Недолюбовь-недоненависть

      Чёртова неделя! Прошла, чёртова неделя, а Юнджи не ответила ни на одно сообщение, ни на один звонок. И ведь это цепляло ещё больше. Такое открытое игнорирование лишь распыляло любопытство. Интерес. Желание, будь оно не ладно. А ещё Чонгук заметил, что нуна из чата тоже перестала давать о себе знать. Сложить два и два не составило труда. Как и решить для себя, что он всё же её в тот вечер обидел, когда так сильно вспылил. Говорили ему, что нужно научиться держать себя под контролем хоть немного. Но нет, зачем? Хочется дать себе затрещину. Извинялся ведь в сообщениях, просил ответить хоть на один звонок и дать возможность всё объяснить. Но Юнджи-нуна пропала. А Чонгук стал сам на себя не похож.       Парень, который всегда любил дурачиться с друзьями, под конец недели ходил мрачнее тучи и вечно утыкался в телефон. Проверяя либо чат, либо набирая новое сообщение пропавшей после первой встречи девушки. И даже Чимин, который последнее время больше посвящал себя наблюдением за каждой мелькнувшей новости о своём кумире начал подозрительно поглядывать на друга. Он совсем недавно окончил школу и время для отдыха до первого семестра в институте было, поэтому активно занимается подработками и подготовкой к учёбе. Вот и решил Гуки свалить всё на это. Всё своё плохое настроение и прочие странности.       Он проверял сроки годности в холодильнике, когда трель дверного колокольчика оповестила о редком покупателе. На самом деле он бы лучше подрабатывал в какой-нибудь фотостудии, даже если был бы простым мальчиком на побегушках. Фотография для него большая часть жизни, будущая профессия. И работая в таком месте кем бы то ни было, была бы не плохая возможность где-то что-то подсмотреть или подслушать. Секреты профессиональных фотографов. Но вчерашних школьников на такие места никто не брал. Приходилось работать там, куда брали. Чон продолжает заниматься своим делом, но не забывает поглядывать в висящие на потолке зеркала. Мало ли, вдруг у покупателя приступ клептомании будет. На счастье нет. Рамен, сэндвич и тонизирующий напиток. Видимо собирается перекусить прямо здесь.       Чону плевать. Он пробивает товар, забирает деньги и отдаёт сдачу. На самом деле работы в ночном магазинчике не много и он уже со всем закончил. Теперь до конца смены лишь обслуживать вот таких редких гостей. Но ему просто необходимо занять себя хоть чем-то, ибо мысли точно сведут его с ума. Гуки косит взгляд на устроившегося за стойкой покупателя. Тот какой-то отстранённый. Чон устраивается за кассой, упирается локтём о столешницу, лениво рукой подпирает подбородок и старается не так явно пялиться на единственного покупателя. Хоть какое-то развлечение.       Странный. Заварил рамен достаточно давно, но в данный момент медленно пережёвывает сэндвич, время от времени запивая напитком. Сам бы Чонгук сперва закончил с лапшой, пока она горячая, а уж потом. Но на вкус и цвет фломастеры разные. Главное что не буйный, а то ночью всякие покупатели бывают. Он, конечно, справится, не зря следит за физической формой. Три раза в неделю ходит в спортивный зал, где работает Хосок. Если бы не друг, занимался бы самостоятельно, без тренажеров. Но раз уж есть возможность, то почему бы и нет? К тому времени покупатель заканчивает с перекусом, выкидывает за собой мусор (за что Чон даёт ему плюс к карме) и вновь подходит к кассе, по дороге прихватив пару шоколадок и жвачку. Гук пробивает, не глядя на парня, а поднимает взор, только отдавая сдачу. И едва сдерживается, дабы не психануть.       Перед ним стоит Мин Юнги. Тот самый, которого он ненавидит всей душой Мин Юнги, который выглядит так, словно его пять минут назад грузовик переехал. Болезненный вид, бледная кожа и сальные чёрные волосы, торчащие из-под капюшона. На самом деле как главный его антифанат он следит за его карьерой и знает, что у него всё идёт довольно неплохо. Совсем недавно, буквально пару дней назад написанная им песня попала в чарт. Пускай и не в его исполнении, но это тоже неплохо ведь. Может, он болен?       Захотелось в очередной раз дать себе затрещину. Что-то больно часто у него стали возникать такие мысли, но, чёрт возьми, какого хрена он начал беспокоится об этом уроде? Гуки недовольно фыркнул и сложил руки на груди.       — Что, популярность все соки выжимает? — насмешливо выдаёт парень. В конце концов, он не трус и прятаться за, по большей части виртуальным клубом не будет. А раз уж выдалась такая возможность, то молчать Чон не станет и выскажет всё, что он о рэпере думает.       Но Мин в ответ лишь болезненно кривится, и отвечать, по всей видимости, не собирается. Это задевает ещё больше и в итоге весь негатив скатывается в один огромный снежный ком, а после вырывается. И плевать Гуку на то, что его выходка может закончиться большими проблемами. Да и в принципе он не успевает особо подумать, перед тем как рука со сжатым кулаком летит вперёд, а Юнги отшатывается в сторону. Чонгук думает, что тот успел увернуться, но реальность совершенно иная. Парень напротив, отшатывается не находя больше опоры в собственных ногах и едва не опрокидывает стеллаж позади него. Благо во время успевает зацепиться за стойку кассы. Чон успевает заметить насколько же худые у него пальцы. Когда он последний раз ел вообще, не считая перекуса здесь?       — Эй, если ты решил сдохнуть здесь и тем самым подпортить мне жизнь, то я просто выкину тебя на улицу и скажу, что внутрь ты просто зайти не успел, — яда в его словах хватит на всю Корею, но Юнги, лишь хмыкает в ответ, несколько раз моргает и фокусирует взгляд на своих кроссовках.       — Блять, я даже сдохнуть не могу, не принеся никому проблем? Пойду, поплачу с горя, — Чонгук усиленно старается игнорировать какой-то укол. Совести ли, человечности ли. Не суть важно. Но ощущался он почти физически.       Парень смотрит на настенные часы, прикидывает, что сменщик должен подойти через два часа. Плюс-минус несколько минут. Раньше нареканий никаких не было, поэтому Гуки надеется, что один раз ему простят. Снимает рабочий фартук, кидает тот на кассу и, прихватив ключи от магазина, выходит из-за стойки. Ну, никогда он не был безразличным и бесчеловечным. И даже того, кого ненавидит, не может оставить в беде. Сердобольный, чтоб вас всех.       Чонгук рэпера подхватывает, едва тот не свалился со ступенек магазина. Пытается узнать, где тот живёт, но, ни слова вытянуть не получается. Тот находится едва не в обморочном состоянии. В итоге, Гук почти стонет от своего же характера, но деваться уже некуда. Раз решился помочь, то дело нужно довести до конца. И счастье, рэпер начал подавать признаки жизни, пробормотал адрес и даже начал передвигать ногами. На самом деле, этот Мин оказался слишком лёгким и для удобства, Чон помог тому забраться себе на спину.       Всю дорогу слушать невнятное бормотание в самое ухо было довольно раздражительно, но хорошо хоть недолго. Оказалось, Юнги не так уж далеко от его работы живёт. Хотя какое ему дело? Не младшеклассник же он, в самом деле, из вредности двери недругу изрисовывать? Ладно, в глубине души может, и было желание сделать так пару раз. Ну, так, для профилактики. Чего делать он, конечно же, не будет. Увидев его вот такого разбитого, возможно больного — показалось будто у Мина жар —, ненависть слегка поубавилась. Да, последнее время Чонгук рассуждал о том, что может быть не совсем уж он прав по отношению к Мин Юнги? К слову, спасибо за это стоит сказать Хосоку.       Чонгук уже успел свалить ношу на кровать, когда у рэпера в кармане зазвонил телефон, но тот на это никак не реагировал. В прочем, это было только на руку, ведь не хотелось связываться со скорой помощью, а если звонит кто-то из друзей или хотя бы знакомых вопрос решится сам собой.       Ну, ещё бы. Кто может быть в друзьях у Мина, как не коллега по сцене. Были вроде в одной группе с этим Сокджином?       Он ответил на звонок, объяснил, что да как и клятвенно пообещал дождаться другого друга, ибо сам Джин сейчас был на гастролях. Да и Гук, наверное, не смог бы оставить человека в таком состоянии не смотря на то, кто это. Чонгук не стал наглеть, раздевать рэпера, но заметив его озноб, накрыл одеялом. Да что же за гадство такое, а, люди добрые? Он сам почти никогда не болел, за другими больными не ухаживал и понятия не имел что нужно делать. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Чон постарался взять себя в руки и уже почти отправился на поиски кухни, как замер будто вкопанный.       Бессознательный Мин начал бормотать. Так отчаянно и жалобно, что аж сердце защемило. И только осознав, что именно содержится в этом бормотании, парень буквально опешил.       — Прости… Гуки…       Отлично, он хотя бы осознает, что добавил Чонгуку проблем, но откуда знает имя? Прочитал на бейдже ещё там, в магазине? Маловероятно, учитывая его состояние. Но тогда откуда? Да и слишком уж отчаянно он просил прощенья. Так просят за серьёзный проступок. Голова была готова взорваться от тех мыслей, которые ворвались в голову бедного парня. Не было печали, называется. Мало ему переживаний из-за внезапной пропажи Юнджи, которая слишком завладела им. И пока он пребывал в этом подвешенном состоянии, хлопнула входная дверь, а в комнату буквально ворвался незнакомый парень. Он зыркнул на Чона так, что невольно захотелось свалить отсюда по добру, по здорову. Но сперва нужно было рассказать уже ему, что случилось. Почему-то парень был уверен, что именно этого друга прислал Ким Сокджин.       На рассказ ушло не так много времени, на буквально побег из чужой квартиры и того меньше. И да, именно побег, потому что этот Ким Намджун больно странно стал смотреть после того как Чонгук представился. Тот в повторе повторил его имя, немного задумался и что-то там пробормотал про судьбу. Гук убедился, что друзья у Мина такие же ненормальные как и он сам. И да, рэпер тоже ненормальный. Ну, кто в здравом уме будет писать о том, что его язык доведёт кого-то там до Гонконга?       А ещё его до странного часто стала преследовать фамилия Ким.       И Юнджи тогда на мгновение ему напомнила Юнги.       Нет, бред. Чонгук сам видимо, болен, раз такие неадекватные мысли лезут в голову. Нужно срочно отвлечься, расслабиться. И самый лучший вариант, где и с кем это можно было сделать, был только одним. Бредя по улице в сторону остановки, он уже набирал номер Тэхёна. Предложил встретиться всей компанией в их месте, Гук направился прямиком туда. Несколько остановок до нужного места, магазин по пути и прямиком на заброшенные пути. То ли власти забыли про оставленные там несколько вагонов, то ли им просто плевать, что они там стоят, но место действительно неплохое. За один из вагонов им четверым в своё время пришлось знатно побороться. Но зато теперь есть своё место, где можно собираться без посторонних глаз.       Когда он подходит Тэхён уже там. Улыбается своей «квадратной» улыбкой и активно машет рукой. Да, Чон действительно за эту неделю успел от них отдалиться и соскучится, но портить им настроение своими пустыми вроде бы переживаниями не хотелось. Только вот так уж у них повелось, что друг друга они не оставляют в беде. Даже с самыми мелкими и глупыми. Вот и сейчас, друг слегка хмурится сидя на лестнице, ведущей в вагон, кивает в сторону рядом стоящего кресла. От воспоминаний как они его сюда тащили мурашки по спине пробегают. В итоге Гук передаёт пакет с пивом и закусками Киму и мысленно готовится к допросу. Потому что да, сам он говорить не начнёт. Как вообще начать рассказывать о том, в чём сам разобраться никак не можешь?       — Выкладывай уже, пока никого нет, — Чонгук любит ТэТэ. Иногда кажется, что он самый взрослый среди них. Или адекватный.       На самом деле он не знает даже как это объяснить, ведь все друзья ему одинаково дороги. Но странно то, что дурашливый большую часть времени Ким Тэхён может разобрать твою душу на составные, помочь найти проблему и решить её. А потом собрать все, назад и ты чувствуешь себя словно заново рождённым. Или как минимум готовым свернуть горы или решить проблемы. Пройти через трудности с гордо поднятой головой.       — Ты же знаешь, как я отношусь к Agust D? — и дождавшись кивка парень начинает рассказывать всё с того момента, когда он решил так сказать уничтожить его.       Тэхёну нужно отдать должное. Он не перебивал, не выглядел разочарованным и не смотрел осуждающе. Скорее взгляд его был понимающим и даже слегка весёлым. Чему тут было веселиться, Гуки не понимал от слова совсем. Однако заканчивал рассказ он к тому моменту как к ним присоединился Хоби, были открыты первые банки пива и в глубине души он радовался, что Чимина пока нет. Рассказывать ему про плохое состояние его кумира, да ещё и дать понять, что Чонгук знает его адрес, совершенно не хотелось. Как и врать или скрывать хоть что либо. Хотелось в данный момент одного: сквозь землю провалиться. Подальше от еле сдерживающих смеха друзей. И когда он повторил бормотание друга Мина про судьбу те и вовсе начали ржать. До слёз, до противного хрюканья, сгибаясь пополам.       В этот раз дать затрещину захотелось им, а не себе. Вот тебе и друзья, у него тут хрен пойми, что твориться в жизни, а они ржут как лошади. В прочем пустая, смятая банка пива тоже сойдёт как наказание и полетела она в коленку Кима. Опять Ким! Опять коленка! Гук тяжело выдохнул и откинул голову на спинку старого, потёртого кресла.