Разодрать себе грудь

За бортом ночь, в полумраке комнаты двое. Один — озабоченный сильными сражениями и достойными противниками мужчина, в этот момент дорвавшийся до подобного соперника. Вторая — чуть ли не одержимая этим мужчиной, бессмертная женщина, застывшая в теле двадцатилетней девушки. В общем, никого из них назвать нормальным было бы неправильно. Пронзая мрак, Хисока приближался к Талии. Вся её былая концентрация сошла на нет, поэтому, приняв более расслабленную позу, девушка отхлебнула сока. Мыслей не было. Желания притворяться тоже. Мужчина сел рядом. — Как ты сделала это? — Что именно? Близость его тела пробуждала в Талии отнюдь не самые приятные воспоминания о моментах прошлых воплощений. Не выпуская банку из рук, лишь бы хоть чем-нибудь занять их, девушка была на взводе. Чуть нервная аура, которую он испускал, сводила её с ума в той же мере, что и идея изучить его силу. Сжав зубы, Талия осадила себя. — Сок. Он не хотел его отдавать, но теперь он у тебя, — терпеливо разъяснил Хисока, перебирая в руках карты. Однако каким бы терпеливым он не хотел казаться, его аура становилась бесконтрольной. «Он там был. Опять использовал Ин. Впредь не нужно обращаться к силе вообще.» — Пришлось попросить его получше, — как можно равнодушнее произнесла Талия. — И каким же образом? — настойчиво, очень настойчиво. — Ловкость рук, и никакого мошенничества. «Ловкость глаза, и ещё какое мошенничество.» Хисока замолчал. Талия теряла самообладание, её аура кипела подстать энергии мужчины. Она судорожно глотнула сока, ожидая следующего вопроса. Протянув задумчивое «Хм», мужчина приблизился к её лицу. — Как тебя зовут? — он лишь шепнул, но даже так девушка почувствовала его дыхание. Он был опасно близко. Сопротивляясь навязчивому желанию задушить его здесь и сейчас, она отодвинулась подальше. — Талия. — Ох, Талия? Красивое имя, — она уверена, что он улыбался, произнося эти слова. В тишине комнаты раздавалось гулкое дыхание. Воздух между ними искрился, почти осязаемо обжигая кожу. Хисока опять молчал. Это было на него не похоже. «Курить. Срочно. Да только где в три часа ночи на дирижабле можно достать хотя бы одну сигаретку? Нигде.» — Почему тебя так трясёт, Талия? Неужели жар? — он дотронулся до её лба, отодвигая чёлку. Его слова затормозили девушку на мгновение, но её не трясло. Когда его пальцы скользнули по повязке, слегка её оттягивая, Талия резко перехватила мужскую кисть. — Не стоит, — отводя его руку в сторону, натужно сказала девушка. Оба были на грани. Оба понимали это, но продолжали эту идиотскую игру. — Очень жаль, — жалостливо произнёс Хисока и наконец отодвинулся подальше, тем самым позволяя Талии сделать глоток свежего воздуха. Хисока снова затих, а девушка всеми силами старалась держаться спокойно, поэтому желания продолжать разговор у неё не было. Она уже понадеялась, что он скоро уйдёт, однако Хисока продолжал сидеть рядом. — Почему не спишь? Талия нисколько не удивилась подобному течению их диалога, ей оставалось только молча давиться желчью невысказанных угроз и неприятно сжимать давно опустевшую банку. — Нет желания, — её тело мало-помалу начинало остывать, хотя аура и пыл были по-прежнему горячи. Хисока, как и его энергия, всегда вызывал привыкание, доходящее в некоторых случаях до нездоровой одержимости. И Талия подозревала, что балансировала где-то между. — Но ты почти носом клюëшь, — мужчина был до ужаса непостоянен, и фокус его внимания постоянно смещался на что-то второстепенное. Талия прислушалась к себе и вновь определила, что сидит ровно, не шелохнувшись. — Мне казалось, я тут слепая. А оно вон как оказывается, — равнодушно произнесла девушка, поворачивая голову в его сторону. В силу повязки она не знала, включён ли свет, и может ли она даже в теории видеть его лицо, однако стоило ей лишь его представить, как пожар внутри разгорался с новой мощью. Отмахиваясь от нежелательных мыслей, она снова и снова заземляла себя. Тело попросту уставало от неустойчивого состояния, претерпевая то взлёты, то падения. Хисока тихо хмыкнул и поднялся на ноги. Он ступал неслышно и будто даже крадучись, казалось, даже воздух не трепыхался. Застыв на пороге, он обернулся. — До встречи, Талия. Девушка наконец-то смогла свободно дышать, лёгкие заработали с удвоенной силой, гоняя по венам кислород. Голова кружилась, но это было неважно. Всё было неважно. Распластавшись на полу, Талия больше даже не пыталась медитировать. Она не пыталась даже думать. Её организм только что пережил мощнейшую адреналиновую бомбу, которая взорвалась внутри неё, рядом с ней и определённо точно где-то ещё. Сердце зашлось в бешенном ритме, желая как можно скорее выскочить из грудной клетки и пуститься то ли в пляс, то ли вслед уходящему мужчине. Это воплощение уже началось с некоторыми осложнениями, что ж дальше то будет? Когда дирижабль озарило громкое «Мы скоро прибудем на место проведения третьего этапа», Талия лежала всё в той же позе, положив руку на сердце. Она не сомкнула глаз, потому что понимала, если заснёт — жди беды. Поднимаясь, она пыталась заключить хоть какие-то разумные выводы. Но в итоге всё сводилось к тому, что стоило быть внимательнее и рассудительнее. Гениальное умозаключение, конечно. — Старуха, выглядишь хуже, чем вчера. — И вам доброе утро, — зевнув, она приветственно махнула рукой в сторону компании друзей. Все потихоньку собирались в большом зале, отдохнувшие и готовые к третьему этапу. Ну ничего, после этого этапа и у неё будет уйма времени на сон, — Как провели ночь? — Мы с Курапикой спали! — неосторожно, очень неосторожно, Леорио. Талия приглушённо хмыкнула. Это был первый тревожный звоночек — мозг давал сбои, выдавая абсолютно обычные вещи за что-то смешное. — А вы? — она обратилась к Гону и Киллуа. — Мы играли с Нетеро, — Гон остановился, призадумавшись, — Не совсем играли. Даже мяч не получилось отобрать! — Ничего страшного, у вас всё впереди, — она потрепала мелких по головам, безошибочно попадая на макушки с первого раза. Палится, да причём очень сильно. Киллуа уворачивался, а Гон смеялся. Леорио и Курапика тоже посмеивались, стоя в сторонке. А Талии казалось, что она сейчас заснёт. Этому не помешал даже взгляд Хисоки, которым он буквально то ли прожигал дыру в спине, то ли поджигал её всю разом. Высадившись на вершине башни, участники разошлись кто куда, гадая как же попасть внутрь. Талия тоже для вида бесцельно побродила по поверхности и позже, найдя нужную плиту, провалилась вниз. Единственная проблема последних воплощений, когда она уже начала носить повязку, — найти плитку, которая позволит пройти этап в одиночку. К счастью, в этот раз поиски закончились успешно, впрочем, как и раньше. Приземлившись на ноги, Талия сразу же направилась к двери, подгоняемая желанием поскорее заснуть. По прошествии хотя бы суток сны уже не так красочны, безусловно, что-то неприятное да приснится, однако это будет куда легче перенести. Отворив первую дверь, она очутилась в длинном тёмном коридоре, ведущем в глубь башни. Тут ничего сложного — просто идти, пока не наткнëшся на комнату с испытанием. Распахнув дверь, она очутилась в помещении, стены которого образовывали некий круг из зеркал. Задача — отыскать ещё одну дверь, которая позволила бы попасть в следующую комнату. Проблема — если выбрать неверное зеркало, в нём появиться искажённое отражение девушки, которое в итоге материализуется вместе со всеми её нэн-способностями. От входа нужно отсчитать тридцать третье зеркало против часовой стрелки и надавить на него. На полу появится люк, который приведёт её к следующему испытанию. И вот, подойдя к нужному зеркалу, Талия со всей силы навалилась на него и застыла в ожидании характерного звука, которым сопровождалось образование люка. Ничего не произошло. Не прозвучало ни щелчка, ни скрежета. Девушка была уверена, что безошибочно посчитала зеркала, однако по какой-то причине проход не появился. Зато появилось ощущение чужого присутствия. «Что? Как это так?» Спустя мгновение она уже летела через всю комнату на бешенной скорости, не понимая что происходит. «Ошибки в расчёте быть не может! Прежде всë было в порядке!» Смачно приложившись о твёрдые зеркала, Талия приземлилась на корточки. Спина неприятно саднила, затылок гудел — она не успела сгруппироваться. Перед броском не было касания, поэтому Талия достаточно быстро пришла к следующему выводу. Это была её сила, её нэн-способности. И швырнул её не кто иной, кроме как она сама. Звучит абсурдно. На деле же так оно и есть. Выбрав неверное зеркало, Талия спровоцировала появление отражения. Материализовавшись, оно незамедлительно атаковало её. К несчастью, во время не совсем мягкого столкновения с двумя зеркалами появились ещё две куколки. Она сняла повязку. Сражаться со своими тенями, у которых нет ограничений, будучи слепой, неосмотрительно. Однако даже так она была в худшем положении, ибо тело до сих пор не восстановилось до конца. Надежда только на голову. Наспех засунув ткань в карман, она, привыкнув к свету, оглядела пространство. Два сзади, одно спереди. Отражения выжидали подходящего момента. Ближний бой — не её сильная сторона, контроль на расстоянии же — вещь, которую она освоила в совершенстве. Недостаток кукольных отражений в том, что они запрограммированы. Они могут копировать её способности — и это всё, на что их хватит. И тем не менее они доставят ей немало проблем. Гоняя по телу ауру, она готовилась к предстоящему мозговому штурму. Ещё одна проблема — у кукол нет разума, поэтому загребущие подконтрольные щупальца девушки не смогли найти цель и перехватить управление телом. Но отражения могут это сделать, ведь Талия — живое и вполне разумное существо. В тот же момент она ощутила скребущие её сознание тонкие ноготки. Противное чувство, стоило лишь коготкам вскрыть корочку разума, сразу же прекратилось. Медлить больше нельзя. В манипуляции она действительно хороша, однако грубую силу никто не отменял. Да, это не её привычный способ ведения боя, только вот другого выхода она не видела. Отражения превосходили её по численности, а значит и по силе они тоже её превзойдут. Сражение с собой — гиблое занятие. А когда «себя» трое… Нет смысла сдерживаться. Ауру она постарается расходовать аккуратно, но чем это всё закончится, ей страшно и предположить. Гë — усиление нужной части тела путём перенаправления ауры. Сконцентрировав значительную часть энергии в правой руке она бросилась вперёд, молниеносно наступая на собственную тень. Кулак направился к голове противника, собираясь с огромной силой врезаться в нос. Хруста не последовало — рука прошла сквозь отражение. Зато в собственную спину прилетело с полдюжины неслабых ударов. Куклы неразумны, но сообразительны. Отпрыгнув в сторону, Талия продолжила уворачиваться от тройной атаки — они могли дотрагиваться до неё. Моментами ей не удавалось улизнуть от наступления — следить за шестью руками не так то просто. В таких случаях она жалела, что её профиль — игры с разумом, а не что-нибудь не очень умное, но безоговорочно сильное. Увлечённые нападением, контролировать Талию никто из них не пытался. Разве что удары сыпались с новой силой и скоростью, калеча и так не особо здоровое тело. Одна из теней смогла попасть в живот, выбивая из Талии весь воздух, и в тот же момент другая вывернула правую руку. Глаза слезились из-за перенапряжения, вызванного концентрацией на задаче не использовать нэн-способности — нанести увечия всё равно невозможно. Получалось с переменным успехом. Главное, чтобы кто-то из куколок не догадался ткнуть пальцами в её глаза. И всё-таки сражаться с собой и уклоняться от себя же странно. «Сознания у них нет, поэтому атаковать его не получиться. Материального тела тоже не имеется — только духовное. Так каким образом их уничтожить?» Мысли ощущались слишком тихо и неразборчиво. На периферии зрения скакала её фигура, перетекающая из зеркала в зеркало. «Они не отражаются, так как они и есть отражения? Тогда нужно загнать их обратно. Но так как они физически не функциональны, сделать это не получится.» Мозг вскипал. Обычно это сопровождалось бурлением в крови адреналина, поэтому было приятно. Сейчас же, когда единственное, что бирлило — это её мыслительный процесс, Талия была раздражена. Она всё отступала и отступала, подгоняемая бездушными куклами. «Ладно. Пойдём на крайние меры.» То, что она сейчас сделает, знатно покачнëт стабильность и запас ауры, но это в разы лучше, нежели девушка будет тратить энергию по чуть-чуть, истощая тело ещё более мучительным способом. Талия скользнула в карман кофты, вытягивая повязку. Видоизменение — одна из хорошо развитых нэн-способностей, позволяющая изменить облик и характеристики предмета. Тип Хацу — Материализация. Не её основной, но очень важный. Ауры затрачивается не прямо-таки много, но с учётом нынешнего состояния её тела могут возникнуть некоторые проблемы. «Чем легче всего разбить зеркало? Вероятно, молотом. Но «утяжелить» предмет гораздо сложнее, нежели сделать его более острым. Поэтому нож.» Надеясь, что ауры хватит на обратное превращение предмета, Талия создала из повязки нож. Получился неплохим. Вертя его в руках, она отвлеклась. Одна из теней всем нематериальным телом навалилась на её собственное, прижимая к полу. «Почему они могут причинять вред, а я нет?» Отражение перевернуло девушку на живот и село сверху, удерживая руки. «Почему они осязают меня, а я не могу?» Двое оставшихся принялись держать её ноги. Не стоило им показывать фокус с повязкой. Меж лопаток она ощутила характерное для острия ножа давление. Оно спускалось ниже, надрезая ткань кофты. Талия была абсолютно бессильна против них. «Из чего они сделали нож? Повязок у них не было. Это нелогично.» Нож надрезал кожу. Куклы не хотели просто убить её, их желанием было насладиться. Чем? Игрой, страданиями или кровью? Вероятно, всем и сразу. Страшно признавать, но Талия и сама нередко грешила подобным. Не специально, конечно. «Какие всё-таки экзаменаторы изобретательные. Как можно было додуматься создать отражение участника и стравить их? Это возможно сделать?» Остриё ножа кружило по голой коже спины, принося девушке дискомфорт. Пока что сильно глубоких и опасных для жизни увечий нанесено не было, но кто знает сколько времени это действо продолжится. Талия покорно лежала, осознавая, что, если начнёт вырываться, то только ухудшит своё положение. Она молча думала, поджав губы — раны неприятно зудели. С каждым новым «мазком» кукла вводила лезвие чуточку глубже. «Возможно ли создать что-то подобное? Это вообще реально?» Вся абсурдность ситуации состояла в том, что отражения не имеют ни тела, ни разума, в то время как Талия имела всё вышеперечисленное. Также куклы могли свободно осязать свой «источник», чего не могло бы сделать любое отличное от них существо. Это делало поединок заранее проигранным. Но экзаменаторы же не могли вот так просто устранять участников, делая их способности и старания абсолютно бесполезными и напрасными? «Очевидно, не могли. Значит смысл испытания не в том, чтобы уничтожить отражения, а в чём-то другом.» Эти мысли прозвучали неожиданно чётко. Будто раньше они были погребены под слоем снега или пыли, и девушка не понимала этого. Только сейчас пришло смутное понимание происходящего. «Отражения реальны?» Девушка была оглушена громкостью вопроса, словно дымка, всё это время кружившая вокруг мыслей, наконец спала. В этот же миг лезвие вошло в зону между лопаток с половину указательного пальца, боль отрезвила. Ответ пришёл незамедлительно, подогревая в Талии азарт, на который ранее она не обращала внимание, ибо было не до этого. «Нет! Они не реальны. Просто не могут быть!» Отражения ожидаемо растаяли, оставив после себя только нож, воткнутый в спину девушки. Она так и лежала на полу, ощущая ненужное возбуждение, подогреваемое ноющей болью. Неприятно раздражая уши, в полу со страшным скрежетом образовался люк. Конечно, они не реальны — в тот момент, когда Талия один единственный раз ощутила проникновение чужеродных щупалец в собственное сознание, они действительно в него пробрались. Её ошибкой было не заметить этого. Говоря проще, не было никаких отражений — только идеально созданная иллюзия, способная на почве ощущения, что всё происходящее реально, вполне чувствительно ранить. Замечательная игра с разумом. «Неожиданная развязка, умная задумка и качественное исполнение. Поистине восхитительно!» Кровь быстро текла по венам, будоража девушку. Благо, боясь помереть от потери крови, Талия успокоилась. Она поднялась и из остатков ауры обратно видоизменила свой нож. Ноги подогнулись, а в ушах затрещало. Повязку можно использовать для остановки кровотечения. А там тело само как-нибудь восстановится. В первый раз, что ли? Осторожно вынув нож, Талия сняла кофту и аккуратно повязала ткань. Тело то ладно, но вот кофту жалко. Всю заднюю сторону изрезали. Боль причиняла только неудобства — вряд ли, умерев четыре раза, ножевое ранение сильно уязвит её. Однако спускаться сейчас будет проблематично. Таймер показывал, что прошёл час, но Талии казалось, что на первое испытание она потратила не меньше трёх. На спуск по лестнице ушло ещё около сорока минут. Её озадачил тот факт, что, точно выбрав тридцать третье зеркало, пройти дальше, не сражаясь, не получилось. Когда она сдавала экзамен первый раз, то и сама не поняла каким образом отражения исчезли. Она просто думала, и они испарились. Очень редко в новых воплощениях случались изменения. Конечно, незначительные были всегда, но что-то вроде такого — никогда. Она бы подумала об этом подольше, да только наконец-то ощутила под ногами пол. Второе испытание — полоса препятствий. Ничего сложного. Да и травма не сильно помешает. Но глаза всë-таки хотелось бы спрятать — когда они под повязкой, концентрироваться на контроле способностей не так сложно, как без неё. Одна проблема — этап долгий и нудный, поэтому времени на него нужно потратить много. — Эх, — тело вымоталось ещё больше, поэтому желание завалиться спать прямо здесь и сейчас было очень назойливым. Она приступила к прохождению полосы. Преодолев расстояние, заполненное всевозможными ловушками, включая банальную дыру в полу, небольшие ножички, вылетающие из стен, и плиты с загадками, она остановилась перед дверью, отделяющей её от последнего испытания. Вероятно, экзаменаторы пожалели участника, которой проходит этот этап в одиночку, и позволили ему чуть-чуть отдохнуть после зеркал. Ещё один тёмный и, безусловно, пугающий коридор. Ну и напоследок — сражение с заключённым. В первом воплощении эта часть этапа казалась ей самой сложной. Сейчас же, набравшись опыта и знаний, она была уверена, что уложит противника одним взглядом. Отворив дверь, Талия вошла внутрь и выжидающе встала. Мужчина, одетый в тюремную робу, начал распинаться о себе, своих «заслугах» и далее по списку. Она слушала его вполуха, да и то только из-за жалости. Мужчина отчаянно старался самоутвердиться, рассказывая о совершëнных им убийствах и преступлениях. Когда он перешёл на личности, тыкая ей её же половой принадлежностью, девушка потеряла терпение. — Может быть перейдëм к делу? — раздражённо спросила Талия, угрожающе разминая шею. Очень занятный способ устрашения врага, а если сопроводить его подобающим тоном и жаждой крови, то соперник трусливо стушуется. — Да что ты сможешь мне сделать? До головы то хоть дотянешься? — с вызовом бросил заключённый. Он действительно был высок, и это с учётом того, что Талия тоже не была сильно низкой. — Давай проверим? — миролюбиво предложила девушка, прикидывая, что верх робы можно было бы одолжить, ибо собственная кофта выглядела не очень презентабельно. — Ты не сможешь мне ничего сделать! Ты же девка! Да и вон какая мелкая к тому же! — Ты дебил? Заключённый замер, быстро моргая тупыми глазками. Он рыбоподобно открывал и закрывал рот, ошеломлённый столь прямой критикой. А как ещё можно было назвать взрослого мужчину, оскорбляющего женщин? Что-то объяснять ему и ему подобным нет смысла — всё равно не поймут. — Да ты..! Да я..! «Ребячество какое-то.» — Спорим, что ты умрёшь раньше, чем сможешь добежать до меня? — не было в её голосе ни вызова, ни чего-то подобного — только простое «давай поспорим». Однако этого хватило с головой, чтобы мужчина бросился в её сторону, пыхтя что-то себе под нос. Талии же хватило секунды, чтобы, сверкнув глазами, снести его пустую черепушку. Когда головëшка приземлилась на пол, заключённый был до сих пор жив. Девушка присела на корточки рядом с ним. — Всегда стоит быть осторожным, — нравоучительно молвила она, прикрывая его глаза, поднялась и подошла к телу. Рубашка оказалась слишком большой по размеру, но это всяко лучше её дырявой кофты. Вот это поистине «уложить одним взглядом». И всë-таки перенапрягаться не стоило — в глазах потемнело, а ноги опасно подкосились. Оклемавшись, она одëрнула рубашку и на ватных ногах побрела к двери, ведущей в основание башни. — Кандидат номер сто один. Талия. Прошла третий этап первой. Затраченное время — четыре часа и сорок шесть минут. Стоя посреди входа в помещение, девушка уже спала. Её сил хватило только на то, чтобы мягко, дабы не повредить и так повреждённую спину, приземлиться на пол. Она так и осталась с повязкой, обмотанной вокруг спины, и ничем не обработанным ножевым ранением. Даже эти факторы никоим образом не смогли помешать наступлению долгожданного сна. Ещё никогда она не спала так крепко.