Pulse

***

Цифры на экране подаренного до отъезда из Академии телефона сменялись одна на другую, мучительно медленно отсчитывая заветные несколько минут. Уэнсдей бездвижно сидела на краю собственной ванной, буравя взглядом границу между полом и закрытой на защёлку дверью. Мелкая дрожь пронеслась по телу, и покрытые чёрным лаком ногти впились через ткань платья в кожу коленей, оставляя следы-полумесяцы. Она ненавидела ожидание, а время ползло со скоростью улитки. Следуя законам жанра, в голове девушки крутилась единственная мысль, похожая на жалкую мольбу неизвестно кому. Из всех ситуаций, в которые, по её представлениям, она могла бы влипнуть в определённом возрасте, ЭТА не приходила на ум вообще. И не ясно, что терзало душу сильнее: сам факт, что подобное случилось именно с ней или воспоминания о втором виновнике, который, даже коротая дни в психушке, умудрился разбавить её скучную рутину (причём отнюдь не приятным способом). Наконец, провидица перевернула лежащий на раковине экспресс-тест, чтобы непризнанная правда нанесла финальный удар под дых. А точнее, чтобы очередной красный плюс ехидно улыбнулся ей из результативного окошка. Отрицать очевидное более не имело смысла — залёт. Такой не решается быстрым звонком семейному адвокату. Смахнув кусок пластика в урну, Уэнсдей покинула внезапно показавшееся ей чудовищно маленьким помещение и направилась к широкому окну с узорной рамой и кучей грязных разводов на стекле. Некогда голубое небо полностью скрыли густые серые облака, предвещая мокрый снег. Меняющаяся под настроение погода — последнее и, как ни прискорбно, самое безобидное, о чём реально было думать. Три теста. Три, и все положительные. Добыть их, кстати, оказалось непростой задачей с везде сующими свои любопытные носы родителями. Пришлось смыться посреди ночи, отыскать в ближайшем городке круглосуточную аптеку и пригрозить продавцу не распространяться о том, зачем туда нагрянула странная девчонка из готического особняка на горе. Идея провериться (read: убедиться) тоже не с потолка упала. Накануне бабушке понадобилась помощь с зельями в подвале, где выяснилось, что запас склянок с противозачаточным отваром весь исчерпан. Гадалка не нужна, чтобы понять, что в расход его пустили Гомес и Мортиша. Когда пожилая ведьма невзначай завела с внучкой чересчур откровенный разговор обо всех тонкостях женской репродуктивной системы, ту словно окатили ледяной водой. В плохом смысле. Не сказав ни слова, она поднялась в свою комнату. Подойдя к рабочему столу, девушка достала из нижнего ящика записную книжку, в дебрях страниц которой хранился карманный календарь. Ей крупно повезло, что при планировке помещения кровать разместили рядом, поскольку электрического разряда от прикосновения к картону хватило, чтобы она безвольной куклой свалилась на матрас. Липкий туман в сознании нехотя рассеялся, являя призрачный образ того, кто ещё не родился. Вьющиеся волосы на пару оттенков светлее её, бледная кожа и россыпь веснушек на щеках. Тот же овал лица, тот же нос и губы. Маленький человек предстал перед бестелесной сущностью Уэнсдей двойником с её детских фотографий. Особенно выделялись глаза: светлые, добрые, каким хочется (но опасно) доверять, и каких доселе не было ни у кого из Аддамсов. Заворожённая, она неосознанно потянулась к ребёнку, с интересом наблюдавшему за ней. Пальцы прошли сквозь проекцию, выбрасывая провидицу назад в настоящее. Увиденное пробудило спектр эмоций, с коим она не в силах была ужиться. Возникла ненавязчивая идея лично вырезать монстра, желательно, вместе с маткой. Однако мазохистские наклонности не должны затмевать здравый смысл. Пырнуть себя коллекционным ножом в живот и умереть от потери крови не сеанс пыток, а чистой воды самоубийство — недостаточно изобретательный уход из жизни. Перспектива превратиться в лепёшку от летящей каменной Гаргульи и та звучит лучше. Созерцание хмурого пейзажа снаружи прервал стук по щиколотке. Ворон сердито посмотрела на Вещь — слишком уж воодушевленно он тычил в сторону кровати. Брошенный поверх одеяла айфон вибрировал, оповещая владелицу о новых сообщениях. Она хотела выключить дьявольский гаджет, но имя отправителя заставило с этим повременить. Дисплей заполнили рамки с СМС от Инид, большинство из которых содержали хаотичный набор букв и радостных эмоджи, и только одно объясняло суть: «Угадай, кто через неделю будет проездом в Нью-Джерси?» Уэнсдей тяжело вздохнула. Её подруга яркая и шумная соседка совсем скоро подберётся вопиюще близко к ней, и, главное, спрятаться где-нибудь в доме не получится. Блондинка вычислит дорогу к поместью Аддамсов по запаху, а гостеприимные хозяева не откажут себе в удовольствии полюбоваться страданиями дочери. Тем не менее, как бы она ни пыталась убедить себя в обратном, девушка вынуждена была признать, что приезд Синклер в каком-то смысле вовремя. Несмотря на постепенно улучшающиеся отношения с семьёй, делиться с ними ошеломляющими новостями казалось совершенно невообразимым. Хотя бы от нежелания смывать кровь с ушей во время счастливых (и ошибочных) разглагольствований отца о том, что его тучка всё-таки нашла любовь в Неверморе. Нестандартную, подстать своей натуре. Отложив гнетущие размышления о будущем «на потом», провидица взяла курс на кладбище в надежде успокоиться за раскапыванием могилы какой-нибудь дальней родственницы. Это будут долгие 7 дней…