И рёву альфы подчинятся небеса

       Ехал до колледжа Ориан, уткнувшись в экран телефона, обменивался сообщениями со Скарлетт, старостой старшего курса финансового факультета, которые для выпускного решили устроить стендап-концерт, непосредственно, самой Скарлетт. То есть как «решили»? Факультет просил одобрения от комиссии, а так, как получил отказ, Скарлетт начала расспрашивать о причинах и приводить доводы в пользу своего предложения и отступать явно не намеревалась. Однако Ориан недоумевал — какой ещё «стендап»? У них выпускной вечер, серьёзное мероприятие, которое посетит практически весь свет общества, какие ещё шутки и нелепые истории из жизни? Однако Скарлетт настаивала на своём, уверяла, что идея хороша, поможет скрасить вечер, к тому же ничего, кроме сцены, не требовалось, совсем никаких затрат, читать аргументы она не желала и в конечном итоге позвонила. — Форте, я не понимаю, почему вы против? Это же беспроигрышный вариант! Никаких трат, да и не всё же на серьёзных щах… — Ладно-ладно, Скарлетт, — вздохнул Ориан, выскакивая из автобуса и изящно взмахнул хвостом. — Давай поступим так: если время на сцене останется, будет вам стендап. Договорились? — Очень рада, что вы благоразумны, Форте. В таком случае мы будем готовиться.        Всего пять минут разговора со Скарлетт, а у Ориана создавалось впечатление, будто голова вот-вот взорвётся, какая шумная девушка, но хватка у неё, как у львицы, тут не поспоришь; к тому же, она в чём-то права, на сцену рвались немногие, а если хотя бы пара шуток окажется удачными, пусть будет так. По дороге Ориан приветствовал самых ранних студентов, как всегда улыбался, очаровывал голосом и выражением лица, поинтересовался делами баскетбольной команды, готовились ли студенты к выпускному, да ждать ли заявки от программистов. И тут Ориан заметил того, кого никак не ожидал увидеть так рано — у распахнутых дверей на каменных перилах сидел Джеррер, что уже изумило Ориана, затем же он вовсе опешил, когда Джеррер вдруг спрыгнул с ограждения и протянул Ориану бутылочку сока. Ориан глядел на неё, словно на иноземный объект, с некоторым напряжением и настороженностью, не понимал смысла жеста, и тогда Джеррер едва не ткнул бутылкой в грудь Ориана. — Я подумал, раз уж мы должны работать сообща, нужно начать сначала. Вот, в знак примирения. — Эм… Спасибо.        Не сразу, но Ориан принял «знак примирения», тут же положил его в сумку и двинулся в сторону аудитории, где состоится первая лекция, а Джеррер шагал чуть позади. Многие оборачивались на дракона, почти все студенты слышали, но некоторые до сих пор не видели его, рогатого, крылатого, с хвостом, однако рядом совершенно спокойно шёл Ориан, так что никто не видел повода переживать. Кое-кто фотографировал Джеррера, многие обсуждали его, в основном восторгались тем, что «крайне опасное» существо в самом деле здесь, училось наравне с обыкновенными людьми. Вот он, настоящий дракон, в любую секунду мог извергнуть пламя, но не делал этого и не мог сделать, пока рядом находился Ориан, одна лишь улыбка на его лице внушала безоговорочное доверие ко всему вокруг.        Ориан же не обращал внимания на интерес, проявляемый к Джерреру, забыл о нём, как и о его «знаке примирения», ведь имелись дела куда важнее. Как отнесутся остальные из культурной комиссии к этой идее со стендапом? Ориан уже пообещал Скарлетт, но если другие будут против, придётся ей это как-то объяснить, так что Ориан надеялся, до этого не дойдёт, вряд ли Скарлетт воспримет отказ правильно. Из размышлений Ориана выдернула девушка, вдруг возникшая прямо перед лицом, она сияла, словно хрустальная роза, а её белозубая улыбка могла ослепить, однако даже под тонной косметики Ориан заметил морщины. Незнакомка протянула руку и была готова что-то произнести, но не успела — Ориан поднял ладонь, призывая к молчанию. — Никаких интервью без согласования мистера Андерсона, — с чудеснейшей улыбкой предупредил Ориан, хлопая ресницами. — Ч-что? Интервью? Нет-нет! Я абитуриент, недавно перевелась и хочу… — Подайте заявление на имя мистера Андерсона, ректора колледжа, и ожидайте ответа в течение трёх рабочих дней. — Какое заявление? Я даже не думала… — Охрана, — позвал Ориан, от чего Джеррер и девушка встрепенулись, через мгновение перед ними появился крепкий мужчина в форме. — Слушаю, мистер Форте. — Прошу, проверьте документы этой особы.        Мужчина кивнул, обратил внимание на «студентку», которая наверняка побледнела бы, если бы не слой пудры. — Мисс, пройдёмте со мной. — Зачем? — захлопала ресницами девушка, которую охранник взял под локоть и повёл по коридору.        Только, когда парочка свернула за угол, Джеррер позволил себе посмеяться в кулак, поглядел на Ориана, но на его лице не виделась даже тени веселья, наоборот, серьёзность и задумчивость. — Идём, — позвал Ориан и торопливо зашагал по коридору, а Джеррер, встрепенувшись, пошёл за единорогом.        Вопросов Джеррер не задавал, он и так догадался, куда и зачем они шли — к мистеру Андерсону, чтобы поговорить по поводу журналистов и интервью, которых теперь точно не избежать. В общем и целом Джеррер понимал, что вызовет определённое внимание, но считал, что будет его куда меньше… хотя, «меньше» к первому и единственному дракону в социуме? Если бы. Рано или поздно Джерреру придётся выйти на контакт, обратиться к обществу с позиции будущего лидера существ, показать, что намерен идти рука об руку с человечеством и вести за собой остальных. Готов ли Джеррер? Конечно нет. Совершенно не готов, но об этом никому не нужно знать. К тому же, это ведь просто интервью, ничего страшного в нём нет, это всего лишь обыкновенное выступление перед наверняка адекватной толпой, не больше.        За Орианом Джеррер едва успевал, так быстро шагал единорожка, и на него страшно стало смотреть из-за сурового выражения лица, что, однако, не отговорило Джеррера от идеи начать разговор. — Слушай, по поводу той девушки… — Я поговорю с мистером Андерсаном о том, когда провести интервью, а ты постарайся морально подготовиться к выступлению. Я напишу текст ответов. — Подожди, — замотал головой Джеррер, — я сам не могу этого сделать? — Пойми правильно, но на некоторые вопросы нужно дать верные ответы.        Возражать, как и возобновлять разговор, Джеррер не стал, на что Ориан одобрительно вскинул голову и велел тому идти в аудиторию, а сам продолжил шагать к мистеру Андерсону, который как раз совершал утренний обряд наслаждения кофе, при виде Ориана добродушно улыбнулся через усы. — Доброе утро, Ориан. Не хочешь чашечку кофе? — Благодарю, сэр, не нужно, — Ориан остался стоять у дверей, на что мистер Андерсон снова добро посмеялся, сделал глоток и протянул руку в сторону кресла. — Присаживайся. Что-то случилось? — Я хотел поговорить об инциденте утром: в колледж пробрался журналист. — Да, слышал об этом, — почти через силу ректор отодвинул чашку с кофе, чтобы сесть за стол напротив Ориана, кивнуть. — Мы понимали, что скоро это случится... Рано они объявились, но убегать мы, конечно, не будем. Я займусь организацией встречи, а тебя прошу подготовить Джеррера, нужно как-то объяснить ему важность этого события. — Не беспокойтесь, сэр, я займусь этим.        Ориан кивнул, поднялся было с кресла, однако мистер Андерсон заставил задержаться следующей фразой, тем, что сцепил пальцы, слегка нахмурился: — Особенно нужно быть осторожными в вопросах Учреждения по содержанию опасных существ… здесь придётся поговорить с кем-нибудь из его главных. Может, как-нибудь сходите с Джеррером вместо последних лекций? — После них, сэр, — не попросил, а предупредил Ориан, на что мистер Андерсон устало усмехнулся. — Как будет удобно. Рассчитываю на тебя, Ориан.        К интервью следовало подготовиться основательно, учесть множество моментов, позаботиться об охране, найти Джерреру костюм, парикмахера, выбрать галстук. Какой цвет подойдёт пустынному бродяге? Наверное, глубокий чёрный с коричневым отливом и янтарного цвета галстук... В теории Ориана удовлетворяло сочетание, но он всё равно посчитал лучшей идеей проконсультироваться со специалистом. Ища в интернете телефоны стилистов, Ориан шагал в аудиторию, то и дело отрывая взгляд от экрана, чтобы с кем-либо поздороваться, на преподавателей смотрел дольше пары секунд и учтиво кивал по годами выработанной привычке. В аудитории Ориан занял неизменное место на третьем ряду, игнорируя происходящее вокруг, и даже не обратил внимание на шевеление совсем рядом, на образ, показавшийся в поле зрения, а потому вздрогнул от вопроса: — Решил имидж сменить?        Взглядом Ориан упрекнул дракона, после чего вернулся к выбору специалиста. — Это для тебя, — пресекая возражения, Ориан добавил, — на интервью ты должен выглядеть безупречно. — Да я и так… — Вовсе не «так», — перебил Ориан, не отвлекаясь от экрана.        Джерреру не осталось ничего, кроме как вздохнуть. Он подпёр голову рукой, стал наблюдать, как в очередной раз решали за него, в этот раз даже в таком простом вопросе, как одежда, причёска; впрочем, прежде за Джеррера даже пищу и время принятия ванны выбирали, так что привыкать ему не приходилось. Между тем Ориан сосредоточенно читал отзывы, смотрел портфолио стилистов и выглядел из-за этого крайне забавно, не видел, как слегка хмурился, как в глазах сияло волнение. — Слушай, может сходим в кино?        На несколько секунд Ориан замер, плавно опустил веки и выдохнул сквозь губы. Заинтересованности Джеррер не ожидал, однако рассчитывал хоть на какое-то снисхождение, когда Ориан заговорил, понял, что рассчитывать бесполезно. — Это действительно то, что тебя интересует сейчас? — Я в кино никогда не был, хочу посмотреть.        Ориан отвёл глаза из-за укуса совести, однако в остальном оставался непоколебим перед детской просьбой. Просмотр фильмов — бесполезное занятия, глупый расход драгоценного времени, да и фильм можно когда угодно посмотреть дома… что для Джеррера всё равно в новинку… Сколько в среднем шли фильмы? Часа полтора? Это не так много. Ориан заглянул в виртуальный ежедневник, убеждаясь, что вся неделя расписана почти по минутам, между тем потянул время вопросом с очевидным ответом: — Почему ты именно меня просишь? — Я ведь дракон, меня одного не пустят, а тебя все знают, тебе верят, да и ты знаешь как тут всё устроено.        Портить репутацию Ориан не стал, пусть сам никогда не посещал кинотеатры и понятия не имел, как там всё устроено, поэтому стыдливо сохранил эту информацию в секрете. Полтора часа… ещё часа пол на дорогу туда и обратно, это два с половиной часа… многовато получается, за это время многое можно успеть… Или не так много? В итоге моральной тирады Ориан вздохнул, всё же решился встретиться с драконом взглядами. — Хорошо, давай так: после интервью идём в кино? — О, класс! Спасибо, Ориан!        Едва заметил руку Джеррера в опасной близости от своей, Ориан взялся за телефон, принялся тыкать по экрану. — Интервью скорее всего будет второго, посмотрю, что показывают. — Это не важно, — замотал головой Джеррер, едва не захлопал крыльями, а хвостом всё же забил по скамейке. — Я просто хочу сходить… Я чем-то могу помочь, ну, для интервью? — Просто слушай, что я тебе говорю. — Хорошо, обещаю!        Энтузиазм Джеррера прошёл мимо Ориана, будто пустые слова, он вернулся к делам, к подготовке к интервью и лекциям, совсем перестав воспринимать происходящее, и этим Джеррер воспользовался, чтобы получше рассмотреть единорога. Внешне похож: изящный, стройный, с длинными волосами, пусть не такими пышными, как должны быть, глаза яркие, подведены ресницами, но вот характер совершенно не соответствовал. Единороги славились нежностью и добротой, кротостью и верностью, из-за которых порой страдали, а этот мог рогом вперёд промчаться на любую преграду без тени сомнений и с девяносто девяти процентной вероятностью остаться победителем. Странно, но, наверное, логично, это не ведь не какой-нибудь единорог, а сам Ориан Форте, первый из существ, кто прожил среди людей всю жизнь, кто отучился с ними с младшей школы до старшей и вот готовился закончить колледж, Ориан не сделал бы этого, будь единорогом в привычном понимание. И всё равно Ориан оставался странным и пах точно так же, не сладко и легко, как суфле, не розами или гортензиями, а как-то… странно.        Как бы то ни было, ради возможности получить награду в виде посещения кинотеатра Джеррер усердно вникал в лекции, старательно выполнял все поручения, а заодно отвечал практически на каждый вопрос преподавателя, даже если не был уверен в ответе; так всё равно мог лучше освоить материал. Рвение, однако, осталось без внимания Ориана и тем более его похвалы, казалось, единорог не замечал вообще ничего вокруг, а вот за ним Джеррер наблюдал крайне внимательно, видел, как иногда Ориан касался лба, глядел сквозь полуопущенные веки потухшим взглядом, а порой дотрагивался до шеи, со стороны выглядело, будто Ориан поправлял воротник, но Джеррер замечал, что Ориан держал пальцы на вене. Иногда Джеррер хлопал хвостом по скамье, порой едва слышно урчал, всё озираясь, стараясь уследить за всем в аудитории, однако в основном именно за Форте, тем, как тот пытался вести себя безупречно, особенно, когда хоть кто-то глядел на него, даже если пытался сделать это незаметно.        Часы сменяли друг друга, Ориан посвящал каждую крупицу себя лекциям, пока в перерывах общался с капитаном из Учреждения по содержанию опасных существ и пытался выкроить возможность для личной встречи ради подготовки к интервью. Договаривался о дне и времени Ориан уже медленно шагая по коридору к выходу, сосредоточился на экране и едва вышел из дверей колледжа, как перед глазами возникла вспышка, затем вторая и третья, Ориан рефлекторно закрыл глаза рукой. Всего в одно мгновение в груди Форте чуть не взорвался вулкан, лава, сочащаяся из него, вот-вот могла обрушиться на типа, которому хватило наглости проникнуть на территорию колледжа и взяться делать фотографии. Во лбу Ориана словно стала стягиваться кровь, наполнять рог чудовищной силой, которой едва заметно засверкала искрами, Ориан ощущал, как самоконтроль стремительно покидал тело, боялся, что вот-вот сорвётся. Однако повезло — прежде, чем случилось непоправимое, Джеррер вдруг крикнул: — Охрана!        Мужчина в очках и в широкополой шляпе вздрогнул и бросился бежать, вот только тщетно, из-за угла появился хранитель порядка, а чуть позже ещё один, который тащил за вороты двух парней, видимо, выступившими в качестве отвлекающего манёвра. Всего двадцать секунд, и мужчину в очках схватили, из фотоаппарата вытащили плёнку, а виновников произошедшего потащили на крайне неприятную беседу, скорее всего с несколькими штрафами или хотя бы предупреждениями. Пока же происходила ловля журналистов, Джеррер неотрывно глядел на Ориана, в какой-то момент, за миг до того, как позвал охранников, Джеррер ощутил, как переменился запах единорога, он стал источать свежесть и мощь, кажется, аромат дождя, а может и самой молнии. Из-за стресса? Что на Ориана нашло? Или он просто испугался резкой вспышки? Похоже на правду, но Ориан явно намеревался что-то сделать с этим журналистом и Джеррер боялся вообразить, что именно. Или всё-таки запах переменился из-за стресса… У Ориана явно присутствовали некоторые проблемы со здоровьем, учитывая, в каких количествах он глотал таблетки, какой бледной выглядела его кожа и насколько вялым взгляд.        Что происходило с Орианом и вокруг него, Джеррер мог только представлять, однако лезть в чужие дела на намеревался, тем более к такому типу, как Ориан, он и рогом ткнуть мог, а из-за интервью стал казаться ещё более раздражительным, так что лишний раз Джеррер старался не разговаривать с ним. Ориан тоже это заметил, был бы даже благодарен, имей это хоть какое-то значение, Джеррер должен выполнять свою работу, всё остальное — не важно, и сейчас его работа состояла в том, чтобы подготовиться к интервью, особенно важному, официальному, первому в истории интервью с драконом. О нём самом Ориан по необходимости забывал, посвящал себя лекциям, организации интервью, а вместе с тем помогал остальным студентам разобраться в сложных темах, напоминал о сроках сдачи заданий и днях проведения тестов, от количества обязанностей голова чуть ли не шла кругом, однако никто не мог этого заметить, лицо Ориана не покидала улыбка, взгляд оставался обольстительным и решительным, пусть всё равно погасшим.        В очередной день, когда лекции завершились, Ориан через задний двор шёл в северный корпус, остановился ненадолго, когда заметил Алишу и Джеррера, ухаживающих за цветами. Дракон вёл себя смиренно и увлечённо, внимательно слушал, выполнял каждую команду девушки, держал крылья слегка расправленными, а ещё он беззаботно улыбался. Чтобы дракон вёл себя настолько покладисто — почти невозможно, это что-то из раздела фантастики, однако Ориан прекрасно понимал причину, ведь дракон находился на чужой территории и за неимением рядом вожака, то есть мистера Андерсона, слушался того, кто оказался ближе. Хорошо, что Джеррер здесь, Ориан окликнул его: — Олдфорд, подойди.        Тот хлопнул крыльями, почти сразу прижал их, после чего обернулся, обменялся взглядами с Алишей и пока та не кивнула, не решился подойти к единорогу. — Что-то случилось? — Я договорился с мистером Вайлдом, он готов встретиться в библиотеке, — объяснил Ориан и добавил не то для дракона, не то для самого себя, — можешь пойти со мной. — Да разве я там нужен? — Джеррер пожал плечами. — Послушаешь его рекомендации.        Повторив жест, Джеррер с неловкой улыбкой обернулся Алише. — Извини, нужно идти. — Да конечно, если Ориан говорит, нужно, — на мгновение Алиша замолчала, деликатно опуская чудовищное для дракона слово «слушаться», — идти. — Ага, ещё увидимся.        Шёл Джеррер чуть позади Ориана, наблюдал за его осанкой, словно у солдата на построении, за сталью в каждом движении и всё гадал, что в голове у этого парня, чего он пытался добиться своими действиями, не просто так ведь себя изводил. К счастью, тоскливые мысли просуществовали лишь до того, как Ориан с Джеррером вошли в библиотеку, там уже Джеррер сумел расслабиться, наблюдал, как Ориан учтиво поклонился капитану Учреждения по содержанию опасных существ, как пожал ему руку, встречаясь холодным взглядом, но как только мистер Вайлд повернулся к Джерреру, тот не сдержал улыбки. Прошла секунда прежде, чем Джеррер подошёл, порывисто обнял мистера Вайлда, а тот похлопал дракона по плечу давно привычным жестом, чтобы не задеть ни крылья, ни рога. — Здравствуй, Джерр. Отлично выглядишь. Ты загорел или мне кажется? — Ха-х-ха, я всегда такой, — тихонько посмеялся Джеррер, усаживаясь на диван и жестом приглашая мистера Вайлда сесть напротив. — Как твоя жена? Уже решили, куда поедете в отпуск? — Она хочет на север, а я не в восторге от идеи морозить, — на последнем слове мистер Вайлд тактично сдержался, краем глаза поглядел на Ориана, после чего откашлялся в кулак, — ноги… Прошу прощения, Форте. Итак, вот, что я думаю...        Интервью подстерегало Джеррера и Ориана уже через несколько дней, а потому он не позволил никому отвлекаться, разве что порой прерывался на то, чтобы выпить сок. Столько всего предстояло успеть, столько вопросов обсудить, столько моментов проработать, чтобы всё прошло безупречно, разобрать множество каверзных вопросов, которые могли задать хитрые журналисты. Мистер Вайлд, Джеррер и Ориан выделили вопросы, на которые при необходимости могут ответить, составили список тем, находящихся под запретом, особенно о прошлых отношениях между людьми и драконами, семье Джеррера, о том, какие порой методики применялись для усмирения крайне агрессивных существ. В глубине души Джеррер мечтал рассказать людям о том, что именно произошло, разобраться в причинах ненависти людей к существам, но даже не рассматривал такой вариант, во-первых, потому, что людей это вряд ли волновало, их не интересовали страдания существ, которые когда-то вступали в конфликты, а во-вторых, потому, что теперь отвечал не только за себя, а за всех существ, только Джеррер мог сформировать правильное мнение у людей о существах и Учреждении, что оно делало, чтобы воспитать существ и помочь им адаптировать к жизни в человеческом обществе. А ещё оказалось приятно посидеть за одним столом с Оливером Вайлдом, начальником отдела «Огнедышащие», как в те редкие моменты, когда он приносил что-нибудь вкусное, пирог или печенье, которое испекла жена, под свою ответственность снимал с Джеррера ошейник и угощал какао, ведь кофе как стимулятор оставалось для «особо опасных» под запретом, а Оливер считал, что именно кофе создано для сладостей.        Обсуждение заняло определённое время, Ориан прорабатывал каждый вопрос и деталь, задавал огромное множество вопросов, на которые мистер Вайлд отвечал с завидным терпением, некоторые реплики Ориан заставлял Джеррера проговаривать сразу и все как одну фразу дракон буквально выталкивал из горла, настолько упрямыми они оказались. Но Джеррер старался, правда старался, а потому у него получалось говорить, пусть вяло и совершенно ненатурально, однако кривая ухмылка позволяла выглядеть Джерреру почти достоверно, будто ему не придётся приукрашать и скрывать не слишком гуманную информацию. Джеррер прекрасно понимал серьёзность происходящего, к тому же людям не нужно знать, на что в действительности способны некоторые существа, те, которых приходилось усыплять при помощи транквилизатора, а затем держать на цепях, об этом люди не должны знать, о тех, кто способен одним вздохом испепелить целый город, о тех, кто взмахом лапы может разбить небоскрёбы. Без этой информации обществу будет куда спокойнее.        Домой Джеррер пришёл утомлённый, однако довольный собой, он мечтал уткнуться лицом в подушку и сладко проспать до самого утра, однако, едва закрыл дверь, тряхнул головой, хлопнул крыльями и достал из плечевой сумки распечатанные листы с вопросами и ответами, которые необходимо будет дать неугомонным журналистам. Лишь одну слабость Джеррер позволил себе, это потянуться, прогнуться всем позвоночником, Джеррер услышал, как хрустнул позвонок, и с неподдельным удовольствием расправил крылья, которыми коснулся стенок небольшой квартиры. Джеррера клонило в сон, но тот мог подождать, дракон плотно прижал крылья, сделал всего несколько шагов, чтобы оказаться на кухне и включил чайник, дело тоже могло подождать полминуты, а чай — никак нет. Ещё пару секунд Джеррер потратил на то, чтобы выбрать вкус чая, пусть не натурального с кусочками фруктов, а ароматизаторами, но Джерреру нравился запах и возможность решить, что выпить, с каким вкусом.        С кружкой обжигающего чая Джеррер сидел на краю дивана и читал ответы, вдумчиво, внимательно, старался запомнить кое-где короткие фразы и практически целые поэмы. Нужно постараться. Время ещё имелось, однако Джеррер потратил несколько часов на то, чтобы запомнить текст, на интервью ни в коем случае нельзя ударить в грязь лицом, а ещё Джеррер надеялся как-нибудь отблагодарить Ориана за помощь в нелёгком деле. Да, он тоже заинтересован в том, чтобы всё прошло хорошо, однако всё равно тратил своё время на то, чтобы подготовиться к интервью и помочь сделать это Джерреру.        Тот выпил ещё одну кружку чая, уже обыкновенного чёрного, снова прошёлся по нескольким листам с текстом и краем разума пытался придумать, как же выразить Ориану признательность. Неплохим вариантом казался подарок, но непонятно какой. Что в теории могло понравиться Ориану, учитывая его темперамент и абсолютное отсутствие какой-либо информации об увлечениях, хобби, внутреннем мире единорога? Гадать Джеррер даже не попытался, вместо этого воспользовался более простым способом, написал Алише: «Привет, Али! Хотел спросить, ты знаешь, что Форте нравится? Он читает?». Скоро девушка появилась в сети, принялась печатать ответ. «Хай, Джер! Вообще без понятия, что он читает. Наверное всё. А что? Только не говори, что хочешь купить ему книгу», — озадачила Алиша, однако была совершенно права, дарить подарки такому единорогу, особенно не имея никакого представления о том, что вообще нравится Форте, дурацкая идея. Ладно, об этом можно было подумать позже, сейчас следовало лечь спать и хорошенько отдохнуть перед завтрашним днём, пусть думал Джеррер о другом, о походе в кино, о том, какого жанра фильм выбрать. Ужасы? Или может быть фантастику? Или триллер? Ох, Джеррер с удовольствием бы посмотрел всё, но постепенно! Сейчас следовало отдыхать… «В следующем месяце нас ждут на выставке импрессионизма, хотя бы почитай об этом», — вдруг прислал сообщение Ориан, и над ответом Джеррер думал всего с половину минуты: «<I>Окей, почитаю. А ты ложись спать</i>». Джеррер очень сомневался, что к совету, или просьбе, или что это получилось, Ориан прислушается, впрочем, это не имело значения, сам Джеррер намеревался хорошенько отоспаться и пока засыпал, всё думал, что же такое «импрессионизм» и зачем идти на выставку, но раз надо, обязался прийти.        Джеррер лежал на животе, глядел на то, как ночник рисовал звёздочки и точки на стенах, слушал как тихонько гудел холодильник, как лаяли за окном собаки, как проезжали редкие машины, Джеррер до сих пор пытался свыкнуться с осознанием, что всё это — его. Эта квартира, эти звуки, ночник, на который так долго пришлось копить, ведь подобные траты государство не оплачивало, это принадлежало лишь Джерреру, а всё благодаря одному единственному единорогу. Нехотя Джеррер перевёл взгляд на часы, прикидывая, насколько удачная идея заняться физикой прямо сейчас. В любой другой ситуации Джеррер бы ни в коем случае не стал бы тратить на это время, но ради Ориана, в знак признательности дракон вскочил с кровати и взялся за учебник. Его Джеррер читал внимательно, пусть и подперев голову рукой, пытался разобраться в квантовой теории поля, но без каких-либо успехов, слишком заумной, полной догадок и заговоров оказалась эта тема. Джеррер уже полез в интернет, чтобы ввести в поисковой строке нечто вроде «Теория поля для чайников», но отвлёкся на общий чат группы, а точнее на то, что Ориан не спал, а ведь приближался одиннадцатый час. Глухо проурчав, Джеррер колебался, следует ли писать Ориану с просьбой объяснить тему, вдруг он посчитает, что Джеррер ленится, что он не может самостоятельно решить проблему, так что Джеррер выбрал в качестве помощника мировую сеть, а не Ориана, к тому же тот всё равно не мог знать ответов на все вопросы.        Каждый объяснял теорию поля по-своему, кто-то начинал с длинного вступления о том, что же такое квантовое поле и откуда оно вообще взялось, другие хвастались сложными терминами, третьи и вовсе пытались объяснить теорию на примере ткани вместо материи и прочего, в общем ничего полезного, ничего ясного Джеррер так и не сумел найти, по невнятным кусочкам пытался собрать общее представлении о теории поля, но в голове информация укладывалась не слишком качественно. Шёл второй час ночи, голова Джеррера уже кипела от напряжения, однако он продолжал читать, слушать, смотреть, пока снова не взялся за телефон — как знак свыше Ориан оставался в сети, и в этот раз Джеррер отважился отправить ему личное сообщение: «Всё-таки не спишь… Может тогда поможешь с квантовым полем? Ничего не понимаю». Как только увидел, что Ориан печатает ответ, Джеррер весь напрягся, прижал к спине крылья, издавая недовольный рык, и никак не ожидал, что Ориан пришлёт следующий текст: «Хорошо, что написал мне. Давай я позвоню, так будет удобнее?». Джеррер позвонил сам.        Джеррер не стал интересоваться, почему Ориан до сих пор не спал, молча слушал, кивал, иногда задавал уточняющие вопросы, но перед этим приподнимал руку, чтобы привлечь внимание и Ориан мог закончить мысль. Его голос не отличался ото льда, такой же прозрачный, но искажающий правду, не удавалось разобрать, что единорог испытывал на самом деле, устал он или нет, чувствовал недовольство из-за недалёкости ученика или наоборот гордился его смекалкой, а Джеррер не лез в душу, сосредоточился исключительно на учёбе. Прошло не меньше двух часов прежде, чем Ориан закончил с объяснениями не только общих понятий, но некоторых сложностей, тонкостей, каверзных вопросов и спорных теорий прежде, чем замолчал. Прикрыв рот рукой, Джеррер зевнул. — Прошу прощения… Большое спасибо, Ориан, ты и правда умный, — хихикнул Джеррер, на что не получил улыбки даже из вежливости. — Прости, что отнял у тебя время. — Всё в порядке, хорошо, что обратился ко мне. — Ещё раз спасибо, и большое...        Джеррер не закончил фразу, ведь в этом перестал иметься смысл — Ориан уже выключил звонок, так что Джерреру осталось лишь пожать плечами и наконец-то лечь спать, не боясь за здоровье. Хорошо пустынным бродягам, всего за несколько часов отдыха они могли набраться сил на целый день вперёд.        Каждый день до интервью Ориан помогал Джерреру отрепетировать ответы и своё поведение, учил сохранять осанку, поддерживать тембр, в нужное время совершать жесты, рекомендовал, как держаться всё остальное время. С этим мог справиться кто-то другой, та же Алиша или Скарлетт с финансового факультета, настоящая светская львица, однако Ориан Форте тратил своё личное время, задерживался с Джеррером после занятий, однако не уходил вместе с ним. У Ориана имелось множество других забот, выпускной, к счастью, никто не отменял, студенты начинали готовиться к экзаменам, а ещё Ориана пригласили на выставку импрессионизма, а значит стало необходимо узнать, кто предоставил свои работы, не только именитые художники, но и студенты, что вдохновило их, что стало главной темой выставки, которую проспонсировала семья Армстил.        Как раз о них Ориан читал во время обеденного перерыва, слышал кое-что о семье, которая некогда «привезла в город медицину», именно Армстил подняли уровень оказания медицинской помощи и точность анализов на небывалый уровень, предоставили условия и отношение, о которых мечтал любой пациент. Клиника «Гигиея» являлась беспрецедентно лучшей в городе и при этом самой спорной по той простой причине, что помимо людей медицинскую помощь оказывала существам тоже, от чего Ориан невольно затрепетал. Неужели кто-то из людей в самом деле решился открыто лечить существ? Причём некоторые поговаривали, что лет пять назад в «Гигиее» принимали роды у мантикоры. Роды у мантикоры! Насколько это правда, Ориан не брался судить, но слухи взволновали его, окрылили, заставили с ещё большим рвением изучать информацию о семье Армстил, которая так же владела сетью аптек и собственной фармацевтической компанией. Один из членом семьи Армстил обещал присутствовать на открытии выставки, а значит у Ориана появился шанс обзавестись действительно нужными и мощными связями, наверняка Армстил — не важно, мистер или миссис — заинтересует рекламная компания с самым значимым существом в городе, а может и сделать это существо лицом «Гигиеи».        С самого утра воздух давил на Ориана, особенно на голову, рог едва не вибрировал от напряжения, хвост то и дело ударял по полу или стене, пока Ориан надевал рубашку и костюм, укладывал волосы. Ориан поглядел на себя в зеркало, поправил воротник пиджака иссиня-чёрного цвета, рукава слегка отливающей голубым рубашки, затянул галстук и вновь критично изучил отражение. Великолепный костюм и почти великолепный образ, одного лишь недоставало — практически из последних сил Ориан заставил себя улыбнуться, приподнял веки, сделал взгляд более живым, заинтересованным происходящим, осознанным. Да, теперь Ориан выглядел безукоризненно.        Махнув хвостом, Ориан покинул гримёрку театрального зала, постучал в соседнюю дверь. — Олдфорд, я могу войти? — А, да, ага, входи, — раздался не слишком внятный ответ.        Одетая с иголочки женщина с серьёзным лицом и ресницами настолько длинными, что на них можно было бы летать, как раз поправила галстук Джеррера, а тот стоял статуей, не рискуя лишний раз пошевелиться, позволял пригладить воротник, пока другая девушка заканчивала причёску, третья — полировать ногти, а ещё одна — наносить пудру на лицо. Скоро женщина с ресницами-крыльями завершила ритуал, оценила внешний вид дракона и щёлкнула пальцами, от чего остальные девушки разбежались, словно ручные белочки, женщина между тем прогарцевала к Ориану. — Что скажете, мистер Форте?        Тот с ответом не спешил, придирчиво оценил жилет с открытой спиной и брюки цвета ковыли, они выгодно сочетались с бежевыми крыльями, которые не отрывались от тела, и тёмным узором на них, волосы были аккуратно зачесаны и залакированы между рогов, да и на лице Джеррера не виднелось ни единого изъяна, а ещё Ориан не мог вообразить, каким образом удалось сшить рубашку на дракона. Возможно по тому же принципу, что и жилет? Не важно! Это не играло роли, Джеррер выглядел представительно, так что Ориан заключил: — Прекрасно. Меньшего я не ждал от вас, Беллатрикс. Выражаю глубочайшую признательность. — Я всегда к вашим услугам, — лисицей улыбнулась женщина, снова щёлкнула пальцами, от чего её помощницы подбежали к двери, одна из девушек открыла её. — Обращайтесь в любое время, мистер Форте.        Каждый стук каблуков отдавался громом в голове Ориана, однако тот сумел правдоподобно улыбнуться и закрыть за стилисткой дверь. Ориан поймал мгновение, чтобы выдохнуть и вдруг ощутил ладонь на своём плече, одёрнулся, от чего Джеррер замер, медленно опустил руку. — Как ты? Порядок? — Побеспокойся о себе, — обдал холодом Ориан, поднял взгляд на часы. — У нас есть ещё время на репетицию. Итак, как ты будешь вести себя, если спросят об условиях содержания в Учреждении?        Словно первоклашка Джеррер играл свою роль в этом спектакле, правильно улыбался, в нужный момент менял интонацию, иногда кивал, а порой совершал движениями руками, оживляя свою речь и придавая ей естественность, а Ориан наблюдал, следил за каждым жестом, не сумел придраться хотя бы к одной детали. Джеррер не зря потратил время, он действительно стал готов к интервью, которое настало совсем скоро. Ещё раз Ориан поймал порцию воздуха, придал лицу верное выражение, а затем пошёл в кабинет ректора наравне с Джеррером, готовясь встретиться с очередным испытанием для нервной системы.        Сегодня Джеррер стал центром вселенной, едва дракон появился в дверях, как засверкали вспышки фотоаппаратов, охранникам пришлось сдержать толпу рвущихся вперёд микрофонов и камер, чтобы Ориан с Джеррером, улыбающиеся, кивающие и махающие ладонями могли сесть рядом с мистером Андерсоном. Тот произнёс небольшую речь прежде, чем началось настоящее испытание для Джеррера, вопросы задавали практически ему одному, об учёбе, программе, о существах и людях, об условиях в Учреждении по содержанию опасных существ, о культуре, одежде и музыке, обо всём в целом свете спрашивали одного лишь дракона. Поддерживая неизменный образ Ориан наблюдал за Джеррером, как тот держался молодцом, вёл себя в самом деле правдоподобно, а если попадался уж слишком тяжёлый вопрос, вдруг откашливался, брал паузу на то, чтобы смочить горло, после чего возвращался к игре. Ориана тоже спрашивали, но всего несколько раз, да и то все вопросы касались Джеррера, его успехах в учёбе и тому, как он вёл себя с другими студентами, не создавал ли опасных ситуаций и так далее.        Вопросы градом осыпали Джеррера на протяжении нескольких часов, его мышцы могли превратиться в камень, требовали движения, но Джеррер оставался безупречной скульптурой, которая давала такие же выточенные ответы. Это всё не имело значения, Джерреру придавала сил награда, ожидающая после интервью — поход в кино. Пусть они с Орианом посмотрят даже самый скучный фильм на свете, Джерреру не терпелось оказаться в тёмном зале среди других людей, едва успевать охватывать жадным взглядом экран, хрустеть попкорном и слышать шёпот на соседних рядах. Это будет невероятно! Ради этого нужно всего-то немного потерпеть, что Джеррер преданно делал, надеясь, что в эти самые минуты им гордились другие существа, те, кто смотрели интервью из Учреждения, что Оливер смотрел и гордился, и, может быть, Ориан тоже.        Стрелки на часах напоминали движущиеся камни, но в конечном итоге достигли своей цели — время вопросов подошло к концу, и Джерреру огромных усилий стоило подняться со стула, но не потянуться и не расправить крылья, пусть организм очень просил об этом, а деликатно попрощаться с журналистами и поблагодарить за работу. Какую, если всё делал Джеррер, он не понимал, но поступил так, как велел Ориан. Теперь осталось лишь отмучиться на фотосессии и всё, свобода, а вместе с ней просмотр фильма! Джеррер уже трепетал от ожидания, а потому на фото сумел улыбаться по-настоящему, без проблем фотографироваться с мистером Андерсаном и Орианом, пожимая ему руку или заглядывая в учебник, будто они вместе изучали предмет, делать вид, будто принимал активное участие в каком-либо обсуждении и прочими способами показывать свою неотличимость от любого другого студента. Испытания остались позади, все вопросы стали отвечены, фотографии сделаны, а вода выпита, охрана проводила фотографов к выходу, а Ориана и Джеррера мужчины сопроводили к задней двери, позволяя избежать излишнего внимания.        Если бы голова Ориана не раскалывалась от напряжения, он бы задался вопросом, откуда в Джеррере столько энергии, вместо этого выпил две таблетки от головной боли, остановился, чтобы перевести дыхание, а дракон всё крутился рядом, пытаясь поймать взгляд. Ориан не понимал, чего добивался Джеррер, а может не хотел понимать, он перестал волновать, они сделали, что были должны, теперь Ориану следовало поехать отчитаться в мэрии, потом было бы неплохо отнести заказ в ателье, чтобы начали подготовку костюмов для выпускного вечера, договориться по поводу украшений и гирлянд, пока их все не начали разбирать перед зимними праздниками… что-то ещё, кажется, числилось в списке, но Ориан не мог достать телефон, чтобы проверить ежедневник, рука никак не хотела подниматься, а тут ещё и Джеррер зазвучал прямо на ухо: — Не думал, что это будет так сложно. — Не забудь, завтра после лекций мы должны подтянуть физику, — напомнил Ориан, не услышав, что именно сказал дракон, и тем более не различил его краткий рык.        Да, Джеррер согласился заниматься с Орианом, пока не подтянет физику до приемлемого уровня, он помнил об этом, о планах на завтра, но что по поводу сегодняшнего дня? Ориан, похоже, забыл… а может и не собирался исполнять обещание, от чего Джеррер снова прорычал, за плечо развернул единорога, заставляя встретиться взглядами. — А ты не о чём не забыл?        Джеррер прочёл ответ в напряжённом и задумчивом выражении лица, в чуть нахмуренных бровях и торопливо отведённом взгляде сквозь собеседника — Ориан не забыл, он попросту не собирался помнить. Издав короткое гневное рычание, от которого сердце Ориана пропустило удар, Джеррер отшагнул, не мог посмотреть на Ориана, преисполненный обидой и разочарованием, хлопнул крыльями. — Вот как… Физика — это важно, а про кино можно забыть.        Ненадолго Ориан закрыл глаза, медленно выдохнул, едва не скуля от головной боли. Когда эти дурацкие таблетки начнут действовать? — Я не могу, прости… — Не нужны мне твои извинения.        Ничего больше Джеррер слушать не стал, пошёл прочь, на ходу ослабляя галстук, разлохматил волосы, захлопал крыльями и не обернулся, а потому не мог увидеть стыда в глазах Ориана, того, как он опустил взгляд, ненавидя себя за обман.        Зайдя домой, Джеррер хлопнул дверью, порвал бы пуговицы и жилет, но не мог — его ещё возвращать, или оставить для выпускного… Да какая разница, всё равно испортить нельзя. Максимум, что позволил себе Джеррер, это бросить костюм на пол, натянул домашние штаны и, обняв вязаного дракона, от которого пахло пустынными травами, упал вместе с ним на кровать, принялся гладить игрушку, ловя порции аромата. — Ты можешь поверить? Никуда мы не пошли… Вот же! Как интервью, так пошли готовиться, как физика — так сразу после занятий, а я попросил, — рычал Джеррер, порой резко виляя хвостом, но в какой-то момент ощутил обрушившуюся на плечи усталость, пустоту в теле. Некоторое время он молчал, а затем вздохнул, положил голову на живот игрушки, слышал, как в нём зашуршали лепестки и стебли. — Я ведь не должен сердиться на него, да? Просто это нечестно, он же обещал.        Снова раздался тяжёлый вздох, вдруг Джеррер усмехнулся над собой, сел, прижимая игрушки, поставил лапами себе на колени, а на её макушку положил голову. — И почему мне так неприятно? Подумаешь, в кино не пошли, я и дома могу посмотреть. С тобой, правда? — заглядывая в чёрные глаза-пуговки, предложил Джеррер, но игрушка не ответила. — Ладно уж… без разницы, пусть занимается своими супер-важными делами.        Как и обещал игрушке, Джеррер выбрал один из недавно вышедших фильмов, заварил себе чай с ароматом манго, которого остался последний пакетик, побаловал себя тем, что достал оставшиеся в банке рыбные консервы и устроился перед экраном, усадив игрушки на колени. Смотрел Джеррер без особого удовольствия, может потому, что продолжал обижаться, а может просто фильм перехваливали, зато чай и тунец сумели доставить неподдельное наслаждение, особенное, от которого Джеррер сумел улыбнуться. Начавшее выправляться настроение, однако, быстро погнулось, когда на телефон пришло сообщение от Ориана, Джеррер многозначительно погасил экран, отодвинул гаджет, но продолжить просмотр не сумел из-за интереса, ведь Ориан прикрепил какое-то вложение. Что он там прислал? Наверняка ссылку на статью с интервью или какой-нибудь учебник… Или нет… Скорее всего дурацкую информацию про свой импрессионизм или к чему он там велел готовиться… А может всё-таки нет. Джеррер проурчал, гневно поглядел на телефон, отвернулся, хотел было убрать фильм с паузы и продолжить просмотр, но так и не сумел из-за любопытства. Всё-таки Джеррер проиграл ему, прочёл самое короткое сообщение из всех, которые когда-либо видел — Ориан прислал один лишь вопросительный знак, под которым прикрепил электронные билеты с купленными местами в кинотеатр на вечер почти через две недели. Вновь Джеррер проиграл драконьей природе, издал горловой звук, но в этот раз больше похожий на мурлыканье, затрепетал нутром от предвкушения и тихонько ругался себя, пока печатал Ориану сдержанное согласие. Они всё-таки пойдут в кино.