Рассвет Алого Ордена

      Сокрушительный рев пронесся по всей пещере, пробуждая её ото сна. Помесь жутких криков и пищащих звуков, кою гоблиноиды звали своим языком, заполонила все подземелье. Звучание горна слилось с непонятной речью, побуждая зеленокожих мерзавцев к действию.       Алексей сориентировался первым. Острота мысли вернулась к нему вместе с пробежавшим по спине холодку. Его глаза наткнулись на естественную расщелину в дальнем конце помещения — рев чудовища доносился с той стороны. Расщелина находилась в десяти метрах над каменным полом и была слишком мала даже для гоблина. Скорее всего, через неё вожак гоблиноидов наблюдал за своим зверинцем.       — Дело дрянь, — с мрачной улыбкой констатировал Алексей, прислонившись спиной к выходу в главную пещеру. — В открытом бою нас задавят числом, так что будем держать оборону здесь. Надеюсь, твоя новая семья нам поможет, здесь не помешают их голодные пасти, — обратился он к жрице. — А ты, Вик, следи за спиной. Уверен, какая-нибудь падаль да выстрелит оттуда.       — Понял… — несмотря на внешнее спокойствие, Виктор не мог унять дрожь. И тем не менее, мысль о побеге даже не рассматривалась. — Одному дварфу придется хорошенько раскошелиться за свое спасение!       — Есть! — девочку же, казалось, сложившаяся ситуация вовсе не волновала. Отдав честь, она встала посередине прохода и выставила вперед свой деревянный щит. По обе стороны от нее стояла пара серых волков, ростом немного ниже своего нового вожака.       Жуткий визг становился все ближе, а вместе с ним и хлюпающие звуки босых ног. Кучка гоблинов в звериных шкурах продвигалась вдоль ручья, держа на изготовке кинжалы и копья. Чуткий слух жрицы улавливал каждое их движение; она знала, что враг уже близко. Она обернулась и окинула своих товарищей ласковым взглядом, с которым ребенок вглядывается в расположенную на витрине игрушку, после чего с её уст сорвались слова заклинания. Кроваво-красные иглы без малейших промедлений вонзились в грудь жрицы и двух её человеческих компаньонов.       — Ну и жуткая же у тебя магия! — взбодрился Алексей. Изображение перед его глазами была четче, чем когда-либо.       — Сверху! — внезапно выкрикнул Виктор, высвободив из парящей шестерни сгусток огня.       После слов Алексея волшебник начал пристально рассматривать стены пещеры, боясь схлопотать стрелу из незамеченной до этого дыры. И его опасения оправдались. В самом деле, в пещере с волками больше не было скрытых отверстий, в отличие от стены напротив ведущего в неё прохода.       Огненный снаряд прошел верхнюю часть стены насквозь. Болезненный вопль разнесся по всей пещере, а маскирующийся под камень иллюзорный туман рассеялся в воздухе. Когда Тэя и Алексей подняли головы, они увидели широкую расщелину и шеренгу из семи гоблинов с луками в руках. Случившееся явно выбило их из колеи.       В одночасье все внимание лучников приковал катающийся по камню гоблин с раскаленным чайником вместо шлема. Он изо всех сил старался снять его с головы, но горячий металл уже впился в плоть и отказывался покидать шею. Рядом с ним валялись крысиные черепа и ритуальные четки.       — Это шаман! — крикнул Алексей, приготовив пистолет и клинок. Пока одни гоблины безуспешно пытались снять чайник с головы бедолаги, а другие застыли в нескольких шагах от волчьей пещеры, стрелок продумывал план. — Прыжок! На меня, быстро! Атакуем, пока они уязвимы! — полным решимости голосом провозгласил белый барс.       Виктор не стал спорить. Как и в прошлый раз, крепкий щелбан зарядил ноги Алексея магической силой, после чего рыцарь ордена взял разгон и взмыл в воздух. С каждым мгновением улыбка на его лице становилась все шире и шире, он жаждал вновь погрузиться в резню!       Когда его ноги коснулись дна расщелины, гоблины начали в панике направили на него свои луки. Алексей прекрасно знал, насколько опасными могут быть заклинатели, посему предпочел тут же избавиться от застрявшего в чайнике гоблина при помощи зачарованного пистоля. Остальной отряд уже был готов к нападению, но отразившийся эхом выстрел ввел их в ступор.       Замешательство продлилось немногим дольше ожидаемого, чем белый барс и воспользовался. Его клинок пронзил туловище зеленокожего уродца и тут же устремился к своей следующей жертве, пока пистоль набирался сил для следующего выстрела. В месте, где он оказался, не было источников света, но стрелка это мало волновало. Казалось, он даже не заметил этой перемены.       Тем временем Тэя подняла щит и ринулась в атаку. Пока гоблины с ужасом наблюдали за действиями кровожадного стрелка, из-за угла внезапно выпрыгнула маленькая жрица и вонзилась в их нестройные ряды, а следом за ней и пара волков. Они уже давно хотели ощутить на языке вкус гоблинского мяса.       Благодаря воистину нечеловеческой силе девочки, щит сработал подобно тарану. Первому попавшему под него гоблину повезло меньше всего: его кости уподобились кусочкам расколотого стекла, породив обильные внутренние кровотечения. Он умер в мучениях, но смягчил удар для остальной группы, отделавшейся относительно несерьезными переломами и ушибами.       Несмотря на панику, гоблины знали, что делать. Каждый из них чувствовал, что сражается не с человеком, но с монстром, способным забрать жизнь легким движением руки. Таких чудовищ нужно брать в кольцо и держать внутри, пока они не истратят все силы и не откроются для удара.       Так они и хотели поступить, но совсем позабыли о несущихся на них волках. Их смертоносные клыки впились в первые ряды гоблиноидов и отчетливо дали понять, что сосредоточиться на одном лишь чудовище здесь не получится.       И вновь трусливая натура гоблинов дала о себе знать. Паника порождала хаос, а хаос открывал возможности для атаки, чем Тэя с удовольствием пользовалась. Она покрыла ноги чешуей и нарастила когти, после чего раскрутилась подобно волчку и нанесла сокрушительный удар ногой с разворота. Внутренности первого попавшегося под удар гоблина превратились всмятку, остальных же просто откинула отправленное в полет тело. Одному повезло особенно сильно — его отбросило в холодный ручей и унесло прочь, подальше от этого разбушевавшегося чудовища.       Такая же картина развернулась и за спиной девочки. Хвост Тэи оказался даже более смертоносным оружием, забрав жизнь сразу двух гоблиноидов. Впрочем, здесь скорее роль сыграла каменная стена, о которую этот самый хвост размазал несчастных.       Ответные действия не заставили себя долго ждать. Ближайшие к жрице гоблины направили на неё свои кинжалы и копья, их залитые кровью глаза жаждали отмщения. В ответ на их отчаянную атаку забрало шлема опустилось, оставив незащищенной лишь широко распахнутые в усмешке губы. Тэя отбросила щит в сторону и закружилась в кровавом танце, круша кости и потроша плоть своих врагов. Что-то внутри требовало от неё бойни!       Её доспехи могли защитить от большинства атак, но не ото всех. Гоблины с умом распоряжались смертью своих менее везучих собратьев и били по уязвимым точкам, которые не покрывала кольчуга. Наконечники копий втыкались в ноги и хвост, в то время как кинжалы не единожды подбирались к незащищенным подмышкам и шее.       Реки крови стекали по молодому телу, окрашивая воду. Холод и слабость начали понемногу проявлять себя. Однако Тэе было плевать! Она продолжала свой неистовый танец, пуская свежую кровь. В её сердце рос благоговейный трепет, близкий к экстазу! Она упивалась сражением, как никогда ранее, и никакие раны не могли этому помешать!       Когда смертное тело начало брать свое, рот жрицы впервые за долгое время издал что-то помимо разъяренного рычания. Призыв десяти чудо-ягод был излюбленным приемом девочки. Она использовала это заклинание так часто, что могла применить эти чары даже во сне. Кто бы мог подумать, что такой незначительный трюк однажды вырвет её из пучины кошмара.       — А? — выдавила из себя девочка после того, как заглотила весь десяток за один раз.       Множество, как казалось, смертельных ранений начало зарастать с такой скоростью, что выделяющееся при этом тепло породило облака горячего пара. Страшась массовой атаки, оставшаяся в живых тройка гоблинов разбежалась в разные стороны, после чего приняла позиции для перехода в контрнаступление.       Но Тэю сейчас волновали вовсе не гоблины. Она стояла в море крови, окруженная кольцом трупов, которое сама и сделала. Подле её ног лежала выпотрошенная туша одного из волков. Свободной рукой жрица держалась за густую шерсть. Опустив глаза, девочка увидела волчью голову, которую оторвала от бездыханного тела мгновеньем раньше.       На смену экстазу пришел всепожирающий ужас. Тэя в панике начала мотать головой в поисках людей, чьи жизни она боялась отнять больше всего на свете. Они были первыми, кто не желал ей смерти. Первыми, кто не видели в ней чудовища!       И мольбы девочки были услышаны. Алексея уже не было видно в расщелине, но грохот выстрелов и боевые кличи с гоблинскими визгами отчетливо давали понять, что белый барс все еще держится. Чего нельзя было сказать о Викторе.       Все это время он прикрывал Тэю и её волков потоком огненных снарядов. Он внимательно следил за ходом битвы, понимая, что вскоре девочка выйдет победителем. Подобное случалось уже ни раз и не два; волшебник знал, на что способна жрица в таком состоянии. Когда враги закончатся, она примется за союзников. Когда закончатся и они, примется колотить все что попадется под руку. Лучше всего было скрыться подальше и переждать часок другой, пока воплощение разрушения не рухнет на землю от истощения и не погрузится в сладкий сон. По крайней мере, именно так всегда поступал Виктор.       И этот раз не стал исключением. Виктор уже наложил заклинание и приготовился к прыжку, однако за момент до этого самого прыжка из волчьей пещеры внезапно появилось громадное человекоподобное существо с непропорционально длинными руками, сжимающими железную дубину. Будучи покрытым густой шерстью, гигант отдаленно напоминал медведя, вставшего на дыбы.       Двух с половиной метровый истукан стоял у Виктора за спиной. «Как я мог не заметить такую громадину?!» — пронеслось в голове изобретателя, тень которого перекрывал отбрасываемый великаном сгусток. Эта мысль была последней. В следующий же миг железная дубина на огромной скорости впилась в живот младшего брата.       Удар вышел такой силы, что тело однорукого отправилось в полет и угодило прямиком в расщелину. Правая нога Виктора не вписалась в габариты и на полной скорости врезалась в камень, изогнувшись под неестественным углом. Однако открытый перелом был не далеко не первой проблемой в его списке.       По ту сторону стены скрывались нагромождения бремен, промежутки между которыми были уставлены самыми разными вещами, начиная от оленьих шкур и заканчивая оружием с массивными деревянными ящиками. Как раз столкновением с одним из этих ящиков и закончился полет волшебника.       Почти вся сила удара ушла на недавний полет, да и броня приняла на себя немалую часть. Но этого все равно оказалось недостаточно. Отчетливый хруст костей застыл в ушах волшебник перед тем, как область его зрения началась сужаться под ударами тьмы. Сквозь неё он увидел, как его старший брат заградил его от залпа гоблинских стрел, приняв его на себя.       Усиление, дарованное Тэей, сгинуло в тот же миг, когда её сознание уступило инстинктам, так что приходилось надеяться лишь на себя. Алексей сунул руку в карман и поглотил последнюю чудо-ягоду. Многочисленные раны начали медленно зарастать, но гоблины не упустят возможности открыть её вновь.       — Исцеление… — из последних сил выдавил из себя Виктор, приведя в действие заклинание. Его силы хватило, чтобы подавить внутренние кровотечения, но надеяться на большее не приходилось.       ***       — В-в… — дрожащим голоском проронила в сторону чудовища Тэя, не в силах больше бороться с тьмой внутри себя. Лапы безумия крепко вцепились в её мозг, пробуждая первобытную ярость. Как раз в этот момент гоблины увидели возможность для атаки и вонзили в девочку свои копья, обрекая себя на смерть. — Ви-и-ик! — оглушающий рев, полный отчаяния, выплеснулся наружу.       — Смеешь бросать вызов мне, самому Кааргу?! — вскрикнуло чудовище. Вождь гоблиноидов не прощал подобной наглости в свой адрес. Гигантский черный волк, появившийся из-за его спины, разделял настрой своего хозяина.       Из-под забрала шлема на медвежатника и его любимого питомца смотрела пара полных ненависти голубых огней. Тело девочки заискрилось, а после и вовсе взорвалось разрядами молний. Взрыв раскидал обугленные трупы гоблинов по округе, расчистив пространство для последовавшего рывка.       Преодолев разделявшее их расстояние, Тэя оттолкнулась ногами от камня и со всей дури зарядила кулаком по морде медвежатника! Вожак гоблиноидов явно не был готов к столь стремительному и мощному удару, но тем не менее смог устоять на ногах.       — А неплохо! — радостный выкрик продолжился размашистым ударом железной дубины.       Тэя все еще висела в воздухе и не могла уклониться. Дубина сбила её, словно камень летящую птицу, и отправила в полет до ближайшей стены, от которой жрица тут же оттолкнулась и вернулась в бой. В этот раз она решила атаковать с земли, однако медвежатник вновь выдержал удар.       Понимая, чем это закончится, Тэя скрестила руки и выставила блок. Но простого блока здесь было недостаточно. Чудище планировало снести малышку с ног и швырнуть её в реку, чтобы завладеть преимуществом. Поэтому, чтобы удержаться на ногах, девочка впилась когтями на ногах в голый камень.       Приняв удар гиганта, Тэя широко улыбнулась. С её уст сорвалась помесь твердых и шипящих звуков, приводя в действие заклинание. Её когти вонзились в раскрывшийся после удара бок и вырвали из него приличный шмоток мяса. Открытая рана тут же начала гнить и гноиться, причиняя невероятную боль при каждом движении.       Лицо великана побледнело. Он не выдержал и рухнул на голый камень, открыв путь для своего питомца. Перепрыгнув склонившегося от боли хозяина, черный волк застал жрицу врасплох. Он раскрыл свою пасть погрузил клыки в кольчугу, что не раз спасала жизнь юной воительнице. Однако всему рано или поздно приходит конец, и доспехов эта истина касалась в первую очередь.       Толстые клыки уже практически раскусили металлическую преграду, когда хвост Тэи обвился вокруг шеи зверя. Он сжал её с невероятной силой, из-за чего хватка волка ослабла. Короткой передышки хватило на единственный вздох, вслед за которым воздух вновь сотрясся от непонятной последовательности звуков.       Судя по тому, что вскоре после этого из ушей волка хлынула кровь, эти звуки привели в действие погребальный звон. Тяжелая морда рухнула на прибитое к камню тело девочки, но надолго там не задержалась. Одного пинка оказалось достаточно, чтобы скинуть с себя весь этот вес.       — Что ты такое?! — разъяренно прорычал вождь, морально оправившись от полученной раны. Он подбежал со спины, нанеся мощнейший вертикальный удар прямо по шлему, буквально вбив ноги девочки в камень. Вырубившись всего на мгновенье, Тэя распахнула глаза и увидела мчащуюся на неё дубину. — Когда ж ты уже сдохнешь!       Ответом ему стала выглядывающая из-под забрала улыбка-полумесяц и новая комбинация звуков. Инстинкты взяли верх и заставили медвежатника попятится назад в ожидании атаки. Однако её не последовало.       Гигант обрадовался и понесся вперед с очередным размашистым ударом. Он решил, что заклинание провалилось и сразу же атаковал открывшегося оппонента, не заметив тусклое голубое свечение, окутавшее тело жрицы. Столкнувшись с ним, дубинка словно налетела на камень. Вся мощь удара ушла на преодоление защитного барьера, благодаря чему Тэя стоически выдержала обрушившуюся на неё мощь.       Но медвежатник не был бы собой, если бы остановился на одном ударе. Ноги жрицы были погружены в камень, ей было некуда бежать. Кларг не мог утратить свой первый и единственный шанс на победу! Он обрушил на девочку град ударов, с каждым из которых она все глубже уходила под камень. Они сыпались на неё чаще капель дождя, не давая надежды на контратаку.       Но Тэя и не собиралась атаковать медвежатника своими руками. Вместо этого строки заклинания вновь сорвались с её уст, разнося погребальный звон в голове чудовища. Хлынувшая из ушей кровь прекратила серию ударов, но ненадолго. Собрав остатки воли и гордости в своей железной дубине, Кларг бросился в последнюю отчаянную атаку.       Большая часть ударов не приносила ощутимого вреда благодаря защитному полю, но и этого было достаточно. Камень вода точит — эти слова идеально подходили для сложившийся ситуации. Что же окажется сильнее, удары дубинки или заклятия жрицы? Кто упадет первым? Боюсь, мы так и не узнаем ответы на эти вопросы, ведь в решающий момент в расщелине показалась седая грива стрелка и его пистоль.       — Прости, дружище… — едва выдавил из себя Алексей, харкнув кровью, — Но долг платежом красен… — с этими словами он спустил курок, прострелив медвежатнику голову.