Штольман (1850-1879 годы) Становление

Яков не хотел сразу возвращаться в Петербург. До начала занятий оставалось время, и он решил, как и сказал Николаю, съездить к родителям в Ярославль. Дарья Сергеевна была бесконечно рада приезду сына. В ту пору ей было сорок два года, но она сохранила девичью живость и легкость в движениях. Её лицо оставалось гладким, лишь в волосах кое-где начинала пробиваться седина. Платон Ильич скрывал свою радость, но то, с каким интересом он слушал рассказы Якова об учебе, о спортивных успехах, беседуя с сыном на веранде-возвращало Якова в тепло и комфорт родного дома. Ближе к вечеру Дарья Сергеевна вместе с сыном вышли на прогулку вдоль берега Волги. Она рассказывала об их с Платоном Ильичом недавней поездке в Москву, где проживали дальние родственники со стороны Дарьи Сергеевны. Внезапно она остановилась: -Яша (только мать его так называла), да ты меня совсем не слушаешь. Что- нибудь случилось? Яков не ожидал подобного вопроса и смутился. В это время он думал о том, как хорошо было бы идти сейчас здесь с Ксенией, взявшись за руки, а затем устроить небольшой пикник в траве под раскидистым дубом и.... Не совсем приличные мысли были прерваны матерью вовремя. -Я прекрасно всё слышу, на минутку отвлёкся. -Я вижу, на что-то очень приятное, -улыбнулась Дарья Сергеевна и ласково потрепала сына по голове.- И когда ты успел вырасти? Совсем взрослым стал! Ночью он гнал мысли о Ксении. Все, что произошло между ними, было прекрасно, но это вряд ли могло повториться в будущем. И правильно сделал, что уехал. Как сказала Ксения, так было лучше для всех. На третий день он вернулся в Петербург. На станцию его провожал Платон Ильич, а Дарья Сергеевна осталась дома, как всегда заметив, что долгие проводы-лишние слезы. На прощание она его обняла, перекрестила на дорожку-Храни тебя Господь! Это была их последняя встреча. Через несколько месяцев её не стало. К началу занятий вернулся Николай. Яков не стал его спрашивать о Ксении, а Николай сам не упоминал её имя. Весь последний год в училище был загружен до предела, нужно было готовиться к финальным экзаменам. Большую часть свободного времени Яков проводил в библиотеке, по вечерам часто играли в шахматы с Николаем. И хотя дни были заняты до отказа, ночами Ксения часто вторгалась в его мысли, вызывая воспоминания об их бурных и таких коротких летних ночах, что неизменно заканчивалось известным всем юношам образом. Он не мог забыть девочку-эльфа, какой он увидел её при встрече, и которая оказалась умелой в любви и страстной женщиной, посвятившей его в новый, такой увлекательный и затягивающий мир. Она зажигала его своей страстностью, изобретательностью в любовных ласках, неутомимостью. А потом, когда всё заканчивалось, и они, обессиленные, с закрытыми глазами лежали рядом, сколько нежности было в её пальцах, которыми она легко скользила по его лицу подобно слепому, пытающемуся узнать и закрепить в памяти образ незнакомого человека. Днем она умело скрывала свои чувства на людях и относилась к Якову с лёгкой снисходительностью, как и к своему младшему брату. Этот контраст между дневной и ночной Ксенией возбуждал, захватывал и в то же время слегка раздражал Якова. Он и сам раздваивался: чувствовал себя мальчишкой днем и уверенным партнёром ночью, понимая свою неожиданную власть над ней. С Николаем отношения с приятельских постепенно превратились в дружеские. Душу они друг другу не открывали, но им было легко вместе. А то, что он был братом Ксении, вызывало у Якова особое отношение к нему. Он не спрашивал Николая про сестру. Наконец, после Рождества, когда Николай вернулся в училище после праздников, Яков не выдержал: стараясь не выдать своего волнения, как бы между прочим поинтересовался:- А как Ксения поживает?- на что Николай отмахнулся: -Да я её сам уже несколько месяцев не видел. После венчания они с мужем отправились в свадебное путешествие по Европе. До сих пор очевидно празднуют.. Яков почувствовал, как краска заливает щеки. Недели две спустя после очередной шахматной партии Николай, потягиваясь, заявил: -Думаю, нам необходима хорошая встряска. Шахматы хороши для ума, а организм требует другого. -Что ты имеешь в виду?-рассеянно спросил Яков, думая о том, что так и не успел как следует подготовиться к семинару по морскому праву. -Приглашаю пойти со мной в одно место. Обещаю, не пожалеешь. Избыточное напряжение как рукой снимет. -Очевидно вспомнив что-то, ухмыльнулся. Яков начал подозревать, что тот имеет в виду, и поморщился. - Ты же знаешь, в такие места я не хожу. -А я тебя туда не зову,-он понизил голос.-Батюшка в заботе о моём физическом здоровье, которое также влияет на душевное равновесие, всё устроил должным образом. Заметив, что Яков все ещё не понимает, о чем идёт речь, объяснил напрямую: -Он оплачивает содержание девицы, куда я наведываюсь два раза в неделю для удовлетворения своих телесных потребностей. Чисто, безопасно, приятно. Ну мы же не монахи! Или ты предпочитаешь нечто другое, о чем я не знаю? Яков смерил товарища уничижительным взглядом, не удостоив ответом. - Пойдём, я тебя первым пропущу,- добавил Николай в качестве бонуса. Увидев по лицу Якова, что приманка не сработала и какой будет реакция, он быстро добавил: -Я тебя с самого начала предупреждал относительно Ксении. Ты думаешь, я слепой и глухой, не знаю, что происходило у тебя по ночам? Ваше счастье, что тётушка глухая да и спит крепко. Не рассчитывай на Ксению. Кстати, уж не дал ли ты обет верности? -Это не твоё дело,- резко оборвал беседу Яков.

***

В ближайшее воскресенье оба друга подъехали к прилично выглядевшему доходному дому, и Николай постучал в квартиру на первом этаже. Мимо по коридору проходил какой-то господин, который, как показалось Якову, внимательно на них посмотрел. Яков невольно поежился.. Ему казалось, что всем было известно, зачем они туда пришли. Дверь открыла смазливая блондинка лет двадцати пяти с кокетливыми кудряшками на лбу и юрким взглядом. Она быстро пропустила их в дом и закрыла дверь на замок. Яков оказался в небольшой уютной прихожей, где они оставили верхнюю одежду и прошли в комнату. Николай протянул барышне бутылку сладкого хереса и коробку с тортом, предусмотрительно купленные по дороге. -Это мой друг Яков, -спохватившись, представил он спутника. А это-Машенька. Яков не знал, как отреагировать на столь формальное знакомство, оказавшись в такой непривычной ситуации, и лишь слегка кивнул. Николай притянул к себе хозяйку и что-то прошептал ей на ухо. Машенька с интересом стрельнула глазами на Якова и что-то шепнула в ответ. Яков чувствовал себя полным дураком, мысленно ругая за то, что согласился на всю эту авантюру , и готов был развернуться и уйти, но в этот момент Машенька захлопотала, усадила их за стол. Николай разрезал торт и, открыв бутылку с вином, наполнил три бокала и протянул один Якову. Яков опустошил предложенный бокал, не дожидаясь остальных. Вино показалось слишком сладким, и он невольно поморщился. Николай тут же приступил к делу и обратился к барышне: - Машенька, покажи гостю спальню. Она поднялась, взяла Якова за руку и провела в смежную комнату, прикрыв за собой дверь. В небольшой чистой комнате в центре стояла широкая кровать, уже разобранная. Маша подвела его к ней и мило предложив "Раздевайтесь", сняла с себя платье, под которым ничего больше не было, и выжидательно посмотрела на гостя. Тот молча последовал её примеру. Машенька уже оказалась в постели и призывно похлопала по месту рядом. - Все не так,- мелькнуло в голове у Якова, но отступать было поздно. Барышня профессионально взялась за дело и скоро добилась своего. Минут через пятнадцать процесс завершился, и едва переведя дух, Яков быстро оделся, не глядя на партнершу. Все, что только что произошло, напоминало четко работающий механизм: запустили, совершили необходимое действо, отключили. Ничего, кроме физического облегчения и ощущения неловкости Яков не испытывал. Он оставил деньги на прикроватной тумбочке, вышел из спальни, и , избегая встретиться взглядом с Николаем, который в расстегнутой рубашке вальяжно развалился в кресле, потягивая вино, попрощался и вышел из дома. Было холодно, сыро. На улице постоял некоторое время, подставив разгоряченное лицо падающим снежинкам, а затем остановил пролетку и поехал в училище. Впереди был понедельник.

***

На другой день при встрече с Николаем Яков не упоминал событие прошлого дня , как будто его и не было. Николай все правильно понял и больше не предлагал присоединиться к утехам выходного дня. Постепенно Ксения перестала докучать Якова в ночных видениях. Этому поспособствовало не только время,но и активное посещение гимнастического зала, где Яков приводил в порядок не только тело. Во время похорон Дарьи Сергеевны в конце апреля , когда он увидел сломленного горем отца, Яков поклялся себе, что не подведет его и, выбросив посторонние мысли из головы, полностью отдался учебе. В конце мая к нему подошёл Николай и протянул запечатанный конверт, на котором незнакомым красивым почерком было выведено его имя, а в качестве отправителя значилось "Ксения". Ничего не сказав, Яков выхватил конверт и быстро прошёл по коридору. Зайдя в туалет, вскрыл конверт и пробежал глазами короткий текст. " В это воскресенье я буду в Петербурге. Очень хочу встретиться с тобой. Приезжай к трем часам по адресу.."- дальше шёл незнакомый Якову адрес. И в конце-Целую, Ксения. Сердце Якова перескочило на ускоренный ритм. Ксения здесь. Завтра он увидит её. Ночью долго не мог уснуть, а с утра пытался скрыть возбуждение и считал часы до встречи. К назначенному времени извозчик привёз его к указанному в письме адресу. Яков взбежал на крыльцо одноэтажного домика и нетерпеливо постучал в дверь. Ему открыла пожилая женщина, не произнеся ни слова, проводила по коридору и оставила у двери одной из комнат. Яков осторожно постучал. Дверь тотчас распахнулась, и Ксения повисла на нем, жадно прильнув к губам. Он подхватил её, внёс в комнату, и какое- то время они стояли, не в силах оторваться друг от друга. Затем она отстранилась немного, чтобы перевести дыхание, и Яков смог рассмотреть её. Все такая же, как и при первой встрече, только... - А у тебя веснушки появились,-радостно сообщил он, нежно проведя пальцем по её носу, где поселилось несколько солнечных пятнышек. Ксения на мгновение замерла, а затем стала внимательно всматриваться в его лицо, пытаясь тоже найти какой- нибудь изъян. - А у тебя..., -замешкалась, ничего не найдя. А затем выдохнула: " Я так по тебе скучала!" Этого было достаточно, чтобы забыть про всякие глупости типа веснушек. Яков неловкими пальцами пытался расстегнуть ряд маленьких пуговиц, чтобы освободить Ксению от мешавшего платья. Раньше такая проблема перед ним не стояла: она всегда появлялась в лёгкой сорочке, которая без всяких усилий оказывалась на полу. В единственном другом эксперименте, о котором Яков не хотел вспоминать, его партнерше не потребовалась помощь, да он и не рвался её оказать. Ксения попыталась ему помочь, но они только мешали друг другу. В нетерпении Яков дернул платье, и оставшиеся несколько пуговиц поддались, скатившись на пол. Яков облегчённо вздохнул и рывком стянул его. Но его ожидало разочарование. Под платьем оказалось нечто, чему он даже название не знал. Единственное, что стало понятным, с этим тоже нужно было что-то делать. Пуговиц там не было, но не стягивать же это узкое нечто через Ксенину голову! Якова прошиб пот, когда он живо представил эту картину. Ксения, заметив его замешательство, повернулась спиной, и Яков, не растеряв окончательно способность логически рассуждать, нашёл решение и быстро избавился от преграды. Оставшиеся детали туалета были понятны и скоро присоединились к вороху белья на полу. Сам он был ещё полностью одетым. Яков боялся поднять глаза , опасаясь увидеть насмешку в глазах Ксении над его неумением, и вновь почувствовал себя неопытным мальчишкой. Руки Ксении коснулись его лица. Яков посмотрел на неё, и столько нежности было в её глазах, что у него на миг перехватило дыхание, а затем он подхватил её, отнес на стоящую в углу кровать., скинул одежду и опустился к ней. . Реальность превзошла фантазии и сны, неотступно посещающие его долгое время после расставания. Реальными стали ее теплое, нежное, отзывчивое на ласки гибкое тело, губы, сводящие его с ума, руки, умеющие творить чудеса. Они оба забыли о времени и об окружении так же, как и год назад. Яков лежал с закрытыми глазами, чувствуя легкое дыхание Ксении у себя подмышкой, пытаясь оттянуть момент неизбежного прощания. Ксения подняла голову ,и её пальцы легко коснулись его губ. Яков открыл глаза. -Здравствуй,-прошептала она.-А ты изменился,-но не стала уточнять, в чем. - Ты счастлива с мужем?-Он сразу понял, как это нелепо прозвучало сейчас. Ксения слегка отстранилась и, немного помолчав, произнесла строгим тоном наставника: -Яков, ты должен научиться не задавать женщинам вопросы, на которые они не хотят или не могут ответить,-и добавила,- если не хочешь оказаться в неловком положении. И тут же перешла в наступление. -А сколько невинных влюбленных дурочек тебе удалось осчастливить за это время? -Ни одной,-не слукавил он. Ксения недоверчиво покачала головой. -Один раз пришлось,-нехотя признался он, стремясь скорее закончить данную тему.- Но далеко не невинную. - Я знала! Ну и как? -Разочаровывающе.-Якову был неприятен этот разговор и он потянулся к её губам. -Вот так-то!-и Ксения мгновенно оседлала его, как лихая наездница. Перед расставанием она ничего не сказала о следующей встрече. Просто опять исчезла из его жизни, ничего не объяснив, не дав никакой надежды, когда и состоится ли она вообще. Появилась, внесла сумятицу в его мысли и чувства и опять унеслась куда-то.

***

Яков отлично сдал экзамены и получил от Министерства Юстиции направление на должность старшего помощника столоначальника уголовного стола в окружном суде Тифлиса, где должен был отслужить два года. Николай, хотя и не добился впечатляющих результатов в учебе, благодаря стараниям отца остался в Петербурге и пристроился в Министерстве Внутренних Дел. Яков с нетерпением ждал отъезда- впереди открывалась свободная жизнь, с новыми возможностями и открытиями. Ему исполнилось двадцать два года, он был молод, здоров, умен и готов покорять высоты.