The Long Road to Nowhere / Долгий путь в никуда

      Северус кашлял, когда выходил из камина. Каким-то образом он умудрился наглотаться сажи во время передвижения, хотя это было невозможно. И из-за вращения его подташнивало. Он пытался подавить тошноту и наклонился к раме камина, все еще откашливаясь, в то время как Блэки ждали. Было как минимум неловко.       — Ты говорил, что умеешь пользоваться летучим порохом, — съязвила Вальбурга, когда его кашель наконец-то стих. Мальчик почувствовал, что его щеки алеют.       — Извините, мадам. Обычно я умею.       — Хмф.       Когда Снейп собирался еще раз извиниться, Орион положил руку на плечо своей жены.       — Ну-ну, Бурга. Он научится, — а потом добавил, — Северус, не двигайся. Тебе нужно очиститься, пока сажа не попала на ковер.       Юнец сглотнул и повиновался: щеки горели и были красного оттенка, как в гербе гриффиндорцев, и он позволил заклинанию очистить его от грязи. Северус почувствовал себя попрошайкой, который пришел просить милостыню в слишком шикарном доме для него, хотя это место и близко не было таким роскошным, как Малфой-менор. Главное отличие было в том, что в поместье Малфоев ему были искренне рады. А здесь… не так уж.       — Стало лучше, — пробормотал Орион, как только последние пятна исчезли, — теперь, присоединишься ко мне в приемной? Мне нужно осведомить тебя насчет защитной системы.       — Да, сэр, — ответил мальчик, не будучи в состоянии взглянуть на своих новых опекунов. Вместо этого он осматривал комнату, в котором они находились.       Окон в помещении не было, зато пространство было довольно просторным и скромно оформленным. Очевидно, комната была рассчитана не для времяпровождения, а чтобы через нее перемещались в другие части дома; там почти не имелось ничего из мебели, кроме узкого столика у камина, зато имелись двери. Их было четыре, если быть точным. Некоторые из них были более изящнее и шире, чем другие, и все они были изготовлены из темного, полированного дуба. Напротив камина также стояла лестница — так же изготовленная из темного дуба, подходящая к дверям. Ступеньки вели как вверх, так и вниз. Стены же были покрыты искусно нарисованными картинами, самой большой из которых являлся детальный портрет Вальбурги Блэк. Он отнюдь не был нарисован как-то грубо или плохо, но каким-то образом так и изучал дискомфорт.       От того, что Вальбурга в портрете глядела на него презрительно, лучше не стало.       Северус проигнорировал картину и последовал за Орионом в одну из более изящных дверей. Они оказались в уютной приемной комнате с несколькими креслами и пышным персидским ковром. Здесь стены также были увешаны картинами, на этот раз большинство из них оказались пейзажами. Все живописи являлись магическими, и это означало, что нарисованные деревья немного двигались при воображаемом ветре и облака медленно перемещались по невероятно синему небу. Северус чувствовал, будто он находится в комнате, полной окон, каждое из которых показывает кусок разных реальностей, отличающихся друг от друга.       — Они довольно-таки гипнотические, — услышал мальчик голос лорда, — большинство находит их успокаивающими.       — Действительно.       — Я так понимаю, в родительском доме не было никаких магических картин?       — Ни одной, сэр.       — Понятно… Это в духе Эйлин. Верно. Присаживайся, пожалуйста.       Северус сел на одно из кресел и положил руки на колени. Как и в той комнате, ему было трудно смотреть на своего нового опекуна — на отца Сириуса Блэка, и Мерлина ради — в его глаза, поэтому он сосредоточился на картине позади Ориона. На ней было изображено штормовое море и небольшая лодка. Лодка пыталась удержаться на плаву посреди высоких волн.       — Может чаю, Северус? Я знаю, что мы только недавно выпили, но…       — Нет нужды, сэр. Все совершенно нормально.       Лорд Блэков кивнул.       — Ну что ж, о защите. В этом доме сложная система защиты, Северус, и тебе нужно знать основы, если собираешься проживать здесь.       — Хорошо, сэр.       — Отлично. Теперь не двигайся…       Орион взял палочку и тихо начал произносит заклинание. Северус почувствовал покалывание кожи; оно началось с кончиков пальцев и распространилось на грудь. Это было немного щекотно, но не настолько, чтобы Северус почувствовал себя неуютно. Когда заклинание прекратилось, ощущение тепла распространилось по животу.       — Это будет внешняя защита… Теперь, протяни мне руку, пожалуйста. Не ту руку, которой обычно держишь палочку.       Северус взглянул на Ориона. Выражение лица мужчины было серьезным и, безусловно, не выглядело враждебным, но это сбило Северуса с толку. Даже с явной разницей в возрасте, Орион был очень похож на своего старшего сына, а Сириус никогда не смотрел с таким нейтральным выражением лица. Это было странно. И жутко. И немного неправдоподобно.       Северус попытался стряхнуть это чувство и протянул свою левую руку лорду. Несмотря на тревожность, он чувствовал себя немного сонным и вялым. Сочетание успокоительного и защитного заклинания, очевидно, взяли свое.       Северус наблюдал, как Орион касался его запястья палочкой, проговаривая еще одно заклинание. Затем мужчина взял что-то из своего кармана — серебристое и тонкое — и обернул его вокруг запястья Северуса. На вид простая цепь, сделанная из переплетенных серебряных звеньев.       Орион пробормотал заклинание, и цепь расплавился в коже Северуса. Это ощущалось как течение воды — не горячей, не жесткой, а простой… воды. Ощущение длилось всего несколько секунд, а потом цепь превратилась в тонкую серебряную метку. Северус убрал свою руку с ладони мужчины и осмотрел отметину; она обвила его запястье тонкой серебряной линией, все равно что татуировка. Только вот Северус никогда не видел татуировку такого цвета.       — Это аварийный портключ, — сказал Орион, — он есть у всех Блэков. Если ты попадешь в большие неприятности, дотронься до метки и произнеси 'therestral'. Ты окажешься прямо здесь.       Северус кивнул, но ничего не сказал.              — Он также действует как идентификация для некоторых систем защит в этом доме. Другие же распознают твое магическое ядро. С этого момента у тебя будет доступ к большинству комнат в этом доме, однако, избегай тех дверей, которых не можешь открыть. Есть причина, по которой они не могут быть достигнуты. Кроме того, никогда не приводи гостей домой, временно не вводя их магическую подпись в системе защиты; в противном случае, их… будет ждать неприятный сюрприз. Я могу позже научить тебя, как вводить гостей в защиту.       — Спасибо, сэр.       — Не стоит благодарности. Итак, перед тем, как ты отправишься распаковывать вещи, хочу сказать тебе, что есть несколько правил, которых нужно придерживаться.       — Да, сэр.       — Уверен, что не хочешь чашку чая?       — Совершенно точно, сэр.       — Замечательно, — сказал Орион и откинулся назад в кресле, — правила в этом доме вполне очевидны для большинства, но они могут удивить такого полукровку, как ты. Мы не будем наказывать за случайное нарушение правил в процессе обучения, но если ты нарушишь их сознательно, будут последствия. Если не уверен, что делать в той или иной ситуации, смело обращайся либо ко мне, либо к моим сыновьям.       — Да, сэр, — ответил Северус. Его отец тоже устанавливал правила. Было облегчением столкнуться с чем-то знакомым во враждебном родовом доме Блэков.       — Хорошо. Правило номер один: этикет. Ты вот-вот станешь членом древнего и благородного рода, а это означает, что ты обязан вести себя подобающе. Всегда будешь вежливым и будешь строго следовать этикету при общении с людьми вне нашего рода. При общении с семьей можешь быть менее формальным, но твой репетитор будет рассматривать эти различия с тобой.       Ладно, это, конечно отличалось от установленных Тобиасом правил. Несмотря на это, Северус согласно кивнул. Это место не являлось Паучьим Тупиком, в конце-то концов.       — Второе правило: одежда. Как член этого дома, ты не будешь носить одежду магглов. Ни в коем случае. Я думаю, что наследник Малфоев уже купил тебе некоторые базовые мантии, но мы должны пересмотреть их и приобрести некоторые дополнительные одеяния, если потребуется. Если у тебя в багажнике осталась маггловская одежда, отдай ее Кричеру — нашему домашнему эльфу и он их сожжет. Если я или любой другой член этого дома поймает тебя в маггловской одежде, будь то дома, в школе или в другом месте — будут последствия. Я ясно выразился?       — Да, сэр, — проговорил Северус, сглотнув ком. Мысль о ношении только мантии была… тревожной. Некоторые брюки магглов легко предотвратили бы его унижение в тот день на Черном озере. Он часто так думал. На самом деле он носил брюки под мантией с тех пор. Ну, видимо, после этого дня перестанет.       — Вот и хорошо. Помни о том, что внешний вид имеет значение; никогда не появляйся в лохмотьях или грязной одежде.       Орион глубоко вдохнул, прежде чем продолжить.       — Третье правило: компаньоны. Можешь свободно общаться с любым, независимо от их факультета в Хогвартсе или чистоты крови, но помни, что грязнокровкам в этом доме не рады. Было бы лучше, если бы ты общался в основном с чистокровными, но мы не будем вмешиваться в твои отношения с полукровками и грязнокровками, пока знаешь свое место. Ты, в первую очередь, теперь Блэк, Северус. Веди себя соответственно.       — Есть, сэр, — ответил Северус. Дела же обстояли немного не так, как он думал. — Но… я думал, Блэки не связываются с маглорожденными.       Орион кивнул головой.       — Ну, многие из нас избегают их. Особенно те, которые строго относятся к чистоте крови — моя жена, например. Но есть расхождения во мнениях между людьми, и как глава этого дома, я чувствую, что ограничение круга общения только с чистокровными породило бы… ограниченное восприятие мира. Важно знать своих врагов, особенно в политике. Мы можем их не переваривать, но и от них есть польза.       — Я понял.       — Я уверен, что это так. Правило четыре: учеба. Как член этого дома, от тебя ожидается только «Выше Ожидаемого», когда дело доходит до оценок. Еще лучше если будет «Превосходно», и кстати, за них, ты получишь награду. Мне сказали, что ты довольно умен, в академическом плане; с этим у тебя не должно возникнуть проблем.       — Полагаю, что не возникнет. Я занимаю верхние строки рейтинга в своем классе по большинству предметов.       — Так я слышал. Наследник Малфоев сказал мне, что ты особенно преуспеваешь в зельях. Тебя может заинтересовать, что у нас есть лаборатория внизу — можешь использовать ее, если все сложится хорошо. А там видно будет.       Орион улыбнулся Северусу. Это было почти дружелюбно, и это сбило с толку Северуса еще больше, чем он уже был. Мысль о дружелюбных Блэках была непостижима для него. (Ну, хоть была еще Нарцисса, но каким-то образом Северус не классифицировал ее как Блэк. Она была слишком дружелюбна, чтобы быть одной из них.)       — Теперь, к последнему правилу: следи за собой. Как член этого дома, предполагается, что ты будешь питаться и отдыхать надлежащим образом. Тебя также ждут на ужине каждый день в 17:00, и если не посетишь его, будут последствия.       Значит, Северусу придется ужинать каждый день с Сириусом, мать его, Блэком? Просто потрясающе.       — Да, сэр, — сказал мальчик. Орион кивнул.       — Хорошо. Также имейте в виду, что забота о себе включает в себя купание. Каждый день. В том числе и твои волосы, — промолвил мужчина, глядя на жирные пряди Северуса, — мне доложили, что в твоем маггловском доме отсутствовал водопровод, но здесь все по-другому. Ясно?       — Да, сэр.       Улыбка Ориона стала шире.       — Чудесно, просто чудесно. КРИЧЕР!       Послышался хлопок, как старый домовик аппарировал в комнату. На нем было надето старая наволочка, а на голове — прочная чайная баба.       — Да, хозяин Орион?       — Вещи Северуса прибыли из поместья Малфоев?       — Прибыли, господин, — ответил эльф, охотно кивая, — Кричер перенес их в комнату нового хозяина.       — Отлично. Теперь, не мог бы представить дом Северусу? После этого оставишь мальчика в его спальне, чтобы он мог распаковать вещи.       — Есть, хозяин, — сказал домовой, — хозяин Северус сейчас пойдет с Кричером?       Не дожидаясь ответа, эльф вышел через дверь в холл.       — Давай, — вымолвил Орион и помахал рукой, — он тебе все покажет.       Северус кивнул, встал и последовал за домовиком.

_______________________________________________________

      Кричер прошелся с Северусом по площади Гриммо. Дом был большим и мрачноватым, но прежде всего высоким. Всего было четыре этажа* и цокольный этаж, которые были соединены с помощью угловатой винтовой лестницы посередине.       Планировка самого дома была довольно проста. На первом этаже располагался просторный (и, по мнению Северуса, слишком безвкусный) обеденный зал, а также приемная комната, в которой Орион принимал Северуса. Этажом выше была гостиная и несколько гостевых спален, одна из которых была отдана Снейпу. На верхних этажах размещались в основном спальни, а также знаменитая библиотека семьи Блэк. Мальчик почувствовал, как его глаза выпучились при виде драгоценных и редких книг, расставленных от пола до потолка в темных деревянных книжных полках. Он уже мог представить себя, поглощенного пожелтевшими страницами старинных томов.       Также имелся сад, хоть он был маленьким и огражденным высоким забором, окна спальни Северуса выходили в него. Юноша прищурился и посмотрел через стекло; если он не ошибался, некоторые растения, украшающие небольшой сад, несомненно использовались в зельях. Возможно Блэки сами выращивали ингредиенты? Или же это были просто дикие растения, растущие вблизи магической деятельности? Многие волшебные растения нуждались в магии с избытком для существования — вот столько было известно ему. Это было причиной того, почему ему не удалось найти в Коукворте по-настоящему волшебные ингредиенты для зелий.       Мальчик вздохнул и обернулся к своему чемодану. Честное слово, это ощущалось, будто он вечность распаковывал содержимое в чемодане, но каким-то образом тот до сих пор был наполовину забит одеждой. Какое бы волшебство Толби не наложил на эту проклятую штуку, оно было мощным. Северус клялся, что не видел и половины того, что находил в своем багаже.       В каком-то смысле это было мило. Покупка вещей — это один из способов выразить заботу от Люциуса. Снейп теперь понимал это. Блондин также был довольно изворотливым в этом вопросе: он знал, что Северус отказался бы от большинства подарков, даже если они являлись строго необходимыми по стандартам Малфоев. Именно поэтому наследник рода Малфоев выбрал скромное белье и хлопчатобумажные мантии и подсунул их в чемодан своего друга. Мальчику незачем было отказываться от подаренных вещей, когда дарившего не было видно, не так ли? Кроме того, юноша сомневался, что наследник Малфоев принял бы их обратно, даже если бы он находился рядом.       Снейп слабо покачал головой и ласково накинул еще одну мантию на вешалку. Ладно, ему нравилось носить одежду хорошего качества. Кому бы не нравилось? Они были теплыми и юный маг не чувствовал себя жалким во время ношения таких мантий, в отличие от потрепанных, какие он носил обычно. И было приятно осознавать, что кому-то было не все равно.       Положив вещь в шкаф, который был сделан из темного дерева, как и вся мебель, он пошел к следующему предмету одежды. Даже со всей этой одеждой в шкафу до сих пор было пространство. Остальная часть его спальни также была… роскошной, мягко говоря. И просторной. По крайней мере, по сравнению с комнатой в Паучьем Тупике.       Стояла большая кровать с балдахином зеленого и серебряного цвета — расцветка Слизерина. Рядом с окном стоял письменный стол, так что он мог учиться и глядеть в сад одновременно, и также тумбочка с резными воронами, похожими на те, что на гербе семьи Блэк. **       Это было приятно. Очень. Северус почти чувствовал себя желанным в теплой, уютной комнате. Но опять же, он никогда не был по-настоящему желанным где-либо, не так ли? Меньше всего в доме Блэков. Хотя Орион казался довольно доброжелательным.       Мальчик покачал головой, сложил одежду в шкаф и взял сразу же другую мантию. Люциус, по-видимому, по полной поигрался с цветами или, по крайней мере, так считалось по меркам Северуса. Юноша уже успел найти зеленую мантию с медными вставками, а также синюю с золотыми. Теперь он держал белую льняную мантию, такую тонкую, что больше походила на ночную рубашку, чем на повседневную одежду. Северус чуть не рассмеялся вслух.       Он был настолько поглощен своими мыслями, что не услышал, как открывается дверь. Даже если бы услышал, то это ничего не изменило бы, размышлял мальчик позже. Он был в ловушке, во всяком случае.       — Привет, Нюниус, — раздался ровный голос, очень знакомый и жестокий.       Северус обернулся и взглянул на нарушителя покоя. Прислонившись к раме двери его спальни, стоял Сириус Блэк с самодовольной ухмылкой, держа палочку в правой руке. Внезапно это стало всем, что он мог видеть.       Он замер. У Блэка была палочка. А у него нет; его палочка валялась где-то в чемодане, до сих пор не обнаруженная.       «Черт.»       — Блэк, — прошипел, едва слышно.       Усмешка гриффиндорца стала шире.       — Ох, не такое отношение нужно показывать к своему жениху, — проговорил самодовольно, — скажи, подпрыгивал ли ты от радости, когда услышал, что женишься на мне? Думаю, что да. Ты бы использовал всех и любого, чтобы подняться по социальной лестнице, в конце концов. Настоящий золотоискатель, не так ли.       — Иди к черту, Блэк.       — Ох, я думаю, что пойду. Только вот не сейчас. У меня дома есть один грязный шипящий кот.       Наследник Блэков подошел ближе к Северусу, держа палочку.       — А коту — чтож, думаю нужно напомнить о его месте… Инкарцерус.       Прежде чем Снейп успел среагировать, он почувствовал, как его обвивают веревки, из-за чего он потерял равновесие и упал на пол. Мальчик ударился головой об угол шкафа во время падения.       — Теперь кот шипит намного меньше, — мурлыкал Блэк, шагая навстречу Северусу, — Скажи мне, Нюнчик, ты практикуешь шипение с бродячими кошками? Они единственные, кто хочет поговорить с тобой? Ох, бедненький маленький Нюниус.       Слизеринец нахмурился и подавил желание плюнуть Сириусу в лицо. У гриффиндорца была палочка в руке и, зная его, он не колеблясь проклянет его.       Блэк был опасным.       — У тебя будут проблемы из-за использование магии вне школы, — произнес мальчик.       На это другой юнец только рассмеялся.       — Неужели? Ох, Нюнчик. Мы находимся в доме, полном взрослыми волшебниками. Министерству насрать, чем я занимаюсь в этом доме. Зачем им это?       Северус впился взглядом в гриффиндорца, пытаясь определить, блефовал он или нет. Не похоже, что он врал.       — Чего ты желаешь? — прошипел он тогда.       На этот раз Блэк фыркнул. Сириус приложил руку к лицу Северуса, улыбаясь еще шире, когда он вздрогнул. Старший поцарапал щеку Снейпа большим пальцем в издевательской ласке.       — О, я много-чего желаю, — взбешенный гриффиндорец рычал, — чтобы ты ушел, во-первых. Но, этого не произойдет, если я правильно понимаю. Поэтому…       Большой палец на щеке Северуса давил сильнее и больше не было никакого намека на ласку.       — Если ты не уходишь, то я заставлю тебя вести себя хорошо. Сегодня мы установим несколько правил, Нюнчик.       — Как будто я договариваюсь с такими, как ты!       — О, ты сделаешь это.       Большой палец остался на щеке Северуса, но вскоре новое ощущение привлекло все его внимание.       Блэк давил кончиком палочки под подбородком Северуса.       — Скажи мне, Нюнчик, с каким проклятием ты хотел бы познакомиться сегодня? Хм-м? Ты так много знаешь о них, не так ли? Особенно темные. Контракт о помолвке ничего не говорит о причинении вреда фиктивному партнеру. Я мог бы просто избавиться от тебя… Сегодня. И наконец покончить со всем этим. Ужас пришел к Северусу с ползучей медлительностью, начиная с небольшого покалывания в животе, прежде чем заполнить его легкие. Умиротворяющий бальзам вышел из его организма, это было очевидно.       — За это ты попадешь в Азкабан, — сумел сказать он.       Блэк хихикнул.       — Попаду ли я туда? Я сомневаюсь в этом. Блэки имеют большое влияние на авроров, уверяю тебя.       Его щеку снова ласкали, но вместо утешения, появилось чувство будто на него нападали.       Теперь же, гриффиндорец наклонился и шептал прямо на ухо Северуса.       — В этом доме много полезных артефактов. Я мог бы использовать любой из них на тебе и заявить, что ты убежал. Это было бы правдоподобно. Все знают, какой ты трус. Никто не станет тебя искать.       Северус начал дышать с задержкой. Этого не случится. Этого не могло произойти. Это, черт возьми, было невозможно.       — Ты никого не убьешь, — прошептал он с усилием. Он и сам не верил в собственные слова.       — Ты уверен? — прошептал Блэк. Его губы коснулись уха Снейпа, — Кажется, я уже пробовал однажды.       Северус теперь паниковал. Он знал, что Сириус Блэк — сумасшедший мерзавец, но эти угрозы были… ужасающими. Обычно Северус отмахивался от них, как от лая и без укуса, но теперь он не был так уверен.       Как сказал Блэк, он уже пытался однажды.       Воспоминания из Визжащей Хижины мелькали перед глазами мальчика. Клыки, рычание, крики. С тех пор ему снились кошмары об этом инциденте.       — Чего… ты… желаешь, — прохрипел он, едва в состоянии говорить. Мальчик дрожал, в мыслях пробегая милю за минуту.       — О, так у нас есть взаимопонимание, — слышал, как говорил Сириус, — Ну тогда…       Он убрал большой палец со щек Северуса, но палочка осталась на месте.       — Я хочу, чтобы ты дал мне несколько клятв, Нюнчик. Непреложных. Тех, которых ты не можешь нарушить.       — Какие… клятвы?       Блэк теперь самодовольно улыбался, показывая свои идеальные зубы.       — Ты поймешь, — пробормотал он, начиная создавать заклинание.       Это было заклинание, которого Северус раньше не слышал. Он узнал что-то то тут, то там, но в целом это было трудно понять. Либо это была действительно продвинутая магия, либо она была архаичной, или и то, и другое.       Через некоторое время Блэк вернулся к английскому языку.       — Клянешься ли ты, Северус Тобиас Снейп, что никогда не будешь практиковать темную магию, иначе твоя магия будет утрачена?       Слизеринец впился взглядом в другого мальчика. Сириус заставлял его дать клятву собственной магией в качестве залога? Черта с два!       Юноша отрицательно покачал головой.       Палочка под подбородком впился глубже.       Блэк встретился с ним глазами, совершенно точно выглядя так, будто он готов убить Северуса, если тот не подчинится.       Так что он подчинился.       — Я… клянусь.       Сириус кивнул.       — Да будет так.       Он снова начал произносить заклинание, и через некоторое время снова переключился на английский.       — Клянешься ли ты, Северус Тобиас Снейп, что никогда не присоединишься к делу чистокровных сторонников идеологии превосходства, будь то в политике или на поле боя, иначе твоя магия будет утрачена?       Палочка впился еще глубже.       — Клянусь… — прошептал он, едва слышно. Он так сильно дрожал, что было сложно говорить.       — Да будет так, — проговорил гриффиндорец и произнес конец заклинания.       Северус больше не мог вынести этого. Слезы застилали его глаза, и даже если он пытался их сдерживать, он не мог этого сделать.       Он чувствовал себя окончательно и полностью униженным. Блэк называл его Нюниусом в течение многих лет из-за того, что он однажды заплакал, когда ему было 11 лет. И теперь Северус снова это делал, хныча перед своим мучителем.       — Ну-ну, — он слышал мурлыканье Блэка, — нет нужды паниковать, уважаемый Нюнчик.       Палочка исчезла из-под подбородка, но он этого не заметил. Однако он заметил, что руки гладили его волосы, а ногти впивались в кожу головы.       — Ш-ш-ш, — послышалось жестокое, насмешливое воркование, — я считаю, что мы хорошенько поладим, не так ли? Да, мы поладим.       Руки какое-то время продолжали гладить по его волосам, пару раз блуждая, чтобы вытереть со щек слезы. Это было оскорбительно. Это было унизительно. И он ничего не мог сделать.       Блэк молчал. Как и Северус.       Через несколько минут гриффиндорец наконец прекратил свои действия и встал. Он взглянул на что-то вне поля зрения Снейпа, ухмыляясь. Слизеринец не видел, что вытворял Сириус, но, судя по звукам и одежде, летающей по комнате, он рылся в его чемодане.       Мальчик хотел закричать, но звука не было. Чувствовал себя так, будто проглотил квоффл. Это было мучительно.       И тогда…       — Вот и оно, — проговорил Сириус, звуча очень довольно.       Северус повернул голову, но не увидел, что нашел Блэк.       Тогда он подошел ближе и показал ему. Юноша держал палочку Снейпа.       Северус застыл на месте, затаив дыхание.       — Думаю, на какое-то время подержу ее у себя, — усмехнулся Сириус, — нельзя, чтобы скользкие слизеринцы искали возмездия, не так ли?       Положив в карман палочку, он повернулся чтобы уйти.       Снейп хотел что-то сказать. Да что угодно. Однако было очевидно, что все слова ускользнули от него, оставив после себя только пустоту, наполненную гневом и криками. Но он не мог выпустить даже их. Как будто кто-то щелкнул выключателем, выключив его способность издавать любой шум.       Мальчик лежал на деревянном полу своей новой спальни и слушал, как шаги Блэка медленно подходили к двери, как повернулась дверная ручка, а затем ее опустили, как вычурная дверь из дуба закрылась едва слышным щелчком.

      Мальчик лежал на деревянном полу своей новой спальни и плакал, как будто ему снова было 11.