The Dark Maladies Line

             На следующий день детектив Подж передал неутешительный отчет о своей беседе с Гойлом. Казалось, тот пришел подготовленным, и не сказал на допросе ни слова, что было довольно удивительно, поскольку Грегори всегда был немного трусоват, и готов был пожертвовать чужой жизнью ради своей собственной. Но на этот раз он, по всей видимости, твердо решил хранить молчание и так и не выдал своего сообщника. Команда авроров провела мозговой штурм по нескольким теориям, Подж отметил, что они изучили место, где нашли Гойла, которое ранее невозможно было определить. Им помогло то, что Грег снял защиту и отправил оттуда сову, которую и перехватили авроры, к сожалению сообщение было зашифровано. Команда все еще изучала любые возможные связи, которые могли быть между домом, в котором он прятался и кодом сообщения, но пока результатов не было. Проведя около часа за разговором с Драко, детектив Подж покинул лабораторию с несколькими идеями, которые могли помочь продолжить охоту на преступника.       Следующая пара недель пролетела для Драко незаметно, поскольку Гермиона была занята делегациями различных европейских министерств, прибывших в город, чтобы обсудить законопроект об оборотнях. Прибытие таких важных чиновников держало ее в напряжении в течение недели из-за продолжительности рабочего дня, спонтанных поздних ужинов и незапланированных светских встреч. Драко же в это время проводил вечера в своей лаборатории, засиживаясь допоздна и заполняя документы на Brain Elixir, планируя предстоящие тесты с Absorption Serum.       Он на себе испытал действие сыворотки, используя прóклятое кольцо, которое было настроено наносить незаживающие раны на любой участок кожи, к которому оно прикасалось. К счастью на Драко совершенно не подействовало это проклятие. Отпраздновав этот успех, он вернулся к работе над исследованием любых потенциальных различий между разными видами проклятий, чтобы протестировать зелье с помощью другого прóклятого предмета из своей коллекции, теперь уже зарегистрированной Министерством.       В частности, одна из причин, по которой он не возражал проводить в лаборатории чуть ли не круглые сутки, пока Гермиона пропадала в Министерстве, заключалась в том, что Пурпурное Зелье отнимало у него все больше времени по мере приближения к конечному результату. Каждый вечер Драко выделял время на то, чтобы проверять консистенцию и пробовать зелье на себе, чтобы посмотреть, готово ли оно. По его прогнозам, этот день был близок, вероятно, от конечного результата его отделяло всего несколько недель. Мысль об этом вызывала у волшебника очередной приступ беспокойства. Сработает ли оно, действительно ли он разгадал ключ к нему, или просто обманывает себя, лелея эту мечту. Ну, по крайней мере, он никому о нем не рассказывал. Так что, если зелье не сработает, он сможет смириться с разочарованием и продолжить исследования в прежнем режиме, не подвергаясь расспросам и сожалениям о его провале.       Однако одним из недостатков того, что они с Гермионой проводили так мало времени вместе было то, что им так и не представилось больше случая обсудить вопрос о том, когда они смогут открыться друзьям. Драко пытался дать ей время самой принять правильное решение, но боялся, что из-за навалившейся на нее работы, этот вопрос Гермиона отложила на полку вместе со всеми другими вещами, которые Гермиона Грейнджер обычно откладывала в сторону, когда была сосредоточена на чем-то более важном, например, на нормальной еде, сне и расписании. И как бы Драко ни старался быть понимающим, ему очень хотелось достать этот вопрос обратно с полки, стереть с него пыль и напомнить Гермионе о его существовании, поскольку чем дольше она молчала, тем сильнее он невольно раздражался. Отрицательный ответ был бы в любом случае ответом, это же молчание воспринималось им как безразличие, отчего он чувствовал себя еще хуже.       Драко попытался напомнить себе, что меньше чем через шесть недель он встретится с ее родителями, что было большим шагом в их отношениях, но это также не меняло того факта, что Гермиона пообещала ему дать ответ на счет друзей, и до сих пор этого не сделала.       Тем временем они с его наставником по зельеварению, наконец, нашли время пообедать и кратко обсудить успехи «Драконис», но не вдаваясь в подробности, чтобы их никто не мог подслушать в местной забегаловке. Отелло правда показался ему немного рассеянным в тот день, его реакции и ответы не всегда соответствовали теме разговора, так что Драко не чувствовал необходимости вдаваться в подробности по какому-либо конкретному зелью.       Наставник поведал ему о делах в своей аптеке, рассказал несколько забавных случаев со своим новым учеником, но вскоре извинился и ушел раньше обычного, сославшись на зелье, которое требовало сейчас его внимания. Это была не совсем необычная ситуация, поскольку Отелло становился немного рассеянным с приближением полнолуния, а его дни и ночи были заполнены приготовлением Аконитового Зелья, но Драко все же надеялся, что у него будет немного больше времени, чтобы поговорить о некоторых особенностях именно этого зелья, поскольку он и сам вскоре планировал начать варить его. Собственно, именно то, что он поднял этот вопрос и напомнило Отелло о том, что ему нужно было вернуться в лабораторию. Драко же остался немного разочарованным таким исходом и поклялся больше не назначать встречу с ним за неделю до полнолуния.

***

      — Держи, — Сьюзен протянула Драко аккуратно подготовленную папку. Был последний вторник марта, когда во время обеденного перерыва он подошел к стойке администратора.       — Спасибо, что вчера задержалась допоздна, чтобы все подготовить, — Драко взял у нее папку и улыбнулся с благодарностью.       — Я так же переживаю, как и все остальные, — улыбнулась она ему в ответ. — Может быть, не настолько взволнована, как Невилл, но все мы держим за него кулаки.       — Да, он сильно рискнул, доверившись нам, — сказал он, открывая папку, чтобы просмотреть первые несколько страниц.       — Я думаю, он верит в тебя и в то, что ты пытаешься сделать. Иначе его бы здесь не было.       Драко оторвал взгляд от пергамента.       — Да, мне тоже так кажется.       — Тебе еще что-нибудь нужно, пока ты не ушел? — спросила Сьюзен, когда он захлопнул папку.       — Нет, я думаю, пришло время привести все механизмы к действию, — он несколько раз легонько постучал костяшками пальцев по стойке администратора, кивая сам себе, прежде чем снова посмотрел на нее. — Не могла бы ты просто внести короткую встречу с Лонгботтомом в мое расписание на сегодня? Я как раз смогу забрать из Министерства кое-какие бланки, которые мне нужно будет заполнить вместе с ним, прежде чем приступить к делу.       — На самом деле он уже забронировал окно в твоем календаре, — Сьюзен сверилась с расписанием на своем столе, — на четыре часа.       — Хм, есть какие-нибудь пометки о том, что он хотел обсудить?       — Он просто попросил выделить ему полчаса твоего времени, — покачала она головой, — хочешь, чтобы я узнала подробности?       — Нет, все в порядке, скоро он и сам сможет мне рассказать, — Драко еще раз постучал по столу, прежде чем отступил к камину. — Мне пора на встречу, еще раз спасибо за подготовительную работу.       — Удачи! — крикнула Сьюзен, когда он бросил пригоршню летучего пороха в камин и исчез в зеленом пламени.

***

      — Все это звучит разумно, конечно, без учета специфики и деталей. Когда по срокам вы планируете представить окончательный проект бюджета по вашему департаменту? — Гермиона посмотрела на Роджера Дэвиса через свой стол. Это было последнее утреннее совещание по составлению бюджета, и она изо всех сил старалась не выпадать из разговора, перепрыгивая мысленно на дела оставшейся половины рабочего дня.       — Джонсон должен закончить его уже сегодня, так что ты получишь документы к пятнице.       Легкий стук прервал их разговор, и Гермиона перевела взгляд на дверь.       — Войдите.       Деннис просунул голову внутрь.       — Извините, что прерываю, но Драко Малфой здесь.       — О, я не ждала его сегодня, — она на секунду задумчиво нахмурилась, беспокоясь о том, все ли было в порядке в «Драконис». — Ничего, ты можешь проводить его, мы с Роджером как раз заканчиваем.       Деннис нырнул обратно в проем, оставив дверь приоткрытой.       — Драко Малфой? — Роджер спросил с некоторым опасением. — Как так вышло, что он оказался в твоем офисе?       — Мы работаем с его компанией по производству зелий над некоторыми крупными исследовательскими разработками, — сказала она, собирая бумаги, которые принес Роджер.       — Звучит как нелегкая задачка. Если он хоть в чем-то похож на своего отца, не могу представить, чтобы тебе это легко давалось.       — На самом деле он совсем не похож на своего отца, — сказала она решительно, но без раздражения в голосе.       — Ну, если тебе когда-нибудь понадобится выговориться и выплеснуть эмоции, ну, знаешь, за пределами офиса, я всегда готов принять твою сову, — подмигнул он, предполагая, что она просто держалась профессиональной этики в отношении характеристики Драко из-за связи его компании с Министерством.       — Я серьезно, — Гермиона слегка усмехнулась, зная, что Роджер не имел в виду ничего плохого, а просто хотел поддержать ее и озвучил предположение, которое, вероятно, на его месте сделал бы любой другой бывший ученик Хогвартса. — Для меня это сотрудничество стало действительно захватывающим опытом, я рада быть частью того, что они там делают. Драко и его компания… вдохновляют.       Роджер ясно увидел ее позицию по этому вопросу и неохотно кивнул.       — Не хотел обидеть, просто я помню этого парня по Хогвартсу. В основном по квиддичу.       — Да, что ж, но уверяю тебя, он вырос, как и все мы, — Гермиона бросила на него уверенный взгляд, и он усмехнулся в ответ.       В этот момент по другую сторону двери стоял Драко, который остановился перед входом, услышав реплику Роджера о том, что работать с ним, должно быть, ей было нелегко. Мужчина почувствовал, как его раздражение разгорается еще сильнее после слов Роджера о том, что он всегда готов ответить на ее сову. Гермиона не стала бы посылать ему никаких писем, и этому мечтателю не мешало бы это усвоить.       Драко постучал и резко распахнул дверь, войдя внутрь с каменным лицом.       — Извини, что прерываю, Грейнджер. Я не знал, что у тебя здесь кто-то есть, Деннис сказал, что я могу войти.       — Все в порядке, — она одарила его теплой улыбкой, — мы закончили.       Роджер встал, как по команде, когда Гермиона вернула ему папку.       — Спасибо за твою проницательность, Гермиона. Скоро я предоставлю тебе окончательный вариант.       — Спасибо, Роджер.       Волшебник повернулся и направился к двери.       — Малфой, — коротко поздоровался он, кивнув.       — Дэвис, — Драко вернул жест, но его тон был менее приветливым.       Как только Роджер ушел и дверь за ним захлопнулась, Драко перевел взгляд на Гермиону.       — И что это было?       Она на мгновение склонила голову набок, пытаясь уловить причину его напряженного тона.       — Это была встреча.       — О чем именно?       — О предлагаемых изменениях в бюджете Департамента Магического Правопорядка, Драко. Что является частью моей работы, и Роджера тоже.       — И чем же он занимается?       — Он ведущий следователь по особо важным делам департамента. Ты пришел сюда только для того, чтобы расспросить меня о расписании моих встреч?       — Мне не нравится, как он с тобой разговаривал.       — Я думаю, ты имеешь в виду, что тебе не понравилось, как он говорил о тебе, — поправила она, предположив, что Драко простоял за дверью дольше, чем ей бы того хотелось.       — Это мне тоже не понравилось, — пожал он плечами, — но особенно мне не нравится слышать, как другой волшебник, с которым ты раньше встречалась, предлагает тебе послать ему сову.       — Драко, ты же знаешь, что я бы ни за что не стала этого делать, — она разочарованно вздохнула. — Все мои ответы были направлены на твою защиту. Что из этого тебя так возмутило?       — Та часть, где Роджер Дэвис пристает к тебе в закрытом кабинете.       — Он не приставал ко мне, мы хорошие друзья. И даже если у него были такие намерения, то я явно не ответила ему взаимностью. В любом случае, мы также являемся коллегами, и ты должен принять тот факт, что время от времени мне необходимо встречаться с другими волшебниками по роду своей работы. Что тебя так взбудоражило?       — Мне не нравится, когда намекают на то, что я — жалкое пятно на твоей непорочной репутации, — слова вырвались из его уст, не успев пройти фильтр в голове, обнажая его неуверенность в себе, эти страхи им еще не приходилось исследовать вместе. На мгновение между ними воцарилось тишина.       — Возможно, это разговор не для моего кабинета, Драко, — сказала она, и ее взгляд стал серьезней.       Он пристально посмотрел на нее, его гордыня требовала продолжить тему, в то время как рациональная часть подсказывала, что лучше остановиться, пока он… ну, пока он еще может.       — Итак, по какому вопросу ты хотел поговорить? До того, как подслушал мой разговор и разразился ревнивой тирадой?       Ее комментарий снова взъерошил его перья, и, вопреки здравому смыслу, он ухватился за эти слова.       — Я не поверю, что это стало для тебя сюрпризом, Грейнджер, потому что ты, конечно, и раньше замечала, что я могу быть довольно ревнивым. И я бы сказал, что эта черта особенно обострилась во мне, когда моей девушкой стала Золотая Девочка Волшебного Мира и Старший Заместитель Министра. И я, конечно, не сожалею о том, что приревновал тебя.       К его большому удивлению, губы Гермионы изогнулись в веселой усмешке.       — Как бы то ни было, тебе это идет.       — И что это должно означать?       — Что, по-моему, ты выглядишь довольно мило, когда ревнуешь, хотя в данном случае ты выбрал неподходящее время, место и даже слова, чтобы устроить сцену. В твоем словарном запасе имеются более членораздельные, надменные и красноречивые выражения, когда ты особенно раздражен.       — Как же так? Напротив, я говорил очень членораздельно.       — Ну, я редко слышу в наше время, чтобы люди использовали такие слова как непорочная или обостренный в повседневном непринужденном разговоре.       — Ты действительно действуешь мне на нервы прямо сейчас.       — Я знаю, и по какой-то причине мне очень трудно остановиться. Обычно это ты выводишь меня из себя, и теперь я начинаю понимать всю привлекательность этого дела. Но, правда, Драко, здесь не о чем беспокоиться, хотя мне очень жаль, что ты услышал комментарии Роджера о себе. Это было необоснованное суждение.       — Мне все равно, что он думает обо мне, — смелая ложь гордого мужчины. — Но он явно хочет мою девушку, так что, на мой взгляд, этого достаточно для того, чтобы хотеть утереть ему нос. С нетерпением жду момента, когда я, наконец, смогу сказать ему это в лицо.       — Драко, — спокойно остановила его она, но в ее глазах уже не было былого веселья.       — Послушай, мне жаль, — признал он свою несдержанность, и сделал паузу, чтобы перевести дыхание, пытаясь отмотать немного назад. — Ты права, мне не понравились его комментарии обо мне. Они достали меня, потому что, как я предполагаю, это именно то, что все люди думают обо мне, и мне неприятно слышать, как он говорит это тебе, человеку, в чьих глазах я хочу быть лучшим, чье мнение обо мне для меня важнее всего. Но я также уже несколько недель жду твоего решения относительно того, можем ли мы поделиться одним из лучших событий, происходящих в моей жизни, с нашими друзьями или нет, и мне кажется, что этот вопрос выпал из твоего списка приоритетов, что еще больше усилило мои переживания. Я знаю, что ты предложила мне компромисс в виде родителей, и я правда ценю это и с нетерпением жду нашей с ними встречи. И я понимаю, что на тебя навалилась работа, и эта тема с оборотнями очень важна и заслуживает приоритета, но я надеялся, что за эти нескольких недель ты найдешь немного времени, чтобы обдумать все и решить куда мы двинемся дальше. Я чувствую себя так, словно нахожусь в подвешенном состоянии, стараясь не давить на тебя, но понятия не имею, задумываешься ли ты об этом вообще. Если твой ответ «нет», мне просто нужно это знать, — он хотел докопаться до сути, потому что понимал в чем по-настоящему кроется его неудовлетворенность.       Гермиона снова замолчала, когда искра понимания промелькнула в ее глазах.       — Я услышала тебя, — ее голос был успокаивающим, возможно, она принимала на себя часть ответственности за его разочарование. — Я задолжала тебе ответ, но давай вернемся к этому разговору, когда будем дома, здесь не место, Драко. Так зачем ты пришел сегодня в Министерство? — несмотря на то, что причина его раздражения стала ясна, она все еще не забывала, где они находятся.       — Вообще-то, у меня для тебя хорошие новости, — сухо сказал он, — мы получили официальное одобрение для Лонгботтомов, так что, как только все наши документы будут поданы в HPA для получения нового статуса зелья The Brain Elixir, мы начнем первые официальные испытания. Сегодня я пришел в Министерство, чтобы забрать все необходимые разрешения на тестирования и некоторые бланки для подписи Невилла, заодно решил заглянуть к тебе, чтобы сообщить об этом.       — Это замечательно, Драко, — напряжение, казалось, немного спало после этой новости. — Невилл, должно быть, очень взволнован.       — Так и есть, — кивнул он, все еще пытаясь успокоиться. — Я думаю он нервничает, но держится при этом молодцом.       — Это бы полностью изменило его жизнь. Твое зелье могло бы изменить его жизнь.       Драко медленно кивнул:       — Я действительно думаю, что это сработает.       — Все данные указывают на это, так что сохраняй уверенность и просто держи Невилла в курсе всех деталей на протяжении всего процесса.       — Я так и сделаю. Он доверился нам и предоставил уникальную возможность начать испытания на добровольцах. Если они увенчаются успехом, я думаю, вскоре последуют и другие желающие, и нам не придется проходить сложный и долгий процесс одобрения в Больнице Святого Мунго. Я уже месяц занимаюсь оформлением документов для них, и мы даже не близки к тому, чтобы поставить подписи.       — Как ты думаешь, когда начнутся испытания Лонгботтомов?       — Скорее всего в начале апреля.       Гермиона почувствовала, как мурашки побежали у нее по спине от волнения за Невилла, Драко и за родителей Невилла.       — Это здорово. Продолжай двигаться вперед.       Его губы изогнулись в ответ на ее коронную фразу.       — Я всегда так и делаю, разве нет?       Она улыбнулась ему.       — Да, так и есть.       Драко посмотрел на часы, понимая, что ему нужно возвращаться в лабораторию как можно скорее. Его взгляд снова вернулся к Гермионе, он все еще чувствовал себя немного виноватым перед ней за свою реакцию.       — Я бы хотел, чтобы ты пришла ко мне домой, когда закончишь тут, — настойчиво попросил он.       — Драко, у меня так много дел сегодня вечером, — она посмотрела на папки и заметки на своем столе. — Я буду здесь по крайней мере до восьми или девяти.       — Значит встретимся в девять. Я приготовлю ужин.       Она вздохнула.       — Хорошо. Мне нужно будет только заскочить покормить Живоглота, прежде чем я приду к тебе.       — Тогда не забудь выделить на это время, — сказал он, поворачиваясь к двери. — Увидимся позже.       Гермиона смотрела ему вслед с тяжестью на сердце, зная, что обязана дать ему ответ сегодня, ей нужно принять решение, которое повлияет на их жизнь. Она понимала, что этот разговор долго назревал, накаляя обстановку, пока Драко молча ждал ее решения. Он поделился с ней своими чувствами и обнажил свои страхи, а она, действительно, отложила этот разговор на потом, пока пыталась справиться с работой, которая набирала обороты по мере того, как все больше стран проявляли интерес к этому законопроекту. Но это было нечестно по отношению к нему. По вечерам у нее было время, которое она могла бы посвятить тому, чтобы подумать и прийти к какому-то выводу. И, возможно, они могли бы избежать сегодняшней ссоры, если бы она просто уделила этому вопросу то внимание, которого он заслуживал. Каким бы важным ни был этот законопроект, нужно уметь сохранять баланс между работой и личной жизнью, а она позволила чаше весов сместиться в одну сторону.       Гермиона посмотрела на часы, был уже почти полдень, так что, возможно, сегодня она возьмет перерыв на обед, чтобы отвлечься от своей работы и немного подумать над его просьбой.       

***

      — Лонгботтом, заходи, — пригласил Драко, собирая в стопку финансовые отчеты за февраль, которые передал ему Тео. При взгляде на ущерб от взлома у него начинала болеть голова, а на сегодня переживаний и так было достаточно.       Войдя, Невилл закрыл за собой дверь и направился к креслу для посетителей.       — Добрый день, — поздоровался он, казалось, мужчина был немного взволнован, но настроен решительно, — я пытался зайти к тебе вчера, но не застал на месте, поэтому забронировал встречу на сегодня.       — Вчера я провел полдня дня с Блейзом, обсуждая детали подготовки к испытанию, — кивнул Драко. — Вообще-то, я тоже хотел с тобой сегодня встретиться, мне нужно заполнить с тобой несколько форм для проведения испытаний. Но начнем с твоего вопроса, что ты хотел обсудить?       — Я читал предварительные результаты по Cruci-Calm Tonic, — Невилл положил папку с результатами на стол и открыл интересующую его страницу, — и у меня появилась идея относительно одного из перечисленных незначительных побочных эффектов, — он снова посмотрел на Драко, чтобы оценить, как тот отнесся к тому, что его новый сотрудник дает ему рекомендации по зелью.       Драко заинтересованно склонил голову набок.       — Продолжай.       — Ну, здесь указано, что первоначальный шоковый удар от применения зелья достигает отметки «семь» по шкале от одного до десяти. Эффект временный, но сильный, — Невилл взял книгу, лежащую у него на коленях, и открыл ее на разделе о натуральных немагических травах. — Я подумал, что, возможно, если мы добавим в зелье обезболивающее средство, это может естественным образом снизить уровень боли. Но, конечно, нельзя допустить, чтобы какие-либо магические свойства смеси изменились при этом, поэтому я обратился к одной из книг, в которой основное внимание уделяется маггловским средствам и тому, как их можно использовать в магических зельях, — он протянул ему книгу с выделенным разделом и замер в ожидании.       Глаза Драко заинтересованно прошлись по тексту.       — Листья мяты, экстракт алоэ, гвоздичное масло и ромашка.       — Я, конечно, не знаю, пробовал ли ты уже нечто подобное, но просто мне показалось, что это может быть идеальной добавкой к зелью.       — Это хорошо, Лонгботтом, — Драко был впечатлен. Он исследовал сотни страниц о магических ингредиентах в поисках чего-нибудь, что могло бы подавить дрожь и снизить боль, но не подумал об обычных маггловских средствах, поскольку не особо разбирался в них. — Я попробую это в своей следующей партии.       Невилл теперь выглядел менее напряженным.       — Хорошо, отлично. Что ж, просто хотел поделиться идеей.       — Свежий взгляд всегда полезен, — усмехнулся Драко, закрывая книгу и откладывая ее в сторону. — Я бы хотел одолжить эту книгу для более тщательного исследования, если ты не возражаешь, — на что Невилл покачал головой. — Не мог бы ты в ближайшее время записать несколько рекомендаций по ингредиентам? Я хочу сварить новое зелье в пятницу после обеда.       — Конечно.       — Отлично, итак, у тебя есть время, чтобы заполнить сейчас анкеты для начала исследования с Brain Elixir?       — Да.       Драко передал ему стопку бумаг и они вместе прошлись по всем документам.       

***

      — Драко, — позвала Гермиона, входя в таунхаус, с порога ее окружили приятные запахи итальянской кухни и звуки шипящей сковородки.       — На кухне, — крикнул он.       Она поставила свой портфель, доверху набитый папками, на столик в прихожей, повесила пальто и направилась на кухню, где перед ней предстал Драко с перекинутой через плечо салфеткой, энергично помешивающий какой-то красный соус с выражением полной сосредоточенности на лице.       Гермиона подошла, чтобы поцеловать его в щеку, и он ответил ей мальчишеской улыбкой.       — Я немного отстаю от своего собственного графика.       — Я заметила, — она оглядела обычно очень чистую кухню, которая в данный момент выглядела, как полная катастрофа.       — Мы с Лонгботтомом сегодня заполнили все необходимые бланки, чтобы можно было начать тестирование уже первого апреля, поэтому я слегка задержался.       — Осталось всего две недели, — Гермиона занялась уборкой всевозможных баночек со специями, расставленных по прилавкам, но Драко успел перехватить одну, левитируя ее к себе. — Эта мне еще понадобится, — улыбнулся он, посыпая соус перцем.       — Итак, ты успел немного выпить до моего прихода или водка предназначалась для соуса? — спросила она, закручивая крышку бутылки и отправляя ее в бар.       — Немного и того, и другого, — признался он. — Я отложил ее, чтобы приготовить тебе одну из твоих знаменитых Лимонных Шипучек, но, как видишь, я сильно отстал от графика.       Гермиона оглядела ингредиенты, разложенные на стойке, и улыбнулась, призывая бутылку водки обратно на стол.       — Думаю, я могла бы позаботиться об этом.       Драко схватил сковородку и макнул в соус куски великолепно обжаренной панчетты.       — Я почти закончил, пара минут и паста с соусом будут готовы.       — Я никуда не спешу, — Гермиона присела на столешницу рядом с ним, пока он раскладывал панчетту, периодически поглядывая в ее сторону.       — Итак, — Драко немного неловко откашлялся, — я надеюсь, ты примешь этот ужин в качестве извинения за мою недавнюю вспышку.       — Извинения приняты, — она глубоко вздохнула и продолжила: — Ты был прав, я отложила этот вопрос в сторону, а прошло уже несколько недель с нашего разговора. Я не хотела заставлять тебя ждать так долго, но погрузилась в работу с головой, что случается со мной, когда дела набирают обороты.       — Я знаю, что твоя работа очень важна, и не пытался намекнуть, что наша ситуация важнее этого законодательства.       — Я знаю, что ты не имел этого в виду, — усмехнулась она. — И я понимаю, что эмоции могут взять верх, когда кажется, что тебя игнорируют. Я приношу извинения за то, что не уделила этой теме должного внимания. Ты не заслуживаешь того, чтобы сидеть в ожидании, пока я решаю все свои текущие вопросы на работе.       Драко отложил лопатку, прислонившись к столешнице.       — Что ж, тогда, как насчет того, чтобы мы снова вернулись к этой теме в выходные, у тебя будет еще немного времени, чтобы все обдумать.       — Не нужно ждать выходных, — уверенно сказала она, — думаю, что хотя я и откладывала это решение, ответ уже был в моей голове, мне просто нужно было время, чтобы это признать.       Он кивнул.       — Итак… и к какому решению ты пришла? — Драко старался говорить ровным голосом, но его ладони вспотели — вероятно, оттого, что он стоял над горячей плитой.       — Мы можем рассказать Гарри и Пэнси, — решительно сказала она. — Но пока только им. С Роном и Блейзом придется подождать. Поскольку Рон идет в комплекте с Джинни, и я полагаю, Блейз с Тео…       Драко кивнул, победно улыбаясь.       — И дальше как снежный ком. Я понимаю, — он сократил расстояние между ними, поднял на руки и усадил ее на теперь уже чистую столешницу, нежно притянул ее лицо к своему, увлекая в долгий поцелуй.       Гермиона обвила руками его шею и наконец расслабилась, наслаждаясь его хорошим настроением, и довольная тем, что, хотя она пришла сюда извиниться перед ним, Драко также попросил прощения за свою сегодняшнюю вспышку, которая была вполне оправданной, хотя и все еще излишне дерзкой: малфоевская тактика защиты в действии, это напомнило ей их первую встречу в ее офисе несколько месяцев назад. Вещи, которые были важны для него, стоили того, чтобы за них бороться. Что означало, что рассказать правду друзьям было очень важно для него.       — Спасибо, — сказал он, наконец отстраняясь. — Я действительно думаю, что станет легче, если мы сможем быть рядом с ними самими собой. И я не окажусь в Мунго, заколдованный Пэнси, что могло бы случиться, если бы она застала нас снова вместе, как когда нагрянула в лабораторию.       — Ей не нравится быть в неведении, да? — съязвила Гермиона.       — Нет, — решительно ответил он.       Бульканье на плите привлекло его внимание.       — Хорошо, ужин уже готов, — он запечатлел еще несколько быстрых поцелуев на ее губах, прежде чем вернуться к плите, а Гермиона поднесла свою Лимонную Шипучку ко рту, пряча свою собственную улыбку.       — Прошу к столу, — скомандовал он и взмахнул волшебной палочкой, огонь на плите погас, кастрюля перелетела в раковину и макароны отправились в сито, прежде чем снова вернуться на плиту, где он добавил в них соус и затем разложил блюдо по тарелкам.       — Пенне а-ля водка, приготовленное с панчеттой и тертым пармезаном, украшенное свежей петрушкой, — сообщил он, ставя перед ней блюдо и переместился со своей тарелкой на другой конец стола.       Гермиона еле сдержала стон после первого укуса.       — Да, извинения приняты. Это фантастика, Драко.       — Ты можешь поблагодарить Блейза за его семейный рецепт.       Они наслаждались прекрасно приготовленным ужином, пока Гермиона подробно рассказывала ему о делегациях, которые посетили страну на этой неделе, чтобы обсудить изменения в законодательстве. Драко дал ей несколько советов о Министре Германии (…давнем друге семьи) и поздравил ее с прогрессом, которого они достигли к настоящему времени. Затем разговор перешел к деталям испытания с Brain Elixir, Драко также упомянул о рекомендации Невилла относительно Cruci-Calm Tonic, и они обсудили потенциальное воздействие маггловских трав на зелье.       Наконец наступила легкость, когда груз ожиданий, разочарований и опасений спал с их плеч. Это был шаг, который означал, что они оба были готовы начать делиться своим счастьем с другими, постепенно выходя из собственной раковины, признавая всю важность и глубину их отношений.       Драко прокричал бы это с крыши, если бы мог. Но сейчас он наслаждался тем, что вскоре они смогут рассказать правду друзьям.       После ужина они перешли в гостиную, где Драко улегся на диван и достал книгу, которую одолжил у Невилла, Гермиона устроилась у него на груди с пачкой поправок к законодательству. Пальцами он водил узоры на ее руке в воцарившейся прекрасной тишине, иногда нарушаемой задумчивыми вздохами, когда они концентрировались на вещах, которые требовали их внимания. Это было еще одним напоминанием о том, что, даже занимаясь каждый своим делом, они легко могли проходить этот путь вместе.       Гермиона посмотрела на него, обдумывая пометку Кингсли, и была поражена светом, искрящимся в его глазах, от этого взгляда у нее до сих пор перехватывало дыхание. Ей повезло быть одной из немногих, кто мог наблюдать его. Это было ошеломляюще. И в этот момент она почувствовала, как что-то сжалось у нее в груди при виде него. Что-то необъяснимое, теплое и всеобъемлющее.       Драко опустил глаза, почувствовав ее пристальный взгляд на себе, и его губы изогнулись в улыбке.       — Все хорошо? — спросил он.       — Лучше не бывает, — Гермиона потянулась вперед, чтобы он мог осыпать ее мелкими, сладкими поцелуями, а затем вернулась к своей работе и зачеркнула правку Кингсли, заменяя ее своим собственным предложением.