La vie est belle. С любовью

Уже через неделю, Тэхён вместе с бабушкой принимал заказы. Всё оказалось не так страшно, как казалось вначале, фразы всегда были одинаковые, поклоны низкие, а улыбки подобострастные. Физически же, было очень сложно, к вечеру болела спина, а нормально выспаться на старом кресле не получалось. За эту неделю, бегая между столиков, парень разбил три тарелки, две кружки, и два стакана. Отец сделал ему замечание, а бабушка за каждый предмет сервировки била палкой по спине. Это уже стало привычным наказанием за любую провинность. Сначала парня это возмущало, и он оглядывался по сторонам ища поддержки в окружающих людях. Но те предпочитали делать вид, что ничего не происходит. Даже те, кто открыто наблюдал, всегда становились на сторону бабушки, поддерживая наказания. И вскоре сам парень уверился, что происходящее абсолютно нормально, безропотно принимая удары, и стараясь исправиться. Но исправить своё появление в жизни этой семьи он не мог. Стоя рыбной костью в горле отца, он чувствовал, что раздражает того всё больше и больше. Первый раз отец ударил Тэхёна, когда он вернулся из школы в порванной рубашке. Тогда кучка местных недоумков, решивших почему-то что парень из Франции как-то неуважительно к ним относится, поджидала его на улице, после занятий. Они зажали Тэ на заднем дворе, и дико хохоча дёргали за подол в разные стороны, успокоившись только когда шов слева разошёлся, оголяя спину, а правый рукав был оторван. Неловкая защита Тэхёна была устранена сильным ударом в грудь, после чего его вытолкнули за ворота школы, долго смеясь вслед. На душе выли волки, когда он зашёл домой, в надежде на сочувствие. Но отец уже был пьян, и вид разорванной рубашки, хотя она и была куплена не им, разозлил Дасона. — Ты, бестолочь французская, совсем хлюпик, — отца шатало в разные стороны, от него разило алкоголем и табаком. Тэхён сжавшись в комок стоял на проходе боясь сдвинуться с места. Страх вперемешку с отвращением захлестывал его. Он не заслужил такого. — Они начать, я… — Не смей перечить старшим, — отец замахнулся, и залепил парню звонкую пощёчину. Щека загорела огнём, и от резкой боли, слёзы брызнули из глаз. — Ублюдок, — ещё один удар в плечо, от которого Тэ, отшатнулся к стене ударившись затылком. Мечты на нормальную жизнь разлетелись мелкими осколками, царапая и без того израненное сердце. Тэхён, который за всю свою жизнь и мухи не обидел, потирая ушибленную голову, поднял взгляд встречаясь с откровенным отвращением в глазах, которые должны были стать самыми родными. — Пошёл отсюда, — махнул тот рукой, направляясь на кухню. Парень, повинуясь инстинктам пулей вылетел из дома. Мысли в голове путались. Возможности выбраться не было. Спаситель, как бывает в дорамах, не появится. Ему не на кого надеяться. Люди, которых он любит далеко. Всё что остаётся это терпеть и ждать возможности уехать отсюда. Работа в забегаловке здорово отвлекала от ненужных мыслей. И давала возможность не пересекаться с отцом дома. Где тот всё чаще и чаще стал выпивать, и цепляться к парню по поводу и без. В квартире все замки на дверях были сломаны, не давая возможности спрятаться, поэтому Тэхён старался с утра убегать на занятия по языку, а потом сидел в рыбном ресторане до темноты. Между вонючей рыбой и пьяным отцом, он выбрал рыбу. Когда на работе выдавалась свободная минутка Тэ заваривал себе кружку кофе. Кажется он единственный здесь, кто его пил. Не считая парня с мятными волосами, что часто захаживал и тоже брал кофе. Остальные посетители пили соджу, мэгджу, чаымчором и другой алкоголь. И хотя кофемашина стоящая на кухне, была современная и хорошая, местный дешёвый кофе, не в какое сравнение ни шёл, с тем, которое Тэхён любил, и часто пил в Париже. Поэтому в свой выходной, заранее расспросив маршрут у Бёнхона, он съездил на автобусе в большой супермаркет, купив самый дорогой молотый кофе, который нашёл. Позволив себе эту, пока единственную радость, в жизни. Помимо кофе, прохаживаясь между полок, он зачарованный обилием разноцветных упаковок, набрал разных вкусностей себе и брату, не особо вчитываясь в названия. А зря, ведь уже вечером сидя в комнате очень удивился, попробовав острые конфеты с перцем, и чипсы со вкусом мороженного. С хорошим кофе, и жизнь стала легче. Никто из работников кухни и не заметил, что Тэхён заменил пакеты. А тот решил, во избежание лишних вопросов, ничего не говорить. Что удивительно, благодаря живым разговорам в забегаловке, и постоянной нужде общаться, Тэхён делал большие успехи в понимании языка. Он всё ещё плохо говорил, но уже хорошо воспринимал речь на слух. Здесь в отличие от школы, он не мог спрятаться в капюшон, и отмалчиваться. Да и улыбчивые аджумы и аджосси, не насмехались над ним, как одноклассники, а с терпением поправляли, и подсказывали. Если бы не ужасный запах рыбы, Тэхёну возможно даже нравилось бы здесь работать. Через две недели он уже начинал запоминать постоянных посетителей. — Аджума, рыба и овощи? — обратился он к пухленькой седой женщине, севшей за столик. — Да, Тэхён-и, спасибо — ответила она. — Пива ещё, аджосси? — остановился он возле одного из столиков, по дороге на кухню, и забирая пустой бокал из-под пива на поднос. — Нет, на сегодня хватит, — ответил мужчина, неспеша собираясь. —До свидания, — поклонился на прощание Тэхён и пошёл дальше. Поставив рыбу перед женщиной, он поднял голову оглядев зал. О, опять парень с мятными волосами сел возле стены. — Здравствуйте, — подошёл к нему Тэ, и поклонился. — Кофе, — бросил парень, потом задумался на мгновение и добавил, — и тушёные овощи. — Да, — отправился на кухню за заказом Тэхён. До конца рабочего дня оставался час, люди потихоньку расходились, и Тэхён собирал грязную посуду, переходя от столика к столику. Из динамика радио, доносилась популярная песня. Кроме парня с мятными волосами, оставалось ещё четыре человека. А тот, кстати, уже доел, можно забирать посуду. Подойдя к его столику Тэхён, потянулся к пиале от овощей, когда парень поднял на него глаза: — Это другой кофе? Тэхён совсем забыл, что не только он здесь пьёт кофе. Он запаниковал, кусая губы, и обвёл взглядом помещение в поисках бабушки, ожидая наказания палкой. — Извините, извините, — промямлил он, опуская глаза, — я поменять, — голос дрогнул, и он попытался забрать кружку. И видимо у него был такой испуганный вид, что гость попытался его успокоить. — Хэй, — перехватил тот протянутую руку, — не нервничай, — и указал на стул напротив себя, — присядь. Тэхён как болванчик сел на стул, поднимая глаза на сидящего напротив. — Ты здесь новенький? — спросил он. — Да, — ответил Тэхён — Ты не кореец, — с прищуром оглядел его парень, — откуда? — Франция, — всё ещё не понимая смысла разговора отвечал Тэ. Он ожидал наказания за проступок, и уже прикидывал как сильно разозлится отец. Мятноволосый же, вместо тот чтобы позвать старших, улыбнулся: — Да не нервничай ты так, — и отхлебнул кофе из кружки, — давно не пил такого хорошего кофе. Кстати, меня зовут Мин Юнги. — Ким Тэхён, — в ответ представился Тэ, с облегчением выдыхая. — О, так ты внук аджумы Ким Су Джин? Тогда ясно почему ты здесь. Спасибо за кофе — покивал головой парень. — Пожалуйста, — улыбнулся Тэхён, бесконечно кланяясь головой, и успокаиваясь. Ему вдруг ужасно захотелось поболтать с парнем своего возраста, но он не знал, что сказать, и показав на голову гостя спросил, — волосы? — А, цвет? Нравится? — засмеялся Юнги, — мой сосед решил подшутить надо мной, и поменял шампунь на краску. Вот жду теперь пока смоется. Тэхён смотрел на него и улыбался: — Нравится. — такое странное ощущение, разговаривать с кем-то интересным. Хотелось столько всего сказать, но по факту парень чувствовал себя в теле какой-то умной собаки: он вроде понимал, что ему говорят, но ничего путного ответить не мог. — Иди уже, — не переставая улыбаться махнул рукой парень, — ты же на работе. — Да, да, — подскочил со стула Тэ, и собрав посуду убежал на кухню. Он продолжал улыбаться сам себе, даже не понимая почему. Вернувшись в зал, за столиком возле стены уже никого не было. Знакомиться с кем-то всегда было для Тэхёна волнительно. В отличии от всех остальных посетителей, которые были возраста его отца или бабушки, Юнги был единственным с кем действительно было интересно. Теперь Тэ неосознанно ждал этого парня с мятными волосами, чтобы перекинуться парой слов. Обычно они спрашивали друг у друга как дела, и как прошёл день. Юнги стабильно появлялся раз в пару дней и всегда просил кофе. За несколько недель такого общения Тэхён узнал, что его новый знакомый — композитор, и гений. Цитата: «Я пишу гениальную музыку, жаль за неё мало платят». Что живёт он на соседней улице и делит съемную квартиру со своим другом и его котом. Друга он особо подчеркнул, потому что именно он мешает ему сосредоточится, и спокойно работать, поэтому и приходится ходить в эту забегаловку. Когда он пришёл в следующий раз, он вновь устроился за столиком и подозвал Тэхёна. — Привет, Юнги, как дела? — с улыбкой подошёл к нему тот. — Ты не можешь называть меня по имени, для тебя я хён, или Юнги-хён, я же говорил, — пробурчал он вместо приветствия. — Да, хён. Извини. Уважение к старшим и поклоны. Поклоны и уважения. Бесконечные правила, приличия, и традиции. От которых порой тошнило хуже, чем от жаренной скумбрии. Сейчас у Тэхёна не было работы, и отодвинув стул, он сел напротив. — Слушай, тут такое дело, — неуверенно начал Юнги, — у меня в субботу день рождения, и Чимин… это мой сосед, помнишь, я рассказывал? — Тэхён кивнул, усиленно вслушиваясь, и он продолжил, — так вот, он хочет отметить, и уже пригласил всех, — Юнги смотрел в стол, теребя салфетку, — и я подумал может ты тоже приходи, а то, как будто у меня и друзей своих нету, даже пригласить некого. Тэхён не всё дословно понял, но смысл уловил, и засиял квадратной улыбкой, словно солнце. — Я друг? — с благодарностью смотрел он на Юнги, — я прийти. Спасибо. Юнги посмотрел на него, и не смог не улыбнуться в ответ. — Хватит уже лыбиться, — беззлобно протянул он. — жду тебя в субботу, в два. Знаешь, как дойти? — Знаю. Там, большой красная дом, — Тэхён указал пальцем в неопределённом направлении куда-то в окно. — Правильно. — кивнул Юнги. — иди уже приготовь мне кофе, и что-нибудь покушать, давай, а то расселся тут. Он всегда немного грубил, и делал недовольный вид. Сначала это пугало Тэхёна, а потом он понял, что Юнги такой человек, закрытый, не умеющий показывать эмоции, но очень искренний и добрый. Этим они с Тэхёном были похожи. Субботу Тэхён ждал с замиранием сердца. И очень боялся идти куда-то один. С одной стороны, ему очень хотелось найти людей, с которыми можно общаться и может даже подружиться. Теперь, когда он мог немного говорить, ему очень не хватало обычного общения со сверстниками. А с другой — было страшно. А вдруг он будет лишним, и другие люди будут смеяться с него: всё-таки он ещё совсем плохо дружит с корейским. Перебирая свою полку с одеждой, и решая, что одеть, Тэхён думал о своих друзьях из Парижа. У всех жизнь идёт своим чередом, кто-то учится, кто-то влюбляется, кто-то отдыхает. А Тэхён с утра до вечера работает в рыбном ресторане, и сам весь пропах вонючей жареной скумбрией. Каждый вечер он валился с ног, от усталости, и надеется, что всё это просто кошмарный сон. Но утром опять открывает глаза и безумно хочет вопить от того, что сон не заканчивается. А общение с родственниками становится всё хуже и хуже. Ему просто хотелось кому-нибудь пожаловаться на жизнь, и послушать чужие истории. Поэтому, когда Юнги предложил прийти к нему на день рождения, Тэхён с радостью согласился. Вечером в пятницу, он поехал в большой супермаркет искать подарок. Переходя от полки к полке, стараясь найти что-нибудь подходящее. Проведя два часа в магазине, он остановился на новых беспроводных наушниках от известной фирмы. Благо нужды в деньгах он не испытывал. Жиль стабильно раз в месяц переводил ему на карту достаточную сумму. Комизм ситуации состоял в том, что Тэхён просто ничего не хотел, и ему не на что было тратиться. Вспоминая Юнги, и зная, что тот занимается музыкой, Тэхён надеялся, что подарок придётся по вкусу. Красиво упаковав коробку, довольный выбором он вернулся домой. Стоя перед зеркалом, выбирая одежду, он остановился на тёмных джинсах, и чёрной майке, сверху накинув фирменную рубашку в красную клетку. Перебрав привезенные с собой украшения, Тэхён всунул в ухо любимую серёжку, и надел пару тонких колец. Уже подходя к дому Юнги, его снова охватила паника. А вдруг он слишком старается, и надо было одеть что-то попроще? А если друзья Юнги решат, что он выскочка? Ладошки вспотели, и вязкая слюна заполнила рот. Может стоит развернуться и уйти? Внезапно его размышления прервал звук открывающегося окна на втором этаже, из которого высунулась голова Юнги и закричала: — Чимин, мать твою, ты опять спиздил мои сигареты?! Тэхён повернул голову и увидел парня в конце улицы, с ярко красной макушкой, который развернулся и закричал в ответ: — Я куплю сигареты хён, не ори!!! Прохожие, заставшие эту сцену, рассмеялись, добавляя комментарии. — В жопу себе их засунь, — проворчал Юнги, и немного подумав прокричал — Winston синий!!! — Я знаю, хён!!! Заткнись уже!!! — Говнюк, — сам с собой согласился Юнги, пытаясь закрыть створку окна, но увидел внизу Тэхёна — О, ты уже пришёл, поднимайся. — махнул он рукой приглашая зайти. Убежать уже не получится. И поднявшись по лестнице, Тэхён постучал в дверь. — Открыто! — закричал изнутри Юнги, Тэхён зашёл в квартиру и огляделся по сторонам. Квартира была почти такая же как у семьи Тэхёна: две комнаты, кухня и проходная гостиная. Только здесь было чисто и современно. В гостиной преобладали светлые тона, создавая ощущение уюта. Большой телевизор стоял напротив дивана и пары кресел, на одном из которых лежал белый пушистый кот, тихо мурлыкая. Стены, увешанные грамотами, были выкрашены в спокойный бежевый цвет. К одной из грамот в рамке, и подошёл Тэхён. «Первое место в национальном конкурсе современных композиторов Мин Юнги» — прочитал он. — Юнги очень талантливый, когда не спит, и не матерится, — вздрогнув от неожиданности, Тэхён обернулся на голос. В проходе стоял высокий парень одетый в джинсы и толстовку, улыбаясь ямочками на щеках, — Я Ким Намджун, — в ответ на вопросительный взгляд протянул он руку для приветствия. — Ким Тэхён, — подошёл к нему Тэ, поклонился, и пожал руку. Из прохода выглянула мятная макушка. — Уже рассказываешь Тэхёну, где я накосячил? — Я сказал только, что все грамоты твои заслужены, — обернулся к нему Намджун, — кроме той, — указал он на противоположную стену, — её тебе Чимин распечатал, на прошлый новый год. — Эй, эта грамота самая классная! — входная дверь распахнулась, и в прихожую завалилось ещё четверо парней. Красноволосый, которого Тэхён уже видел на улице, указал пальцем на грамоту, — лучшему соседу! — Ты выдал мне эту грамоту, чтобы я тебя не выгнал, — парировал из прохода Юнги. — Ты же любишь грамоты, вон, все стены увешал, пусть и моя висит. — Хватит болтать, дайте пройди, — один из пришедших, разувшись, распихнул остальных и сжал Юнги в объятиях, — с Днём рождения, Юнги-я, ты совсем не вырос за этот год, ты хоть кушаешь? Хорошо, что я привёз тут, целый пакет еды, а то ты кроме кофе ничего не ешь, — не переставая болтать, парень с пакетами протиснулся в кухню. — Джин, мне уже 25, я уже не вырасту. — Всего лишь двадцать пять, пфф, — послышалось из кухни. Юнги покачал головой и обернулся к остальным. — ЮНГИ, с днем рождения! Я так рад тебя видеть! — ещё один из гостей заключил Юнги в объятия, — спасибо за приглашение! — Хоби, я тебя знаю. Ты бы всё равно припёрся, даже если бы я тебя не пригласил, — выпутался из обнимашек Юнги. — Где есть выпивка — есть Хоби, — засмеялся парень, и пошёл на кухню. — Ну пойдёмте тогда за стол, раз все пришли, — обвел оставшихся взглядом Юнги. И парни один за одним протиснулись в кухню. Она тоже была не большая, как и в доме Тэхёна, но за счёт функциональной мебели места было больше. А ещё здесь был чистый пол, и вкусно пахло. Впервые за долгое время парень не отказался бы покушать, что-нибудь кроме риса. Деревянный стол, за который начали рассаживаться гости, идеально вписывался в общий стиль. Тэ зашёл в кухню последним и не знал куда себя деть. Он смущался, и оглядывался по сторонам, случайно встретившись взглядами с красноволосым. — О, ты Тэхён? — все взгляды в комнате тут же перенеслись на Тэхёна, и ему стало ещё более не по себе — я, если честно, думал, что Юнги всё выдумал, и никакого знакомого в ресторане Кимов, у него нет, — засмеялся он, — Я Чимин, — протянул он руку для приветствия. — Очень приятно, — пожав руку, поклонился Тэ, копируя чужие эмоции. — Да не стесняйся ты так, — продолжал улыбаться Чимин, — мы не кусаемся. — Я тебя покусаю, если ещё раз возьмёшь мои сигареты, — подал голос Юнги, вместе с Джином расставляющий на столе закуски. — Ой, хён, да понял я уже, — заныл Чимин, указывая на свободный стул для Тэхёна, — купил я твои сигареты. — Тэхён, а сколько тебе лет? — внезапно обратился к нему Джин. Тэхён только севший за стол, поднял на него глаза, и нахмурившись стал считать в уме. — …Семнадцать. — О, как и Чонгуку, — поддакнул Чимин. А Тэхён только сейчас заметил парня, сидящего напротив, на которого указывал Чимин. У того были удивительно большие глаза, изучающе осматривающие его. Чтобы не показаться грубым парень смущенно улыбнулся. — Да, кстати, кто ещё не знаком между собой — выпрямился Юнги, и по очереди указал пальцем на каждого, — Намджун, Чонгук, Чимин, Тэхён — мой новый друг, он не местный, поэтому ещё плохо говорит на корейском, не обижать его. Джин, Я, и… — он обернулся в поисках последнего, — Хосок. — Я достал из холодильника соджу, — появился тот, с грохотом опуская бутылки на стол, — но у нас тут несовершеннолетние, что вы будете? — обратился он одновременно к двум. — Мне можно соджу, — ответил Чонгук, — я с ночёвкой. Хосок перевёл взгляд на Тэхёна. — Я… не знать, — замялся тот. — Налей ему пока сока, а там посмотрим, — ответил за него Юнги. — Окей, сок так сок, — убежал куда-то смеющийся Хосок, через пару минут вернувшись со стаканом, и поставил его перед Тэ. Вполне наевшись вкусными блюдами, после бутылки соджу, и обмена последними новостями, ребята переместились в гостиную. Поначалу Тэхён старался держаться поближе к Юнги, и просто молчать, так было спокойнее, но постепенно расслабляясь, он понял, что все присутствующие доброжелательны по отношению к нему, и бояться нечего. — Джун, ты давно прилетел? — уже немного опьянев расспрашивал Хосок. Гости расселись по периметру гостиной: кто на кресле, кто на диване, Чимин с Хосоком плюхнулись на пол. — Уже почти месяц, — ответил тот, — мне нравится учится в Америке, но привыкать капец, тяжело. Всё по-другому, абсолютно всё! Я ждал что получу кучу негатива за азиатский разрез глаз, но нет, им всем как-то пофиг, откуда ты, что носишь, с кем спишь. Вообще они очень свободные, что ли. Непривычно. — И они поддерживают геев, — вставил свою реплику Чимин, — я бы тоже уехал если бы была возможность. — Тэхён посмотрел на него, и, кажется, что-то понял. — Ты заебал уже, со своими геями, — устало отозвался Юнги. За что получил шлепок по колену от Чимина. — Чим, мы тебя и так любим ты же знаешь, — попытался поддержать того Джин. — Знаю, — протянул он, — хорошо, что я познакомился с Чонгуком, вместе как-то проще. — Вы типа того, этого? — заржал Хосок, хлопая Чимина по плечу. — Мы друзья, — резко отозвался сидящий в кресле Чонгук. — Вот по тебе, парень, вообще не скажешь, — с серьёзным видом уставился на него пьяненький Хоби, и все прокатились со смеху. Тэ не понял, что именно, всех так рассмешило, но, чтобы не выбиваться из компании, тоже заулыбался. — А ты Тэхён откуда? — отсмеявшись, спросил у него Намджун, меняя тему — у тебя такой акцент интересный. — Франция, — ответил Тэ, и все взгляды в комнате переместились на него, пока он попытался подобрать подходящие слова, — дом — Париж. Папа — Корея, а мама — Франция. Мама умереть, — опустив глаза в пол, совсем тихо закончил Тэхён. — Прости, — почувствовал себя виноватым Намджун, — прими мои соболезнования. — Спасибо, — сглотнул Тэ, и продолжил, — я любить Франция, я вернуться хотеть. — Ты очень красивый кореец, ты знаешь? — Чимин прослушал всё что говорили, сидя на полу он пьяно улыбался. Тэхён умилился этой непосредственности, и улыбнулся в ответ. — Ты слышал? Он не кореец, а француз, и вообще, не смей подкатывает к Тэ, — подал голос Юнги, — я первый с ним познакомился. Засмеялись все, даже Тэхён. Он с благодарностью посмотрел на Юнги, и вспомнил о своём подарке, подскочив с места. Бросившись в прихожую, он схватил его и вернулся назад. — Юнги, — начал, — я забыть, подарок — вот, — протянул он перетянутую красной ленточкой коробочку. Именинник с подозрением взял подарок, и осторожно сорвал с него бумагу. Разговоры в комнате затихли, теперь все смотрели на Юнги. — Спасибо, Тэ, не стоило, — он поднял наушники, чтобы всем было видно, — но это прям то, что мне нужно, как ты угадал? Это же очень дорого — он начал распаковывать коробочку, и перебирать содержимое. Тэхён засветился от счастья. — Спасибо. — Вау, угодить хёну почти невозможно, ты что волшебник? — упал на ковёр Чимин, — почему я никогда не угадываю с подарками? — У тебя нет шансов, — заржал Хоби. Ещё через пару часов, после нескольких стаканов сока, налитых Хосоком, Тэхёну почувствовал себя хорошо. Голова стала лёгкая, язык развязался, и уже на полу-корейском полу-французском, полу-английском он рассказывал парням, о своём художественном прошлом, и желании поступить в художественную академию. Парни, выпив несколько бутылок соджу, прекрасно понимали его французский, и отвечали на корейском. Занимательный и конструктивный диалог, ничего не скажешь. Единственное что смущало Тэхёна, это то, что он постоянно ловил на себе пристальный взгляд Чонгука, который, кстати, был самый трезвый из всех, всё ещё допивая первую бутылку. Он сидел, развалившись в кресле и гладил кота, устроившегося у него на коленях, и почти не участвовал в разговоре. Выйдя на кухню, попить воды, Тэхён столкнулся с Юнги, и решил спросить. — Юнги-хён, — обратился он к тому. Юнги открыл окно, и закурил, промычав что слушает, — Чимин и Чонгук, эээ… — Да, ты правильно понял, они нетрадиционной ориентации. Но обсуждаем мы это только дома в своей компании. — старший затянулся и выдохнул дым в окно. — не думай, что об этом можно так спокойно говорить здесь. Наш дом единственное безопасное место для них, где можно не притворяться. Но Чонгук не любит даже с нами об этом говорить. Чтобы ты понимал, обычно в Корее за это бьют, иногда до конца. Пусть хоть дома они смогут выдохнуть. Ты вроде из прогрессивной страны должен понимать. — Я…понимать, это не…плохо. — закивал Тэ. — Я так и думал, что ты поймёшь. — Чонгук, смотреть…я холодно. Юнги повернулся к растерянному парню и засмеялся. — Он недоверчиво относится к чужим, но он хороший. Бояться его точно не стоит. Познакомишься поближе поймёшь, — он затушил бычок об подоконник, и выбросил на улицу, — но жопой всё равно не поворачивайся. Тэхён нахмурился, не понимая о чём речь, но заметив озорной огонь в глазах Юнги, понял, что над ним подшучивают. И тоже заулыбался. — Пойдём, а то Чимин там всё без нас выпьет. И ребята вернулись в комнату. Чимин как раз принёс доску для игры в «Бадук» и немного шатаясь начал размахивать ею в воздухе. — Сыграем в Бадукпан? — Да, да, давай, — Джин сполз с дивана на пол. За ним последовал Намджун и Юнги. Хосок уже сидел на полу. — Тэхён! — обратился к нему Чимин, — давай тоже. — Я не уметь, — замахал руками тот, — я смотрю. — Чонгук! — Я не могу сдвинуться с места, на мне заснул котик, — невинно улыбнулся тот. — Окей, — закивал головой Чимин, и повернулся к остальным, — я первый. Кто будет соперником? Тэхён пытался понять смысл игры, но тот постоянно ускользал от него, и обведя затуманенным взглядом комнату, он неосознанно начал рассматривать пушистого кота, медленно болтающего хвостом. — Нравится кот? Тэхён чуть не подпрыгнул от неожиданности, совсем упустив из виду факт, что кот лежит на чьих-то коленях. — Кот… — подбирал слово Тэхён, — мягкий? — Погладь, он не кусается, — предложил Чонгук. Тэхён пересел на край дивана, и дотянулся рукой до шерсти, запустив пальцы в мягкий мех. — Имя есть? — Бред Питт, — улыбка не сходила с лица Чонгука. — Что? Я не понять? — сдвинул брови в удивлении Тэ. — Потому что только два человека в мире спят с Бредом Питтом. Анжелина Джоли и Я, — засмеялся где-то на ковре Чимин. Тэхёна так рассмешил заразительный хохот, что он сполз на пол, уткнувшись лбом в чужие колени. Всё-таки это какой-то странный сок, пронеслось у него в голове. Потревоженный Бред Питт, спрыгнул на пол, и модельной походкой направился по своим важным кошачьим делам. Хозяин коленей в джинсах, поднялся на ноги, и сильными руками обхватив Тэхёна, поднял его и посадил на диван. Парень потер кулаками глаза, которые начинали слипаться, и подумал о том, что давно не чувствовал себя так комфортно, как здесь. Будто всегда знал этот дом, с его неповторимым запахом, бежевыми стенами, и вкусной едой. В компании новых знакомых хотелось смеяться, даже если шутки были не понятны. Но за окном сгущалась вечерняя темнота, и возвращение в свой неприятный мир было неизбежным, как бы не хотелось оттянуть этот момент. — Я. идти домой, — проговорил Тэ, — ночь. — Я тебя проведу, — сказал голос Чонгука сверху. Тэхён неопределённо пожал плечами, и попытался подняться. Руки Чонгука вновь подхватили его и не дали упасть. — О, Тэхён уже всё, — заметил кто-то снизу. — Юнги-хён, я его проведу, — повернул голову к сидящим Чонгук, — где он живёт? — Ресторан Кимов знаешь? — не отрываясь от игры инструктировал старший, — там, на втором этаже. — Окей, — кивнул Чонгук, и обратился к Тэхёну, — обопрись на меня. — Я сам, — немного оттолкнул его Тэхён, — Юнги-хён, спасибо. Я пойти. До свидания. Спасибо. До свидания. Эээ… Спасибо — и пошатываясь направился в прихожую, где споткнулся о чьи-то кроссовки, и чуть не упал, но шедший за ним Чонгук успел словить его за локоть. Ещё минут пятнадцать Тэ, обувался, то падая, то вставая. Чонгук смотрел на это подпирая стенку, но не мешал. Когда наконец злобные шнурки поддались, и парни вышли на улицу, было достаточно темно, и прохладно. — Не надо меня идти, я сам, — медленно переставляя ноги, выдал Тэхён. — Я вижу, как ты сам, — ответил сбоку Чонгук. —Я сок пить? Не сок? — округлившимися глазами посмотрел на него Тэ. В этот момент он был похож на ребёнка, которому сказали, что Санты не существует. — Je veux aller à Paris. О, не хочу идти, хочу Париж — растягивал он слова, опустив голову, непослушные волосы развевал ветер, и выглядело это очень умилительно. — Далековато до Парижа, боюсь мы пешком не дойдём. — поддерживая его за локоть, шёл рядом Чонгук, — ты раньше не пил? — Пить? Я?.. — мысли как тараканы разбегались, а слова отказывались складываться в предложения, — Je sais pas (я нее знаю) — Все хорошо, проспишься, и будешь завтра как новенький. — Правда? — спросил Тэ, наконец уловив смысл обращённых к нему слов, и повернув голову к Чонгуку, улыбнулся своей квадратной улыбкой. — Правда, — мягко ответил тот. — Холодно, — охватил себя руками Тэ, днём, когда он собирался было достаточно комфортно без верхней одежды, но вечером температура упала. Чонгук снял кожаную куртку, оставшись в рубашке, и набросил её на плечи замерзшего парня. Та ещё хранившая тепло чужого тела, сразу же согрела в объятиях озябшего. Фонари слабым жёлтым светом освещали узкую улицу. Несколько прохожих шли по противоположной стороне, переговариваясь между собой. Тэхён укутался в нагретую куртку, улавливая приятный аромат туалетной воды и довольно засопел. — Пойдём пока ты не заснул, — приобнял его за талию Чонгук, подталкивая неспешно двигаться. — Спать, — пробормотал Тэ. Повернув за угол, впереди показался ресторан Ким. Ставни уже были закрыты, и света нигде не было. — Ты тут работаешь? — Да. И…жить, — Тэхён практически засыпал на чужом плече, еле переставляя ноги. — Всё уже дошли, — остановился перед лестницей на второй этаж Чонгук, отлепляя от своего плеча полусонного парня — поднимайся и ложись спать. — Спасибо. — не поднимая головы, ухватился за поручень лестницы Тэ, начав потихоньку подниматься, — до свидания. — Надеюсь. На следующий день Тэхён проснулся почти в обед, голова была тяжёлая, а горло пересохло. Солнце уже во всю светило, а через приоткрытое окно в комнату проникал лёгкий ветерок. Бёнхона уже не было, наверное, убежал играть с друзьями. Вылезая из-под одеяла, Тэхён пошёл в кухню попить воды, в гостиной столкнувшись с отцом. — Ты поздно вчера вернулся? — Э, нет? — то-ли спросил, то-ли ответил парень, и проскользнул в кухню. Выпив два стакана воды, он вернулся в комнату, и проспал весь оставшийся день. В понедельник утром собираясь на работу, Тэхён обувался в прихожей, когда увидел на вешалке чужую кожаную куртку. «Блин, Чонгук, я совсем забыл» стукнул себя по лбу парень. И подумал о том, что надо будет после работы зайти к Юнги, попросить номер Чонгука, и передать ему куртку. Но закрутившись за бесконечными делами, он совсем об этом забыл. Чонгук напомнил о себе сам. За час до закрытия, он пришёл в забегаловку, сев за столик возле окна. На нём были джинсы с дырками на коленях, чёрная толстовка и бейсболка на голове, которую он снял, положив на стол, и пару раз встряхнул волосами. Тэхён даже сразу не узнал его, почему-то сейчас он выглядел как один из тех крутых парней, которые издевались над ним в школе. В отличии от Тэхёна, который выглядел как официантка в забегаловке, кем, собственно, и являлся, бегая между столиками в спортивном костюме. — Чонгук-хён, привет, — подошёл к нему Тэ, теребя передник, и засовывая подальше своё смущение и стыд. — я помнить куртку, я отдать. — Не надо называть меня хён, я младше тебя — поправил его Чонгук. — Всё в порядке, — как-то неуверенно улыбался он, окинув Тэ с ног до головы оценивающим взглядом, так что парню стало неловко — Юнги-хён говорил, что здесь вкусный кофе, можно мне? — Да. Что-то ещё? — Нет, только кофе. — Окей. — кивнул Тэ, — Подождать меня. Я закончить эээ, 40 минут. Принести куртку? — Да, я подожду, конечно. Нажав на кнопку кофемашины, Тэхён достал из холодильника припрятанный для себя кусок «наполеона». Ему было стыдно перед Чонгуком, хотя ничего страшного и не произошло, Тэ просто не умеет пить. И он чуть не упал раз пятнадцать, и попросил куртку, хотя идти было минут пять, и… может ещё что-то чего он не помнит? Остаётся надеяться, что Чонгук тоже не всё помнит. — Десерт — спасибо, — поставил он перед Чонгуком тарелку с пирожным и кофе. — Э, спасибо, — не знал, что ответить тот. — Приятного аппетита, — по привычке поклонился Тэхён, пошёл между столами собирая посуду, и убежал на кухню мыть. Из динамиков играла весёлая музыка, посетителей уже не было, кроме Чонгука, и протерев столы, Тэхён подошёл к бабушке, которая считала дневную кассу. — Хальмони, друг ждать — указал он пальцем на Чонгука, — можно, я пойти? — Всю посуду помыл? — не отрываясь он денег спросила бабушка. — Да. — Тогда можешь идти. Почему-то красивый вид Чонгука, смущал, и Тэхён, быстро заскочив в квартиру, переоделся в светлые джинсы и рубашку. Попытался водой уложить беспорядок на голове, тяжело вздохнул разглядывая своё отражение, но времени на самокритику уже не было, поэтому захватив куртку, пулей выскочил на улицу, где спокойно ждал Чонгук. — Пожалуйста, — протянул ему куртку Тэ, — спасибо. — Не за что, — взял тот свою вещь. Воцарилось неловкое молчание. Пару секунд парни просто смотрели друг на друга. Опустив глаза Чонгук, стал рассматривать собственные кроссовки. И теребить пальцами куртку, которую держал в руках. — Тэхён можешь дать свой номер? — тихим голосом попросил он, и тут же попытался оправдаться, — вдруг что-то понадобится… или тебе… — Да. Телефон, — Тэхён достал телефон из кармана, протянув парню напротив. Чонгук взял дорогой телефон и как-то странно посмотрел на его обладателя, будто собирая в голове пазл. Но быстро подобрался, набрал собственный номер, и через секунду раздалась мелодия звонка из его сумки. Протянув телефон хозяину, парень засмущался, и стал переминаться с ноги на ногу. — Ну… я тогда пойду. — Где жить? — проявил заинтересованность Тэ, засовывая телефон обратно в карман. Возвращаться домой совсем не хотелось. — Я? В Сеуле. Я приехал после спортивных занятий, — начал рассказывать Чонгук, — сейчас пойду назад на поезд. — Идти вместе? — предложил Тэ. — Пойдём, — с довольной улыбкой сказал Чонгук, и запихнув куртку в сумку, пошёл вверх по улице. Тэхён шёл с ним рядом. — У тебя дорогой телефон, — как бы невзначай сказал Чонгук, и посмотрел на идущего рядом парня. — Мама купить, — вздохнул тот, разговоры о маме давались ему тяжело, — она работать в искусство. Я жить хорошо Париж. — 미안해 [мианхе] (прости) — Рассказать ты, — решил перевести тему Тэ, — Зачем здесь, если Сеул? — Зачем я приезжаю? Ну, здесь Чимин, мы друзья. — Как познакомиться Чимин ты? — Это такая история, — неспеша начал Чонгук, — я с приятелями из школы пошёл в караоке клуб, мы хорошо провели вечер, и уже начали расходиться, — вспоминая подробности рассказывал он, — я вышел на улицу и услышал крики из подворотни, подходя к закоулку, я столкнулся с пятью-шестью парнями выходящими оттуда, они смеялись и радовались тому как хорошо поиздевались над пидорасом. — Чонгуку была неприятна эта история, и он, сдвинув брови почесал лоб, но продолжал честно рассказывать, — там в переулке лежал избитый парень, Чимин. Он был весь в крови. Я хотел отвезти его в больницу, но он отказался. Он боялся, что я тоже пришёл бить его. А я… на тот момент мне было пятнадцать, и я ещё не понимал сам себя. Иногда мне кажется, что высшие силы послали мне Чимина, для того чтобы поддерживать друг друга. — Чонгук сам не понимал, зачем рассказывает это всё почти незнакомому человеку. Но почему-то была уверенность, что он поймёт. Тэхён же с трепетом слушал, боясь дышать, хотя некоторых выражений не понимал, общий смысл он уловил — Поэтому мы быстро подружились, он классный. — Так… вау, — прокомментировал Тэ. — На самом деле это было страшно, — засмеялся Чонгук, — у меня тряслись руки, я боялся: а вдруг он сейчас умрёт тут? А он отряхнулся и говорит: может соджу? — Я поверить, что ты герой, — глядя на него засмеялся Тэ. — Хей, это правда, я спас его, он до сих пор мне благодарен, — оправдывался тот, — потом Чимин познакомил меня с Юнги-хёном и остальными. Я всегда хотел иметь таких друзей, которые бы меня во всем поддерживали, это даёт силы двигаться дальше. — Я хотеть друзей, — задумался Тэ, — друг — Поль, но в Париж. Я — тут, и … он понять меня не знает. Я… нет друзей. Чонгук остановился и посмотрел на Тэхёна, тот был погружен в себя, переживая свои эмоции. Теребил рукав рубашки, и, казалось, вот-вот расплачется. — Эй, — Чонгук дотронулся до его руки, отвлекая от тяжёлых мыслей — ты можешь звонить мне, я буду рад. Тэхён поднял глаза вырываясь из омута воспоминаний. — Что? — Я хотел бы стать твоим другом, — смотря ему в глаза улыбнулся Чонгук, — ты можешь звонить мне, когда тебе будет одиноко. — Всегда, — грустно попытался пошутить Тэ, двинувшись дальше. — Я подключу безлимит. — Я не понимать? — Безлимит, — улыбаясь начал объяснять Чонгук, — звонить бесконечно. — А, понял, — заулыбался Тэ. — Мы уже дошли. Парни подошли к остановке железнодорожной станции, ограждённой стеклянным куполом. Над скамейкой ожидания, на дисплее высвечивалось время прибытия разных поездов. — Поезд до Сеула через пятнадцать минут, — прочитав табло озвучил Чонгук, — ты был в Сеуле? — Нет. Аэропорт и здесь. — Там красиво, — не желал прощаться Чонгук, — надо как-нибудь встретится, и я устрою тебе экскурсию. Lotte World, Намсан, Кёнбоккун, там столько всего интересного, — воодушевленно рассказывал он. — Интересно, — согласился Тэ, — я работа эээ… вечер, и… — Всё в порядке, я не заставляю, — спокойно сказал Чонгук, — если вдруг захочешь, пиши, или звони. — Окей. — Я тогда пойду. Спасибо что провёл. — потихоньку отступая к дверям, попрощался Чонгук. — Спасибо. До свидания. — помахал ему Тэ, и развернувшись двинулся назад по улице, в сторону дома. Ненавистные изначально улочки, стали уже знакомыми и привычными. Но на душе впервые за долгое время было спокойно и легко, наверное, доброе отношение действительно исцеляет, даря умиротворение. Странное ощущение поселилось внутри, будто ожидание чего-то хорошего, чего не хватало всё это время, способное заполнить пустоту. Переваривая свои мысли Тэхён, подумал, что Чонгук, двойственная личность. Ведь если его не знать, а смотреть только со стороны он казался одним из тех заносчивых самовлюбленных индюков, которые всегда во всём первые, и не общаются ни с кем кроме своего круга. А в первые минуты знакомства Тэхён вообще посчитал его странным и пугающим. Но, к счастью, Чонгук оказался очень приятным в общении и даже милым. Он будто заражал Тэхёна своей уверенностью и спокойствием, а это то, чего ему безумно не хватало. И то с какой честность он рассказал историю знакомства с Чимином, с какой теплотой отзывался о своих друзьях, это именно то, что ценил в людях Тэ, и к чему стремился сам.