Я снова чувствую себя человеком

Френ проснулась от мягкого шороха — Мистер Полночь прыгнул на кровать и ткнулся носом ей в щёку. — Вставай, девочка, — промурлыкал он. — Мир ждёт, и у тебя новые союзники. Она потянулась, села. Комната в апартаментах ещё казалась чужой, но постепенно наполнялась её вещами. На стене висел маленький рисунок, который она сделала ночью, — фигуры Палонтраса и Итворда, чтобы не забывать, а на тумбочке лежали карандаши и заколка, небрежно разбросанные после вчерашнего вечера. Френ натянула джинсы, тёмно-синюю футболку и худи. Волосы собрала в низкий хвост, под глазами слегка замазала круги консилером, чтобы не выглядеть слишком уставшей. На кухне она делала тост и заварила чай, когда раздался стук в дверь. — Френ? — голос Сала, ровный и тихий, но с какой-то мягкой ноткой. — Мы пойдём вместе? Она открыла дверь — за ней стоял Сал, а рядом лениво подпрыгивал Ларри. — Готова? — спросил Сал, слегка задержав взгляд на ней. — Да, сейчас, — ответила Френ, накидывая рюкзак. — Отлично! — Ларри фыркнул, разглядывая улицу. — Я уже придумал пять причин, почему могу опоздать, осталось выбрать лучшую. Френ засмеялась, а Сал лишь чуть улыбнулся, но в его взгляде сквозила забота, тонкая, почти незаметная. По дороге в школу Эддисон выглянул из-за двери, заметив их спешку: — Тише, молодёжь! — Конечно, мистер Эддисон, — сказал Сал, кивнув. На улице пахло мокрым асфальтом, свежесть смешивалась с запахом недавнего дождя. Ларри болтал без умолку про новую группу, а Сал шёл рядом с Френ, время от времени бросая на неё внимательный взгляд, проверяя, не осталась ли она позади. Он никогда не был громким, но когда говорил, слова попадали прямо в цель, словно оберегая её без лишнего шума. — Ты реально не слышала этот альбом? — Ларри вцепился в тему с азартом. — Нет, ещё нет, — ответила Френ. — Я тебе скину всё, — тихо добавил Сал, будто говоря не только о музыке, а о том, что он рядом и готов поддерживать. Френ почувствовала тепло внутри. Оно было непривычным, но приятным — как будто теперь она не одна. В школе Толпа учеников шумела и бегала по коридорам. На уроке литературы Грейсон( да он ведет еще и литературу) снова был холоден: — Мисс Боу-Дагенхарт, прочтите отрывок, — строго сказал он. Френ вздрогнула, но взяла книгу. Сал слегка наклонился к ней, готовый подсказывать, если она запнётся. Ларри шептал ей короткие подбадривающие комментарии, подмигивая, и это рассмешило её. После урока они втроём вышли из класса: — Этот старикан реально душный, — фыркнул Ларри. — Странный… — тихо сказал Сал. — Но внимательный. Френ заметила контраст между ними: Ларри — шумный, экспрессивный, почти вихрь энергии и шуток; Сал — спокойный, наблюдательный, заботливый, иногда слишком тихий, но его взгляд был способен заметить её малейшее настроение. После школы Подъехав к дому, они поехали на лифте. Ларри, живущий на подвальном этаже, собирался уходить к себе: — Ну, Френ, до завтра! — сказал он. — Суббота у нас весёлая намечается. Эшли будет там, будет забавно. — Да, увидимся, — улыбнулась Френ. Лифт остановился, Ларри спустился вниз. Френ и Сал остались вдвоём. По дороге к её квартире он слегка неловко дотронулся до её руки. Это было почти случайно, но достаточно, чтобы сердце Френ слегка дрогнуло. Она не оттолкнулась, и это было для Сала заметно — он немного покраснел, словно смущённо улыбаясь. — Эээ… — пробормотал он. — Завтра, если хочешь… можем погулять вместе? Ты, я, Ларри и… Эшли. Суббота. — Звучит… хорошо, — сказала Френ, улыбаясь, стараясь скрыть волнение. Они поднялись на её этаж. Френ закрыла дверь, прижалась к ней спиной и вздохнула. Мистер Полночь уже сидел на диване, мурлыча. — Ну что, моя девочка, как день? — спросил кот, словно мир вокруг него был идеален. Френ улыбнулась, скрывая слёзы. Внутри всё ещё тревожно колотилось сердце — мысли о Палонтрасе, Итворде и скука по королю Жьяру, страх, что счастье ненадолго. Вечер в квартире Френ сняла одежду, надела широкую серую футболку и шорты, подошла к зеркалу. Под глазами проступали тёмные круги, слегка замазанные консилером. В душе вода стекала по телу, смывая усталость. Но как только она подняла руки, старые порезы ожили, горячо жгли кожу. Френ сжала кулаки. Слёзы навернулись сами собой. — Блядь… — прошептала она, прижимая лоб к плитке. Внутри поднялась тоска. Перед глазами возникли лица тех, кого она потеряла: Палонтрас, Итворд, Иверста. Она скучала по ним, но понимала, что новый мир не окончательный и счастье хрупкое. Когда она вышла из душа, закутавшись в полотенце, Мистер Полночь уже сидел на кровати. Он мурлыкал, смотрел на неё спокойно, для него мир был не так уж и плох. — Всё в порядке, Френ? — спросил он, словно понимая её внутренние раны. Френ улыбнулась, но боль внутри не уходила. Она прижала кота к себе, и его тепло немного удержало её от полного падения. — Ты был прав, — шептала она. — С тобой всё кажется чуть легче… Сал и Ларри остались в памяти дня как светлые островки: Ларри — вихрь смеха и энергии, Сал — тихая забота, взгляд, способный почувствовать её страх. Френ закрыла глаза, долго ещё не могла уснуть, слушая, как ровно дышит её кот, и думая о том, что впереди ещё много дней, и она не одна.