This Color Ain't It.

      Кенджи прекрасно понимает, что он не может использовать одну и ту же тактику по отношению к каждому из учеников. Все заметят, что он перебегает от человека к человеку, задаёт личные вопросы, а затем забывает, почему он подружился с ними в первую очередь. Работая с Белым и Сахарным, он использовал отговорку «друзья по силе». Голубой сидел рядом с ним в классе и был достаточно любезен, чтобы объяснить некоторые задания мальчику, что обучался на дому, а Фиолетовый сблизилась с ним достаточно сильно, чтобы блондин мог взволнованно разговаривать с ней на уроке. Красный и Розовый дали ему повод для дальнейшего расследования после уроков, но их недостаток в том, что теперь Кенджи будет видеть их больше, чем было необходимо. По крайней мере, он видит их после школы, а не в течение учебного дня или выходных.       С Оранжевого ему нужно собрать как можно больше, основываясь на его выступлении во время спортивного фестиваля. Танидзаки не сможет присоединиться к нему на самом мероприятии, но на тот случай, если Кенджи не сможет находиться в том же месте, что и Оранжевый, они также обсудили поиск следующего на очереди: Коричневый. Расследование Красного и Розового оказалось не таким сложным, как они думали, поэтому детективы считают, что они справятся и с Оранжевым и Коричневым. — Проследи за Оранжевым только в том случае, если мне не удастся выбраться с ним. — вздохнул Кенджи. Танидзаки готовил на кухне ужин, а Миядзава прислонился к дверному косяку, домашнее задание давно забыто на столе в гостиной. — Я почти уверен, что смогу разобраться с Коричневым, если он выйдет раньше тебя и Оранжевого. — ответил Танидзаки, не отрывая глаз от сковороды. Кенджи скрестил руки на груди, задумчиво напевая. — Если кто-то из них выбыл из соревнований, но другой всё ещё находится на поле, вам следует продолжать. Мы сможем быстрее просмотреть список, если будем исследовать двух разных студентов одновременно, верно?       Улыбка Кенджи стала шире при этой мысли. Ему это нравилось! Возможно, если они проявят упорство и поспешат просмотреть список студентов, Ранпо начнёт раздражаться на них и, наконец, вернётся к ним с отчётами, которые они прислали. Они осторожны с записями, которые делают, но если есть что-то, что Ранпо ненавидит в мире, так это поспешность. — О, возможно нет необходимости тебе говорить, но Куникида-сан звонил ранее. — Миядзаве не нужно было видеть понимающую улыбку на лице старшего, чтобы понять, о чём был звонок. — Скажи ему, что я знаю. Я учусь в школе героев не для того, чтобы меня принимали в агентства героев или что-то в этом роде! Я уйду раньше, чем успею произвести впечатление! — Дазай-сан также сказал остерегаться людей, которые приглашают тебя на свидание… — Скажи Дазай-сану, что в его советах совершенно нет необходимости!

***

      Преодолеть полосу препятствий было несложно для светловолосого детектива. Единственное, что ему было трудно сделать — это избегать мест, где он мог бы получить травму. Следя за своей главной целью, Кенджи не мог не заметить молодого ученика с фиолетовыми волосами, командующего другими, чтобы они довели его до конца. Как бы Миядзаве ни хотелось смотреть на это с благоговейным трепетом, он не хотел терять Оранжевого из виду.       Таким образом он вернулся на стадион, заняв одиннадцатое место. Оранжевый занял седьмое место. Коричневый был прямо за ним. Неудивительно, что большинство учеников факультета героев были теми, кто добрался до первых мест. В конце концов, их обучали по-разному.       Однако, с объявлением о битве человеческих конниц Кенджи знал, что всё станет захватывающим. Нынешние одноклассники, сражающиеся друг с другом, чтобы продвинуться дальше! Чтобы достичь наивысшей славы! Привлечь к себе как можно больше внимания!       Миядзава провёл слишком много времени, восхищаясь стадионом, заполненным гражданскими лицами и героями, что к тому времени, когда он обернулся, чтобы найти Серо, он понял, что тот уже встал в пару с Миной, Киришимой и Бакуго. Вот что происходит, когда ты отвлекаешься, Кенджи!       К счастью, они с Танидзаки подумали о вероятности того, что не смогут всё время быть с Оранжевым. Блондин несколько раз развернулся на каблуках, пока не заметил, что к Оджиро приближается тот самый ученик с фиолетовыми волосами, которого Миядзава заметил ранее. Аояма уже был с ними, и он видит, как к ним направляется седовласый парень.       Не обращая внимания на людей, которые начали приближаться к нему, Кенджи бросился через поле, чтобы встать между Оджиро и студентом учеником общего факультета (он, наконец, узнал в нём того, кто объявил войну 1-А). — Вы, ребята, всё ещё ищете товарища по команде? — взволнованно спросил светловолосый. Он мельком оглянулся через плечо, чтобы одарить седовласого юношу извиняющейся улыбкой.       На самом деле он не чувствовал себя плохо, поскольку выполнял свою работу, но ему бы не хотелось, чтобы негативные комментарии о нём распространились по его классу. Ему нужно, чтобы они доверяли ему. — Ах, да. Хочешь присоединиться к нам, Миядзава-кун? — Оджиро оживился, увидев еще одно знакомое лицо в своей команде.       Казалось, он испытал большее облегчение от того, что Кенджи решил присоединиться к ним. Глядя на сгорбившегося Аояму и глубокие мешки под глазами ученика общего факультета, блондину было нетрудно догадаться почему. — Если ты возьмёшь меня! — Ну, теперь, когда наша команда вместе, каким должен быть наш план? — несмотря на то, что Аояма все еще горбился от боли, он не стал терять ни секунды. Ученики-герои наверняка знают, как приступить к делу!       Вместо того, чтобы сразу приступить к формированию стратегии, Кенджи немедленно повернулся к незнакомому ученику и с яркой улыбкой представился. — Я Миядзава Кенджи из класса 1-А! Я с нетерпением жду возможности поработать с вами! — Э-э. — внезапно ошеломлённый студент прочистил горло. Он не ожидал, что будет знакомиться со своими предполагаемыми соперниками, поэтому был застигнут врасплох восторженным приветствием Миядзавы — Шинсо. Не то чтобы сейчас это имело значение… — Ты забыл свое другое имя, Миядзава-кун. — поспешил указать Аояма. Шинсо в замешательстве приподнял бровь, выглядя готовым двигаться дальше.       Кенджи смущенно потер шею. Эта часть совсем не нужна для его цели. Он полагает, что не помешало бы немного отвлечься. — Я до сих пор не привык представляться как Фукудзава. Моя приёмная семья тоже не заставляла меня им пользоваться, так что иногда я забываю. — Имена сейчас не имеют значения. — наконец вмешался Шинсо с лёгким раздражением, однако Кенджи смог заметить легкий проблеск любопытства и еще одну эмоцию, которая исчезла так же быстро, как и появилась в его глазах, когда блондин упомянул «приемную семью». — В любом случае, у меня уже есть продуманный план. — Ой? Что это?       Ах. Так вот о чём шла речь в начале полосы препятствий. Кенджи зачарованно смотрел, как глаза Аоямы и Оджиро стали пустыми, и они встали совершенно неподвижно, словно ожидая приказов. — Это так круто! — основываясь на наблюдениях Кенджи, Шинсо может замораживать свои цели на месте, если они реагируют на него. Кенджи предполагает, что он также мог бы управлять ими, чтобы они поступали так, как ему заблагорассудится. Время это выяснить. — Но действительно ли это лучший способ действий? Например, способны ли они двигаться естественно и сохранять свои повязки защищёнными, если враг приближается с одной из ваших слепых зон?       Миядзава обернулся, чтобы посмотреть на более высокого подростка. Шинсо выглядел потрясённым, его рот открывался и закрывался, как будто слова застряли у него в горле. Кенджи склонил голову набок. — Что случилось, Шинсо-сан? Разве это не часть твоего плана? — Как?..       Шинсо сделал паузу и решил просто смотреть. Кенджи собирался ответить. Это было до тех пор, пока он не заметил блеск в глазах юноши. Блондин закрыл рот и просто смотрел в ответ с улыбкой, терпеливо ожидая, когда Шинсо остановится. Как только блеск погас, Кенджи заговорил. — В моей приёмной семье полно детективов. Наблюдать за другими людьми — это то, чему меня учили, и из того, что я видел до этого момента, я могу сделать вывод, что у вас есть какая-то причуда контроля сознания. Я прав?       Снова вспыхнул блеск, когда Шинсо прищурил глаза. — Да. Моя причуда называется «Контроль разума». Я могу контролировать то, что делают другие, пока я смотрю на них. Удовлетворен?       Кенджи просто уставился на него. Через несколько секунд он закрыл глаза, чтобы его улыбка казалась скорее леденящей, чем милой. Это вызвало дрожь по спине Шинсо и деактивировало его причуду. У него было такое чувство, что парень видит его насквозь… — Если ты продолжишь пытаться промыть мне мозги, у нас не будет достаточно времени, чтобы выработать стратегию! Откуда он узнал? — Я не знаю, как вернуть этих двоих, и, вероятно, потребуется больше времени, чтобы объяснить им, что произошло в любом случае, так что давайте обсудим, Шинсо-сан! Должны ли мы сразу же набирать очки или подождать до конца?       Шинсо хотел спросить, почему Кенджи не испытывал отвращения из-за того, что у него была такая отталкивающая причуда. Он говорил так, как будто Шинсо был ещё одним его одноклассником. Может быть, у парня какая-то причуда с аннулированием? Маловероятно, поскольку Шинсо не чувствовал, что его причуда стирается. Слышал ли Миядзава от своих одноклассников, как работает его причуда? Это звучало более правдоподобно, но все равно не объясняло, почему герой, подающий надежды, относился к нему как к равному. Он в классе 1-А. Он должен заботиться о том, с кем его видят. — Шинсо-сан? Что ты думаешь?       Верно. Шинсо отогнал от себя тревожные мысли. Ему нужно выиграть турнир, если он хочет, чтобы учителя рассмотрели его просьбу о переводе. Он не может себе позволить, чтобы его утащил чрезвычайно жизнерадостный мальчик, в причуде которого он еще даже не уверен. — Поскольку ты знаешь мою причуду, было бы справедливо, если бы ты рассказал мне о своей. — сказал Шинсо.       Увидев, как Кенджи скрестил руки на груди и приподнял бровь, Шинсо расплылся в улыбке. Благодарная ухмылка после того, как он выключил свою причуду, почти заставила его захотеть понравиться ему. Его действительно нельзя было обмануть, да? — Это базовая причуда для повышения силы. — пожал плечами Кенджи. Шинсо усмехнулся. Типичный ученик-герой. — Я могу быть одной из лошадей. Ты можешь сесть мне на плечи, а Аояма-сан и Оджиро-сан могли бы поддерживать твою спину. — Я довольно высокий и тяжёлый. Ты уверен, что я не сломаю тебе спину? — Поверь мне! Я переносил гораздо худшее!        Нет, Кенджи определенно не думал о том времени, когда ему пришлось нести пропитанного водой Дазая обратно в агентство после того, как он убежал с задания, споткнулся о камень на обочине дороги и скатился на одно из рисовых полей Миядзавы и не утруждал себя тем, чтобы выбраться оттуда больше часа, почему-то надеясь, что воды по щиколотку будет достаточно, чтобы утопить его. Юноша не держал на него зла.

***

      Блестящий план, придуманный Шинсо, состоял в том, чтобы дождаться, пока большая часть внимания будет сосредоточена на верхних россыпях полосы препятствий. Кенджи был рад, что Оджиро встал с ним в пару не потому, что они прошли в следующий раунд, а потому, что у Шинсо был блестящий ум. Миядзава уже мог видеть, что он становится на шаг ближе к тому, чтобы стать героем!       Кенджи действительно позаботился о том, чтобы его внимание было разделено между тихо пробегающей мимо командой Тетсутетсу и, теперь уже очень бодрым и сбитым с толку, Оджиро. Он оглянулся только тогда, когда услышал, как хвостатый подросток что-то проворчал, и одарил его весёлой улыбкой. — С возвращением, Оджиро-сан! Раунд вот-вот закончится! — Сказать, что Шинсо выглядел удивлённым, было бы мягко сказано. Не то чтобы Кенджи мог наклонить голову, чтобы посмотреть на мозг их команды, пока не прозвучит звонок.       Затем Миядзава повернулся, чтобы найти Серо. Похоже, они оба прошли в следующий раунд. Этого и следовало ожидать, будучи в команде с безрассудным Бакуго.       Когда они стояли перед трибуной, чтобы послушать, как Полночь объясняет следующее мероприятие, Кенджи почувствовал беспокойство, исходящее справа от него. Он заметил, как Оджиро и Серо стояли рядом друг с другом на поле, поэтому Миядзава встал между ними, чтобы убедиться, что он может внимательно следить за следующими событиями. Детектива удивило, что никто другой, казалось, не заметил густой, тревожной ауры, исходящей от другого блондинистого ученика. Если бы Кенджи не разыгрывал из себя рассеянного ученика, он бы повернулся и спросил, что случилось.       Как только эта мысль пришла ему в голову, рука Оджиро взметнулась вверх. — Сенсей! Я хотел бы отказаться от участия в следующем мероприятии.       Все удивленно уставились на Оджиро. Даже Кенджи был удивлён таким поворотом событий. Он был в команде Оджиро, и они просто отлично выиграли. Он не понимает, из-за чего он был так расстроен. — Я практически ничего не помню из битвы человеческими конницами почти до самого конца. — начал объяснять Оджиро неуверенным голосом. — Я думаю, это была причуда того парня…       Некоторые взгляды обратились к Шинсо, включая глаза Кенджи. Он не обернулся, чтобы посмотреть с осуждением, как другие, но то, как Шинсо отвел от него взгляд, дало Кенджи понять. Парню было стыдно. — Я знаю, что глупо упускать такую возможность, но все здесь выложились по полной. Я не могу… — как бы ни был расстроен Кэндзи, услышав, как Оджиро сказал такое об их товарище по команде, он заметил, как его голос начал дрожать, когда он замолчал. — Я не могу быть там со всеми, не зная, что произошло. — Шинсо-сан придумал блестящий план, и мы выполнили его идеально, вот что произошло!       Несколько девушек попытались подбодрить подростка. Никто другой не соглашался с тем, что именно сказал Миядзава, и были больше сосредоточены на том, что чувствовал Оджиро, а не Шинсо. Тот, кто, по-видимому, вызывал неприязнь у учеников-героев. — Дело не в этом… Я говорю здесь о своей гордости… Я не могу. — пряча лицо, тело неудержимо дрожало, голос изо всех сил старался оставаться ровным — Кенджи знал, что здесь было нечто большее, чем просто его гордость. Оджиро что-то скрывал.       Юноша мало что мог сделать. Всё, на что ему оставалось положиться, — это на то, что Танидзаки будет повсюду следовать за Оджиро, если Полночь удовлетворит его просьбу уйти. Во время развлекательных мероприятий Кэндзи заметил отсутствие Оджиро. Конечно, участие не было обязательным. Он был обеспокоен, потому что его подозрения в отношении подростка возникли после того происшествия. На данный момент он не спускал глаз с Серо, притворяясь, что полностью поглощён этим занятием. Как он и думал, в данный момент он мало что мог сделать. Возможно, Кенджи придётся подружиться с этим парнем во время занятий, чтобы получить больше информации.       К тому времени, когда ученикам сказали занять свои места в аудитории, Оджиро уже вернулся с улыбкой и глазами, в которых был страх, когда он смотрел на Шинсо на арене. Миядзава сел позади Серо, держа Оджиро в поле своего зрения. На данный момент Серо кажется проще.

***

      Кенджи должен был похвалить Серо за попытку этой неожиданной атаки. Было ясно, что у него не было никаких шансов, но юноша ценит его усилия. Этого недостаточно, чтобы исключить его как предателя, поэтому Кенджи знает, что ему нужно бросить свой матч сейчас, чтобы остаться рядом с Серо. Однако он не просто отдаст его Каминари. Он действительно удивляется, почему Тодороки казался таким грустным, когда использовал свою огненную сторону. Плохие воспоминания? — А теперь расслабьтесь, когда мы приведём с факультета героев Деревенщину Фукудзаву-Миядзаву Кенджи против Искрящегося убивающего парня Каминари Денки!       Кенджи покачал головой в ответ на это заявление. — Я думаю, что в прозвищах нет необходимости, вам не кажется, Каминари-сан?       Каминари слегка усмехнулся, прежде чем одарить Миядзаву ухмылкой, которую он видел у него раньше в адрес нескольких одноклассниц. Кенджи может задаться вопросом, что могла означать эта ухмылка. — Когда это закончится, не хочешь перекусить?       Юноша сделал всё возможное, чтобы не колебаться в вопросе. Прогулка с «другом» — это то, что делают нормальные подростки, верно? Кенджи пошёл бы, если бы речь не шла о еде. Время разыгрывать из себя ничего не замечающего дурака. — Всё же мы только что пообедали. У меня довольно маленький желудок! — Начали! — Ну, хорошо где угодно, потому что этот матч, вероятно, закончится через секунду!       Кенджи свёл две руки вместе, крепко сжав их в кулак, когда он поднял руки над головой и ударил ими о бетонный пол. В одно мгновение от силы начали разлетаться осколки. Миядзава попытался схватить один из камней, чтобы бросить в своего противника, но Каминари уже ‘обыграл’ его. Он разрядил 1,3 миллиона вольт, и, не имея другого способа защититься, у Кенджи не было выбора, кроме как принять боль, причиняемую электричеством. Он позаботился о том, чтобы добавить сдавленный крик для пущей убедительности. Это выглядит достаточно убедительным для вас, агенство?       Каминари отвезли в лазарет вместе с едва передвигающимся Кенджи. Напряжение в 1,3 миллиона вольт всё ещё было болезненным испытанием, поэтому он был рад, что его противником оказался Каминари, а не кто-то вроде Бакуго или Киришимы, от которых он не получил бы травм, независимо от того, сколько ударов он получит.       Больше ничего важного за оставшуюся часть спортивного фестиваля не произошло. Кенджи нетерпеливо отмахивался от распросов своих обеспокоенных одноклассников, не слыша от Серо ничего, кроме обычной подростковой болтовни. По большей части его расследование оказалось безрезультатным. Попытаться собрать информацию за один день оказалось не так просто, как думали детективы.

***

— Оранжевый не вел себя подозрительно, когда был один, и он не встречался с незнакомыми людьми. В основном он держался с другом и сохранял такое же жизнерадостное отношение, когда гулял один. Я думаю, этого должно быть достаточно, чтобы Ранпо-сан сошёл с ума. — Было бы здорово, если бы я мог вытянуть из него больше. — заныл Кенджи.       Детективы вернулись в свою временную квартиру после того, как им сказали взять отгул на следующие два дня в школе. Школьная сумка Кенджи была отброшена в угол, без сомнения, груда домашних заданий взывала к нему. Не нужно было заполнять отчёт, нужно было сделать домашнее задание. — А как насчет Коричневого?       Поведение Танидзаки слегка изменилось. Миядзава сел, нахмурив брови. Итак, Танидзаки обнаружил что-то странное. — Пока вы участвовали в развлекательной части мероприятия. — начал Танидзаки, нахмурившись, ему явно не понравилось то, что он обнаружил. — Коричневый побывал в двух местах. Сначала он пошёл поговорить с Зелёным о Шинсо-куне. Ничего необычного, поскольку он объяснил, в чём, по его мнению, заключается его причуда. — Но…? — Поговорив с Зелёным, он направился в самую дальную уборную в здании. От него не исходило такого решительного или радостного чувства, как от Оранжевого, и он убедился, что в уборной он один. В тот момент, когда он проверил последний туалет, он упал на пол и… он начал плакать. Этого Кенджи не ожидал. — Плакать? — Учащенное дыхание, дрожь — у него была паническая атака. — тишина заполнила комнату, пока Кенджи переваривал информацию. — Он тоже продолжал бормотать одно и то же. Такие вещи, как «Только не снова» и «Пожалуйста, остановись», и многочисленные крики о его родителях. В этих словах не было ничего связного. Я не мог снять с себя маску, так как я не герой и не студент. Прости, я чуть не выдал себя, потому что он напомнил мне Наоми, когда мы были моложе… Он быстро взял себя в руки, избавившись от своих тревог, и снова смешался с другими учениками, как будто ничего не произошло. Всё время, пока он видел Шинсо, его глаза были полны неуверенности и страха.       Теперь всё приобрело немного больше смысла. — Сработало плохое воспоминание. — Я попрошу агентство разобраться с этим. — сказал Танидзаки. Если существовала вероятность того, что в досье Коричневого было что-то, что могло бы помочь в расследовании, они воспользуются этим.       Оранжевый, кажется, был чист. Коричневый всё ещё ожидался