Глава 38: Званый ужин
22 июля 2023 г., 10:00
— Повторяю, ты не обязана этого делать, Гермиона, — осторожно сказал Драко, присаживаясь на край кровати, в руках у него был только что сваренный и охлажденный Cruci-Calm Tonic.
Она подняла голову немного выше.
— Я останусь здесь и задокументирую результаты.
Он посмотрел на нее и вздохнул, откупоривая зелье.
— Мне действительно нравится твой упрямый язычок.
Гермиона проигнорировала его и поудобнее устроилась в кресле напротив, готовя секундомер.
— Как будешь готов.
Драко покрутил флакон в руках, разглядывая его еще мгновение. Он не оттягивал этот момент из-за предстоящей боли, просто они были на пороге еще одного важного события.
— Твое здоровье, — протянул он как обычно и ухмыльнулся, прежде чем выдохнуть и одним глотком опустошить флакон.
Жидкость опалила его горло, он резко вдохнул и дернулся, когда эффект начал распространяться по всему телу. Но это было ничто, по сравнению с тем, какой шок его тело испытывало раньше. Когда волна прокатилась до самых кончиков пальцев, его мышцы перестали вздрагивать. Драко приоткрыл один глаз, словно ожидая последующего сильного разряда, но через секунду открыл второй, и Гермиона щелкнула секундомером.
— Все… прошло? — спросила она в замешательстве.
— Э-э… да, — он покачал головой, глядя на определенно пустой флакон в своих руках и снова поднял глаза на нее.
— Две целых семь десятых секунды… как ты себя чувствуешь?
— Немного запыхался? Семь из десяти, — неуверенно произнес он, делая глубокий вдох и задерживая дыхание, затем встал и вытянул руки над головой. Потянулся влево–вправо, а затем наклонился вперед, чтобы растянуть мышцы ног. — Что ж, я также слегка напряжен, наверное. Растяжка ощущается приятно, — он сделал еще один глубокий вдох, вставая, а затем медленно выдохнул. — Но я чувствую себя хорошо.
— На сто процентов?
— Почти, — он откинулся на кровать, чтобы сделать еще один глубокий вдох и снова встал. — Хорошо, да. Десять из десяти.
— Махи коленями? — попросила она, и он выполнил ее просьбу.
Гермиона снова щелкнула секундомером.
— Минута и три секунды, — она неловко усмехнулась. — Каков был изначальный уровень боли, когда ты только принял его?
— Возможно, четыре, — прикинул Драко. — Оно вызвало скорее искру, но не обожгло горло, и мое тело вздрогнуло, а не прошибло током. Эффект все еще ощутим, но не так… это не больно, скорее просто неприятный кратковременный импульс.
— Итак, в результате мы имеем: более низкий уровень первоначальной боли, более кратковременное воздействие на организм и период восстановления сократился более чем в два раза, — отметила она, сравнивая результаты с предыдущим испытанием.
— Честно говоря, это вообще едва ли можно считать периодом восстановления, — Драко снова сел, положив руки по обе стороны от себя на кровати, сидя в недоумении от только что полученных результатов.
— Это… отлично, Драко, — ее губы наконец расплылись в улыбке. — Правда?
— Да, я просто… Я едва могу в это поверить. Я даже боюсь праздновать, пока не пройдет какое-то время без каких-либо последствий.
— Но эти новые ингредиенты, они ни с чем не взаимодействуют в твоем зелье. Я думаю… Драко, я думаю, ты можешь отпраздновать это.
Он уставился в стену, улыбка исчезла с его лица.
— Срань господня.
Гермиона рассмеялась, вскакивая со стула и обвивая руками его шею.
— Драко, это оно!
Ее волосы окутали его лицо, едва позволяя дышать. Но с этим побочным эффектом он мог легко справиться. Ему не верилось, что мог наконец избавить стольких людей от ежедневного напоминания о пытках и войне. Драко обвил руками ее талию и крепко сжал, смеясь ей в волосы.
— Невилл получит премию. Это же надо, просто позволь гриффиндорцу войти в свой кабинет через месяц после принятия на работу, швырнуть на стол несколько маггловских средств и получай полностью устраненные побочные эффекты.
Гермиона отстранилась, глядя на него сверху вниз, все еще находясь в его объятиях, уголки ее глаз счастливо щурились.
— Мне кажется, в последнее время, когда ты упоминаешь Гриффиндор, это слово приобретает странно милую интонацию.
— Совершенно противоестественно моей натуре признавать что-либо подобное, — ухмыльнулся он, Гермиона сократила расстояние между ними и нежно поцеловала, и Драко снова крепко прижал ее к себе. — Как ты?
Она на мгновение задумалась.
— Хорошо. Из-за того, что в этот раз оно не подействовало на тебя, как Круциатус, я не… у меня не вызвало это никаких ассоциаций. Я просто… счастлива и взволнована. Но это все, что я чувствую.
Драко снова отстранился, улыбаясь.
— Хорошо. Я хочу, чтобы ты смогла принять это зелье, когда оно будет готово, — он заправил упругий локон ей за ухо.
— Я так и сделаю, — с уверенностью ответила она. — С нетерпением жду своей очереди.
Стук в окно привлек их внимание. Драко подошел, чтобы распахнуть его, и забрал кусок пергамента у почтовой совы, которая улетела обратно, не дожидаясь ответа.
Гермиона с довольным вздохом откинулась на спинку кровати, все еще пребывая в состоянии легкой эйфории.
Глаза Драко сузились, когда он взглянул на содержимое и, дочитав, он передал пергамент Гермионе.
Мы не раз предупреждали тебя, что стоит остановиться, но вместо того, чтобы прислушаться, ты решил обратиться в чертово Министерство. В следующий раз мы придем лично за тобой, а не в твою лабораторию.
Гермиона обеспокоено посмотрела на него. — Это уже не просто Гойл с сообщником, не так ли? Их больше. — Похоже, на то, — он спрятал руки в карманы, пытаясь перенаправить свой гнев на сжатые кулаки, а не на Гермиону, которая была не при чем. Она встала, положив пергамент на прикроватную тумбочку, и потянулась к его рукам. Почувствовав напряжение в них, она крепко их сжала. — Они найдут преступников. Отнеси письмо детективу. Пусть в ДМП увидят, что это дело должно стать приоритетным. — Я сомневаюсь, что они поставят в приоритет хоть что-то, связанное со мной. — Остановись, — ее тон не был напористым, просто успокаивающим. — Детектив Подж на твоей стороне. Когда он вошел, я сразу поняла, что он хочет помочь. Просто они думают, что расследуют лишь взлом. Но сейчас злоумышленники угрожают лично тебе и явно не собираются отступать. Вероятно, они разозлились, потому что авроры схватили Гойла. Драко втянул воздух через нос и натянуто кивнул. — Я знаю, это приводит в бешенство, когда приходится зависеть от кого-то со стороны. Я понимаю. Но сосредоточься на своей работе, и пусть отдел сосредоточится на своей. Драко оторвал глаза от стены и встретился с ее, и наконец его взгляд смягчился. — Хорошо. — К тому же, завтра у нас ужин с Гарри и Пэнси, — Гермиона попыталась немного отвлечь его. — Разве ты не ждешь этого события с нетерпением? — Конечно, жду. — И разве ты не в восторге от улучшений, которые мы только что наблюдали с Cruci-Calm Tonic? — Да. — И до начала испытаний с Brain Elixir осталось чуть больше недели. — Ладно, ладно, твоя взяла. Сейчас нам есть на чем сосредоточить свое внимание, — и каким бы раздражающим, по его мнению, это ни было, он признал, что ей удалось довольно быстро подбодрить его. — Отлично. Что ж, как насчет того, чтобы мы отложили это письмо, чтобы завтра ты мог отнести его в Министерство. А сейчас, как ты смотришь на то, чтобы открыть бутылку хорошего шампанского и отпраздновать очередной успех? И, возможно, ты даже начнешь планировать как лучше отблагодарить Невилла. Уголки его губ потянулись вверх. Эта женщина стала для него глотком свежего воздуха и светом в темноте. — Возьми уже свое шампанское в баре.***
— Добрый вечер, Грейнджер, — Пэнси наклонилась, чтобы поцеловать ее в обе щеки, и вошла внутрь, Гарри прошел вслед за ней, обнимая Гермиону. — Привет, спасибо за приглашение на ужин, — он протянул ей бутылку вина, которую, вероятно, выбрала Пэнси из-за необычной формы. Гермиона закрыла за ними дверь. — Я просто подумала, что было бы неплохо посидеть вместе, вкусно поужинать и наверстать упущенное, — она почувствовала странный трепет в груди, и предположила, что это от волнения. Когда они вошли на кухню, Гарри взглянул на кастрюли на плите. — Я даже не знал, что ты готовишь! Гермиона усмехнулась. — Ужин уже готов, просто разогревается. В духовке запеченный цыпленок, а еще у нас есть картофель с розмарином и кукурузные оладьи. И оставь немного места на десерт, нас ждут еще эклеры. — Эклеры? — Пэнси бросила на нее игривый взгляд. — Кто-то проводит слишком много времени с Драко. Он давал тебе уроки кулинарии, пока варились ваши зелья? — Не совсем, — небрежно ответила Гермиона, откупорив бутылку вина, которую они принесли, и налила каждому по бокалу. — Ты взяла лишний, — нахмурился Гарри, когда Гермиона разлила вино на четверых. — А разве повар не заслуживает свою порцию? В награду за всю тяжелую работу? — спросил Драко, стоя у них за спиной, небрежно прислонившись к дверному косяку в своей обычной повседневной одежде — сшитых на заказ брюках и накрахмаленной белой рубашке. Голова Гарри резко дернулась в его сторону, Пэнси же медленно и расчетливо повернулась к нему всем корпусом. — И чем мы обязаны удовольствию лицезреть тебя в доме Грейнджер на ужине в субботу вечером? — очевидный подтекст содержался в каждом слоге. — Ну и какой был бы из меня парень, если бы я не пришел на званый ужин к своей девушке? И заставлять ее весь день возиться над плитой, по-моему, было бы довольно грубо. Выражение крайнего замешательства появилось на лице Гарри, тогда как Пэнси сделала глоток вина и, торжествующе прищурившись, смотрела на Драко. — Ты ужасный лжец. — Ты думаешь, я лгу? — Драко склонил голову набок. — Прямо сейчас? Ни в коем разе. В наш последний разговор, — она на мгновение задумалась, — и по крайней мере, за пару месяцев до этого? Абсолютно точно. И я очень зла. — Ты не выглядишь сердитой. — Удовлетворение от осознания того, что я была права в настоящее время пересиливает злость, но это не меняет того факта, что ты, — она повернулась к Гермионе, — и ты, кстати, — она повернулась обратно, — откровенно лгали мне. И мне это не нравится. Знаешь, я беспокоилась о тебе. На самом деле волновалась. Но ты был в полном порядке, просто сбегал куда-то с Грейнджер за моей спиной. — Я не бегал за твоей спиной, — усмехнулся он. — А как насчет Испании? Мгновение Драко молчал. — Я не ездил в Испанию. — Ты мог бы назвать любое другое место, — ее тон стал ледяным, и гнев начал выплескиваться на поверхность, когда она вспомнила, в частности, именно эту ложь. Драко оттолкнулся от дверного косяка, когда Гермиона подошла к нему и протянула вино. — Назовем это простой оговоркой. Я прошу прощения. За это. Пэнси окинула его оценивающим взглядом. — Двадцать девять лет я была рядом с тобой, хранила твои секреты, поддерживала даже самые глупые твои решения. Ради тебя. Всегда. Несмотря ни на что. И это тот секрет, который ты предпочел скрыть от меня? — она повернулась обратно к Гермионе. — А что насчет Поттера? Он рассказал тебе о крестражах, а ты не могла рассказать ему о Драко? — Пэнси, дорогая… — голос Гарри звучал успокаивающе, и она повернулась к нему с безошибочно узнаваемыми искорками в глазах. Его рот захлопнулся, и он криво улыбнулся ей, его рука легла ей на талию в надежде успокоить ее без слов, иначе ему и самому могли откусить голову. Довольная тем, что Гарри не собирается прерывать ее обвинительную речь, она вернулась к Драко. — Почему ты не доверился мне после стольких лет дружбы? Как ты мог скрывать от меня эту на редкость хорошую новость? — за гневом скрывалась обида. Хотя и искусно замаскированная. У них с Драко не было секретов, это было видно. И Гермиона отчасти понимала Пэнси. После всего, через что они прошли вместе, после того, как она поддерживала его во всем, наверняка ей казалось полным бредом держать отношения в секрете. Хотя, скорее всего, отчасти это также была и гордыня. Она была его лучшей подругой и хотела быть посвященной во все происходящее в его жизни. — Он солгал ради меня, — ответила за него Гермиона, с уважением к чувствам Пэнси, но без сожаления, твердо зная и о своих причинах. — Я считала, что мы не должны никому рассказывать, пока не закончится период финансирования. Я защищала себя. А он защищал меня. Пока не убедил меня, что у нас должен быть хоть кто-то, рядом с кем мы могли бы быть самими собой, и очевидно, мы выбрали вас двоих. И именно поэтому я пригласила вас сегодня на ужин. Простите, что мы не были честны раньше, но только лишь потому, что я могу потерять работу, если об этом станет известно, и до недавнего времени эта мысль затмевала все остальные в моем сознании, — она с обожанием посмотрела на Драко, прежде чем снова повернуться к Пэнси. — Но со временем стало слишком тяжело постоянно держать это в себе, не имея возможности поделиться с людьми, которых мы любим, такими потрясающими изменениями в нашей жизни. И мы решили немного рискнуть, чтобы поделиться этим с вами. Пока что только с вами двумя. Пэнси переводила взгляд с одной на другого, обдумывая и взвешивая доводы, пытаясь решить, стоит ли должным образом осудить их за предательство, но осознание, что они с Гарри были двумя самыми важными людьми в жизни Гермионы и Драко, перевесило ее негодование, и из нее вырвался тяжелый вздох, возможно, последний вздох разочарования. И затем, наконец, на ее губах появилась ухмылка. — Я счастлива, что вы двое оказывается не слепые идиоты, какими я вас считала. И я думаю, что скажу от имени всех нас, что давно черт возьми пора! Гермиона с облегчением улыбнулась ей и перевела взгляд на Гарри, который выглядел так, словно тоже испытал облегчение, увидев конец тирады Пэнси. — Я понятия не имел! — он неловко усмехнулся, чтобы разрядить напряжение, повисшее в комнате. — Поздравляю, рад это слышать, — Гарри протянул руку Драко, он пожал ее и повернулся к Пэнси. — Все еще злишься? Она провела языком по зубам. — Нет. Я перешла к Принятию. — Хорошо, — улыбнулся он ей, — я хотел рассказать тебе, во что бы то ни стало. — Так и было, — вздохнула Гермиона, — мне просто нужно было время, чтобы собраться с мыслями. — Значит, все должно быть очень серьезно, раз ты готова так рисковать своей работой, — Пэнси изогнула свою очерченную бровь. Гермиона слегка откашлялась, чувствуя, как румянец заливает ее шею. — Да, все серьезно. — И как долго вы… кхм… встречаетесь? — спросил Гарри. — С тех пор, как… — она оглянулась на Драко, который тоже наклонил голову в ее сторону, пытаясь определиться с датой, — декабрь? Он кивнул в знак согласия. — Декабрь. — Как насчет того, чтобы мы сели ужинать, и вы сможете продолжить мямлить и заикаться в своих ответах, — жеманно предложила Пэнси, указывая на стол. Драко направился к духовке, взмахнул волшебной палочкой, и из шкафчиков полетели четыре тарелки, пока он доставал курицу. — Когда именно в декабре? — спросила Пэнси, усаживаясь рядом с Гарри. — Ну, вообще-то, скорее с конца ноября, — вспомнила Гермиона, — после первого утверждения HPA. Я думаю, именно тогда все впервые… началось. — Значит, вы спите вместе с ноября, — предположила Пэнси, откидываясь назад и скрестив руки на груди. — Ну, нет, — начала Гермиона, пытаясь придумать, как бы перефразировать. — Ты не обязана сообщать ей эту информацию, Грейнджер, — раздался голос Драко, и он бросил раздраженный взгляд на Пэнси. — Да ладно тебе, Драко. Я нуждаюсь в некоторых подробностях. Ты держал меня в неведении уже несколько месяцев. — В ноябре мы признали, что, возможно, у нас начали появляться чувства друг к другу, — ровным голосом пояснил Драко, взяв на себя бремя объяснений вместо Гермионы, — и нам потребовалось некоторое время, чтобы решить, куда двигаться дальше. В конце декабря, перед Рождеством, мы решили, что хотим попробовать настоящие отношения, — он левитировал красиво сервированные блюда на стол и занял место рядом со своей девушкой. Пэнси фыркнула. — Я не услышала сочных подробностей, Драко. — Между прочим, мне не нужны никакие сочные подробности, — вмешался Гарри, улыбаясь. — А в январе мы вдвоем отправились в Париж, маггловский Париж, — продолжил он, проигнорировав любопытство Пэнси. — Романтично, — она, так уж и быть, позволила ему увильнуть от темы, чтобы вернуться к подробностям в другой раз, когда останется с ним наедине. — И Драко познакомится с моими родителями в следующем месяце, — небрежно добавила Гермиона, откусывая кусочек. Глаза Пэнси метнулись к Драко. — Значит, настолько серьезно. — Да, — подтвердил он. — И вы двое уже были вместе, когда я пыталась свести Гермиону с Луи, — в ее глазах мелькнула искорка. — Кстати, насчет этого, — Драко обвиняюще посмотрел на нее, — ты сделала это, чтобы заставить меня признаться, что между нами что-то происходит, или чтобы на самом деле свести ее с Луи? — Немного и того, и другого, — пожала плечами Пэнси. — Я все еще не понимала, на какой стадии вы двое находитесь. Было очевидно, что вы нравитесь друг другу, и я подумала, что может быть, Грейнджер откажется от моего предложения, и тогда я смогу выпытать у нее причину, но она согласилась, и я решила, что возможно, она хотела вызвать у тебя ревность, или, может быть, она просто хотела отвлечься на другого симпатичного парня, не имея пока возможности выразить свой интерес к тебе. Вы оба продемонстрировали достойную игру. — Я не могла отказаться без объяснения причин, — вздохнула Гермиона, — но я пыталась, если ты помнишь. — Ну, решение Драко присоединиться к нам как бы укрепило мои подозрения, что так или иначе вы двое вместе. Были ли вы в отношениях или просто спали вместе, я не была уверена. — Остались ли еще какие-нибудь неразрешенные вопросы? — спросил он с оттенком сарказма. — О, я вернусь к ним при удобном случае, — она ухмыльнулась в ответ. — Так чем же вы занимались в Париже? — Гарри с интересом посмотрел на Гермиону. Гермиона углубилась в описание их поездки, Драко периодически добавлял некоторые детали, и разговор плавно перешел к первому официальному двойному свиданию. — Итак, когда мы отправимся в наше первое совместное путешествие? — спросила Пэнси, опираясь на руку Гарри, которая висела не спинке ее стула, пока Драко подавал десерт. — Летом? — Гермиона посмотрела на Драко. Он поймал ее взгляд, она выглядела такой расслабленной и довольной, и это… согрело его изнутри. То, что они, наконец, смогли расслабиться и не сдерживать больше себя, то, с каким удовлетворением Гермиона преодолела этот шаг, делало его счастливым. — По-моему, это отличное время, — улыбнулся он. — Может быть, отправимся куда-нибудь подальше, чтобы вы двое могли проявить себя во всей своей романтической красе, — ухмыляясь предложила Пэнси. — Как насчет островов? Мы могли бы снять какой-нибудь остров. Гермиона не смогла удержаться от смеха, который вырвался у нее. — Остров, мы можем арендовать остров? — Ну а что, мы могли бы. Ты отправишься в отпуск ни с кем-нибудь, а с Поттером и Паркинсон, — она перевела взгляд на Драко. — Я бы также упомянула тебя, но ты лишился своего хранилища, — она слегка поддразнила его, подмигнув для пущей убедительности, прекрасно зная его позицию по этому поводу. — И очень этим доволен, — и он говорил серьезно. Он предпочитал жить той жизнью, которую строил для себя сам, а не полагаться в чем-либо на своего отца. Пэнси просто забрала свое наследство и ушла, и он не винил ее за это. Какая-то часть его тоже хотела забрать у отца все, на что он имел право, то, что было записано в обязательном родовом соглашении и принадлежало ему как наследнику. Но его гордость и желание дистанцироваться от своего отца перевесила. — В таком случае, какой остров мы арендуем? — Гарри оглядел их всех. — Может быть, что-нибудь на юге Греции? — На Канарах тоже хорошо в это время года, — предположила Пэнси. — Греция звучит заманчиво, — Драко не был там много лет, и мысль о яхте посреди Средиземного моря показалась прекрасной идеей, как кусочек спокойствия среди напряженного темпа его будней. Это был один из многих предметов роскоши, которым он с легкостью пожертвовал ради своей свободы. — Мы могли бы арендовать яхту на день, пока будем там, — Пэнси словно прочитала его мысли. — Если это то, чего бы ты хотела, — ухмыльнулся он ей. — О, отпуск с чистокровными, — съязвила Гермиона. — Я должен признать, следуя за праздными маршрутами Пэнси, я еще ни разу не был разочарован, — Гарри наклонился, чтобы нежно чмокнуть ее в щеку, на что Пэнси ответила взмахом ресниц, пытаясь не выдать своего румянца. Драко поднял свой бокал. — За летние каникулы в Греции. Поглощая эклеры и попивая вино, четверо друзей радовались совместным планам на ленивые, беззаботные летние дни на пляжах с белым песком в Южной Европе.***
— Все прошло хорошо, — просияла Гермиона, когда они забрались в постель тем вечером. — Стоило ожидать, что сначала она устроит мне взбучку, — усмехнулся Драко, притягивая ее к себе и проводя рукой по ее спине, чувствуя себя намного расслабленнее, чем за последние месяцы. — Ну, теперь мы прошли эту часть, и я уверена, что она будет наслаждаться тем фактом, что у нее есть преимущество перед остальными друзьями. — О, даже не сомневаюсь, — кивнул он, — но она будет держать это в секрете. — Я знаю, — ее рука проделала свой обычный маршрут, и когда ее взгляд упал на его грудь, брови на мгновение нахмурились. — Все в порядке? — спросил он, заметив, что она переключила внимание. — Я… да, — она снова посмотрела на него. — Извини, я просто… мне просто показалось, что твой шрам уменьшился, — Гермиона покачала головой. — Они всегда были такими, — спокойно ответил он. — Прости, я не хотела заострять на этом внимание. Просто по какой-то причине меня это успокаивает, мне нравится водить рукой по твоим шрамам. Ощущение чего-то знакомого и… интимного. Как будто я притрагиваюсь к той части тебя, которой ты можешь поделиться только со мной. Тебе это не доставляет дискомфорта? — Нет, — улыбка тронула его губы, — я тоже нахожу это успокаивающим. Шрамы меня не беспокоят, как я уже говорил раньше, из-за того, что они символизируют: изменение моих приоритетов во время войны, когда я выбрал себя, и то, что считал правильным, а не страх перед Темным Лордом. Шрамы — напоминание о том, как я впервые рискнул снять шоры с глаз. — Для меня они — напоминание обо всем, что ты преодолел. О том, что делает тебя сейчас таким жизнерадостным и сильным, что придает тебе стержня. — Не волнуйся, шрамы никуда не денутся, — ухмыльнулся он. — Прослежу за этим. Гермиона позволила своей руке продолжить путь, когда ее губы встретились с его в медленном и нежном поцелуе. — Я люблю тебя, — сказала она, отстраняясь, вкладывая это чувство в каждое слово. — Я тоже люблю тебя, Гермиона, — его большой палец скользил по линии ее подбородка, пока он упивался искренностью в ее взгляде. Быть любимым Гермионой Грейнджер — это то чувство, которое он никогда не думал, что ему выпадет честь испытать, это одновременно ошеломляло и заземляло. Гермиона придвинулась немного ближе, и их тела переплелись, когда она снова завладела его губами, уже настойчивее, прижимаясь к нему бедрами в подтверждение своих намерений, его руки обхватили ее за талию притягивая еще сильнее.
