Блевотность

На следующий день Марта всё же пошла на вечеринку с одноклассниками. Не то чтобы сильно хотела, но Лиза уболтала и её, и Алёну. И Марта подумала: чёрт с ними, надо было как следует проводить свою школьную жизнь. Собраться решили на пляже около шести вечера, и обязательным спутником была целая куча алкоголя, на который скинулись все вместе: портвейн, полусладкое вино, пиво, кагор, слабоалкоголки… Идя туда, Марта уже представляла, что напьётся в хлам. Жалко, правда, было тратить на это честным трудом заработанные деньги, но что уж поделать. Компания оказалась небольшой: из двадцати двух учащихся пришло одиннадцать. Облегчением стало то, что там не было ни Назара, ни Анечки с Лерой, ни тех даунов, которые пытались снять на камеру приставания к ней. Марта пришла позже всех и с удивлением обнаружила Алёну в компании Елисея — единственного представителя хиппи в их классе, верным компаньоном которого всегда была самокрутка. Подруга выглядела довольно счастливой, оживлённо жестикулировала и рассказывала о чём-то, периодически смеялась и толкала парня в плечо. Неужели она вернула себе умение что-то чувствовать? Ей больше не придётся довольствоваться отголосками тех эмоций, что переживала раньше... В любой другой ситуации Марта порадовалась бы за неё, но сейчас почувствовала раздражение, взяла со стола портвейн и уселась на траву рядом. Наблюдая за шумными одноклассниками, тем, как они смеются, вскрикивают, громко ругаются и толкают друг друга в воду, Марта хотела только оказаться подальше отсюда, хоть и сама любила шум и веселье. Тревога пожирала её изнутри, высасывая силы и способность наслаждаться жизнью. Она то и дело поглядывала на телефон, проверяя, не написал ли Рустам, и с каждым разом настроение всё стремительнее опускалось вниз. Ни слова. А она ведь ждала этого с самого утра. Едва только проснувшись в комнате Рустама и ощущая фантомные прикосновения, увидела, что его нет рядом, и раздосадованно показала фак иконе Богоматери: та смотрела на неё с ухмылкой, в которой читалось, что так ей и надо. Назойливое желание позвонить Рустаму на работу или набрать сообщение, спросить, как он, прогрызало черепную коробку, но Марта ещё не растеряла остатки гордости и понимала, что так делать точно не стоит. Да и разговоры такие следует проводить вживую. Она вздохнула и запрокинула голову, туда, где простиралось над ней ярко-синее безоблачное небо. Вот бы и её жизнь была такой же безоблачной, без необходимости всё время думать, что-то решать, как-то крутиться… — Чего киснешь? — Лиза подсела к ней, держа наманикюренными пальчиками бутылку «Фраголино». — О поступлении думаешь? — Ага, — соврала Марта. — И как, уже решила, куда? — Ну, мне один знакомый посоветовал университет хороший в столице… — она сказала его название. — Собираюсь туда. — О как, ты настолько уверена в своих силах? Не подумай, я не сомневаюсь в тебе, просто у меня сестра хотела туда поступить на бюджет в прошлом году, но не смогла. Там на гуманитарных специальностях всего по одному бюджетному месту, так что надо быть либо круглым отличником, либо с чемоданом баксов. — Лиза хмыкнула. — Я бы задумалась насчёт чего-то более простого, реалистичного. Марта поджала губы. Её мечта была воздушным шариком, который она крепко держала за нитку, не позволяя улететь. И чем сильнее её толкали, тем крепче она хваталась за нитку. Отпустить этот шарик было равносильно смерти. — Я справлюсь. Должна справиться. Выносить равнодушие Рустама там, в столице, будет куда легче. У неё начнётся новая жизнь, она будет соответствовать своему окружению и точно не станет изгоем, а в первый же день подружится с соседками по комнате. Она будет каждый день тусоваться, ходить на свидания и только во снах, от которых никуда не деться, видеть его. И дядя в столице её не найдёт. Последние месяцы только этими мечтами Марта и жила. Лиза вскоре ушла, и Марта продолжила сидеть в гордом одиночестве ещё какой-то отрезок времени, то ли пять минут, то ли двадцать или даже больше. Присутствуя на вечеринке только физически, она смотрела на неспокойную водную гладь с небольшими волнами расплывающимся от алкоголя взглядом и думала, думала, думала… Телефон вдруг пиликнул. Уведомление Вконтакте. Марта напряглась, и сердце лихорадочно заколотилось в предчувствии чего-то нехорошего, как в прошлый раз. Однако то, что она увидела, кардинально отличалось от того, что случилось ранее. Это был подарок, учебники с колокольчиками и ленточкой, подписанный как: «С началом новой жизни!» Отправителем оказался Рустам. Марта глупо заулыбалась, чувствуя, как тепло разливается по всему телу, от кончиков пальцев до макушки. Это не могло заменить разговор, но как бы было обещанием, что всё у них будет хорошо. — Опа, чего лыбишься? С парнем переписываешься, да? Марта вздрогнула, когда к ней подсел одноклассник, Мартин, лучший друг Елисея, и попытался заглянуть в экран. Она тут же заблокировала телефон, и тот разочарованно надул губки. — Да не очень-то и интересно. Чё ты сидишь тут, как не родная, идём к нам лучше играть. Марта вздохнула и нехотя пошла за ним, решив, что Рустама поблагодарит позже. Как оказалось, играть решили в «Я никогда не…». Марта знала эту игру, правила были довольно простыми: ведущий называет ситуацию, а тот, кто совершил что-то такое, должен выпить. Ситуации поначалу были обыденными: прогуливание уроков, просмотр порно, поцелуи со своим полом — несколько девчонок выпили при этом, употребление травки — выпили Елисей, Мартин, ещё пара парней и Марта. Лиза пила, когда речь шла о сексе со своим полом, сексе в публичном месте, воровстве, мести, прыжках с парашютом, позировании на профессиональную камеру голой, съёмках в фильмах для взрослых… Марта невольно восхитилась и позавидовала: вот бы ей так жить! Лиза явно умела брать от жизни всё. Алёна спокойно выпила, когда зашла речь об изнасиловании, и если практически все были удивлены и не знали, как теперь себя вести, то Елисей выглядел так, будто уже знал об этом. Алёна и ему рассказала? Надо же, какая доверчивая. Марта же выпила, когда речь шла о прогулах, о рыгачках после пьянки, о мести, о соблазнении… Многие восхищённо присвистнули на последнем пункте. Марта пожала плечами, решив не уточнять, что это было, скорее, провокацией и бунтарством, попыткой обратить на себя внимание, а поступала она так с родным братом. Игра довольно быстро закончилась, энтузиазм угас, и все снова начали заниматься своими делами. Лиза ушла в раздевалку с кем-то из парней, и чем они там решили заниматься, догадаться было нетрудно. Алёна дальше тусовалась с Елисеем, и Марта надеялась, что сможет побыть одна, чтобы, по крайней мере, поблагодарить Рустама за подарок. Однако Мартин не оставил её в покое. — Ты знала, что они встречаются? — кивнул он в сторону Елисея и Алёны. Парень с девушкой на руках с разбега зашёл в воду и сбросил её, как бомбу, а та вскрикнула и принялась брызгать на него. Через минуту они уже обнимались, оба намокшие. Марта пожала плечами. — Нет, а ты давно знаешь? — Неделю как. Что-то подруга из тебя не очень. Марта прикусила губу, почувствовав укол вины. Она старательно гнала от себя эти мысли, а Мартин пришёл и вылил их ей на голову, как ушат холодной воды. Она решила, что за это лето постарается как можно больше времени проводить с подругами и быть там не только физически. Всё же… кроме Рустама, у неё должен быть и свой круг общения. *** Марта с трудом вспоминала, как пришла домой. Помнила только, что это было под утро, поскольку уже начали распеваться птицы. Помнила, как ключ с трудом попал в замок, а также каких стоило усилий не упасть прямо посреди коридора, снимая обувь. Повезло, что не разбудила никого, а то влетело бы… Поэтому и проснулась Марта уже после обеда, к двум часам дня, и то оттого, что бесящие голуби, пикируя на козырёк балкона, издавали ужасный царапающий звук. В голове шумело и без этого, видимо, не стоило мешать портвейн, слабоалкоголки и пиво. И тревожное волнение, поселившееся в ней ещё вчера, стало только ощутимее. Оно летало в воздухе, казалось, им пропиталась вся квартира, весь этот чёртов крохотный городок. Марта чувствовала его так, будто с неё содрали кожу, из-за чего все нервные окончания обострились. Нахмурившись, Марта решила не обращать на это внимания. Она просто волнуется из-за предстоящего разговора. Надо просто дождаться сегодня Рустама с работы, чтобы, наконец, обсудить всё. И Марта ждала его, честно и преданно, до позднего вечера, пока улицы не поглотили сумерки. Слышала звук открывающейся двери, но это была тётка. А Рустам, похоже, и не собирался приходить домой. «Ты когда будешь дома?» — набрала сообщение Марта и уставилась в экран, незаметно для себя начав грызть ногти. «Поздно. На работе корпоратив» Сухо и сугубо по существу. Ничего, указывающего на то, что тем вечером вообще что-то было между ними. Марта протяжно вздохнула и свернулась в клубочек на своей кровати, решив не спать до самого утра, чтобы не пропустить его возвращение. Она посмотрела какой-то ужастик, выпила три чашки кофе, от скуки даже начала наводить порядок в своей комнате и на кухне, правда, то и дело вздрагивая от любого шороха. К шести часам утра голова стала ощущаться до того тяжёлой, что сил её держать на плечах уже не было, и Марта, сдавшись, положила её на подушку. Всего на минутку, чтобы отдохнуть. Но она всё же уснула. А проснувшись следующим днём, в субботу, с ужасом увидела на часах четыре часа вечера и подумала, что Рустам точно смылся уже, если всё же приходил. Слегка колеблясь, Марта направилась в его комнату и признаков жизни за дверью не услышала. Резко толкнув её, она нахмурилась, замерев на пороге. Что-то было не так, помимо отсутствия брата, но что же ещё?.. Постель идеально заправлена и выглядит точно так же, как и вчера, значит, Рустам не был дома. Всё те же иконы, раздуваемые ветром шторы гораздо более приятного цвета, чем в её комнате, доставшиеся в «наследство» от матери цветы на подоконнике… Чуть позже до неё дошло: все его вещи отсутствовали. Ноутбук с наушниками и рюкзак, аккуратно висящая на стуле одежда и беспорядочно лежащие возле дивана носки, ручка и блокнот на столе… Чашка из-под чая больше не мозолила глаза, стоя на самом видном месте. Марта дрожащими руками открыла шкаф и, уставившись, не сдержала вздоха разочарования: на неё глазели в ответ абсолютно пустые полки. В коридоре не висела теперь ни одна куртка Рустама. Марта, совершенно сбитая с толку, незамедлительно набрала номер. — Да? — практически сразу же раздалось в ответ. — Что происходит? Где все твои вещи? Нас ограбили? — А… я съехал. — Что? Марта не подумала, что ослышалась. С ужасающей ясностью она поняла, что услышала именно то, что Рустам и сказал: он съехал. Просто взял и бросил её, разъедая душу до чёрных дыр и зияющих ран. — Почему?.. — Ну, я подумал… — следующие слова явно дались ему с трудом: — Мне давно пора жить отдельно. — То есть, с Дианой? — Нет. Самому. Я хотел тебе сказать, когда пришёл… Но ты так сладко спала, решил не будить. — И ты просто съезжаешь?! После того, что было?.. — А что было? — Рустам терпеливо-снисходительно вздохнул. — Я просто успокаивал тебя. И если тебе станет легче, то я планировал отъезд ещё задолго до того вечера и вещи собирал постепенно. Вселенная Марты, которая только-только зародилась, сжалась, схлопнулась и разлетелась, превратившись в космический мусор. Солнце в ней погасло. — Успокаивал? — прошипела Марта, и казалось, что взорвётся она точно так же. — Ты меня бросаешь после этого! — Не делай из этого драму, — раздражённо ответил Рустам. — У меня есть своя жизнь, и я хочу жить ею. Но если ты так хочешь, то можешь прийти ко мне на новоселье, — насмешливо добавил он в конце. — Да пошёл ты!.. Марта сбросила звонок и, толком не отдавая себе в этом отчёта, занесла номер Рустама в чёрный список. Её охватила дрожь, которая, впрочем, вскоре сменилась равнодушием и странным спокойствием. Марте казалось, будто её столкнули с небоскрёба, но она не падала со скоростью света, а плавно опускалась, как-то сумев замедлиться и контролируя этот процесс. Внутренняя сила не давала разбиться. «Трус ты, конечно, братец», — промелькнуло цинично в голове. Чёрт, да даже она, вечно хмурая хрупкая девчонка, младше на пять с половиной лет, готова была взять яйца в кулак и сделать первый шаг в разговоре. А Рустам не смог и решил сбежать. Чтобы что? Снова просить прощения? Если так, то пусть просит, конечно, но прощать Марта не собирается. Но она осознала, что даже не разочарована, будто знала, что так и будет, с самого начала. Вспомнился тот милый подарок в ВК, такой глупый, но такой приятный на тот момент. Марта поняла вдруг, что не было это никаким обещанием, никаким проявлением чувств. Это было способом подчеркнуть истинное отношение Рустама к ней. Как интересно получается: её сердце навеки отдано тому, у кого не хватает смелости его принять. И он предпочёл сбежать от себя и от неё. Марта знала, что переживёт это, нужно только постараться чем-то занять себя на целое лето, чтобы не было времени думать о произошедшем и горевать, а осенью станет легче.