Вызволение

      Отдаляясь от площади Окаменения и Боунсборо, посох немного снизился к земле и уменьшил свою скорость, позволяя Хантеру и Филиппу прочувствовать блаженство спокойных Кипящих Островов, где нет власти Совиной Императрицы и «воли» Великого Хути. Виттебейн уже совсем не боялся полёта, и словно ребёнок в блаженстве прикрыл глаза, наслаждаясь необычайно лёгким ветерком со стороны Кипящего моря, трепещущим волосы и обдающим лицо теплом.       — Филипп, мы уже скоро будем на месте, — сообщил Хантер, глядя на башенку Дома Титана впереди. Виттебейн открыл глаза и посмотрел туда же, затем хмыкнул.       — Вот странно… Мне всегда казалось, что здесь расстояние больше.       — Если вы перемещались только пешком, то это не удивительно, — отметил парень, и вдруг резко повернул посох, направляя его строго к земле, видневшейся между крон деревьев. Филипп вздрогнул от неожиданности и ухватился за посох обеими руками.       — Зачем это?!       — Я не знаю! — выпалил Хантер в ответ. — Он сам ведёт нас туда!       — Сам?! Хлебушек, а ну перестань! — повысил голос мужчина, когда посох чуть не врезался в дерево, но вовремя увернулся, обогнув то по дуге. Палисман не слушался хозяина, полностью взяв контроль и направляя двоих пассажиров туда, куда сам считал нужным.       Земля была уже совсем близко, а по ней в сторону побережья проходила широкая тропа. Оказавшись ровно над ней, Хлебушек снова ожил, становясь птицей и пролетая дальше. Посох в мгновение исчез, и человек с гримволкером приземлились на ноги, чуть не рухнув при этом лицом вниз, но благо высота была совсем небольшой. Красный кардинал что-то громко защебетал, начиная кружиться вокруг Хантера, призывая того следовать за ним. Филипп нахмурился и строго взглянул на палисмана, но тот ничуть не отступился от своих планов, а даже наоборот, стал щебетать и звать идти за собой с удвоенной силой.       — Бесполезно. Он не собирается вести нас к Дому Титана по воздуху… — вздохнул Хантер, повернувшись к человеку и разведя руками.       — Значит, пройдёмся пешком, — сухо констатировал Филипп. — Но я тебе это припомню, Хлеб…       — Хлеб? Хантер издал тихий смешок и пошёл вслед за Виттебейном по тропе.       — Сокращённо от Хлебушек, — ответил мужчина, когда Хантер с ним поравнялся. — Брат его так назвал. Уж точно не помню, почему… но вроде это случилось тогда, когда палисман украл кусок хлеба и склевал его вместе с другими птицами. Калеб как раз думал над именем и тут оно само родилось на свет.       — О-ого, — удивился парень, на миг задумавшись о том, почему дал Флэпджеку такое имя. Оно определённо означало оладья. Но любил ли Флэпджек оладья на самом деле?       Из раздумий Хантера вытянул радостный щебет Хлебушка. Тот летал рядом и часто сближался то с гримволкером, то с человеком, будто поочерёдно им что-то рассказывая. Филипп лишь хмыкал в ответ, продолжая невозмутимо идти в направлении Дома Титана.       — Это так странно. Здесь вы с ним хорошие друзья, а в моём мире Белос… он… — голос Хантера предательски дрогнул, хотя парень и считал, что уже смог пережить ту потерю. Филипп всё прекрасно понял и без слов.       — Соболезную твоей утрате. Если этот ваш Белос сделал такое, то какая же он всё-таки сволочь, — гневно бросил мужчина, но быстро усмехнулся и добавил в привычной манере: — Он бы прекрасно спелся с нашей Императрицей. Были бы самой ненавистной парой на Кипящих Островах! Ну, может, второй самой ненавистной после Одалии Блайт и её бизнеса… Но ты меня понял! Хантер быстро кивнул, а сам в это время ещё сильнее погрузился в раздумья.       — Ты явно о чём-то ещё размышляешь, — произнёс вслух Филипп, когда Хлебушек сблизился рядом с ним и вновь что-то нащебетал.       — Ваш… Твой брат, — парень поднял глаза на человека и неожиданно остановился. — Что с ним произошло? Виттебейн вздрогнул от такого вопроса и растерянно протянул:       — Откуда?..       — Ты — другая версия Белоса, — осторожно напомнил Хантер. Филипп поджал губы и вдруг нахмурился.       — Ладно. И что же с братом сделал тот Белос? Вопрос прозвучал словно гром среди ясного неба. Устоявшаяся безмятежность пошатнулась, когда в мысли гримволкера закралось… только лишь закралось… предположение, что Филипп мог убить своего брата и здесь. В конце-концов, раз в этом мире есть стервозная Одалия и существует палисман Калеба — птица красный кардинал, пусть и с другим именем, значит, не абсолютно всё перевернулось с ног на голову относительно обычного мира.       Филипп внимательно смотрел на парня, вгрызаясь в его душу типичным «белосовским» взглядом и читая парня, как открытую книгу. Своей мимикой, эмоциями, дрожащими и нервными движениями Хантер рассказал Виттебейну всё, чтобы сделать ответ на вопрос исчерпывающим даже без самого ответа как такового. Даже Хлебушек рядом затих, испугавшись такого серьёзного и непривычного выражения лица человека.       — Вот же греховный псих… — наконец выдавил из себя мужчина и, махнув Хантеру рукой, быстро двинулся вперёд. Парень только успевал догонять.       Впереди скоро показался Дом Титана и Хантер обрадовался, что Хлебушек «приземлил» их не так уж и далеко. Но Филипп свернул в сторону от главной дороги, поворачивая голову и кивая парню, чтобы тот продолжал следовать за ним. Любопытство пересилило и гримволкер шагнул с тропы, догоняя Виттебейна рядом с небольшой, освещаемой солнцем поляной, заросшей ярко-красной травой. Встав рядом, Хантер посмотрел вперёд и чуть не открыл рот от удивления. Посреди поляны был насыпан искусственный холмик, в основании которого стоял деревянный крест. Там же на холмике лежала деревянная табличка с вычерченным на ней именем: Калеб Виттебейн.       Хлебушек приземлился на могиле и грустно чирикнул, на что Филипп молча кивнул. Хантеру вдруг стало очень стыдно. Стыдно, как никогда раньше…       — П-прости… Я совсем не подумал, спрашивая о таком.       — Всё хорошо, Хантер, — Филипп улыбнулся, но это была не наигранная, а полностью искренняя эмоция. Возможность поделиться своей историей ещё хотя бы с одним знакомым придавала человеку уверенности и смирения. — Мы с Калебом попали на эти острова несколько сотен лет назад. Нас растили в религиозной и очень консервативной общине, поэтому с детства мы были готовы защищать всё, чем дорожим, включая друг друга, от сил зла. От ведьм… демонов… тёмного колдовства. Мы знали, что все эти вещи реальны, и что только слово Бога способно искоренить эту погибель с лица Земли.       — Так считал и Белос.       — Естественно, — хмыкнул Виттебейн. — С кем поведёшься, от того и наберёшься. Вот и мы с братом ведьм ненавидели и готовились ко встрече с ними. Пока одна из них всё-таки не объявилась в Грейвсфилде и в наглую не украла братца…       — Она увела его на Кипящие Острова?       — Да. Через арку, — Филипп снова усмехнулся. — Как раз ту самую, из которой вы с подругой попали сюда. Думаю, она стояла здесь ещё задолго до моего рождения… Возможно, когда-то это был постоянный портал между Мирами Людей и Демонов.       — Но откуда ты…       — Годы изучения и разных экспериментов, — Филипп легонько постучал пальцем по голове. — И Калеб мне помогал в этих изучениях. Разумеется, когда я нашёл его здесь, спустя много времени…       — Ясно, — Хантер понятливо кивнул, но вдруг его глаза расширились и наполнились свойственным ему юношеским любопытством. — Так ты правда отыскал Калеба?       — Удивительно, не правда ли? Портал ещё работал, когда я бросился в погоню за ведьмой. Только куртку и успел захватить с собой… Так я оказался на Кипящих Островах, и сперва… закономерно посчитал их адом. Кругом были страшные и непонятные мне твари, магия была реальна, а сам я находился не на простой земле, а на теле огромного древнего Титана. Стоит ли говорить, что тогда я чуть не лишился рассудка. Да ещё и погряз в злой магии, которую сам же ненавидел. Мужчина отогнул рукав своей куртки, показывая тонкие полоски шрамов, которыми его рука была иссечена чуть более, чем полностью. Шрамы складывались в замысловатую комбинацию глифов, но в некоторых местах эта комбинация была разорвана более новыми и менее ровными порезами.       — Пришлось вырезать всё это «чудо» на собственной коже, чтобы не откинуть ноги в опасной среде. А чтобы магия не разорвала меня изнутри, пришлось искать подпитку…       — Поэтому ты стал есть души палисманов? — догадался Хантер.       — Поначалу — да. Пока совесть не замучила, а вдобавок я не схватил побочное проклятие, из-за которого был вынужден постоянно стабилизировать себя «дикой» магией, — Филипп вздохнул и покосился на Хлебушка рядом, который недовольно зачирикал при упоминании подпитки. — Но сейчас мне хватает и обычных веток палистрома. Преимущественно хватает…       — Рад это слышать, — облегчённо выдохнул Хантер.       — Ты не представляешь, а как я этому рад, — с прежним задором протянул Филипп. — Столько этой чистой древесины потребляю, что даже старая сова умудрилась мне замечание сделать. Но и поделом. Хантер улыбнулся и вновь согласно кивнул.       — Эй, вы там застряли что-ли?.. — раздался отдалённый голос Кикиморы. Демонесса увидела Хантера с Филиппом, повернувших с тропы, и сейчас направлялась к ним с очень хорошими вестями. — В таком случае, спешу вас скорее обрадовать!..       — Титан… Я забыл сказать! — хлопнул себя по лбу парень. — Пока я отсутствовал, Кикимора с Луз занимались ремонтом портала. Значит, мы скоро сможем вернуться!       — Не сможете, — внезапно мотнул головой Виттебейн, тут же словив на себе вопросительный и немного испуганный взгляд Хантера. — Вам понадобится кровь Титана.       — Но… где мы её возьмём? Филипп ухмыльнулся, разворачиваясь на голос Кикиморы. Хлебушек тем временем приземлился на плечо Хантера и ободряюще защебетал.       — Всё верно, Хлеб, — кивнул человек. — Попросим кровь у самого Титана.