Кровные узы

«Я стольких излечил, но сам теперь в бреду Я воспитал столь многих, тебя же предаю Моя душа, как говорят, спасительный маяк Но этот свет не виден мне – вокруг бездонный мрак Я только притворяюсь, что со мною все в порядке. Каждый раз» (Fell On Black Days - Soundgarden) Под ногами появилась земля, и Дин оступился, не сразу опомнившись после головокружительного перелета с ангелом. Пытаясь самостоятельно восстановить равновесие, он отпихнул Кастиэля и сделал несколько неуверенных шагов, дрожа всем телом после пережитой встряски. Чувствуя, что ангел не отходит от него ни на шаг, Дин попытался успокоиться, но у него плохо получалось – голова шла кругом, и он никак не мог собраться с мыслями. Стряхнув руку, опустившуюся на его плечо, он круто развернулся и, тяжело дыша, уставился на Каса. – Они забрали Сэма! – Захария и его подручные? – Да. Настороженно посмотрев по сторонам, Кастиэль повел своего друга к массивной деревянной скамейке, видневшейся неподалеку. Оглядевшись, Дин с удивлением обнаружил, что оказался в небольшом парке, по одну сторону виднелась детская площадка, по другую – тополиная аллея. В этот час вокруг не было ни души, что показалось охотнику странным. Он дошел вслед за ангелом до скамейки и рухнул на нее с прерывистым вздохом. – Как Захарии удалось выследить тебя и захватить Сэма? Дин потер висок, пытаясь унять нарастающую головную боль. – Это была ловушка. Не знаю, для кого он ее устроил – только для Сэма или для нас обоих. Он заманил нас в город этой выдуманной охотой, схватил Сэма, затем каким-то образом вышел на меня. Черт, я понятия не имею, как ему это удалось… и тебе, кстати. – Заманив вас в город, он мог найти вас здесь точно так же, как я, – в ответ на вопросительный взгляд своего собеседника, Кас кивком указал на видневшиеся неподалеку здания. – Бобби сказал мне, что вы в Индепенденсе, поэтому я стал проверять стоянки всех мотелей, пока не нашел Импалу. Зеленоглазый охотник нахмурился. – И что потом – ты просто заходил во все номера подряд, пока не нашел нужный? – Я почувствовал Захарию… подумал, вдруг он с тобой. И решил, что в таком случае тебе срочно потребуется моя помощь. – Да уж, это ты верно рассчитал. – Что ему было нужно? Зачем им Сэм? – Он сказал, что в моем распоряжении двадцать четыре часа, чтобы сказать «да» Михаилу, в противном случае он сдаст Сэма Люциферу. Оцепенев от изумления, ангел снова огляделся. – Тогда весьма вероятно, что Сэм все еще в городе. Подручные Захарии будут прятать его, не причиняя вреда, до окончания отпущенного срока. – Ты так считаешь? – с горечью спросил Дин. – Сэм может быть в любой точке этой чертовой страны! Возможно даже, что его сейчас передают тому ублюдку. Кастиэль с беспокойством посмотрел на своего приятеля. – Ты не веришь, что Захария сдержит слово? Думаешь, он не выждет обещанные двадцать четыре часа? Охотник вскочил на ноги, в его глазах вспыхнула ярость. – Это ты мне скажи, Кас. Ты же у нас специалист по ангельской честности. Если такая штука вообще существует. – Дин… – Какого чёрта… о чем он говорил, Кас? – Я не вполне… – Тот паразит, Захария! Он посоветовал мне спросить у тебя, кто выпустил Сэма из бункера, когда мы впервые заперли его там! Кастиэль открыл было рот, но потом опустил голову и уставился в землю, не в силах выдержать взгляд друга. – Скажи, что это был не ты, Кас, – Дин подошел ближе и, пригнувшись, поймал взгляд Кастиэля. Потом он медленно выпрямился, неотрывно глядя в синие глаза, полные боли. – Скажи, что это сделал не ты. Не ты выпустил Сэма в то время, когда его организм избавлялся от заразы, и один только Бог знал, какие бредовые мысли вертелись у него в голове. Не ты допустил, чтобы он направился прямиком в лапы той демонической стервы. Скажи, что это был не ты. – Мне… – Кас сглотнул, – …приказали… Дин отвернулся. Его лицо окаменело, глаза превратились в две зеленые льдинки. – Мы пытались помочь ему, пытались очистить его от демонской крови, а ты… ты просто… – Я вынужден был выполнять… – Нет. Не надо. Не заливай теперь, что ты должен был выполнять приказы, – снова обернувшись к ангелу, Дин угрожающе надвинулся на него и, глядя сверху вниз, для убедительности ткнул пальцем ему в грудь. – Потому что ты знал, Кас – ты знал – что тебе приказали совершить подлость! И только грёбаный идиот станет выполнять команду, которая в корне неверная или бессмысленная! Ангел попятился. – Ты сам выполнял… – Нет! Нет, не скажи! Знаешь, однажды папа отдал мне приказ. Он приказал мне убить своего брата, если я не смогу спасти его. Брата, которого я вырастил. Брата, за которого я умер и отправился в Преисподнюю. И я не смог этого сделать. И до сих пор не могу. Это было отвратительно, это была чудовищная ошибка – он просто не имел права перекладывать такое бремя на своих детей! Поэтому не рассказывай мне тут, что ты слепо повиновался своему Отцу, как послушный солдатик! Ты должен делать то, что сам считаешь правильным, а не что тебе впаривают! – Я пытался… – Ага, и ты чертовски опоздал, – горько усмехнувшись, Дин отошел в сторону. – Слишком мало, слишком поздно. Однажды я сказал такое Сэму, сразу после смерти папы. Я был так зол; я хотел, чтобы кто-то страдал так, как страдал я. И эта тайна, выжигавшая мне мозги… Я просто на стены бросался. Парень изо всех сил старался облегчить мне жизнь – целый день старался, как мог, а я врезал ему за это. Он так на меня посмотрел, когда я… Судорожно вздохнув, охотник провел рукой по волосам со лба до самой шеи. – Знаешь, что самое интересное? Все это время… все это время ты доставал его упреками за то, что он сделал. Говорил, что он принимал неверные решения, и прочую чушь. И при этом ты знал, что в ту ночь Сэм оказался с Руби не только по своей воле. Ему помогли – ему помог ты со своими дружками, чуток подтолкнув в нужном направлении. В глубине глаз ангела что-то промелькнуло. У Дина засосало под ложечкой. – Что еще? – Ничего, – покачав головой, Кастиэль хотел уже отойти в сторону, но Дин преградил ему путь. Подняв взгляд, ангел увидел на знакомом лице смертельную обиду и злость. – О чем ты умалчиваешь, Кас? Есть еще какая-то новость? Хуже этой? Была еще какая-то выходка, придуманная ради того, чтобы заставить Сэма, как послушную марионетку, выполнить все приказы твоего босса? – Я… я не вполне уверен. Но… по-моему, Захария… что-то сделал, чтобы Сэм наверняка бросился искать Лилит, вместо того чтобы попытаться наладить отношения с тобой. Охотник похолодел от ужаса. – Что он сделал? – прохрипел он. – Я не знаю. Правда, не знаю. Мне рассказывали… не все, – Кастиэль опустил взгляд, затем снова посмотрел прямо перед собой; смесь стыда и печали превратила его лицо в скорбную маску. – И Захария решил, что мне не следует знать об этой части плана. Дин сжал пальцами переносицу. – Мы все время были гребаными игрушками Небес. И они до сих пор дергают за ниточки. – Мне очень жаль, Дин. – Проехали, – охотник тяжело вздохнул, глядя мимо ангела на ближайшие здания. – Просто… какое-то время не попадайся мне на глаза, Кас. – Здесь небезопасно. Захария… – Он дал мне двадцать четыре часа. Значит, если он сдержит слово, у меня есть двадцать три с половиной часа, чтобы найти брата. Кастиэль медленно кивнул, принимая объяснение. – Я… расскажу о случившемся Бобби. А потом помогу вам искать Сэма. Уже собираясь уходить, Дин что-то буркнул в знак согласия. – Пока ты еще здесь, укажи, в какой стороне мотель. Мне нужно вернуться, чтобы забрать телефон. – Почему ты не взял его с собой? – Потому что я выронил его, когда… – Дин изумленно моргнул, услышав шум призрачных крыльев, в котором, казалось, растворился Кастиэль, – …тот гнусный сукин… Ангел снова появился рядом с охотником, и тот в шоке попятился. Не говоря ни слова, Кастиэль протянул ему изъятый из мотеля сотовый и опять исчез. – …сын… – запинаясь, выговорил Дин, пялясь на телефон. – Долбаные ангелы. Возмущенно вздохнув, он сунул телефон в карман джинсов и направился в сторону центральной улицы. Он должен был найти брата.

~V~V~V~V~V~

В кабине раздался слабый шорох перьев, и на соседнем сидении внезапно объявился пассажир. Выругавшись, Бобби от неожиданности дернул руль. Несколько секунд фургон отчаянно вилял на дороге, прежде чем изрыгавший проклятья охотник вернул себе управление. Он метнул разгневанный взгляд на нежданного гостя. – Обязательно надо вытворять такое, да? Не можешь сначала позвонить, как все нормальные люди? Ангел только моргнул, после чего рассказал Бобби последние новости. Закончив отчет, Кас сложил руки на коленях и приготовился к неминуемому взрыву. Ждать пришлось недолго. – Ну, ты и придурок! Ты же знал, что мы пытались сделать той ночью, и при этом просто взял и выпустил его? У парня крыша наполовину съехала! Не удивительно, что он пошел прямиком к той гребаной дьяволице. – Я… сожалею о содеянном. Бобби только презрительно фыркнул. – Как воспринял это известие Дин? – Не очень хорошо. – Что ж, неудивительно. – В то время я делал то, что мне казалось правильным. Полученные приказы… – Сам знаешь, для Дина это ничего не значит. Он просто будет считать, что среди тех, кому он доверял, оказался еще один предатель, – Бобби устало провел рукой по бородатому лицу. – Проклятье! Парню, наверное, кажется, что все, кого он считал своими друзьями, поочередно отворачиваются от него. Даже я недавно выставил его из дома, пригрозив пистолетом. Кастиэль угрюмо смотрел сквозь ветровое стекло. – Двадцать четыре часа, говоришь? – переспросил Бобби. – Да, так Захария сказал Дину. – Ты же понимаешь, что его обещаниям нельзя верить – он может не сдержать слово. – Я… знаю, что такую возможность нельзя исключать. Кивнув, Бобби метнул взгляд на пассажира. – Как же мы найдем Сэма за это время? Прежде чем ответить, ангел какое-то время разглядывал свои руки. – Я… не в силах предсказать вероятность нашего успеха. – Кто бы сомневался. Ладно, план у нас будет такой. Ты возвращаешься к Дину и помогаешь ему искать Сэма. Я буду на месте часа через четыре и сразу же присоединюсь к вам. Кастиэль нерешительно протянул руку ко лбу охотника. – Я могу… – Ты и фургон мой перебросить сумеешь? Я ведь не cмогу обойтись без этой штуковины, – Бобби хмыкнул, глядя на удрученное лицо ангела. – Я так и думал. Возвращайся в Индепенденс. И следи за тем, чтобы Дин не натворил глупостей. Кастиэль кивнул и исчез так же внезапно, как и появился. Стиснув зубы в мрачной решимости, Бобби прибавил газу.

~V~V~V~V~V~

«Ночь одинока, когда остаешься один, Твои демоны оживают и сводят тебя с ума. Ночь одинока, когда некому позвонить, И надпись кричит со стены: "Ты знаешь, что время пришло"» (Lonely Is The Night - Billy Squier) Он не представлял, где находится; не знал, сколько времени провел без сознания. В комнате без окон стояла кромешная тьма, в которой ничего нельзя было рассмотреть. Его руки кто-то сковал за спиной наручниками, так что взглянуть на часы он не мог. Сдержав проклятие, Сэм бросил взгляд на смутные очертания какой-то фигуры у противоположной стены его тюрьмы. В темноте можно было различить только блеск глаз и узкую белую полоску несколькими дюймами ниже. «Белая рубашка», – машинально отметил он спустя пару минут, после того как пришел в себя. Один из подручных Захарии. Ангел не отвечал на расспросы Сэма – просто молчал как рыба, не сводя немигающего взгляда с молодого охотника, скорчившегося у стены. Это было довольно огорчительно, если не сказать «совсем хреново». И это сильно усложняло задачу Сэма. «Можно подумать, эта затея с самого начала была милым пустячком», – иронично сказал он сам себе, надавливая пальцем на острую щепку, торчавшую из пола. Очнувшись, он сразу заметил, что наручники на запястья и лодыжках были плотно обмотаны узкими полосками разорванной простыни. Судя по всему, охранник перестраховался, опасаясь, что его пленник порежется о железку, чтобы нарисовать кровью изгоняющий символ. На какой-то момент Сэма захлестнуло отчаяние. Но потом он нащупал расщепленную половицу и принялся за дело с удвоенной энергией, стараясь действовать незаметно, чтобы не вызвать подозрений. Полагаясь на свою память, Сэм уже нарисовал половину знака, водя окровавленным пальцем по стене у себя за спиной. Скованные руки не позволяли размахнуться, но он чертовски надеялся, что знак получится достаточно крупным. Неожиданно ангел вышел из темноты, на его смазливом лице застыло неодобрительное выражение. – Ты что делаешь? – Просто стараюсь устроиться поудобней, – ляпнул Сэм первое, что пришло в голову, и вжался спиной в стену. – Вы, ублюдки, о стульях, небось, не подумали? Смерив охотника тяжелым взглядом, ангел вернулся на свой пост у противоположной стены. – Верно. Полагаю, Женевская Конвенция на тебя тоже не распространяется. Метнув на ангела испепеляющий взгляд, Сэм провел ладонью по полу и посильнее надавил на деревянный заусенец, стараясь не морщиться, когда тот глубоко вонзился ему в руку. Почувствовав, что из раны заструилась кровь, он снова передвинулся, чтобы добавить последние штрихи. – И все-таки ты чем-то занят. – Я уже сказал – пытаюсь устроиться поудобней. Я уйму времени провел со скованными за спиной руками. – Сэм заторопился изо всех сил, слегка подавшись вперед и вращая плечами. – А как насчет воды и всего остального, а? Ты хочешь, чтобы я превратился в мумию? На лице ангела промелькнуло замешательство. – Людям нужна вода, – пояснил Сэм, крепко сжимая кулак. – Разве тебя не учили этому на ваших подготовительных курсах? Ангел снова шагнул вперед, еще сильнее нахмурившись. – Что ты… Сэм с мрачной улыбкой посмотрел в медленно расширяющиеся глаза своего тюремщика. – Приятного путешествия, – саркастически протянул он и в тот момент, когда ангел бросился к нему, хлопнул по стене окровавленной ладонью. Взвыл ветер, вспыхнул ослепительный свет, и охотника отбросило в сторону. Слегка ошалев от удара, он какое-то время лежал на боку, пережидая мини-бурю, после чего тряхнул головой, отбрасывая с глаз спутанные волосы, и осмотрел комнату. Обнаружив, что остался в одиночестве, Сэм торжествующе улыбнулся. – Тюремщика сплавили. Теперь надо валить отсюда самому. Упираясь спиной в стену рядом с кровавым символом, Сэм ухитрился сесть прямо. Короткая цепь, соединяющая наручники на ногах и на руках, не позволяла подняться на ноги, но он мог ползти на коленях. Получалось медленно и немного болезненно, но другого варианта не было. Добравшись до середины комнаты, Сэм дюйм за дюймом осмотрел свою темницу и в итоге заметил нечто похожее на прямоугольный проем в стене – как раз в том месте, где стоял его ангельский надзиратель. Удовлетворенно присвистнув, Сэм пополз дальше, радуясь, что по мере приближения очертания отверстия становятся все более отчетливыми. Это действительно была дверь, и молодой охотник с облегчением улыбнулся. Он не представлял, как дотянется до ручки, даже если дверь окажется незапертой, но в данный момент такой расклад казался оптимальным. Окрыленный надеждой, Сэм прополз последние футы. Только лишь затем, чтобы забрезжившая надежда растаяла как дым. Дверь открылась, и Сэм увидел мешковатую фигуру и перекошенное от злости лицо Захарии. Взревев, ангел схватил своего пленника за горло. Потом без малейших усилий поднял человека с пола и швырнул о ближайшую стену так, что у того перехватило дыхание. – Я смотрю, недостаточно посадить тебя на цепь, словно зверя, чтобы удержать от глупостей. Полагаю, теперь придется применить более жёсткие меры. Дождавшись, когда Сэм соскользнет на пол, он со всей силы ударил его по лицу тыльной стороной руки, так что голова врезалась в оштукатуренную стену. У Сэма искры из глаз посыпались. Не успел он прийти в себя, как невидимые руки схватили его и подняли в воздух. Цепь, соединявшая его наручники, исчезла, и какая-то неведомая сила заставила его вытянуться в струнку с разведенными в стороны руками и ногами. Послышался зловещий лязг, и Сэм оказался подвешен на цепях, вмурованных в стены и потолок – беспомощный, словно муха в стальной паутине. Захария ухмыльнулся, глядя на распятого охотника. – Посмотрим, как ты теперь выпутаешься, умник. – Ублюдок, – с трудом выговорил Сэм, у которого до сих пор звенело в ушах от двух ударов подряд. Он поморщился – неестественно вывернутые руки и ноги отчаянно болели. – Придержи язык, мальчик, – предостерег Захария. Отступив на несколько шагов от висящего на цепях пленника, он с минуту любовался своей работой. После чего перевел взгляд на смазанный кровавый символ. – Должен сказать, Сэмми, это было весьма остроумно. – Не смей меня так называть! Закатив глаза, ангел стал расхаживать из стороны в сторону перед охотником. – Ах, ну да. Только старшему брату Дину дозволено называть тебя «Сэмми». Внезапно Захария обернулся к Сэму и взглянул прямо в дерзкие зеленовато-карие глаза. – Но, с другой стороны, теперь даже Дин не зовет тебя так, верно, Сэмми? Непросто, наверное, не только сознавать, что ты начал апокалипсис, но и видеть отвращение и разочарование во взгляде брата. Как давно он не называл тебя «Сэмми»? Несколько дней? Недель? Месяцев? А когда он произносит это имя, оно звучит уже совсем по-другому, верно? С трудом сглотнув, Сэм в смятении отвел взгляд. – Заткни пасть. – А знаешь ли ты, малыш Сэмми, что поделывает сейчас Дин? – Я Сэм, наглый сукин сын, и я понятия не имею, чем занят мой брат, – ответил охотник, добавив про себя: «Он будет меня искать, но тебе необязательно знать об этом». – Могу поспорить, ты уверен, что, разыскивая тебя, он перевернет этот городишко сверху донизу, – оскал Захарии стал еще шире, когда узник вздрогнул, выдав себя. – Что ж, не хочу тебя разочаровывать, но в лагере Винчестера я не заметил особой активности. – Ты лжешь. – Лгу? – ангел подошел ближе. – Зачем мне лгать тебе, Сэм? Какая мне в том польза? Ты у меня в плену, не пройдет и восемнадцати часов, как ты станешь гостем Люцифера, если твой брат не согласится на мои условия. Если Дин скажет «да», ты окажешься на свободе, а Михаил воспользуется его тушкой. Я по любому в выигрыше. Так зачем мне лгать, если у меня на руках все козыри? – Потому что ты въедливый, злопамятный, и тебе нравится смотреть, как человек корчится, словно червяк на крючке. Захария кивнул с важным видом. – Истинная правда. Но в данном случае нет никакой необходимости заставлять тебя корчиться, Сэмми. Я всего лишь констатирую факты. Вы оба сыграете предназначенные вам роли, и мы, счастливые, разойдемся по домам. – Твой жалкий шантаж не сработает. – Он обязательно сработает. Твой брат совсем раскис, он выбыл из игры. И ты знаешь, кого надо за это винить, верно? «Мне… мне не так-то легко простить и забыть все это. Понимаешь?» Сэм тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли. – Нет, ты ошибаешься. Дин никогда не поддастся на твои уговоры и не перестанет меня искать. – Думаю, мальчик, ты скоро убедишься в обратном. В конце концов, что у Дина в перспективе? Известный ему конец света? Мне почему-то кажется, что радости в этом маловато. Нет, он в первую очередь подумает о себе, сознавая, что именно у него есть шанс уцелеть в этой заварухе. – Он не скажет Михаилу «да»! – Не будь так уверен. Ты сам знаешь, как он к этому относится с тех пор, как вы прогулялись по Небесам. Обстоятельства складываются совсем не в его пользу. Он проигрывает и знает об этом. – Нет. – Он сомневается – в тебе, в Сингере… черт, даже в своем драгоценном дружке-ангеле. И он устал, Сэм. Выдохся. Заваленный проблемами, он прогнулся под этим грузом. Днем и ночью его преследуют ангелы и демоны, а благодаря тебе у него еще и охотники на хвосте. Почему бы ему не сказать «да» и не положить конец всем мучениям и ночным кошмарам? Дрожь пробежала по телу Сэма. – Нет… – И вряд ли он может рассчитывать на сильную команду поддержки. Сингер сломлен, пьет и в лучшем случае ненадежен. Ты, по всей вероятности, скоро переметнешься к демонам, как уже делал раньше… даже у Кастиэля были от него свои секреты. Оцепенев, охотник настороженно прищурился. – О чем ты, черт возьми? – Ты ведь так и не узнал, кто выпустил тебя из сверхъестественного бомбоубежища Сингера той ночью… а, Сэмми? Сэму показалось, что его ударили под дых. – Это был Кас? – Кто еще, кроме ангела, смог бы миновать Печати Соломона и соляные дорожки? И все это время, пока он «помогал» вам, сражался с вами бок о бок, вы ничего не знали. Ваш так называемый друг очень хорошо умеет хранить тайны. Интересно, что еще он вам не рассказал. Внезапно ошеломленное недоверие на лице Сэма сменилось гневом. – Может, Кас меня и выпустил, – прорычал он. – Но он сделал это по твоему приказу! Приложив указательный палец к носу, Захария моргнул. – Ты всегда был умницей, Сэм. Но это не меняет того факта, что Дин близок к осуществлению своего предназначения. У него не осталось ничего такого, ради чего стоит жить. – Это неправда! – Только не говори мне, что Дин будет держать оборону ради тебя. Почему ты так уверен, что он вообще захочет тебя видеть? С чего ты взял, что он все еще считает тебя своей семьей – после всего, что ты сделал? «Вместе мы не сильнее, Сэм. Мы слабее» – Ты предал его, Сэм. Ты лгал ему, ты объединился с демоном против него, ты при каждом удобном случае втаптывал в грязь его любовь к тебе и швырял ему в лицо. Думаю, он будет рад спихнуть такую обузу со своей шеи. Для Дина, ты уже отрезанный ломоть. Зачем ему и дальше тратить силы, сражаясь ради тебя, если он не может рассчитывать на такое же отношение с твоей стороны? «Ты предпочел демона собственному брату. Вряд ли я смогу тебе доверять» – Нет, – Сэм и сам чувствовал слабость своего протеста. – Не думаю, что ты здесь задержишься, Сэм. Дин согласится еще до окончания срока, и события пойдут своим чередом, в точности как предначертано, – подавшись вперед, Захария похлопал по груди потрясенного охотника. – А сейчас мне пора идти. Но не волнуйся, я тотчас же вернусь и освобожу тебя, как только твой брат сделает свой выбор. Театрально щелкнув пальцами, Захария исчез, оставив младшего Винчестера в одиночестве. Чувствуя, как отчаянно колотится сердце, Сэм попытался привести в порядок сумбурные мысли. Но было очень трудно сосредоточиться, отринуть усиливающуюся боль и ужасные издевки ангела. И собственные воспоминания, предательски осаждающие его рассудок. «Твой Рай – это День Благодарения в компании чужих людей. Это отказ от своей семьи» – Нет, - прошептал он. – Все было не так, не так. «…предпочел демона собственному брату… худшая ночь в моей жизни… отказ от своей семьи… последний поступок отчаявшегося… мы в полном дерьме…» – Не соглашайся. Дин, пожалуйста, не поддавайся им. Пожалуйста… есть другой выход… – Сэм застонал от жгучей боли в немилосердно растянутых связках и мышцах. – Господи… пожалуйста… помоги нам. Помоги моему брату. Пожалуйста…

~V~V~V~V~V~

«Сегодня опасная ночь… охота уже началась. Захвати динамит… эти парни подняли шум. Ночь одинока, когда слышится чей-то зов: “Готов ли ты к битве? Готов ли выдержать все?”» (Lonely Is The Night - Billy Squier) Присев на корточки, Дин обвел пальцами нечеткий след на грязном полу. – Это единственная зацепка, которую я обнаружил – похоже, здесь кого-то швырнули на пол. – Сэма? – спросил Бобби, оставаясь в дверях. Молодой охотник распрямился. – Судя по размеру пятна, не исключено, – он окинул взглядом безлюдную типографию. – Я думаю, Сэм сопротивлялся, и один из этих гадов слегка озверел. – Возможно, именно поэтому нет других следов. В тот момент, когда его выволакивали отсюда, он мог уже потерять сознание. Дин провел рукой по лицу. Он уже второй раз обследовал место, где Сэм должен был встретиться с гипотетическим раненым охотником, но вместо этого угодил в ловушку Захарии. По настоянию Бобби они вернулись, чтобы еще раз все осмотреть – просто на тот случай, если в первый раз что-то пропустили. Дин не спорил – он уже слишком устал от споров. «Мы ищем Сэма уже двенадцать часов», – подумал он, чувствуя, что надежда стремительно тает. Кастиэль, как и просил Дин, не мозолил ему глаза, периодически наведываясь лишь затем, чтобы держать его в курсе поисков. Но вести со всех трех фронтов были неутешительными. Отпущенное время было на исходе, и они обыскали уже почти всё, что можно. – Что у тебя на уме, мальчик? – ссутулившийся Дин обернулся к парализованному охотнику и с трудом расправил плечи. – Скажи, что ты не собираешься говорить «да» тому паршивцу, – прорычал Бобби, подкатив свое кресло поближе к молодому человеку. – Время истекает, Бобби. Возможно, у меня нет выбора. – Выбор есть всегда. Охотники обернулись на звук знакомого хрипловатого голоса. Кастиэль стоял в тени рядом с дверью, будто сомневаясь, стоит ли проходить дальше. – У нас в запасе одиннадцать часов. Я уже расширил зону поисков, включив в нее и соседние города. Мы еще можем успеть – можем найти Сэма до установленного срока. Дин недоверчиво фыркнул. – Неужели? А вдруг эти паразиты следят за каждым нашим шагом? Вдруг они перебрасывают Сэма с одного места на другое, постоянно опережая нас на шаг, и ловят от этого кайф? Или вдруг они упрятали его там, где мы уже искали, посчитав, что никто не вернется на проверенное место? У нас ничего нет! Хороший полновесный ноль! Не исключено, что Сэм уже в лапах Люцифера! Возможно, мы просто гоняемся за собственным хвостом, и даже не узнаем об этом, пока не станет совсем поздно! – Ну, и что ты предлагаешь? – спокойно вмешался Бобби. – Потому что прогнуться под Михаила – не вариант. – По-твоему, я должен позволить тому паразиту сдать Сэма в пользование дьяволу, да? – Дин в смятении запустил пятерню в волосы. – Выбор у нас определенно невелик. Кастиэль нерешительно шагнул вперед. – Возможно, он будет… в бóльшей безопасности... с Люцифером. – Что? – Дин в изумлении уставился на своего друга. – Что за бред? Ангел сделал рукой неопределенный жест, переминаясь с ноги на ногу и волнуясь, что было совсем на него не похоже. – Люцифер будет защищать избранный сосуд. Вряд ли он причинит Сэму вред. Чего нельзя сказать о Захарии. – Ты что, шутишь, что ли? Хочешь убедить меня, что Сэму лучше с Люцифером? – Я только… – И как ты думаешь, что сделает Люц, когда Сэм окажется у него в руках, Кас? А? По-твоему, он угостит его кофе-латте и поболтает с ним о гребаной погоде? – Дин заметался по комнате. – Это же долбаный Люцифер, в конце концов! Если он не представляет особой угрозы для Сэма, то какого черта мы корячились все эти месяцы, пытаясь уберечь Сэма от него? Бобби поднял руку, пресекая непроизвольный протест ангела. – Сатана сделает все возможное, чтобы уломать Сэма. Как только Сэм окажется у него, игра будет окончена. Ему крышка, – закончил Дин. – Думаешь, Сэм согласится так просто? – спросил Бобби обманчиво спокойным тоном. Прищурив блеклые голубые глаза, он пристально смотрел на своего приемного сына. – У него не будет выбора, – часто сглатывая, Дин остановился и уставился на дальнюю стену, не желая смотреть в глаза остальным. – И тогда у меня тоже не останется выбора. – То есть, по-твоему, есть только один вариант – сказать Михаилу «да», – подытожил Бобби. – У меня связаны руки, Бобби, и я безоружен. Я не вижу выхода. Либо я жертвую собой, либо я жертвую братом. И если я пожертвую Сэмом, то все равно буду вынужден сказать «да» Михаилу, чтобы остановить Люцифера. Мне выпала «Рука Мертвеца», и, похоже, настало время бросить карты. [1] Бобби недоверчиво фыркнул. – А с чего ты взял, что Сэм действительно у того негодяя? Старший Винчестер удивленно моргнул. – Что? – Мы предполагали, что Захария говорит правду, но вдруг он солгал? Что, если Сэма похитил кто-то другой, а он просто пользуется возможностью запудрить тебе мозги и заставить сказать «да»? Дин посмотрел на Кастиэля, но тот только плечами пожал. – Я… я не… кто еще мог его похитить? Если это охотники, мы бы уже вышли на их след. Это могут быть только ангелы. – Или демоны, – осторожно добавил ангел. Дин обвел рукой пустынную типографию. – Ты видишь здесь серу? Или другие признаки демонов? – Нет, но… с момента исчезновения Сэма уже прошло какое-то время. Следы могли исчезнуть. – Я не знаю… – обреченно вздохнув, молодой охотник обернулся к своим друзьям. – Если его забрали демоны, значит, они сразу же передали его своему Хозяину, поэтому вопрос остается прежним: что делать, когда он прекратит сопротивление и впустит в себя Люцифера. – Тогда скажи «да» прямо сейчас и с твоими проблемами – как и с проблемами Сэма – будет покончено, – послышался самодовольный голос за спиной Кастиэля. Крутанувшись на месте, темноволосый ангел настороженно напрягся. – Захария. Бесцеремонно отодвинув Каса в сторону, ангельский чиновник вошел в комнату. – Ну что, нашел что-нибудь, Дин? Может, какую-то зацепку, подсказывающую тебе, где искать Сэма? Позволь избавить тебя от хлопот – он надежно упрятан там, где ты его никогда не отыщешь. Во всяком случае, до окончания установленного срока, – Захария демонстративно посмотрел на часы. – Осталось менее одиннадцати часов, Дин. Почему бы тебе не упростить себе жизнь и не закрыть этот вопрос? Ты же понимаешь, что на этот раз тебе не выиграть. – Как ты меня нашел? – О, я следил за тем, как вы снуете по всему городу, словно муравьи, – седовласый ангел выставил перед собой руки, словно краб свои клешни, и засмеялся. – В общем, это было весьма забавно. Особенно если учесть, что я понимал всю безнадежность вашей затеи. Сэм спрятан слишком хорошо. Гнев и возмущение захлестнули Дина. Выпрямившись во весь рост, он злобно взглянул на Захарию. – Я не верю тебе. Сомневаюсь, что Сэма захватил ты. – Тебе нужны доказательства? – Захария приподнял бровь. – Отлично, я предъявлю тебе доказательства. Жди здесь. В мгновение ока ангел исчез. Пока охотник настороженно озирался по сторонам в ожидании повторного появления, Кастиэль быстро разрезал свою ладонь и стал рисовать на ближайшей стене изгоняющий символ. Он едва успел дорисовать последний штрих, когда Захария снова появился в комнате, вытянув перед собой руку. Он бросил на ладонь Дина наручные часы и прядь волнистых каштановых волос, после чего с ухмылкой отступил назад, не сводя глаз с лица молодого человека. Рассматривая улики, Дин заметил на ладони небольшое красное пятнышко. Он коснулся пряди волос, и его обуяла лютая злоба: с одной стороны кончики были перемазаны кровью. – Сукин сын! Ты что, вырвал у него волосы с корнем, нахрен? – Прости, ножниц под рукой не оказалось, – съязвил Захария. – Итак, теперь ты мне веришь? – Дин? – грубовато спросил Бобби, бросая гневный взгляд на плешивого ангела. – Он взял это у Сэма, – Дин в смятении провел пальцем по мягкой каштановой пряди. – Скажи «да», Дин. Тебе не справиться. Ты знаешь, что это твоя судьба. Так ты сможешь хотя бы уберечь Сэма от тех страшных пыток, которым подвергнет его Люцифер, прежде чем получит согласие. Ты можешь спасти брата от такой участи. Хотя он этого и не заслуживает, – саркастически добавил ангел своим елейным голосом. – Может, оно и к лучшему, что все так обернулось… Из дальней стены вырвался столп белого пламени. Оно с ревом метнулось через всю комнату, поглотив самодовольное создание. Прикрыв лицо рукой, Дин попятился и какое-то время моргал, глядя, как угасает свечение после внезапной вспышки. Он в шоке обернулся к ангелу. Кастиэль, склонив голову набок, чуть заметно дернул плечом. – Он слишком много говорит. – Ну, – буркнул Бобби, хлопая себя по бездействующей ноге. – И что нам теперь делать? Дин по-прежнему смотрел на волнистую прядь волос на своей ладони. – Дин? «Мы найдем другой путь. Мы еще можем остановить все это, Дин… мы найдем его… ты и я – мы его найдем». «А что, если нет другого пути, Сэмми? Что, если это тупик? Что, если мы действительно не можем противостоять Небесной Канцелярии?» Старший Винчестер медленно поднял голову, его зеленые глаза смотрели холодно. – Мы продолжим поиски, – решительно объявил Кастиэль, перехватив взгляд друга. Дин сунул часы Сэма в карман куртки. По-прежнему сжимая в руке волосы брата, он молча вышел из комнаты.

~V~V~V~V~V~

«Лишь другой поверженный герой-одиночка Помогает мне сохранять рассудок. Потерял я веру, надежду и здравый смысл, И время мое истекает… истекает время» (Running Out of Time - Ozzy Osbourne) Дин – измученный, небритый, с покрасневшими глазами, рухнул на край кровати и обреченно повесил голову. Бобби замер рядом, не зная, что сказать. Наконец, старый охотник просто мягко положил руку на поникшее плечо. Шелест крыльев возвестил о появлении третьего члена команды. Дин, собрав остатки сил, поднял голову и вопросительно приподнял бровь. Кастиэль медленно покачал головой, ему очень не нравилось мрачное выражение на лице друга. Он обменялся встревоженным взглядом с охотником в инвалидном кресле. – Что ж, значит, это конец, – еле слышно просипел Дин. – Ты не можешь сдаться, мальчик. Сам знаешь – Сэм не хотел бы этого. – Бобби… – молодой человек неопределенно махнул рукой и бессильно уронил ее на колени. – По-моему… думаю, у меня есть план, – добавил Кастиэль. – Но мне нужно будет какое-то время. – У нас больше нет времени, – откликнулся Дин. – Этот сукин сын может нагрянуть в любую минуту. – Я не проверил еще одну улочку. Мне показалось, что это слишком рискованно, но времена сейчас отчаянные. Они требуют столь же отчаянных мер. Пожалуйста… поверь мне. Не уступай Захарии. – Поверить тебе? – воспаленные зеленые глаза впились в лицо ангела. – Как я могу доверять тебе, Кас? Прежде чем ангел успел ответить, в убогом номере мотеля появился гость. Захария сцепил за спиной руки; на лице позаимствованной человеческой оболочки застыла выжидательная улыбка. – Время вышло, герой. И каков твой ответ? Чувствуя руку Бобби на своем плече, Дин, не глядя на Захарию, встретился взглядом с Кастиэлем. Заметив мольбу в темно-синих глазах, он судорожно сглотнул. Волны сомнения, страха и отчаяния бесконечной чередой накатывали на измотанного человека, отбирая последние силы. Сквозь слабый шум в ушах Дин слышал голос брата, умолявшего не сдаваться, не терять веры, найти другой способ. Череда воспоминаний мелькала перед его мысленным взором: Сэм, которому Захария сломал обе ноги, валится на пол на складе их отца… Сэм предлагает расстаться на какое-то время, и его грустные зеленовато-карие глаза молят о понимании… длинные дрожащие пальцы тянутся к нему, чтобы взять нож, убивающий демонов… Сэм как подкошенный соскальзывает по стене на пол, сжимая окровавленными руками обломок трубы, торчащий из живота… Сэм бессвязно бормочет, что любит его, а большие, затуманенные алкоголем глаза смотрят прямо в душу… умоляющий щенячий взгляд Сэма. «Мы найдем другой способ… и не просто «мы» – каждый из нас… Мне уже тошно быть марионеткой в руках этих негодяев… ты и я, мы найдем его…» – Нет. Захария в замешательстве нахмурился. – Что ты сказал? – Я сказал «нет», – Дин облизнул губы и, сжав кулаки, посмотрел на своего собеседника. Лицо Захарии потемнело от гнева. – Тогда мне остается лишь надеяться, что ты сможешь жить, сознавая ту цену, которую только что заплатил. Ангел исчез, и Дин судорожно выдохнул, чувствуя, как его решимость разбивается вдребезги. – О, Боже… – Сэм может нас удивить, – тихо заметил Бобби. – Не исключено, что он сумеет продержаться, пока Кастиэль будет осуществлять свой план. – Это Люцифер, Бобби. Он не допустит, чтобы Сэм продержался, – Дин взглянул на Кастиэля. – Скажи мне, что есть шанс, и твой план сработает, Кас. Потому что, если это не так, я обрек своего брата на смерть.

~V~V~V~V~V~

Боль усилилась. Теперь ему казалось, что по измученному телу прокатываются огненные волны. Призрачные образы мелькали во мраке, шепча какие-то непонятные слова. Сэм понимал, что от боли и обезвоживания рассудок начинает сдавать, но, похоже, это была единственная связная мысль. А кроме этого он мог только постоянно твердить про себя молитву. Сэм начал молиться вслух – последний поступок отчаявшегося – несколько часов назад, но со временем жажда доконала его, и голос пропал. Он был настолько обезвожен, что уже не мог потеть. Захария возвращался дважды. Сначала чтобы снять с него часы и безжалостно выдрать клок волос, а во второй раз – чтобы опустить на пол и позволить справить нужду, когда уже практически не оставалось сил терпеть. Во время этих двух посещений ангел не произнес ни слова, а просьбы о воде выслушивал с презрительной ухмылкой. Сэм все понимал – для ангелов он… не представлял никакого интереса. Шахматная фигура, не более того. Безнадежно испорченный человечишка. Для них был важен Дин. Сэм был просто нагрузкой. Но, несмотря ни на что, он по-прежнему мысленно повторял одну и ту же мольбу, беззвучно шевеля растрескавшимися губами: «Господи, пожалуйста… Дин, пожалуйста… не сдавайся… не сдавайся… помоги ему…». Неожиданно в комнате кто-то появился, цепи с наручниками бесследно исчезли, а Сэм почувствовал, как его грубо схватили за руки. Оказавшись на полу, он захрипел от мучительной боли. Дрожащие ноги подкосились, и кто-то, бормоча проклятья, схватил его за рубашку на груди и за пояс джинсов. С трудом подняв мутный взгляд, он наконец-то различил искаженное гневом лицо Захарии. – Твой брат сделал свой выбор, – рявкнул ангел, рванув на себя беспомощного молодого охотника. – Он решил пожертвовать тобой ради собственной неуёмной гордыни. Ты отправляешься к Люциферу. Измученный Сэм содрогнулся от страха, чувствуя, как неземная сила подхватывает его и стремительно уносит прочь.

~V~V~V~V~V~

Примечание переводчика: [1] «Рука Мертвеца» (Dead Man's Hand) – название комбинации карт в покере: две черные восьмерки и два черных туза. Это далеко не самая слабая комбинация, но она стала символом злого рока, благодаря одной истории – то ли реальной, то ли выдуманной… Вечером 2 августа 1876 года Билл Хикок по прозвищу «Дикий Билл», один из лучших стрелков на Диком Западе, играл в покер в салуне городка Дедвуд. Обычно он садился спиной к стене, чтобы никто не мог напасть на него сзади. Однако в тот роковой вечер все стулья у стены были заняты, и он вынужден был сесть спиной к выходу. В разгар игры в салун вошел Джек Маккол, и, подойдя к Дикому Биллу сзади, дважды выстрелил ему в голову из револьвера «магнум» 45-го калибра. Дикий Билл упал на стол, и из его руки выпали карты: два черных туза и две черные восьмерки, а также пятая карта, которую он в тот момент собирался поменять. Номинал пятой карты, как и причины убийства, так и не остались неизвестными. Кто-то считал, что это была кровная месть, кто-то думал, что Маккол просто задолжал Биллу крупную сумму денег. Были даже более таинственные версии – что убийцей в тот момент управляла нечистая сила, поскольку сам он так и не смог объяснить свой поступок и почти не помнил момент убийства…