Рассвет Алого Ордена

      Седовласый стрелок наконец-то закончил. Он оттолкнулся от широкого древесного ствола и с грохотом приземлился в паре метров от фургона, вокруг которого рыскали жрица и его младший брат.       — Вражеская разведка уничтожена, — сухо констатировал Алексей, чей взгляд остановился на припавшей к земле девочке. Она старательно что-то вынюхивала, словно напавшая на след ищейка.       — Нашла! — с легким визгом взорвалась Тэя, вскочив на ноги. — Запах другой! Здесь были не только гоблины, но и кто-то еще.       — То есть по крыше ты до этого не додумалась? — усмехнулся Виктор, большим пальцем указав на фургон. — Это может стать проблемой. Братья Гадрена, вроде как, сносные бойцы, и даже они не справились с этой тварью.       — На хобгоблина не похоже, скорее всего медвежатник, — добавил Алексей, чем приковал к себе все внимание. — Эти громадины обладают на удивление легкой походкой, выследить таких весьма сложно. Нам повезло, что вождь племени решил передать лишние хлопоты своим подчиненным, — он указал на углубление в земле, тянущееся вглубь леса.       «Медвежатники? Те самые, из детских страшилок?» — пронеслось в голове волшебника.       — Могу представить, но все же хочется услышать мнение профессионала. Насколько сильны эти твои медвежатники? — слова Виктора отдавали решительностью.       Вне зависимости от ответа, он намеревался спасти Гадрена, даже если для этого придется вновь поставить на кон собственную жизнь. Они были знакомы еще с тех времен, когда Виктор впервые провалил вступительное испытание. Гадрен смилостивился над тогда еще мальчишкой и выделил ему подсобное помещение, не потребовав ничего взамен. Виктора уязвляла проявленная к нему жалость, но он тем не менее принял помощь.       С того дня он занимался магией не только ради себя и родителей. Теперь в этом списке был и добродушный хозяин таверны, спасший его от холодных зимних ночей. Гадрен не раз врывался в подсобку посреди ночи с кружечкой пива и зазывал мальчугана к столу. Как правило, это происходило в дни, когда к дварфу захаживали его братья, перед которыми тот хотел похвастаться «надеждой будущих поколений».       Виктору льстили столь громкие заявления, пусть и сказанные в шутку. В то же время его сильно раздражал взрывной характер Гадрена, из-за которого волшебнику-неудачнику порой приходилось бросать подготавливаемые неделями ритуалы на середине ради того, чтобы в очередной раз промочить горло.       Так минуло два года. Когда Виктору наконец удалось стать членом ордена и начать зарабатывать деньги, он первым делом отправился к хозяину таверны и с процентами отплатил ему за проявленную доброту. Куда бы изобретатель не отправлялся от имени ордена, он всегда поминал добрым словом Бронзового быка и его хозяина. Когда же Виктор вновь стал никому не нужен, Гадрен с распростертыми объятьями принял старого приятеля и его спутницу. Теперь пришло время отплатить за проявленное радушие.       — Ну, как сказать… — задумчиво протянул Алексей. — Если в качестве мерила взять среднего стражника, то один медвежатник стоит шестерых, если не восьмерых. Их длинные руки идеальны для нанесения мощных размашистых ударов, а шкура по прочности не уступает кожаным доспехам. К тому же они удивительно проворны для своих размеров, — губы стрелка изогнулись в ухмылке, — только вот от зачарованной пули все равно не убежишь.       — Звучит жутко!       — Ну и что, есть против ник какая-то эффективная тактика? — поинтересовался Виктор       — Ничего особенного, разве что… С такими длинными руками не слишком удобно сражаться на ближней дистанции. — его глаза переметнулись на юную жрицу. — Если сможешь подобраться вплотную, его сильнейшее оружие станет его же слабостью, — после чего вернулись к младшему брату, — Но, вообще, все зависит от ситуации.       — Верзилу я возьму на себя! — воодушевленно заявила Тэя.       — Не сомневаюсь, — улыбкой ответил ей Алексей, потрепав по шлему.       ***       Хорошенько припрятав лошадей и повозку, партия отправилась в скитание по Драконьему лесу. Глубокий след петлял из стороны в сторону, гоблины явно надеялись запутать своих потенциальных преследователей. Однако мало что в этом мире может обмануть драконье чутье.       Припав к земле, Тэя вела товарищей вперед, пока в двадцати метрах впереди не вырос большой холм. Он походил на буханку хлеба, от которой отрезали приличный кусочек. Зеленая верхушка, усеянная деревьями и кустарниками, резко срывалась вниз и врезалась в лесную подстилку, оголяя необработанный камень.       У подножья холма, за густыми зарослями шиповника, находился вход в глубокую темную пещеру. Из него вытекал небольшой ручей; узкий участок суши по правую сторону вел внутрь. Логово гоблинов — не иначе.       Тэя было хотела открыть рот, но тяжелая рука Алексей вовремя прикрыла его. Это был уже десятый раз, когда стрелок участвовал в зачистке логова, и он точно знал, чего можно от них ожидать. Кустарник на входе идеально подходил для сокрытия как зеленокожих уродцев, так и их ловушек.       — Тэя, за мной, — шепотом приказал Алексей, стянув с пояса новоприобретенный кинжал.       Имея при себе один лишь огнестрел, белый барс был сильно ограничен в своих возможностях. Группа справедливо рассудила, что в сложившихся обстоятельствах вскрытие ящика с оружием и боеприпасами было более, чем оправдано, и снабдила рыцаря ордена коротким клинком и пятью кинжалами, которые Алексей зафиксировал на своем поясе.       — Угу, — жрица кивнула в ответ.       Виктор опасался, что чешуйки кольчуги будут греметь, выдавая местоположение носителя, однако этого не последовало. Движения девочки были точны и изворотливы, идеально повторяя поступь стрелка. Даже настороженный зверь не услышал бы их приближения.       Алексей пристально вглядывался в траву, и вскоре обнаружил на своем пути первую ловушку, так называемую яму смерти. Гоблинов сгубила лень; если бы они вовремя меняли траву, то, вероятно, этим днем стало бы одним барсом меньше.       — Гья?.. — удивился внезапно шагнувший из кустарника гоблин. Судя по расположению его рук, зеленокожий как раз собирался справить нужду.       — Дьявол! — злобно прошипел Алексей, опешив не меньше гоблина. Он накинулся на беднягу и изо всех сил вогнал кинжал в его шею. Последовавший резкий разворот разорвал горло, не оставив возможности закричать.       Какая-то часть жрицы не слишком обрадовалась увиденному зрелищу, а какая-то, наоборот, жаждала продолжения. Темные мысли, с которыми она сражается изо дня в день, потихоньку выходили наружу, однако Тэя старалась не думать об этом. Гоблины — жестокие убийцы, не жалеющие ни женщин, ни детей. Убийство убийцы не является чем-то плохим, так она рассуждала. Ей приходилось так рассуждать, чтобы не пасть в глазах милосердного Плачущего Бога и в своих собственных. По большей части, в своих собственных…       — Он был один? — спросила Тэя, взяв себя в руки.       — Сейчас проверим, — с довольной ухмылкой ответил ей седовласый, найдя в кустах брошенный гоблином лук. Он знал некоторые из их сигналов, и вот это знание наконец пригодилось ему.       Алексей поднял лук над собой так, чтобы его верхушка едва выглядывала из-за кустов. Он продержал его там секунд десять, после чего из ближайших зарослей вышла еще пара гоблинов с луками наперевес. Они шли осторожно, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Выпад кинжала и погребальный звон сделали свое дело — парочка отправилась на тот свет в считанные секунды.       Теперь, когда тела трех разведчиков покоились в зарослях шиповника, вход в пещеру был открыт. Алексей вернулся по своим следам и провел младшего брата к пещере. Внутри было слишком темно для человеческих глаз, так что Виктор хотел воспользоваться одним из своих заговоров и вызвать свет, но стрелок по-прежнему надеялся застать гоблинов врасплох. Волшебник справедливо возразил.       — Если на нас нападут в кромешной темноте, ничем хорошим это не кончится. Ты же сам говорил, что днем эти твари дрыхнут, как мертвые. Если свет и разбудит их, у нас будет время что-то предпринять. Если же они не спят, то без света преимущество будет на их стороне.       — Как мне направлять боевые мольбы на тех, кого я не вижу? — поддержала его жрица.       — Ну, справедливо, об этом я не подумал. Ладно, давайте свой свет. Понадеемся, что эти лентяи уже улеглись.       Заговор был приведен в действие. Прикосновение к деревянному щиту жрицы сделало его источником яркого серовато-серебристого света. В шести метрах от щита свечение начинало тускнеть, в двенадцати — постепенно исчезать. По мощи заговор малость уступал добротной масляной лампе, но по мнению Алексея это было даже к лучшему.       Вооружившись источником света, группа двинулась вперед. Сразу за входом в пещеру, в восточной стене, находился широкий проем. Несколько неровным каменных ступеней вели в небольшую комнату, на полу которой лежала пара волков, каждый из которых был цепями прикован к вбитому в стену железному пруту.       Смрад гниющего на зубах мяса и мокрой шерсти наполнял комнату. Алексей промедлил, благодаря чему Тэя первой зашла в помещение. Свирепое рычание и звон цепей донеслись до её ушей в то же мгновенье — волки явно были не рады гостям. Не будь на них сдерживающих цепей, пришлось бы туго.       Алексей думал о том, чтобы как можно быстрее покинуть помещение, пока раздающиеся отсюда звуки не перебудили всю пещеру, но Тэю мало волновали желания седовласого. Там, где братья видели вселяющих ужас чудовищ, малютка с горечью в сердце наблюдала за отчаянной попыткой заморенных голодом и дубинами защитить себя. Вместо того, чтобы отступить под их натиском, жрица сделала шаг вперед.       Тихий и абсолютно безмятежный, её лик выглядывал из-под тяжелого шлема. Чудо-ягоды уже покоились в её руках, оставалось лишь поймать момент и закинуть их раскрытые пасти. Одной было вполне достаточно, чтобы залечить раны, от которых не каждый целебный эликсир упасет, и насытить человека на день вперед.       Неистовый город, которым гоблины подтачивали волю своих питомцев, наконец-то утих. Громогласный вой сошел на нет, что сильно обрадовала стоящих позади братьев. Виктор насторожился, когда Тэя сделала еще шаг вперед, но Алексей выставил перед ним руку. Как опытный наездник и дрессировщик он знал, что опасаться было уже нечего.       Девочка же тем временем подобралась к первому вбитому в стену пруту. Без единого слова или телодвижения (что для заклинаний очень большая редкость), она преобразила латные рукавицы наподобие драконьих лап. Металл покрылся мышцами, а те в свою очередь поросли толстой голубой чешуей. Кончики пальцев превратились в смертоносные когти, с которыми бы побоялся столкнуться даже самый свирепый хищник.       Мощными лапами, с человеческую голову каждая, жрица ухватилась за железные цепи и разорвала их на куски. Увиденное повергло в шок как братьев, так и волков. Вместо великодушной спасительницы, Тэя предстала перед ними суровым вожаком стаи, побег от которого приравнивался к самоубийству.       — Ну ты даешь, — наконец дал волю эмоциям Виктор, глядя на припавших к камню волков.       — Похоже, я теперь их семья! — с широкой улыбкой воскликнула Тэя, совсем позабыв о том, что они здесь вообще-то чужие.       Ответная реакция не заставила себя долго ждать, откуда-то сверху до группы донесся тяжелый внутриутробный рев…