Фимэрия. Ⅱ. Ледяная цитадель

Кислород испарился моментально. Даже если бы я могла вдохнуть хоть немного, горячий воздух тут же обжёг бы лёгкие. Теснота душила, и дело было даже не в малом диаметре огненного круга. От высокой температуры кожаная куртка начала скукоживаться и вскоре сжалась настолько, что стало трудно шевелить руками. Пламя поднялось неестественно высоко. С учётом количества одеколона и процента содержания спирта оно должно было едва доходить до колен, да и потухнуть не больше, чем через пару секунд. Но огонь и не думал стихать, он уже находился на уровне плеч, и даже если бы я сумела распахнуть веки и не остаться без глазных яблок, вид на дворец всё равно бы скрывало тяжёлое облако дыма. Не оставляя надежду, что по моим венам всё ещё текут ничтожные капли стихийной магии, я беспорядочно задёргала руками. Будь пламя живым, оно бы посмеялось над этими конвульсиями. Правая рука замерла, и я ощутила грубое прикосновение выше локтя. Мгновение спустя меня резко дёрнули назад. Свободной рукой я рефлекторно прикрыла лицо, хотя и не надеялась избежать ожогов. Когда неизвестный вытянул меня из огня, то тут же отстранился и, судя по звукам, принялся дуть на обожжённую руку. Определённо, ему было больно, чего нельзя было сказать обо мне. Вопреки ожиданиям я не покрылась волдырями, волосы не воспламенились, даже одежда не загорелась, лишь стала ощутимо более узкой. Рассудив, что кто-то наложил на меня защиту, я вспомнила о своём спасителе, от прикосновения которого веяло чем-то родным. Кто-то из сестёр! Госпожа Вайнона? Нет. Слишком крепкая хватка. Госпожа Вивьена! Пламя погасло, дым потихоньку рассеивался, и я наконец сумела увидеть лицо. Мужское лицо. Отец Создатель?! Безумные теории прервал сдавленный кашель. – Кх-кх… Какого чёрта ты прикинулась ветошью вместо того, чтобы спасать нашу дочь?? Он потирал запястье раскрасневшейся и раздувшейся руки, безуспешно пытаясь сохранять грозный вид. У госпожи Вивьены получается куда лучше. Однако, заданный Кхалисе вопрос звучал смело и даже слегка забавно, от чего мне захотелось посмотреть на её реакцию, но глаза ослушались и приковали моё внимание к Ванессе. Лицо бывшей наставницы исказилось так сильно, что шрам стал практически незаметен. Ужас в глазах распознавался моментально, тело же подалось вперёд. Если бы я не была уверена в обратном, то могла бы подумать, что она собиралась прыгнуть в огонь. – Окстись, – Кхалиса оставалась невозмутима. – всё было под контролем. – Да ну? И что ты контролировала? Степень прожарки? – Я бы погасила пламя, но девочка должна была успеть испугаться и понять, к чему приводит неосторожность. Звучало как нечто негуманное, но больше меня напрягало осознание того, что два великих мага внезапно начали вести себя, как типичные родители в разводе. – Значит, это твой метод воспитания? – Подозреваю, что очень действенный. Можешь опробовать на своих двоих. Поняв, что Кхалиса имеет в виду старших основательниц, я невольно пожалела Ванессу, которую в очередной раз вычеркнули из семейного альбома. Эта словесная перепалка дала мне возможность прийти в себя и осознать произошедшее с подругами. Взгляд упал на пол, который вновь стал зеркальным, образы девочек развеялись, и в сердце затеплилась надежда, что их смерть была лишь иллюзией. – Вар… Юле очень повезло расти подальше от тебя, – Обожжённая рука Создателя коснулась моего плеча. – Пусть так будет и впредь. Мы уходим. – Было бы крайне невежливо не остаться на чай. Зловещую улыбку Кхалисы сопроводил режущий скрип льда – входные двери начали видоизменяться и вскоре стали единой толстой стеной. В бегающих глазах Ванессы отражалась дилемма спортивного аналитика, который пришёл на скачки, не зная на какую лошадь поставить. Создатель устало вздохнул. – Любишь же ты всё усложнять. Он резко выставил вперёд здоровую руку, и по помещению пронёсся мощный порыв ветра, отбросивший Кхалису на несколько метров. Она даже не успела приземлиться, когда мужчина потянул меня за собой. – Туда, к заднему выходу. Проносясь мимо лестницы, я запуталась в собственных ногах. Создателю было не меньше пятидесяти пяти, но его физической форме можно было лишь позавидовать. Забив на попытки не отставать, я вдруг осознала, что вообще не должна убегать. – Стой! – крикнула я, отдёргивая руку. – Нужно вернуться. За Лизой, Соней… – бросать не хотелось даже Мелани. – За кем? – За моими друзьями. Кхалиса показала их мёртвыми, но я знаю, что они живы. Они всё ещё в замке. Ты умеешь останавливать время или что-то вроде того? Создатель продолжал смотреть с недоумением. – Чтобы мы беспрепятственно могли найти их… Можешь сделать хоть что-то?? Пауза была слишком долгой, чтобы его дальнейшие слова звучали убедительно. – Могу. Но после. Сперва отведу тебя в безопасное место, – он вновь попытался схватить меня за руку, но я отстранилась. – Гены упертости… Как ты не понимаешь, что нужно бежать?? – Зачем вообще бежать?? Не проще тебе нас телепортировать?? – Я уж молчала о том, что самый крутой маг вселенной уносил ноги от собственной бывшей. – Кхалиса установила магическую защиту, в пределах острова с телепортациями туго. – Мы закрепили каракурта, он всё заблокировал. – И я, конечно, должен был догадаться? Закончив изображать ворчащего старика, Создатель коснулся меня, и уже через секунду во дворце не осталось даже наших следов.

***

Кхалиса оставалась в сознании, но некоторое время ей не удавалось пошевелиться из-за острой боли в позвоночнике. Крепче сжав зубы женщина с иронией подметила, насколько её скелет прочнее костей обычного человека. Приподнявшись на локтях, она прошипела от ломоты в суставах. Это были всего несколько секунд слабости, но их сполна хватило, чтобы колдунья пришла в ярость. – Давайте я помогу, – осторожно предложила Ванесса, о чём сразу пожалела. – Убери руки, – процедила женщина, и пальцы подчинённой начали заламываться, а ноги подкосились. Кхалиса редко причиняла кому-то боль просто так, обычно она находила хоть какой-то мотив, потому не считала себя садисткой. Но в этот раз страдания Алой Розы приносили ей некое особое удовлетворение – она перестала быть самой несчастной из присутствующих. Возможно, женщина продолжила бы эти терзания и дальше, если бы крики Ванессы не мешали ей думать. – Милая… Почему ты такая бесполезная? Тебе нужно было… Шшш… – Боль вновь пронеслась по каждому позвонку, на миг возвращая Кхалису во времена уязвимости. – В мои покои. Щелчок пальцами дался с непривычной сложностью, а когда женщина оказалась в своей комнате, то сразу рухнула на кровать. Ванесса возникла следом. – Подай. Она заранее знала, что понадобится блондинке. Наклонившись к комоду, Алая Роза выдвинула нижний ящик и достала оттуда маленькую полупрозрачную сумку. Слово «аптечка» казалось Кхалисе слишком человеческим, от того унизительным. Ванесса пыталась сама найти нужный препарат, но делала это слишком долго, от чего её мачеха теряла терпение. – Дай сюда, – рявкнула женщина, едва сдержавшись, чтобы не сделать резких движений. Вскоре в чёрных руках Кхалисы оказалась маленькая белая коробка – не то, что ожидала Ванесса. Метаксалон содержался в таблетках и использовался для расслабления мышц. Проглотив пару штук, женщина наконец позволила себе злиться. – Девочка считает тебя предательницей, – ей не нужно было кричать, чтобы выразить гнев. Взгляд и интонация говорили сами за себя. – но ты не смогла вонзить нож в спину собственным сёстрам, живя в соседней комнате. Хотя… Нет, это не благородство. Тебе просто не хватило духу. Ванесса молчала, отчаянно желая не выражать согласие. – А теперь твой названый папаша отправится к ним и наверняка сболтнёт лишнего. – Зелёные глаза наполнились ядом, и Ванесса рухнула на ковёр, корчась от невыносимой боли. – Как, по-твоему, я должна с тобой поступить? Даже если бы Алая Роза знала ответ, то не смогла бы выдавить ничего кроме душераздирающего крика. Она даже не знала, какие именно части тела страдали от жестоких чар. Казалось, что тысячи иголок одновременно впиваются в её плоть и ударяются об кости. Вскоре иголки вынули. – Это последний шанс. Отправляйся туда и убеди Герберта прикусить язык. – Но что… Что я скажу? – Потребовались усилия, чтобы подняться на ноги, которые несмотря на старания продолжали подрагивать. – А это. Уже твои проблемы. Дождавшись, когда останется одна, Кхалиса вновь заглянула в аптечку. Баночка из коричневого стекла лежала на самом дне, рядом с прилагающимися шприцами. Точное название этого препарата не знала даже Ванесса, ведь так и не освоила русский на должном уровне. Женщина открутила крышку, распаковала шприц, и набрала в него прозрачную жидкость, не забыв выпустить воздух. Герберт бы пошутил, что она опять не отмыла руки от сажи. Руки. Её любимые части тела – пропитанные чёрной магией, они всегда оставались неуязвимы. Однако, эта неуязвимость крайне осложняла медицинскую процедуру, ведь кожа не пропускала иглу. Убрав волосы и слегка наклонив голову, женщина расслабила мышцы шеи – она делала это сотни раз, потому ей даже не приходилось прицеливаться. Игла пронзила белую кожу, и прозрачная жидкость потекла по артерии. – Наконец-то. Боль в позвоночнике стихла. Настало время разобраться с незваными гостями.

***

Когда Катя пришла в сознание, её лоб покрывало нечто холодное и влажное. Под головой ощущалась мягкость – мягкость небесного облака. И когда только она успела заснуть? Да ещё и… «В чужой кровати?!» Фой подскочила, и мокрая тряпка упала со лба на колени. Плечи почувствовали давление тёплых рук. – Лежи-лежи, – знакомый мелодичный голос звучал как колыбельная, от которой захотелось повторно провалиться в сон. Но вместо этого Катя осмотрелась вокруг. Простыни с запахом лаванды, нежное светлое одеяло, а вдали стул, сидя на котором, совсем недавно девушка с трепетом ждала бывшую директрису. Но что произошло после? Неужели Фой так разволновалась, что упала в обморок? Нет. Такое бы она запомнила… Наверное. – Сперва я решила, что ты умерла, – бодро заявила наставница, возвращая тряпку к пробору волос. – Расстроились? – В ту же секунду Катя осознала, насколько неуместный вопрос задала. Но госпожа Вайнона и сама постоянно говорила странные вещи, потому поводов для самобичевания было чуть меньше. – Скажем так, поплакать не успела, – рядом с женщиной стоял сервировочный столик на колёсиках. Она тщательно искала что-то среди фруктов и подозрительных микстур. – сопение быстро выдало живой организм. Сознание Фой оставалось спутанным, как после алкоголя, потому она продолжала выдавать первое, что приходило в голову. – А если бы я действительно умерла… вы бы заплакали? Опять. Случилось то, что она и любила, и ненавидела – лицо госпожи Вайноны сделалось серьёзным. Фой это нравилось потому, что в такие моменты их общение с наставницей словно выходило на новый, более искренний, уровень. Но также она этого боялась, ведь куда спокойней вести диалог с чокнутым собеседником, который, даже если вы сморозите глупость, ничего не воспримет всерьёз. Заземлённое состояние наставницы длилось недолго, но её лучезарная улыбка теперь выглядела чуть более притянутой. – С таким врачом как я не может быть никакого «если»! – С этими словами женщина запихнула ложку кислой микстуры в рот ученицы. – Ты должна платить мне зарплату. – Что? – Фой пыталась избавиться от странного ощущения на языке. – Посуди сама: я была для тебя учителем, поваром, а теперь вот – медсестра. – «Звучит, как список ролевых игр…» – Я заслужила поощрение. Катя всерьёз задумалась о том, чтобы озвучить пришедшую в голову шутку, но вдруг до неё начало доходить – не важно каким образом, но она заснула в постели госпожи Вайноны! «Это. Просто. Кошмар. Нужно срочно извиниться!» – Простите… – Это слово встретил вопросительный взгляд. – Что легла на вашу кровать… Улыбка стала столь же искренней, как и прежде. – Ох, если бы, милая! Я нашла тебя на полу. Пришлось волочить до подушки. К счастью, ты не тяжёлая. – Волочить? – девушка окончательно запуталась. Неужели, она действительно упала в обморок? – На самом деле, я не вижу ничего плохого в том, чтобы делиться кроватью. Отец учил… За дверью послышались шаги, от чего Катя невольно вздрогнула, словно тело вспомнило нечто ужасное, связанное с этими звуками. Но клыкастый монстр так и не появился. Вместо него на пороге возникла Юля, а рядом с ней незнакомый мужчина, при виде которого госпожа Вайнона радостно воскликнула: – Папочка!

***

Кхалиса медленно спустилась на четвёртый этаж. Спешить было некуда, вероятность того, что её гости сбегут была незначительно больше нуля. Три юных тела лежали на животах, но, даже если бы их повернули на спины, для владелицы дворца они бы остались столь же безлики. Перешагнув через девушку в вырвиглазной розовой куртке, Кхалиса направилась к двери, до которой подруги так и не добрались. Края ногтей едва коснулись твёрдой поверхности, но жители комнаты уже знали, что от них требуется. Им не нужно было ходить в армию, чтобы понять какого это – успеть одеться прежде, чем догорит спичка. Через пятнадцать секунд на пороге возникло два юноши – повыше и пониже. Возраст также отличался, но глубокие карие глаза и каштановые волосы выдавали в них родню. – Унести, – Кхалиса чуть заметно кивнула в сторону бездушных тел. – Да, госпожа, – сказал старший из парней, глубокие глаза которого стали совсем пустыми. Он поднял сразу двух девушек, словно не ощущая их веса. Младший брат взял на руки третью подругу, лицо которой крайне напоминало его собственное, и оба направились к лестнице. – Когда чары спадут – приведите ко мне на допрос. – Кого из них, госпожа? – в отличие от прямых волос старшего брата, голова младшего была покрыта забавными мелкими кудряшками. – Каждую. По отдельности.

***

Когда госпожа Вайнона перестала прыгать от счастья, мы расселись на стулья с мягкой обивкой. Сиденье наставницы было очень близко к Создателю, и она всё время висла у него на шее. Я искала в этом жесте какой-то хитроумный подтекст. Возможно, женщина в тайне ненавидела отца и пыталась его задушить. По-другому я не желала объяснять эти щенячьи нежности. В комнате также находилась Катя. Она сидела на кровати, закрывая бо́льшую часть тела одеялом, словно пытаясь остаться незамеченной, но я уже настроилась расспросить её о том, как она оказалась в таком положении. После. Атмосфера была более-менее спокойная до тех пор, пока бывшая директриса не поинтересовалась обстоятельствами нашей с отцом встречи. Услышав мой рассказ, она подскочила со стула. – Вы очень-очень… О-о-очень плохое слово, которое я не стану говорить при папе. – Возмущения сопровождались грозящим жестом. – Абсолютно солидарен, – Создатель взял с сервировочного столика чашку чая, и я с интересом подметила, что обожжённая рука почти полностью восстановилась. – К тебе это тоже относится! – взорвалась госпожа Вайнона, а через секунду вновь погрузилась в блаженную нежность. – Ах, папочка, какой ты дурак. Зачем пошёл к этой ведьме? Она укачивала порядком офигевшего отца в объятьях так, что чай расплёскивался на его брюки. – Я искал Варанду, – мужчина отставил чашку, поняв, что смочить горло всё равно не удастся. – Это ещё зачем? – я наконец стянула куртку, состояние которой теперь годилось только для мусорки. – Разве это твой главный вопрос? Он вздёрнул бровь так, словно прочёл мои мысли, причём за последние несколько недель. А ведь действительно, представляя нашу новую встречу, я думала спросить совсем о другом. – Кхалиса много затирала о материнской любви… Но ведь дело не в этом. – Приятно видеть, что ты выросла умной. – В таком случае, – мне нисколько не польстили его слова, я лишь хотела закончить мысль. – зачем я ей? – Не ты. Твоя сила. – Она уже у неё. Почему бы не оставить меня в покое? – Ты не поняла. Речь не о той силе, которая у тебя была, а о той, которая только будет. – Ты прав, – я скорчила серьёзное лицо. – нихрена не понятно. Отец и дочь переглянулись с какой-то доброй печалью. Я не знала повод их грусти, но, если грустила даже госпожа Вайнона, стоило ждать неприятностей. – Видишь ли, – сзади проскрипела кровать, Катя заинтересованно наклонилась, когда наставница начала говорить. – сила и титул Создателя перешли папе по праву рождения… Сроком на сорок лет. Далее они должны передаться его ближайшему наследнику. – То есть вам? – Ближайшему… адекватному наследнику. Не знаю заметила ты или нет, но я бываю немного не в ладу с собой. Я пожала плечами из чувства такта, а ещё потому, что пыталась скрыть нараставшее беспокойство. – Мы с Вивьеной свели себя с ума, чтобы защититься от чёрной магии, потому Верховный Совет признает нас недееспособными. – Но не Ванессу, – от чего-то вырвалось у меня. – Ванесса… не подходит по другим причинам. Я прикинула, какова вероятность, что мне удастся за одно вытянуть из них тайну третьей сестры. Следовало сосредоточиться на другом, но я не хотела. От одного только предположения ладони становились мокрыми и мне приходилось вытирать их о джинсы. – Потому, – отец тяжело вздохнул. – единственный подходящий наследник… – Не продолжай, – отрезала я. Я не подозревала, что мир способен перевернуться больше, чем на сто восемьдесят градусов, но всё же остаться стоять на голове. Именно это и происходило. Мне нужно было отвлечься, на что-то внушающее безопасность, потому я перевела взгляд на самого близкого человека в комнате – единственную подругу, которую всё ещё не схватила Кхалиса. Несмотря на то, что Катя периодически выпускала когти, в данный момент ещё лицо было добрым и даже улыбчивым, словно она наблюдала за интересным сериалом. Эта мысль подсказала мне представить, что происходящее нереально. – Хорошо. Можешь продолжить. Только пропусти момент с… Ну ты знаешь. Отец понимающе кивнул. – Мой срок почти на исходе, потому я… несколько ослабеваю. Когда ты получишь способности, то будешь в разы сильнее, чем я сейчас. – Стой, – мне нужно было срочно высказать мысль, пока я сама в неё верила. – вообще это неплохо. В плане… я смогу запросто победить Кхалису? – Вернёмся к твоему вопросу – зачем ты ей нужна. Я и забыла, с чего начался разговор, но теперь действительно навострила уши. – Силу-то ты получишь, Совет утвердит твоё право… – Как вообще работает эта система наследования?? Магия переходит… не автоматически? – Об этом после. Сейчас важнее другое. Ты несовершеннолетняя. – И что? – в последний раз я слышала эту фразу в табачном ларьке. – А то, что пока ты не достигнешь возраста восемнадцати лет, с силой будет управляться твой официальный регент. – Дай угадаю, – этот разговор нравился мне всё меньше и меньше. – ближайший родственник без сумасшествия и не бывавший Создателем прежде? – Кто может подходить лучше родной матери? – иронично подметил мужчина. – Э-эм, тот кто не промышлял чёрной магией и не сидел в тюрьме? – Изнанка выпустила её. Возможно, не самым честным путём, но этого уже не докажешь. Совет не имеет права выдвигать ей претензии, особенно если ты сама заявишь её как своего представителя. – Ох, ну уж этого она не дождётся, – моя самоуверенность была встречена без энтузиазма, потому я поспешила перевести тему. – Кстати, когда там заканчивается срок твоего «правления»? – Седьмого января. – Какого года?... Вместо ответа отец многозначительно опустил веки. – Что через месяц?? – Через месяц и восемь дней. Потому я и искал тебя, – мужчина достал из кармана желтоватый конверт с багровой печатью. – Члены совета явились по адресу твоей прописки, но нашли там лишь груду пепла… Потому меня попросили лично передать тебе приглашение в их штаб. – Приглашение? – уточнила я, принимая конверт. – Больше смахивает на повестку. – Это всё о чём вы хотели рассказать Юле? – Было странно вдруг услышать подобный вопрос от Кати, но я доверяла её шестому чувству. – На самом деле, есть ещё одна вещь. Все отвлеклись на звук открывшейся двери, Катя с головой утонула в одеяле. На пороге стояла госпожа Гардения. Она пыталась сохранять величественный вид, но неаккуратная причёска и пуговицы на блузке, продетые не в те прорези, выдавали тревожную спешку. – А нет, – загадочно улыбнулся Создатель. – даже две вещи. – Брат, – лицо директрисы не выражало ответной улыбки. – как неожиданно. – Неужели? – а вот мужчина словно был готов начать смеяться в голос. – На самом деле, это весьма кстати. Можно тебя на пару слов? Отец скрестил руки на груди, демонстрируя нежелание общаться, но через некоторое время его вид переменился, словно он что-то вспомнил, либо интерес взял своё. Создатель поднялся с места и вышел следом за сестрой. Спустя мгновение я тоже подскочила со стула. – Мы столько времени тратим на разговоры. – Право, – госпожа Вайнона потянулась и размяла шею. – скоро ланч. – Мне нужен Создатель, чтобы вернуться за девочками. – Не думаю, что он согласится пойти с учётом того, что его магия истекает, – Фой говорила правду, но это и раздражало. – Можешь хотя бы сделать вид, что не радуешься исчезновению Карницкой?? Нужно было думать. Нужен был план. Нужен был, в конце концов, кто-то более ответственный, чем вошедшая в маниакальную стадию госпожа Вайнона. Кстати. – А где госпожа Вивьена?

***

Утренняя Звезда прошла через заднюю дверь ледяного замка. Подозрительная лёгкость, с которой это удалось, не пугала её даже не потому, что она была готова к тёплому приёму, просто воспалённому мозгу становилось всё труднее анализировать ситуацию и возможные риски. Проходя по тёмному коридору, она пыталась снова услышать голос Марты, чтобы получить подсказку. А возможно, это был тот единственный раз, когда ей не хотелось оставаться одной. Или тот единственный человек, которого она была готова впустить в своё одиночество. Хотя, одиночеством здесь и не пахло, но Вивьена поняла это лишь после того, как по её затылку пришёлся удар твёрдым тяжёлым предметом. За миг до падения ей всё-таки удалось услышать долгожданный голос. – Ты нашла её.