Прикованное сияние

Минуло два, четыре, семь дней с последней встречи Гермионы и Малфоя. Свои обыденные свободные часы Гермиона проводила в Министерской библиотеке в поисках хоть какой-то необходимой информации. Это было похоже на попытку взобраться на бесконечно высокую гору, которой не видно конца. Её трос постоянно срывался, а зацепиться выше никак не получается. Единственное, что могло ей помочь — это Малфой, который что-то знает. Откуда он мог получить эту информацию? Где отыскал? Кто рассказал? Бесконечный поток вопросов не останавливался в голове, казалось бы, одной из самых выдающихся волшебниц своего поколения не удается найти хоть малую горстку ответов. Сидя в пыльном отделе библиотеки, Гермиона закрыла очередную потрепанную книгу, сложила руки, посмотрела на них, потом задумалась на мгновение. Она так никому и не рассказала про те самые слова Малфоя. Здесь, где никого нет, хватало времени обстоятельно подумать и о Драко и о нелепом предложении, которое походило больше на издевку, нежели на истину. Она вспоминала его. Усталый взгляд под конец рабочего дня, сжатые руки на граненном стакане, выкуренные сигареты после встреч с бывшим слизеринцем, хоть и бывших не бывает. Хотелось ли ей заполучить информацию и решить эту загадку, лишенную логики? Конечно. Хотелось ли похвалы и повышения? Тут Гермиона бы слегка неуверенно, но согласилась. Стоило ли ей принять помощь Малфоя младшего? Нет, конечно же. Что за вздор? Она, как и всегда, справится сама. Поток мыслей обрывается, когда перед глазами появляется летающая записка от Гарри, а в ней короткое: «Мистер и Миссис Уизли в больнице с отравлением.» И в голове вновь поток вопросов. Может, Гермиона и не справится сама. Домой в таком скверном настроении возвращаться не хотелось вовсе. Тем более, что в ее квартире находился другой человек, которого она не хотела расстраивать и загружать своими проблемами. Гермиона решила не аппарировать к дому, а прогуляться. Она часто так делала, чтобы очистить мысли и избавиться от негатива. Прогулки успокаивали, плюсом к этому стал прекрасный выбор удобной обуви. Сегодня, по воле случая Гермиона решила отказаться от шпилек, заменив их на кожаные ботфорты на низкой подошве, чему была несказанно рада сейчас. Она вышла с Министерства, остановилась около ларька с кофе, прихватив ванильный круассан, и двинулась к дому. Такой родной Лондон… Гермиона часами могла шагать по этим мощеным улочкам, знала каждый закоулок своей любимой части Лондона, обожала запах, исходящий от кирпичных стен многолетних зданий, хранящих в себе огромную историю. Недавно прошел дождь, так что на тротуарах поселились маленькие лужицы, которые девушка даже и не старалась обходить. Воткнув наушники, она включила свою любимую песню. В ушах раздалось звучание любимой инди-рок группы. С первыми звуками лицо Гермионы озарила улыбка, так она и шла, наступала на лужи, подпевая любимому исполнителю. Казалось, прошло несколько минут, но она уже стояла на пороге своей квартиры. Настроение немного пришло в норму, она была рада, что отец не увидит ее кислой мины. Мистер Грейнджер переехал к Гермионе всего лишь пару дней назад, но девушка не чувствовала напряженности, хотя боялась этого больше всего. Ее тошнило от работы, от застоя дела, от ее беспомощности, только в родных стенах рядом с родным человеком она приходила в норму. Гермиона впервые за несколько лет чувствовала себя счастливой в собственном доме. Конечно, много всего, чем она описывала свое счастье, отсутствовало, но было самое главное было сейчас рядом. С широкой улыбкой девушка шагнула в свой маленький оазис посреди бескрайней пустыни. Глоток свежего воздуха после душащей атмосферы. Девушка зашла в квартиру, в нос ударил такой знакомый запах. — Папа, я дома! — прокричала девушка, оповещая отца о своем прибытии. Из-за угла показался отец, одетый в фартук, что-то активно помешивающий в миске в руках. — Привет. Думал ты будешь позже, не успел приготовить сюрприз, — ответил мужчина, тень грустной улыбки мелькнула на губах, но он быстро отогнал ее. — Что за сюрприз? — разувшись и сняв верхнюю одежду девушка прошла на кухню, пока отец соблюдал тишину. Ее взгляд сразу же зацепился за причину такого знакомого запаха, но она никак не могла вспомнить, то это ей напоминало. Теперь она поняла. — Это… это панкейки, — ее глаза изучали стол, — с шоколадом и карамелью… Как в детстве, — прошептала девушка, на глаза навернулись слезы, она подошла к отцу и крепко, насколько у нее получилось, сжала его в объятьях. — Прямо как в детстве! — радостно сказал отец, поглаживая девушку по волосам. — Доен же я как-то заново зарабатывать репутацию хорошего отца! — Гермиона подняла голову и увидела, как широко он улыбался. — Ну, пару сотен очков ты уже заработал, — усмехнулась Гермиона, все еще прижимая отца к себе. — Мне конечно очень приятно, но советую тебе отпустить меня, если не хочешь остаться без них, — сказал отец, широкая улыбка все еще украшала его лицо. Гермиона отмерла и позволила отцу заняться готовкой, а сама в это время поставила чайник. Пока он закипал, девушка уселась за стол и наблюдала за отцом. За счастливым человеком. На лице сияла детская улыбка во все тридцать два зуба, она могла поклясться, что со стороны выглядела недоразвитой. Но ей было плевать. Плевать на все. Все проблемы унеслись прочь, стоило ей запечатлеть эту милую картину, вдохнуть манящий запах. Вскоре перед ней появилась тарелка с любимым лакомством детства и чашка чая, ароматного, как и всегда. Ей не терпелось попробовать приготовленные отцом панкейки, она помнила их вкус еще детства, но так мечтала освежить его в памяти. И вот этот момент настал. Пока она ела, отец наблюдал за ней исподтишка со счастливым огоньком в глазах. Они разговорились, Гермиона не стала вдаваться в рабочие подобности, только рассказала папе про неутешительные новости семейства Уизли, но и на этом надолго не задержалась. Она не хотела портить вечер плохими новостями. Тем более больше ее заинтересовала новость папы. — Я наткнулся на одну организацию в газете пару дней, — начал отец. — Что за организация? — спросила Гермиона, не заботясь о том, что разговаривает с набитым ртом. — Строительная компания сейчас проводит благотворительную акцию, дарит нуждающимся жилье. Нужно было заполнить документы, и я решил попробовать, — протараторил отец, девушка заметила нервозность в его движениях и интонации. — И? Тебе ответили? — Да, сегодня пришел ответ, — мужчина запнулся на долю секунды, но быстро продолжил, — они одобрили мою кандидатуру, послезавтра собеседование, — и умолк. Кухня погрузилась в тишину на пару секунд, а затем последовал восторженный возглас девушки. — Это же замечательно! Я так рада за тебя! То есть, нет, ты не подумай, что я хочу от тебя избавиться или ты… — Конечно я так не думаю, — прервал ее отец, — но, Гермиона, я понимаю, что так будет лучше и комфортнее всем. Тем более я устроился на работу. Теперь я преподаватель в медицинском колледже, так что можешь обо мне не беспокоиться. В понедельник первый день, — гордо произнес мистер Грейнджер. — Папа… я… когда ты всё успел? Это просто отличные новости, но я не особо уверена в надежности этой организации? Как она называется? — насторожено начала девушка. — Ммм…не помню, но какая разница? Давай пойдем вместе? Все проверишь и удостоверишься, — предложил отец. — Конечно я пойду с тобой, — твердо произнесла Гермиона, легкая улыбка коснулась ее губ, когда она посмотрела на светящегося от счастья отца. Так они и провели остаток вечера, сидя на кухне уже с холодным чаем, полными желудками, и разговаривали обо всем на свете. Когда Гермиона собралась спать, подошла к отцу и, поцеловав его в щеку, скрылась за дверью. Джон еще пару минут сидел за столом, смотря на дверь спальни своей дочери, и совсем неслышно произнес: — Я же обещал… *** Офис строительной компании «Малфой Констрактинг» кипел от работы. Начало новой благотворительной акции, прием заявок, их рассмотрение — все это занесло Драко Малфоя в жесткий рабочий ураган. Шел третий день рассмотрения заявки, он пожелал сам заниматься этим, чтобы дать жилье действительно нуждающимся людям. Даже не знал, почему захотел запустить такого рода акцию в настолько короткие сроки, но увидел, как взлетели рейтинги компании, и не пожалел о напавшем объеме работы. Имена и фамилии сотни людей давили на мозг парня, последние десять минут он сверлил взглядом одну заявку пожилой дамы, совсем не похоже, что она жила в неудобствах. Наконец, убрав эту заявку в сторону отказанных, он взял следующую. Медленно прочитал «Джон» в графе «Имя». И тут его глаза остановились, впившись в графу «Фамилия». — Грейнджер, — протянул Малфой, будто смакуя этот набор букв. — Так-так-так, интересно. Усталость отошла на второй план, дав дорогу любопытству. Еще со школьных времен Драко знал, что родители Гермионы стоматологи. Сейчас он понимал, сколько может зарабатывать хороший дантист, и задавался вопросом, почему ее отец подал заявку. Что-то было не так. Глаза пробежались по личной информации и застыли. Вот оно. Вдовец. Когда? Семь лет назад… Получается, сразу после окончания Хогвартса. Зрачки Драко Малфоя сверлили графу «Семейное положение», не могли перебежать дальше. Теперь ему всё стало ясно. Курить она начала после этого, он был уверен. Чтобы отличница Грейнджер взяла в руки сигарету, должно было произойти что-то страшное. Он понимал почему, ведь начал курить, когда его начали сравнивать с отцом, не замечая никак стараний, требовали от него слишком много, называли слабым, его считали никем. Он сам считал себя никем. А сигареты… Они помогали забыться, хотя бы на время, пока ее кончик тихонько тлеет, а легкие выпускают ядовитый дым. Тогда становилось хорошо, на пару минут. Он так ценил эти минуты, потому что они были единственным спокойным временем его жизни, той жизни… Когда единственной проблемой действительно было всего лишь не оправдать чьи-то надежды. Сейчас же он считал себя прошлого всего лишь избалованным маленьким мальчишкой, на которого резко обрушилась гора ответственности. Не став вдаваться в остальные подробности, он уже принял решение. Этой информации ему сполна хватило, чтобы поставить на заявке Джона Грейнджер печать с надписью «ОДОБРЕНО». *** Яркие лучи солнца, по которым так скучали жители столицы, пробивались сквозь плотные облака лондонского неба. Они так рьяно сражались за свое существование, пытаясь прорвать густую облачную стену. Однако, даже самые бледные лучики света грели лицо, отсвечивали от мелких луж от недавно прошедшего дождя, создавая удивительную атмосферу. Грозно нависающие облака все равно не смогли погрузить Лондон во мрак и озноб. Удивительно, как сегодняшняя погода точно описывала состояние Гермионы и ее отца. Девушка так и осталась при своем мнении, но согласилась присутствовать только для того, чтобы поддержать отца и помочь ему принять верное решение. Ее подозрения увеличились, когда они получили письмо с адресом места встречи. «Ресторан? Не лучшее место для решения деловых вопросов…» — все негодовала Гермиона. И, конечно, не смогла скрыть своего отношения к этому событию. что-то в этом не давало ей покоя… И вот, они стояли перед массивными дверями из красного дерева. Здание искрилось дороговизной. Позолоченные ручки дверей, изящные оконные рамы, высокие светлые потолки, блестящие мраморные полы, по которым ступать было страшно. Их провели к столику, однако он был пуст. Плюс один в копилку отказа. «Не удосужились даже прийти вовремя!» Официант, подошедший спустя пару минут, предложил меню и винную карту. Девушка остановилась на белом вине сорта Шенен Блан. В этом вине ей нравилось все: от легкого цветочного аромата до ярко выраженной кислотности. В качестве основного блюда она выбрала запеченный лосось в сливочно-грибном соусе. Отец не мог остановиться от восхищения, причитая, как дорого все стоит, и что он обойдется лишь стаканом воды. Гермиону, честно, это немного забавляло, но она была рада, что может порадовать отца такой мелочью. Их вечер проходил за непринужденной беседой обо всем, когда перед Гермионой появился мужчина. Высокий мужчина. Сидя, Гермиона взглядом упиралась ему в пупок. Или в пряжку ремня. Она не очень обратила на это внимания. Она подняла взгляд на лицо человека и… Застыла. Перед ней, в угольного цвета костюме тройке, стоял Драко чертов Малфой. Стоял и улыбался своей самой нахальной, самодовольной ухмылкой. Ему не нужно было что-то говорить, все было понятно по глазам. Отец встал и начал что-то говорить, а Драко медленно перевел взгляд на мужчину, приветливо, Гермиона не думала, что он так умеет, улыбаясь. А девушка до сих пор молчала. И опять она выглядела, как дурочка. В очередной раз, абсолютно ничего не сделав, он выставил ее в дурном свете, так открыто пялящейся на самодовольного засранца. Она не знала, сколько времени так просидела, пока не почувствовала, как кто-то легко толкает ее в бок. Очнувшись, она выровнялась и скрылась за маской безразличия. — Гермиона, ты себя неважно чувствуешь? — забеспокоился отец. — Нет, нет, все хорошо, — ответила девушка, чем не очень убедила отца. Видимо ее лицо лишилось здорового румянца, как только она увидела бывшего сокурсника. — Честно! — попыталась заверить она, хотя знала, что не очень получится. — Хорошо, — произнес отец и тут же переключился на своего собеседника. — Познакомься, мистер Малфой! Этот человек готов помочь мне! А это моя дочь, Герм… — говорил отец, широкая улыбка появилась на его лице. — Рад знакомству, мисс Грейнджер, — перебил его Малфой, протягивая руку. Девушка собиралась ее пожать, но Драко наклонился и легко коснулся губами тыльной стороны ладони. — Взаимно, мистер Малфой! — чересчур резко вырвала руку, чуть не задев подбородок мужчины. «Джентльменом заделался? Ну-ну» — Вы не слишком расположены к разговору, мисс Грейнджер, может вам и вправду нездоровится? — с поддельным интересом поинтересовался блондин, глаза сверкали издевкой. — Нет, что вы, — ответила девушка, — все в порядке, я просто голодна, пропустила обед, — выпалила первое, что пришло в голову, и сразу поймала насмешливый взгляд слизеринца. Как же она была зла. — Вы что-нибудь заказали? Я угощаю, будьте спокойны, — Гермиона кипела, в любой момент готовая взорваться, — я бы посоветовал отведать запеченный лосось, до невозможности нежен, — продолжал Малфой. «Как он… Это… Это просто» — О, интересное совпадение, Гермиона именно это и заказала, — сказал отец, посмеиваясь с возникшей ситуации. Драко улыбнулся и перевел взгляд на нее, девушка не могла понять, что там было, но что-то в его глазах смущало ее. Он смотрел на нее с… Интересом? Не успела Гермиона толком понять, как уже подошел официант с их заказом, а затем принялся записывать заказ Драко. Девушка потупила взгляд. Что-то во взгляде Драко действительно не давало ей покоя. Она не помнила, чтобы он когда-нибудь так смотрел на нее. Без пренебрежения, насмешки, издевки, с чистым интересом и каким-то детским озорством. Она пробыла в своих мыслях буквально пару минут и вернулась к обсуждению сделки. — Так вот о нашей компании. Несколько лет назад мы организовали благотворительный фонд и заручились поддержкой многих крупных организаций и состоятельных людей Англии. Мы не дарим вам жилье, мы даем вам бесплатную квартиру, однако она будет принадлежать компании, так что вы не сможете ее продать, подарить, завещать своим детям, — кинул мимолетный взгляд на Гермиону, — сделать перепланировку или использовать в качестве залога при оформлении кредита. — Тогда как я могу быть уверена, что отца не выгонят из предоставленной ему квартиры из-за убытков ваших спонсоров? — отчеканила Гермиона. Драко ответил молниеносно, как будто ждал подобного вопроса. И ждал именно от нее, судя по тому, как уголок его губы пополз вверх, а глаза сузились, изучая ее лицо. — Мы подписывали контракты со всеми спонсорами, все копии можем предоставить в самое ближайшее время. Также, с вашим отцом будет подписан контракт, в котором будет указан период его проживания в этой квартире, так что он вполне легко смоет нас засудить, если его попросят освободить квартиру раньше срока. — Когда можно будет подписать контракт? — Мои юристы уже занимаются составлением договоров, так что через пару дней у вас будет возможность ознакомиться и поставить свою подпись, — сверкнул взглядом в сторону отца, отчего тот еще шире заулыбался. — Для чего вам это надо? У вас престижная компания, качественные услуги. — Давайте начистоту, мисс Грейнджер. Я, как хороший руководитель, забочусь о репутации и развитии своего бренда. А благотворительность в наше время — превосходный инструмент оказаться у всех на слуху и укрепиться в числе лидеров в своей отрасли. Все преследуют свою выгоду, но я это делаю не в ущерб другим людям, — чем больше он говорил, тем шире открывался рот Гермионы в попытке что-то сказать, но на последнем предложении все ее слова испарились. Они с отцом — оба — смотрели на него с широко распахнутыми глазами не в силах сдвинуться с места, тем более — вымолвить слова. Они так и сидели пару минут, кто-то обдумывал все сказанное ранее, кто-то просто застыл на месте, а кто-то дождался ужина, который ему только что принесли. Однако мужчина не собирался приступать, напротив, поднял бокал, обращаясь к своим собеседникам. — Надеюсь я ответил на все ваши вопросы и усмирил ваше любопытство, мисс Грейнджер, — опять издевка в голосе, но глаза… В глазах ничего не намекало на насмешку, было что-то другое. Он изучал ее, внимательно, осторожно, скользил по каждому миллиметру ее лица. На секунду ей показалось, что он непозволительно долго задержался взглядом на губах девушки, но она быстро отогнала от себя эти мысли. — Мистер Малфой, — обратился к нему мистер Грейнджер, — думаю, ответ очевиден. Я согласен! — произнес отец и выразительно взглянул на Гермиону. А девушка и не перечила, потому что все было чисто. Она лишь потупила взгляд в тарелку после того, как слабо улыбнулась. — Тогда, давайте выпьем. За успешную сделку! — сказал Малфой, на лице торжествовала триумфальная улыбка. — Да, за сделку. Прошу прощения, мне нужно отойти на пару минут, — сказал отец. «Нет, нет, нет, только не это» — как отец мог оставить ее одну с… ним? Гермиона думала, что уже не переживет этот вечер. И так находиться в компании мерзкого слизеринца было неприятно, а наедине… Она готова была получить Аваду в грудь, лишь бы избежать этой участи. Пока она негодовала, отец уже скрылся в уборной, оставив ее на съедение змею. Девушка попыталась избежать такого ненавистного ей собеседника, так что схватила сумочку и направилась на балкон. Выйдя на свежий воздух, выудила из сумки пачку. Сейчас ей нужно было успокоится, а сигареты справлялись с этим на отлично. Сделав первую затяжку, девушка медленно выпустила ядовитый дым в воздух, запрокинув голову и прикрыв глаза. «Какая насыщенная неделя» — усмехнулась Гермиона своим мыслям. Ей больше нравилось размеренно плыть по течению жизни без сюрпризов и неожиданных новостей. Девушка только пришла в себя, как услышала позади открывающуюся дверь. Тогда она молилась, чтобы это был не он. Но, как обычно, удача была не на ее стороне. Мужчина подошел к балкону, и достал пачку. — Грейнджер, не узнаю тебя, — медленно произнес Малфой, поджигая сигарету палочкой. — В каком смысле? — повернулась Гермиона и вонзила острый взгляд в Малфоя. — Давно не видел тебя такой молчаливой. Или это мое присутствие лишило тебя дара речи? — дразнил он, как обычно. — Не льсти себе, Малфой, — огрызнулась девушка. — Зачем это все? — Что все? — Это все! Благотворительная акция, где, по какой-то «счастливой» случайности, из многих кандидатов выбрали именно моего отца. Что ты задумал? — начала Гермиона на повышенных тонах, ей стало трудно сдерживаться. Грейнджер, если у тебя есть вопросы, почему не задала их раньше? — спокойно сказал мужчина, сделав затяжку. — Мне кажется, я ответил на все, что тебя интересовало, при чем тут «счастливая», как ты выразилась, случайность? — облокотился о перила, вся его поза просто кричала о спокойствии и расслабленности, в то время как Гермиона готова была выпрыгнуть из своего места, настолько взвинчена была. — А твоё предложение о замужестве? Для чего это все, Малфой? Хочешь вспомнить старые школьные годы, давай, поиздевайся, но это слишком, — Гермиона оперлась о перила и вздохнула. — То время ушло, Малфой, мы взрослые люди, а ты все пытаешься жестоко подшутить надо мной. — Я не издеваюсь. То что я сказал насчет предложения — правда. Но поверь, я этого не желаю так же как и ты, если даже не больше, — отвернулся от нее, выпуская дым. Ты предлагаешь мне выйти за тебя замуж, опаздываешь на встречу, кичишься своими деньгами, хочешь втянуть моего отца в какую-то авантюру и думаешь, что я это позволю?! — почти кричала девушка. — Грейнджер, — Малфой выпрямился, желваки заиграли, так сильно он сжал челюсть. — Что?! Я не позволю мерзкому ублюдку подставить моего отца, ты… — не успела она договорить, как он уже стоял перед ней, тяжело дыша. Гермиона думала, что он ударит ее. — Повтори, — произнес сквозь стиснутые зубы. — Повторить? — усмехнулась Гермиона, не отрывая глаз. — У тебя и со слухом проблемы? Я сказала, что не позволю мерзкому ублюдку…, — дыхание перехватило. Гермиона все также смотрела ему в глаза, пока Драко схватил ее за подбородок и слегка сжал, все еще прожигая девушку взглядом. Он и так был больше нее, но в таком положении, возвышался над ней, закрывая от всего мира. Она не видела больше ничего, кроме его глаз, не слышала ничего, кроме его тяжелого дыхания, которое обжигало ее щеки и губы. Еще никогда она не могла так близко рассмотреть его. В глазах, таких ледяных, сейчас пылал пожар, брови хмурились, образуя морщинку, скулы напряглись. Он подтянул ее немного ближе к себе, наклоняясь к ее уху так, что его губы почти касались хряща, и Гермиона услышала нотки его парфюма, такого вкусного. Мята и сладкая ваниль, сандал и корица. — Следи за словами, Грейнджер. Этот мерзкий ублюдок вытащи твоего отца из такого дерьма, в котором я бы никогда не позволил оказаться своей семье. А ты позволила, Грейнджер. Малфой резко отодвинулся от нее и покинул помещение, а она осталась стоять неподвижно, касаясь лица там, где касался он. Она до сих пор чувствовала фантомное касание руки и горячее дыхание. Только сейчас она поняла, что погорячилась, и она должна благодарить его за это, но… Она этого не сделала, наоборот, обвинила его в каком-то абсурде. Только сейчас подумала, как глупо выглядела, упрекая его в том, что он не сделал. А она сделала. Действительно сделала. Позволила семье не только оказаться в таком дерьме, но и разрешила с головой окунуться, не предлагая руку помощи. Кто она после этого, и какое вообще право имеет судить других. «Какая я дура» — Гермиона вздохнула и опустила голову в ладони. А Драко пулей вылетел из проклятого ресторана, быстро всучив официанту неприлично огромную купюру, излишне покрывающую стоимость ужина. Он не понял, что случилось, почему он подошел к ней, схватил ее. Сев в машину, он запустил пальцы в волосы, взлохмачивая уложенную прическу, и оперся лбом о руль. Но рука до сих пор горела от касания ее кожи. Он со всем этим разберется и они все вернуться к обычной жизни. Он должен. *** Камин номер пять знаменовал о пришествии нового гостя, а точнее гостьи — Миссис Малфой. Ожидавший её Оскар Вильсон, приветственно кивнул женщине и повел рукой, указывая в сторону лифта. — Добрый день, миссис Малфой. Меня зовут Оскар Вильсон, это я вас вызывал. — Здравствуйте, появились какие-то новые сведения по поводу моего мужа? — поинтересовалась женщина, снимая одну перчатку за другой. — Нет, не совсем. — Тогда зачем же я здесь? Именно сейчас лифт оказался абсолютно пуст для них двоих, что было необычно для самого разгара рабочего дня, когда сотрудники то и дело носились по разным этажам, передавая необходимые сведения за минувший месяц. — Понимаете, — мужчина остановил свой взгляд на постаревшем лице, пытающимся скрыться за косметикой, — я в Министерстве совсем недавно, но мне уже поручили такое важное дело. Брюнет не получил ответного взгляда на себе. Статное лицо смотрело прямо на двери лифта, в ожидании, когда же они снова откроются. — И я бы хотел лично переговорить со свидетелями и потерпевшими, — он продолжал.— Не переживайте, я не займу много вашего времени. — Боюсь, что это вам стоит переживать, Мистер, — Нарцисса кинула короткий взгляд в сторону. Она совсем не заботилась запоминать имя мелкого сотрудника. — Вильсон, — тембр стал слегка напряженным. Оскару совсем не нравилось такое отношение к себе, хоть и от первой леди Лондона в магическом мире. — Да, простите, — уголки губ лживо поднялись в мягкую улыбку.- Вам стоило бы потратить своё время, — интонационно женщина акцентировала внимание на последних двух словах, — на более важные вещи в расследовании, чем разговор со мной. Двери наконец-то распахнулись, доставляя их на нужный этаж. Острые каблуки стучали по полу, выдавая присутствие леди. Буквально через минуту звук заглушился, когда за парой закрылась дверь во всё еще новый для Оскара кабинет. На стенах были небольшие трещины и Нарцисса нескрываемо скривилась, присаживаясь на стул напротив Оскара. — Чем был занят мистер Малфой старший в день своего отравления? — мужчина вновь посмотрел на леди, в этот раз уловил ее ответный, абсолютно спокойный взгляд. — Всё было как всегда. Утром ушел на работу, вернулся только поздно вечером, когда я уже спала. Потом сквозь сон я услышала как он начал задыхаться. — И вы сразу вызвали помощь? — Да, с помощью эльфов мы перенеслись в больницу. Нарцисса с трудом сглотнула. Ей было тяжело вспоминать тот вечер. Страх за собственного мужа переполнял ее насквозь. Как странно, один абсолютно обыденный день стал отправной точкой всех изменений. — Хорошо, — Оскар скрестил руки на столе, вновь изучая чужое лицо. Запоминал каждый дрожащий мускул. — Драко Малфой ваш единственный сын? — Да, единственный, — без колебаний ответила мужчине. — Вы лжете, — уголок его губы дернулся вверх, но тут же вернулся в обычное положение. — Вы подумали про девочку только что. — Что? — возмутилась Нарцисса, и тут же в ее голову пришла удивительная мысль. — Вы окклюмент? Она давно таких не встречала. — Да, природный. И очень хороший, поэтому не советую мне врать. Я все равно узнаю — усмехнулся Вильсон. — Итак, почему вы соврали про дочь? — Это тайна, которая касается только меня и моего мужа, — ее взгляд начал метаться по комнате, а перчатки в руке она сжала сильнее. — Нет, миссис Малфой, вы не поняли, сейчас у вас нет никаких секретов. Почему я не нашел никакой информации о ней? — Она умерла, не прожив и до 5, — быстрым движением языка женщина смочила высохшие губы, — мы с мужем уничтожили любое упоминание о ней. — Что произошло? — Послушайте, мистер… — вновь запнулась. — Вильсон, — он кивнул ей головой и незаметно взглянул на свои наручные часы. — Да. Это было 27 лет назад, и не имеет никакого отношения к этому делу. — Миссис Малфой, тут только я решаю, что имеет отношение к делу. Но, хорошо, — Оскар откинулся на спинку стула, — закроем эту тему и вернемся к вашему мужу. Как вы думаете, это всё-таки было работа человека или нечто другое? — Что вы имеете в виду под «нечто другим»? — недоумевала миссис Малфой. — Смею предположить, что на мистере Малфое проклятие, очень темное и древнее. Вряд ли кто-то в наше время владеет такой магией, а если и владеет, то держит это всё в строжайшем секрете. — И к чему вы ведете? — спросила она. — Что это мог сделать и не человек. — А кто? — Это мне и предстоять выяснить, — уперевшись руками о стол, Вильсон поднялся и поправил коричневый пиджак. — На сегодня всё, миссис Малфой, вы свободны. Он подошел к двери и услужливо открыл ее, пропуская леди на выход. Женщина успела сделать лишь несколько небольших шагов, как перед ее носом неожиданно на пороге появилась кудрявая девушка лет 25. Она ее точно уже где-то видела, но не могла припомнить где именно. -Здравствуйте, миссис Малфой, — проговорила Гермиона Грейнджер с приветливой услужливостью, но не получила ответа. Блондинка прошла мимо нее, даже не повернув головы, будто здесь никого и не было. После ухода миссис Малфой в кабинете все еще остался ее запах. Это был абсолютно непередаваемый аромат. Создавалось впечатление лесных трав, пропитанных несладким медом. Гермиона вздохнула и устало прошла к своему столу, присаживаясь. Она руками зарылась в собственные кучерявые волосы, опустив голову. — Ты что-то узнал? — Ничего такого, — улыбка. — Она ничего не знает, но, я думаю, что ее муж и сын обладают более весомой информацией, даже говоря обратное, — он вновь посмотрел на свои часы, будто ожидая чего-то. — Что думаешь по этому поводу? Брюнетка пожала плечами и отвела взгляд. "— Недавно я узнал о том, что происходит и что может произойти в волшебном мире дальше. И примерно понимаю, как это остановить, но для этого мне нужна твоя помощь. … — Мне нужна твоя помощь, Грейнджер. Ты же не хочешь, чтобы семьи чистокровных волшебников и дальше продолжили умирать, следующим может быть твое горячо любимое семейство рыжих." Точно. Теперь она теребила ногтем засохшие губы, обдумывая всё то, что только что всплыло в памяти. — Ты была у Уизли? Что с ними? — поинтересовался Оскар. — Всё тоже самое. Отравление, причём в этот раз сильнее. Они все еще не пришли в себя, хотя прошло пару дней. — Я думаю, что идею о том, что это человек можно отметать. Если с Люциусом еще можно было так думать, то мистер и миссис Уизли были в разных концах города в абсолютно безопасных местах, когда это произошло. — Тогда что это может быть? — Я вчера был в Главной Волшебной библиотеке Англии и нашел интересную вещицу. Пришлось изъять. Он вытащил книгу. Грязную и пыльную, практически всю измазанную в золе. Гермиона тыльной стороной ладони провела по корешку, очищая от грязи, чтобы прочитать название. — Проклятия Богов? Впервые о такой слышу, — изумилась Гермиона, проводя пальцами по корешку, — Она, похоже, очень старая. Девушка осторожно открыла книгу, поражено всматриваясь в страницы. Они были так же измазаны в золе, а текст на страницах размыт то ли от воды, то ли от старости. Книга была попросту уже не пригодна. Что можно было в ней найти. Оскар аккуратно, слегка коснувшись пальцами ладони Гермионы, забрал книгу. — Вот отсюда, читай. Мужчина перелистнул практически в конец. На странице можно было разобрать лишь пару абзацев. — Святые 28 будут прокляты и умирать, если… совсем плохо видно. Посвящение двух молодоженов… "-Что тебе нужно? -Чтобы ты вышла за меня замуж." — Надо будет с этим разобраться и копнуть глубже, — констатировал Оскар и забрал книгу из рук Гермионы, закрывая ее. *** Лучи закатного солнца окутывали кабинет Драко Малфоя золотистыми лучами через панорамное окно. Часы только недавно пробили семь вечера, а ожидаемая гостья — Гермиона Грейнджер, которая заранее прислала извещение о своем приходе, уже сидела напротив него, нервно натягивая рукава черной водолазки на собственные ладони. — Грейнджер, ты так часто появляешься в это кабинете по своему собственному желанию, что я могу подумать нечто неприличное. — Думай что хочешь, — она мимолетно фыркнула себе под нос. — Я согласна на твое предложение. — Какое? — подписывая очередной проверенный отчет, Драко не вникал в слова гриффиндорки. — Я выйду за тебя замуж. Его рука остановилась лишь на мгновение, а после он отложил документы на край стола. — Вот оно как, — он сложил руки в замок на столе. — Я думал, тебе понадобится больше времени на принятие решения, но ты оказалась смышленее. Гермиона никак не среагировала на издевки молодого человека. Ей страшно было принимать это решение, страшно представлять, что произойдет дальше с ее жизнью. Она старалась не думать о том, насколько всё поменяется, не думать, как будет объяснять всё Гарри и Джини, своему отцу. От наступавших ей прямо на пятки последствий, кружилась голова, а в горле пересыхало. Главное, что она получит ответы и сможет всех спасти. Это всё стоило того, как казалось. Огромная стопка бумаг с хлопком приземлилась на сторону девушки, она даже слегка дернулась от внезапного звука. Драко кивнул на документ и девушка взяла его в руки. — Брачный договор, — она шевелила лишь одними губами, не издавая ни единого звука. — Прочтешь его и вернешься со своими изменениями или дополнениями, мои юристы переделают. — У меня есть условия, — не громко, но решительно начала Грейнджер. — А ты подготовилась, — мужчина ухмыльнулся. — Я слушаю. — Никакого сексуального подтекста в наших отношениях не будет, только решение проблемы и не более. У тебя своя личная жизнь, у меня своя, — Гермиона закусила щеку изнутри, в ожидании ответа. Малфой ядовито улыбнулся, смотря прямо на смущающуюся Грейнджер. До этого в его глазах она выглядела более раскрепощенно, но сейчас он будто снова смотрел на ту самую недотрогу из Хогвартса. — Этот пункт уже включен в список условий, — блондин бегло провел языком по губам, смачивая их. — Это даже очевидно, Грейнджер. — Если брак нужен только для обряда, — девушка мигом замолчала и мысленно чертыхнулась. Она не должна была подавать виду, что знает хоть что-то. Гермионе казалось, что мужчина прямо сейчас начнёт злиться, узнав, что в министерстве хоть что-то да узнали. -Так вот оно что, — Малфой наклонился ближе к девушке. — В унылом министерстве всё-таки ведется работа. А я то всё думал, почему ты не приходишь ко мне с аврорами после того, как Уизли оказались в больнице. И что же вы узнали? — Ничего такого, — кудрявая пожимает плечами. — Нашли только старую книгу и в ней было небольшое упоминание, похожее на сложившуюся ситуацию. — Грейнджер, — Драко порылся в карманах пиджака, разыскивая пачку сигарет, — неужели ты решила поставить всю свою жизнь на бессмысленный отрывок из книги. — У меня нет другого выбора, — она вернула свое внимание к контракту, бегло пробегая по страницам. — Я хотела бы жить отдельно. — Нет. Прозвучало в ту же секунду. Четко и ясно. — Мы оба переедем в Мэнор, — он выдохнул клубок дыма. — Это условие не поддается изменению. — Зачем? — Условие моего отца. В Мэноре есть скрытая информация, как он сказал. Гермиона ничего не ответила, лишь нахмурилась. — Непреложный обет? — дрожащим голосом прочитала девушка. — Но зачем? — Всё, что мы будем делать, касаемо обряда — давняя тайна. И никто не должен узнать о ней от тебя, — очередная затяжка, — или меня. — Хорошо, я поняла. Гермиона пролистала ещё пару страниц и дала обещание вернуться завтра после работы ещё с парочкой изменений. На этом они и разошлись. Начало голодным играм положено.