Тогда и сейчас

В субботнее утро, позволив себе понежиться в кровати, Лили, как и многие ученики школы, абсолютно неспешно спускалась на завтрак. Первая неделя декабря радовала снежной погодой, и выходной обещал быть замечательным. Гриффиндорка покидала гостиную в довольно хорошем настроении и компании друзей — Валери Вуд и Николаса Криви. — Знаешь, тебе стоит пореже тратить пятничные вечера на учебу, для этого есть вечер воскресенья, все нормальные люди так делают — гуляют до последнего, а потом на скорую руку пишут домашку, — шутливо и одновременно с упреком изрекла светловолосая кудрявая девушка. На её румяном личике появилась улыбка, когда она увидела смачный зевок Лили. — Точно… Излишнее рвение к учебе вредит психологическому здоровью, — пробубнила под нос Поттер, невольно вспомнив о том самом злосчастном вечере. С тех пор прошло чуть больше недели, но легче от этого не стало. Лили действительно посвящала время урокам и выполнению обязанностей старосты, но ведь далеко не всё. После случая в библиотеке там она больше не появлялась. Лишь днем и для того, чтобы наскоро поменять книги. Предпочитала этому месту все, что можно: прогулки по окрестностям школы, визиты к здоровяку Хагриду и даже навещала в совятнике свою рыжую красноспинную сову Сансет, а уроками занималась исключительно в башне Гриффиндора. Думая о словах Валери, Поттер оценила внешний вид своего друга — одноклассника, шагающего по правую руку. Николас выглядел примерно так же, как и она, но причины недосыпа у них были разные. — Опять до поздней ночи сидел над схемами игры? — спросила староста, но вопрос, по сути, был риторическим. Она и так знала ответ, но симпатичный кареглазый парень уже кивнул в подтверждение её домыслов. — Ещё бы, два дня всего осталось до игры, — стянув с головы капюшон бордовой толстовки, взъерошив порядком отросшую копну волос, шатен явно переживал по этому поводу, ведь был не просто загонщиком, а капитаном факультетской команды. — Ой, да ладно, когда в последний раз Гриффиндор проигрывал пуффендуйцам? — Зная Ника с первого курса, его задатки лидера и волевые качества, Лили даже не сомневалась, что он и его команда одержат победу. Во всяком случае Криви их уже поднатаскал своими бесконечными тренировками так, что те просто не посмели бы проиграть. Хоть бы ради того, чтобы после выигрыша можно было взять небольшой перерыв и отдохнуть — тоже хороший стимул для победы. — Не хотелось бы начинать такие отстойные традиции, — юноша ковырял в уголках всё ещё сонных глаз и шагнул вслед за девушками на лестницу, а та тут же начала своё движение. — Забиваешь себе голову, Криви. Кубок у вас в кармане и это уже ясно, — поспешила заверить Валери, — это стало понятно уже в конце сентября, я видела тренировки всех команд и тут даже говорить не о чем. Даже слизеринцы пролетают в этом году. Только не говорите Алу, что я это сказала, — спохватилась блондинка. Будто сказала что-то сродни ругательства, а Лили от её испуга хихикнула. Добравшись до Большого зала, по привычке найдя себе место в конце длинного стола — почти в самом углу помещения и подальше от учителей — скромная компания из гриффиндорцев не успела толком пригубить утренние напитки. В большие резные двери со знакомым до мозга костей смехом шагнули завсегдатаи их компании — представители змеиного факультета в лице темноволосого стройного красавчика Альбуса Поттера и его лучшего друга Скорпиуса Малфоя. Замыкала шествие худощавая семикурсница с бледно-серым оттенком кожи и графитового цвета, будто слегка поблекшими глазами — Каталина Пайк. Каталина была сокурсницей Альбуса и Скорпиуса, но в их компанию попала не так давно и в числе последних. И хоть сейчас Лили относилась к ней вполне дружественно, сначала она почти сразу попала к гриффиндорке в немилость. Сразу после вечеринки в честь дня рождения седьмого и последнего члена их компании — старшекурсника — когтевранца Итона Эпплби. Обладая достаточно симпатичной, по мнению мужского пола, внешностью, Каталина ещё имела талант испаряться на каждой подобной вечеринке на часок другой. И тогда-то имела неосторожность испариться одновременно с Малфоем. Были ли они вместе и чем они были заняты — оставалось до определённой поры неизвестным, но у Лили, конечно, были некоторые догадки. Хотя после они развеялись. В тот самый злосчастный вечер Поттер думала, что у неё появились личные мотивы недолюбливать слизеринку, но их она не готова была озвучить. Никому и даже под страхом пыток. Хотя это всё было давненько и уже утратило былой смысл. — А вот и главные герои… сами себе свита, — наклонившись к столу, пробормотала себе под нос Лили. Как будто ей мало воспоминаний об их разговоре, а его присутствие за столом точно освежит эти воспоминания. Гриффиндорка попыталась максимально приветливо улыбнуться на приветствие Каталины, но мысли были о прочем. Слизеринка нашла присела возле Николаса и уже успела пококетничать, а вот Лили не так повезло — Малфой, будто специально, садился сейчас напротив. Лили со всех сил старалась смотреть куда угодно, но не на него, но уже прокручивала в голове его недавние упреки. Натягивая на тонкие пальчики и без того длинные рукава ярко-синего свитера, Поттер даже впала в краску от пристального взгляда, устремленного до жути обаятельным юношей. Он редко так делал. Стоило ему прийти в Большой зал позже Поттер, он тоже всегда садился именно рядом с ней. Даже выживал иногда Ника или двигал Валери в сторону тогда ещё её друга Поттера. Они частенько разговаривали, шутили и не редко вообще отвлекались от тем компании. Сам делал точно так же, но при этом посмел упрекнуть её в том, что выбирает место рядом. Они все ещё не говорили. Даже толком не виделись. С тех самых пор, как он посоветовал ей забыть всё, что окрестил ерундой. И Лили, к слову, неплохо справлялась, но кошки на душе скребли и знатно. Запустив пальчики в густые длинные локоны, которые в силу своей длинны скрывались далеко под столом, Поттер поджала губы. Склонив на бок голову, медленно перебирала волосы у шеи — все что угодно, лишь бы не эти серебристо-серые глаза от которых хочется бежать настолько же сильно, насколько хочется раствориться в них без остатка. Хотелось ещё недавно… — Итона никто не видел? — бойко спросил Ал и ярко-карие озорные глаз начали бегать по макушкам всех сидящих за столами учеников. Не найдя знакомый коротко постриженный затылок, Ал больше не стал тратить время и обнял, наконец, кудряшку Валери. — Значит, ждём, — улыбнувшись гриффиндорке, тише сказал Альбус. Ещё каких-то пару секунд ушло на то, чтобы рассмотреть милое личико, а после этого уже ничто не мешало слизеринцу поцеловать девушку. — Ой, ну какие же вы всё-таки сладко-мерзкие, — сказал чей-то грубоваты голос, привлекший внимание всех шестерых прям с порога. Сказано это было нарочно громко, шутливо и сопровождалось потешной гримасой наигранного отвращения. Голос принадлежал тому, кого они все как раз и ждали — высокому и худощавому юноше. — Просто иу...— пуще прежнего поморщил он лицо. — Что может быть противней парочки которая вместе месяц? Только парочка, которая вместе два месяца и постоянно не отлипает друг от друга словно пара угрей, — с видом знатока констатировал когтевранец. — Уже чистите утром зубки вместе? Усевшись за стол напротив парочки голубков, он на всю катушку актерствовал. Сцепив пальцы в замок и положив его перед собой, он стал невероятно серьезным. Теперь примерял амплуа строгой училки, которая готовится чихвостить молодёжь за их проказы. Намекал, конечно, непрозрачно. На то, что предшествует утренней совместной почистке зубов — проведенная вместе ночь. — Взял на себя обязанности зубной феи? — улыбаясь, огрызнулся Альбус. — Будешь лезть не в своё дело, я оставлю под твоей подушкой кое-что, только навряд ли это будет монетка, — заверил обаятельный юноша. Будучи семикурсником и ещё одним школьным старостой, Итон находился на одной ступени иерархии со Скорпиусом Малфоем. Очень умён, довольно привлекателен, отнюдь не обделен остроумием и чувством юмора. И последнего было даже более, чем предостаточно. Его изюминкой были вечно приподнятое настроение, умение говорить прямо в лицо неудобную правду и легкая неряшливость. К слову, ещё один вполне интересный персонаж их компашки, что почти полностью состояла из сильных мира сего. Альбус и Николас в свою очередь имели гораздо меньшее влияние на школьные устои, но всё-таки тоже были значимы, возглавляя факультетские команды по квиддичу, а Лили была старостой дома Гриффиндор и одной из немногих, кто был на очень хорошем счету у профессоров. — Итак, я что-то пропустил? — энергично потёр ладони когтевранец. — Я внимаю, — наигранно серьезно сказал парень, постукивая указательным пальцем по глади стола. — С чувством, тактом и расстановкой, пожалуйста. — Итак, — выровняв спину, вступительное слово взял Альбус, а Итон между тем уже разломал в руках тост, подбросил кусочек в воздух, чтобы поймать ртом, но промазал. — Для большей части из нас этот учебный год последний и, как я понял, мы вроде как все приняли решение остаться на рождественские каникулы в Хогвартсе. Как вы смотрите на то, чтобы устроить скромное рождественское празднование в тесном кругу? Что скажете? Мы с Лили точно останемся, и Скорпиус с Итоном, и Валери. Лили еле слышно простонала и скривила личико в гримасе страдания. В тесный круг ей не хотелось от слова «совсем». Теперь она почти легла грудью на стол и подпирала ладошкой лоб. Имела неосторожность глянуть всё-таки на улыбку Малфоя. Мягкую и хитрую одновременно. И как ему это удается? Его точно позабавила реакция девушки, а Лили хотелось раствориться в воздухе. — Я — точно за! — тут же оживилась Валери, и беспокойно заёрзала на месте, но кто бы сомневался. Она кокетливо улыбнулась Алу, игриво подмигнула ему и даже вытянула губы трубочкой, отправив по воздуху невидимый поцелуй, а Лили чуть было не закатила глаза. Сейчас точно разделяла мнение Итона о том, что эта парочка иногда становится слащавой до тошноты. Во многом благодяря Валери, конечно, но и Альбуса она видела таким впервые. До Вуд в теме отношений он больше напоминал своего лучшего друга — легкомыслен и абсолютно непостоянен. — Кто бы сомневался, Вал, — пробормотала гриффиндорка и окончательно распласталась на столе, вытянув руку и положив себе на плечо голову. Валери была энергичной девушкой, имела довольно веселый нрав и иногда даже раздражала Лили своей беспечностью и наивностью, но при этом девушка обладала такими незаменимыми качествами как доброта и отзывчивость. Даже внешний облик гриффиндорки говорил о её внутреннем содержимом — Вуд всегда предпочитала одеваться исключительно в яркие тона и просто обожала всё необычное. Любила общение и новые знакомства, а потому была завсегдатаем всяких вечеринок, соревнований, игр и кружков. В общем, она была готова на всё, лишь бы не сидеть за скучными уроками и книгами. На этой почве они с Альбусом нашли друг друга — оба болтливы, энергичны, вездесущи и иногда просто невыносимы. А теперь и подавно. — Я тоже остаюсь и не против какого-то легкого безумия, — улыбнулся Криви. — Я тоже точно буду, — не помедлила с ответом и Каталина, — родители уезжают во Францию по делам, мне с ними делать нечего. Лили в попытке не смотреть на Малфоя внимательно следила не только за каждым говорящим, но и за реакцией друзей. От неё не скрылось, что Николас немного засуетился и улыбнулся шире прежнего, когда говорила Каталина. Ал и Валери у него точно не вызвали такого восторга, а вот с Пайк — другая история. И она бы рассмотрела всё ещё внимательней, если бы не ощутила теплое прикосновение к тому пальцу, вокруг которого на автомате прокручивала тоненькое колечко. Аккуратно, но так цепко впились в тонкий блестящий ободок, что Поттер не сразу удалось забрать свою ладошку, вот только без колечка. Своим жестом довольный Скорпиус таки добился желаемого — она взглянула на него и без слов дала понять, чтобы больше не делал подобного. Поманила пальцами свою собственность, но в ответ получила отказ. — И я, но у меня скорее всего будет плюс один, — предупреждал Эпплби, облизывая с пальцев остатки джема, но одна капля всё же ляпнула на стол. — Ой, наконец-то, — по-детски наивно хлопнула в ладоши Валери, и даже заёрзала на месте, — кто она? Почему мы не знали? Я хочу знать подробности, выкладывай! — подперев подбородок ладошкой, Вал захлопала ресничками, но ответом пока послужил только взгляд исподлобья и молчание от жующего тосты Итона. — Ивейн Эпплби, пятикурсница из Когтеврана, слышала о такой? — абсолютно повторив за ней все до мельчайшей детали, Итон тоже подпер рукой подбородок, и быстро заморгал, удачно передразнивая Вуд, — сестра, которую предки периодически просят понянчить. Но это ещё не точно. Не поленился даже изменить голос на более тонкий. Валери все его старания оценила, но вот суть ответа её расстроила — ей страх как не терпелось видеть в их компании хоть ещё одну парочку. — Насколько я знаю Ивейн, то нянька из вас двоих скорее нужна тебе, — подначивал Поттер и отчасти был прав — несмотря на чуть более юный возраст, сестра Итона ничуть не уступала брату ни в уме, ни в чем-либо ещё, но в их компании появлялась лишь изредка и предпочитала свою. — Пусть приходит, конечно, веселей будет, кто хочет, тот приводит плюс один, все согласны? Дождавшись одобрительных кивков, Слизеринец продолжил: — С этим уяснили, тогда остается несколько других вопросов. Например, «где»?.. Не успел Поттер задать свой вопрос, как ответ уже звучал из уст Скорпиуса, а у Лили Поттер возникла резкая необходимость почесать свой курносый нос, пряча лицо в ярких локонах и рукаве пушистой толстой вязки. — Как всегда — в бывшем кабинете Защиты от темных искусств на третьем этаже — рассуждал он, ставя перед собой на ребро ту самую отнятую у Лили драгоценность. Словно дразнил её и даже не помышлял отдавать обратно. — Много места и ни одной живой души на расстояние в сотни метров. — Отлично, — если я засну в середине вечеринки, никто не услышит мой храп, — искренне радовался Итон. — А если мне придется целый вечер смотреть, как эти двое обмениваются слюной, то лучше убейте меня сразу, — указывал на Ала и Валери, но уже отворачивался от летящего в него кусочка тоста, что был выпущен белокурой гриффиндоркой. Хотя следующий кусочек он попытался поймать ртом и ему даже удалось. — Я займусь оформлением, чтобы все выглядело празднично, — сияла улыбкой Вуд. Очевидно, что чувствовала себя в своей тарелке. Лили уже было подумала предложить Валери свою помощь в этом, но Каталина опередила её. Откровенно говоря, Поттер не горела желанием заниматься подобным, а теперь и подавно. Она выросла с двумя старшими братьями и с детства не воспринимала всякие девичьи пристрастия к мишуре, бусинкам, блесткам, украшениям комнат в тошнотворные розовые и пушистые элементы, наряжаниям и прочим подобным штукам. Лили, напротив, была сторонницей сдержанности. Она была поклонницей старинных антикварных вещей, архитектуры, живописи и питала слабость к ветхим книгам. Для нее все эти вещи представляли особенную ценность и интерес. Девушке нравилось изучать историю этих вещей, разгадывать загадки, заложенные в их создании, или просто любоваться невероятной работай искусных мастеров давно минувших дней. Это было её страстью, но уж точно не то, что так любила Валери. Впервые в жизни Лили Поттер была благодарна Каталине Пайк за то, что та её выручала. — О, и ещё одно: все должно быть красиво, а потому всем быть в праздничных нарядах, поняли? — требовательно заявила блондинка, наматывая на пальчик завиток своих волос. — Никаких джинсов и толстовок! Рубашки, галстуки, красивые платья, — закончив, Валери была весьма довольна собой. — Вечернее платье, так вечернее платье, — хмыкнул Николас и дернул плечами. Лили, представив на миг близкого друга в подобном убранстве, тихо прыснула. — А я планировал прийти сразу в пижаме. Там рубашка с отложным воротником если что, буду выглядеть презентабельно, можно? — немного посмеиваясь с девичьих заморочек Валери, поинтересовался Итон. — Можно, Эпплби, для таких исключительных как ты у нас особая парадная форма — презентабельная фланель, полоска и пуговки через одну, — парировала кудряшка и в компании замелькали улыбки. Из-за того, что Эпплби мог бы с легкостью такое вот взаправду вычудить, а Валери давала сейчас на это добро. — Но ты можешь вообще не утруждать себя лишним слоем одежды, конечно. Хоть голенький, как твоей душе угодно. Мы тебя любим и таким. — Я что-то не понял. С каких это пор тебе полюбился голенький Эпплби? — с шутливым ревностным упреком выпытывал у девушки Альбус и Валери хихикнула. Облизав губки, склонилась к его уху и начала что-то ему нашептывать. Вероятно что-то очень достойного его внимания и точно личное и интимное. Иначе бы щечки Вал не окрасились бы легким румянцем, а Поттер бы не поплыл от улыбки. Почти безмятежной, словно что-то вспоминал или воображал. Что можно было ещё ожидать от этой парочки в самом расцвете их совместной личной жизни? И насколько всё серьёзно Лили поняла ещё месяц назад. Когда Вал перестала периодически ночевать в их спальне. Вероятно, чистила с Алом по утрам зубки. — Я так подозреваю, что с меня напитки? Горячительные и не очень? — будто о само собой разумеющемся спросил когтевранец. И это действительно имело смысл, ведь отец Итона был владельцем одного очень популярного паба. Достать пару-тройку бутылочек для него не составило бы никаких проблем. — Умница, — улыбнувшись, Ал отправил в сторону Итона шуточный воздушный поцелуй. Тот долго не думал — схватил ладонью воображаемый летевший в его сторону чмок и поспешил прилепить себе на задницу. — Всегда пожалуйста, — притворно откланялся Эпплби. — Для вас все что угодно, мои любимые гоблины. Тем более, что пьяненькими вы мне нравитесь намного больше. — Такс… с этим разобрались, что ещё?.. — пробормотал задумчивый Поттер. — Ещё есть профессора, — словно напоминала им рыжеволосая гриффиндорка. Она, наконец, нашла в себе силы оторваться от глади стола и зачесала на затылок локоны, прятавшие доселе румяные скулы. Просто не могла не осторожничать — такова была природа иногда излишне правильной Поттер. — В сочельник, скорее всего, они будут особо бдительно следить, чтобы никто не нарушал школьные правила. Они же не идиоты, и знают, что в праздничную ночь кого-то, так или иначе, понесет прогуляться по школе. Будет очень забавно, если их уловов будет из трех старост и двух капитанов. Ещё и с бутылкой Огневиски подмышкой, тогда этот вечер мы точно не забудем. Поттер, конечно, утрировала, но по большому счету была права — попади они в такую ситуацию и лишение всех значков, баллов и назначений покажутся им цветочками. Как бы со школы не попросили. — Лили, ты… Слишком много думаешь, — гримасничал Ал, раздражаясь сестринской правильности. Порой это в ней его бесило, ведь в нем всё было полной её противоположностью. Подбешивало в той же степени, что и его лучшего друга, но Лили всё равно часто выступала голосом разума. Даже чаще положенного по их мнению. — Скорпиус Гиперион Малфой, поясните пожалуйста, будьте так любезны, — указав на друга открытой ладонью, Ал намеренно изображал дипломата, что дает слово своему доверенному лицу. — С превеликим удовольствием, мистер Поттер, — кивнул слизеринец, а Лили неосознанно кинула на брата неодобрительный взгляд. За то, что передал слово Скорпиусу и смотреть куда-то в другую сторону теперь будет, по меньшей мере, странно. — Думаю, что по поводу профессоров так уж переживать не стоит, — деловито и спокойно начал он, а Лили уже заметила свою вещь на фаланге его пальца, — как минимум половина из них всегда не упускает возможности уехать отсюда в канун Рождества. Но в этом году спонсором безнаказанных прогулок по школе выступает ничто иное, как всеми любимое нами Министерство Магии, слышали об этом? — слизеринец задал наводящий вопрос, и большего говорить не стоило. Лили и так все поняла, точнее вспомнила. Облокотившись, снова запустила в пышную пелену ярких волос ладошку и даже немного закусила губу, судорожно сопоставляя все пазлы. — Наши родители и половина предков школьников приглашены на праздничный рождественский прием в Министерство Магии, — пояснил Альбус. — Совсем из головы вылетело, — озвучила сама себе Лили. В этом году они заранее оговаривали с родителями то, что в выпускной год Альбуса останутся на каникулах в школе. Бал и отсутствие родителей на Рождество не были причиной, по которой они остались, вот Поттер о нём и запамятовала. — Держу пари, что приглашены все значимые и не очень волшебники Англии. А это значит… Значит, что туда поедет как минимум половина оставшихся профессоров и МакГонагалл. Старичок Слизнорт, профессор Лонгботтом и миссис Саламандер точно будут там. Возможно даже старуха Трелони, — продолжал перечень Альбус. — Да, если не обопьется хереса до того, как наступит сочельник, — заметил Николас и поплатился за это — укоризненные взгляды Валери и Каталины были направлены на него. — Что? Она конечно милая старушенция и все такое, но я только констатирую очевидное. В любом случае она или доберется до Министерства или ляжет спать в окружении своих кошек. Нам она точно не помешает. Как и тренер Стреттон, наверняка свинтит куда-то. — А он тут каким боком? — ковырнув в зубах, повел бровью Итон. Из-за пальцев во рту спросить вышло наполовину разборчиво. — А у него походу с кем-то шашни, — и поспешил объясниться Николас. — Не удивительно, между прочим, вполне лакомый кусочек. А ты-то откуда знаешь? — удивившись, спросила Каталина. Все присутствующие выглядели в той или иной степени удивленными — не каждый день в Хогвартсе созревает сплетня, а тут прям с пылу с жару. Лили даже показалось, что Скорпиус немного удивился, существовало все же то, что ускользнуло от почти всезнающего Малфоя. — Вчера вернулся в раздевалку после тренировки чтоб забрать из шкафа вещи и нечаянно услышал разговор. — И что слышал? — Валери подперла кулачком подбородок и сгорала от любопытства. — Насколько я понял, о встрече договаривались, что-то вроде этого. Но вообще не разобрал, тихо говорили. Но по тону было слышно, что заливает, — предполагал Николас. — О, Боже! — спохватилась Валери и просияла заговорщической улыбкой, а Лили глядя на неугомонную подругу, тихонько прыснула от смешка, — и что? а вдруг это кто-то из студенток? — затараторила гриффиндорка, смакуя сказанное. — Ну и что? Даже если и так, — пожал плечами Ник. — Между прочим, славный малый. Ему сколько? Девятнадцать-двадцать? Сам только недавно школу закончил. Во всяком случае, с командами общается практически на равных. — Ты что? Это же против правил школы, — упрекнула Вал, но потом добавила своё неуверенное «по-моему». — Да мало ли кто это может быть, — изрекла слизеринка и на её лице появлялась блудливая улыбка, — в любом случае ей повезло: молодой, талантливый экземпляр, ещё и в прекрасном теле, — из её уст это звучало по-девичьи мечтательно. А вот мужская половина компании этого слюнопускательства не заценила. Лили даже почудилось, что в какой-то момент Скорпиус закатил под веки глаза — так сильно его раздражал девичий трёп об упомянутом представителе. — Любой может трансгрессировать и прийти в школу, Вал. Не ищи подвоха там, где его нет. Вот так и рождаются сплетни, — с неким раздражением прокомментировала Лили. — Чем-то напоминает прошлогоднюю байку про профессора Лонгботтома и миссис Саламандер. — Я, кстати, лично видела, как они не раз обнимались, между прочим, — сказала в свою защиту белокурая Вуд. — Потому что они дружат с седой древности. Это называется дружескими объятьями, Вал, между ними точно нет ничего кроме этого. И никогда не будет, — улыбнувшись, объяснила Поттер, но тут же почувствовала последствия собственных слов. Как только мысленно применила своё же изречение в известно чей адрес. К слову, услышав, он как-то странно то ли улыбнулся, то ли хмыкнул себе под нос. — Может, мы просто не всё знаем. — Я точно знаю, поверь. Ты же в курсе, что они оба очень близкие друзья нашей семьи? Настолько, что я — Лили… Луна… Поттер… — намеренно разделяя последнее, Лили подчеркивала, что свое второе имя как раз и получила в часть Полумны Саламандер (в девичестве Лавгуд). — А потом скажите кто-то, что профессора относятся к некоторым своим ученикам одинаково, ни за что не поверю, — подначивала Вуд. Лопнув пузырь из жвачки, она кокетливо подмигнула Альбусу и тот широко улыбнулся. — В общем, понятно, сплошной бедлам, а вы так вообще бездельники, совсем распустили субординацию и дисциплину, — подшутила блондинка и смотрела с притворной укоризной сразу на двух школьных старост. — Вуд, не нарывайся, а то доберемся и до тебя, — Итон даже не сдержался и громко хохотнул. Непрозрачно намекал на то, что она сама не прочь периодически нарушить с Алом пару-тройку школьных правил. — И тогда совместные заплывы в ванной старост на пару с Поттером будут тебе только сниться. — Давайте-ка перестанем промывать косточки профессорам и вернемся к сути, — возвращал всех к разговору Альбус. Иначе беседа имела все шансы продлиться до бесконечности, а в довесок ему не сильно нравилось, что в который раз всплывают подробности его личной жизни, — с ними всеми понятно, большинства из них не будет, но кто точно будет держать ухо в остро, так это развалина Филч и его примерзкая облезлая мочалка. Их точно не позовут в Министерство… — А еще двойняшки Блум, — почти нараспев добавила Лили. — Двойняшки, — одновременно произнесли сразу двое, а кто-то из присутствующих даже ругнулся и потянул воздух через стиснутые зубы. — Да, двойняшки, и если бы кое-кто не пропускал собрание старост, то был бы в курсе, что они тоже останутся в замке на Рождество, — последнее было сказано с укоризной и адресовано было Скорпиусу, но Лили удостоила взглядом только лишь царапину на столе. Её-то и досталось от ноготков девушки. Двойняшки Блум — брат и сестра Клер и Карл — семикурсники из Пуффендуя и любимчики Филча, что уже говорит об их сущности и не нуждается в подробном объяснении. Странные, похожие как две капли воды, ябиды, проныры, сплетники и обладатели примерзких характеров, коими не раз портили жизнь учеников. Будучи лишь старостами факультета, они практически обладали ничуть не меньшей властью чем Скорпиус и Итон. В львиной доле всех школьных наказаний на карточке провинившегося была строчка: «нарушение правил зафиксировано К. Блум». Любили и воспринимали в этой жизни они только друг друга, к остальным относились отвратительно. — Блумы — это, конечно, плохо, но не смертельно, — потрепав жемчужно-русые волосы на затылке, рассуждал Скорпиус. Тут уже Поттер задержала на нем взгляд. Всегда любила эту его привычку. И то, как он потирает открытой ладонью щетинистый подбородок и острые скулы. А ещё любит своё кольцо, которое снова потребовала отдать, поманив пальцем. Но снова тщетно. — Для тебя может и нет, — поправил его Альбус, а вот для нас, дружище… Каждая из этих «К» хорошо так точит зуб на любого из нас. — Любого кроме тебя, — слизеринец сказал это с веселой ноткой. — Ты у нас неприкосновенный. — Неприкосновенный, — повторив, хмыкнул загадочный с виду Скорпиус. Не иначе, чем от навеянных воспоминаний, но каково их содержание не знал даже Альбус, что было весьма странно. — А почему, собственно? — Валери не сдержалась и озвучила то, что думали все присутствующие. — Потому что я умней, хитрей и дальновидней вас всех, — уклончиво объяснил слизеринец, просияв обаятельной улыбкой. По компании прокатился смешок, а вот Поттер не сдерживалась и немного закатила глазки. — Только не говори, что ты умудрился переспать с ней, — Каталина предположила единственное, что пришло в голову, но явно не попала в точку. Об этом говорила ухмылка и гримаса на красивом светлом лице Малфоя. — Она будет последней, наверное, с кем он захочет переспать, да и любой, — резюмировал Поттер. Теперь странная ухмылка с гримасой настигла Лили. Взгляд зеленых глаз метнулся в сторону учительского стола. Гриффиндорка попыталась скрыть нечаянную эмоцию в поджатых губах, но было поздно — Скорпиус её заметил и девушка со всей присущей ей храбростью взглянула напротив. Теперь намеренно внимательно — почти впилась своим взглядом. Лили хотелось бы исправить ложное предположение брата, ведь последним человеком была бы не мерзкая близняшка Блум, а она — Лили Поттер. — В школе ни один здравомыслящий парень не захочет иметь никакого отношения к Клер Блум, — отпустил язвинку Ал и скривился. Представил себе то, о чем говорил и набрал полные щеки воздуха, удачно изображая состояние перед рвотой. — Здравомыслящий — нет, разве что такой же больной, как и она сама, — просиял широкой улыбкой Скорпиус, — как бы то ни было, двойняшек, в случае чего, я беру на себя. — Вот и отлично, на том и порешали, — хлопнув в ладоши и потирая их, просиял Николас. — Последние три недели в этом семестре должны быть запоминающимися, согласны? Они не могли не согласиться. Проведя ещё около получаса за столом, говоря и шутя обо всем подряд, после завтрака ребята разбредались каждый по своим делам. Ал и Валери собирались провести выходной, прогуливаясь по окрестностям заснеженного Хогвартса, Николас хотел провести сегодня ещё одно занятие со своей командой, а Итон был занят школьными вопросами и своими обязанностями. Замыслы Скорпиуса Лили не знала, да и какая разница? Взглянув на часы, она поспешила покинуть компанию первой. Поттер явно куда-то собиралась — об этом свидетельствовала верхняя одежда, которую Лили заведомо взяла с собой. Намеренно не делясь ни с кем своими планами на этот выходной, Лили Поттер покинула школу и пересекала внутренний двор. Больше всего хотела сейчас немного побыть в одиночестве, направляясь в сторону Хогсмида и по привычке потирала пальчик там, где ещё недавно крутился блестящий металлический ободок. Всецело погрузившись в свои мысли, гриффиндорка и не заметила, как быстро перед ней выросла волшебная деревушка из, будто, пряничных домиков. В преддверии Рождества атмосфера тут была особенно сказочной, но окунуться в предпраздничное настроение Лили, скорее всего, пока не собиралась. Иначе бы не свернула с основной дороги в сторону Визжащей хижины. Едва повернув на тропу, девушка на всякий случай осмотрелась вокруг себя. По какой-то причине её не покидало ощущение, что за ней кто-то следит, но скоро гриффиндорка разубедила себя в этом. Вокруг не было ни души. Чуть прибавила шагу и всего через пять минут стояла перед ветхой хибарой. Та вот уже половину века имеет дурную славу, но при этом не теряет своей популярности. И далеко не многим известна её истинная история, но Поттер из рассказов отца с детства знала всё об этом домике. Потому не испытывала к ней ни малейшего страха и шагнула на изрядно потертые камни на крыльце. Ещё раз осмотрелась по сторонам и, убедившись в своем одиночестве, посмотрела на часики и встала на носочки. Потянулась в сторону криво висящей над дверью подковы и через миг растаяла в воздухе.