tenderness

— Сан-и, — голос через динамик телефона звучал подозрительно ласково. Уён почти никогда не звонил Сану в офис, потому что он знал, что старший не любит отвлекаться от работы, а в свободное время они перебрасывались короткими сообщениями. — Да, Уён? — Сохраняя спокойствие, Сан ответил, отодвигая от себя все документы. Забавно, что в любых стрессовых ситуациях на работе он остаётся непоколебимым, а Чону нужен один звонок, чтобы пощекотать старшему нервы. Сан не подгонял младшего, терпеливо ожидая продолжения. — Тебя вызывают в школу. Сан выдохнул. Да, вероятно, это новость была не самой лучшей, но в голове Чхве уже были миллионы вариантов и похуже. Поэтому он немного успокоился. — Что случилось? — Юна разбила нос однокласснику, — голос Уёна все еще звучал виновато, но уже не так тихо. Сан глубоко вдохнул и свободной рукой слегка надавил на переносицу, прикрывая глаза. Юне совсем недавно исполнилось десять, и иногда Чхве боялся, что будет дальше. Хоть внешне она и была маленькой копией Сана, и иногда проскакивало его внешнее спокойствие и строгость, но характер Юна унаследовала от Уёна. Она была такой же доброй, активной, постоянно боролась за справедливость, хоть иногда и в ущерб себе, но вспыльчивость мешала малышке жить спокойно. Конечно, с возрастом будет легче, и, без сомнений, Юна вырастет хорошим человеком, в этом Чхве не сомневался, но впереди еще ждали подростковые годы дочери… И если Сан имел влияние над двумя важнейшими людьми в своей жизни, то других эти два урагана могли снести и не заметить. — Меня? — Прокрутив фразу мужа в голове еще раз, переспросил Чхве. От долгой тишины Уён напрягся, но старший оставался спокойным. Обычно, школьными делами и вопросами занимался Чон. Они, конечно, работали оба, но график Уёна был более гибким и позволял ему посещать собрания и уделять больше времени школьной жизни Юны. Сан тоже интересовался и старался знать все, но обычно, когда он возвращался с работы, все конфликты уже были улажены. Он был безгранично благодарен Уёну и Юне, что они стараются не напрягать его после рабочего дня, но все равно выпытывал все детали прошедшего дня (даже если они были не очень приятными, как сегодня). — Сказали «отца в школу», — цитирует Уён, и Чхве слышит нотки раздражения в его голосе. — Про тебя речи не было, но ты давно не был в школе, пора заняться образованием и воспитанием дочери. Спокойствие Уёна неожиданно пропало, и Сан даже через телефон почувствовал, что от него идет пар. Слова Чона были колкими, но ничуть не обидными, потому что Чхве слишком хорошо знал свою семью, чтобы так легко поверить во все их острые фразочки. — Уён-а? — Ладно! — Он быстро сдался от спокойного голоса Сана. — Извини, Сан-а, ты итак отлично справляешься с ролью отца, просто… — младший замешкался, но они привыкли все говорить, как есть. — Я сказал Юне всегда давать сдачи и бить в нос, если ее будут обижать. Сан тихо рассмеялся, и этот звук немного успокоил Уёна. — Я схожу, Ёна, но вечером нас ждёт беседа о том, что насилие в любых применениях — это плохо, — Сан шутливо поцокал, выражая свое недовольство. — Знаешь что, Чхве Сан, — голос Уёна звучал раздраженно, на что старший снова рассмеялся. Все таки он полюбил Чона и за его характер тоже, поэтому взбешенного Уёна он любил так же сильно, иногда даже немного больше, — ты бы эту лекцию о применении насилия провел в нашей постели, господин Чхве! Сан рассмеялся непозволительно громко, когда Уён сбросил вызов. Такую лекцию Сан, пожалуй, тоже мог бы прочитать. И вряд ли Чон болтал бы так много.

***

— Здравствуйте, мистер Чон, — выпалила классная руководительница Юны, не глядя на Сана. Сама девочка вместе с пострадавшим сидела в кабинете директора, куда и должны были пойти Сан и миссис Кан. — Миссис Кан, — оглянувшись на незнакомый голос, учительница удивленно оглядела мужчину. Сан поклонился, — я Чхве Сан, отец Юны. Из документов Юны было понятно, что у нее два отца, но миссис Кан прежде не видела Сана. (Вероятно, он был в пределах школы только на каждое первое сентября, иногда забирал дочку на машине от ворот и один раз был на собрании вместо Уёна, на котором не сказал ни одного слова.) Учительница решила, что в семье у девочки проблемы, и мистер Чон один воспитывает дочь. Хотя фамилия у Юны была Чхве. Может, они в разводе? Мужчина напротив нее выглядел очень серьезным, черный костюм был дорогим, а волосы были аккуратно уложены назад, взгляд миссис Кан зацепился за часы и дорогое обручальное кольцо, которое она уже видела на руке у Чона. Сан вызывал намного больше доверия, нежели Уен. Младший прибегал в школу прямиком с работы в толстовках и спортивных штанах, с наспех убранными волосами. Вряд ли хореографу на работу подошел бы классический костюм, но учительница об этом не думала. Все любили делать выводы с первого взгляда.

***

— Здравствуйте, господин Ким, — Сан поклонился, когда зашел в кабинет директора после миссис Кан. Все в их семье были воспитаны хорошо, просто он не закатывал глаза, когда кланялся тем, кто ему не нравился, как делали остальные двое. Директор поздоровался в ответ, указав Сану на стул рядом с дочкой. Сама Юна выглядела очень удивленной. Она ждала Уёна, но никак не Сана. Чхве уголками губ улыбнулся ей и сел рядом, аккуратно положив ладонь ей на колено. Он хотел показать, что не злился на нее. Иногда Сан мог быть очень строгим, и даже если он говорил спокойно, злить его лишний раз Юна не хотела. Миссис Кан села рядом с мальчиком, которого звали Сынмин, как выяснил Чхве у Уёна. Мальчик был больше и выше Юны, у носа он держал покрасневшую вату, а глаза его были заплаканными. На секунду Сану стало его жаль, но нужно было разобраться. — Чхве Сан, отец Юны, — Сан решил представиться, потому что директор точно знал Уёна в лицо. Мистер Ким выглядел спокойным. — Юна, расскажешь папе, что случилось? — Директор махнул рукой в сторону миссис Кан, которая собиралась что-то сказал. Сынмин сидел спокойно, а вот учительница была раздражена. — Мы послушаем всех по очереди. — Я ударила Сынмина, — голос девочки был тихим, как у Уёна по телефону. Сан сдержал улыбку, потому что ситуация была невеселой. Еще немного Чхве гордился, что в присутствии трех взрослых Юна без обмана признается в том, что сделала. — Но до этого он несколько уроков дразнил меня и говорил обидные вещи. Я несколько раз говорила ему отстать от меня, но он продолжал. В голосе дочки скользила обида, и Сан слышал, что она близка к тому, чтобы заплакать. Он взял ее за руку, смотря перед собой на притихшую учительницу и Сынмина, который стыдливо опустил глаза. — Что он говорил тебе? — Директор был внимательным, следя за всеми присутствующими. — Я правда не хотела говорить тебе, — младшая Чхве обратилась к Сану, а потом продолжила немного громче, — Сынмин дразнил меня, что у меня никогда не было мамы, а теперь еще и от двух пап остался один. И что я вырасту такой же ненормальной, как моя семья. Было видно, что Юне неприятно это повторять, а Сану не потребовалось много времени, чтобы понять, что один оставшийся папа — это Уён. Было неприятно, а сочувствия к мальчику не осталось совсем. Такие пути решения проблем Чхве все еще не поддерживал, но он хорошо знал свою дочь. — Спасибо, Юна, — директор кивнул, видя напряжение в обоих Чхве. Они были очень похожи и несмотря на то, что Ким видел Сана впервые, было видно, что они близки. — Сынмин? Твоя очередь. — Я не знаю, зачем я это говорил, — голос мальчика звучал приглушенно из-за ваты, да и говорил он стыдливо тихо. — Прости, Юна, простите, мистер Чхве, я не считаю вас странным. Сынмин звучал честно, хоть и обиженно. Сан подумал, что мальчик просто хотел привлечь внимание его дочери, но выбрал неверный путь. Еще и задел самое дорогое — семью. — Это не первое нарушение Чхве Юны, — миссис Кан ждала своего выхода, и директор не стал в очередной раз ее останавливать, — Она часто фигурирует в конфликтах и иногда даже в драках! И меня это не удивило, когда я увидела ее отца. Мистер Чон периодически приходит на наши беседы в неподобающем виде, так еще и несколько раз хамил учителям, в том числе и мне. Сан знал о том, как учительница относится к Уёну и знал, что из-за любого слова Юны его вызывают в школу. Конечно, доля правды в этом была: он знал свою дочь и мужа. Но слушать откровенные оскорбления, с учетом того, что Чон в любой момент готов примчаться в школу — выше его сил. — Можно? — Дождавшись кивка от директор, Сан перевел взгляд на мальчика, — я не злюсь на тебя, Сынмин, как и Юна. Я хорошо знаю свою дочь, чтобы быть уверенным в том, что просто так ничего говорить и делать она не будет. — Голос мужчины звучал спокойно, он перевел взгляд на миссис Кан, — у нас в семье все уважают вас, миссис Кан, и я прошу этого же в ответ. Уён по первому вашему звонку бросает работу и прибегает в школу. Он хореограф, поэтому и выглядит соответствующе. Он очень старается ради Юны и нашей семьи, потому что я до вечера всегда на работе. — Дочка прижалась к его плечу и тихонько всхлипнула. Это был тяжелый день. Его сердце сжалось от любви к Юне. — Юна и Сынмин, вы должны друг перед другом извиниться и пожать руки, — дождавшись выполнения приказа, директор продолжил, — Мистер Чхве, я постараюсь проследить за тем, чтобы в сторону вашей дочери и остальных детей не было никаких неподобающих высказываний. Миссис Кан, вас попрошу не вызывать родителей Чхве Юны в школу без особой необходимости и следить за своими словами. Девочка воспитанная и честная, как и оба ее родителя. Чхве с благодарностью пожал руку директору, когда Юна с Сынмином уже покинули кабинет. Миссис Кан попросили задержаться, и Сан надеялся, что это действительно поможет. Хоть он и сохранял спокойствие, он был очень раздражен. Он вежливо поклонился мистеру Киму и классной руководительнице дочери и покинул кабинет. Этот разговор отнял у него много сил. — Пап, может ты купишь школу и сам будешь меня учить? — Шёпот Юны эхом раздался по всему пустому коридору школы, на что в ответ из-за двери директора послышался смех мистера Кима.

***

— Сан-и, — Уён ответил на звонок спустя один гудок. Он ждал. Чон отметил, как устало звучит голос мужа. Сан пристегнул Юну на пассажирском сидении, придерживая телефон ухом. — Лекция о поведении отменяется, что ты хочешь на ужин? — Сан обошел машину и сел за руль. Юна крикнула «привет, папа», чтобы Уён ее услышал. — Привет, малышка, — Чхве слышал улыбку в его голосе и невольно растянул губы в ответ. — Я хочу пиццу и молочный коктейль. Лекции о здоровом питании сегодня тоже, кстати, не будет.