Amor non quaerit verba

       Знакомые голоса за стеллажами заставили замереть с книгой в руках, внимательно прислушиваясь и в который уже раз за минувшие несколько дней отметив, что обладателя одного из них, слишком иногда бойкого и самоуверенного, я начинала почти ненавидеть. С того самого злосчастного момента, когда я, вообще–то просто гулявшая в школьном дворе, после встречи старост с деканом факультета (и Слакхгорн в очередной раз принялся заманивать в свой распрекраснейший Клуб Слизней (причина такого интереса к моей персоне, и я это прекрасно понимала, не в последнюю очередь крылась в отце)), вмешалась в стычку между нашими популярными гриффиндорцами и странноватым, нелюдимым парнишкой с моего курса, Сириус Блэк имел бы все шансы возглавить список людей, которые меня бесили (если бы я вдруг решила такой составить).        Не прошло ни одного дня, когда бы при встрече он не начинал то заигрывать, намекая, что был бы не прочь погулять вдвоём у того же Озера, то вести себя примерно, как тогда – весьма нахально и самоуверенно лез обнять. А этим утром наши отношения и вовсе вышли на новый уровень – и ещё по дороге в Большой Зал ожидал подарок в виде открытки, где, помимо восхищений смелостью и уверенностью в себе, меня снова звали погулять и пообщаться с одним из главных школьных красавчиков. Благо, решила я в тот момент, запихав презент в карман, чтоб потом выбросить, открытка это не орала на весь школьный коридор. Впрочем, это, если учесть, о ком шла речь, было просто вопросом времени…        К счастью, сейчас Мародеры, по меньшей мере Блэк и Люпин (других я не слышала), меня не заметили, и отыскав некое «Практическое пособие по трансфигурации цветов», ушли. И я, с облегчением вздохнув, выбралась из–за стеллажей, поспешив удрать в единственное место, где точно не могла бы встретиться с неожиданным поклонником – гостиную Слизерина. Ну, были ещё спальня и ванная для старост, но в последней были шансы наткнуться на общество Миртл, иногда ненамного более приятное, а в спальне все уши прожужжала летними планами и родословной жениха Нарцисса Блэк. Однако на сей раз сбыться мечтам добраться до учебников и подготовиться к экзаменам все–таки было не суждено… И уже в Холле на плечо легла чужая рука в рукаве новенькой, дорогой мантии.       – Привет, малышка Рэддл, – послышался над ухом голос Блэка.       – Мерлин, – вздохнула я, обернувшись к нему и вопросительно выгнув бровь. И весьма показательно сбросив его руку со своего плеча.       – Я жутко польщен таким сравнением, но я не он, – широко оскалился Сириус. – Мое предложение погулять и познакомиться получше всё ещё в силе, и сама сможешь убедиться, что между мной и знаменитым волшебником очень много различий, – видимо, томно–вкрадчивый тон призван был очаровать (и судя по толпам поклонниц, это работало), однако на сей раз Блэк очень плохо себе представлял, с кем именно имел дело. Впрочем, рассказывать ему это я и не собиралась.       – Мой отказ с тобой гулять тоже всё ещё в силе, – сладко улыбнулась в ответ я. И всё–таки не удержалась от вопроса: – тебя так рожки впечатлили, красавчик?       – Угадала, – довольно хмыкнул гриффиндорец, и ослабился шире. – А если серьёзно – мне нравится твое завидное упрямство, милашка Рэддл. И твоя смелость и находчивость… – продолжились лестные, немного лукавые дифирамбы. – Правда, ты иногда слишком занудная и серьёзная, но это не беда, это я переживу…        – Я тебя избавлю от такой необходимости… – не менее лукаво и вкрадчиво протянула я в ответ. – Блэк, я тебе на английском повторяю, что не пойду с тобой гулять. Ни к Озеру, ни в Хогсмид, ни в теплицы, ни во двор, ни на галереи… Я всё перечислила? – парень задумчиво поскрёб подбородок, кивнув, и, судя по довольному лицу, ничуть не унывая. – Или лучше повторить медленнее, а то ты не усваиваешь данные сведения? Ну ничего, экзамены, нервы, бывает… Ты сходи к медсестре, может лекарство какое даст…       – Всё равно пойдешь! – без тени сомнения заявил Сириус, озорно подмигнув. Остальных «Мародеров» видно не было, из чего я заключила, что пылкий поклонник именно меня и преследовал. И подавила желание хорошенько приложить его книжкой по Заклинаниям, довольно толстой. – Кстати, слушай, а хорошие были чары, с рожками, аж три дня держались… Научишь? – беззаботнейше поинтересовался он.       – Обязательно! – согласно кивнула я, потянувшись было к висевшей на поясе палочке, но не успела – руку перехватила ладонь Блэка, изобразившего то ли нечто вроде поцелуя кисти, то ли чего–то подобного, со словами благодарности. Я, скользнув беглым взглядом по Холлу, отметила неподалеку пару студентов Райвенкло, курса третьего или четвертого, поднимавшихся по Лестнице, да стайку гриффиндорцев со старших курсов, выбиравшихся на улицу, в основном девчонок. Призраков и преподавателей видно и вовсе не было, и я решилась, незаметно для старательно заигрывавшего Блэка шевельнув губами. Сириус осекся на полуслове, потянувшись рукой к голове, которую украшали аккуратные маленькие беличьи ушки с кисточками. И нахмурился.        – Рэддл! Ты чего?!        – Я? – изобразила как можно более невинное лицо и искреннее изумление. Не то, чтобы всерьёз рассчитывала, что парень поверит, при том, что трюк был почти таким же, во второй раз, что это не моих рук дело, но вопрос, как я это провернула, должен был его занять хотя бы на какое–то время и дать пару дней отдыха от повышенного внимания. Да и рассказывать, как, в мои планы входило в последнюю очередь. – Как я, по–твоему, – указала я на палочку, так и оставшуюся на месте, — это сделала?! Силой мысли?        – Ну да, – задумчиво кивнул Блэк, тоже скользнув взглядом по почти пустому сейчас Холлу, и лестнице, откуда спускались несколько профессоров, занятых беседой. – Да, извини, это не ты, – гриффиндорец вновь пощупал ушки, недовольно фыркая, и, сославшись на внезапно возникшие дела, скрылся наверху, предоставив возможность с облегчением выдохнуть и нырнуть наконец в подземелья готовиться к очередному, одному из последних, экзаменов.       Впрочем, передышка оказалась непродолжительной, и уже через пару дней, когда чары перестали действовать и ушки исчезли, я получила очередную открытку, к которой прилагался мешочек с конфетами из Хогсмида, довольно дорогими, и цветок, судя по всему, то ли откуда–то со двора, то ли с опушки Запретного Леса. Их уже традиционно проигнорировала, конфеты отдав соседкам по спальне, и тихо радуясь, что оставалось всего три дня до отъезда домой. И вечером сидела в углу гостиной, после того как все уже разошлись, и прошёл отбой, когда вход тихо скрипнул и раздались торопливые, и немного странные, словно бы шаркающие шаги. И тихо звякнуло стекло о стекло.       – Отбой был пять минут назад, – обернулась я, в тусклом освещении узнав в ссутулившейся, двигавшейся чуть резко и дёргано, фигуре однокурсника, Снейпа, на боку которого красовалась видавшая не первый год сумка. Однако внимание привлекла не она, а какого–то странного, кислотного оттенка сиреневого мантия, покрытая ярко–красными пятнами, вроде окраса леопарда… И другими, хаотично разбросанными черными. Парень бросил на меня мрачный взгляд и поджал губы, буравя глазами.       – А ты меня караулишь, Реддл? – прошипел он, судя по всему, избрав путь «лучшая защита – нападение». Я же, догадываясь, чьей затеей было поменять расцветку формы, пробормотала заклинание, возвращая одеянию привычный, чёрный цвет, и подошла ближе.       – Вообще–то нет. Хотя баллы бы не мешало снять, – пока Снейп недоверчиво оглядывал свою одежду, отозвалась я.       – А ты у нас такая правильная, – огрызнулся мальчишка, – ты точно на тот факультет попала, а? Вон, староста Гриффиндора со своих баллы снимать не торопится. Да и Райвенкло тоже…       – Так ведь и я сказала «снять бы». Это не утверждение, – улыбнулась, критически оглядывая результаты своей работы и оставшись ими вполне довольна.       — Вот не надо тут умничать, – фыркнул собеседник. – Ты тоже не в спальне…       – В отличие от тебя, я в гостиной, – хмыкнула я. И ощутила легкий, почти неуловимый запах каких–то трав, довольно душистых, но настолько перемешанных, что определить, чем именно пахло, было непросто. – А не обчищаю запасы Слакхгорна… – попыталась пошутить, видя, что мой собеседник был весьма напряжён и догадываясь, что столь позднее возвращение было попыткой скрыть новый цвет школьной мантии, судя по черным пятнам, трансфигурировать обратно у Северуса не слишком удачно получилось.       Но парень подобрался ещё больше, тёмные глаза в полумраке гневно сверкнули и пальцы куда более нервно впились в ремешок сумки:       – А я ничего и не крал… – зло прошипел, почти выдохнул.       – Если бы ты что–то крал, он бы уже на уши всю школу поставил… – попыталась урезонить я, наткнувшись на колючий, едкий и в то же время за этим… обиженный взгляд. – Я про… Содержимое сумки.       – Что бы там ни лежало, оно моё… – даже в плохо освещённой сейчас гостиной было видно, что бледное, узкое лицо пошло красными пятнами. Я, сообразив, что шутка вышла крайне неудачной, осторожно протянула руку к предплечью парнишки, но прикоснуться не решилась.        – Северус, я не хотела… Тебя обидеть. Это была шутка, не самая удачная, признаю. Я понимаю, что ты ничего не крал, просто… Ну, вроде как пыталась разрядить обстановку… – чувствовала я себя крайне неловко. Снейп дернул уголком рта, сопя то ли сердито, то ли, скорее, уязвленно.       – Да нет, я понимаю. Откуда ж мне ещё что–то взять, – сквозь зубы процедил парень, сделав пару шагов к спальням мальчиков. – Даже на книжки–то денег нет же…        – Что?.. – машинально переспросила я, за секунду перед тем, как до меня дошло, как именно воспринял шуточку однокурсник (и, судя по его одежде и старым, не первые руки видавшим учебникам, стоило об этом подумать пораньше). – Северус, нет! Я не это имела в виду!       – А что же? – голос пропитал заметный яд, но Снейп всё же остановился, обернувшись и буравя меня оскорбленным взглядом.       – Ну… От тебя пахнет травами... Ты или… Собирал их… Или варил что–то. Судя по тому, что пахнет и жжённым тоже, варил… Но про запасы Слакхгорна я правда пошутила… – вновь ощутила себя страшно неловко, мысленно обругав за такие «шуточки». – И не хотела сказать, что ты… Кхм… – я замялась, подбирая подходящее слово.       – Бедный? – едко усмехнулся Северус, выгнув бровь. – Нищий?..       – Мерлин… – придержав при себе реплику, что с ним было крайне трудно разговаривать. – Не имела в виду доходы твоей семьи.       – Да ладно, называй вещи своими именами, – фыркнул Снейп.       – Не помню, с каких пор богатство начало определять моральные качества человека, – всё же разозлившись, фыркнула в ответ уже я. – И его склонность и способность что–то красть. А с твоей гордостью и желанием быть самодостаточным, идея кражи тебе явно не по душе, – бросив взгляд на побледневшее обратно лицо с тёмными, сейчас казавшимися иссиня–чёными глазами, добавила уже я, возвращаясь в свой угол. – Баллы я снимать не буду, но я бы на твоем месте под конец года наказание на свою голову не искала.       – Какой благородный и полный истинного достоинства жест прекрасной леди! – ехидно фыркнул и удалился в спальню ночной собеседник, заставив мысленно добавить его имя следующей строчкой в списке за Блэком.