Морские львы

В голове Нетейама стоял звон. Он быстро вышел вслед за удаляющимися на парковку болельщиками, ни разу не обернувшись. В глазах было мутно и он не сразу понял, как очутился на улице. Лишь лёгкому порыву ветра спустя пару минут удалось вытащить его из раздумий, возвратив в привычное состояние и вызвав лёгкую дрожь, что бусинками пробежала по всему его телу. Мотнув головой, Нетейам в одно мгновение остановился и поднял голову, начав всматриваться в пестрящее огоньками небо. Уже темнело и Нетейам с лёгкостью мог разглядеть знакомые ему с детства благодаря рассказам отца звёзды. Он улыбнулся, прикрывая глаза. Старые воспоминания возвращали его в прошлое. На секунду старшему Салли показалось, что этого переезда и связанных с ним переживаний не было и что он дома, там… в своем родном городе, где всё было таким простым и уютным для всей его семьи, где была счастлива его мама и лучезарно улыбалась Тук, где его отец приходил домой вовремя и придумывал глупые семейные игры, что так веселили всех, где было много друзей и знакомых и где Ло’ак восторженно кричал каждый раз, когда его команда побеждала в очередном матче, бросаясь Нетейаму в объятия из-за окутывающей его эйфории. Точно так же, как… как сегодня бросилась в сторону Аонунга та светловолосая девушка. Нетейам резко открыл глаза, будто бы пытаясь развидеть всплывшую в голове картину. Теплые воспоминания мигом разбились о реальность. Жестко, грубо, на осколки. Опустив голову и тем самым прервав изучение звёздного неба, Нетейам ещё раз вздохнул и стремительно пошёл в сторону своей машины. Достигнув цели, старший Салли резко открыл дверь и сел внутрь, запрокидывая голову назад. — Боже, какой же я дурак, — на лице Нетейама появилась горькая ухмылка, он коснулся ладонями своего лица и провёл вдоль него почти касаясь макушки, словно пытаясь себя разбудить. — Как я мог поверить во всё это? Старший Салли всем весом облокотился о сидение и прикрыл глаза. Он дрожал. В голове один за одним начали всплывать воспоминания о том, что с ним произошло за столь короткий период времени с момента переезда. Первым в голову пришли сборы и долгая дорога, а после… после был первый учебный день, первое опоздание, первая лекция и… первый человек, с которым он заговорил. Везде. В каждом его первом воспоминании в этом городе был он. Человек, который словно специально делал всё возможное, чтобы как можно скорее закрепиться в его сердце. Человек, который, как казалось Нетейаму, сам делал первые шаги к нему навстречу, всё больше с ним сближаясь и всё сильнее врезаясь в его память. И что теперь? Когда старший Салли, наконец, осознал свои чувства и сделал шаг навстречу, по иронии судьбы произошло то, что разрушило всё хорошее, что так усиленно строил Нетейам всё это время? И теперь он вынужден обессиленно сидеть в машине, не понимая, что ему делать дальше. Разве это не похоже на злую и местами абсурдную шутку? Аонунг просто разрушил весь внутренний мир старшего Салли, его веру в то, что жизнь в новом городе может чудесным образом наладиться и прийти в норму. И это всё всего за одну секунду. Он просто растоптал его надежду на то, что он снова сможет стать по-настоящему счастливым. Один человек, всего один человек оказался способен на такое. Разве такое бывает? Нетейам вздохнул. Последние годы были, пожалуй, самыми сложными и неоднозначными в его жизни, и к очередному «сюрпризу» судьбы он был явно не готов. Быть может, произойди это всё не в новом городе или хотя бы просто не сейчас, то случившееся сегодня не произвело бы такого эффекта, оставив лишь легкий шрам как напоминание, что порой надо быть более аккуратным и осмотрительным. Но старший Салли был настолько морально и духовно измотан, что увиденное слишком сильно резануло по его не успевшему ещё зажить сердцу, оставляя глубокий порез, что саднил и не имел ни малейшего желания затягиваться. Сделав ещё один тяжёлый вздох и открыв глаза, ещё слегка подрагивающий Нетейам взял в руки свой мобильный телефон и, написав короткое сообщение Ло’аку, о том, что ему срочно нужно уехать, отбросил его в сторону, нажимая на педаль газа и выезжая на дорогу, что вела к его дому. Ему больше не хотелось видеть человека, ради которого он сегодня сюда приехал.

***

Вот уже целую минуту Аонунг, стоявший посередине зала, не понимающе смотрел на девушку, что страстно целовала его в губы на радость оживленной публике. Он находился в оцепенении, не до конца понимая, что происходит, пока члены его команды перешёптывались между собой, а девушки из группы поддержки задорно хихикали. Ротксо стоял с открытым ртом, пребывая в шоке от увиденного, а Паякан задумчиво поглаживал затылок, переводя взгляд то на Аонунга, то на Нетейама, что уже стремительно удалялся с трибуны. Ло’ак с удивлением смотрел на разворачивающуюся картину, ища в происходящем смысл и хоть какое-то объяснение. Он переводил взгляд с Аонунга то на Цирею, что удивленным взглядом смотрела на старшего брата, не зная, как реагировать на то, что она видит, то на Нетейама, что уже, к его огромному удивлению, подходил к выходу из зала. Ло’ак попытался несколько раз позвать своего старшего брата, но всё было безуспешно: его голос каждый раз растворялся в толпе. Во всей этой суматохе в голове капитана «морских львов» стоял оглушающий звон, а в глазах было мутно. Ему казалось, что он находится во сне, в котором он лишь сторонний наблюдатель, неспособный пошевелиться. Послышался свисток и это было единственным, с учетом многочисленных криков Ло’ака, что помогло Аонунгу прийти в себя и отстраниться. Резким движением он буквально оттащил от себя стоящую рядом девушку, заглядывая в её карие глаза и крича: — Ты что, твою мать, творишь?! — на лице парня виднелся оскал. — Ещё и при всех. Ты вообще обезумела? — Аонунг, ну что ты как маленький, — девушка сделала шаг навстречу, сокращая и без того мизерное расстояние, на что парень резко отскочил от неё как от прокажённой. — Не подходи ко мне! Чёрт! Где он? — Ну я же видела, как ты на меня смотрел всю игру, пока мы стояли возле трибун. Чего ты строишь из себя недотрогу? Раньше ты таким не был, — девушка успела подойти к Аонунгу, что на секунду потерял бдительность, безуспешно ища глазами Нетейама, и чмокнула его в щёку. На этом моменте парень, что не терял надежды отыскать в толпе Салли, практически зашипел, вновь отстраняясь и на секунду отводя взгляд от трибуны. — Я в последний раз тебя предупреждаю, — Аонунг наклонился и зло посмотрел в сторону светловолосой девушки. — Отвали. От. Меня. Немедленно. Не дав высказаться навязчиво липнувшей к нему девушке, что уже было открыла рот для очередной глупости, Аонунг со всех ног побежал в сторону выхода, где пару секунд назад среди выходивших им была обнаружена макушка старшего Салли, оставляя ребят из его команды, и Ло’ака в частности, в недоумении. Протискиваясь в толпе людей и тем самым застревая на всех поворотах, Аонунг тяжело вздыхал и тихо матерился, не веря в то, что произошедшее сегодня реальность, а не самый абсурдный сон в его жизни. Он совершил за свою жизнь множество ошибок, и одна из них сегодня стояла посреди поля с надутыми губами и воображаемой кувалдой, что в одно мгновение разрушила всё, что он всё это время пытался выстроить рядом с Нетейамом. Как же Аонунгу хотелось в эту секунду владеть волшебной силой или хоть чем-то, что могло бы помочь расчистить ему путь и стереть старшему Салли несколько мегабайт памяти о сегодняшнем дне. Спустя несколько минут нескончаемых попыток, Аонунг, наконец, достигнул цели и выбежал на парковку, взволнованно осматриваясь и на повороте замечая уже отъехавшую от университета машину Нетейама. Выругавшись и топнув ногой, Аонунг обессиленно вздохнул, поднимая голову к небу. Сейчас телефон, благополучно оставленный парнем в раздевалке перед игрой, был бы весьма кстати.