НЕодинаковые судьбы

Пенелопа, сидя у окна, терялась в мыслях о странном свете, который видела, и о том, что теперь её ждёт. На стук в дверь она отозвалась без особого интереса, думая, что пришла очередная монахиня с едой. Но дверь распахнулась, и в комнату ворвалась девочка с розовыми волосами: — Сестрёнка Пени! — радостно воскликнула она, не задумываясь, уместно ли так называть Пенелопу. Пенелопа вздрогнула: давно никто не называл её так. — Ивонн? Что ты тут делаешь? — произнесла она, скрывая волнение. За Ивонн вошли ещё трое мужчин. Деррик остановил взгляд на Пенелопе, и его сердце замер: её тёмно-малиновые волосы и изумрудные глаза напоминали ему о матери. Молодой герцог, обычно невозмутимый и холодный, не мог отвести глаз. Тишину нарушил герцог: — Здравствуй, Пенелопа, так? Ивонн много о тебе рассказывала. Для нас честь встретиться с тобой. Спасибо за то, что спасла нашу дочь, — произнёс он, хотя его сердце отчаянно билось. Что делать, когда перед тобой стоит ребёнок — копия жены? — Здравствуйте. Нет нужды благодарить. Я сделала, что могла. Но зачем вы приехали? — спросила Пенелопа прямо, чем удивила герцога. — Мы хотели поблагодарить тебя. Может, ты хочешь что-то? — сказал герцог с надеждой, что Пенелопа попросит об удочерении, и они увезут её домой. Но это было слишком наивно. Пенелопе это не казалось важным. Теперь у неё был дом. Что ещё нужно? — Мне ничего не нужно, спасибо, — ответила она, не показывая эмоций. Видя это, семья удручённо попрощалась и направилась домой, но их остановил Иоан: — Ну почему? Ты ведь одна. Почему бы не попросить, чтобы они навещали тебя и играли с тобой? — Он посмотрел на герцога и кивнул. — Да, Пенелопа! Я принесу тебе своих кукол, мы будем играть. Уверена, это будет интересно, — заявила Ивонн. Пенелопа неохотно согласилась, чувствуя себя неловко под множеством взглядов. В дороге домой по герцогству семья слушала недовольные возгласы Рейнольда: — Почему ты хочешь водить дружбу с какой-то безродной девчонкой? Мы даже не знаем её родителей! И вообще, не хочется каждый раз тебя туда сопровождать. — Заткнись, Рейнольд. Если послушать тебя, ты единственный здесь без рода, — резко ответила Ивонн, скрывая обиду от слов брата. Ивонн сама обладала характером с резкими чертами, унаследованными, возможно, вместе с цветом волос. — Я согласен с Ивонн. Тебе стоит меньше прогуливать уроки этикета. Если ты не хочешь сопровождать её, это могу сделать я, — вмешался старший брат Деррик, сам не понимая, почему предлагает это. Его сердце по-прежнему трепетало. Герцог добавил: — Рейнольд, зайди ко мне в кабинет, когда вернёмся, — его голос звучал холодно, и Рейнольд ощутил дрожь. По возвращении все разошлись по своим комнатам, кроме Рейнольда, которого ждала серьёзная лекция об уважении к девушкам и правилах церкви. Когда наступила ночь, всё герцогство погрузилось в сон. Но двое всё ещё не могли уснуть: одну будоражило предвкушение завтрашнего дня, другого — пробуждённые чувства.