Детектив Скидс и дело о девяти лжецах

Двадцать пятый джоор подходил к концу, близилась смена циклов. Если боты не работали полную смену, то в это время они обычно отдыхали или развлекались, но сейчас, должно быть, уже вступил в действие планетарный траур по Альфа Триону. Здесь у Скидса не было доступа к эфирам голопрограмм, но он подозревал, что практически ничего не потерял. Для одного цикла и так достаточно всего и всех потерялось. Итак, если предположить, что Клиффджампер действительно собрал тайное досье на Альфа Триона, то вывод напрашивается сам собой: зачем продолжать его хранить? Советник мёртв, шпионить дальше нет смысла. Практически сразу после смерти Триона появилась возможность передать сведения Ультра Магнусу, Лонгарму, да хотя бы и обоим Праймам. Допустим, данные, чем бы они ни были, получил Ультра Магнус. Это объясняет, почему Клиффджампер сейчас в глубоком стазисе. Простой, элегантный способ вывести скомпрометированного агента из игры. Клиффджампер сильно тревожился; возможно, подозревал, чем для него всё кончится. «Идеалист», — охарактеризовал его Оптимус. Насколько идеалы способны перевесить брезгливость и код самосохранения? А как насчёт Лонгарма Прайма? Тот обмолвился, что готов официально принять Клиффджампера назад в разведку. Искренний ход или попытка подсластить последний энергон обречённому боту? Если компромат был и получил его Лонгарм… Тогда вариантов два: либо он исчез добровольно, пожертвовав карьерой и идеальной репутацией, либо ему «помогли». Вдобавок Клиффджампер потратил последние крохи искровой энергии, чтобы упомянуть Лонгарма, но при чём здесь некий «Мейкшифт»? Имя наверняка важное… и совершенно незнакомое. Подобные выводы имели смысл при условии, что чёрное досье существует, хотя в этом Скидс как раз не сомневался. Однако ни одна из возможных версий не объясняла, почему Клиффджампер оказался в комнате Ранга. А ещё не стоит забывать, что раз Альфа Трион был мёртв уже в двадцать джооров три брийма, то практически ни у одного гостя теперь нет алиби. Почти все утверждают, что с кем-нибудь встретились как раз около половины двадцать первого джоора или чуть позже. Отсюда вытекает простой вопрос с уже известным ответом — кто первым определил время смерти? Скидс так погрузился в размышления, что почти забыл о давящей процессорной боли, которая преследовала его после разговора с Оптимусом. Он уже приготовился нажать на сенсорную панель и вызвать лифт в гостевое крыло, как поверх ладони упала тень. Скидс стремительно развернулся. Паралитических бластеров он давно не носил, но запястья всё равно пытались трансформироваться. — Прошу прощения! — Дрифт отступил на шаг и вскинул руки. — Не хотел вас напугать, детектив. — У вас очень тихие шаги, — заметил Скидс, силой заставив вентсистемы умолкнуть. — Какой-то корпусный апгрейд? — Просто привычка. — Дрифт одарил его яркой улыбкой: — Вы не заняты? — Вы о чём-то хотите сообщить? — Всего лишь попросить об услуге. Вы производите более адекватное впечатление, чем этот… чем Сентинел Прайм. — С радостью помогу, — вежливо ответил Скидс, гадая, что от него может понадобиться боту, который практически ни в чём не нуждается. — Скажите, когда я получу обратно свой меч? — Ваш… меч? — в изумлении переспросил Скидс. — Да. Это редкий сплав времён первого декаворна Золотого эона. Способ заточки уникален. На всю планету таких не больше пяти. У Скидса не осталось сил удивляться дальше. — Так он что — тоже пропал? Теперь уже Дрифт на него уставился. — Я одолжил его Клиффджамперу. Он сказал, что надо открыть какую-то заевшую панель, а резаки служебных дронов не справляются. — Вы одолжили коллекционный меч, чтобы им двери ломали? Дрифт тонко улыбнулся: — Не так-то просто испортить хороший клинок. И Клиффджампер сказал, что это вопрос жизни и смерти. Он очень торопился. Я, конечно, понятия не имел, что он имеет в виду на самом деле… — А как выглядел меч? — Сравнительно небольшой, полтора мехаметра, их ещё называют миниботскими. Прямой, из белого титанового сплава, широкая рукоять лазурного цвета с золотыми глифами на старокибертронском. Вы не могли его не заметить. Я хочу как можно скорее провести ритуал духовного очищения клинка. В процессоре у Скидса закрутились шестерёнки. Никакого меча возле Клиффджампера не нашли. Орудия так называемого «самоубийства» вообще среди улик не было. Скидсу не хватило времени пристально обследовать рану; её могли нанести любым достаточно острым лезвием, да хоть когтями — популярным модом, широко распространённым в южном полушарии. — Ах, конечно, меч. Я бы рад помочь, но все улики — в компетенции Элитной Гвардии, — заявил он с как можно более уверенным видом. — Вам придётся подождать астроцикл или два. Раньше, боюсь, обращаться бесполезно. На лице Дрифта отобразилось лишь вежливое огорчение. — Вот как? Очень жаль. Мне стоило догадаться. Простите за беспокойство. — Постойте, — окликнул Скидс. — У меня ещё пара вопросов, если не возражаете. — Конечно. Насчёт Клиффджампера? — Нет. Насчёт вашей встречи с Альфа Трионом. Дрифт прислонился к стене и скрестил руки на груди. — Разве сейчас важно? Цикл окончен, а дело раскрыто. Так вращается великая шестерня жизни. Скидс тоже скрестил руки и побарабанил пальцами по предплечьям. — Когда вы встречались с Альфа Трионом, Рэтчет ведь тоже присутствовал? — Простите? — вскинул брови Дрифт. — Вы меня слышали. У вас с Рэтчетом был разговор с Альфа Трионом в его кабинете. Примерно в половину двадцатого джоора. О чём шла речь? — Сейчас уже неважно, — упорно повторил Дрифт. — Разве? Я знаю, что Альфа Трион нуждался в очередном «добровольном пожертвовании». Возможно, на этот раз он попросил больше обычного. Есть у меня подозрение, что у него имелись свои планы на клинику в Дэд Энде, пожалуй, единственное бесплатное и независимое от Совета медицинское учреждение для ботов с низким показателем гражданской благонадёжности. И планы распространялись не только на клинику, но и на Рэтчета. Того самого Рэтчета, который всегда избегал работы на Совет как ржавой чумы, и до недавнего времени ему это удавалось. И вдруг он приехал к советнику… зачем? Провести рядовое сканирование? Дать пару общих рекомендаций? Да ладно! У Альфа Триона был отличный врач. Вы улавливаете, к чему я клоню, да, Дрифт? Но я не могу понять только одного — что такого у Альфа Триона было на вас обоих? Вы поэтому выгораживаете Рэтчета? Поэтому вы мне всячески намекали, что если у кого из вас двоих был повод, то только у вас? Дрифт не двинулся с места, но возникло ощущение, что в корпусе у него что-то неуловимо перестроилось. Так ведут себя перед нападением дикие киберкоты. — Помните, я вам рассказывал про свои принципы, детектив? — мягко поинтересовался Дрифт. Скидс кивнул. — Если бы мы беседовали до того, как я начал им следовать, мы бы общались совсем иначе, к сожалению или к счастью. Так вот. Отвечая на ваш вопрос — я никого не выгораживаю. Рэтчет из Вапорекса слишком благородный и честный бот, чтобы я даже подумал о том, будто на нём лежит хоть тень подозрения. И я не собираюсь менять показаний. Во время убийства Альфа Триона мы с Рэтчетом были вместе. — А если я вам сообщу, что на самом деле Альфа Триона убили за несколько кликов до половины двадцать первого джоора? Что на это скажете? Не без удовольствия Скидс увидел, как отрешённо-доброжелательное выражение Дрифта сменяется чистым испугом.

***

Скидс тоже уважал Рэтчета из Вапорекса. Поэтому не стал нарезать круги вокруг да около темы. — Я знаю, что ты солгал о времени смерти Альфа Триона, — заявил он, едва переступив порог комнаты медика. — Как ты это объяснишь? Рэтчет смерил его холодным взглядом: — Будь глупость заразна, я бы предположил, что ты слишком тесно общался с Сентинелом Праймом. — Чем Трион тебе угрожал? — Скидс, последний раз говорю — хватит. Я понимаю, почему ты никак не бросишь расследование… вопрос личной чести. Особенно после Гриндкора. Но ты слышал Ультра Магнуса. Всё кончено. Дело закрыто. Скидс обогнул его и бесцеремонно плюхнулся в кресло. — Это же из-за Дрифта, да? Кстати, ты никогда не находил забавным, что все знают Дрифта из Полигекса, молодого, красивого, эксцентричного миллиардера, который направо и налево разбрасывает шаниксы на благие дела. Дрифт из Полигекса здорово поднялся на патентах на медь и вольфрам, но, знаешь, интересное дело — никто не помнит, а где был Дрифт до Медных протестов и взрывов в Полигексе? А был ли Дрифт вообще? Ты случайно не знаешь, а, Рэтчет? Ты же, в конце концов, специалист по модификации корпусов. — Так, хватит, — сказал Рэтчет и шагнул к нему. Оптика побелела от ярости. — Выметайся. — Почему ты уверен, что он убил Альфа Триона? Потому что тот шантажировал вас обоих? Потому что Дрифт при тебе угрожал его убить? Поэтому ты первым делом, определив настоящее время смерти, подделал логи систем Триона? Рэтчет, стиснув губы, смотрел на него сверху вниз. Скидс приготовился, что сейчас здорово получит по лицевой пластине. В тишине пискнула дверная панель. Медик стремительно развернулся и, завидев, кто стоит на пороге, обмяк, будто лишённая брони протоформа. — Извините, детектив, — сказал Дрифт, — но я больше не могу это слушать. Мне не нравятся ваши методы. Пожалуйста, прости за это, Рэтти. Ты правда решил, что я его убил?

***

— Ладно, — начал Скидс, когда стало ясно, что Рэтчет и Дрифт целую вечность собираются только бросать виноватые взгляды друг на друга и подозрительные — на него. — Начнём всё сначала, ладно? Расскажите мне, как вы на самом деле провели вечер в тот цикл, когда умер Альфа Трион. Дрифт и Рэтчет открыли рты, переглянулись и замолчали. — Хорошо, — вздохнул Скидс, — я начну. Вы оба были в кабинете у Альфа Триона примерно в половину двадцатого джоора, так? Последовали два осторожных синхронных кивка. — И Альфа Трион выставил вам некие, скажем, условия. Довольно жёсткие. — Альфа Трион много о себе мнил, — буркнул Рэтчет. — Не могу не согласиться, — добавил Дрифт. — Он вам угрожал. Рискну предположить, что у него и раньше были догадки, что Дрифт из Полигекса не совсем таков, каким пытается казаться. Поэтому вы, — Скидс указал подбородком на Дрифта, — откупались от этих подозрений тем, что выделяли некоторые суммы на его проекты. И его это устраивало. Больше он всё равно бы из вас выжать не смог. Но потом что-то изменилось. — Он… накопал кое-что весомое, — с неохотой согласился Дрифт. — Фрагов архивист. — И это «кое-что» напрямую связывало вашу трансформацию в спектралиста и законно платящего налоги миллиардера с Рэтчетом и, возможно, с клиникой в Дэд Энде, — кивнул Скидс. — Понимаю. — Ни фрага ты не понимаешь, — пробормотал Рэтчет. — Всё было не так. Мы давно ещё познакомились. Да, в Дэд Энде. Но совсем не так, как ты говоришь. Кого ты из меня делаешь? Я что, по-твоему, незаконную трансплантационную клинику содержу? — Рэтти, — Дрифт мягко накрыл его ладонь своей, — не надо. Лучше я. Он развернулся к Скидсу: — Да, вы не ошиблись: когда-то Дрифт из Полигекса был Дэдлоком из Дэд Энда. Вижу, вам знакомо это имя, детектив. Но оно, как и мятежи в Полигексе, давно в прошлом, предлагаю его там и оставить. Рэтти прав, всё совсем не так. Мы познакомились, когда я был нищим неудачником из печально известного наркоманского переулка. Рэтчет мне помог — не только бесплатно вылечил, но и здорово вправил процессор. После той встречи мы не виделись много сотен декаворнов. Но я всегда помнил, чем ему обязан — самоуважением, уверенностью в себе, верой в лучшее будущее. Скидс присвистнул. Дэдлок пользовался определённой… репутацией, за которой стояли десятки блестяще проведённых спецопераций и декаворны охоты за головами, а позднее список его достижений пополнился заказными убийствами. Никто не знал точно, куда исчез Дэдлок; ходили слухи, что кто-то из менее удачливых и опытных конкурентов вроде Локдауна наконец его настиг. Надо признать, работу по переделке корпуса ему провели исключительную: в облике Дрифта он был ощутимо ниже; поменялся альтмод, пропорции, расположение биосветовых линий вдоль корпуса, форма лица и оттенок оптики. Скидс мысленно поаплодировал. Даже брат по искре не узнал бы Дэдлока таким. — Значит, вы пошли к Рэтчету, когда Дэдлоку понадобилось исчезнуть? — предположил он. — К тому времени Дэдлок успел пропасть с радаров, — поправил Дрифт. — Но я по-прежнему каждый цикл видел его — себя прежнего — в зеркале. Узаконить деньги довольно просто, детектив. Узаконить новую личность — тоже. Но не так-то легко по-настоящему перемениться. Уже в своём новом амплуа свежеразбогатевшего миллиардера я нашёл Рэтчета — врачебного кабинета в Дэд Энде на тот момент давно не существовало — и предложил ему свою помощь. — Этот шлакоголовый посмел предложить мне денег! — фыркнул Рэтчет. — И снова здорово огрёб по процессору, — Дрифт заулыбался, — в буквальном смысле. Он в меня гаечным ключом запустил, представляете? — Не ври, ты увернулся. До Скидса доходили слухи, что рука у Рэтчета тяжёлая, хотя те же самые пальцы при необходимости превращались в точнейшие инструменты для самой сложной хирургии. — Я слегка растерялся от такого приёма, — продолжил Дрифт, — поэтому не нашёл ничего лучше, как просто заплатить конструкторботам и купить всё необходимое оборудование. И буквально через декацикл Рэтчет неожиданно для себя стал главврачом новой бесплатной клиники в Дэд Энде. Это, конечно, не помешало ему ещё пару раз швырнуть в меня тяжёлыми предметами… — Никто не говорил, что быть меценатом легко, — заметил Рэтчет с ехидцей и уже другим тоном добавил: — К чему врать. Сначала я отнекивался, но потом всерьёз втянулся в работу. Я перестал чувствовать себя бесполезным винтиком тупого механизма и наконец-то начал что-то реально делать. Без клиники мне уже сложно себя представить. — И Альфа Трион угрожал раскрыть твою связь с Дэдлоком из Дэд Энда и уничтожить ваш проект? Мечтательная улыбка на лице Дрифта угасла. — Хуже. Он собирался отобрать клинику. Извратить все принципы её работы и, воспользовавшись её репутацией, построить сеть учреждений… менее благородной направленности. — Трион всё мечтал запустить туда своих потрошителей из Полигексианского института! — скривился Рэтчет. — Они себя называют трансплантологами и мнемохирургами, но им даже шлифмашинку доверить нельзя! Они бы получили доступ ко всей моей базе, ко всем пациентам. А за этих ботов, чтобы ты знал, и так некому вступиться! Не ради такого мы с Дрифтом трудились над репутацией клиники декаворны напролёт. У Триона ещё хватило наглости заявить, что я буду на него работать! — Так что вот, — Дрифт развёл руками, — поэтому я открыто угрожал Альфа Триону, что убью его. После этого беседа, как понимаете, не клеилась. Мы с Рэтчетом в бешенстве выскочили из кабинета и… — И не нашли ничего лучше, чем тоже поскандалить, — закончил Рэтчет. — А всё потому, что кое у кого процессор здорово переклинило на принципах идиотского самопожертвования! Мне иногда кажется, Дрифт, что у тебя в голове вместо схем кристаллы напиханы! — Всегда приходится чем-то жертвовать, — мягко ответил Дрифт. — Это неизбежно. Да, наутро я собирался объявить репортёрам, что я и есть бывший наёмник Дэдлок из Дэд Энда, и повод для шантажа отпал бы сам собой. Триону нечем стало бы давить на клинику: заяви он, что средства на неё выделены незаконно, ему и самому пришлось бы отказаться от всех остальных проспонсированных мной проектов. Конечно, скандал поднялся бы невероятный, но лучше так, чем за пару джооров лишиться врачебной репутации. — Ну-ну! — прокомментировал Рэтчет с плохо скрытым раздражением. — Итак, вы поскандалили, — подсказал Скидс, — и что дальше? — Ничего, — развёл руками Рэтчет. — Наговорили друг другу много «приятных» вещей и разбежались по разным углам. Лично я ушёл на террасу и торчал там, как болт ржавый. За полбрийма до того, как пробило двадцать один джоор, вернулся Дрифт, и мы продолжили демонстративно друг друга игнорировать. — Без трёх кликов двадцать один джоор, — поправил Дрифт. — А ведь я ещё утром догадывался, что Трион заготовил подставу! Жаль, при осмотре я не дал ему тройную дозу галлия. Отлично расслабляет выпускные коллекторы для отработанного топлива, этот галлий. Хотя нет, в шлак галлий. Надо было вколоть в топливопровод аммиак и пустить искру. — Ты кого-нибудь видел? — Я уже говорил — только Лонгарма, снаружи, на садовой дорожке. Примерно в двадцать один джоор. Хотя нет, получается, чуть раньше. За пару нанокликов до того, как на террасу зашёл Дрифт. Дальше ты знаешь — через джоор Ультра Магнус вызвал меня, чтобы освидетельствовать мёртвый корпус. — Ну а я сразу после ссоры пошёл в оранжерею. Сидел среди кристаллов с двадцатого джоора и пяти кликов по двадцатый джоор и пять бриймов. Размышлял. — А потом? Вместо ответа Дрифт обратился к Рэтчету: — Ты поэтому подумал, что я его убил, да? Потому что видел меня возле его кабинета, когда он уже был мёртв? Да, изначально я пошёл к Триону, но я не собирался его убивать… Рэтти, поверь! — Что? Ты пошёл к нему? Когда? — Джентльмехи, — вклинился Скидс, — а теперь помедленнее и по одному. Дрифт, вы видели Рэтчета возле кабинета Альфа Триона? Во сколько? Дрифт ощутимо заколебался. — Да, — нахмурился Рэтчет. — Когда ты меня там мог видеть? По всей вероятности, Дрифт уловил что-то в его лице, потому что всё-таки ответил: — В двадцать джооров, пять бриймов и два клика. Рэтчет вытаращил на него оптику: — Я вообще не выходил с террасы! Дрифт поднялся. — Уже несущественно. Ультра Магнус практически официально заявил, что убийца — Клиффджампер. Детектив, удачи вам с дальнейшими делами и всего доброго. Приятно было познакомиться. Скидс ухватил его повыше запястья. — Не стоит. Я уйду, но не раньше, чем мы всё выясним. Рэтчет не сводил с Дрифта потрясённого взгляда. — Ты что сейчас — подумал, будто я его прикончил? — Рэтти, я… — Стойте! — перебил Скидс и хлопнул в ладоши. — Допустим, вы оба говорите правду. Дрифт, ещё раз — как и когда точно вы видели Рэтчета возле кабинета? Вы уверены, что это был он? — Дрифт, — твёрдо сказал Рэтчет. — Меня там не было, но если ты кого-то видел, я тебе верю. Слышишь? Я тебе верю. Кого ты встретил? Дрифт покусал губы. — Не могу сказать, что это точно был Рэтчет. Какая-то странная аура… К тому я видел его в полумраке, с противоположного конца коридора. Мне показалось, что это Рэтчет и что он уходит от кабинета Триона. — Бред! — Рэтчет потряс головой. — Да здесь никто на меня даже не похож! Но Дрифт хорошо меня знает и с оптикой у него всё в порядке, он не мог ошибиться. — Что вы сделали? — Я его окликнул по имени. Он ускорил шаг и ушёл. Я… я не помню, о чём подумал. Я шёл туда с намерением поговорить с Альфа Трионом, но после всего, после нашей ссоры… я подумал, что Рэтчет уже с ним поговорил… Я решил, что, может, он принял взвешенное решение и для него всё сложится к лучшему. — Ну, знаешь ли… — Рэтчет сгорбился, свесил руки между колен и покачал головой. — Любопытно, чем же я заслужил такое приятное о себе мнение? Ты, значит, вообразил, что я прогнулся под Триона, или его прикончил, или и то, и другое, и поэтому уже полный цикл со мной толком не общаешься? Поэтому пришёл на террасу с таким видом, как будто я тебя кислой ртутью напоил и бросил шарктиконам? Вот так ты считаешь, Дрифт? — Рэтчет, — простонал тот, — я же сказал… — Вы заметили в этом «Рэтчете» что-нибудь необычное? — Ну, он не ответил, толком не обернулся. И я уже говорил про непривычную ауру. Я не стал догонять, но и передумал разговаривать с Альфа Трионом. Не хотел видеть, как он торжествует. Поэтому я клик помедлил, но решил всё-таки пойти к Рэтчету. Вышел на террасу, и он был там. Я не стал спрашивать, зачем он ходил к Триону. Боялся услышать ответ. — Да сколько раз можно повторять, не уходил я никуда с террасы! Тем более к этому шлакососу! — взвился Рэтчет. — Да, признаю! Я как смог подделал время смерти, потому что решил, что сразу после разговора со мной Дрифт убил Альфа Триона! Потому что я его упрекнул в том, что он ни ржи не готов сделать, только впустую обвинять себя! Да, я совершил глупость! Дрифт был со мной с двадцати одного джоора, поэтому я обеспечил ему алиби на это время! — Забавно, — протянул Скидс и переплёл пальцы. — Вам всё это кажется смешным, детектив? — прищурился Дрифт. — Да нет, я не про то. Так получилось, что я совершенно точно знаю, что в половину двадцать первого джоора Трион уже был мёртв, а его убийцы к тому времени не было ни в кабинете, ни в коридоре. — Тогда Рэтчет тем более ни при чём! — Дайте мне кто-нибудь шлаков гаечный ключ! — простонал тот. — Хочу кое-что ещё уточнить. Дрифт, кого вы видели по дороге к кабинету? Когда решили вернуться? — Практически никого. Хотя нет. Когда проходил по коридору из оранжереи, заметил в гостиной Ультра Магнуса. По-моему, он дремал. Счастливый бот, мог уснуть в этом доме. — А ещё кого-нибудь? В малом зале, может? Он как раз напротив. — Со стороны дверей в оранжерею почти не видно малый зал, — пояснил Дрифт, — только уголок гостиной. Скидс кивнул своим мыслям. Верно. Зал хорошо просматривается, если идти из библиотеки. — Но насчёт Ультра Магнуса вы совершенно уверены? — Да, разумеется. Его броню сложно с чем-нибудь спутать. — Ну что ж. Спасибо, на этом пока всё. — Мне ждать проблем? — прямо спросил Рэтчет. — Или мы все согласимся с Магнусом и сойдёмся на том, что не стоит больше копаться в шлаке? По крайней мере, если клятый Молот, чтоб его, наконец найдётся. — Если попытаетесь что-либо обнародовать, я всё буду отрицать, — добавил Дрифт. — Даже если я попрошу вас свидетельствовать, чтобы привлечь виновника к ответственности за убийство Альфа Триона и нападении на Клиффджампера? Ты навёл меня на секретаря, Рэтчет, но, если я тебя хоть сколько-то знаю, тебе нелегко далось решение согласиться с тем, что он — убийца. Дрифт с Рэтчетом переглянулись, и на лицах у обоих мелькнуло совершенно одинаковое выражение. — Я вас провожу, — поднялся Дрифт. — Знаете, — осторожно признался Скидс уже в коридоре, — а ведь я понятия не имею, где ваше оружие. И вряд ли это знает кто-нибудь, кроме одного неизвестного бота. Дрифт одарил его приятной улыбкой: — Ничего страшного, детектив. У меня при себе ещё тринадцать мечей. Имейте это в виду на всякий случай.