Три запрета Таисии Полозовой

— Он тебе, папа, угрожал? — придя домой, спросила отца Арина. — Ну что ты, милая, — попытался отшутиться Полозов. — Мы всегда с Константином Щаславовичем так разговариваем. — И поэтому ты заключил нас с мамой в свое кольцо? — нахмурила каштановые красивой формы брови Арина, снимая модную дутую зеленую куртку и изумрудного цвета сапоги-луноходы. — Мой долг старшего мужчины в семье — защищать своих любимых девочек, — напомнил ей отец. — Вот выйдешь замуж, тогда перейдешь под защиту мужа. — Очень мне надо! — наморщив аккуратный носик, фыркнула Арина. — Я и сама могу за себя постоять. — А как же Ярик из параллельного класса? — напомнила Таисия про мальчика, который порывался ее сегодня проводить. — По-моему, ты ему нравишься. — Ярик клевый, и совсем не зазнайка, — зардевшись, согласилась Арина. — А еще у него магия, как у тебя, пап. Только гораздо слабее. Таисия вопросительно глянула на мужа, вспоминая слова Домны об избраннике дочери из отрасли Старого полоза. Дмитрий Власьевич едва заметно кивнул. Пока в долговязом патлатом подростке с магнитофоном под мышкой будущего отца семейства Таисия не могла представить. Но Ярик учился хорошо, в том числе и по ее предмету, планировал поступать в Горный, и Полозов говорил, что его дар, пускай и совсем слабый, поможет ему найти свое место в жизни и рядом с их дочерью. Арине родители пока ничего не говорили, считая, что не стоит подталкивать, но делать первые самостоятельные шаги на пути к взрослой жизни тоже не запрещали, хотя, конечно, присматривали и ненавязчиво направляли. Переодевшись девочка, густо покраснев, поведала, что Ярик пригласил ее на медленный танец. Потом по секрету поделилась, что среди гостей был редактор школьной стенгазеты, десятиклассник Рома Коржин, которому симпатизировала Уля и, кажется, не без взаимности. Таисия давно примечала перемигивание и перебрасывание записочками между дочерью подруги и целеустремленным юношей, который хотел поступать на журналистику. Но сделала вид, что очень удивлена. Она не меньше мужа радовалась, что в непростое время утраты многих духовных ценностей и смены жизненных ориентиров, на грани потери себя Арина, как и Ульяна, помимо учебы на первом плане видит семью. По поводу Елены дочь иллюзий не питала, но все же жалела, что сводная сестра не захотела слушать тех, кто желал ей только добра. — А мы маленькую Карину и вправду не увидим? — спросила Арина, поведав, как во время игры в фанты ей досталось трудновыполнимое задание поднять именинницу, а Роман с Яриком кинулись ей помогать, в результате чего Ульяна оказалась на руках у Романа, а они с Яриком в обнимку упали на диван под смех других девчонок и мальчишек. — А что нам на нее смотреть? — пожал плечами Полозов. — У нее свои родители есть, пусть они и смотрят. — И все же я не понимаю, как Елена могла с Константином Щаславовичем так близко сойтись, — тряхнула рыжими волосами Арина. — От него же падалью за версту несет. Таисия поспешила обнять дочь, понимая, что если даже она, простая смертная, чувствовала связь заместителя директора с иным, самым темным миром, то восприимчивая к магии Арина ощущала это куда острее. — Видимо, Елене этот запах по вкусу, — скривился Полозов. — За все, дочка, приходится платить. Арина больше не задавала вопросов и ушла в свою комнату готовиться ко сну и грезить о Ярике из параллельного класса. Когда она заснула, Таисия еще раз спросила, насколько реальна озвученная Константином Щаславовичем угроза. Она чувствовала, что муж недоговаривает что-то важное. И это что-то роковым образом связано с Еленой. Полозов только покрепче обнял жену, привычно щекоча золотой бородой: — Если бы Бессмертный мог до меня добраться, он бы давно нанес удар, а не ходил кругами. Спрятав от него до совершеннолетия Елену, мы выиграли время и успели предпринять кое-какие шаги. Другое дело, что рождение наследницы и будущей хозяйки зеркала Нави не сулит ничего, кроме новых тревог, поскольку Карина еще глубже связана с тьмой. — Бедная девочка, — пожалела дочь падчерицы Таисия. — Не успела родиться, а уже обречена. — Даже если ты отберешь ее у матери и займешься ее воспитанием, это ничего не изменит, — строго глянул на жену Полозов. — Тем более что Елена, пока жива, дочь не отдаст. — Да как я посмею ее отобрать? Просто переживаю, что ее тоже вырастят чудовищем. Хорошо, если не станут дразнить рожденной вне брака безотцовщиной. — Сейчас, насколько я понял, другие времена, — усмехнулся Полозов. — Я, конечно, хотел бы, чтобы у Арины была красивая свадьба, фата и все, что сейчас положено у вас, смертных. Но, если она обретет счастье со своим Яриком безо всего этого, тоже ее выбор приму. — Арине пока рано думать о свадьбе, ей надо учиться, да и Ярику тоже, — словно это ее звали замуж, засмущалась Таисия. — Ты даже не представляешь, как быстро пробежит время, — с поцелуем улыбнулся ей муж. Таисия знала, что его любовь продлевала ее молодость. Хотя она не прибегала ни каким модным ухищрениям и одевалась по-учительски строго, но со вкусом, выглядела она лучше ровесниц. А ведь некоторые из ее одноклассниц, вышедшие замуж сразу после школы или в институте, уже нянчили внуков. Она тоже мечтала увидеть поскорее того самого наследника дара, о котором говорила Домна, раз уж Полозов, сохраняя ее красоту, не хотел больше детей. Она потянулась к мужу, и на какое-то время мир заполнила нега. Однако чуть позже, поскольку сон к ней все равно не шел, Таисия еще раз спросила про Елену. — И все же я не понимаю, если она владеет таким важным для Константина Щаславовича зеркалом, почему она не настояла на браке. — Возможно, Бессмертный убедил ее, что регистрация и прочие формальности им, людям деловым и взрослым, ни к чему. К тому же ему пока выгодно пребывать в статусе холостяка, чтобы незаконно предъявлять права по одному им же давно нарушенному договору. Насколько я знаю от Домны, Водяной жаловался на то, что несостоявшийся зять снова хочет забрать себе в жены одну из его дочерей. Таисия кивнула. Она не раз слышала произошедшую в какие-то совсем уж незапамятные времена историю со сватовством Бессмертного к дочери Водяного красавице Дивне с последующим расторжением брачного договора и женитьбой тогда еще не ставшего Хозяином Нави Кощея на Жар-птице. После возвращения в Средний мир Константин Щаславович решил, что имеет право предъявлять претензии по несостоявшемуся сватовству, требуя себе в жены и захватывая владения Хранительниц-русалок. — Но Елена понимает: пока у нее есть Карина, Бессмертный ее не оставит, — объяснил жене Полозов. — Фактически Карина — его первая наследница со времен владычества на Ледяных островах, когда половиной мира правили его отпрыски. Так что за ее будущее я вполне спокоен, чего не могу сказать о нашей дочери, которая, как и ты, бывает слишком добра. — Ты сам ее так воспитываешь, — напомнила Таисия. — Она же моя наследница, а не Кощея. Таисия с благодарностью поцеловала мужа, потом глянула на него с подозрением. — Ты что-то знаешь и скрываешь от меня? — спросила она, приподнимаясь на постели. — Какие у меня от тебя могут быть теперь тайны? — обезоруживающе улыбнулся Полозов, но в его синих сапфировых глазах плескалась грусть. Таисия вспомнила о нарушенных запретах и со стоном уронила голову мужу на грудь. — Ты ни в чем не виновата. Чему быть, того не миновать, — перебирая ее волосы, проговорил Полозов. — И пожалуйста, запомни, пока ты носишь мое кольцо, никакая беда мне не грозит.