Три запрета Таисии Полозовой

— Что такое искра жизни? — спросила у мужа Таисия, когда обрела способность говорить. Всю дорогу до дома она просидела в машине, как натянутая струна, то и дело оглядываясь в страхе, что Скипер пошлет за ними погоню, или подчиняющиеся ему бандиты подкараулят их на дороге. Даже оказавшись под кровом жилища Велибора и убедившись, что Арина и Ярик, которые приехали раньше, находятся в безопасности, Таисия не могла успокоиться. Она чувствовала, что пружина внутри вместо того, чтобы разогнуться, сжимается еще туже, жаля в самое сердце ядовитой змеей. И только похожие на золотые кольца объятия мужа сумели хотя бы немного ее успокоить. — Искрой жизни потомки бессмертных называют то, что вы именуете душой, — перебирая так и не тронутые сединой волосы Таисии, отозвался Полозов. — Это частичка изначального огня, дарованная всем живущим. У разумных существ она горит ярче и интенсивней, после их смерти возвращаясь к Началу начал. И лишь потомкам бессмертных она позволяет сохранить не только дух, но и плоть от тлена. — И ты частичку своего бессмертия отдал мне? — приподнявшись на локте, потрясенно глянула на мужа Таисия. Полозов ей улыбнулся, с нежностью привлекая к себе. — Не совсем так, — проговорил он между поцелуями. — Вступив в брак, мы установили и закрепили между собой особую связь, присущую лишь истинным парам. В случае крайней необходимости мы можем поделиться друг с другом своей жизненной силой. У меня ее неизмеримо больше, поэтому я подпитываю тебя, продлевая молодость. И можешь считать, что я эгоист. Я ведь тебе ничего не сказал. Таисия вспомнила свою благополучную жизнь, омраченную одними выходками Елены, безоблачное детство Арины, в котором не находилось места не только тяжелым недугам, но и сезонным простудам. Тогда как ее приятельницы, та же Дуся со своей Улей, в какие-то годы не вылезали с больничных. Потом ее взгляд зацепился за обручальный перстень. Перед глазами мигом, точно это происходило вчера, предстала исполненная тепла и нежности сцена в кузне, когда Таисия, кажется, впервые увидела главного инженера аффинажного завода без рубашки. И в тот же день во время чуть ли не первой в жизни рыбалки ей в руки дался удивительный улов. Понятно, что кольцо, которое она надела на палец мужа, пришло к ней не просто так. Полозов как-то упоминал, что пока она носит его кольцо, никакое зло до него не доберется. Хотелось верить, что такую же силу имел и ее обручальный перстень. И все же тревога не унималась, мучая липкими кошмарами. Таисия вновь брела сквозь пургу по заснеженному темному лесу. Пробиралась вдоль обледенелого забора из человеческих костей к увенчанным черепами воротам, которые охранял свирепый пес, похожей на гигантского медведя. Она понимала, что чудовище может ее растерзать, но также ведала, что там за воротами она отыщет того, кто подарил ей свою искру жизни, свою бесконечную любовь. — Не тревожься, Таюшка! — вырывая ее из лап дурных видений и приводя в чувство поцелуями, успокаивал ее Полозов. — Скипер не тот противник, которого стоит опасаться. Не устрашившись угроз, он в тесном сотрудничестве со следователями продолжал распутывать цепочку махинаций, находя все новые доказательства и преступного сговора и помогая задерживать будущих фигурантов. Побывав в золотых кольцах и увидев дали иного мира, даже самые отпетые бандиты обычно сразу начинали давать признательные показания. Скипер пока от него ускользал, но Полозов уверял, что у него все под контролем. Таисия с излишними расспросами старалась не лезть, присматривала за Ариной и Яриком, помогала домовому вести хозяйство. А тут еще Велибор с радостью обмолвился, что к нему едет племянник из Ирана, и Таисия полностью ушла в приятные хлопоты. Конечно, баранину для плова и кебаба, которые любил и Велибор, в татарской части города обещали купить мужчины. Но сухофрукты и рис выбирали они с Ариной. А финики и прочие восточные сладости обещал привезти сам гость, которого звали Мехрдэд, что в переводе означало подарок солнца. Жалко, что Таисия не знала точную дату приезда и подозревала, что это неспроста. Лето клонилось к пышному, благодатному закату. В полях уцелевших колхозов, зарождающихся фермерских хозяйств и агрохолдингов созрела рожь, в которой прятались улыбчивые, беззаботные в своей простоте васильки и ромашки. В садах наливались соком яблони. На пасеках начинали качать первый мед. Хотя Ильин день уже прошел, ночи стояли теплые, Ока не успевала остыть, и Арина с Яриком, если их не брали в город Дмитрий Власьевич и Велибор, почти целые дни проводили у реки. Таисия и сама с охотой купалась, но все же предпочитала нежиться на берегу. Составляла конспекты уроков на следующий год, читала, собирала и сушила на зиму луговые травы, чтобы по старинным рецептам Домны заваривать чай. Арина и Ярик по возможности ей помогали. В тот день они остались с дочерью вдвоем. Мужчины уехали куда-то на производство, и Арина сама предложила пройтись собрать травы. Тем более что она хотела засушить какие-то цветы для модных сейчас украшений в этническом стиле. Луг звенел целым оркестром усердных кузнечиков, бабочки перелетали с цветка на цветок, опыляя их и собирая нектар. Похожие на драгоценные камни стрекозы с прозрачными крыльями то и дело зависали над рекой, выслеживая добычу. Где-то вдалеке паслось стадо. Оттуда доносилось приглушенное мычание, звяканье ботал, искаженные помехами звуки радио, которое слушал пастух. Изредка раздавалось щелканье хлыста. Самих коров Таисия с Ариной не видели. Поэтому очень удивились, когда заметили, что на лужайке рядом с домом Велибора пасется огромный черный бык. Под напоминающей аристократический бархат короткой шерстью перекатывались могучие мышцы. Крутые острые рога изгибались величаво и грозно. Отшлифованные копыта напоминали черные бриллианты, а глаза смотрели властно и призывно. Хотя Таисия обычно от крупных и опасных животных старалась держаться подальше, на этот раз она забыла об осторожности, приближаясь к быку с пучком свежей, чуть подвяленной на солнце травы. Ведь ничего не случится, если она его угостит. Тем более что бык вовсе не собирался поднимать ее на рога. Он вообще выглядел на редкость мирным. Переступил копытами, шумно втянув ноздрями воздух потянулся за лакомством. Кажется, он даже позволил бы себя погладить. Таисию только слегка насторожило, что морда зверя показалась ей смутно знакомой. Будто они виделись буквально недавно. Она только не могла припомнить, при каких обстоятельствах. Что-то там этот бык говорил про искру жизни. Но разве бык может говорить? И тут она увидела его глаза. Внимательные, цепкие, совершенно разумные, хотя вовсе не человеческие. Налитые кровью. Тут же пришло воспоминание о том, где она их видела. Приглушенный свет в зале казино, бархатные портьеры и вычурные канделябры возле ломберного стола. Скипер. Как она не догадалась. Она хотела закричать, предупредить Арину, но поняла, что не может пошевелиться. «А сейчас ты пойдешь вместе со мной, — проникла в сознание властная, давящая мысль. — И твоя Арина тоже. Посмотрим, сумеет ли Полозов после этого мне слово поперек сказать. А будет артачиться, превращу вас в чудищ лесных или просто отправлю в бордель при моем казино клиентов обслуживать. Ты еще баба в самом соку, а Арина — просто розанчик». «Нет, не смей! Возьми меня, но не трогай Арину!» — безуспешно пытаясь скинуть морок, взмолилась Таисия. Хотя все ее нутро содрогалось от ужаса и отвращения, противиться тяжелой, словно ярмо, неумолимой воле она не могла. «Еще как трону, — глумливо промычал в ее голове Скипер. — И ты, бесталанная смертная, ничего мне не сделаешь. Думаешь, если выскочила замуж за Полоза и получила его кольцо, так и его силу обрела? Мне даже древние Сварожичи, хозяева Ирия, противиться не смогли. А дочь твоя, полукровка, и подавно. Не знаю, что там наши болтали про то, что из ее чрева выйдет наследник Великого Полоза, которому предстоит уничтожить Кощея, но у меня на твою девочку совсем иные планы. Не понравится моих братков ублажать, пусть бегает по лесам тварью неразумной. Как по мне, так рысья шкурка куда лучше чешуи ящерицы. И вообще, я не понимаю, почему Константин Щаславович до сих пор не разыграл эту карту? Понятно ж было, еще когда Ленка Ищеева тебя с Ариной в зеркало чуть не затащила, что ради вас Полозов не только все свое золото отдаст, а сам в Навь отправится!» Таисия застонала, пытаясь дозваться до Арины, схватить ее и убежать с этого проклятого луга. Но ноги увязали, точно в болоте, а тело не слушалось. В ноздри тяжкой отравой бил исходящий от Скипера запах тлена. Она уже видела, что шкура у него вовсе не бархатистая, а жесткая, почти непробиваемая, словно сделанная из медной проволоки, а с острых рогов и копыт стекает черная гнилостная слизь. Черный бык, оказавшийся совсем рядом, боднул ее под колени, и она не смогла удержаться на ногах, оказавшись на широкой спине чудовища и все еще пытаясь отыскать сделавшуюся почему-то невидимой Арину.