Блевотность

— Ну как прошла твоя дискотека? Диана пришла в четверг вечером, через день. Марта прогуливала уроки, не поставив в известность Рустама, но предупредив классную руководительницу. Она выходила из дома, как бы направляясь в школу, но шла не туда, а в то кафе, где они с Дианой впервые оказались вместе, брала дешёвый чай в пакетике и без особого интереса листала рекомендации в Инстаграме, где были советы, как одеваться, что с чем сочетать. Там она узнала, что кеды очень даже можно сочетать с нарядными вещами, даже ходить в них на дискотеку. И в ней снова проснулась злость: какого чёрта тогда он её проморозил?! Марта не боялась, что её поймают: это кафе находилось далеко от школы, да и доказательства вряд ли кто-то предоставит; если что, скажет, что показалось, перепутали. Вообще-то она не особо часто прогуливала, но иногда это было остро необходимо, как вот сейчас, чтобы восстановить душевное равновесие. Среди людей, которые от неё ничего не хотели, не мозолили глаза и не действовали на нервы, ей становилось легче. — Нормально, — процедила сквозь зубы Марта, уставившись на погрызенные ногти. Для неё это было своего рода транквилизатором. Рустам вскинул бровь, как бы подначивая рассказать, и она вздохнула и, положив сложенные ладони под подбородок, неохотно продолжила: — Было бы нормально, если бы меня не отшили. — Оу… — Диана попыталась коснуться её рук, но та резко засунула их в карманы. — Милый, сделаешь нам чай? На свой вкус. Рустам, чуть помедлив, кивнул, перевёл взгляд с одной на вторую, покачал головой и вышел. Марте показалось, что в его взгляде — неодобрение. Она натянула ухмылку, подавляя бравадное желание показать фак — впервые в жизни. — А теперь рассказывай. Диана прислонилась к спинке кровати и, обняв ноги, с жадным интересом уставилась на собеседницу. Та перевела неосознанный туманный взгляд на иконы — они были просто молчаливыми наблюдателями, не насмехались, но и не сочувствовали, отгородившись от неё вообще. Марта поёжилась от разрастающегося внутри чувства неуютности и дёрнула плечами, собираясь с мыслями. Взъерошила волосы и, вздохнув, продолжила: — Да нечего рассказывать. Я предложила ему потанцевать, он сказал, что не любит, а потом я увидела, как он с другой девкой танцует. Вот и всё. Не получится у тебя побыть подружкой невесты, короче. — Может, они просто друзья? — Да в гробу я видала такую дружбу! Диана смотрела участливо и с сочувствием, но от этого взгляда Марта чувствовала себя не то калекой, не то ободранным бродячим котёнком. — Это твоя первая невзаимная любовь? — Нет. Но я не понимаю, что со мной не так. Все уже в отношениях или хотя бы с кем-то встречались, а я никому, блин, не нужна. Достало. Научи меня быть красивой, а? — В жизни отношения — это не самое главное, поверь. — А что же тогда главное? — Уметь быть счастливой наедине с собой, кайфовать оттого, какая ты есть, а не подстраиваться под идеалы. Не меняйся только внешне, меняйся и внутренне, и тогда всё будет так, как ты захочешь. Миром правят умные. — А мужчинами — красивые. Диана усмехнулась, но не стала продолжать дискуссию. — Если так сильно хочешь, могу дать тебе помаду. У меня их всё равно много. — Просто так? — Марта недоверчиво нахмурилась. — Да, но как-нибудь в другой раз, а то я с собой не брала. Марта, помедлив и обдумав всё как следует за какие-то полминуты, кивнула. Диана прикрыла глаза, откинула шелковистые волосы на плечи, и на губах застыла мягкая улыбка, которая делала образ ещё женственнее. Она была красивой даже при полном отсутствии макияжа, её лицо с идеально ровным тоном сияло жизнью при желтоватом свете лампы. Диана не вписывалась в интерьер старой комнаты, он ей совсем не подходил, как и город, но эта убогость только подчёркивала её красоту. Марта смотрела на неё со странной смесью тоски и зависти. Думала: а как ей стать такой же? Поможет ли помада хоть немного к ней приблизиться? Да и надо ли на самом деле? В конце концов, разве не лучше ли действительно быть самой собой, пусть и без отношений? Нестерпимо хотелось вернуться в большой мир. В особо тяжёлые моменты, как сейчас, Марта вспоминала отель, их с Рустамом номер с красивым видом из окна, удобную мягкую кровать и белоснежное, выстиранное постельное бельё, пахнущее свежестью, в которое можно зарыться носом и чувствовать себя принцессой, ещё бы балдахин был, чтобы спрятаться вообще ото всех, даже от Бога. Воспоминания не утешали, они напоминали Марте о том, чего она хочет, и помогали не сбиться с пути, не погрязнуть в блевотности её мира. Марта держалась за их призрачные шлейфы, как за нить воздушных шариков, и чувствовала себя лучше. У неё всё под контролем. Вера и надежда на другую жизнь не просто горели маленьким огоньком — они пылали пожаром, сжигая её. Рустам пришёл с её любимым ромашковым чаем, и Марта, сделав пару глотков, довольно прищурилась, ощущая, как внутри волнами накатывает тепло. И взгляд Рустама, когда он давал ей чашку, был таким же тёплым, обволакивающим, пожалуй, это можно было сравнить с плёнкой, в которую укутывают в спа-салоне, — Марта видела такое в фильмах. А она чувствовала себя сардиной в консервной банке: тесно и душно, нечем дышать. Пальцы рук покалывало, в голове шумело, а внутри извергался вулкан, стоило только посмотреть на Рустама и вспомнить, что между ними могло случиться. Она сморщила нос от вони за окном и решилась задать волнующий вопрос: — Вы не собираетесь уезжать? — Нет, — Диана несколько печально улыбнулась, — бабушке стало хуже, уже почти не встаёт. Я не смогу с ней переехать, а больше некому заботиться. Она очень тяжело перенесёт поездку. Марта опустила взгляд, цепенея. Ощутимо потянуло холодом, хотя пластиковое окно было напрочь закрытым и не пропускало морозный воздух. Хотелось хоть как-то поддержать Диану, дать понять, что та не одна, но она просто не умела. Наверное, было достаточно ладони Рустама, лежащей на плече девушки, их прижатых друг к другу тел. Марта чувствовала себя лишней в своей же квартире. И смотреть на воркующих голубков было тошно, голова от них болела, но Марта заставляла себя остаться, сцепив зубы. Это ненадолго, надо просто до конца всё разузнать. — Да и мне неохота тебя оставлять, — дополнил Рустам, глядя на сестру. Та резко вскинула на него неверящий взгляд. Надежда запульсировала в сердце, пытаясь пробиться сквозь грудную клетку, вылететь, расправив крылья, и укрыть собой от всех невзгод. — Боишься, со мной может что-то случиться? — Марта облизнула пересохшие губы, и задумчивый взгляд Рустама перешёл на них, лаская; это чувствовалось так, будто невидимые пальцы с иглами на подушечках коснулись их, вызывая приятное покалывание, некая иглотерапия. — Тётка тебя загрызёт. Или ты её. — Рустам усмехнулся. — И по ком ты будешь больше скучать? — Вы обе незаменимы. Марта рассеянно улыбалась, чувствуя необъяснимое волнение, жар, дышащий на щёки, приятное трепыхание сердца. Это была их игра, и ей нравилось в неё играть. Смущало ли её что-то? Нет. Ни присутствие Дианы, ни вонь за окном, ни двусмысленность ситуации. После поездки в город Марта снова наконец-то почувствовала такое сказочное опьянение, и нахлынувшие чувства были такими сильными, что заставляли задыхаться. Блаженство растекалось по венам лавой, сливаясь с ощущением, что они одни во всём мире, переходя в желание быть как можно ближе: касаться Рустама, разодрать грудную клетку и влезть внутрь, а затем замуроваться, чтобы никто её оттуда не вытащил. Но Диана не закрыла на это глаза. — Что-то я проголодалась. — Она кокетливо взмахнула ресницами-веерами и поправила кашемировый свитер; рука, лежащая на ноге, плавно прошлась по бедру. — Есть что-то перекусить? — Могу яйца сварить, будешь? Рустам одним взмахом руки разрушил атмосферу и улыбался уже другому человеку. — С листьями салата? — Конечно. — Рустам с нежной улыбкой поцеловал в макушку свою девушку и ушёл. А за ним следом тянулись неозвученные желания и мольбы о близости, немой крик никак не мог вырваться изнутри. Марта подавила вздох разочарования и сглотнула отдававшую горечью слюну. — Вижу, у вас идеальные отношения. Как в кино. — Она постаралась придать голосу нотки дружелюбной зависти, приправленной восхищением. — Почти. Рустам, конечно, с меня пылинки сдувает, хотя я не знаю, что он во мне нашёл. Марта скривилась оттого, как жеманно и фальшиво, со скрытой хвальбой это прозвучало. Да уж, они друг друга стоили. Рустам выставлял напоказ её, а она хвасталась им. Диана была неоднозначной: в предыдущий раз она казалась искренней и настоящей, живой, со своими страданиями, а сейчас снова превратилась в дорогую пустышку. Она была вареником, на который не хватило начинки. «Я тоже не пойму, что он в тебе нашёл». — Я хочу так же, — вздохнула Марта и положила голову на колени, бесцеремонно пялясь на Диану. Она решила, что надо выпросить у тётки денег «на ремонт в школе», чтобы купить себе хотя бы такой же кашемировый свитер. Со всем прочим, конечно, пока придётся подождать, но это ничего, она как-нибудь начнёт покупать остальные хорошие вещи, когда поступит в университет и найдёт подработку или будет стипендию получать. — У тебя всё впереди. Слушай, а можешь дать свой телефон? Я хочу зайти в ВК, а мой сел. Совсем уже паршивый стал за два года, пора поменять. Марта фыркнула — она-то со своим три и не жалуется, — но дала. — Только Рустаму не говори, ладно? Марта непонимающе заморгала, но кивнула. Когда дверь начала открываться, Диана поспешно убрала телефон и напустила на себя непринуждённый вид. Это натолкнуло на уже конкретные подозрения. Действительно ли в их отношениях всё гладко? А что, если это брешь и её можно ещё больше раздолбать? Марта слегка улыбнулась, думая об этом, а спина выровнялась. Ей придётся быть коварной змеёй, и у неё всё получится. Когда Диана ушла, Марта взяла телефон и увидела, что та не вышла со своего аккаунта. Невероятно. Она ведь не может быть такой безмозглой курицей? Марта решила, что в её переписках может быть что-то интересное, поэтому, сглотнув и затаив дыхание, начала читать, дрожа от запретного удовольствия. Интуиция её не подвела. «Видела сегодня Марту, не такая уж она и страшненькая» «Я её меняю, и у меня неплохо получается» «Какая она уже по счёту? Пятая?)))» «Третья, ты чего» «Ну ладно. Ты когда остановиться-то планируешь? Не надоело быть феей-крёстной?))» «Нет, мне это доставляет удовольствие» Марта шумно втянула в себя воздух и бросила телефон на кровать, позволяя ненависти растекаться чернилами по сердцу и пачкать его, подобно листу бумаги, подменяя одни мысли, чувства и желания другими. Если раньше Диана вызывала у неё завистливое раздражение, то теперь она наполнилась всеми негативными чувствами, которые только существовали. Хотелось расцарапать лицо этой самодовольной дуре. Много ума надо, чтобы дать свою одежду и помаду и говорить, что главное быть собой. Да и подружку её Марта действительно видела: столкнулась с чрезмерно намакияженной девушкой возле кафе. Марта облизнула губы и сложила руки на груди. Ну-ну, интересно, что запоёт эта птичка, когда уже не будет так хорошо выглядеть. Через две недели День рождения, нужно её пригласить. Диана обязательно придёт, а она будет рада повыщипывать ей пёрышки. Марта засыпала спокойно, убаюканная этими мыслями и дождём за окном, готовая завтра идти в школу, будучи уже другой, непохожей на себя. В жопу то, что говорила Диана, ей не хочется быть собой.