Искалеченные

      Шура мялся перед дверью, не решаясь нажать на звонок. Достать новый адрес проживания оказалось легче, чем прийти сюда, но вот он уже на нужной лестничной площадке, а хваленной безбашенной решимости совершенно не осталось. И что сказать? «Привет. Я тебя все еще люблю. Давай начнем все сначала?» Да не, бред.       Мальвина зарывается пальцами в волосы и тянет их в стороны. Да что с ним не так?       Дверь резко открывается. Шура едва успевает отшатнуться и застывает в нерешительности, когда видит его.       Нет, Шура видел насколько Кирилл изменился, как вырос, раздался чуток в плечах, сменил прическу, отрастив волосы и собрав их на затылке в маленький хвостик, но одно дело наблюдать за этим по выкладываемым видео, а другое - в живую.       — Привет, Кир, — выдавливает из себя Шура.       — Привет, — удивленно тянет парень, — Саш.       Они молчат пару секунд, смотря друг другу в глаза.       — Заходи, — вдруг говорит Кирилл и отступает, пропуская Мальвину в квартиру.       — Ты, кажется, куда-то хотел, — отпирается Шура, но все же шагает вперед, едва не вздрагивая, когда дверь за ним захлопывается.       — Да я в магаз, за чипсами, — отвечает Кирилл. — Чай?       — Да.       На кухню идут в полном молчании. Ждут, когда чайник закипит и смотрят куда угодно, но не на друг друга.       — Так, ты вернулся, — хрипит Макаров и откашливается.       — Да, — тянет Шура, не совсем осознавая, что именно имеет ввиду Кирилл. — А ты…       Быстро пытается подобрать слова, потому что на ум приходят только всякая чушь.       — Переехал. Блог твой вырос. Добился все-таки чего хотел, — говорит он и едва не морщится от того, как это топорно и может быть грубовато прозвучало.       — Ага, — тянет Кирилл. Чайник щелкает и отключается. Макаров разливает чай по кружкам. Любимую шурину с глупой надписью «I’m sex-bomb» протягивает ему. — Ну так ты надолго в городе?       — Думаю, да, — отвечает Мальвина, принимая кружку и грея об нее вдруг озябшие пальцы. — Я тут вроде как брата нашел. Не родного, но… там в общем долгая история…       — Это круто.       Они снова замолкают. Чай остывает в их кружках.       — У тебя корни отросли, — вдруг говорит Кирилл и сам почему-то смущается своих слов.       — Да… Времени не было обновить, — хрипит Шура. — Да и я не хочу, если честно.       Собирается с силами, вдыхая поглубже.       — Я рад, что ты приехал.       — Я скучал по тебе.       Говорят одновременно, смотрят удивленно в глаза друг другу и неожиданно облегченно смеются.       — Правда рад? — немного неуверенно спрашивает Мальвина.       — Безумно, если честно по тебе скучал, — отвечает ему Кирилл. — Первое время думал, что с ума сойду. Потом стало легче, но как-то все равно не так.       — Я люблю тебя, — выпаливает Шура и опускает голову, потому что боится сам неизвестно чего.       — Я тоже люблю тебя, Саш, — выдыхает Кирилл и вдруг оказывается рядом, заключая Мальвину в объятия.       Чай все же остывает забытый на столе.              — Как же хорошо, — выдыхает Кирилл, растягиваясь на шезлонге под зонтом.       — И не говори, — смеется Шура, садясь рядом прямо на горячий песок. — Поверить не могу, что мы все же выбрались из этого Питера.       Кирилл смотрит на его макушку с отросшими волосами и подвымывшимся синим цветом.       — Уже решил, в какой будешь краситься? — Макаров протягивает руку и наматывает шурины пряди на пальцы.       — Не знаю. Может быть в розовый? — пожимает плечами Шура.       — Был Мальвиной, станешь Малиной, — шутит Кирилл и смеется, когда ему прилетает ладонью по бедру. Смех утихает. — Саш, а твой брат этот не поднимал больше вопрос знакомства?       Шура поворачивает голову, смотря на своего парня.       — Игорь? — зачем-то спрашивает он. — Нет, просто сказал, что они подождут, когда ты будешь готов. А что?       — Да просто как-то уже неудобно, — передергивает плечами Кирилл. — Словно я их избегаю.       Шура тихо смеется.       — Да не, они все понимают. У него самого знакомство там с семьей было той еще нервотрепкой, — Мальвина тянется вперед и оставляет легкий поцелуй на коленке Макарова. Будь они в общественном месте, Кирилл бы ему за такое стукнул, но здесь, на личном пляже у домика, который они сняли, можно было делать все, что угодно. Ну в пределах разумного.       — А они нормально воспримут то, что у нас с тобой большая разница в возрасте? — нервно уточняет Кирилл.       — Если уж семья Игоря нормально восприняла, что у него два хахаля, да еще и каких, то нас с тобой они просто будут боготворить, — смеется Шура и забирается на жалобно скрипнувший шезлонг, усаживаясь на бедра Макарова. — Поверь мне, такой толерантной семьи, как у моего брата, ты и в Америке не найдешь. А теперь давай забудем обо всех. Давно хотел попробовать sex on the beach.       — Я надеюсь, что ты про коктейль, — весело смеется Кирилл.       — Надейся, — коварно улыбается Шура и они вместе валятся на песок, продолжая возиться там, чередуя смех и поцелуи.