ли?! - возмущенно отреагировал Нил. - Пошел на хуй! Отпусти меня! - вырвавшись, Эндрю толкнул его в оба плеча. Нил упал на спину, больно ударившись о мелкие камни. - Ты - придурок! - он дернул Эндрю за волосы и повалил тоже. - Ебнулся уже совсем! Я сказал тебе, что у меня есть доказательства! Я чуть не съехал с ума, пока понял, в чем было дело! - Ты...Ненавижу! - чуть не плача, Эндрю вцепился ему в лицо ладонью и снова попытался оттолкнуть. - Если бы ты видел это! - Ты идиот! Ничего не хочешь слышать, да?! - проорал Нил и врезал Эндрю по скуле. Ответный удар прилетел в челюсть. Из глаз, чуть не в прямом смысле, посыпались искры. - Я убью тебя, - угрожающе произнес Миньярд. - Дебил, - Нил поднялся, стряхнул пыль с джинсов. - Хочешь убить - убей. Посмотри сначала. Я не изменял тебя. Неужели так трудно понять. - Что посмотреть? - Эндрю вытер кровь с лица, - что можно еще придумать, если я сам видел. Уйди лучше... - Телефон твой где? - сплевывая кровь, спросил Нил. - Здесь. - Эндрю достал трубку из белых, теперь уже совершенно грязных, полотняных брюк, подвернутых до колена. - И раз уж мы обмениваемся информацией, полюбуйся на это... Руки его тряслись, пока он пытался отправить видео Нилу. Зато Нил справился с задачей легко. Он столько раз представлял себе это действие: как он покажет Эндрю все, как было, как правда заиграет всеми гранями, и все встанет на место. Обида и боль сдавили ему сердце. - Как ты мог поверить? - произнес он, стоя над сидящим в пыли Эндрю. - Как допустил даже мысль? Я чуть не сошел с ума. Эндрю молча смотрел на него. - Чего молчишь? - начал закипать Нил. - Я всегда был верен тебе! Ты мог бы и позвонить, мог спросить. Эндрю вскочил и снова вцепился ему в лицо ладонью: - Ты придурок! Заткнись! - проорал он. - Если бы ты это видел! Да я после этого даже дышать не мог, не то, что говорить! Уебок...как вспомню...я жить не хочу! - И что, уже не имеет значения, что я говорю тебе? Мои слова... Когда они перестали иметь значение? - Нил оттолкнул его руку и вытер лицо. - Ты мог спросить меня. Мог позвонить. Одно видео, так удачно присланное тебе, чтобы ты проебал три пункта в договоре... Эндрю уронил его в пыль и замахнулся. - Стойте, вы! Совсем уже, что ли?! - Джош перехватил руку Эндрю и помог подняться Нилу. - Прекратите. Он спас тебе жизнь, вообще-то, - Джош коснулся плеча Эндрю. - Никто его и не просил! - Миньярд вырвался из рук Джоша, снова сел в пыль у обочины дороги и стал смотреть, как ребята, приехавшие вместе с Джошем, переворачивают его машину, ставя ее на колеса. Медики подошли к Эндрю с чемоданчиком: - Нужна помощь? - спросила темноглазая женщина, присаживаясь перед ним, - как вы себя чувствуете? Может, воды? - Яду, - бросил Миньярд и опустил разбитое лицо в сложенные на коленях руки. Нил сидел в такой же позе, на противоположной стороне дороги и пытался сдержать ярость. Его всего колотило от слов Эндрю, от его взгляда, полного недоверия и ненависти. Неужели, все? И видео, снятое в Берлине, окажется пустой тратой времени, и общение с Шоном - напрасной жертвой? Что будет? Он вернется в Америку к семье, а Эндрю? Нил не стал смотреть на него, и не стал прислушиваться, что говорит Эндрю усевшийся рядом Джош. Нил просто положил голову на руки и, тяжело вздохнув, замер в своем отчаянии. Джош понаблюдал за ними, поражаясь, как синхронно они разбрелись, каждый на свою сторону дороги, и в одинаково горестных позах застыли, как изваяния местных божков. - Эндрю, что случилось? - тихо спросил он, садясь рядом, прямо в пыль. - Он спас тебя, все хорошо. Зачем же ты так? Эндрю вздохнул и промолчал. - Слушай, я же вижу, что ты когда-то жил иначе. Я буду рад, если ты останешься: мне нужен такой друг, но... Этот парень...ты дорог ему. Эндрю поднял голову и посмотрел Джошу в глаза: - Дорог? - бесцветным голосом повторил он. - Безусловно. Я сразу это понял. - Он утверждает, что я все придумал, и он ни в чем не виноват... - Но ведь можно же проверить, - Джош пожал плечами. - Не стоит терять близких людей... Он тяжело вздохнул и посмотрел вдаль. - Ты потерял кого-то? - начиная отходить от своего помешательства, спросил Эндрю. Джош молчал чуть не целую минуту, а потом тихо заговорил: - У меня в Америке была жена. Такая милая... - Он чуть всхлипнул и отвернулся, глотая слезы. Несколько минут ему понадобилось, чтобы взять себя в руки; Эндрю не мешал ему, - мы жили небогато, снимали домик... Она умерла во время родов от осложнений, вместе с нашей дочкой. Не было денег на нормальную клинику. Я влез в долги, сразу, как мне позвонили и обнадежили, что еще можно успеть... Но оказалось поздно, да и врачи показали себя полными олухами. Я приехал сюда к брату. Начал потихоньку работать, скопил денег, раздал долги. Потом прижился; люди меня полюбили. Я помогаю бедным... Хорошая жизнь, Эндрю. Только вот, позови меня моя Кристи, помани, окажись живой, я бы все бросил. Он вытер слезы ладонями и хлопнул Эндрю по плечу: - Сегодня вы рядом, а завтра приходит смерть. Эндрю вздрогнул и поднял на него глаза: - Ну ты даешь, - шепнул он. - Это ты даешь. Он здесь. Рядом. А ты вены режешь... и это я еще не все знаю о поломке в твоей доведенной до совершенства машине. Эндрю мрачно смотрел на него. Джош поправил бейсболку, отряхнул руки и предложил: - Давай, я отвезу тебя куда-нибудь. Отоспишься, подумаешь. Есть такое место? - Бунгало на краю "Пуэрто-Альба", - произнес Эндрю и посмотрел в сторону Нила, - а его куда? - Сейчас, - Джош поднялся, подошел к Нилу и осторожно тронул его за плечо, - чувак, ты где остановился? - В "Эль Камино", - вздохнув, ответил Нил. - Я найду, как добраться. - Не-не-не, - Джош возмущенно помотал головой и крикнул кому-то, - Алехандро, будь другом, подбрось человека! Тут лисьими тропами минут пятнадцать будет. - Хорошо, а гонять-то еще будем? - парень на ярко-красном "Камаро" не смог скрыть сожаления. - Будем. Все сейчас сделаем, - пообещал Джош и пошел обратно к Эндрю, - садись, вон моя машина. - Спасибо, Джош, - Миньярд поднялся, отряхнул брюки, тыльной стороной ладони вытер кровь с лица и снова посмотрел на Нила, усаживающегося в красную тачку Алехандро. Глаза их встретились. - Я напишу, - вдруг произнес Эндрю. - Тебе решать, - холодно отозвался Нил и захлопнул дверь. В номере Нил опустил жалюзи, включил кондиционер, сбросил грязную одежду и принял душ. Надев легкие шорты, он лег на постель и закрыл глаза. Руки сжались в кулаки от вновь подступившей обиды. Они, эти руки, только что дотрагивались до горячего тела Эндрю, вытаскивая его из искореженной машины. Он видел его глаза - так близко... Что это такое? Он разлюбил? Так сильно измучился своей безумной ревностью, что предпочел вычеркнуть из жизни факт его существования. Что с ним? Видео. Боже! Что же там такое-то? Нил сел, прогнал темноту и дурман, накатившие от резкого движения, и нашел свои джинсы. Достал телефон и включил видео, которое Эндрю все же отправил ему. - Этого не может быть, - ошеломленно прошептал он, не поверив свои глазам, - что это за херня? Кто это так поработал, что все стало так похоже на правду; какой профи подключился и создал реальный фильм? Господи... - его затошнило, когда он представил себе реакцию Эндрю, впервые открывшего этот кошмар. Вот, о какой порно-сцене говорил Шон. Да уж. Вот так крыша и съезжает. Губы Оливера, рыскающие по всему его телу; наглые руки, ласкающие везде, где только можно. Слишком много обнаженного тела. Натуралистичность. Нил поморщился: - А задница не моя, если присмотреться, - борясь с тошнотой, пробормотал он, - идешь в порноиндустрию, не забывай о тренажерном зале пять раз в неделю... Сука, Оливер, какой же ты поганец! Самому-то не противно? Найти бы тебя да заколотить этот видос вместе с телефоном тебе в глотку! Он обессиленно лег на спину. Ну, что ж, Эндрю, по-своему, прав. Неизвестно еще, как бы он сам себя повел, увидев нечто подобное, с Миньярдом в главной роли. Куда-то все рухнуло. Просто люди, преследующие свои цели, сыграли в игру их жизнями, их чувствами. И целей не достигли, и любовь сломали. За одно это следовало бы убить Шона Уилкинса, искренне верящего, что его помешательство может хоть отдаленно соперничать с крепкой любовью Эндрю Миньярда. Слезы боли катились по его вискам и смачивали волосы. Нил уже убедил себя, что настал конец его счастью. Все. Завтра на самолет, и в Штаты. По крайней мере, попытался. Тем временем, Эндрю тоже смотрел кино. Оставшись наедине со своими мыслями, он прикрыл двери, распахнул окна, нашел в холодильнике бутылку обычной водки и апельсин. Налил в рюмку немного водки, а сверху - выдавил сок, растерзав несчастный плод. На такой жаре он никак не мог изобрести подходящий алкогольный напиток, чтобы не рубил намертво, и в то же время, глушил боль в груди. - Сойдет, - залпом выпив "коктейль", заключил Эндрю и вытащил телефон из заднего кармана своих жутко грязных брюк. Он сел прямо на пол, прислонившись спиной к дивану, и открыл присланные Нилом видеофайлы. Первый - признание Пауля Бергмана - сразу застал его врасплох. Голос Нила, прямо искрящийся от ненависти, свел его тело желанием: "А сейчас мы узнаем, как нападающий сборной страны оказался в номере двух обезьян с камерой"... И Пауль понес такое, что Эндрю даже убрал подальше и бутылку, и ошметки апельсина. Кажется, чтобы разобраться во всей этой херне, понадобится ясная голова. - Ах ты, мелкий ублюдок! - дослушав, Эндрю стиснул телефон до боли в пальцах. - Вот вы, уроды гребанные! Ну, Бергмана, допустим, я не знаю, но ты, Оливер, молись. Второе видео весило больше и долго грузилось, пока Эндрю мотался по огромной гостиной, расшвыривая грязную одежду и матерясь. Оставшись в одних боксерах, он снова глотнул водки, выругался и прибавил звук. Оранжевый свет зажег волосы Нила огнем. Белоснежная рубашка, расстегнутая на груди, открывала тоненькую золотую цепочку с литерой "А", которую он сам купил себе и носил, почти не снимая, как Эндрю свой нож с напоминанием. В синих джинсах, с широким кожаным ремнем, его бедра выглядели, как всегда, потрясающе, а задница так и манила дотронуться до нее и погладить всей ладонью. Нил открыл дверь и впустил в гостиничный номер какого-то смутно знакомого парня. Эндрю не пришлось долго гадать, потому что гость тут же повернул голову на свет. "Шон Уилкинс", - констатировал Миньярд и продолжил просмотр. - Привет, - негромко поздоровался Шон, - я даже поверить не могу, - он приблизился к Нилу и взял его ладонями за щеки. - Красивее тебя, никого нет на свете! - Это понятно, - помертвев, прошептал Эндрю, - только ты-то, сука, тут при чем? - Шон, я не понимаю, когда ты умудрился меня узнать, а уж, тем более, увлечься, - Нил уверенным жестом снял его руки со своего лица, - но это и не важно. Ты ведь в курсе, что я в браке? И тут Шон учудил. Он медленно, не сводя глаз с лица Нила, опустился перед ним на колени и взял его руку, прижавшись к ней губами: - Мне все равно! Я люблю тебя, - лицо его бледнело на глазах, - я хочу не просто близости, Нил. Я предлагаю тебе законный брак. - Что? - Нил вздрогнул всем телом. - Я, кажется, внятно выразился: я уже в браке. - Миньярд не вернется к тебе, - продолжая целовать его руку, убежденно заявил Шон, - мне жаль, но он уже сделал свой выбор. - О чем это ты? - Нил сощурил свои синие глаза, от которых Эндрю не мог отвести взгляда. - Сначала все дело упиралось в бизнес, - сообщил Уилкинс, - но потом...Так все перепуталось. О, Боже, Нил, прости меня! Ты имеешь право убить меня, или еще что-нибудь, только не гони! Ты потом поймешь, как я тебя люблю, и простишь мне мой поступок. Нил... - Говори, - жестко приказал Нил, - все говори, Шон! Какой поступок? Что ты сделал? - В середине мая Кауниц - мой босс, инициировал слияние корпораций - американской и немецкой. Если коротко, был составлен документ с тремя хитрыми статьями в договоре, где немецкая сторона теряла все свои привилегии и полностью переводилась под контроль Штатов. Юристы, как правило, экономическую составляющую не смотрят, но экономисты не могут ее игнорировать, это было бы странно, а Миньярд выступал выступал экспертом. У Эрика Клозе я выяснил, что если вызвать его ревность, то он, обезумев, просмотрит не только три пункта, но и вообще может все подписать, не глядя... Но, то ли Клозе знал Миньярда не так хорошо, как возомнил, то ли Миньярд оказался невероятно крут, только все статьи он раскрыл на раз, обвинив нас в мошенничестве, что, собственно, и имело место. Вот и все, Нил. То, что твой супруг куда-то исчез, оставив тебя одного, я не знал до последнего... Я откровенен с тобой. Никогда бы мне не пришло в голову открывать все эти подробности случайному человеку. - Я должен сказать тебе спасибо, - саркастически выдал Нил и продолжил допрос, - ты приперся в Бостон. Нахрена? - Я нашел Оливера Манна...Кто-то же должен был выполнить мое поручение. Пообещал ему денег, если снимет кино с твоим участием, и помог свалить от Михаэля Геллера, большого поклонника молоденьких мальчиков, который ни разу не любит порно-вечеринки. - И? - Он, Оливер, то есть, согласился. Я достал снотворное, передал ему. Он со своим дружком все отснял. Я смонтировал на киностудии "ТВ-Берлин", вставив порно-сцену, а потом отправил Эндрю Миньярду. - И разрушил мою жизнь, да, Шон? - Нил отобрал у него руку, - так вопрос ты не ставил? - Я влюбился в тебя, - тихо произнес Шон, опуская голову, - сошел с ума. Я вижу тебя во сне. Мечтаю о тебе. Представляю, как буду заниматься с тобой любовью... Эндрю поморгал, пытаясь осмыслить услышанное. В голове не укладывалось, что Уилкинс - хладнокровное животное, идущее по головам, так расклеится, под воздействием обаяния Нила. "Моего Нила", - Эндрю почувствовал какую-то непонятную тягу, не сразу узнав потребность прижать к себе Нила, и не отпускать ни на секунду. - И что же ты хочешь от меня? - задал вопрос Нил, - у меня нет кнопки на сердце, стирающей память. Мне все еще больно и страшно; мой привычный мир разрушен. Чего ты хочешь? Как я отвечу на твои чувства, если ты - и есть виновник моей потери? Взяв его руку, Шон снова начал целовать ее. Эндрю, глядя на этого экранного вора, пытающегося отнять у него самое дорогое, уже еле сдерживался. - Нил... Я не требую от тебя немедленного ответа, - он осмелился коснуться губами нежной кожи на запястье, чуть отодвинув манжету рубашки, - конечно, мне потребуется твое прощение. Я все понимаю. Я сделаю для тебя все. Если попросишь, я готов на любую жертву. Только будь со мной. Я куплю тебе, все, что захочешь, подарю, все, о чем мечтаешь. Ты будешь жить в роскоши. Любая машина, путешествия - все, Нил, только дай мне знать! - Решил меня купить? - приподнял одну бровь Нил, - Шон, тебе, для начала, не мешало бы узнать меня получше. Твое чувство не очень похоже на любовь. Когда любят, боль не причиняют, хотя... Возможно, я ошибаюсь. Нил со вздохом снова отобрал руку и прошелся по номеру. Шон медленно поднялся, наблюдая за ним. В глазах плескалось восхищение пополам с надеждой. - Я люблю тебя. Я впервые в жизни так полюбил. - Может выпьешь? - Нил подошел к окну, открыл его пошире и стал смотреть, как рыжее солнце отцветает, прячась за крышами домов. - Выпью. Спасибо, - Шон приблизился к нему, взял за плечи и зарылся лицом в рыжие пряди. - Лиса, - тихо сказал он, - на затылке была лиса. - Она всегда там, - произнес Нил. - Наблюдает за тобой и вцепится, если что пойдет не так. - А если я поцелую - тоже? - он осторожно прошелся губами по нежным завиткам. Эндрю зарычал и отшвырнул телефон на диван, но через минуту не выдержал и включил с того же места. - Сука, - шептал он. - Убью тебя к хуям, урод! Трогать моего Нила... Как у тебя хватило наглости?! Мозги порастерял, что ли?! Нил обернулся. Посмотрел Шону прямо в глаза. Взгляд пылал ненавистью. Эндрю сразу это увидел, а Шон - нет. Он потянулся поцеловать Нила, и сердце Эндрю на секунду остановилось, но Нил положил руку на грудь Уилкинсу и тихо произнес: - Я не буду этого делать. - Но я могу надеяться? - казалось, отказ, вообще, не смутил Шона. - Увидим, - скучающе обронил Нил и налил в бокалы красного вина. Эндрю, склонив голову, с ледяной усмешкой, наблюдал, как любимый, недрогнувшей рукой, всыпал какой-то порошок в бокал Шона, пока тот глазел по сторонам, и протянул ему. "Все твое поведение заставит его окончательно сдвинуться. Я и то влюбился бы снова. Как ты это делаешь, а, синеглазый?" Когда Шона потянуло в сон, Нил взял его за руку и подвел к дивану: - Ложись, - сказал он, - что это с тобой? - Нил, Нил, - Шон целовал его руку, - что-то мне нехорошо. - Ничего страшного. Поспи. Выпрямившись, Нил огляделся. Унес на кухню бокалы; полилась вода... Эндрю закрыл видео и нашел сообщения Нила, которые на слушал. Относились они к периоду чемпионата, судя по датам; их было очень много. Эндрю тяжело вздохнул и включил первое голосовое. "Эндрю, любимый мой. Сегодня двадцать пятое мая..." Он слушал и слушал, не замечая, что день уже клонится к закату. "Эндрю. Сейчас ночь. Завтра решающая игра. Я не могу заснуть. Вижу твои глаза..." "Я люблю тебя, Эндрю. Мне никто не нужен, кроме тебя..." Он выключил телефон. Закрыл лицо руками. Слезы прошибли его, как электрический разряд. Так долго он еще никогда не плакал, после той ночи... Эндрю чувствовал себя совершенным идиотом, и его так тянуло к Нилу, неудержимо, руша преграды. "Что же делать? Как мне не потерять тебя окончательно?" - шептал он, мучаясь воспоминанием о прощальном взгляде Нила, садящегося в чужую машину. Мокрой от слез рукой, он придвинул к себе телефон и написал: "Бар "Степной волк" в десять." Сердце заколотилось, как безумное, когда он нажал на значок "отправить".