Sehnsucht

Багровый Это то, как все рушится. Помолвка — Деймон, я очень рада за тебя и все такое, но с какой стати ты решил, что я знаю размер пальцев Елены? — недоверчиво спрашивает Синтия, легонько постукивая пальцами по столешнице. — Ну, а кого еще я могу спросить? — угрюмо заметил Деймон. — Ведь ты знаешь её лучше всех. — Даже не знаю... — размышляет она. — Джотто и Елена могут быть родственными душами. Они так похожи. Он открыто гримасничает. — Не говори, — предупреждает он. — Никогда больше. Синтия смеётся и пристально смотрит на выставленные кольца, не обращая внимания на боль в своём сердце. — У тебя есть понравившееся? Лицо Деймона смягчается, и, ох, Туман так сильно влюблен, что от этого практически тошнит. — Сапфир посередине для её глаз, — говорит он ей, — и аметисты вокруг него для моих. — Ты просто душка. — улыбается Синтия, — Если бы только Алауди был здесь... — Закрой... Край — ... свой рот! — Деймон рычит, смертоносный изгиб его косы упирается в шею Синтии. — Нори-тян! — вскрикивает Тсуна. — Эй, отпусти ее! — рявкает Хаято. — Сореллона! — в ужасе и страхе кричит Ламбо. Кёя хмурится, Рёхей сжимает кулаки, у Хром расширяются глаза, а Мукуро холодно ухмыляется. Синтия не шевелится, не вздрагивает и стойко встречает взгляд Деймона, капли крови застывают на её шее. — Правда колит, да? — тихо шепчет она. — Я знала ее лучше всех. Когда он смотрит на нее, его взгляд безумен. — Думаешь, я не убью тебя? — Коса прижимается чуть ближе, и еще одна капля крови выступает наружу, медленно и тепло скатываясь по ее шее. — Это просто пиздец, — бормочет из угла забытый ранее Скуало, остальная Вария наблюдают за шоу со смесью тревожной жажды крови, несерьезного развлечения и холодной скукой. В глубине души Синтия соглашается. — Думаешь, я позволю тебе убить меня? — Когда это означало бы повторное разрушение её семьи. Деймон сужает глаза. — Ты... Ухаживание — ... дура. — Он ступает по дорогому ковру, хмурясь. — Почему ты выходишь замуж за этого неуклюжего идиота? Я знаю, что ты его не любишь. — Любовь - это ещё не все. Мужчина, настолько сильно влюбленный в её сестру, что готов сжечь весь мир и танцевать на его пепелище, смотрел на неё пустым взглядом. — Тогда почему? — Я хочу детей. — Вонголе понадобятся советники, когда ее не станет, а способность Норико генетическая и передастся тем, кто принадлежит к ее крови. Деймон выдохнул и грациозно опустился на стул. — Ты любишь кого-нибудь? — спрашивает он раздраженно. Ложь легко слетает с ее губ. — Нет. Ты... Жертвоприношение — ... дурак, — говорит Синтия и опытно разрывает иллюзию с блеском в глазах. Именно он научил ее противостоять иллюзиям. Деймон исчезает, и с этого момента начинается хаос. Численность, конечно, не в пользу Деймона, но это ничего не значит для Первого Хранителя Тумана, обладающим Пламенем Пустыни. За считанные секунды он накладывает на комнату слой за слоем иллюзии. Шимон - легкая добыча, ищущая, кого бы обвинить. С криками ярости и остекленевшими глазами они бросаются на Варию, которая сразу же отвечает насилием. Воздух моментально окрашивается кровью. Девятый окружен своими Хранителями. С безумным смехом и взмахом руки Деймон направляет оставшихся при сознании мафиози против них, и теперь они заняты отражением ударов мечей и пуль. Тсуна сбит с толку из-за своей особой восприимчивости к иллюзиям. Его Хранители ничуть не лучше. Границы размываются, и внезапно это становится свободной дракой, в которой никто не уверен, с кем сражается. Мукуро не заинтересован в участии, и Хром с беспокойством смотрит ему вслед. Глаза Реборна скрыты тенью шляпы, пистолет неподвижно держится в руке, когда противник за противником падают на его пути. И посреди всего этого время от времени появляется Деймон со смехом и своей косой. Иногда он использует чьи-то тела в качестве живого щита, но в основном сеет анархию и пожинает смерть. — Нори-тян! — зовет обеспокоенный Тсуна, глядя в направлении перевернутого стула. Пули обстреливают стулья, и он начинает пробираться к ним. Пламя высоко горит на его лбу, глаза пронзительного янтарного цвета. Его руки в перчатках сжаты в кулаки, и он выглядит величественно, уверенно и недосягаемо. Синтия защищена стеной из столов, почти на полпути через комнату. Её сердце пропускает удар, а затем застывает, когда мир искажается, знакомый смех звучит в её ушах. Он быстр, но она быстрее. Она - Судья, и именно на это он рассчитывает. Пока не будет достигнута ничья или победа Синтия может только ждать. Таковы правила, несмотря на то, что у нее больше всего шансов победить его, поскольку его иллюзии на нее бесполезны. Но она и раньше их нарушала. Когда Деймон взмахивает своей косой на этот раз, она проходит прямо через середину ее груди с тошнотворным звуком. В комнате воцаряется мертвая тишина, и все слышат ее болезненный всхлип. Норико не видит лица Тсуны, так как оттолкнула его назад за свою спину. Но его неуверенное негромкое слово разбивает её сердце. — Нори-тян...? Деймон застыл на месте, уставившись на нее с самым странным выражением лица. На его лице непонимание, когда алый цвет начинает промачивать её белое платье. — Ты... — О, Деймон, — нежно говорит Луна. — Ты никогда ничему не учишься, да? — И она улыбается, когда ее глаза закрываются. Когда-то давным-давно Синтия Червелло пощадила жизнь Деймона Спейда, потому что любила его. Кажется правильным, что Рэйки Норико спасет жизнь Саваде Тсунаёши, потому что любит его.