Хмель и календула

      На рассвете в день похода Элли ждала Джоэла в конюшне, как манны небесной. Когда он пришёл пораньше, чтобы подготовить лошадей в дорогу, те уже были запряжены и навьючены. Накануне он попросил Элли хорошо выспаться, чтобы набраться сил, но по её лицу сразу понял, что она была слишком перевозбуждена, и, скорее всего, не сомкнула глаз почти до первых лучей солнца. Когда они взобрались на лошадей, он по-доброму отчитал её за такое ребячество. Однако Элли видела, что он остался доволен, ведь благодаря ей они смогли отправиться в путь даже раньше запланированного, а значит, и вернутся пораньше.       Ближайший малоисследованный колледж находился примерно в двадцати километрах от современного Джексона, в заброшенном студенческом городке по имени Тугалу. Джоэл выбрал для вылазки именно это место, поскольку все запасы университета старого Джексон-сити исчерпались ещё семь лет назад. Он принял решение добраться на лошадях до старой фермы на окраине кампуса, а дальше уже пешком до самого колледжа.       Дорога туда была быстрой и лёгкой, но вот сам колледж Джоэл и патрульные Джексона зачастую старались обходить стороной. Окружённая со всех сторон диким лесом территория городка простиралась на три квартала. Нередко сюда забредали заражённые, застревая здесь в сформировавшихся группках. Именно поэтому добытчикам нужно было действовать осторожно, оставив шумных и громоздких лошадей позади.       Путешествие к ферме заняло менее часа, а в разговорах показалось путникам ещё быстрее. Всю дорогу Элли донимала Джоэла всевозможными расспросами, дурацкими шутками и подслушанными на фабрике сплетнями об их знакомых. За последние полгода одиночных вылазок он откровенно соскучился по такой горячности у себя под боком и внимательно слушал девушку, позволяя ей выговориться. Он наслаждался её компанией и даже начал подумывать, не ошибся ли он, когда так просто передал её Марии на попечение. Однако по прибытии на ферму Элли дала ему первый повод придержать эти мысли.       Спрыгнув с коня, она нечаянно оступилась на мягкой земле, и, если бы не Джоэл, упала бы на спину. Но вместо грязи она приземлилась на его широкую грудь. Он подлетел к ней и цепко поймал за талию, уронив её голову себе на плечо.       Её испуганная улыбка оказалась всего в паре сантиметров от его лица, а затем расплылась для него в благодарную. Он упустил тот момент, когда сам с нелепой ухмылкой затерялся в дикой зелени сверкающих глаз. Когда его руки скрестились на подтянутом животе, прижав стройное тело поближе. Джоэл очнулся лишь тогда, когда Элли нервно хихикнула. И об этом она быстро пожалела.       Улыбка испарилась с лица мужчины так же внезапно, как и явилась. Резко нахмурившись, он грубо отставил Элли в сторону и прохрипел:       — Всё, хватит дурачиться. Будь начеку.       — Есть, сэр, — тихо отчиталась она, потерянно пялясь ему в спину, пока он снимал рюкзаки с лошадей. Затем напарники погрузили рюкзаки на плечи, вооружились луками и стрелами, и молча отправились в колледж.       Заброшенное, заросшее здание когда-то бурлящего жизнью учебного заведения встретило путешественников унылой рыжестью потемневшего кирпича и гробовой тишиной. Подобравшись поближе, Джоэл выдал Элли нацарапанную от руки копию списка необходимых ресурсов и вкратце объяснил ей план действий. Согласно старой карте колледжа, которой накануне поделился один из патрульных, художественные и рабочие мастерские находились где-то в правом крыле главного корпуса. Пробраться туда можно было через центральный вход или через узкие окна на первом этаже. Джоэл предпочёл именно второй вариант, потому что он позволял безопаснее оценить обстановку и уровень угрозы в помещении.       Общий план действий был довольно простым: залезть в колледж через окно, найти мастерские на одном из трёх этажей, взять всё необходимое и вернуться к лошадям тем же путём. А если за раз не удастся всё унести, то вернуться ещё раз. Что касалось правил, то они не отличались от тех, что были установлены при всех прошлых их вылазках: смотреть в оба, не разделяться и держать своё оружие при себе, а в случае чрезвычайной опасности — бросать всё и бежать сломя голову. Однако на этот раз Джоэл установил ещё одно строгое, главное правило — ни ногой в студенческое общежитие.       Спальный корпус располагался по одну сторону от главного, примыкая к его верхним этажам. Общежитие составляло самую глубокую, тесную и потенциально опасную часть лабиринта этого кампуса. Дойти до него можно было лишь через коридоры центрального здания или по крутым металлическим лестницам прямиком со двора. Столкнись добытчики со стаей заражённых именно там, их шансы улизнуть приравнялись бы к нулю.       Завершив инструктаж, спутники двинулись внутрь. Повсюду на полу валялась трухлявая мебель и старый учебный инвентарь, что превращало это место в безрадостное кладбище науки. Кабинеты и аудитории оказались совсем маленькими, поэтому Элли и Джоэлу приходилось продвигаться медленно, перепроверяя все помещения мелкими перебежками и прислушиваясь к каждому шороху. Как и во дворе, здесь было очень тихо, но это не давало повода расслабляться.       Прихватив с собой несколько потрёпанных временем блокнотов и убедившись, что больше им на первом этаже было нечего делать, Элли и Джоэл поднялись на второй этаж. В одном из помещений бесконечного коридора они нашли то, что искали: просторную художественную мастерскую с материалами для творчества на любой вкус. Казалось, здесь всё осталось нетронутым ещё со старых времён до начала эпидемии. Ведь вряд ли в разрушенном мире холсты, карандаши или деревянный манекен человека смогли бы помочь кому-то выжить в холод и голод.       Запасов здесь было столько, что за ними можно было вернуться ещё раз десять. Напарники упаковали всё в рюкзаки в считанные минуты и были готовы двигаться дальше.       — Кажется, здесь всё, — прошептал Джоэл, надевая рюкзак.       Элли потянулась к заднему карману джинсов, чтобы свериться со списком. Доставая бумажку, она нечаянно зацепила локтем консервную банку рядом на столе, служившую подставкой для мастихинов. Банка с лязгом ударила по полу и покатилась, рассыпая звенящие инструменты.       — Сука! — тихо выругалась Элли, резко уставившись на Джоэла. Но он даже не глянул в её сторону. Он выскочил в коридор, прислушиваясь в ужасе.       Возбуждённое кваканье разразилось диким рёвом и разбилось о стену жутким эхом где-то в конце коридора — за поворотом из крыла общежития к ним бежали щелкуны. В следующий же миг Джоэл дёрнул Элли за руку, приказывая бежать.       Вот только на это у них уже не осталось времени. Грохот ног обезумевших заражённых доносился уже слишком близко, а лестница находилась в шести аудиториях от Элли и Джоэла. Тогда он заметил сбоку закрытую дверь и рванул с девушкой туда. Она запрыгнула за ним в крохотную подсобку, в спешке врезавшись в него, а он успел захлопнуть дверь за секунду до того, как щелкуны завернули в их коридор.       Элли и Джоэл замерли каждый со снятым с плеча луком в одной руке и прижимая друг друга второй. С трудом затаив дыхание, они ожидали, что будет дальше.       Всё, что видела Элли в тёмной подсобке, это заросшую грудь Джоэла сквозь расстёгнутый ворот рубашки у себя перед носом и мелькающие тени на стене, что пробегали за стеклянной матовой дверью. Первая тень, вторая, третья… Пожалуйста, молила Элли, пусть это будет последний.       Бег щелкунов стих где-то у лестницы. Вскоре их отдалённый рёв понизился до растерянного рычания, а затем постепенно перешёл в щелчки. Они упустили свою жертву.       Элли подняла на Джоэла виноватые глаза и вопросительно кивнула в сторону двери, мол, выходим? Но он отрицательно махнул головой, прижав девушку покрепче за талию. Справиться за раз с тремя всполошёнными щелкунами в огромном коридоре им было бы слишком сложно. Он не хотел так рисковать, поэтому всё, что им оставалось — это ждать полного затишья.       Элли ненавидела ждать, но покорно согласилась. В конце концов это из-за неё они здесь и застряли.       Но успела ли эта вылазка стать худшей в её жизни? Пока уж точно нет. В то время как в коридоре за дверью лениво бродили несколько щелкунов, здесь, в этой укромной и тесной подсобке, Элли обнимал Джоэл.       В тот же миг, как они закрылись здесь, он натянулся, как тетива. Элли была уверена, что он сердился на неё и ожидал тяжёлой стычки со щелкунами в любую секунду. А сейчас, когда шум снаружи приутих, Джоэл пылал. Его дыхание, тело и рука. Он был настолько горячим, что Элли казалось, его ладонь прожигала её поясницу сквозь рубашку.       Она легонько уткнулась носом ему в шею, закрыв глаза от наполняющего её чувства безопасности. Аромат солёного пота и хмеля окутал её. Обвил цепкими лианами, оберегая её. Джоэл пах хлебом и домом, тихо зовущим её в свои объятия. И как взявшая след ищейка, Элли преданно шла за родным запахом, всегда зная, где отыскать своё уютное пристанище.       Джоэл не знал, сколько ещё им нужно было здесь простоять, поэтому глубоко вдохнул, попытавшись расслабиться. Но в этой подсобке было так мало места, что он не знал, как ему примоститься. И раз деваться было некуда, он просто осторожно прижался щекой к холодному лбу Элли, продолжая придерживать её.       Календула. Его нос приятно щекотал аромат цветов, застывший на её волосах. Сколько бы она ни причитала о том, как ей осточертело возиться с женской работой, но малышка научилась готовить по-настоящему отменный шампунь. И его дивное благоухание прочно засело в сознании Джоэла.       Однажды оно залетело туда как зёрнышко на шальном ветре и вросло в мужчину глубокими корнями. Произрастая долгими месяцами, оно распустилось в нём трепещущим цветом. Пышным и ярким, разлившимся смолистым теплом до самых тёмных недр его естества. А в это самое мгновение он буянил в Джоэле от невесомости Элли на его груди.       Едва уловимо, но Джоэл почувствовал, что она дрожала, вибрируя нежным отголоском его сердца. Бедняжка. Должно быть, испугалась. Давно же они так не вляпывались. Но они выберутся из этого дерьма. Он обязательно позаботится об этом.       Хотя в дурмане мыслей им казалось, что время пролетело очень быстро, на самом деле добытчики простояли в подсобке почти час. Их тела постепенно начали затекать, а луки в руках становились всё тяжелее. Джоэл первым прислушался к исходящему снаружи слабому эху, попытавшись определить расположение щелкунов.       — Они возле лестницы, — прошептал он Элли на ухо даже не губами, а едва уловимым дыханием, плавно скользнувшим ей под рубашку. — По две стрелы. Пускаем одновременно. Я справа, ты слева.       Элли отклонилась, взглянув на него, и кивнула. Ей не нужны были дополнительные объяснения. Ответно отпустив Джоэла, она покрепче сжала лук в руке и опустила голову, чтобы скрыть проскользнувшее на лице разочарование.       Джоэл осторожно потянул за ручку двери и медленно открыл её настежь. Широкими, синхронными шагами они вместе вышли в коридор, наспех оценив обстановку: двое щелкунов шатались в самом конце коридора, мерзко квакая в полудрёме в стену.       Подкравшись к ним на безопасное расстояние, Джоэл плавно присел на одно колено и кивком приказал Элли следовать за ним. Действуя тихо и слаженно, они достали по одной стреле из колчанов, положив их возле себя на пол, а вторые заложили в луки.       Глубоко вдохнув, лучники прицелились. Как только Джоэл скомандовал им стрелять, всё произошло невероятно быстро. Первые выстрелы попали щелкунам прямиком в головы, мгновенно разбудив их. Заверещав, как подбитые звери, они метнулись в конвульсиях по коридору навстречу стрелкам. Но вторые выстрелы молниеносно настигли их, повалив на ходу у самых ног Элли и Джоэла.       Грохот протяжного падения прокатился эхом по этажу и стих, сдавшись тишине. Кажется, эта опасность осталась позади.       Джоэл поднялся и вытащил стрелы из неподвижных щелкунов, протянув две Элли. Она приняла их подрагивающими руками, едва глядя на него, и сиплым, виноватым голосом промямлила:       — Джоэл…       — Проехали. С кем не бывает, — строго произнёс он, не дав ей продолжить, а следом ровно, как будто ничего не произошло, спросил: — Что там ещё осталось из списка?              Элли вскинула голову в неверии. С полуоткрытым ртом и разразившимся всплеском беспорядочных чувств внутри она наблюдала, как Джоэл с совершенно бесстрастным видом засунул стрелы обратно в колчан и неспешно последовал в сторону лестницы, всё ещё опасливо оглядываясь по сторонам. Он не стал отчитывать Элли за столь глупую неосторожность в мастерской и даже не заикнулся о том, что брать её с собой было ошибкой. Только что она чуть не убила их, а он обыкновенно простил ей эту оплошность.       Но она ведь заслужила, она знала это. Так почему же он ничего не сказал? Почему он был так добр к ней? И какого хрена позволил ей так бесстыже расплыться на себе в той долбанной подсобке?       Элли машинально достала злосчастную записку из кармана, уставившись на корявый почерк Джоэла. Её руки по-прежнему дрожали, но на этот раз от совсем других переживаний.       — Элли, ты в порядке? — услышала она обеспокоенный голос, совершенно пропустив момент, когда мужчина снова вырос перед ней.       — Да. Я…       А дальше всё было как в дурном сне. Силы покинули руки Элли, вырвавшись на волю внезапным импульсом. Уронив ненужную бумажку на пол, она схватила Джоэла за голову и прильнула к его губам в поцелуе.       За тот бесконечный миг, что её уста касались его, она, казалось, умерла от счастья и незаслуженно отправилась прямиком в рай. И за то короткое мгновение, что Элли застыла на его губах, Джоэл выжил из ума.       Она не знала, что на неё нашло, и даже не знала, чего ожидала. Но уж точно не того мимолётного, пропитанного терпким вкусом вины натиска его губ за секунду до того, как он схватил её под локти и с испуганным видом оторвал от себя.       Джоэл отпрянул от Элли, как от прокажённой. Тень обезоруживающего замешательства омрачила его, и Элли вдруг поняла, что вместо неё стыдился он.       — И-извини, — проговорил он глухим голосом. Настолько смущённым, что Элли едва узнавала его, как и свой собственный, дрожащий:       — Ты извиняешься? За что?       Джоэл не хотел уточнять. Ему это казалось бессмысленным и лишним. Он не хотел говорить Элли, что с ней он напрочь терял голову. Что он перестал брать её с собой на вылазки и попросил Марию занять её работой именно потому, что с ней он больше не замечал ничего вокруг, подвергая их риску. Или что он застрял с ней в подсобке на час только потому, что не хотел отпускать от себя, а не потому, что выходить было слишком опасно.       Не здесь, не так. Он не хотел признаваться ей, что любил её до беспамятства как самую прекрасную и желанную женщину, а не так, как, наверное, должен был. И не хотел, чтобы она знала, как сильно он ненавидел себя за всё это.       — Мне просто… очень жаль, Элли, — единственное, что печально ответил Джоэл, не глядя ей в глаза. Он развернулся, не дожидаясь ответа, и с разбитым видом зашагал к выходу, добавив через плечо: — Нам пора.       — Чего тебе жаль, Джоэл? — сердито окликнула его неугомонная девушка, не сдвинувшись с места. Чувство обиды душило её за то, что она раскрыла самую прекрасную тайну Джоэла, но не могла насладиться этим. Теперь расплачиваться за это придётся именно ему.       Он настороженно остановился, обратившись к Элли. Его взгляд потерянно бродил по запылённому полу и её румяному лицу. Она пылала от ярости и чего-то ещё, чего Джоэл никогда раньше в ней не видел и чего никогда не ожидал получить от неё. Он не должен был получить это.       — Элли, пошли. Сейчас не время…       — Нет, сейчас самое время! — прогремела она с искрами слёз на глазах. — Неужели ты больше ничего мне не скажешь? Где же твоё «Какого хрена, Элли», «Так не пойдёт, Элли», «Я же тебе в отцы гожусь, Элли»? — перекривляла она его.       Но на самом деле ей не нужны были все эти слова, чтобы почувствовать себя идиоткой. Элли ею и была каждый раз, когда хотела казаться взрослой и рассудительной рядом с ним.       И наверняка именно всё это Джоэл должен был сказать ей. Но он снова молчал. Ведь произнеся всё это вслух, он вынес бы им окончательный приговор и перерезал бы хрупкие нити, едва стягивающие их шансы быть вместе. Он предпочитал молчать, будто молчание могло спасти его от неизбежного: от гнева Элли и от вечного одиночества, на которое он добровольно обрёк себя сам.       Совершенно случайно мужчина уловил отдалённые звуки скрежета. На этаже ниже что-то двигалось, но звонкий голос Элли оглушил его:       — Ну, чего же ты молчишь?       — Тихо!       Затерявшийся третий щелкун судорожно карабкался к ним по ступенькам. Но к счастью, с ним было справиться уже легче. Когда заражённый достиг последних ступеней на второй этаж, Джоэл злостно пнул его ногой в грудь, и щелкун покатился кувырком вниз. Подбежав к нему, Джоэл вонзил нож ему в голову, и с тихим хрипом гниющее тело обрушилось в вечный сон.       Элли стояла наверху лестницы, перепугано хлопая ресницами. Джоэл снова спас их от дерьма, в которое затащила их именно она.       — Идём, — грозно прорычал он, дав Элли понять, что это была последняя капля.       Она не стала подливать масла в огонь и молча шла за ним, возвращаясь на ферму. Сегодня о продолжении поисков больше не могло быть и речи. Спутники нагрузили лошадей тем, что успели раздобыть, и отправились домой.       По дороге обратно они не проронили ни слова. Джоэл не прекращал настороженно оглядываться по сторонам, а Элли наблюдала за ним и закипала от раздражения.       Она, поцеловала, Джоэла. Она сделала это, и пусть едва ощутимо и всего на доли секунды, но он ответил ей взаимностью. В отличие от неё, он по-прежнему сохранял собранность, не давая глупым мыслям подобраться к нему. А у неё под кожей зудела досада. Колупала её изнутри тонким пальчиком, процарапывая в ней прореху недоумения. Неужели, их чувства были взаимны? Неужели, он видел в ней не просто свою воспитанницу и давнюю сожительницу? Тогда почему же они не смогли просто продлить тот долгожданный момент? Да какого же хрена Джоэл творил с ней вообще!       Это было всё, что сейчас волновало Элли. Она давилась этими сложными вопросами до самого Джексона, получив на них ответ спустя лишь несколько дней.