This Color Ain't It.

- Я понял. Береги себя. - нажав на отбой, Танидзаки испустил долгий вздох. - Наоми-сан всё ещё волнуется? - спросил Кенджи со своего места на полу. Танидзаки плюхнулся рядом с ним и откинулся назад. - Она хочет приехать и убедиться, что со мной все в порядке. - Кенджи сдержал смешок - Мне пришлось напомнить ей, что мы выполняем работу, в которую она не может вмешиваться. - Она хочет для тебя самого лучшего, Танидзаки-сан.        Кенджи всё ещё помнил, с какой борьбой они столкнулись, когда он и рыжеволосый собирались покинуть Йокогаму. Наоми была решительно настроена присоединиться к дуэту. К счастью, Харуно смогла увести её с обещаниями от Танидзаки, что он будет звонить каждый вечер. Кто знает, что еще было обещано, но агентство поклялось никогда не вдаваться в подробности их дела. - Я чувствую себя виноватым из-за того, что оставил её одну.        Кенджи поднял глаза от рабочих бумаг, которые ему выдали, со смущенной улыбкой. - Но она осталась с Харуно-сан, не так ли? - Ну, да.       Брат и сестра Танидзаки, живущие вместе, не были секретом для агентства, и, казалось, тревога разлуки разъедала старшего Танидзаки. Вероятно, больше, чем Наоми, предпологает Кенджи. И всё же тот, что постарше, покачал головой. Не было достаточно времени, чтобы думать о личных делах. - Ты уже что-нибудь слышал от Ранпо-сана? - спросил Кенджи, оглядываясь на свои задания.       Большая часть содержимого на странице всё ещё была за пределами понимания Кенджи, но агентство помогло ему наверстать упущенное за месяцы до того, как Миядзава должен был сдавать вступительный экзамен, и в любом случае он попросил Танидзаки помочь ему с большей частью этого. Блондин всё ещё настаивал на том, что он, по крайней мере, честно попытается, прежде чем полагаться на своего партнера. Выполнение домашней работы расстраивало Кенджи, но в то же время доставляло удовольствие чувствовать себя подростком в старшей школе, а не просто детективом в одном из самых опасных городов Японии. - Не совсем. - пожал плечами Танидзаки. - Куникида-сан сказал, что Ранпо-сан ещё даже не просмотрел отчёты, которые мы отправили. Что-то о желании просмотреть больше отчётов, прежде чем он начнет проявлять к ним интерес. - Ранпо-сан, вероятно, был недоволен закусками, которые мы прислали из Мусутафу. - усмехнулся Кенджи. Танидзаки тоже усмехнулся. - Я говорил тебе, что Ранпо-сану не понравятся конфеты без сахара. - посмеявшись над выходками их величайшего детектива, Танидзаки нахмурился. - Но это нормально? Президент сказал, что этот "крот" всё-таки может повлиять на Йокогаму. - Ранпо-сан скоро опознает предателя. Мы просто должны доверять ему в его неторопливости! - Я думаю...        Единственным звуком, наполнявшим маленькую квартирку, было тихое царапанье карандаша о бумагу. Танидзаки бросил быстрый взгляд через плечо Кенджи, чтобы убедиться, что он тот не занят проблемами полностью, и с облегчением увидел, что Миядзава практикуется в своих кандзи. Мальчик умел читать и писать только хирагану, катакану и ограниченное количество иероглифов кандзи, которые едва смогли пройти мимо учителей. - Мне жаль, что я не смог получить полезную информацию, хотя злодеи были прямо там... - Танидзаки-сан, извиняясь тридцатый раз, вы не получите другого ответа. - Кенджи повернулся, чтобы ободряюще улыбнуться расстроенному мужчине. - У тебя есть кое-какая информация, и это то, что важно. Кроме того, если бы ты подошёл ещё ближе, Снайп случайно подстрелил бы тебя.        Танидзаки медленно кивнул. Да, он действительно слышал об информации, которую другие герои (или, скорее, журналисты), вероятно, до смерти желали заполучить в свои руки, но ничто из этого не имело отношения к делу. Кого волнует, удалось ли передать причуду Всемогущего по наследству? Несмотря на то, что у него была возможность, он чувствовал себя таким бесполезным.        Стук деревянного карандаша по столу заставил Танидзаки подпрыгнуть. Вскоре он увидел, как Кенджи навалился на стол с раскинутыми руками. - Я умираю с голоду, Танидзаки-сан! Ужин готов? - Просто жду, когда курица закончит готовиться.        В такие моменты Танидзаки рад, что его поставили в пару с жизнерадостным детективом. Находясь рядом с ним, было так легко забыть о его собственных заботах и напомнить ему, что он не должен жалеть себя. Возможно, сегодня у него был не самый удачный день, но впереди ещё много возможностей. Он должен доверять себе так же сильно, как он доверяет Кенджи и всем остальным в агентстве.       Одна из таких возможностей: Спортивный фестиваль Юэй.

***

- Я чувствую, что ты сдерживаешься, чувак. - пожаловался Киришима, пока Кенджи делал перерыв на воду. Миядзава посмотрел на красноволосого со смущённой улыбкой. - Что заставляет тебя так говорить? - Ну, ты сказал, что хочешь тренироваться со мной, потому что не доверяешь себе обычные боксёрские груши, но я не чувствовал себя слишком обременённым твоими ударами.       Блондин постучал по подбородку, размышляя об этом. Конечно, он сдерживается. С почти пустым желудком, если бы он использовал всю свою силу на более высоком парне, независимо от того, насколько прочна его причуда, Кенджи в конечном итоге нанёс бы ему очень серьёзную травму. Однако тот факт, что этот парень заметил, почти произвёл на него впечатление. - Прости, что обидел тебя! В моей деревне мне всегда говорили, что нужно помнить о своей силе, но это тренировка и для тебя! Ты должен быть в состоянии выдержать мои атаки, чтобы улучшить и свою собственную причуду тоже! - Поставив свою бутылку с водой, Миядзава вприпрыжку побежал обратно на улицу, где они с Киришимой проводили спарринг, будучи в приподнятом настроении. - Просто обязательно скажи мне, если это слишком много!        Киришима одарил Кенджи своей собственной лучезарной улыбкой, когда тоже занял позицию перед блондином. - Я могу это вынести, чувак.        Прошло несколько дней с тех пор, как Айзава объявил спортивный фестиваль, и некоторые ученики с общего курса объявили войну классу 1-А. Ученикам героического курса был предоставлен полный доступ к тренировочным площадкам каждый день после школы, и чёрт возьми, если кто-то думал, что они не будут ими пользоваться.        Кенджи, не теряя времени, похлопал Киришиму по спине, пока у них был перерыв, чтобы спросить, не хочет ли он тренироваться вместе, пока не начнется Спортивный фестиваль. Хотя Киришима был сбит с толку прямой просьбой, у него не было причин отказывать детективу. - Прежде чем мы приступим к тренировкам, - начал блондин в первый день, когда они с Киришимой нашли место для спарринга, заставив последнего в замешательстве уставиться на молодого детектива - дай мне знать, что именно ты надеешься получить от этих двух недель. - Хм? Э-э, полагаю, я хочу улучшить выносливость моей причуды? - Эйджиро ответил неуверенно, хотя он уже знал это до того, как Кенджи попросил тренироваться вместе. Подняв затвердевшую руку, он продолжил. - Моя причуда не броская, и она также не непобедима. Если я использую её слишком часто, она может начать откалываться от моей кожи после сильных ударов. - Я вижу! - А как насчет тебя, Миядзава? - Я хочу быть уверен, что не переутомлюсь в разгар боя. - последовал ответ. - Повышение моей выносливости с помощью неодушевленных предметов не очень эффективно, если всё, что я делаю, это атакую, а не защищаюсь!        Последняя часть его рассуждений заставила Киришиму задуматься дважды. - "Защищаюсь"? Я думал, твоя причуда больше подходит для нападения?       Блондин оглядывал район поддельного города, который они выбрали в поисках полезных обломков или щитов. Простодушный ответ, данный учеником-героем, нисколько его не удивил, и он не смог найти в себе сил разочароваться. Их учителя вообще не придавали особого значения тренировкам без их причуд. - Моя причуда не поможет мне в любой ситуации. Ты тоже должен уметь сражаться, не полагаясь на свою причуду, знаешь ли! - Однако твоя причуда в буквальном смысле сверхсильна. - недоверчиво пробормотал Киришима. Кенджи не должен был его слышать, поэтому он промолчал и одарил его своей обычной рассеянной улыбкой. - Ладно, но ты тоже не непобедим, чувак. Если я нападу на тебя со своей причудой, ты в конечном итоге серьёзно пострадаешь! - Ты что, не знаешь, как сражаться без своей причуды? - Конечно, знаю! - Тогда просто не используй свою причуду, когда идёшь в нападение на маленького и нежного меня!       Миядзава чуть не закатил глаза, когда услышал хихиканье Танидзаки. Детектив постарше сначала сел через дорогу от них, но если Кенджи и смог его услышать, то это потому, что рыжеволосый решил вместо этого прогуляться. К счастью, он знал, как вести себя тихо в присутствии ученика-героя.       Эйджиро, казалось, был не слишком доволен ответом. Конечно, он мог бы сразиться с парнем пониже ростом, не используя свою причуду; он не сомневался, что блондин сможет дать отпор. Что его расстроило, так это то, что это тоже должно было стать его тренировкой. Предполагалось, что он увеличит выносливость своей причуды. - Что случилось, Киришима-сан?        Мальчик колебался. Он уже согласился тренироваться с Кенджи, так что он почувствовал бы себя козлом, если бы сказал ему, что сейчас предпочел бы тренироваться сам. У них явно были разные цели на уме. - Если ты не хочешь драться с беспричудным, тогда просто думай обо мне как о большом, страшном злодее! Избиение злодея до неузнаваемости - это то, чем чаще всего занимаются герои, верно? - До неузн- Нет! Герои не просто так избивают злодеев! И я не могу думать о тебе как о злодее, когда ты мой одноклассник! - Но ты смог сразиться с Токоями-сан и Асуи-сан как со злодеями. - Мы тренировались во время урока... - Киришима оборвал себя, потому что, по той же логике, просьба Кенджи выглядеть ‘злодеем’ тоже не должна быть проблемой. - Прости. У нас разные ожидания от тренировок, брат Миядзава. - Не совсем. - блондин со смешком покачал головой. - Вы хотите увеличить свою выносливость, и непрерывные атаки с моей стороны могут помочь в этом; я хочу улучшить свою выносливость, и наличие живого противника помогает мне в этом. Просто потому, что я сказал тебе нападать на меня без твоей причуды, это не значит, что я говорю тебе вообще не использовать её. Я прошу тебя узнать, когда лучше всего использовать свою причуду во время боя! Я надеюсь, это развеет ваши опасения, Киришима-сан.        Это не прояснило замешательство красноволосого. Терпение, Кенджи, он должен был продолжать говорить себе. Эти дети не знают лучшего. - Если ты так боишься сильно ранить меня, ты можешь просто отключить свою причуду, когда собираешься ударить меня. Ваша причуда подходит для защиты и нападения, но вы также можете утомить себя, если будете постоянно использовать свою причуду во время боя. - Хм? - Чередуйте нанесение усиленных ударов с обычными! - скрестив руки на груди, улыбка Кенджи из милой превратилась в вызывающую. - Ты можешь это сделать, верно? Или вас утомляет, если вам приходится сознательно думать о переключении? - Я… не могу сказать, что я когда-либо пробовал чередоваться в драке... - нерешительно сказал Киришима. Не заметив существенных изменений в вызывающей улыбке Кенджи, Киришима начал улыбаться в ответ и почувствовал, как в нём загорелся огонь. - Но, поскольку мы тренируемся, я могу научиться делать это. Да, это пойдет мне на пользу, если я научусь переключаться на десять процентов!       Кенджи кивнул. Вместо того чтобы сказать больше, он занял оборонительную позицию. Услышав раздраженный вздох Танидзаки, Кенджи усмехнулся. Наконец он достучался до красноволосого.       И этот красноволосый был более чем счастлив, когда Кенджи на следующей неделе вложил немного больше силы в свои атаки.        У Кэндзи был список студентов в том порядке, в котором он собирался их исследовать. Поскольку он хотел убедиться, что тщательно собирал заметки для Ранпо, он не хотел расследовать более чем одного человека одновременно, где он мог случайно перепутать или повлиять на свои записи; однако, был студент, которого, как знал Кенджи, было бы полезно изучить одновременно с Красным.        Закончив тренировку с Киришимой через несколько дней после их договоренности, Миядзава позаботился о том, чтобы прибыть к воротам Юэй, когда Мина направлялась на станцию. Танидзаки позаботился о том, чтобы каждый день отслеживать, как долго она тренируется перед уходом домой, чтобы Кенджи "случайно" узнал, что они живут в одном направлении. - Ашидо-сан! - окликнул блондин.        Девушка оторвала взгляд от своего телефона, чтобы улыбнуться мальчику, который перешёл на бег, чтобы догнать ее. - Миядзава! В чем дело? - Сейчас я иду домой! Вы, случайно, не живете в этом же направлении? - получив подтверждение, что районы, в которых они живут, находятся примерно в одном направлении, Кенджи без колебаний спросил Мину, не хочет ли она вместе прогуляться домой после школы. Если бы это была любая другая девушка, она, вероятно, покраснела бы, но это была Ашидо, и она знала, что её одноклассник слишком невинен.       Краткая биография показала, что Красный и Розовый вместе ходили в одну и ту же среднюю школу, поэтому детективам было понятно, что они, скорее всего, смогут взглянуть на каждого со стороны. Возможно, они были предвзяты, и они понимали это, но у них не было бы предвзятости детектива в плане разыскиваемого преступника. - Мина действительно храбрая и из всех наших одноклассников ближе всех к тому, чтобы стать героем. - заявил Киришима на следующий день, когда Кенджи спросил о девочке. Киришима, казалось, боролся между тем, чтобы защищаться, чередуя свои атаки, и тем, чтобы ответить на любопытный вопрос юноши. Миядзава, с другой стороны, казалось, ничуть не вспотел. - Ещё до того, как прийти в Юей, она противостояла большим, страшным парням. В отличие от меня.        Отразив сильный удар, блондин с любопытством посмотрел на Киришиму. - В отличие от тебя? Ты тоже действительно храбрый и удивительный, Киришима-сан!       Красноволосый отскочил на несколько футов назад, подняв руки, чтобы защититься от сильного удара. - Не тогда. Я всегда был слишком напуган, чтобы что-либо делать. - проворчал он. - Из-за этого я чуть было отказался от подачи заявления в Юэй.        Услышав это, Кенджи сделал паузу. Он почти забыл откинуться назад, когда Киришима нанёс обычный удар, и был благодарен своим автоматическим рефлексам из-за своей работы. - Что изменилось?        Нежная улыбка появилась на лице ученика-героя. - Алый бунтарь изменил меня. - Я чувствую, что Киришима слишком сильно винит себя. - прокомментировала Мина в тот же день, когда они шли домой вместе. - Я знала его с младших классах средней школы, так что я знаю, как сильно он изменился. Однако он всё ещё предпочитает думать о себе, как об обузе для других. Он не осознаёт, насколько он удивительный на самом деле. - Я заметил, что он не ценит себя, пока мы тренировались. - кивнул Кенджи в знак согласия.       Кенджи смотрел прямо перед собой и делал так, чтобы частью наблюдения занимался и Танидзаки, когда дело касалось девушки. Если бы блондин ничего не делал, кроме как пялился на неё, чтобы изучить язык её тела, ей, без сомнения, стало бы не по себе. - Ты знаешь, почему так? - Хм. - Мина, казалось, обдумывала, что ей следует сказать. Кенджи уже слышал от самого рыжего, что он был трусом в младших классах, но он хотел услышать, что Мина думает об этой предполагаемой трусости. - Я никогда не видела, чтобы он был очень общительным в младших классах. Чёрт возьми, я была удивлена, осознав, что он именно Киришима-кун, потому что он выглядел намного увереннее в начале учебного года! Он, вероятно, не осознаёт, каким великим героем он станет, потому что зациклился на том факте, что тогда чувствовал себя бессильным. Вероятно, я тоже не сделала ничего лучше для него.       Теперь это заставило детективов воспрянуть духом. Мог ли розовый ученик быть хулиганом? - Я не была хулиганкой, если ты об этом думаешь. - Мина пренебрежительно махнула рукой. Так что, возможно, улыбка Кенджи казалась удивлённой. Эти городские ребятишки до сих пор поражали его своей наблюдательностью! - Я просто...       Иногда Кенджи задавался вопросом, что именно происходит в головах других людей. О многом он мог догадаться только по языку тела и мимике, и всё ещё были такие люди, как Дазай, которых было почти невозможно понять, что происходило у них внутри.       Девушка, идущая рядом с ним, могла с чувством вины думать о своем будущем предательстве, делая вид, что она обеспокоена тем, что её приятель, возвращающийся домой, думает об однокласснике, хотя, основываясь на информации, которую ему дали, Кенджи знал, что это не так. - Я никогда не думала, что смогу изменить мысли о себе кого-то другого то, просто будучи оптимистом. В любом случае, притворяться, что я не в курсе их внутренней борьбы, - это то, что у меня получается лучше всего.        Способность высказывать искренние самоуничижительные мысли - это то, что Кенджи и другие детективы в агентстве лучше всего могут подтвердить. - Я думаю, ты всё ещё отличный человек. - сказал Кенджи жизнерадостным тоном. Это заставило Мину благодарно улыбнуться. - Киришима-сан даже думает, что из всех наших одноклассников ты ближе всех к тому, чтобы стать настоящим героем!        Румянец на лице розовой девушки было интересным зрелищем для детектива, который понятия не имел, о чём идёт речь, и рыжего детектива, который почти выдал себя из жалости к девушке и преданному красноволосому.        Еще два студента отметили в своих записях, что до долгожданного спортивного фестиваля осталось несколько дней, у них появился новый товарищ по тренировкам и друг, с которым можно каждый день ходить домой. Казалось, всё становится немного интереснее.