Кот этого Города

      Без волшебного костюма сидеть среди ночи на голой земле в центре парка, да еще и в самом начале мая – холодно. Адриану, даром, что кошки предпочитают комфорт, этот холод нравится. По крайней мере, сегодня, когда ему жизненно необходимо прийти в себя и проветрить перегруженные мозги, пусть это и означает, что изгвазданную в грязи и молодой траве одежду можно даже домой не приносить, так, сразу в мусорку выкидывать, все равно домой возвращаться в костюме и сверкать на всю улицу голой агрестовской спиной (трусы-то он вряд ли выпачкает) будет не обязательно. А в стирку можно любые первые попавшиеся шмотки из шкафа кинуть, все равно никто ничего не заподозрит (все равно всем в особняке на него плевать).       Адриан устало вздохнул, откидываясь на шершавый ствол старого дуба, и задумчиво проследил взглядом за качающимся на отсутствующем ветру призрачным трупом, подвешенным за шею к высокой ветке прямо над головой юноши. Вид желтоватого огрызка растущей луны, просвечивающейся сквозь серебристые лохмотья средневековых одежд, умиротворял, позволяя притворяться, что ничего из ряда вон полчаса назад не происходило и на руках Кота Нуара никто не умирал.       А, черт, опять вспомнил.       - Парень, я понимаю, что первая смерть – это всегда тяжело, но советую взять себя в руки, - прочавкал куском камамбера Плагг, пристроившийся на согнутой в колене ноге Адриана. – Никто не может гарантировать, что эта тварь сейчас не рыщет по всему городу в поисках «кисы»       - Ты знаешь, что это было, Плагг? – с легким оттенком заинтересованности спросил юный Агрест, умиротворенно считая витающих вокруг комаров и постоянно сбиваясь на первом же десятке. Чертовы насекомые почему-то не хотели выстраиваться в ряд и ждать, пока месье герой соизволит поголовно их пересчитать. Неблагодарные родичи мотыльков и божьих коровок, вот они кто.       А вон, кстати, и ночная бабочка летит, едва заметная человеческому глазу на фоне пышной дубовой кроны.       - Понятия не имею, - беспечно пожал плечами квами, доставая из пакета очередной кусок любимого лакомства. На самом деле, с Адрианом Плагг тратил не так уж много энергии – сказывалась практически идеальная совместимость носителя и талисмана. Плюс, частично энергозатраты своего Кота покрывал Город, вследствие чего непосредственно от Плагга требовались минимальная магическая поддержка и мудрые наставнические советы для малолетнего оболтуса, с воистину кошачьим любопытством лезущего в каждую непригодную для существования нормального человека дырку. Тикки, насколько Плагг знал, приходилось хуже – Маринетт с серьгами Ледибаг была совместима на хорошем уровне, но на ее трансформацию энергии требовалась прорва, и эта прорва еще и увеличивалась каждый раз, когда юная Ледибаг испытывала отрицательные чувства вроде ревности. Адриан, в свою очередь, мог в трансформации хоть серенады о любви петь, хоть мирных жителей убивать – Плаггу куда больше досаждал сам факт своей ограниченной свободы, чем расход собственной магии (правда, если Кот Нуар и впрямь начнет карьеру злодея, то работы у Плагга станет не в пример больше – от героев отбиваться придется, а это долго, муторно и, проверено, плохо заканчивается). Впрочем, в этом столетии часы бездействия в кольце с лихвой окупались интернетом. Нет, ну, серьезно, в прошлый такой раз Плагг от скуки умудрился подружиться с соседским дзашики-вараши и играть с ним в сёги, пока тогдашний подопечный занимался тем же самым в компании наследного принца (тогдашнего, как потом оказалось, Змея – и чем это время занимался Сасс, Плагг до сих пор не знает), гордо именуя сей процесс делами государственной важности.       Но Адриану о таких тонкостях бытия лучше не рассказывать – а то еще, чего доброго, на диету посадит – толку-то тогда от пухленького кошелька его папеньки? Разве что за интернет платить… Но он все равно дешевле камамбера, так что не учитывается.       На счет всего остального древнее существо волновалось мало, если вообще волновалось. Гуманизма современного общества квами разрушения и неудачи не разделял и не понимал. Да, за динозавров ему было немного стыдно, но и только. Он, на самом деле, искренне удивлен, что за почти пять лет супергеройской возни с Бражником никто никого не убил и сам не помер – прямо-таки удивительные вещи творятся в двадцать первом веке. Особенно с учетом исключительности Адриана, которому на лбу прописана судьба ввязаться в куда менее радужные приключения, чем возня с подопечным Нууру (Плагг, на самом деле, не удивится, если под маской Мотылька скрывается такой же малолетний школьник, как и вся шайка супергероев – иначе где… ну… злодейство?).       - Демон, перевертыш, вампир-косплеер, сумасшедший колдун, сильный Неупокоенный, - меланхоличным тоном начал перечислять варианты квами, с мстительным удовольствием наблюдая, как вытягивается от шока лицо Адриана, ошарашенного разнообразием проблем, с которыми его теоретически могла свести судьба. – Образовавшееся не в том месте не в то время Воспоминание, чей-то голем, падший ангел, мелкий забытый людьми языческий божок… Выбирай, что больше нравится.       - Ох-ре-неть, - подытожил Агрест, устало закрывая глаза сгибом руки. – О чем еще я не знаю?       - Пацан, этому миру далеко не сотня лет, - насмешливо приподнял надбровную дугу Плагг, одним движением выражая все свое мнение о мыслительных способностях подопечного. – Камни Чудес существуют не ради борьбы друг с другом и пробуждения в носителях звериной сути. Между прочим, ты и сам уже должен был понять, что большая часть мифов и легенд основываются на реальных фактах.       - Да, но… падшие ангелы? Боги? Материальные Воспоминания? - простонал Адриан, медленно осознавая масштабы того дерьма, в которое влип, однажды надев на палец серебряное колечко. А он-то наивно надеялся, что основной шок уже пережил, ага. Мечтай, Агрест. – И что теперь? Есть какой-нибудь магический интернет, где можно эту тварь загуглить и прочитать, что с ней делать?       - Есть. Частные библиотеки и их хозяева, называется. А что с тварью делать я тебе и так скажу, - фыркнув, Плагг печально заглянул в опустевший пакет и, для верности, потряс его. Никакой заначки сыра все равно не обнаружилось, а жаль. – Либо прогонять из города, либо убивать. Игнорировать тебе не позволит как минимум Город.       …А как максимум – совесть, Адриан и сам знает. Собственно, просто прогнать – у него тоже совести многовато, ведь это будет означать, что тварь продолжит жить и убивать где-нибудь в другом месте. Возможно, даже в соседнем городе. Перед закрытыми глазами вновь возникло безвольное тело, кажущееся особенно бледным на контрасте с черными перчатками Нуара, мимолетная благодарность (которая совсем скоро в сознании юного героя преобразится в осуждение) в затухающем взгляде, и ощущение абсолютной всепоглощающей беспомощности. К горлу тот же миг поступил комок тошноты и Адриан, скорчившись в клубок, судорожно сглотнув, зажимая рот рукой. Так паршиво он не чувствовал себя со времен первых недель пробуждения «кошачьего» зрения. Думать резко расхотелось, что-либо делать и решать – тоже. Зато захотелось закрыть нос хвостом и накрыть руками уши, прячась от всего сумасшедшего мира где-нибудь под одеялом в люксовом номере Гранд Отеля. И что бы на фоне звучал какой-нибудь комедийный сериальчик с язвительными комментариями развалившейся рядом Хлои с чашкой крепкого кофе и миской миндального печенья. С шоколадом.       Вот она – квинтэссенция спокойствия в интерпретации Кота Нуара.       Был, правда, еще один вариант, но соваться к Луке среди ночи, упрашивая устроить индивидуальный концерт… Нет уж, не после утренних приключений с полицией.       - Для начала, - заметил скатившийся с колен подопечного квами, пересаживаясь на растрепанную блондинистую макушку. – Тебе нужно успокоиться и отдохнуть. Поспать, поесть и нормально накормить меня. Ты же в курсе, что у нас закончился сыр?       - И пока я буду страдать фигней, эта тварь убьет кого-нибудь еще? – скептично протянул Адриан, кое-как загнав тошноту обратно в пустой желудок. При других обстоятельствах Адриан послушно бы завернул все в тот же Гранд Отель, где в личном мини-холодильнике Хлои всегда ждал готовый замороженный обед (ужин, завтрак, Агрест-хоть-полдник-жри-давай) или что-нибудь на перекус.       Он говорил уже, что безмерно любит мадмуазель Буржуа, нет?       Но конкретно сегодня есть не хотелось, даже наоборот, тошнота и страх, овладевающие Адрианом каждый раз при воспоминании о сегодняшней гонке с препятствиями и ее итогах, напрочь отбивали желание даже смотреть в сторону съестного. Нет, есть он сегодня точно не способен. Насчет спать – еще вопрос, новыми кошмарами его как-то уже не удивишь, можно и подремать пару часиков… Но тогда потеряется время – самый невосполнимый на данный момент ресурс.       - А если ты в середине боя заснешь, - жестко возразил Плагг, поудобнее зарываясь в волосы парня. – То точно никого больше не спасешь. И никогда.       Адриан страдальчески застонал, еще плотнее притягивая колени ко лбу и обхватывая ноги руками, сам себе не давая разогнуться. Собственное теплое дыхание коснулось бледных щек. Нужно думать, что делать дальше.       И как делать.       Перебарывая тошноту и отвращение, юноша глубоко задумался, анализируя сегодняшнюю ночь. Во время стычки он повел себя как последний идиот – что ему мешало активировать Катаклизм с самого начала и закончить все в тот момент, когда лезвия чужих когтей были прямо перед носом? Рефлексы.       И это такая дрянь, от которой за один вечер не избавишься. Тактика Кота Нуара выверена годами практики дуэльного боя и сражений с акуманизированными. В обеих случаях существовали правила – писаные и неписанные. В настоящей схватке, против существа, которое не гнушалось ничем, весь опыт Нуара оказался пшыком. Ничем, абсолютной пустотой. Если бы Джек не решил с «кисой» поиграть (а он точно решил), то лежать Адриану Агресту в том переулке безжизненным мясным мешком. Прямо перед Ледибаг.       Эпичное было бы раскрытие личности, хех.       Нет, так дело не пойдет. Лука оказался прав, на этот раз Нуару не справится в одиночку.       Она нужна ему.       Она – прекрасный стратег и великолепный боец. В бою их тандем – лучший несмотря ни на что, и-де-аль-ный. В бою они доверяют друг другу безоговорочно, слепо. В бою они понимают друг друга с полувзгляда, полумысли. И пусть стоит только кулакам соприкоснуться в традиционном победном жесте, как у Нуара зубы сводит и язык немеет от той стерильной идеальности, но…       Сейчас ему нужна ее сила, ее ум, их общая чертова идеальная слаженность. Плевать даже на «пустоту» вокруг нее – все равно в момент сражения связь с Городом не имеет никакого значения, зато спина не будет преступно беззащитной, как сегодня.       Еще раз тяжко вздохнув – уж очень не хотелось опять унижаться перед ней и расписываться в собственной ничтожности, Адриан пошевелился, слегка ослабляя кошачьи «самообнимашки». Задремавший было Плагг лениво что-то пробурчал, переворачиваясь на другой бок и окончательно превращая некогда модельную укладку в воронье гнездо.       Яркий свет телефона резанул по глазам не хуже ножа, вынудив парня раздраженно зашипеть и прищуриться, буквально на ощупь и по памяти снижая яркость чертового смартфона. Тот, кто придумал эти лопаты был гением и извергом одновременно. По щекам потекли непрошеные слезы – очередные за вечер, и Адриан неожиданно поймал себя на осознании, что слезы те – вовсе не по мертвецу, а лишь физиологические реакции человеческого тела на удушение и яркий свет. На смерть человека (ребенка!) ему… плевать.       Наткнись он на труп точно так же, как и на прошлый, то только бы поморщился и спокойно переступил, на ходу набирая номер Жан-Жака. Его не волновал факт убийства.       Его волновало, что кто-то умер на его руках.       Агрест заблокировал телефон и снова сжался в комок, слизывая с пересохших губ соленые слезы. За собственную реакцию было откровенно стыдно – мало того, что на Ледибаг сорвался, так еще и сам ведет себя, как бесчувственная сволочь. Которой, судя по всему, и является, во что бы там не верила наивная дурочка Маринетт и в чем бы там не уверяла проницательная Хлоя.       Кот, одним словом. Городской бродячий кошак, которому плевать на все, пока это «все» не коснется его лично.       Так, ладно, Агрест, возьми себя в руки. Чем дольше ты тянешь, тем меньше времени у тебя на поспать. Днем еще нужно будет завернуть в полицию, да и к Кристэн, желательно – узнать новости из первых рук и добавить следователю информацию от себя… и лучше сделать это до обеда, а значит, со здоровым полноценным сном ты опять в пролете.       Первым делом, оттягивая неизбежное и давая себе еще немного времени на подумать, Адриан скорчившись в своей кошачьей позе и затащив телефон в теплое пространство между торсом и ногами, попытался отправить Жан-Жаку весточку о произошедшем. От теплого дыхания экран мгновенно запотел, и его пришлось вытирать рукавом буро-зеленой рубашки, по итогу просто размазывая грязь по всей поверхности защитного стекла. Печатать в таком положении оказалось дико неудобно, но Агрест старательно тыкал пальцами в подглючивающий от влаги сенсор, набирая примерный адрес той злополучной подворотни с припиской, чтоб ориентировался на машины скорой помощи. По-хорошему, приятелю стоило позвонить – тогда и разбудил бы с гарантией, и объяснил все по-человечески, но дергать Плагга ради таких мелочей не стоило, если, конечно, Адриан не хотел попасть в сырное рабство до скончания веков. А он все-таки не хотел. Звонить же без маски на лице – означало спалить перед детективом свой настоящий, неискаженный магией голос, чего он не хотел еще больше, чем сырного рабства. Поэтому ограничиваться пришлось минимумом – да и то писал он, по большей части, просто из принципов, можно было бы и завтра утром связаться.       Со вторым пунктом Агрест замешкался, гипнотизируя взглядом третью строчку страницы диалогов. Первым, закрепленным еще в незапамятные времена, стоял диалог с Пчелой, на вторую строчку поднялась переписка с Жан-Жаком, третья же лаконично именовалась «Миледи» с эмодзи-божьей коровкой по обеим сторонам. Детская сентиментальщина – не переименовывал с самого первого дня, когда со звездами в глазах вносил благословенный номер Ледибаг в контакты и молил богов за здоровье Макса, простите, Пегаса.       Он… должен это сделать?       Собственная мысль отдавала неуверенностью, а занесенный над телефоном палец красноречиво подрагивал. Не то, чтобы он боялся… ну, просто…       Он же это уже проходил.       Патовая ситуация, с которой ему не справиться в одиночку, выворачивающая наизнанку тошнота от собственной беспомощности, надежда на теплую поддержку любимой девушки – даже не на объятия и поцелуи, а хотя бы простой хлопок по плечу и мягкую улыбку.       Что он там по итогу получил? Куст валерианы в полосатом желто-черном горшке от дражайшей подруги, сочувствующе-мечтательные охи-вздохи Маринетт из-за спины (которая даже не знала всей картины происходящего) и сеанс нетрезвой психотерапии от обожравшегося той самой валерианой Плагга. Горшок пришлось возвращать хозяйке, за что она пообещала в следующий раз подарить кактус.       «Миледи» - несмело набрал-таки непослушными пальцами Адриан. Ну а куда ему деваться? Лучше немного пострадать морально, чем лишиться головы и, похоже, посмертия. Не просто ж так на местах убийств отсутствуют даже Воспоминания – но с этой стороной вопроса еще предстоит разобраться.       «Мы можем поговорить?»       И следом:       «Мне нужна помощь»       «Пожалуйста»       Адриан вздохнул. «Была в сети в 8:45p.m.». То есть, до патруля.       На что он надеется-то вообще? На чудо, что его Леди вот именно сей момент снимет трансформацию и первым делом полезет в рабочий телефон? И попутно сжалится над напарником, хотя ни-одного-блин-раза за прошлые года не откликалась на его просьбы о помощи, считая их несерьезными? Он ведь, по итогу, ее желание выполнил – отстал со своими «глупостями». И даже справился с ними – не сам, правда, но уж точно без нее, и в этом любимейшая напарница оказалась права. Он смог.       Но сейчас ситуация куда более серьезная – во-первых, опасность на горизонте возникла не духовная, а очень даже материальная. С клыками, когтями и серьезным намерением убивать. Во-вторых, не станет же она игнорировать смерть ребенка, свидетелем которой стала?       Ни через пять, ни через десять минут телефон признаков жизни так и не подал.       Ожидаемо.       Почти задремавший Адриан, которому полноценно заснуть мешала только холодная земля и промерзлый ветер, задувающий под рубашку на спине, обреченно вздохнул. Нужно попытаться позвонить на коммуникатор.       - Плагг, - позвал дрыгнущего волшебного котенка парень, и, получив в ответ демонстративно-выразительный храп, устало закатил глаза. – Когти.       - Да бл!.. – отреагировал засасываемый в кольцо квами, совершенно не ожидавший от подопечного подобной подлости. Как хорошо, что активация Талисмана не требует управления со стороны своего духа, хотя на какой-нибудь самую-самую отвратительную (а значит – вкусную) головку камамбера в благодарность разориться стоит.       Кот Нуар лениво потянулся, оттопыривая хвостатую пятую точку навстречу небесам и почти вжимаясь грудью в холодную землю, одновременно зевая во весь клыкастый рот. В костюме валяться на траве было куда приятнее, но раз уж трансформировался, то нужно работать.       …Коммуникатор выдавал длинные гудки. Отлично просто. Ледибаг в трансформации. Была бы без пятнистого костюма – в трубке звучало бы извечное «абонент вне зоны доступа». Но звонок проходил. Йо-йо было активно. Ледибаг его игнорировала.       Ой, все, к черту.       Нуар раздраженно сбросил пятый по счету вызов, и закрепил шест на поясе, зло подергивая хвостом. Ну и хорошо, ну и ладно. Не хочешь слушать – не надо, он привык. Сам разберется, не впервой.       Как будто когда-то было иначе, господи, Кот, ты должен был еще три года назад смириться с тем, что твоей Леди до твоих проблем дела никакого нет. Смысл было пытаться, как будто ты заранее не знал результата?       И все же, больно. В глубине души Адриан до самого последнего момента отчаянно надеялся, что Ледибаг его не бросит. Что когда вопрос станет не о его собственном рассудке, а о жизнях мирных граждан, чудесная героиня Парижа не отвернется бесстрастно, как это делала всегда.       Но, видимо, не судьба.       Нуар отчаянно взвыл, саданув когтями по стволу приютившего его дуба, оставляя пять глубоких царапин. Наивный идиот, до сих пор верящий в сказки!       …Ты не должен заниматься этим один…       Прозвучавший в голове уверенный голос Луки, заставил Нуара нервно дернуть накладным ухом. Ага, конечно, не должен, просто оно само так получается.       От воспоминания о звучавшей в словах Змея уверенности бессмысленная ярость мгновенно сменилась решительностью. В конце концов, ничего с прошлого вечера не поменялось – он все так же может рассчитывать только на себя и моральную поддержку лучшей подруги. Ну и еще немного на Плагга и Париж.       Кстати, а ведь точно. Мадам Ля-Вуазен знала о присутствии в городе чужака и любезно ткнула Кота носом в этот факт. Из чего напрашивается вывод, что можно бы пройтись по привычной схеме и попытаться вызнать подробности у нечеловеческой части населения Города. Кто-то что-то точно где-то видел или слышал, сплетни по Парижу разлетаются только так, даром, что мегаполис. С другой стороны, Бражника Кот до сих пор не мог найти со всеми своими связями (не то, чтобы он вообще хоть сколько-то старался, правда).       Итак, решено. Сначала – отдых, потом – полиция, потом – визиты вежливости.       Оставался открытым только один вопрос. Нуар все еще преступно слаб в бою, и далеко не факт, что первая же ошибка в следующей стычке не будет стоить ему головы и всех девяти жизней разом, или сколько там у него осталось.       И это была проблема посерьезнее всех остальных. Соваться в бой без шанса на победу смысла не имело, опускать руки и идти домой пить чай с плюшками – тоже.       В какой-то момент Нуара посетила мысль позвонить Хлое – как и всегда, когда нужна поддержка и напутствующий пинок, но Кот усилием воли остановил себя, уже коснувшись пальцами шеста. Нет. Для нее это опасно. Талисман ей Ледибаг вообще выдает реже всех, все так же не доверяя взбалмошной и эгоистичной блондинке, мнящей себя выше всех остальных (Адриан считал, что у нее есть на то полное право), соответственно, боевого опыта у нее тоже по минимуму. Втягивать Хлою в то черте что, в котором и сам Кот еще не разобрался?..       Ну, во-первых, мадмуазель Буржуа его пошлет. Хоть с талисманом Пчелы, хоть без него, Хлоя участвовать в сверхъестественной жизни Парижа откажется сама, наподдав для гарантии Нуару под хвост. Это была ее позиция с того самого момента, как Адриан все же признался, что видит призраков (но тогда еще не рассказал, в каких подробностях и с какой периодичностью) и выразил желание помогать органам правопорядка. Пчела готова обеспечивать ему прикрытие, укрытие и психологическую поддержку, но только, пожалуйста, без непосредственного участия в делах полиции. Она все же дочь мэра, подставлять не только себя, но и отца… не под обычные скандалы и атаки безвредных благодаря Исцелению акум, а под настоящую угрозу карьере и жизни… в общем, пошел к черту, Агрест.       Во-вторых, Агрест и впрямь лучше до сатаны на чаепитие прогуляется, чем подвергнет дорогую подругу подобной опасности. Будь то какой-нибудь наркоторговец или сексуальный маньяк, можно было бы и уболтать Хлою помочь, гарантируя полную защиту (хотя в таких случаях Нуар и сам прекрасно справлялся), а тут… Хлоя и так делала для него больше, чем кто бы то ни было на этой планете, и Адриан слишком сильно ею дорожил.       В-третьих, ее нет в городе, и до понедельника она не появится.       Придется все же по старинке действовать.       …Я хочу помочь…       Кот грустно посмотрел на покачивающийся на ветке труп, обретший цветовую гамму в тот же момент, когда зрачок глаз Адриана вытянулся в узкую вертикальную щелочку. Вот к чему приведет его помочь. Даже не думай об этом, Агрест. Даже. Не. Надейся.       Лука просто хотел поиграть в супергероев из комиксов, он вряд ли осознает, что Чудесного Исцеления в этих играх не будет. Забудь и не обманывайся.       …Мы вроде как «команда»…       Замурчательная просто-таки команда, которая даже в лицо друг друга не знает, хотя, блин, как минимум половина знакома друг с другом без масок. И да, Адриан знает гораздо больше, чем ему якобы положено. Справедливости ради, чтобы быть в курсе событий, Коту не обязательно нужны подсказки Парижа, все же это в его присутствии Лука и Кагами получили свои Талисманы… как и Аликс с Нино, не говоря уже о Хлое. Кое-кто, вроде Альи, с легкостью вычислялся через обнимашки-целовашки с Карапасом, а Пегас со своим супер-роботом даже не пытался засекретиться.       И почему он вообще вспоминает утренний разговор?! Почему перед глазами раз за разом всплывает полыхающий энтузиазмом и решимостью взгляд лазурных глаз, в голос в ушах звенит набатом? Это плохая идея, Адриан.       Ты просто боишься.       Да, черт побери, он боится! Ему девятнадцать лет, на его руках сегодня впервые умер человек, а монстр, которого нужно убить, а не победить, способен откусить ему голову по самый хвост! И дорогая напарница его послала! Снова.       Ему страшно, тошно, противно и одиноко, так что теперь, застрелиться от собственной слабости?!       …Рано или поздно кто-то согласится сунуться за тобой в пекло… Последними вспомнились слова Хлои, сказанные года четыре назад, когда Кот в очередной раз жаловался на неприступность Ледибаг, в чьи объятия он так хотел в ту пору сбежать от реального (призрачного) мира.       Ладно, окей. Он просто попробует, ладно? Он все еще против. И пока ничего не решено. Может, его пошлют, прямо как Миледи, которая, может быть, утром соизволит ответить на его сообщения.       Всегда ведь можно просто поговорить, да?       И Кот Нуар, угрюмо бредущий в сторону выхода из парка, решительно повернулся в противоположную сторону.