Новый — не значит лучше.

      — Ага, так я тебе и сказал! — воскликнул Ран, грозно добавляя: — Ты лучше отойди с нашего пути, пока я прошу по-хорошему.       — И кто же так просит «по-хорошему»? А где же «пожалуйста»? — хихикнула Коюки, после чего поторопилась отлипнуть от стены, чтобы, когда мальчик станет просить по-плохому, быть готовой дать отпор.       — Ну всё! Ты напросились! — окончательно закипев от злости, крикнул старший Хайтани, после чего ринулся вперёд. Он вытянул обе руки перед собой, намереваясь толкнуть сестру.       Коюки сразу же попятилась назад, но параллельно с этим девочка заметила, что Ран убрал руку с глаза, который он так тщательно старался от неё скрыть. Она увидела теперь на открытой части лица брата огромный синяк, он настолько раздулся, что мальчик не мог нормально открыть глаз. От такого Коюки вздрогнула и слегка растерялась, затем, случайно перецепившись через собственную ногу, упала. При падении девочка подставила руки, чем смягчила себе посадку, однако всё же немного ударилась копчиком. Но вдруг на неё сверху упал старший Хайтани, тот не ожидал, что Коюки споткнётся и шлёпнется назад без его помощи, отчего, разогнавшись, не успел вовремя "затормозить" и уже перецепился через сестру, упав на неё сверху. Дети в придачу ещё стукнулись лбами.       — Ауч! — скривился мальчик, начав интенсивно тереть место удара.       — Ран, что с твоим глазом? — встревоженно спросила Коюки, игнорируя боль от столкновения.       Мальчик встрепенулся и попытался закрыть свой фингал, да только понимал, что уже поздно, сестра уже всё видела. Затем старший Хайтани поторопился встать, потому что всё это время он продолжал "сидеть" на девочке.       — Ран... — Коюки позвала брата, так как он проигнорировал её вопрос, молча отстранившись.       — Ну ударился я! Что тут смешного?! — воскликнул мальчик, его голос прозвучал так, будто он сейчас вот-вот заплачет.       — Ран, разве я смеюсь? — девочка тоже стала подниматься на ноги. — Посмотри на меня, разве я улыбаюсь? Мне разве весело? — лицо Коюки было серьёзным, без единой капли усмешки, даже немного грустным. Девочка явно не находила травму брата забавной.       Хайтани посмотрел на сестру и нахмурился. Девочка, вопреки всем его ожиданиям, была совсем не весела. В уголках её глаз появились небольшие прозрачные капельки слёз, однако Ран списал её сочувствующий вид на попытки сдержать боль от падения, а потом и удара лбами, поэтому промолчал.       Тем временем Коюки подошла к мальчику и аккуратно взяла его за вторую руку.       — Тебе, наверное, больно. Пойдём, нужно приложить что-то холодное, чтобы хотя бы снять отёк, — и девочка потянула брата обратно на кухню.       По пути туда дети встретили в дверном проёме Риндо, который всё это время наблюдал за старшими. Младший пропустил сестру и брата и сам последовал за ними. Коюки усадила Рана на стул, затем подошла к морозильнику и открыла его. Там, конечно, еды было не густо, однако намороженного льда на стенках — в достатке.       "М-да, надо будет потом разморозить его и помыть, потому что вот так копить лёд может быть опасно, однако сейчас это как раз кстати", — заключила девочка, затем потянулась рукой к "айсбергу" и отломила от него небольшой кусочек льда. Его потом она положила на кухонное полотенце, которое предварительно смочила, и завернула в "пирожок-пельмень", затем протянула этот самодельный холодный компресс старшему Хайтани.       — Вот, приложи пока, станет лучше, и отёк пройдёт быстрее, — Коюки, безусловно, нельзя назвать ещё и медиком, однако в своей прошлой жизни ей как-то доводилось вот так импровизировать.       Ран неохотно потянулся за полотенцем со льдом, однако тут же из руки девочки холодный компресс выхватил Риндо и, взяв брата за руку, вложил ему холодный свёрток, а затем согнул ему руку, прикладывая её к опухшему глазу.       — Ран, пожалуйста, послушай Коюки, — попросил младший Хайтани. Риндо с надеждой посмотрел старшему в глаза.       — Рин... — Хайтани не успел договорить, как младший его обнял.       "Ого, какие милашки, — Коюки умилялась с представшей перед ней картиной. — Вот что значит «брат за брата»... Эх, а кто меня, старую тётю Хайтани, будет так обнимать и защищать?" — вдруг у девочки заурчал живот, и она вспомнила, что изначально-то пришла на кухню готовить завтрак! А потом застала этих двоих за ограблением холодильника, и так всё закрутилось, завертелось и поехало.       Коюки оставила пока мальчиков и решила заняться поиском продуктов. Как успела заметить девочка, продуктов что в холодильнике, что в ящиках не ахти как было много, и не помешало бы вообще сходить в магазин, однако где взять деньги? Вряд ли у мальчиков они есть, да и в этом доме складывается впечатление, что дети предоставлены сами себе. Хотя так и было, это даже подтвердил отец мальчиков, но он также сказал, что сегодня должна прийти няня. И надежда остаётся только на неё. Возможно, это мисс Танака каждый раз пополняет запасы еды.       "Так, тут из съедобного осталась пачка риса и две упаковки каких-то хлопьев, их, наверное, молоком заливают... Так, а молоко у нас есть? — думая, чтобы такого сготовить на завтрак, Коюки ещё заглянула в холодиник. — Ага, тут молока нет, и почему я не удивлена?" — девочка недовольно надула губки.       — Коюки, тебе нужна помощь? — вдруг за спиной послышался голос Риндо.       — А? — девочка обернулась и слегка вздрогнула, увидев за спиной младшего брата, — Помощь, говоришь..? Думаю, не помешает.       — Что мне делать? — тут же поинтересовался мальчик.       — Так, для начала возьми вон в нижнем ящике кастрюлю, набери в неё воды и поставь на плиту, а я пока поищу, что такого к макаронам мы будем готовить, — сказав это, Коюки согнала Рана со стула, тот и постоять может, затем поставила стул перед холодильником и взобралась на него, дабы осмотреть, что лежит на верхних полках, до которых она не достает из-за своего маленького роста.       Риндо поспешил выполнить то, что сказал ему сестра. Мальчик отыскал в ящике самую большую кастрюлю и наполнил её до краёв водой, затем поставил на плиту. Тем временем Коюки уже спустилась, держа в руках пачку яиц.       — Риндо, ты включил плиту? — поинтересовалась девочка, когда заметила, что брат стоит у плиты и просто смотрит на неё.       — Нет, я не умею, — отойдя чуть назад, покачал головой младший.       — В таком случае мы долго будем ждать, пока вода закипит, — улыбнулась Коюки, после чего переставила стул к плите и, чиркнув спичкой и включив газ, зажгла комфорку на плите.       — Ого, — мальчик с завороженными глазами смотрел на то, как сестра с лёгкостью совершила чудо, включив плиту.       — Тут на самом деле ничего сложного, — ответила девочка, следом добавила: — Погоди, а почему в кастрюле так много воды? — стоя над плитой, Коюки заметила, что кастрюла была наполнена до краёв.       — Ну, я не знал, сколько нужно, поэтому налил столько, чтобы мало не оказалось, — честно ответил Риндо.       — А... Понятно, ну ты перестарался... — мягко ответила девочка, стараясь удержаться от лишних комментариев.       "М-да, горе-помощник, плиту включать не умеет, воды набрал до самой крышки! Макаронам места не осталось! Ну, ничего, он же ещё ребёнок, что я, взрослая тётя Хайтани, от него ещё ожидала? " — Коюки возмущалась про себя, пока сливала лишнюю воду.       Затем девочка включила ещё одну комфорку на плите, на неё поставила сковородку, налила туда масла и разбила три яйца.       — Я могу ещё чем-нибудь помочь? — грустно поинтересовался Риндо.       — Нет, не нужно, дальше я сама справлюсь, спасибо! — Коюки отказалась от помощи брата, потому что работы не осталось и нужно было просто ждать, пока всё приготовится.       Когда вода закипела, девочка засыпала в кастрюлю макароны и стала ждать, пока они сварятся. Вскоре была готова и яичница, Коюки сняла её и сразу разложила по тарелкам. Вскоре макароны тоже были готовы, девочка слила воду и также разложила готовую пищу по тарелкам.       "Вот и готово", — произнесла в мыслях Коюки, после повернулась к Риндо, который всё это время наблюдал за сестрой.       — Помоги поставить тарелки на стол, — попросила девочка.       Младший кивнул и стал расставлять тарелаки на столе. В это время Коюки взяла три вилки и только собиралась направиться к столу, как заметила скопление мрачной ауры в углу кухни. Мальчик с косичками, прикрывая мокрой тряпочкой один глаз, недовольно зыркал на младшую.       "Ой, я забыла про Рана", — девочка отвела взгляд, неловко улыбаясь.       Дети сели за стол. Ран и Риндо на одном конце стола, а Коюки напротив, на другом. И только она собралась пожелать братьям приятного аппетита, как заметила, что младший наклонился к старшему и начал что-то говорить.       — Ран, я за ней следил, Коюки не отравила еду и не добавляла ничего сомнительного, — на это старший кивнул и презрительно посмотрел на сестру.       "Ема... Обвели вокруг пальца! То-то я не придала значение тому, с чего вдруг Риндо вызвался мне помогать! Так это его Ран послал его шпионить! Ну всё, вы не достойны, чтобы я желала вам приятного аппетита!" — обидевшись на проделки мальчишек, Коюки молча взяла вилку и стала есть свой завтрак.       — Вот и хорошо, тогда я попробую первым, — ответил Ран, храбрясь перед братом и перед стрепнёй сестры.       "Давай, давай, герой, попробуй «первым»! Вот в следующий раз приготовлю еды только для себя, а вы помогайте, не помогайте, но не дождётесь!" — девочка наблюдала за тем, как старший Хайтани, скривившись, отправил первую ложку в рот.       — Ну как? — поинтересовался младший.       "Как-как? Вон сейчас косички оторвутся у твоего брата из-за хитрости!" — Коюки пыталась сдержать вырывающийся смех: мальчик, прижимая левой рукой мокрую тряпочку к глазу, делал такое лицо, будто съел ежа. Вот, что было поистине смешно!       — Съедобно, — коротко ответил Ран, после чего накинулся на еду. — На что уставилась?       — Ничего, — хихикнула девочка.       — Эй! С чего ты смеёшься!?

* * *

      После завтрака братья как всегда куда-то быстренько слиняли, оставив после себя лишь грязную посуду. И бедной Коюки пришлось убирать ещё и за ними. Девочка стала собирать со стола тарелки, как вдруг заметила на месте, где сидел Риндо, шоколадную конфету.       "Ну, зная их, могу со стопроцентной уверенностью сказать, что конфета точно не для меня, а кто-то из братьев случайно забыл..." — кидая сладость в карман, Коюки решила оставить её себе как награду за труды и старания. Затем она продолжила уборку на кухне.       После девочка вернулась в свою комнату. Дверь она сразу заперла на замок и, прислонившись к ней спиной, с облегчением вздохнула, так как ещё одно непростое «утречко» было позади. Постояв так минуту, Коюки оторвалась от стены и подошла к письменному столу, на котором лежал всё тот же семейный альбом девочки, не давший ей никакой информации помимо того, как всё же выглядят её настоящие родители. Девочка провела пальцами по обложке, затем села на стул и, достав из кармана конфету, стала разворачивать обёртку. Это оказалась обычная шоколадная конфета с вишнёвой начинкой. Коюки собиралась положить сладость себе в рот, но вдруг в её дверь кто-то постучал. От неожиданности девочка уронила конфету на пол.       "Ой-ой-ой-ой! Так! Правило трёх секунд!" — Коюки поторопилась поднять сладость. Затем она стала на неё дуть, но вновь раздался стук в дверь. — "Да кому там так неймётся? Я тут вообще-то реанимирую конфету!"       Девочка, открыв верхний ящик стола, спрятала туда сладость и направилась к двери. Открыв её, Коюки встретила на пороге Рана. Мальчик стоял прямо, держа одну руку за спиной. Увидев сестру, он недовольно цокнул и слегка прищурился уже обеими глазами.       — Наконец-то... — процедил старший Хайтани.       — Чем обязана? — Коюки взаимно показала, что не в восторге от этой встречи.       "То глаз от меня прятал, теперь за спиной что-то скрываешь... Не надоело?" — наблюдательная девочка заметила напряжённый и нервный вид брата, который так и кричал о том, что вряд ли он по своей воли к ней пришёл.       — Ну, это... — промямлил Ран, доставая и протягивая сжатый кулачок из-за спины, — Это тебе... — Хайтани расжал пальцы, и на его ладони оказалась шоколадная конфета такая же, какую Коюки нашла на кухне.       "Чего?! Чего-чего-чего-о??! На нас летит метиорит? Синоптики спрогнозировали расхождение литосферных плит?" — девочка оторопела на месте, не понимая, как ей на это ответить.       — Спасибо, что помогла с глазом. Мне стало намного лучше, но я правда думал, что ты будешь смеяться... — превознемогая себя, признался Ран.       "Ого, наверное, это очень трогательный момент... А также очень похвально, что ты, мой дорогой братец, осознал всё и решил извиниться, только вот одной конфеты будет недостаточно! Минимум полкило!" — Коюки решила оставить все мысли при себе и лишь мило улыбнулась, затем подошла и обняла брата.       Ран так и застыл на месте, он явно был не готов к такому. Мальчик, придя в себя, хотел оттолкнуть сестру, но девочка только крепче сжала объятья.       "Черта с два я тебе позволю это сделать!" — рычала в свитер старшего Хайтани Коюки.       Бедному мальчику ничего не оставалось, как обнять младшую в ответ. Так дети стояли и обнимались, но вскоре девочка сама разняла объятья и взяла из рук брата конфету.       — Это всё, что ты хотел сказать? — следом поинтересовалась Коюки.       — Да, — коротко ответил Ран.       — Ну, хорошо, — радостно кивнула девочка. Мальчик уже собирался развернуться и уйти прочь, однако Коюки так просто его не собиралась отпускать. Она схватила брата за косички и притянула к себе, добавляя: — Запомни, если с тобой что-то случится, то ты всегда можешь прийти ко мне, я ни в коем случае не буду с тебя смеяться.

* * *

      "Итак, уже почти десять часов вечера, а няня не пришла! Ей-богу, что за безответственная женщина!?" — сетовала девочка, наблюдая с балкона своей комнаты закат.       После утреннего разговора Ран убежал к себе на третий этаж, а Коюки стала исследовать второй. В доме, где жили дети, было три этажа. На первом находилась кухня, огромный зал с выходом на террасу, ведущую на задний двор, туалет и большая прихожая. На втором этаже располагалась комната девочки, две гостиных и кладовка, забитая доверху хламом. Когда Коюки открыла, её чуть не завалил трипер, благо, что она успела вовремя закрыть дверь. Девочка искала ванную комнату, а точнее стиральную машину, чтобы постирать свои грязные вещи, однако так и не нашла её. Так она и провела день.       На обед Коюки сварила рис, но на приём пищи её ненаглядные братья не явились. Заботливая сестра оставила две тарелки на столе, однако к ним никто и не притронулся, ну зато ужин готовить было не нужно. А с наступлением вечера девочка поспешила подняться к себе в комнату и дождаться прихода няни там, однако...       "Чёрт! Где же носит эту женщину?!"