Питер для Хазина

- Петь, я, конечно, знаю, что ты… - И что – я? – хитро прищурившись, спросил Хазин, - продолжай, дядь. Сказал «А», говори и «Б». - Я б тебе все сказал, только букв таких нет в русском алфавите, и в латинском тоже. Деньги у нас на что были отложены? - Да пустяки, кухонный гарнитур поменять. И на хрена? Как по мне, старый еще нормальный вполне. Ты подкрутишь, подлатаешь, и еще сто лет простоит. А самокат – это же вещь! И на работу по пробкам ездить и просто так в парке кататься. В выходные весной покататься можно. И просто так, по делам, за покупками там… - Ага, в мороз на работу, мы на машине час с лишним едем. Почти два иногда. - Дядь, так это по пробкам. А на нем, - Петя любовно погладил руль самоката, стоявшего прямо в прихожей, - за час долететь можно. Или вообще минут за сорок. Раз – и в родном отделении кофе пьешь. - Угу-угу, - Игорь мрачно глядел на приобретение Хазина, - чтоб я на него встал, и ноги переломал. - Я за тобой ухаживать буду, - Петя состроил умильную мордашку, - утку там подавать… Не которая с апельсинами, а такую, ну ты понял… Судно еще называется. - Спасибо, утешил. - Дядь, я знаю, что ты старый дед, и не любишь всякие новшества. Но я так думаю, самокат нам пригодится. Смотри, он нас обоих вывезет, тут сто пятьдесят кило нагрузка. Ну, мы вдвоем чуток побольше, но не суть важно, я ж самый мощный брал. Хазин еще раз с гордостью взглянул на свое приобретение: - Тут в отзывах написано, он и сто семьдесят тянет. Правда, скорость падает, но нам же не гонять. Ты только прокатись! Хочешь, прям сейчас? Игорь тоскливо посмотрел за окно. В Питере, как обычно, накрапывал дождь. И темнота. Конечно, в такую погоду на самокате ездить можно. Но кататься просто так? После рабочего дня? Сейчас бы поужинать и в ванну на полчаса. А потом вытянуть гудящие ноги… Благодать! «Наверное, я все-таки становлюсь дедом, прав Петя». Он обнял Хазина: - Ладно, купил и купил. В воскресенье займусь починкой этого мамонта, - он кивнул в сторону кухни, - который еще отца молодого помнит. - Видишь, раритет и семейная реликвия, - расплылся в улыбке Хазин, - я помогать буду. Правда, у меня лапки. И я ни фига не умею, ничего, тяжелее табельного в руках не держал. - А я тебя научу. Как в армии – не можешь, научим, не хочешь, заставим. - Майор Гром, вы слишком суровый. Так нельзя. - Только так и можно.       С чего начался спор, не запомнили ни Игорь, ни Петя. Вроде бы как Хазин снова начал ерничать по поводу и без повода. - Игорь, ты же раньше не терпел смартфоны, а после того, как я тебе подарил «Самсунг», ты его из рук не выпускаешь. Игорь возразил: - Раз уж «Нокиа» утопла в Неве во время одного задержания, причем я тоже искупался, так нужно средство связи. - Но привык же, - ответил Петя, - и к самокату привыкнешь. - Ни за что, - покачал головой Гром. - А спорим, что тебе понравится? - На что спорим? - Хм, - Хазин задумчиво потер подбородок, - если ты будешь кататься на самокате, то на работу месяц будешь ходить в форме, как все. - А если ты проиграешь? - Тогда я буду ходить в форме. Лады? - Пойдет! Оба хлопнули друг друга по ладоням. Разговор это забылся через несколько дней. Дел хватало у каждого по отдельности и у обоих вместе. Игорь ловил банду мошенников, грабивших женщин на темных улицах и в парках. Петя разыскивал очередных наркобарыг. А вдвоем они чинили видавшие виды кухонные шкафчики. На самокате Петя катался, как ребенок – ловил любую свободную минуту. Ездить на работу все-таки не стал – вдвоем неудобно, да и вес у двоих мужиков тяжеловат. До отделения по-прежнему добирались на Хазинской «Тойоте».       Как-то раз Петя промок, весь день пробегал с мокрыми ногами и в сырых штанах. К вечеру ожидаемо закашлял, поднялась температура. Игорь сунулся в аптечку, но там не было ничего подходящего. - Петенька, подожди, я быстро, - взмолился Гром. И поволок на улицу самокат. Потому что ближайшая аптека закрылась на ремонт, а до следующей пешком минут тридцать, а на самокате за пять долетать можно. - Ага, - сказал Петя и звонко чихнул, - все, дядя, следующий месяц ходишь по форме. - Еще чего! Я ж из-за тебя взял твою технику! - Ничего не знаю. Проспорил ты, Игорек. И Петя посмотрел на Игоря с такой нежностью, что суровый Гром растаял, как пломбир на юге в июльский полдень. А потом подумал, что за этот взгляд он может не то, что в форме – в балетной пачке ходить. - У тебя сегодня День Рождения? – изумленно спросил Дима, таща в Архив кучу папок. - С чего ты взял? - Ну, такой нарядный. - Да так, - не хотел Гром рассказывать о своем споре с Петей, - Прокопенко сказал, надо по форме ходить. - Ты ж сам вечно бесился, и говорил, что в таком виде неудобно. - Людям свойственно меняться, - туманно ответил Гром. Правда, дома Петя сказал, что «скостил срок» до недели. - Ты такой сексуальный в форме, - промурлыкал ему на ухо, - просто отпад. Не хочу, чтоб на тебя весь отдел любовался. Я уже ревную. Апчхи! - Держи, - Игорь поставил на стол банку малинового варенья, - тетя Лена передала. - О, вареньице от тети Лены, - потер ладони Петя, - чайку попьем. Буду тоже дедом. Руки мой, я картошку сварил. В мундире, чистить-то не умею. - Не беда, в кожуре витаминов много, - отмахнулся Игорь, - мой отец тоже всегда в мундире ее варил. И добавил: - Выздоравливай, родной. И мы поедем в парке покатаемся. Не зря ж самокат купили.