Фимэрия. Ⅱ. Ледяная цитадель

У нас получится. Внушала я себе, стоя перед зеркалом и собирая волосы в тугой хвост. Соне пришлось повозиться с косой, из-за чего мы не укладывались в заранее обозначенный срок. Следовало выйти на две минуты раньше. Выбор времени стал чуть ли не острейшим вопросом вчерашнего обсуждения. Должно было быть достаточно светло, чтобы быстро ориентироваться в пространстве, но и достаточно поздно, чтобы наставницы не нагрянули с внезапной проверкой. Ах да, ещё и достаточно рано, чтобы успеть до утреннего кофе Кхалисы. Итак, часы показывали четыре тридцать три, когда мы с Соней покинули комнату. – Ничего не забыла? – спросила я напоследок у Кати, которую было решено оставить в школе для прикрытия. Руки девушки так и чесались перекрестить нас на удачу. – Если пронюхают, что вас нет, сказать, что вы украли мой кулон и полетели на фестиваль японской анимации в Токио. Верно. Продумывая этот ответ, мы руководствовались логикой: «Пусть лучше наставницы посчитают нас разбалованными эгоистками, чем бросятся спасать и подвергнут себя опасности». К слову о кулоне. Волчий зуб лежал в заднем кармане моих джинс, что было дополнительной мотивацией для выживания, ведь если бы я не вернула его в целости и сохранности, Фой нашла бы меня на том свете и вытрясла останки мозгов. А их и без того было немного, раз уж я согласилась на эту авантюру. Всё в порядке? – этот вопрос был адресован Деевой, но вслух так и не прозвучал, и я быстро поняла, что задаю его сама себе. Пока мы крались вдоль западной стены, я пыталась внушить себе, что выбираюсь на очередной перекур. Но самообман продлился недолго. Вскоре в лицо ударил холодный ветер, гласящий о том, что мост уже близко. В кустах послышалось шебаршение, а после показалось два силуэта, один из которых буквально мерцал цветом фуксии. Просила же Карницкую одеться неброско. Читать подруге нотации было бесполезно, она в любом случае оправдалась бы тем, что в её гардеробе нет «траурных» курток. И всё-таки краситься было необязательно. Лиза с Мелани вышли на десять минут раньше. Это было нужно для того, чтобы, если бы нас и застукали, то хотя бы не всех разом. Идеальное преступление? Нет. Как минимум потому, что я продолжала скептически относиться к присутствию малознакомой и пока не заслужившей доверие Кляйн, несмотря на то, что мы действовали по её плану. – Ну и лук. Дашь поносить? – Всё-таки не сдержалась я. – Это ещё зачем? – подозрительно нахмурилась Лиза. – Шансы вылететь из школы велики, как никогда, а у меня ни образования, ни одежды для панели. Я кивнула в сторону юбки Карницкой, намекая, что её длина не вполне соответствует случаю. Девушка недовольно фыркнула. – По крайней мере, я пришла вовремя. И к слову, я… мы обе, – осеклась она, вспомнив про Мелани. – очень замёрзли, пока ждали вас. – Ну, тут вопросы к виновнице торжества. Соня долго… Соня? Я щёлкнула пальцами перед глазами подруги, но даже это не помогло вывести её из внезапного транса. Вначале я решила, что она вновь распереживалась из-за братьев, но вскоре заметила, что её взгляд направлен на прозрачную воду, отделявшую нас от соседнего острова. Деева думала о том, что совсем скоро наступит её очередь мёрзнуть. – А? – наконец опомнилась она. – Я в порядке. Можем начинать. Не дождавшись нашей реакции, девушка решительно направилась к берегу и, остановившись в паре сантиметров от воды, принялась раздеваться. – Это обязательно? – шепнула я в самое ухо Кляйн, которая всё это время оставалась пугающе безразличной. – Мы уже говорили об этом. Конечно. И я, как и прежде, не одобряла эту часть плана. – Каракурт. Мелани сидела у нас на кухне во главе стола и демонстрировала нечто отдалённо напоминающее металлическую заколку. Загадочное приспособление было величиной с ладонь и имело восемь вытянутых зубцов, сгибавшихся в двух местах, словно фаланги пальцев. Роль украшения играл расположенный в самом центре бордовый камень, по типу рубина. Выглядело жутко, будто паук напился крови, и его переполненное брюшко вот-вот взорвётся. Однако ещё большей жути нагнал момент, когда Кляйн прислонила свою игрушку к краю стола, и та, словно живая, зацепилась за него своими клешнями. «Теперь мне точно приснится, как оно хватает меня за лицо…» – Фу блин, – выругалась я, когда всё тело передёрнуло. – Выбрось это. Сожги или я не знаю… Унеси туда, откуда взяла. – Кстати, – заинтересовалась Катя. – где ты взяла эту… штуковину? – Куда важнее другое, – вмешалась Соня. – зачем она нам? – Каракурт крайне полезен, – Мелани заботливо поглаживала холодный рубин, вероятно, представляя гладкую шерсть милого котёнка. – блокирует любую магическую защиту. – Проще говоря, – пояснила Лиза. – если на острове Кхалисы установлена «волшебная сигнализация», то она не сработает. – После этих слов подруга поймала на себе мой убийственный взгляд. – Что такое, Юля? Боишься пауков? Дело было не в этом. Меня ужасно бесило, что Карницкая даже не посоветовалась с нами прежде, чем посвящать Кляйн во все подробности. В том числе она не стеснялась открыто озвучивать имя Кхалисы. – И всё-таки, – продолжила Соня. – как оно… он нам поможет? Чтобы установить его нужно оказаться на остове, а если там есть «сигнализация», то она сработает прежде, чем мы успеет прицепить кра… каракурта. – Есть одна лазейка, – ухмыльнулась Мелани, наконец убирая эту дрянь со стола. – Ведьма создала остров и мост, следовательно, они в её власти, но… – Но?? – послышалось как минимум два голоса. – Но не океан. Я уже видела, как ещё более бледная при лунном свете кожа Деевой покрылась мурашками, а ведь она ещё даже не касалась воды. Оставшись в одном нижнем белье, Соня некоторое время потирала плечи дрожащими ладонями, но накопить тепло всё же не получалось, она лишь теряла его вместе с драгоценным временем, что и сама понимала, потому вскоре вытянула руку, и Мелони вложила в неё каракурта, клешни которого подозрительно зашевелились. А возможно, мне лишь показалось. – Ещё не поздно всё отменить, – прошептала я, кладя руку на холодное плечо подруги. Но Соня молчала. Она знала, что если ответит хоть что-то, то собственные слова, действительно, могут заставить её передумать. Потому девушка лишь отдёрнула плечо и в один шаг погрузилась под воду.

***

Несколько секунд ушло на борьбу с желанием всплыть на поверхность. Вода была не просто холодной – она была ледяной. Сопротивление помогло оказать лишь знание того, что после встречи с утренним ветром станет ещё холодней. Соня чувствовала, как ноги покрываются чешуёй и срастаются воедино, но не видела этого, ведь было слишком темно и всем, что ей удалось разглядеть, была сверкающая в далеке верхушка ледяного дворца. Она же стала единственным ориентиром. До последнего Соня не задумывалась о том, как будет плыть с одной свободной рукой, ведь вторая была занята каракуртом. Хвост должен был помочь в этой непростой задаче, но самым глубоким водоёмом, в котором девушка использовала его прежде, была ванна. И всё-таки она рискнула предположить, что управлять плавниками не труднее, чем квадроциклом старшего брата. К тому же, разве это не работает инстинктивно? «Представь, что родилась с ним. Это твои ноги.» Сделав несколько взмахов воображаемыми лодыжками, Деева с гордостью заметила, как начала медленно, но верно продвигаться, решительно разрезая вставшие на её пути ледяные волны. Следовало выглянуть на поверхность, дабы девочки убедились, что с ней всё в порядке, но Соня так боялась растерять темп, что предпочла не отвлекаться на посторонние факторы, в том числе собственные мысли. Спустя пару минут глаза привыкли к темноте, и девушка уже могла различать силуэты водорослей и подводных камней. Да и вода начала относиться к ней менее враждебно, преобразуясь из источника холода в большое тёплое одеяло, отделявшее Дееву от внешнего мира. На миг она всё же прислушалась к воображению и решила, что было бы неплохо вернуться сюда и собрать немного ракушек. Соня и не заметила, как набрала вполне приличную скорость. Она плыла настолько быстро, что рисковала разбить нос о стремительно приближавшуюся гигантскую ледышку. Когда девушка оказалась достаточно близко к острову, то сразу вытянула руку и приложила пленённого в ней каракурта к его основанию, но тот моментально скатился по гладкой поверхности. К счастью, вода сумела задержать паука прежде, чем тот упал на непроглядное дно. «Что за…» – хотела сказать Соня, но с губ сорвалось лишь несколько пузырьков. Какими бы ловкими не были клешни каракурта, им элементарно было не за что зацепиться. Деева вновь обратилась к блеску дворцовой башни. Пришло время выглянуть на поверхность. Это увеличивало риск, но вариантов всё равно не оставалось. Буквально оттолкнувшись от воды, Соня в одно движение оказалось на воздухе по самую шею. Мокрые волосы липли к щекам, но девушка не тратила время на то, чтобы убрать их с лица. Заметив ближайшую неровность поверхности, она поспешила приблизиться и повторно приложила каракурта, невольно скрещивая пальцы свободной руки и надеясь, что на сей раз он схватится надёжней, чем клешня в автомате с игрушками. Победа! Паук крепко вцепился в ледяной отросток. Некоторое время Соня смотрела на него, опасаясь, что он упадёт, но каракурт уже стал единым целым с проклятым островом. Тогда Деева сделала последнее, что от неё требовалось – гордо вытянула руку как можно выше, демонстрируя подругам большой палец и сообщая, что путь открыт. Рука продержалась над головой несколько секунд прежде, чем Соню потянуло ко дну. Это произошло так неожиданно, что девушка невольно заглотила приличную порцию воды, от чего совсем растерялась. Сила, тащившая её, была буквально физической и ощущалась чуть выше плавника. Помимо собственного хвоста она чувствовала и другой, более склизкий и больно сдавивший воображаемые ею прежде лодыжки. Если это и была верёвка, то, вероятно, самая прочная из всех придуманных. Но последнее предположение развеяло мерзкое клацанье зубов перед самым носом. Не успев ничего понять, Соня рефлекторно выставила руки, призывая стихийную магию, и резкий поток воды оттолкнул обидчика с такой силой, что девушке удалось освободить плавники от его хватки. Но ненадолго. Голубая водная змея размером с трёх взрослых питонов смотрела на Соню своими стеклянными глазами, в мертвенной пустоте которых можно было разглядеть лишь одно желание – убивать. И чудовище не собиралось отказываться от своих потребностей. Оно вновь устремилось в сторону добычи и даже успело коснуться её своим раздвоенным языком, прежде чем девушка оттолкнула его, но острые зубы запутались в непослушных волосах, и Соня почувствовала, как шея буквально выворачивается, рискуя оторваться от плеч. Змея крутилась, клацала зубами, пытаясь укусить девушку, но та из последних сил призывала защитные потоки воды. Вскоре Деева почувствовала, что начинает захлёбываться, а единый хвост разделяется на два, вновь становясь человеческими ногами. Такого раньше не было. Прежде Соне требовалось полностью высохнуть, чтобы вернуться в людское обличие. В любом случае, ей было не до рассуждений о преображении, кроме того, насколько невовремя оно наступило. Вода приобрела солёный вкус, и глаза больно защипало. Вспомнив об одной возможности, Соня ухватилась за последнюю надежду и практически вслепую направила за змею слабый магический поток. К счастью, этого хватило, чтобы извивающаяся гадюка покрылась толстым слоем льда и навеки замерла. Собственный вес потянул её ко дну, а следом и потерявшую сознание Дееву.

***

Вивьена уже видела этот сон. А может только подобный. Во всяком случае, все они были связаны с далёкими воспоминаниями. Это казалось даже счастливым. Яблоневый сад, окружённый белоснежной оградой, которую отец из принципа установил, не используя магию, после чего Утренняя Звезда ещё пару недель бинтовала его большой палец. Громкое чихание старшей сестры, остро реагирующей на весеннее цветение. Плетёная корзина, которую десятилетняя Ви наполняла различными плодами, а после несла в дом, настойчиво заверяя, что ей не тяжело. Младшая сестра, которая прыгает изо всех сил и всё равно не может дотянуться до яблока. И голос отца, мягко наставляющий: – Помоги ей. Помоги ей. ПОМОГИ! Распахнув глаза, Вивьена едва сдержалась, чтобы не издать сжатый вскрик. Её низкий голос мог разбудить половину школы, тем более что у учениц уже выработался на него условный рефлекс. Поднявшись на локтях, наставница коснулась лба и обнаружила на нём прохладную влагу. Кошмары давно перестали пугать её, а ведь это был даже не кошмар. Тогда от чего Вивьену никак не оставляло это мерзкое чувство тревоги? Нащупав спички, она повернулась к прикроватному столику и зажгла канделябр. Комнату озарило тусклое освещение и Утренней Звезде вновь захотела вскрикнуть, хоть она и не показала этого ни единым мускулом на лице. На бархатном кресле у окна сидела женщина, которую она не надеялась увидеть вновь. Её короткие волосы были взъерошены, как и прежде, словно их не расчёсывали с того самого дня. Двенадцать лет назад. Пошитая не по размеру военная форма сидела также нелепо, а нахмуренные брови прибывали в вечном напряжении. – Марта? – наконец выдала Вивьена, продолжая прикладывать усилия, дабы сохранить лицо. – Помоги ей, – отозвался голос без интонации. Рука основательницы утонула в собственных волосах. Голова начинала раскалываться. – Ничего не понимаю. Это какое-то безумие. – Ты обещала приглядывать за ней. Так помоги. Безумие нарастало. Теперь Вивьене мерещилось землетрясение. Но это продлилось недолго, лишь до тех пор, пока она не осознала, что сама мотает головой, и не приказала себе остановиться. – Ты жива? – прохрипела Утренняя Звезда, голос которой начал пропадать с остатками рассудка. – Ты здесь? – Меня здесь нет, – спокойно ответила Марта, обращая взгляд к окну,на поблёскивающие намёками рассвета небеса. – Я там. Она была больше не в силах это выносить. На миг расслабив лицо, Вивьена почувствовала, как по щеке катится горячая слеза. – И она направляется ко мне. Не отпускай её.

***

Что-то пошло не так. Я неслась по замёрзшей половине моста, не будучи вполне уверенной, что девочки последовали за мной, приглушённый топот далёких шагов легко путался со стуком собственного сердца. Когда я ступила на заснеженную землю, навязчивая пульсация поднялась до уровня висков, а глаза забегали вдоль водной глади. – Где она?? – послышался голос Лизы, которая всё это время была ближе, чем казалось. Я ничего не ответила, а лишь продолжала вглядываться в тёмную воду, от которой исходило утреннее испарение. – Может, она нас разыгрывает? – предположила Карницкая, но по голосу было понятно, что она и сама в это не верит. Мелони стояла в стороне, прижимая к груди одежду Деевой и подозрительно прищуриваясь. – Говори. При моём обращении девушка слегка повернула голову и отрешённо произнесла: – Есть вероятность, что в пределах воды действует живая охрана. – Так ты знала?! Одному богу известно, как сильно мне хотелось придушить Кляйн в ту же секунду, но на это не было времени. Сбросив куртку на снег, я краем уха услышала, как в кармане звякнули зажигалка и пробник духов от «Dior», и принялась расшнуровывать ботики. Драгоценные секунды уходили на укрощение бешенных пальцев. Казалось, берег дрожит перед глазами. – Эй, смотрите! – воскликнула Лиза. Или не казалось. На поверхность всплыло несколько хилых пузырьков. На несколько секунд океан снова стих, но вскоре из него вышло нечто более масштабное – огромный пузырь поднялся на пару метров над уровнем воды. Его содержимое прибывало в постоянном беспокойстве, будто он вот-вот развалится, и всё-таки мы разглядели плавающую в его центре без сознания девушку. – Соня?... – сложно сказать, кто именно это спросил, возможно, все разом. Каштановые волосы несколько выходили за пределы пузыря, и когда тот подлетел к земле, сердце ёкнуло, ведь Соня могла упасть. Но пузырь медленно опустился и при контакте со снегом, разлетелся на тысячи мелких капель некоторые из которых попали на нашу одежду. Деева лежала на земле, не подавая признаков жизни. – Скорее! Накройте её! – крикнула я, вырывая вещи из рук Мелани, и все мы принялись одевать подругу. – Одежда тоже замёрзла, – констатировала Кляйн. – нужно согреть её по-другому. Она намекала на часть плана, от которой было решено отказаться. – Но Соня выйдет из воды совершенно продрогшая… – переживала Катя. – Юля сможет согреть её огненной магией? – предложила Лиза, в ответ на что я отрицательно покачала головой. – Не годится. Ещё варианты? Теперь все взгляды были прикованы ко мне, от чего я ощущала невыносимое давление. Я постоянно откладывала этот разговор. Подруги знали, что Кхалису освободила моя магия, но я так и не призналась, что моя четырёхлетняя версия повелась на уловку с нечестным обменом. – Не-ет... – протянула я, глядя на свои руки. – Я не смогу… – Отойди, – Лиза резко потянула меня за плечо, чтобы отодвинуть, а после наклонилась к Соне и вознесла над ней руки. Огонь не был ведущей стихией Карницкой, и всё же она могла применять его в меньшей степени. Я стояла в метре и не могла ничего почувствовать, но интуиция подсказывала, что руки Лизы очень горячие. – Не вскипяти её, – подсказала Мелани, после чего Карницкая принялась проводить руками вдоль всего тела подруги – шеи, туловища, ног. Ног?! Когда паника отошла, я начала задаваться рациональными вопросами: Почему Деева не в обличие русалки, если её тело всё ещё мокрое? Как она сумела создать спасительный пузырь, будучи без сознания? Кто мог сделать это вместо неё? Мысли прервал сдавленный кашель. Изо рта Сони вышло целое море воды, прежде чем она открыла глаза. – Я установила каракурта? – растеряно спросила девушка за миг до того, как мы с Лизой задушили её в объятьях. – Да. Ты большая умница, – улыбнулась я. – Пузырь был классный, – подмигнула Карницкая. – как создала?? – Я… не помню. Была змея и… – Идти сможешь? – спросила я. – Думаю да, – свои слова девушка подтвердила, медленно поднявшись на ноги и размяв голеностопы. Она сфокусировала зрение на ледяном дворце, что грозно стоял за нашими спинами. – Пошли. Мы с Лизой скептически переглянулись, а после я загородила Соне дорогу. – Ты очень ослабла и, возможно, простыла. – Ничего подобного, – отмахнулась Соня. – К тому же мы навели такого шума, что Кхалиса наверняка проснулась. Каракурт уже установлен, можем вернуться в другой день. – Да. Он установлен. И я устанавливала его не для того, чтобы теперь отступать, – тон подруги не принимал возражений. – Так что продолжим.

***

Время тянулось невыносимо медленно, но Катя не была уверена, что желает его ускорить. Прошла всего пара минут с момента, как госпожа Вайнона покинула комнату, дабы спуститься в столовую за очередным соевым деликатесом, но Фой казалось, что она сидит в одиночестве не меньше часа. Девушка разрывалась меж двух зол. С одной стороны, встречи с бывшей директрисой стали вызывать у неё такие переживания, что недолго столкнуться с панической атакой, потому ей хотелось оттянуть следующий зрительный контакт, дабы суметь эмоционально подготовиться. С другой стороны, от нахождения в спальне наставницы в одиночестве тревога лишь нарастала, Катя начинала чувствовать себя чуть ли не преступницей – безумным сталкером, проникшим в личное пространство объекта своего обожания. Её буквально пугала возможность наткнуться на что-то вроде личного дневника, а ещё больше пугало осознание, что она обязательно бы заглянула в него, если бы только знала, что он существует. «Но я уже перемещалась в её прошлое, потому не должна быть напугана? Хотя,… сокровенные мысли – совершенно другое.» Цепь рассуждений повернуло в новое русло. «Я оказалась здесь лишь благодаря своему «проклятью», но если бы ему подвергся кто-то другой? Допустим, Лиза. Стала бы жутким зверем, угрозой для всей школы… Госпожа Вайнона занималась бы индивидуально с ней?» Хотелось верить, что соперницу пнули бы под зад, подальше от школы, в какой-нибудь питомник для бешеных псов. От этой мысли Катя даже улыбнулась. «Вот она – подавленная агрессия…» За дверью послышались звуки шагов. Решив, что это бывшая директриса, Фой выпрямила спину и невинно сложила руки на коленях. Плечи вновь ссутулились, когда девушка увидела вошедшего. Госпожа Вивьена была в «гражданской» одежде (в виде чёрной водолазки и такого же цвета брюк) и в худшем из возможных расположений духа. «Соне повезло не оказаться поблизости…» – Сестра здесь? – процедила женщина, подозрительно быстро закрыв за собой дверь. – Недавно вышла. Могу передать… – Так даже лучше. В одно мгновение наставница преодолела отделявшее от ученицы расстояние. На миг она задержалась, чтобы кинуть на неё убийственный взгляд сверху вниз, но Кате всё равно не хватило времени чтобы осознать ситуацию прежде, чем её схватили за горло, подняли со стула и поставили на ноги. – И где на сей раз пропадают твои подружки? – Я обещала не говорить, – чуть слышно прохрипела девушка, шею которой по-прежнему сжимала рука в чёрной перчатке. – Тогда назови хоть одну причину, по которой твоя жизнь ещё чего-то стоит для меня. Фой хотела сглотнуть слюну, но ей был больно даже поднять гортань. – Они взяли мой кулон и полетели в Токио на фестиваль яп… – Взяли кулон? Хватка слегка ослабла, и Катя смогла говорить свободней. – Да… без спроса. – Значит, украли у тебя и тебя же посвятили во все подробности? – На последнем слове рука сжалась сильнее прежнего. – Но это так… я… – Ты. Скажешь мне правду. – Голубые глаза наставницы резко стали в три раза ярче, а следом радужку обогнуло тёмное кольцо – кольцо, что она надевала на рабов, давая понять, у кого здесь Власть. – Ты очень хочешь сказать мне правду. И Катя, действительно, хотела этого. Так сильно, что приходилось стискивать зубы, дабы не раскрыть тайны всей своей жизни. А ещё ей как никогда хотелось призвать волка, но он как на зло не появлялся. В сознании даже не оставалось возможности ужаснуться, что на него воздействует чёрная магия. – Где твои друзья? – В замке Кхалисы, спасают Сониных братьев. Фой едва хватило сил произнести последние слова, ведь веки начали слипаться, а голову так и тянуло к подушке, но вместо тёплой перины, госпожа Вивьена опустила её на пол. – Когда ты проснёшься, то забудешь обо всём, что сейчас было.

***

– Окей, но как мы проникнем в сам замок? – Обсуждение длилось бесконечно, чему крайне возмущался мой бурчащий живот. – Расплавим дверь или вроде того? – С учётом того, как часто ученики бегают на перекуры, вряд ли она вообще закрывается. – На месте Лизы я бы не была так уверена. – В противном случае, ты наш план «Б». – Вот сейчас вообще не поняла. – Кхалиса давно ждёт тебя в гости, так что, даже если там имеется фейсконтроль, ты запросто его пройдёшь. – Ага… Так я теперь в роли живца? – Ты одобришь хоть одну часть плана?? – Конечно. Ту в которой мы возвращаемся назад. Но думать о возвращении было ещё слишком рано. Стоя напротив величественных дверей, мы напряжённо переглядывались, гадая, кто же решится потянуть ледяную ручку. Собравшись с духом, Соня сделала шаг, но Лиза её опередила. Несмотря на усилия и несколько протяжных «кхм», дверь не поддалась. – Может всё-таки фейс ID? – предположила Карницкая. – Идиотизм, – я старательно сдерживалась, чтобы не закатить глаза. – здесь даже нет камер. – Всё равно, – настаивала подруга. – давай ты попробуешь. – Какого чёрта мы вообще решили идти через главный вход?? – ворчала я, всё же неохотно потянув вторую ручку. Как и ожидалось, безрезультатно. – Видишь? – Может попробуете вместе? – предложила Мелани. – Ладно, – согласилась я. – на счёт «три» дёрнем изо всех сил. Раз, два… – Три! – закончила Лиза, и мы потянули дверь с такой силой, что повалились на снег. Прозрачные ледышки остались у нас в руках. – Ой! – засмеялась Карницкая, демонстрируя всем присутствующим оторванную ручку. – Юля, мы попортили имущество твоей матушки. – Переживёт, – заключила я, отряхиваясь от снега. – Может всё-таки поищем задний вход? – Надоело, – психанула Соня, один взгляд которой заставил всех расступиться. – Это просто замёрзшая вода. Взгляд карих глаз становился всё тяжелее. Он был настолько обжигающим, что мне казалось будто дверь начала таять, а её молекулы задвигались вместе с поддавшимися петлям. Через некоторое время дверь полностью распахнулась без малейшего скрипа. Слишком большая удача… Что-то не так. – А твоя магия набирает обороты, – Лиза похлопала неподвижную Дееву по плечу. – Моя магия? – Разве нет? – На самом деле, мне лишь хотелось пнуть по двери… Но я не колдовала. – Это была я, – неожиданно сказала Мелани. Впрочем, звучало не слишком убедительно. Будто она успокаивала нас, чтобы мы не начали параноить и не отказались продолжать путь. Разве её ведущая стихия не воздух? Тогда как она успела обучиться так искусно управлять водой? – Ладно, – отмахнулась Лиза. – главное, что дверь открыта. Идём? И подруги ступили на порог дворца, мне же ничего не оставалось, кроме как пойти следом, несмотря на назойливое ощущение, что за нами следят. – Дворец такой огромный, а Сонины братья могут быть где угодно, – Катя продолжала давать почву для размышлений. – Сейчас бы взять планировку у архитектора, – эти слова я произнесла с долгожданным бутербродом во рту. – В любом случае, им нужно где-то спать, – заметила Лиза. – Вероятнее всего у них есть своя комната. – Или темница… – прошептала Соня. – Установить жилое помещение в подвале было бы невозможно из-за особенностей «земли», на которой стоит дворец, – объяснила Мелани, демонстрируя рисунок острова. – В Фимэрии всего три этажа, один из которых выделен под спальни учениц, а в замке ведьмы их минимум девять, шесть из которых сразу отпадают. – Это ещё почему? – удивилась я. – На них почти никогда не загорается свет, – пояснила Кляйн. – Восьмой этаж тоже можно откинуть, на нём свет загорается только в двух окнах. – Спальни Кхалисы и… – хотя бы на сей раз Карницкая прикусила язык. – её приспешницы. Мелани кивнула. – Остаются третий и четвёртый этажи. Если уже решено, что пойдём вчетвером, то можно разделиться на пары. Я только успела открыть рот, как Лиза догадалась: – Сейчас ты скажешь, что это плохая идея. – Как в самых убогих ужастиках. И потом, мы разбежимся по этажам, а что дальше? Будем открывать каждую дверь и орать «Братья Деевы, на выход»? Мелани вновь взглянула на рисунок. Поначалу она хотела скрыть сомнение в глазах, но быстро признала: – Эта часть требует доработки. Я задалась вопросом, в чём была необходимость создавать убежище изо льда, если внутри помещение выглядело самым обычным? Парадный холл был весьма просторным и, вероятно, если бы горел свет, он показался бы даже не жутким.Но на данный момент, несмотря на отсутствие снега, помещение ввергало душу в режущий холод. Хотя, такой эффект производили не багровые стены, и не зеркальные, как лезвия ножа, плиты на полу, а знание того, кому принадлежит данное логово. Взгляд, который я ощущала на себе со входа, становился всё тяжелее, и это жутко мешало сосредоточиться. – Начинайте, – выпалила я, не отрывая глаз от одной из двух полукруглых лестниц. Соня достала из кармана брелок со значком «Mercedes-Benz», ранее принадлежавший Захару. Прошлым вечером они с Катей слетали в дом Деевых и быстро прихватили вещь одного из братьев. При помощи этого значка и заклинания «konuşvegöz» девочки ненадолго завладели его глазами и выяснили, на какую сторону выходят окна его спальни, а также этаж – визуально он показался четвёртым. – Не думаю, что получится выяснить больше деталей, – вздохнула Соня. – Захар в жизни не проснётся раньше двенадцати дня. – Это уже не важно, – заверила Мелани. – ты сама сказала, что окна были с двух сторон, значит комната угловая. – Осталось подняться и открыть нужную дверь, – подмигнула Лиза. Я и не знала, что она умеет говорить шёпотом, когда это нужно. – Надеюсь, ты права, – Соня коротко кивнула. – Тогда поспешите, – вдруг сказала я, протягивая подругам кулон волчьего зуба. – пока совсем не расцвело. – «Поспешите»? – уточнила Лиза. – Разве ты не с нами?? – Вы сами хотели разделиться, так что лучше я останусь на стрёме. Лицо Карницкой выражало неопределённую эмоцию, но мне показалось, что подруге крайне хочется назвать меня дурой. – Я, конечно, понимаю, что у тебя иммунитет на матушкины злодейства, но о каком «на стрёме» может идти речь, когда все враги уже здесь? Собираешься караулить дверь, чтобы Кхалиса не убежала? Согласна – полный бред. Но я не успела придумать оправдание получше. – Именно так, – натянуто улыбнулась я. – Вы зря тратите время, – сказала Мелани, принимая у меня Катин кулон. – Если Юля боится, то может подождать внизу. Нам всё равно нужно поменьше шума. Остальные неохотно согласились, и уже через несколько секунд я провожала взглядом их удаляющиеся силуэты. Когда девочки совсем пропали из виду, я вспомнила об истинной причине своего отделения, набрала в рот побольше воздуха и на одном тяжёлом выдохе выпалила короткое: – Выходи. Ответом была тишина. Никто не появился, и я осмотрелась вокруг. Вдоль стен стояло несколько маленьких тумб, облагороженных настольными канделябрами. Подойдя ближе, я достала из кармана зажигалку, прокрутила колёсико, и одна из свечей загорелась тусклым огнем. Взяв её в руку, я вернулась на прежнюю позицию, в центр холла, и повторила: – Выходи. Или беги сдавать меня своей госпоже. Хоть свет от свечи и был тусклым, но его хватило, чтобы за лестницей появилась чуть заметная тень. Поняв, что скрываться больше нет смысла, шпионка показала своё лицо. Это лицо ничуть не изменилось с нашей последней встречи. Правда, мне до сих пор было трудно привыкнуть к огромному шраму, проходящему по его левой стороне. И дело было не в том, что я считала его уродливым, просто слишком привыкла находиться во лжи. Поняв, что я не собираюсь кричать, Ванесса быстрыми шагами направилась в мою сторону. – Думала, что не заметишь, – голос подрагивал, но я уже знала, как хорошо она умеет прикидываться овечкой. – Тебе нужно уходить. Когда между нами осталась всего пара метров, я выставила вперёд руку с зажжённой свечой. – Предпочитаю держать дистанцию. Я не пытаюсь убить тебя лишь потому, что не хочу создавать много шума. Только теперь я заметила, что женщина была одета в непривычного для неё розовато-пастельного оттенка платье, которое к тому же явно не подходило по размеру. А ещё заметила, как её голубые глаза покраснели и сделались влажными. Нужно было срочно отвлечься и включить состояние бессердечного камня. – Как ты узнала, что я здесь? – В свободной руке я перебирала вынутый из кармана флакончик духов. – Увидела ещё у школы и захотела убедиться, что… – Школы?? – Большой и указательный пальцы открутили крышку, и та упала на пол с характерным «звяньк». – Ты приближалась к Фимэрии?? – Нет… Я имела в виду Стронгхолд. – Стронгхолд? – Как бы от скуки я начала выливать содержимое флакона на пол, рисуя вокруг себя некое защитное кольцо. – Так Кхалиса назвала этот замок, – пояснила Ванесса, стараясь не смотреть на залитый духами пол. – Ясно. Я даже начинала гордиться тем, как хорошо мне удавалось демонстрировать равнодушие. – Послушай, ты правда должна уйти. Если Кхалиса узнает… – Надеюсь, оторвёт тебе голову. Признаюсь, я благодарна, что ты вытащила Соню из воды, но это ничего не меняет. Печальный взгляд женщины сменился недопонимающим. – Но я никого не вытаскивала. – Конечно нет, – послышался голос, ненависть к которому была её сильнее, чем к притворствам Ванессы. Впрочем, было наивно полагать, что я не столкнусь с ним сегодня. – она слишком слаба для этого. – Когда я подняла глаза, Кхалиса уже спускалась по лестнице, и было трудно сказать, как долго она наблюдала за нами свысока. – А я решила, что ты расстроишься смерти подруги. Неприятное начало визита. – Визит заведомо неприятен, ведь это твой дом. Женщина сошла с нижней ступени с коварной улыбкой. – Перестань огрызаться и позволь кое-что тебе показать. Вкрадчивый тон отнюдь не успокаивал, особенно когда зеркальные плиты под ногами начали темнеть, и на месте моего отражения стала проявляться тусклая картина. – Чтоб тебя… Детали становились более чёткими. Вскоре я разглядела три силуэта, которые ещё через некоторое время превратились в моих подруг, крадущихся по коридору. – Снова будешь шантажировать меня их жизнями? Не надоело? – У меня не было такого намерения, но поскольку ты не умеешь вести себя как подобает… Это не было похоже на блеф, но это был блеф. По крайней мере, мне хотелось в это верить. – Их сердца остановятся. Прямо сейчас. Пальцы Кхалисы щёлкнули, но я не слышала этого щелчка, ведь его заглушил мой собственный крик. Соня, Лиза и даже Мелани. Все трое в один момент замерли, словно у них была общая жизнь, которая вышла из тел, и они рухнули на пол. В беспробудный сон. В тот момент я потеряла контроль над собственными руками, и горящая свеча выпала из них прямо на разлитый одеколон. Моё защитное кольцо воспылало смертельным огнём.